Текст книги "Периферия (СИ)"

Автор книги: Алексей Аксёнов

Соавторы: Саша Миндаль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Пауль заботливо поддержал своего напарника и усадил на подоконник. Пострадавшему оставалось только посочувствовать – сотрясение мозга относилось к тем подлым травмам, которые очень трудно поддавались магическому лечению. Чует моё сердце, придётся Инквизитору пару недель провести на больничной койке…

– Вам придётся пройти с нами, – Устроив наконец поудобнее сослуживца, Пауль повернулся к халферу. – Сложившаяся ситуация угрожает вашей жизни. Мы не причиним вам никакого вреда, сопротивление было совершенно излишним.

– А если не пойду? – с ленцой протянул Юрий. Похоже, он уже совершенно успокоился. – Потащите силой?

Пауль пожал плечами.

– Но ведь ты же пойдёшь? – снова вмешался я, старательно осклабившись. Хотелось надеяться, что Юрий воспримет это как ободряющую улыбку. – Не волнуйся. Инквизиция всегда держит слово. Если сказали, что не обидят – значит, не обидят.

Серых поморщился. Кажется, он не слишком-то мне поверил, однако понимал, что сопротивляться бессмысленно.

– Ладно, делайте из меня хоть ездовую собаку… – пробормотал он, демонстративно вытягивая вперёд руки. – Наручники одевать будете?

– В этом нет необходимости, – Впервые на моей памяти Инквизитор позволил себе что-то вроде улыбки. – Вы просто смените на некоторое время место жительства. После того, как будут завершены необходимые формальности, вы сможете вернуться домой.

Ну да, конечно… Если инферно не угробит Юрку раньше.

Похоже, халфер и сам не ждал от будущего ничего хорошего. Тоскливо покосившись на нас с Олегом, он отошёл к окну и закурил.

Удовлетворённо кивнув, Пауль освободил от "сети" Палыча и Тёмных и выудил откуда-то из-под балахона мобильник. Как и положено хорошему магу, сделал он это на пару секунд раньше звонка.

Инквизитор поднёс к уху телефон:

– Алло… Да, на месте… Нет, есть проблемы, но справимся сами… Да, понятно… Что?! Ну так передайте ему трубку!

После секундного молчания (очевидно, на другом конце линии связи мобильник переходил из рук в руки) Инквизитор резко подобрался, вытянувшись практически по стойке "смирно" – с ним явно говорил кто-то, имеющий куда более высокий ранг. Причём этот таинственный начальник находился за пределами "колпака" – в Москве, Белгороде, чем чёрт не шутит – в Праге или Берне… Только не спрашивайте, как я это определил. Для мага такой фокус – всё равно что умение шевелить ушами: впечатляюще, совершенно бесполезно, и чёрта с два научишь кого-то ещё.

– Вы?! Здравствуйте… – выдохнул Пауль.

В состоянии лёгкого охренения я наблюдал за тем, как по железобетонным арийским скулам Инквизитора расползаются пятна слабого румянца – ну прямо-таки как у малолетнего фаната, дозвонившегося наконец своему кумиру.

– Gut, hab ich verstein das, Grandemeister, – От волнения Пауль сбился на родной язык. Впрочем, тот, с кем он беседовал, явно владел немецким. – Ich mach alles, was Sie wollen.

Выслушав порцию ЦУ, Инквизитор, по-прежнему ошалело блестя глазами, попрощался и сунул руку с телефоном за отворот форменного балахона. Через мгновение раздалось звонкое "бряк!", и дорогие азиатские микросхемы запрыгали по лестничной площадке – фирма-производитель явно не рассчитывала на то, что её сотовые телефоны станут класть мимо кармана. Что ж, пусть мусоропровод будет ему пухом: восстановить разбитый вдребезги мобильник – это не расколотую вазочку склеить взглядом…

Растеряно проводив взглядом обломки своей игрушки, Пауль точно также посмотрел на нас. Очевидно, он считал, что за время его беседы Светлые и Тёмные дозорные должны были раствориться как-то сами собой.

– Вы ещё тут? – с искренним недоумением поинтересовался Инквизитор. – Я что, ещё вас не отпустил?

– Никак нет, господин куратор, разрешите доложить – не отпускали! – вытянувшись по стойке "смирно" и выпучив глаза на манер бравого солдата Швейка, ответил я.

