Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 9 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ермоленков

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 7

Российская империя, город Санкт-Петербург, Крестовский остров

Ресторан «Золотой Фазан» был заведением для тех, кто предпочитал решать вопросы вдали от посторонних глаз. Не такой роскошный, как «Импера», где мы встречались с графом Вяземским, но не менее пафосный. И здесь, в отличие от «Имперы», имелся общий зал. Однако столики находились далеко друг от друга, и возле каждого был расположен артефакт, который посетители могли при желании включить, чтобы активировать полог тишины.

Отдельные кабинеты располагались в глубине зала. Метрдотель, едва взглянув на меня, учтиво поклонился и молча проводил к кабинету под номером четыре.

Я толкнул дверь и вошёл.

За накрытым столом, вальяжно откинувшись на спинку кожаного дивана, сидел мужчина лет сорока. Дорогой костюм, идеально уложенные волосы, на запястье часы, по стоимости равные хорошему автомобилю. Увидев меня, он изобразил на лице вежливую, но откровенно покровительственную улыбку.

Я закрыл за собой дверь, подошёл к столу и молча опустился в кресло напротив незнакомца.

– Добрый вечер, граф Серебров, – бархатным голосом произнёс мой собеседник.

Я не ответил на приветствие, меряя мужчину тяжёлым взглядом. Он слегка изогнул бровь, но остался невозмутим и продолжил:

– Признаюсь, я был уверен, что вы сделаете правильный выбор. Ваше благоразумие делает вам честь. Поверьте, кандидат, которого мы вам предложим, не забудет оказанной услуги. А те неприятные документы, что вы получили… считайте их просто страховкой. Как только вы публично объявите о поддержке нашего человека и призовёте к этому своих вассалов, все оригиналы и цифровые копии будут уничтожены на ваших глазах.

Он говорил плавно, уверенно, явно наслаждаясь своим положением. Я продолжать молчать. Просто смотрел ему в глаза, не меняя выражения лица.

Моё молчание начало его слегка нервировать. Улыбка дрогнула, мужчина прочистил горло и подался вперёд.

– Ваше сиятельство, я понимаю, что ситуация для вас не самая комфортная. Но политика – дело грязное. Мы готовы предоставить вам гарантии…

Дверь кабинета бесшумно открылась.

Незнакомец нахмурился, собираясь отчитать «официанта», но слова застряли у него в горле.

В кабинет вошёл Шрам. В полумраке его лицо, перечёркнутое жутким рубцом, казалось ещё страшнее, чем обычно. Не говоря уже про ледяной взгляд, в котором читался строгий приговор.

Богдан не произнёс ни слова. Просто подошёл, выдвинул стул рядом со мной и сел, не сводя глаз с моего собеседника.

Лицо мужчины стремительно побледнело. Вся спесь испарилась за секунду. Он прекрасно знал, кто сидит перед ним. Тот самый «бывший уголовник» и убийца, материалами на которого он пытался меня шантажировать.

– Что это значит, граф? – дрогнувшим голосом спросил переговорщик.

– А ты как думаешь? – хрипло поинтересовался Шрам.

– Мы договаривались, что вы придёте один! – пролепетал мужчина, и его рука метнулась к карману пиджака.

В тишине кабинета раздалась весёлая попсовая мелодия. Переговорщик застыл, только его перепуганный взгляд метался туда-сюда.

Шрам невозмутимо вытащил чужой смартфон, экран которого светился от входящего вызова. Богдан посмотрел на дисплей, затем перевёл взгляд на бледного мужчину.

– Твои ребята не придут. Мы нашли всех, кто тёрся вокруг ресторана. Тот лысый хмырь в машине, трое у чёрного хода и парочка в фургоне на соседней улице. Сейчас они все лежат и целуют асфальт. Улицы перекрыты нашими бойцами. Подмоги не будет, – подробно разъяснив ситуацию, Шрам бросил бросил смартфон на стол

Мужчина дёрнулся, как от удара током. Страх в его глазах перерос в неподдельный ужас.

