Текст книги "Ходок-8 Испытание (СИ)"

Автор книги: Алексей Григорьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Ну что ж, переговоров перед агрессией никто провести не удосужился, потому Ходок не очень-то и опечалился данному факту. Совсем иное отношение выказали к ранению собрата пернатые. Если раньше задиристые «петухи» явно тяготели к поимке живьём, то теперь загалдели и постарались прикончить.

Целая лавина смертельной магии обрушилась на землянина. Опять выручила интуиция. Она подсказала окутать тело недавно синтезированной морой. Конечно, для верности, Слай ещё и напитал печати порядка боживой, чтобы, в случае чего, залечить повреждения.

Однако делать этого не пришлось. Золотистая пленка не только прекрасно сопротивлялась давлению среды, но также, как выяснилось, справлялась с простейшей волшбой. Во всяком случае, Ходок не получил ни царапинки, а ведь птицеклювы ощущались на инфосферу выше.

Более того, летуны перехитрили сами себя. У ног возникло небольшое озерцо, а ещё массированная бомбардировка нивелировала подавление огненной стихии. Скорее всего, это произошло из-за буйства энергий.

Рыжее ядро вновь пробудилось, а Слай немедленно воссоздал клинки и приступил к противодействию. Уж слишком ему не понравилось, что ближайший вражина лихо затряс причиндалами. Похоже, негодник возжелал окатить юношу мочой.

Естественно, такого поворота событий Ходок допустить уж никак не мог. Не хватало, чтобы его обоссала какая-то задрипанная курица. Странник объединил мечи воедино, щедро напитал получившееся копье морой и метнул ввысь. Он здраво предположил, что раз загадочная субстанция непроницаема для обычного стихийного шакти, то, значит, и с защитой потенциального обссыкателя справится на ура.

Так и вышло. Энурезник лишился башки, а пика сама собой вернулась в ладонь. Ходок размахнулся для нового броска, но пернатый с наиболее густым и синим окрасом отбил выпад.

Предводитель птицеголовых закрутил в небесах настоящую карусель. Под прикрытием массивного водного смерча нападающие отлетели повыше. Они кружили в вышине и злобно курлыкали. Наверное, готовили очередную гадость. С поверхности птенчиков было не достать, потому не оставалось ничего другого, кроме как ожидать, что будет дальше.

Настырные создания не унялись. Они выхлебали содержимое непрозрачных колб. Потом сбросили вниз пару десятков позолоченных бидонов. Вследствие чего, разразилась серия взрывов.

Мору с поверхности кожи, как корова языком слизала. Плюс ко всему, призвать ее назад не вышло. Скорее всего, едкий пар послужил тому причиной. Зато под ногами высохло, а от канонады спасла та же божива. Было больно, но раны быстро заросли. Потому, когда вновь раздухарившиеся летуны ринулись в ближний бой, Ходок встретил их во всеоружии.

Судя по всему, птицеклювы снова недооценили неприятеля, за что и поплатились. Странник воспользовался тотемом и не прогадал. Пернатые настолько уверились в победе, что не озаботились защитой.

Подкрепленные техникой золотого тела, ростки прошили противников насквозь и подселили в их тела зерна раболепной души. В отличие от врагов, Слай не рассусоливал. Юноша тут же уничтожил внедрённые семена, и разросшиеся шипы мигом разорвали летунов на части. Всех, кроме предводителя. В своё время отразивший копье птицеклюв выжил. Он замахал крыльями, как оглашённый. Через минуту беглец уже скрылся за горизонтом.

Разложив в голове ход битвы по полочкам, Слай пришёл к любопытным выводам. Во-первых, в негостеприимной местности обитали разумные. Во– вторых, они охотились на оживающих из окаменелостей существ. В частности, нынешний отряд приперся сюда не просто так.

