Текст книги "Расколотая империя (СИ)"

Автор книги: Алексей Александров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 30 страниц)

Тар не ответил. Не стал признаваться, что на самом деле не особо рассчитывал на завещание отца.

Ради блага империи старик ни за что не отдал бы свои голоса за одержимого принца. А если и отдал… Тар никогда не рвался к власти. Раньше, в более счастливые времена, ему хватало забот и как Лорду Стратегу Севера. Думал ли он о будущем? Да, думал. Но к трону не рвался. Перед его глазами всегда стоял пример вечно занятого отца. И Тар просто знал – скорее всего, именно ему придется взвалить на себя эту ношу.

Но это в прошлом. Он не признавался никому, но теперь корона была ему интересна только как инструмент достижения цели. Выяснить правду! Императору охотнее пойдут на встречу чем принцу. Да и просто набрав нужное число голосов, он мог обменять их на что угодно. В том числе и на головы всех главных виновников, даже если это будут императрицы.

Не дождавшись ответа или какой-то реакции, Тибер не стал настаивать. Откинув боковую занавеску на окне в сторону, он принялся молча пялиться на людей, что собрались в Белом городе в ожидании новостей о результатах первого заседания Палаты Власти.

– Сине-желтые плащи. Вот и клан Баэль подтянул в столицу своих бойцов.

– Тебя это удивляет? – подал голос Тар.

– Скорее беспокоит. Их, – кивок в сторону группы из десяти человек, – становится все больше. – И не только клановых. В столицу стягиваются наемники. Малыш Бадрис, наш новый Лорд Стратег Юга, перебросил две когорты Седьмого Грозного на север, ближе к столице. А с востока в город стягивается подозрительно много паломников из числа Белых… Развелось их, как крыс. Все чего-то ждут. И только ты, братец, щелкнул разок по носу Красный и Синий двор, и затаился. Вновь подозрительно спокоен и бездействуешь. Это так на тебя непохоже, что начинает пугать, – признал Третий принц.

– Насчет Красного и Синего двора – это только твои домыслы, – равнодушно заметил Тар. – Да и с чего ты взял, что я бездействую?

Тибер выразительно выгнул бровь, всем своим видом показывая, что ждет продолжения. Но его не последовало. Выдержав драматическую паузу, Тар закрыл глаза и задремал.

– Так нечестно, – надулся Третий принц. – Ты же знаешь, что любопытство – моя единственная слабость.

– А как же вино и шлюхи?

– Хорошо, не единственная. Но самая главная!

Глава 13
Правила подсчета

В Зеленом дворе Тибер задерживаться не стал. Удостоверился, что Кэры в этот раз в поместье нет, и тут же засобирался по делам.

Проводив спину младшего брата цепким взглядом, Тар задумчиво погладил пальцами один из шрамов на правой щеке.

Новость о стягивании в столицу клановых бойцов и наемников не была для него новостью. Но опасения Тибера он понимал. Сила считается только с силой, а потому Зеленому двору нужно больше собственных клинков в столице.

Стягивать в Хагронг легионеров Второго Крепкого не выход. Ему бы пристроить тех, что прячутся в подземельях Зеленого двора. Соленые клинки? Капитан Моран приведет не так много людей. Два-три десятка. Вряд ли больше. С мятежными легионерами у него под рукой будет более сотни бойцов. Не самых сильных, но все же. Еще недавно эта цифра казалась Тару достаточной, но теперь в его душе поселились сомнения.

Отсутствие завещание породит трения, а трения ведут к хаосу.

Драгора он отыскал на тренировочной площадке. Наемники, в противовес Кэре, с тренировочными манекенами возиться не любили. Солома сдачи дать не может, а оттачивать до совершенства техники им не требовалось. Поэтому тренировки наемников всегда проходили в форме поединков. Причем только боевым оружием. Деревяшек или затупленных мечей исканцы не признавали.