– Вы не посмеете! – взвизгнул он, вскакивая с дивана. – Если со мной что-то случится, документы уйдут журналистам!

Не дожидаясь ответа, он рванул к двери. Распахнул её и вывалился в главный зал ресторана.

– Помогите! Меня хотят убить! На помощь! – истошно орал он, несясь к выходу.

Я спокойно поднялся из-за стола, одёрнул пиджак и неспешно вышел в зал вслед за ним. Шрам отправился за мной. Переговорщик метался между столиками, размахивая руками, но никто не обращал на него ни малейшего внимания.

За роялем пианист продолжал наигрывать лёгкую мелодию. Двое мужчин за столиком у окна невозмутимо что-то обсуждали. За барной стойкой тихо смеялись три ослепительно красивые девушки, даже не повернув головы на его вопли. Персонал ресторана словно растворился в воздухе.

– Помогите! Вы что, оглохли⁈ – орал мужчина, схватив за плечо одного гостей.

Тот медленно повернул голову, смерил его холодным взглядом и молча убрал руку со своего плеча. Мужчина отшатнулся, тяжело дыша, и затравленно оглянулся на меня.

Представляю, что он сейчас чувствует. Наверное, что спит и ему снится кошмар.

– Как видишь, никто тебе не поможет, – спокойно произнёс я, делая шаг вперёд.

– Что п-происходит? – заикаясь, выдавил переговорщик.

– Я заранее арендовал весь «Золотой Фазан». На этот вечер он в моём эксклюзивном пользовании, и мы можем делать здесь всё, что захотим.

– Абсолютно всё, – подтвердил Шрам, доставая из-за пазухи пистолет.

У мужчины подкосились ноги, и он буквально сел на пол, осознавая, в какой капкан угодил.

Я обвёл рукой зал.

– Все посетители, которых ты здесь видишь – бойцы моей гвардии. Даже те очаровательные девушки у бара – оперативницы из отдела внешней разведки. Так что вернись в кабинет и сядь за стол.

– Сам встанешь или помочь? – спросил Шрам, делая шаг к нему.

Мужчина дёрнулся и закрылся руками, как будто Богдан уже собрался его бить.

– Х-хорошо, – проблеял он, поднялся и, как пьяный, побрёл обратно в кабинет.

Там он тяжело опустился на диван и обхватил голову руками. Я сел напротив, а Шрам остался у двери, не выпуская из рук пистолет.

– Для начала представься, – потребовал я.

– Олег Свиридов…

– Кто твой хозяин, Олег?

– Я… я не могу… – пробормотал он.

– Думаю, не нужно объяснять, что выбора у тебя нет. Точнее, есть, но он очень простой. Либо ты честно отвечаешь на мои вопросы, либо будешь отвечать на вопросы командира Лаврова. А он, знаешь ли, очень зол на то, что ты решил копать под него, – пояснил я.

– Вы не посмеете меня тронуть! – Свиридов вжался в спинку дивана.

– Проверить хочешь? – нахмурился Шрам.

– Могу оставить вас на пять минут. Думаю, этого будет достаточно. Но если нет – у нас вся ночь впереди, – пожал плечами я и начал вставать.

– Граф Мамонтов! – тут же выпалил Олег. – Я его помощник, это был его приказ! Граф хочет, чтобы вы публично поддержали его кандидатуру на пост князя Новосибирского. Он сказал, что у вас слишком безупречная репутация, и нужно найти рычаг давления…

Я едва удержался, чтобы не хлопнуть себя по лицу. Неужели человек, претендующий на власть над всем Новосибирским княжеством, может действовать настолько примитивно? Ни изящной интриги, ни многоходовой комбинации. Будто он не с высшей аристократией дела ведёт, а отжимает ларьки на рынке.