Подобранные ими умения и артефакты говорили о тщательной предварительной подготовке. Навыки и оборудование группы были будто заточены под противостояние Дилюку, который владел лишь морой и пламенем. Слай же преподнёс пернатым парочку неприятных сюрпризов, причём фатальных.

Из первых двух предпосылок выпалывала третья: где-то существовал развитый центр управления такими вот охотничьими стаями. Потому почивать на лаврах не стоило. Ходок ни на грамм не сомневался в возобновлении погони.

– В покое меня точно не оставят. Нужно побольше информации… – пробормотал Слай и с надеждой уставился на единственного, более менее, целого летчика.

К сожалению, тот тоже подох. Однако шанс заполучить языка все же имелся. Бледно– голубой птицеголовый отдал богу душу не так давно, поэтому требовалось поспешать. Слай сел, прикрыл веки и вернулся к тому, чем занимался до нападения. Странник впал в медитацию и распахнул перед взором талмуд с техникой божественного расцвета жизни. Доступная к прочтению страница гласила:

– Реаниматор – первый из высших рангов божественной техники расцвета жизни, по мере овладения, позволяет воскрешать недавно умерших разумных, предотвращая возвращение накопительных монад в круг перерождений; усиливает тотем истинной жизни до среднего уровня;

Условия достижения ранга:

Управление одной из разновидностей истинной энергии – выполнено(освоена мора);Становление высшей сущностью – выполнено (шенхуандины тела модифицированы в ядра божественных эманаций);Прохождение одного из испытаний на выбор – не выполнено;

Слай сосредоточил внимание на последнем пункте и получил соотвествующий перечень:

Испытание количеством (безопасно) – излечите определенное число высших сущностей или богов от тяжёлых энергетических повреждений; прогнозируемый срок освоения – неизвестен, зависит от могущества пациентов и запущенности их ран;

Испытание временем(безопасно) – сформируйте и накопите в семи источниках вашего тела достаточно моры жизненной направленности для прохождения внутренней трансформации; Прогнозируемый срок освоения – неизвестен, на данный момент ни одно из ваших ядер не готово для производства моры нужной направленности;

Испытание действием (опасно) – убейте и самостоятельно оживите смертного с помощью любых доступных вам средств. Срок освоения – мгновенный, при условии успеха в начинании. Существует реальная угроза личного развоплощения.

Исходя из предоставленной информации, было очевидно, что на данный момент, да и на ближайшее обозримое будущее, подходил лишь последний, не безопасный, способ. Потому как найти нужное число потенциальных пациентов божественного статуса казалось невозможно. Да и захотят ли небожители «лечиться»? К тому же, Слай отнюдь не являлся доктором. Скорее наоборот, посредством целительных техник, он разрушал, поэтому первый путь точно отпадал.

Вторая дорожка не внушала доверия из-за слишком сложного внутреннего строения. Ходок справедливо усомнился, что кто-то из вселенцев согласится сменить полярность и производить «мору нужной направленности».

Вот и выходило, что испытание действием являлось единственной панацей. Тем более, у ног валялся отличный кандидат в подопытные: синеперый был не слишком могуч и умерщвлён собственноручно.

– «Придётся воскресить пташку. Причём в первый раз, без костылей, в виде ранга Реаниматора жизни», – сделал логичный вывод Слай, активировал внутреннее зрение и принялся исследовать окружающее пространство.

Глава 10. Опальный лэмрок.

На территорию Мегасвалки все время попадают неугодные высшим силам существа. Хозяева Отстойника часто проводят чистки. Большинство из отбросов погибает. Наиболее же могущественные запечатаны и пробуждаются в надлежащий срок. Таким образом, здешними постоянными обитателями являемся лишь мы, репты и инсекты. Эта земля слишком мала и губительна, чтобы выжить развитому ареалу разумных. Естественно, между нами идёт вечная борьба за ресурсы, которая за века переросла во вражду.