Сегодня наемник практиковался с двуручным мечом, оружием в империи Арвон не слишком распространенным и популярным. Одаренные предпочитали простые мечи. Большинство техник веками затачивались именно под это оружие, значительно упрощая их освоение. Существовало несколько родов, в том числе и входивших в кланы, которые пошли своим, отличным от общей массы одаренных путем. Но противниками они были скорее непривычными, чем по настоящему сильным благодаря использованию глефы там или копья.

Соперником Драгора был его заместитель Анк. Драгор и сам был довольно молод, но его заместитель и вовсе больше походил на еще не начавшего бриться подростка. Покрытое россыпью веснушек, открытое и какое-то по детски наивное и доброе лицо только усиливало это, весьма обманчивое, впечатление.

Не стоит судить о книге по обложке, а о людях по их внешности. Бойцом Анк, даже на весьма придирчивый взгляд Тара, был знатным. Не обладая и крупицей дара, он вполне тянул на полноценную вторую, а то и третью ступень. А для неодаренного это практически вершина. Дальше все начинают решать техники, а не сила и мастерство владения оружием. Хотя личная сила и мастерство тоже важны.

Цванг!

Перехватив меч левой рукой за середину лезвия, Драгор не столько отбил, сколько отвел клинок Анка в сторону, и прежде чем его побратим успел опомниться, обозначил колющий удар в шею.

– Мертв! – коротко бросил исканец.

Два наемника вновь разошлись. Застыв на пару мгновений в несколько картинных, словно срисованных с трактатов по фехтованию стойках, они вновь сошлись клинок в клинок.

Некоторое время Тар с интересом наблюдал за пляской стали. Иногда обманчиво медленной, а местами такой стремительной, что становилось немного страшно за целостность шкуры наемников.

Не обладая техниками – те редкие одаренные, что все же рождались в горах, чаще всего шли в ученики к магам юга – исканцы довели искусства фехтования самым различным оружием практически до совершенства. А знаменитые рунные исканские клинки и доспехи делали их весьма опасными противниками даже для одаренного немалых ступеней боевого мастерства. Не в схватке один на один, разумеется. Но и это достижение!

Тут горцы чем-то походили на флагеллянтов Белых жрецов и легионеров империи. Но если флагеллянтов делали из одаренных, а легионеры полагались на дракона и сигнумы, то стойкость к техникам и магии исканцев была связана с их отменным снаряжением и броней.

Искан славился не только своими наемниками, но и превосходными клинками, которые и принцу носить не зазорно. Да что говорить, клинок Тара тоже имел клеймо одного известного исканского рунного кузнеца. А исканские доспехи были плодом зависти любого выбравшего беспокойный путь меча.

Но доспехи, в отличие от мечей, исканцы никому не продавали, тщательно оберегая секрет их создания. А все попытки сделать что-то похожее заканчивались… не то чтобы безрезультатно, но даже доспехи центурионов уступали исканским.

Бывало, и не раз, что знаменитую исканскую броню снимали с мертвых исканцев и использовали. Но упаси аспекты попасться в такой броне кому-то из Вторых сыновей в плен. Не важно, захватил ты ее в честном бою, убив владельца, купил, выменял или тебе ее подарили – смерть будет не быстрой и весьма болезненной.

Именно поэтому исканскую броню предпочитали продавать тем же исканцам. Даже не продавать, а скорее возвращать за вознаграждение. Торговаться тут не стоило. Впрочем, горцы всегда платили щедро.

– Хватит на сегодня. – Передав свой меч Анку, Драгор смахнул со лба пот и подошел к Тару. – Вы что-то хотели, Ваше Высочество?

– Возможно, – не стал отрицать Тар. Пришедшая ему в голову идея, где найти еще людей, была не хуже прочих. – Не знаешь, в Хагронге есть свободные для найма исканские отряды?

Драгор задумался. Подобрав лежавший на траве красный берет с пышным пером, он надел его. Залихватски сдвинул на затылок и остервенело потер лоб.

– Неуверен. Но я могу поспрашивать у побратимов. Некоторые из них встречали в городе наших сородичей. Вряд ли они свободны от контракта, но все возможно.