– Богдан, включай камеру, – велел я.

Шрам достал телефон и направил объектив на трясущегося переговорщика.

– А теперь ты ещё раз назовёшь своё имя. Скажешь, на кого ты работаешь, и в подробностях опишешь, как именно граф Мамонтов приказал тебе шантажировать род Серебровых. Всё понял? – спросил я.

Олег сглотнул, посмотрел на объектив камеры и быстро кивнул.

Через пять минут у меня на руках было чистосердечное признание, записанное в высоком разрешении. Идеальный компромат на Мамонтова, который в случае публикации похоронит не только его политическую карьеру, но и репутацию его рода.

Я забрал у переговорщика его личный телефон, нашёл в списке контактов номер Мамонтова и перекинул видеофайл. Дождался, пока статус сообщения сменится на «Доставлено», и нажал кнопку вызова.

Гудки шли недолго.

– Ну что, Олег? Как прошла встреча? – раздался в трубке самодовольный голос графа.

– Добрый вечер, Марк Андреевич. Боюсь, ваш помощник сейчас немного занят и не может ответить. Он слишком увлечён осознанием собственных ошибок.

– Это… Кто говорит? – растерянно спросил Мамонтов.

– Граф Серебров.

– Граф Серебров? – эхом переспросил он. Самодовольство в его голосе испарилось за секунду.

– Он самый. Я только что отправил вам очень занимательное видео, ваша светлость. Рекомендую ознакомиться с ним на досуге.

– Что вы сделали с моим помощником⁈

Я проигнорировал вопрос и продолжил:

– Слушайте меня внимательно, граф. Если вы ещё раз попытаетесь влезть в мои дела, если хоть пальцем тронете кого-то из моих людей или посмеете угрожать моему роду – то я вас уничтожу. Надеюсь, вы понимаете, что это не пустая угроза. Всего доброго.

Я сбросил вызов и кинул телефон Олегу. Тот попытался его поймать, но не смог, и телефон упал на пол.

– В подробностях расскажите Марку Андреевичу, что здесь случилось. И передайте ему, что в следующий раз граф Серебров не будет столь милостив, – произнёс я и вышел из кабинета.

– Снимаем оцепление. Гвардейцам вернуться в расположение, охрана графа со мной, – приказал в рацию Шрам.

Когда я вышел на улицу, вооружённые до зубов бойцы уже рассаживались по машинам. Изумлённые прохожие провожали взглядом бронированные внедорожники с гербом моего рода.

– Неплохое представление вышло, – усмехнулся Богдан.

– Да. Надеюсь, больше нам не придётся устраивать подобных. Хотя я бы не ручался…

Российская империя, город Санкт-Петербург, резиденция великого князя Блинова

В просторном кабинете мерно тикали старинные напольные часы, отсчитывая секунды позора графа Мамонтова.

Он стоял посреди комнаты, чувствуя себя провинившимся школьником. По его бледному лицу катились крупные капли пота, а дышать было тяжело из-за колоссального магического давления, наполнившего комнату.

Великий князь Блинов стоял в шаге от него и с непроницаемым лицом смотрел на экран смартфона. Там проигрывался ролик, где доверенный человек Мамонтова рассказывал на камеру, как именно его хозяин приказал шантажировать графа Сереброва.

Блинов коснулся экрана, останавливая видео на самом жалком выражении лица Свиридова, и медленно поднял взгляд на графа.

– Надеюсь, ты понимаешь, какой ты непроходимый идиот, – процедил великий князь.

Его аура вспыхнула видимым светом, и Марк Андреевич ощутил, как горло будто бы сдавливает невидимая рука.

– Ваша светлость… Я не думал… – выдавил он.