Из наставлений Видящей для молодняка народа птеров;

Ходоку вновь повезло. Летун окочурился совсем недавно, а из-за очень плотной среды его душа не улетела далеко. Хотя, похоже, монада и не смогла бы этого сделать. Тусклый, слегка голубоватый шар парил над мертвецом и постепенно растворялся. Вязкий воздух задержал сферу на высоте около метра. Искра творения трепетала, но была не в силах преодолеть притяжения гибельного места. Существовать ей осталось пару часов, от силы. Именно такое положение вещей обнаружил Слай посредством внутреннего зрения.

– «Выходит, что умершие здесь не попадают в круг перерождений. Их попросту стирает навсегда…»– возникла леденящая сердце догадка.

Для подтверждения гипотезы, странник всмотрелся в область, где погибли другие птицеголовые. И действительно, их монады тоже никуда не делись. Частички беспомощно висели в пагубной атмосфере и медленно таяли.

– «В случае успеха, я попытаюсь воскресить и этих бедолаг…»– мотивировал себя на свершения Ходок, которого покоробила столь печальная участь пернатых. Пускай они и были сами виноваты, но все же он ощутил укор совести. Между тем, время утекало. Необходимо было от размышлений переходить к действиям.

Пару наметок, с чего начинать, имелись. В частности, книга развития техники расцвета жизни содержала несколько подсказок. Так, Реаниматор получал тотем среднего уровня. Значит, оберег требовался для процедуры воскрешения. Также в испытании делом говорилось об угрозе развоплощения. Из чего следовало, что прийдется покинуть бренное тело и отправиться в путешествие.

Ничтоже сумняшеся, разлапистое дерево распахнулось над головой юноши. Незримые ветви оплели бледно-голубой шар и потянули ближе. Монада сдвинулась нехотя, с трудом преодолевая тягучую атмосферу.

Конечно, можно было подойти к искре и самому, но Слай притянул частичку с помощью тотема, чтобы лучше ощутить ее суть. И у него вышло. На уровне разрозненных образов, удалось понять, что монада вовсе не желала исчезнуть бесследно. Наоборот, искорка жаждала и дальше выполнять своё неясное предназначение. Ходок не ведал, задумки Творца. Однако то, что частица не сопротивлялась, порадовало. Ведь при борьбе и так нелёгкий процесс обещал ещё больше затрудниться.

Через полчаса усилий, процесс распада души убиенного летуна прекратился. Для этого Слай поместил ее в громадную печать порядка, до краев напитанную боживой и морой. Лишь в благоприятном, переполненном полезными субстанциями пространстве монада перестала угасать. Теперь имелась возможность приступить к основному эксперименту.

Ходок предвидел, что реинкарнация может занять немалый срок, потому решил перестраховаться и не спешить. Так сказать, обезопасить себя от неожиданностей. Наконец, подготовительная часть завершилась.

Искра плавала в целительном сиропе и слабо мерцала. Что примечательно, труп летуна рассыпался прахом, едва душа утратила с ним связь. А ведь Слай намеревался подлечить тело и каким-то образом внедрить в него пойманную монаду. Видать, воскрешение так не работало. Требовалось менять план на ходу.

И все бы хорошо, но юноша и не подозревал, что к нему движется новая опасность. Иначе бы прекратил отвлекающие внимание опыты и встретил беду лицом. После чего продолжил испытание в более спокойной обстановке: получение источника сведений в виде оживлённого летуна явно не стоило того, чтобы подвергаться ненужному риску.

* * *

– Это же был Оуер, капитан акваэскадрильи? – хрипящим голосом уточнил закованный в природную броню, прямоходящий ящер.

– Так точно, лэмрок^[8]. Похоже, птеры потерпели неудачу. Судя по всему, их отряд разбит, – подтвердил предположение командира такой же рептилоид, зрачки которого после доклада приобрели нормальный размер.

Данный член фратты^[9] выполнял функцию дальнозора и был ответственен за наблюдение. Посредством соответствующего навыка, он без труда разглядел маленькое чёрное пятнышко на самом краю небосклона. Как опознал давнего соперника на таком большом расстоянии предводитель, оставалось загадкой.