Основными нанимателями исканских горцев был Берег торговцев и мелкие королевства юга. Там на мечи исканцев всегда был устойчивый спрос. Владетели торговых домов небыли чужды весьма агрессивной и кровавой конкуренции. Да и пираты Клыка не дремали, как и работорговцы Золотого архипелага.

В южных провинциях империи Арвон исканские наемники так же встречались. В основном их нанимали торговцы, ведущие дела с тем же Исканном или Берегом торговцев. Но столичный Хагронг располагался практически в центре империи. В этих краях горцы Искана – птицы редкие, но все же встречаются.

– Поспрашивай, – согласился Первый принц. – Если будет возможность, перекупай контракты.

– Сколько наемников нужно?

– Всех, кого сможешь найти. Но только исканцев. К остальным у меня доверия нет.

Драгор подобрался, польщенный подобным признанием. В отличие от принца, он плохо знал внутреннюю кухню империи Арвон. Все наемные отряды империи, те из них, кто представлял хоть какую-то силу, находились под патронажем тех или иных родов, а то и кланов. Нанимать их для Зеленого двора – приглашать врагов в дом.

Хотя репутация горцев, их верность данной клятве, тоже была одной из причин решения Первого принца.

Наемники сражаются за золото – это правда. За золото они станут сражаться, но не станут умирать? Это тоже правда, но лишь частично. И не про исканцев. Случалось, что исканские горцы гибли целыми отрядами, но нанимателя они никогда не предавали. И умирали за то самое золото, дорожа своей репутацией лучших наемников этого мира. Именно эта репутация обеспечивала исканцам ту высокую цену, что давали за их клинки.

* * *

– Тридцать четыре голоса! Всего тридцать четыре!

Давно Вторая императрица не получала таких приятных новостей. Вопрос, заданный Тибером Валлоном старшим братьям, а затем переадресованный Харусом матери, вызвал у Сейлан приступ удивления. Но тут же удивление сменилось восторгом.

Устами младенца! И как эта мысль не пришла ей в голову?

– Аспекты! Если бы пропажи завещания не было, ее следовало организовать!

– А это… – начал было Харус, но тут же прикусил язык.

Поздно. Сейлан заметила оговорку сына. Нахмурилась.

– Не знаю, кем ты меня считаешь, но убийц к Кессу Родору я не посылала. И к ночному нападению никак не причастна.

Она не лгала, но не стала добавлять никаких заверений и клятв, стараясь уйти от скользкой темы. Ведь следующий вопрос Харуса мог касаться покушений на старшего брата. А так откровенно врать сыну Сейлан не хотелось. Все же ее мальчик слишком привязан к Тару. Но это хорошо, выгодно. Не зря же она столько лет разыгрывала теплую дружбу с астшанской сучкой.

– Я не знаю что думать, – признался Харус, стараясь не смотреть на мать. – Все это мерзко.

– Знаю, – вздохнула императрица. – В твоих силах все переиграть, – помедлив, добавила она. – Ты можешь все рассказать брату. Ты ничего не знал, тебя он простит.

– Но тебя не простит никогда. Свой выбор я сделал. Хватит об этом… Ты уверена, что Палата Ритуалов скажет, что для выбора императора достаточно тридцать четыре голоса?

– Если не найдут завещание, то да, – подтвердила Сейлан, после недолгого молчания. – Мне даже не придется ничего делать. Красный и Синий двор задействуют все свои связи, чтобы получить именно этот результат.

– Если догадаются.

– Не считай Лиару и Медею глупее своего младшего брата… и матери, – добавила Сейлан. Вспомнив, что и сама как-то позабыла про этот вариант развития событий. – Новостью о пропаже завещания стала слишком внезапной. Все ее мысли были заняты поиском ответа, кто мог провернуть подобное. Вот и упустила важную деталь. – Думаю, Красный и Синий двор уже начали действовать.

– Может ты и права, – не стал спорить Харус. – Но ты ведь понимаешь, что и они стали куда как ближе к победе, чем раньше.

– Ошибаешься, мой дорогой сын. Раньше, понимая, что вряд ли кто-то из них наберет нужное число голосов, они могли договориться. С трудом, но шанс был. А теперь… – она многозначительно замолчала и довольно улыбнулась.