С шуткой, пожалуй, вышел перебор. Где-нибудь в Москве или хотя бы Воронеже мне пришлось бы навсегда попрощаться со знаком дозорного. Другое дело, что над тамошним Инквизитором шутить не рискнул бы даже такой отморозок, как ваш покорный слуга.

– Что ж, приношу свои извинения, – Пауль успокаивался прямо на глазах. – С этого момента человек Юрий Серых…

– Халфер Серых, – негромко поправил Артём.

Инквизитор кивнул:

– Благодарю. Халфер Серых переходит в распоряжение Инквизиции. Считаю дальнейшее присутствие сотрудников Ночного и Дневного Дозора здесь излишним.

– Кстати, а у меня прадед воевал, – глядя в глаза Инквизитору, проговорил Олег. – В танковых войсках. На Курской дуге. Вы с ним не знакомы?

Разумеется, бывший оберштурмфюрер уже полностью справился с собой и на детские подначки не реагировал. Если честно, я ожидал, что он хотя бы снисходительно усмехнётся, но нет – лицо Пауля Зингера опять стало непроницаемо-каменным, как и положено образцовому Инквизитору.

– Вы слышали приказ, – безо всякого выражения произнёс он. – Убедительно прошу немедленно покинуть подъезд. Всех, и Светлых, и Тёмных. Всех, кроме…

Рука Инквизитора легла на плечо Руслана. Тёмный маг застыл, окутавшись лёгким сиреневым мерцанием Фриза.

– "А вас, Штирлиц, я попрошу остаться…" – вполголоса пробормотал я.

На сей раз Пауль всё-таки отреагировал:

– Я смотрел этот фильм. Хороший, но глупый. Мы были не такими.

– Может, вы и Мюллера лично знали? – Олег вслед за мной тоже полез на рожон.

– Нет. Но ваш прадед тоже вряд ли был знаком с маршалом Ватутиным. К тому же гестапо и "Ваффен-СС" – это разные вещи, господин дозорный, – Инквизитор отвернулся, давая понять, что аудиенция окончена.

Нам не оставалось ничего, кроме как действительно покинуть подъезд.

– Нюрнберга на вас нет… – буркнул я, спускаясь по лестнице.

Реакция Твердислава на наше сообщение о провале операции «Халфер» описанию поддаётся с трудом. Лично я от греха подальше спрятался в нашем отделе – шеф вполне мог сгоряча и пришибить, тем более, что в провале виновны были только мы, дозорные-розыскники.

Как выяснилось, главным нашим промахом была стычка с "дремучими". Я очень мало работал с проклятиями и не знал, что гнев, страх и прочие тёмные эмоции резко ослабляют устойчивость носителя "воронки". Прорыва не произошло только чудом – халфер почувствовал нашу разборку и, естественно, перепугался до чёртиков. К несчастью для Инквизиции (но к счастью для окружающих и в первую очередь – для самого себя), Серых походил на носорога – тот, говорят, с перепуга всегда кидается вперёд, норовя поддеть рогом обидчика. Безобидный и робкий в обычном состоянии, напуганный Юрий был страшнее установки "Град". Как мне показалось, "воронка" над его головой даже несколько присела.

Отдельную "головопорку" мы получили за шуточки над Инквизитором. Причём, хотя начал-то я, основную порцию огрёб Олег. Похоже, Твердислав от "этого оглашенного Яковлева" ничего другого и не ожидал, но то, что культурный и выдержанный Палыч начнёт мне подыгрывать – явно оказалось для него сюрпризом…

На душе было муторно. Вся наша затея была чистейшей воды авантюрой: если бы не Инквизиция, возникшая на манер рояля в кустах, мы с Тёмными просто истребили бы друг друга. Ничего не стоило поднять по тревоге ГБР – Твердислав, я думаю, не отказал бы. Если бы к Серых приехали не двое, а семеро дозорных – два оперативника плюс пять боевиков – "дремучие" трижды подумали бы, прежде чем лезть в бутылку. По-моему, в этом случае мы бы их просто не увидели.

Впрочем, с тем же успехом могло оказаться, что семерых Светлых Иных встретила бы ударная группа Дневного Дозора. Если верить тем сводкам, которые нам регулярно шлют из белгородского особого отдела (сами-то мы "шпионским играм" не обучены…), в Дневном Дозоре нашего города числилось десять сотрудников четвертого уровня и выше. Этого вполне достаточно для того, чтобы с гарантией разнести в клочья половину моих сослуживцев.