Вообще, боевые отряды рептов изрядно отличались от таковых у пернатых. Они были куда больше по количеству и многофункциональней. Если птеры делали ставку на специализацию и быстрый наскок, то ящеры предпочитали универсализм и силу.

– Странно, Видящая обычно не допускает ошибок. Удвоить бдительность. Невидимкам выдвинуться в передовой дозор и докладывать обо всех странностях, – раздал приказы опытный командир.

Сам же Гулл пребывал в недоумении, хоть и не подавал виду. Данное задание изначально сулило провал. Совет старейшин специально отправил опальную фратту, чтобы уменьшить популярность молодого и своенравного лэмрока. Старики захотели проучить слишком строптивого и независимого военачальника.

Иначе отряд и вовсе не вышел бы из родного поселения. Ведь обнаруженный ведунами оживший пробудился гораздо ближе к территории птеров. Да и был, к тому же, огневиком. Соответственно, на складе потребовалось затариться подходящими амулетами и артефактами, что породило еще большую временную задержку. Не говоря уже, об общем преимуществе летунов в скорости.

Именно по этим причинам, Гулл даже не сомневался, что птеры первыми умыкнут добычу, а ему достанется лишь клеймо неудачника. Каково же было изумление, когда он заметил быстро удалявшуюся отметину в небе. Причём двигалась точка с того направления, где предположительно скрывался искомый огневик.

На окраинах Мегасвалки почти нет живых или мертвых. Летать же из и так редких обитателей пустыря в состоянии и вовсе единицы. А уж так быстро и с прекрасно различимым голубым шлейфом – вообще никто из известных. Подчиненный подивился прозорливости Гулла. Между тем, тот выдвинул лишь очевидное предположение и угадал.

После выданных распоряжений и так неторопливое шествие ещё больше замедлилось. Гулл пребывал в двойственном настроении. С одной стороны, он хотел утереть нос стариканам. С другой, не желал лелеемой фратте судьбы эскадрильи птеров. Репт пока ещё не определился, когда, по прошествии часа неспешного марша, с докладом вернулся один из невидимок.

– Лэмрок, мы обнаружили пробудившегося. Он – один и не огневик. Это высший из неопознанной школы первоначала жизни. Сейчас объект сидит в окружении ветвей тотема и собирается с силами. Точнее не разглядеть, может учуять, – прозвучало подробное донесение.

– «Наверное, он изрядно потратился в схватке. Мощь высших, в отличие от богов, ограничена. Нельзя терять времени! Нас больше чем птеров, и мы более приспособлены к неожиданностям. Пернатых подвела самоуверенность!»– про себя порадовался Гулл и резко вскинул вверх руку с тремя оттопыренными пальцами.

Бойцы вняли сигналу и перешли на бег. Воины верили своему командиру и не сомневались в его решениях.

Глава 11. Без тела.

Вы спросите меня, как же мы выжили в столь неблагоприятной среде? Почему даже более могущественные виды погибли, а птеры приспособились? Это замечательный праздник, День Взросления, поэтому я расскажу вам гордую и печальную историю наших Предков и их Великого Подвига, а потом вы пройдёте причастие морой и станете полноценными членами Канувшей Стаи.

Из обрядовой речи Видящей народа птеров;

Как ни в чем не бывало, высший восседал посреди пустынного, каменистого плато и творил непонятную волшбу. Над ним раскинулось величественное дерево, а вокруг струились зелёные потоки. Если бы не висевшая рядом полутораметровая сфера из моры и ещё чего-то, то никто и никогда не сказал, что человек обладал столь высоким статусом. Больше всего он походил на обычного, заброшенного сюда, практика первоначал. Такие долго не выживали и находили спасение в медитации, противопоставляя ее пагубному влиянию Мегасвалки.