– Победа обманчива близка, так зачем договариваться, – понимающе кивнул Харус. – Надеюсь, ты помнишь про свое обещание, – добавил он.

Сейлан сморщилась, словно от сильной мигрени.

– Мой дорогой сын, каким же чудовищем ты меня считаешь… – Она знала, что к этому может прийти. Но чувство легкой обиды не оставляло. Неужели он не понимает, что все это ради его будущего? – Я не собираюсь как-то вредить Тару, – продолжила Вторая императрица, выдержав паузу. – Когда все закончится, он сможет спокойно вернуться на Скалу. Которая ему так нравится.

«А если ему попытается навредить кто-то другой, то это не моя вина» – закончила она про себя, прикрыв глаза.

* * *

– К святейшей славе вечного света. Да снизойдет на тебя его благодать.

– Слава Пресветлому, – не слишком искренне отозвался нищий, практически вырвав из рук Анато приплюснутый каравай хлеба.

Жрец вздохнул. Нет, ему нравилось лично раздавать бесплатную еду нуждающимся. Но многие из этих заблудших душ не верят в Пресветлого, и приходят к храму только затем, чтобы получить бесплатный кусок хлеба. Впрочем, путь к вере у всех разный. И для кого-то, как для вот этой пары детей, он может начаться с доброго слова и не слишком большого каравая.

Да и дар нужен не только просителю, но и дарителю. Он очищает дарителя, смывает часть его прегрешений. Главное – это искреннее желание помочь и сделать этот мир хоть немного лучше.

– К святейшей славе вечного света. Да снизойдет на тебя его благодать.

– Слава Пресветлому, – тихо, но искренне отозвались дети. На губах брата Анато появилась добрая улыбка.

Снова Пресветлый посылает ему знак, что все это не зря. А значит, нельзя останавливаться на полпути.

Подтверждением этих мыслей стало появление предвестника. Воин одним своим грозным видом заставил очередь просителей милости дружно отступить назад и затихнуть. Без ритуальных одежд и скрывающих лицо масок предвестники и правда выглядели угрожающе. Такого пустого взгляда у людей просто не бывает.

– Прибыла гостья, – тихо сообщил предвестник, склонившись к уху брата Анато.

– Хорошо.

Передав свой пост одному из младших жрецов, Анато вернулся в храм. Хоть основная часть и была уничтожена ночным пожаром, кое-что все же уцелело. В том числе и комнаты экклезиарха. Следы бесславного конца предыдущего хозяина давно почистили, ложе заменили, и Анато разместился именно здесь.

Ранней гостьей храма оказалась Третья императрица. Светлые волосы женщины скрывал капюшон глубокого плаща, а верхнюю половину лица Лиара спрятала за сетчатой вуалью. Предостережения, на взгляд Анато, бесполезные. Любой, кто хоть раз видел императрицу вблизи, мог с легкостью ее узнать.

Но не его дело указывать, как нужно маскироваться.

– Императрица, – учтиво, но несколько холодно поприветствовал он женщину.

Власть мирские правителей ничто перед Его волей и властью.

Догадаться о причине внезапного, да еще и личного визита было нетрудно. Выждав пару дней, не поднимется ли шум. Императрица заявилась, чтобы узнать судьбу бумаг, изъятых из поместья ныне покойного, не без помощи белой братии, Кесса Родора.

– Брат Анато.

Слышать «брат» из уст этой женщины было просто оскорбительно. Но Пресветлый велел своим слугам быть терпеливыми. И Анато терпел. Пусть императрица думает, что все это радии ее жалкого сыночка.

– Удивлен вашему визиту, – сказал он, даже не пытаясь разыграть отсутствующее удивление.

– Ночное нападение на главу Палаты Теней… – многозначительно произнесла Лиара.

– Страшная трагедия. Очередная грешная душа лишилась шанса на спасение. Как проходит расследование?

– Зашло в тупик – никаких следов, – Лиара позволила себе легкую, едва уловимую улыбку. – Убийцы появились из ниоткуда и исчезли в некуда. Палата Теней в полном замешательстве.