– Это заметно! – рявкнул Блинов. – Ты решил, что можешь применять методы базарных рэкетиров к человеку, который своими руками уничтожил графа Белозёрова⁈

– Я допустил ошибку…

– Самую большую ошибку в жизни! Серебров – не тот человек, который испугается газетной статейки! Ты разве не знаешь, что его эликсиры признаны стратегическими, что он сотрудничает с князем Баумом, что вхож к патриарху Гильдии целителей и даже к самому императору⁈ Ты хоть на секунду задумался, почему СБИ в своё время закрыло глаза на то, что этот Шрам прикончил генерала Усова⁈ – проорал великий князь.

Мамонтов попытался что-то сказать, но из пересохшего горла вырвался лишь хрип. Он судорожно дёрнул головой, сам толком не понимая, что значит этот жест.

– Своей выходкой ты не только потерял голос Сереброва. Ты вооружил его! Теперь у него есть видео, где твоя собака скулит и сдаёт тебя с потрохами. Если Серебров пустит это в ход, ты не то что титул князя не получишь – ты вообще потеряешь всю репутацию. Твои конкуренты сожрут тебя и даже не подавятся!

– Я всё исправлю, ваша светлость! – отчаянно воскликнул Мамонтов, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Заткнись. Тебе придётся очень потрудиться, чтобы хоть как-то сгладить последствия. Теперь, чтобы заполучить лояльность Сереброва или хотя бы его нейтралитет, тебе придётся целовать ему сапоги. И не только ему. Из-за твоего промаха вся наша кампания оказалась под угрозой. Вся стратегия, которую я выстраивал! – Блинов в ярости швырнул телефон в стену, и тот разлетелся на куски.

Давление его ауры немного ослабло, и Марк Андреевич сделал судорожный вдох.

– Ваша светлость, я сделаю всё возможное…

– Слушай меня внимательно, – перебил Блинов. – Ещё один такой идиотский проступок – и тебе будет очень плохо. Я лично сотру твой род в порошок. Ты меня понял?

– Да, ваша светлость. Я всё понял, – склонил голову Мамонтов, чувствуя, как по спине струится холодный пот.

– Пошёл вон. И без хороших новостей не возвращайся!

Граф вылетел из кабинета, словно ошпаренный. Оказавшись в роскошном коридоре резиденции, он прислонился к стене, достал из кармана шёлковый платок и вытер мокрое лицо.

Угроза Блинова не была пустым звуком – великий князь никогда не бросал слов на ветер и жестоко расправлялся с теми, кто не оправдывал его надежд.

Шагая по мраморным плитам к выходу, граф лихорадочно соображал, что делать дальше. Первоначальный план рухнул. Серебров оказался гораздо опаснее, чем рассчитывал Мамонтов.

Марк Андреевич скрипнул зубами. Суммы, которые он закладывал в предвыборный бюджет, теперь казались смешными. Чтобы заткнуть рот Сереброву и перекупить голоса новосибирской аристократии после такого провала, ему придётся опустошить все счета, включая офшоры, не говоря уже о чёрной наличности, спрятанной в подвале усадьбы. Предстоит потратить в десятки раз больше, чем граф планировал изначально.

Но иного выхода не было. Мамонтов понимал: теперь на кону стояло не просто кресло князя Новосибирского. На кону стояла его жизнь.

И за эту жизнь придётся очень щедро платить…

Российская империя, город Санкт-Петербург, усадьба рода Серебровых

На экране монитора в моём кабинете появилось лицо Мюллера. Клеменс выглядел слегка уставшим, под глазами темнели мешки, так что я первым делом спросил:

– Как ваше самочувствие, герр Мюллер?

– Я в порядке, ваше сиятельство. Просто не выспался. У нас много работы.

– Появились интересные контракты?

– Да, мы проводим частное расследование для одного маркиза из Милана. Не буду утомлять вас подробностями, там целый клубок дворянских интриг, – ответил Клеменс и сделал глоток чая из дымящейся кружки.

– Рад слышать, что ваши дела идут в гору. А что насчёт наших дел? – поинтересовался я.