– «Как правило, людишки слабы и идут по другому пути. Сильнейшие из них становятся полубогами и служат истинным небожителям. Этот что, особенный?»– внутренне удивился лэмрок, но все же отдал приказ окружить пробудившегося.

Хоть Гулл и слыл вольнодумцем, но Таблицы патриархов вызубрил на зубок. Из них он и узнал, что люди – многочисленная и очень коварная раса, представители которой сильны числом и практически бесполезны в одиночку. За неполный десяток лет руководства фраттой, утверждения мудрецов полностью подтвердились.

Сейчас же, перед ним находился уникум данного народа. Чужак не только выжил, но ещё и разобрался с посланными по его душу птерами. И пускай, защитная оболочка из моры вокруг него была едва различима глазу, на уровне подсознания в нем чувствовалось что-то непостижимое. От чего интуиция била тревогу. Именно поэтому, Гулл и не торопился.

Вместо бравого наскока на одиночку, лэмрок достал определитель и направил тонкий луч в пришлого. Обнаружения он не боялся. Облепившая будущую жертву фратта фонила куда больше, однако ответной реакции не последовало. Да и невидимки пробным путём установили низкий порог чувствительности добычи. Чей тотем слегка затрепыхался лишь только, когда один из незримых подошёл на расстояние нескольких метров. Что уж говорить о деликатном излучении.

– Около двух– двух с половиной киломор. Не густо. Как же он распотрошил эскадрилью? – проскрипел Гулл, сверившись с показаниями прибора.

Суть заключалась в том, что триумвират племён Мегасвалки обладал схожими технологиями. Что не удивительно. За тысячелетнее противостояние промышленный шпионаж достиг невиданных размеров.

Определители давным – давно разработали инсекты. Птеры же и репты просто слямзили тогда ещё новинку у насекомых. Данные артефакты имели самые разные размеры. Огромные стационарные покрывали целые сектора негостеприимной территории, предупреждая о пробуждении запечатанных существ. А маленькие, портативные выдавались мобильным боевым группам на случай неожиданностей.

Так вот, согласно принятой шкале, пробужденные подразделялись на классы: от малого до исполинского. Впрочем, большинство изгоев принадлежали, как раз, к наименьшей градации. Воистину могучие сущности попадали на мусорку редко.

– Ничего необычного. Действуем по стандартному протоколу? – также взглянул на табло устройства и уточнил десятник.

– Нет. Работаем по схеме, предназначенной для колоссов, – выдал распоряжение Гулл через минуту.

И не только чуйка послужила тому причиной. Странная сфера, содержавшая мору и неизвестную зеленоватую муть, не поддалась сканированию. Такое произошло впервые. Неопознанная примесь заполнила шар почти наполовину. Она-то и не позволила считать совокупную мощь творения высшего, что насторожило бывалого командира. Некоторые из пробужденных отлично умели маскироваться, потому лэмрок предпочёл перестраховаться.

Подчинённые подивились излишней предосторожности, однако возражений не последовало. Репты славились фанатичной преданностью. По сути дела, данная фратта являлась маленьким боевым братством. Внутри неё сложились почти родственные отношения, где лэмрок выполнял роль многомудрого отца и непререкаемого авторитета.

Первыми приступили к делу станы. Их насчитывалось около трёх десятков. Задача такого рода солдат заключалась в фиксации жертв на месте. Для чего использовались специальные техники земли и укреплённые морой канаты.

В мгновение ока, почва под высшим вздыбилась, охватив того по самую грудь. На руку сыграл и тот факт, что плато состояло из гранита: пойди-ка выберись из такой западни самостоятельно.

После крепких объятий тверди, на человека накинули кипу верёвок. Каждая из них содержала мору разной направленности. Такой финт проделали для того, чтобы породить энергетический хаос и затруднить естественное сопротивление собственной моры удерживаемого.