То что это «некуда» обеспечил один из родов клана Вэйр, чье поместье располагалось рядом с поместьем рода Родор, она напоминать не стала.

– Прискорбно… Но также это значит, что мы выполнили свою часть сделки, – сказал жрец, отбросив ненужное притворство.

– Мне нужны все бумаги Кесса Родора, включая завещание.

Ожидаемо.

– У меня его нет, – терпеливо пояснил он. – Предвидя ваш вопрос, я ничего не знаю, о его содержимом.

Степенный и какой-то равнодушный ответ Анато заставил Лиару замереть на месте.

– Как это нет? Вы его не нашли?

– Нашли, но завещание было платой, которую запросил второй хранитель последней воли императора за свое молчание в Палате Власти.

– Кто он? Мне нужно имя! Я требую…

– Требуете? – в обманчиво мягком голосе белого жреца проскользнули стальные нотки.

Лиаре стоило огромных трудов сдержаться, не выдав охвативший ее гнев.

– Мне нужны гарантии, что завещание не появится на последующих заседаниях Палаты Власти, – ровно заметила она. – Именно поэтому я хотела бы знать, кто второй хранитель.

Ей редко доводилось быть в числе просящих. Но ничего, она стерпит это унижение. Главное чтобы Лорс стал императором. Когда это произойдет… разговор с Белыми жрецами будет другой.

Белые святоши очень наивны, раз надеются, что им позволят и дальше смущать чернь своими проповедями. Пусть не сразу, но она раздавит их, как только власть Лорса станет незыблемой, словно скала.

– Это исключено, – вновь терпеливо пояснил Анато. – Второй хранитель уничтожил обе копии завещания.

– Вы уверенны?

– Клянусь! Это произошло на моих глазах. Он сжег свитки, не вскрывая печать, – с легкостью солгал Анато. Незачем императрице столь усердно искать второго хранителя. А ложь во спасение – не ложь вовсе. Да и обман погрязшего в ереси магии грешника не является обманом. Тем более, все ради славы Его!

Клятве жреца Лиара не особо поверила. Наверняка хитрый Белый просто припрятал завещание для возможного торга в случае раскрытия участия жрецов в убийстве Кесса Родора, но настаивать не стала. Лорсу попасть в завещание все равно не светило, а кто там теперь записан, уже неважно. Не далее как вчера Палата Законов, подтвердила, что без последней воли императора для выборов достаточно набрать чуть больше половины голосов Палаты Власти.

«Ненасытные бестии! Попробовали бы они не согласится!» – зло подумала Лиара, вспомнив сумму, которую пришлось заплатить за это решение.

Несмотря на давление со стороны ставших на время союзниками Красного и Синего дворов, Палата Законов поначалу явно решила не торопиться вердиктом. И только смазав медленный механизм звонким золотом Красный и Синий двор мгновенно получил требуемое.

– Остальные бумаги? – спросила она вместо этого.

– Мы ничего не нашли. Не успели. Даже с завещанием нам просто повезло, Кесс Родор не успел убрать его в тайник. – И вновь Анато пришлось слегка слукавить. Часть архивов Кесса Родора флагеллянты смогли найти. Очень интересные бумаги, с множеством мелких и крупных грешков ряда влиятельных лаэров.

Конечно, попади эти бумаги в руки Третьей императрицы, она смогла бы получить для Четвертого принца необходимое число голосов. Но кто сказал, что Белым жрецам интересна победа Лорса Валлона? Красный двор им не союзник, нет. Попутчик, и не более того. Да и пути их теперь расходятся.

Внутренне кипя от раздражения и недовольства, Третья императрица холодно попрощалась и покинула храм. У черного входа, предназначенного для храмовых служителей, ее поджидал ничем не примечательный паланкин, который сопровождало несколько одаренных клана Вэйр.

Когда императрица ушла, Анато некоторое время молча сидел, прикрыв глаза. Вновь их союзник оказался прав, предсказав каждый шаг Красного двора. Но будут ли также точны его дальнейшие предсказания? А если точны – все ли он рассказывает Анато?