– Мы зафиксировали новый всплеск активности, ваше сиятельство. Подозрительные люди снова интересуются европейскими логистическими цепочками Серебровых. В основном крутятся вокруг транспортных узлов и складов герцога Каттанео.

Шрам, неподвижно стоявший у окна со скрещенными на груди руками, глухо хмыкнул и спросил:

– Опять наёмники?

– Пока неясно. Работают гораздо тоньше, чем те венские бандиты, которых мы повязали в прошлый раз, – ответил Мюллер.

Я задумчиво постучал пальцами по столешнице. Кому-то в Европе очень не даёт покоя мой бизнес. Конкуренты? Вполне возможно, ведь мои эликсиры начали теснить их на рынке. Но не удивлюсь, если это Чёрная каста продолжает лезть в мои дела.

– Не спугните их, Клеменс, – приказал я. – Продолжайте наблюдение, но не вмешивайтесь, пока они не перейдут к активным действиям. Нужно понять, куда тянутся ниточки.

– Так точно, граф. Сделаем в лучшем виде, – кивнул он.

Мы поговорили ещё немного и попрощались. Я повернулся к Шраму, собираясь отдать приказ насчёт усиления охраны наших грузов, но тут на столе ожил селектор. Я нажал на кнопку, и раздался голос начальника охраны:

– Ваше сиятельство, к воротам прибыл автомобиль Службы безопасности империи. Полковник Воронцов просит вас принять его. Говорит, дело не терпит отлагательств.

Мы со Шрамом переглянулись. Глава столичного СБИ редко наносил визиты вежливости без предупреждения. Точнее, никогда не наносил. Значит, дело и правда важное.

– Пропустите, – ответил я.

Через пять минут мы с Воронцовым сидели друг напротив друга в гостиной. Полковник не спешил начинать разговор. Он медленно сделал глоток чая, поставил чашку на блюдце и посмотрел на меня своим фирменным тяжёлым взглядом.

– Вкусный чай, Юрий Дмитриевич. Умиротворяющий. Жаль только, что ваши действия в последнее время не способствуют умиротворению в столице.

– О чём вы, Юрий Михайлович? – невозмутимо спросил я, хотя прекрасно понимал, к чему он клонит.

– О вашей маленькой операции на Крестовском острове, разумеется. Вы подняли половину своего полка, выставили на улицах людей с оружием и боевыми артефактами. Помяли гвардейцев графа Мамонтова и до смерти перепугали его помощника. Простите за грубость, граф, но вы в своём уме? Так не делается! – голос Воронцова лязгнул сталью.

Улыбка на моём лице погасла. Я взял свою чашку, сделал глоток и спокойно посмотрел полковнику в глаза.

– Так не делается? – переспросил я. – А шантажировать меня – это, значит, нормальная столичная практика? Юрий Михайлович, давайте будем честны – Мамонтов сам напросился. К тому же никто не пострадал. Подумаешь, пара сломанных носов и один перепуганный помощник.

– Вы не понимаете. Вы стали слишком заметной фигурой, Юрий, на каждый ваш шаг обращают пристальное внимание. Использование таких радикальных методов – это плохо для стабильности государства. Корона не любит, когда аристократы устраивают вооружённые разборки в центре Петербурга.

– Я буду предельно жёстко реагировать на любые попытки меня использовать или угрожать моим людям, – отрезал я. – А что касается стабильности… Думаю, для неё гораздо хуже, когда меня пытаются шантажировать или, например, поджигают реликтовый лес рядом с моей стройкой. Вы не находите?

Воронцов тяжело вздохнул и потёр переносицу.

– Об этом я тоже хотел поговорить, – сказал он. – Ситуация на Урале принимает прескверный оборот.

– Внимательно слушаю.