Пока что, захват протекал слишком уж гладко. Чужак никак не отреагировал на атаку. Его и так безвыходное положение усугубили таргитаи. Целью этих специализированных воинов было сбить защитную оболочку и разорвать связь ожившего с внутренними источниками силы. Таких умельцев насчитывалось около сорока единиц. И все они обладали способностью блокировать утечку моры из-за диффузии самодельных гранат.

Краткий миг, и зафиксированного человечишку забросали колбами с антиморфином. Данное полезнейшее вещество века назад разработала Видящая птеров. Оно вымывало чужую мору и не трогало уже применённые артефакты, в основном работавшие, к слову сказать, на том же «топливе». Каким-то непостижимым образом правительница летунов внедрила в жидкость распознавание по принципу свой-чужой.

Вот и вышло, что арканы продолжили удерживать пойманного, а его собственная защита пала. Наконец, пришёл черёд паков. Таких спецов имелось немного, с десяток. Уже без опаски, артефакторы приблизились к ожившему и принялись создавать из заранее припасенных материалов, так называемый, саркофаг непроницаемости. Это уже было собственное изобретение рептов. Впрочем, тоже уворованное конкурентами.

И вот тут– то, начались ожидаемые проблемы. Нет, пробудившийся не напал в ответ. Он просто предпочёл смерть плену, как будто прознал свою дальнейшую незавидную судьбу. Плоть бедняги резко сдулась и почернела. Из неё словно высосали всю энергию.

Такое иногда случалось. Попавшая в ловушку добыча пыталась склеить ласты, чтобы не достаться охотникам за головами. Естественно, чтобы не потерять драгоценных узников, такому повороту событий научились противостоять. Этим занимались хлады. Репты с очень редким навыком замораживать материю. Как известно, любой грунт, как и все сущее, состоит из неё. Вот эксклюзивные практики и воздействовали на почву особым образом, вызывая на определённом участке область анабиоза.

Гулл скривился. Техника хладов отличалась прожорливостью и потребляла уйму морина. Чудесной субстанции, которая изымалась из пленённых оживших и в виде сыворотки вводилась в кровь.

Кто первым создал снадобье, позволившее трём расам уцелеть, история умалчивала. Тем не менее, именно ради него и проводились охоты. Ведь изловленные доноры со временем изнашивались и угасали, потому постоянно требовались новые и новые батарейки.

Как обычно, без накладок, хлады исполнили своё предназначение. Чужак прекратил превращаться в мумию, и уже через пару минут паки завершили саркофаг непроницаемости.

Затем двухметровый, тяжелённый, угольно-чёрный гроб поместили на собранную на коленке волокушу и потаранили прочь. Невидимки вновь выдвинулись в дозор, а лэмрок занял место подле тащивших нелегкую ношу бойцов и с облегчением выдохнул.

С сердца, будто спал камень. Гулл не сомневался, что умельцы Тайного Городища изыщут способ восстановить усохшее тело, и колония приблизительно на полгода обретёт дополнительный «аккумулятор». А после гибели, плоть и скелет ожившего послужат для создания многих полезных артефактов и зелий. Фратта же получит полагавшуюся немалую награду, а репутация и престиж удачливого командира возрастут.

Глава. 12. Без тела. Часть 2.

Теперь, дети мои, вы можете узнать правду. Правду о том, почему мы всегда мстим за погибших и стараемся не допустить смертоубийства братьев. Мегасвалка– страшное место. Она пожирает своих жертв. Именно поэтому, наши старики и болезные уходят под присмотром. Мы даём им шанс переродиться, не исчезнуть бесследно, словно многовековая пыль под порывами жестокого ветра.

Из речи Видящей во время обряда причащения морой;

Нетривиальная задача настолько увлекла, что Ходок перестал воспринимать действительность. Он погрузился в глубинную медитацию и воздействовал на монаду самыми разными способами: стискивал боживой, давил морой, строил связующий канал из печатей порядка. Ничего не получалось.