Но отступать поздно. Все в воле Пресветлого! А он на их стороне!

– Мы готовы? – выйдя из комнат, спросил Анато у предвестника, ожидавшего его за дверью. И на короткий миг жрецу показалось, что в бесстрастном взгляде «меча церкви» сверкнула искра радости.

– Братья ждут только вашего приказа.

– Прекрасно… сообщи нашему доброму другу – мы начинаем в день второго заседания Палаты Власти.

Не утруждая себя ненужным ответом – приказ отдан, приказ будет выполнен – предвестник четко развернулся и оставил жреца.

Выбор сделан!

Достав четки из солнечного камня, Анато начал быстро перебирать их пальцами, шепча молитву.

Скоро улицы этого города поглотит хаос. И только тот, кто в этом море хаоса станет островком стабильности и безопасности, сможет получить власть. Сначала в столице, а затем и во всем Арвоне. Ведь именно из хаоса рождается новый порядок.

Глава 14
Бесценный груз

– Поберегись!

Не обращая внимание на суету у ворот, а тем более за воротами, наплевав на очередь, небольшой караван въехал в беспокойный Хагронг.

Он был невелик, даже мал – всего одна повозка. Но ее размеры поражали воображение. Заняв всю дорогу, она разгоняла со своего пути все встречные повозки, словно имперский морской левиафан рыбацкие лодки, заставляя их свернуть на обочину. Да и тащили ее четыре здоровых, запряженных цугом вола. И это явно указывало на то, что обычные лошади с таким тяжелым грузом не справятся. А сопровождавшая повозку внушительная охрана, говорила о его ценности. Зеленые знамена с пробитой белым мечом головой дракона поясняли городским обывателям, что груз принадлежит Первому принцу и Зеленому двору.

В иное время последнее могло спровоцировать горожан на нападение. Хогронг не любил Зеленый двор, а Зеленый двор, в лице последнего представителя, отвечал столице взаимностью. Но охрана из уставших, а потому хмурых и злых соленых клинков, да наглядный урок разбушевавшейся толпе, преподнесенный Таром Валлоном при возвращении в столицу, поубавил в горожанах глупой храбрости. Максимум на что решались самые отчаянные, тихо ругнуться или плюнуть в след каравану. Желательно, чтобы никто этого не заметил.

Любви к Первому принцу большинство горожан Хагронга никогда не испытывали. Зато он вновь научил их бояться. Напомнил, что не стоит дергать дракона за хвост, особенно если у него плохое настроение. Впрочем, даже если оно хорошее… тоже не стоит.

Когда впереди показались стены Белого города, капитан «Императрицы Имсаль» вздохнул с облегчением.

– Бодрее парни! Мы почти на месте! – обнадежил Моран окруживших повозку соленых клинков.

Клинки, в отличие от легионеров, к долгим пешим переходам не привыкли. Пусть их маленький караван не выдерживал положенных двадцати миль и по меркам легиона двигался черепашьими темпами, но за эти дни бесконечных маршей они порядком выбились из сил.

Медленно проскрипев по центральной, прямой как стрела улице, повозка пересекла мост и с огромным трудом протиснулась через узкие ворота Белого города, чтобы закончить свой путь в поместье Зеленого двора.

Но добраться без происшествий им было не суждено. Уже на подъезде к поместью Первого принца из-под зеленого полотнища, укрывавшего повозку, вывалился небольшой сундук и с грохотом упал на камни мостовой. Сам дубовый сундук падение выдержал с честью, но часть крышки раскололась, позволив увидеть его содержимое.

Многочисленным свидетелям происшествия оставалось только завистливо ахнуть – сундук был по самую крышку набит разноцветным мистическим жемчугом. И второй раз ахнуть, когда соленые клинки, откинув зеленое сукно, спешно загрузили потерянный груз обратно в повозку – сундук оказался не единственным. Если мистическим жемчугом набита хотя бы треть повозки, то победа Первого принца практически предрешена. Перед такими богатствами не устоит никакая крепость.