– В отделение СБИ в Екатеринбурге поступили донесения. Суть в следующем: утверждается, что князь Баум и граф Серебров сами организовали поджог тайги. Якобы для того, чтобы под шумок расчистить огромный участок леса под расширение своего завода. Ведь сжечь и списать на неизвестных вредителей – это куда дешевле и быстрее, чем годами обивать пороги министерств, получая законное разрешение на вырубку заповедной зоны.

– Гениально, – я саркастично хмыкнул.

– Рад, что вы оценили. Наши агенты задержали нескольких наёмников, которые дали именно такие показания. Они утверждают, что заказ поступил через посредников, но всё указывает на вас и Баума. Следствие пока идёт под грифом «секретно», и я рассказываю вам это исключительно по старой дружбе. Но если делу дадут ход, экологический штраф покажется вам детским лепетом. Это уголовное дело и обвинение в терроризме, – жёстко закончил полковник.

Я только хмыкнул. Воронцов не сказал, кто именно подкинул СБИ эту блестящую версию и сдал наёмников, но всё было очевидно.

Князь Аристов и граф Юрасов. Сначала они устроили пожар, чтобы прорваться к заповеднику. А когда поняли, что Баум вот-вот поднимет на уши всю империю, чтобы найти виновных, сыграли на опережение. Подсунули СБИ исполнителей и заранее отвели от себя подозрения.

Коварный и весьма изящный ход. Теперь нам с Баумом придётся отмываться от обвинений вместо того чтобы искать настоящих поджигателей.

– Понятно. Что ж, посмотрим, чья возьмёт, – холодно произнёс я. – Буду благодарен, если попросите своих коллег в Екатеринбурге не торопиться выдвигать обвинения. Князь Баум подключил свои связи и начал собственное расследование. Скоро мы узнаем правду.

– Надеюсь на это, Юрий Дмитриевич, – Воронцов поднялся и, не сказав больше ни слова, направился к выходу.

Я только вздохнул. Мало мне интриг вокруг выборов князя – ещё и Урал постоянно напоминает о себе. Похоже, Юрасов и его сюзерен не собираются успокаиваться. Знать бы, что они скрывают в заповеднике…

Но ничего. Уверен, скоро узнаем. Зацепки у нас уже есть.

Вернувшись в кабинет, я налил себе крепкого кофе и принялся за работу. Интриги интригами, но бизнес требовал внимания.

За делами я не заметил, как наступил вечер. Из рабочего транса меня сумел вырвать только звонок Шрама.

– Слушаю, Богдан, – ответил я.

– Ваше сиятельство, только что звонил Мюллер. Наши враги в Европе перешли к активным действиям. На складе герцога Каттанео в Милане задержали троих рабочих. Они пытались вынести со склада ящик с основой «Лунной росы», – рассказал Шрам.

– «Лунной росы»? Ты ничего не путаешь?

– Обижаете, ваше сиятельство.

Я даже не знал, что на это сказать. «Лунная роса» – мягкое снотворное, которое прекрасно успокаивает нервы и гарантирует крепкий сон без побочных эффектов. Оно отлично продавалось, но не было стратегическим или секретным продуктом. Зачем рисковать ради обычного снотворного, которое можно легально купить в аптеках?

Да, выкрасть основу – это логично, из неё гораздо проще выделить формулу, чтобы попытаться создать аналог. Но почему именно «Роса»?

– Рабочие раскололись? – спросил я.

– Обычные докеры, граф. Им заплатили наличными, передали инструкции через тайник. Заказчика они в глаза не видели, – ответил Шрам.

Интересно. Кукловод, как и в прошлый раз, не стремится выходить из тени. И если мы продолжим просто ловить исполнителей, мы никогда не доберёмся до него.

– Свяжись с Мюллером. Как бы там ни было, с этим надо разобраться раз и навсегда. Устроим врагам ловушку, только на этот раз более изящную. В прошлый раз заказчик послал бандитов и никак не засветился, но на этот раз мы заставим его выдать себя…