Вскоре, в ход пошли око познания жизни, совмещение структур и даже воплощение сути. К сожалению, задумка воссоздать из искры подобие магемы, а затем воплотить пернатого, тоже с треском провалилась. Хотя поначалу показалась очень перспективной. Ведь до момента распада, Слай считал нужные сигнатуры неудачника при помощи золотого полиморфа. И вот поди ж ты – снова неудача.

– «Я делаю упор на объект, а следует поработать с собой. Недаром же, говорилось об угрозе развоплощения»– скользнула на краю сознания дельная мысль.

В общем, Ходок перестал терзать сосуд души почившего в бозе противника и обратил внутренний взор на себя. Давненько он вдумчиво не совершал этого. Нужно сказать, что изменения произошли кардинальные.

Ядра сместились к шенхуандинам и выстроились в радужную ось. Центры силы разрослись, их оплели толстенные энергетические каналы. Последние, в свою очередь, впадали в два независимых духовных моря: стихийное и первоначал.

Примечательно, что своеобразные берега у данных водоёмов уже размылись. Процесс объединения стартовал, и виновницей тому послужила мора. Ее исправно вырабатывали печати порядка, что разместились повсеместно, подобно трубопроводам. По воле владельца, они собирали исходившие от ядер эманации силы и перемещали в резервуары с боживой, где и происходил окончательный синтез драгоценной субстанции.

Божива же являлась смесью стихийного и первоначального шакти. Ходок обоснованно предположил, что ещё немного и в промежуточном «крекинге» отпадёт надобность. Духовные моря сольются, и божива заполнит их.

Во всем этом великолепии Слай высматривал сосуд собственной души. С трудом, но юноша обнаружил искомое. Переливавшийся всеми цветами радуги, свёрнутый восьмеркой протуберанец прикрепился к затылку, в районе фиолетовой шенхуандины, и мерно пульсировал.

Поначалу бублик не реагировал ни в какую. Однако упрямый юноша не оставил попыток. Как ни странно, выручил опыт пребывания бестелесным шаром. Однажды, после поглощения камня душ светловолосого небожителя в бойне у Багратионовска, Ходок утратил тело. Его забросило в высшие слои инфосферы. Там, основываясь на подсказках первого учителя, он сумел вернуть человеческий облик. После чего парня выбросило в Преддверие.

Сосредоточившись на знакомых ощущениях, Слай особым образом воздействовал на собственный сосуд души. В этот раз протуберанец откликнулся. Края важнейшего духовного органа деформировались до тех пор, пока перевёрнутая восьмёрка не превратилась в шар. Круглый же, повинуясь желанию владельца, выскользнул наружу.

На этот раз, странник не распался на атомы. Радужную сферу и физическое тело связала тонкая нить. Сознание на мгновение помутилось. Затем раздвоилось. Ходок ощутил себя в двух местах: внутри организма и в недрах шара одновременно.

Какое-то время он привыкал к такому дуализму, а после поплыл к «собрату», грустившему в коконе из боживы и моры. Естественно, подобные тонкости потребовали максимальной концентрации. Неудивительно, что Ходок пропустил атаку, а когда спохватился, было уже поздно.

Человекоподобные, прямоходящие ящеры действовали не в пример лучше недавних летунов. Покрытые наростами природной брони, походившие на громадных варанов, воины орудовали четко и слажено, как единый механизм. Предводитель был им под стать. Он подгадал наилучший момент и не допустил и грамма недооценки противника. Хотя и явно не понимал сути происходящего.

Впрочем, схема нападения была отработана до мелочей и имела широкий диапазон допущений. Даже в бестелесной форме, Слая заблокировали. Он не смог сразу вернуться. И помешал ему отнюдь не вставший на дыбы гранит.

Каменную тюрьму сотворила рота шершаворожих, а поддерживали толстенные канаты. Арканы переполняла мора разнообразной направленности. Шар с Ходоком внутри попал в нешуточный шторм из-за буйства не совместимых энергий. А едва сфера выровняла движение, как другие злобные здоровяки закидали пойманого в западню человека большущими колбами. И пускай истинного положения вещей никто не видел. От этого не становилось легче.