– Добрались! Хвала аспектам!

Только когда за спиной остались ворота Зеленого двора, Моран позволил себе перевести дух. Неуклюже склонив тело, он с облегчением сполз с седла. Широко расставил ноги и некоторое время просто стоял.

Как же это приятно просто стоять на двух своих ногах, а не ехать на четырех. Как настоящий морской волк, на лошадях капитан «Императрицы Имсаль» ездил довольно редко, предпочитая им морских скакунов, и долгое путешествие до столицы вымотало его не меньше, а может и больше соленых клинков.

– Построиться, оболтусы! – помассировав кулаком затекшую поясницу, властно рявкнул он, заметив идущего к ним Первого принца.

Уставшие клинки неспешно выстроились у повозки, подчиняясь приказу. Окончание долгого пути не означало окончание службы, но одна мысль о долгожданном и заслуженном отдыхе давила в них любые признаки недовольства, если таковые и были.

– Ваше Высочество, груз «Императрицы Имсаль» доставлен, – доложил Моран.

– Отлично, – встав перед капитаном, Тар приветственно хлопнул его по плечу. – Всем клинкам два дня отдыха и по полноценному ильсару, – добавил он, бросив беглый взгляд на уставших стражей.

– Зеленый двор! Дракон мертв! – не слишком слажено, зато от души рявкнул неровный строй. Усталость ушла, и в глазах соленых клинков зажегся азартный огонек радостного предвкушения. Несмотря на немаленькое жалование за походы через Великий океан, редко кому из них доводилось держать в руках полновесный ильсар. Да и возможность держать в руках – это одно. А возможность прогулять его в столице империи – совсем другое!

– Сколько людей ты с собой привел? – уточнил Тар у капитана «Императрицы», когда соленые клинки стали расходиться, а исканцы во главе с заместителем Драгора окружили повозку и начали выгружать ближайшие сундуки.

– Эти три, остальные не трогать, – отвлекшись, проинструктировал их Моран, указав пальцем на самые крайние сундуки. – Тридцать восемь человек, – сказал он, вновь поворачиваясь к Тару.

– И еще сто двадцать подойдут чуть позже, – кивнул Первый принц.

Моран непонимающе моргнул.

– Ваше… Точно так, – быстро сориентировался он, поняв смысл этого многозначительного, пронзающего взгляда. Если Тару Валлону нужно, чтобы он привел больше людей, чем у него есть, то это значит, что он привел больше людей. Не может же Первый принц ошибаться?

Клинки, которых он забрал с «Императрицы», люди проверенные. Болтать не станут. Да и откуда им знать о планах своего капитана?

Губы Тара изогнулись в скупой улыбке. Проводив капитана «Императрицы» в свои покои, подальше от лишних ушей, он налил два бокала вина, один из которых протянул собеседнику.

– И как главный груз пережил путешествие?

– Я пока что не проверял, но неплохо. Что ему станется? – отозвался Моран, с наслаждением и толикой благоговения потягивая превосходное вино из предложенного принцем кубка.

– Проблемы были?

– При выгрузке с «Императрицы» пришлось повозиться. Грузили ночью, но справились, – признал капитан «Императрицы». – А в дороге все было спокойно. Быки поначалу нервничали, но никто ничего не заподозрил. А потом и быки, ничего, привыкли.

– Что с жемчугом?

– Один из сундуков поврежден. Случайно выпал из повозки.

Тар благосклонно сомкнул глаза. Скоро новость о немыслимых сокровищах, доставленных в Зеленый двор, пойдет гулять по Белому городу, а затем и столице, чтобы закончить свой путь в ушах тех, для кого она и предназначена.

Правда, готовилось все под иную ситуацию. Но не пропадать же заранее подготовленному добру.

Вопрос только в том, клюнут ли его враги на новую приманку. С одной стороны, неудачные ночные поиски мятежных легионеров сделали их более осторожными. А с другой, неужели Красный и Синий двор станут просто ждать и смотреть, как Зеленый двор скупает голоса? Нет и еще раз нет! Пусть случай с ложным драконом научил их осторожности, но против такого соблазна они не устоят.

Особенно если продемонстрировать им, что добычу уводят у них из-под носа…

– Отдыхай, Моран. Об остальных делах мы можем поговорить завтра.

Коротко поклонившись, капитан «Императрицы» поспешил прочь. Кубок хорошего вина в хорошей компании – это хорошо, но мало. Нужно минимум три. А затем ванная! Горячая! Чтобы все нутро проняло! Особенно стертую о седло задницу. И спать!

Он так спешил воплотить свои мечты в жизнь, что едва не налетел на Одноглаза. Бывший гроза трех морей и один из Королей Клыка торопился войти в поместье Первого принца, тогда как Моран так же торопился, но выйти. И только широкие двери позволили двум морякам разойтись, как в море корабли.

– Ты еще жив, пират? – походя бросил Моран, не скрывая неприязни.

– Не дождешься, – по-доброму отозвался Гварт, поглаживая себя по оружейному поясу.

Вступать в дальнейший спор с бывшим пиратским вожаком капитан «Императрицы» не стал. Поморщился, словно хлебнул уксуса вместо вина и пошел в сторону гостевых апартаментов.

Заметив, что принц тоже идет к выходу, Гварт Одноглаз остался на крыльце.

– Твое Высочество, а откуда у нас столько головастиков? – поинтересовался он, косясь своим единственным глазом то на повозку, то на три тяжелых сундука. Исканцы сняли их с повозки, но явно не знали, куда нести. Крышка одного из сундуков была расколота. А содержимое так и притягивало к себе взгляд.

Мистический жемчуг, ядра силы, окаменевший исток – названий много, но суть одна. Именно из-за этих круглых камешков империя с таким жадным интересом посматривала через Великий океан в сторону Забытых земель. И не только посматривала, но и предпринимала попытки закрепиться за океаном.

Тар непонимающе выгнул бровь.

– Головастиков?

– Ну этих, – Ничуть не смущаясь, Одноглаз ткнул пальцем в ближайших соленых клинков, еще не успевших покинуть поместье. – Они себя еще ошибочно моряками считают.

– Знаешь, оскорбляя моих людей – ты оскорбляешь меня.

– Так я не оскорбляю, – быстро нашелся Гварт, потеребив бороду. – Факт констатирую. К тому же я это… любя. Еще лет пять, и они дорастут до лягушек. Так постепенно и моряками станут… к старости. Если доживут.

– Напомни, почему я терплю тебя в своей свите?

– За спасение твоей поджаренной шкуры, Твое Высочество. А еще я забавный и полезный.

– Близкое знакомство с Тибером не пошло тебе на пользу, – вздохнул Первый принц.

Единственной причиной, по которой Гварт Одноглаз оставался в его свите – известный шпион не опасен и лучше неизвестного. Пирата так искусно к нему подводили, что он решил дать тому шанс оказаться не просто близко, а совсем рядом. Имея такого шпиона, ты не станешь посылать других. Ведь чем больше людей, тем выше шанс где-то проколоться.

Самое интересное, Тару так и не удалось выяснить, на кого конкретно Одноглаз работает. На Скале этот вопрос его не сильно заботил. Но пришло время распутать этот клубок. И прибывший груз давал такой шанс.

Зря Тибер обвинял его в бездействии. Огонь дракона шрамами на теле научил Первого принца осторожности и скрытности. В мире существовало только две сущности, полностью посвященные в его планы. Да и те на пару делили одно тело.

– А что за сундуки к нам привезли? – спросил бывший пират, скучающе поглядывая на суету возле повозки.

– Да так, доставили кое-что из моего гардероба с «Императрицы».

– А-а, ну да! Гардероб, – хмыкнул Одноглаз, стрельнув глазами в сторону разбитой крышки одного из сундуков. – А я то думал…

– Ты не должен думать, а должен выполнять, – несколько резче, чем это обычно бывало осадил пирата принц. – Для тебя есть срочное задание. Нужен дом в Серебряном городе или небольшое, но укрепленное поместье вне городских стен.