Склянки разбились. В них содержалась уже знакомая дрянь. Недавно посредством такой же штуковины, только в бидонах, летуны успешно развеяли мору. Так случилось и теперь, связующая нить с телом оборвалась. Чувство раздвоенности прошло. Накатило одиночество.

Долго рефлексировать страннику не дали. На смену первым и вторым верзилам, выдвинулись ящеры пониже, зато с непропорционально большими головами и слишком короткими ногами.

Наглецы достали разнообразный инструмент и принялись, что называется, паковать добычу. Такого произвола юноша допустить уж никак не мог. В отличие от моры, техники работали исправно.

Слай соединил сферу и физическую оболочку печатями порядка и потянул шакти на себя. Он хотел заграбастать всю энергию и оставить рептилий ни с чем. Странник не сомневался, что при наличии достаточных запасов без проблем восстановит тело. Благо такой опыт уже имелся.

К несчастью, упёртые ящерицы не унимались. Их командир что-то отпальцевал и в события вмешались несколько покрытых инеем уродов. Страшные, как сатана, адепты холода совершили нечто такое, от чего Ходок выпал из реальности. Когда же пришёл в себя, то отряд ворюг находился на грани видимости.

Разбойники бойко лавировали по изрезанной местности и со скоростью бегуна тащили по столь непростому рельефу громадный саркофаг. В нем, как сразу догадался Слай, и находилась его родимая оболочка. Со всеми ядрами, вселенцами и прочим богатством.

Пригорюнившись, Ходок провёл ревизию и совсем приуныл. Он лишился всего. Прошлый раз юноша превратился в энергетическую сферу целиком. Теперь же его, можно сказать, разорвали на части. Повезло еще, что напоследок удалось урвать добрую долю свободного шакти. Но на этом хорошие новости заканчивались.

Странник превратился в жалкий обрубок и был не в состоянии самостоятельно воспроизводить никакой вид энергии. Между тем резервы постепенно таяли. Агрессивная среда никуда не делась и, по– прежнему, давила многотонным грузом.

Чтобы выжить, требовалось что-то придумать. Причём, как можно скорей. Иначе «великому реинкарнатору» грозило самолично дать дуба. Идей не было никаких. Лишь монада убиенного летуна дрожала в пока ещё целом поле из боживы и быстро утекавшей моры.

За неимением другого выхода, Ходок мигом нырнул туда и направился к искре птицеголового. Слай искренне понадеялся, что изобретёт что-нибудь на ходу. В противном случае, существовать ему оставалось пару часов, не более. А дальше его просто сотрёт из планов бытия. Не помогут ни личное пространство, ни обелиск в нем, ни даже накопленный в предыдущих жизнях опыт.

Глава 13. Архиптер. Часть 1.

Наши предки были куда могущественней, чем мы. Потому их пращуров и изгнали. Они пожертвовали собой, что дать нам шанс выжить. Народ птеров никогда не забудет их подвига и посмертного дара. Рано или поздно, мы выберемся отсюда и отомстим. В этом и заключаются наши высшая цель и смысл существования.

Из наставлений Видящей народа птеров;

Внутри собственноручно созданной области задышалось полегче. Атмосфера перестала давить столь сильно. Сфера порхала легко и непринуждённо. Другое дело, что относительно безопасная зона постепенно разрушалась. Быстрее всего утекала мора. Божива была более статичной. Именно она и удерживала приют от распада.

Слай засуетился. Шар носился по небольшой доступной территории до тех пор, пока не укрепил ее. Из собственного тела удалось урвать всего и по чуть-чуть. Вот божива и пригодилась. Через десяток минут, ладная структура из печатей порядка огранила комфортную площадь. Как результат, мора почти перестала испаряться.