Кто теперь разберёт, какие планы были у Тёмных? В конце-то концов, неспроста Юрия охраняли двое лучших бойцов противника. Не исключено, что Дневной Дозор не стал вмешиваться лишь потому, что в ловушку попалось бы только мы с Олегом – слишком незначительная мишень.

Считается, что работа оперативника требует мгновенной (и самое главное – правильной!) реакции, но никак не изощренных умозаключений – выводы пусть делают начальство и аналитики. Всё оно так, вот только в нашем Дозоре аналитический отдел давно выродился в экспертную группу, а Твердислав с Павлом, при всём моём уважении, явно не способны решать сразу за всех подчинённых. Тут поневоле начнёшь думать сам…

Мне лично во всей истории с халфером не давала покоя одна фигура – Руслан. Свет и Тьма, ну какого лешего оперативник Дневного Дозора – и очень хороший оперативник, между прочим! – во время стычки атакует своих собственных коллег, пытаясь любой ценой предотвратить взаимоуничтожение? И почему он фактически сдал нам тайник с рукописью Алхазура, мощнейшим оружием против "пятки"? Ни за что не поверю, что среди Тёмных дозорных не нашлось бы грамотных специалистов, чтобы разобраться с "закладкой".

Сам собой напрашивался вывод о том, что Руслан – агент Света в Дневном Дозоре. Это, конечно, возможно – особистам Ночного Дозора иногда удавалось вербовка Тёмных. Вот только никакой агент не стал бы так бездарно подставляться, рискуя своей шкурой. Если бы не Инквизиция, Артём собственными руками разорвал бы предателя. Арестовав Руслана, Инквизиция, скорее всего, спасла ему жизнь…

Стоп! Если Руслан – агент, то кто, собственно, сказал, что он работает на нас?

Он – Инквизитор?

Гипотеза, конечно, безумная, но, тем не менее, достойная внимания. Методы Инквизиции всегда отличались странностью (с точки зрения обычных Иных – самим Инквизиторам, разумеется, их работа странной не кажется). Внедрить "личного в штатском" в один из провинциальных Дозоров для них не составит ни малейшего труда. Вопрос "зачем?" пока что вынесем за скобки – никакой информации на этот счёт у меня сейчас нет и быть не может.

Туда же придётся выносить и кучу других вопросов, самый главный из которых по-прежнему звучит так: а на хрена, собственно, Руслан привлекал к себе внимание? На кого бы он ни работал – на Светлых, на Инквизицию, на чёрта, дьявола или марсиан – первейшей его задачей как агента было бы "прикинуться ветошью и не отсвечивать", а уж никак не трепыхаться, подставляясь под удар особого отдела Дневного Дозора. Контрразведчики Тёмных, надо думать, чем-то всё-таки занимаются – не круглосуточно же им перекладывать бумажки со стола на стол? Да и сам Агон, может быть, и не гений, но уж точно не дурак. Как подсказывает опыт, дураки в Дневном Дозоре просто не выживают, а уж за пару сотен лет и слон научится играть на скрипке.

Мудрствую, мудрствую… А ведь не знаю я, собственно говоря, пока что ничего. От бесплодных умствований, говорят, можно заработать вывих извилин…

В библиотеках спят тома, от бочек пухнут закрома,

И сходят гении с ума в Ночном Дозоре.

Я, конечно же, гений (скромность – кратчайший путь к безвестности, согласны?), но вот свихнуться мне как-то не хочется.

Поёжившись от столь жуткой перспективы, я решительно взялся за текущие дела.

Вдребезги разругавшись с Олегом, мне всё-таки удалось включить Кирилла и Ингу в свою спецгруппу. Взамен этот гангстер прямо-таки выгрыз из меня обещание не привлекать Андрея – единственного ГБРовца, которого нам передал Николай. Он-то свою команду «чистильщиков» собрал первым. Зачем нужен боевик в группе, занимавшейся поиском «пятки», я, честно говоря, так и не понял, но доводить спор до логического финала не стал – себе дороже. Рано или поздно кутерьма уляжется, мы снова начнём работать по прежнему штатному расписанию, и Олег опять станет моим начальником.

Итогом моих титанических усилий стал листок со следующим текстом:

"Александр Яковлев – командир спецгруппы N2.

Кирилл Головко – зам. командира.

Инга Ларионова – аналитик".

Удручённо проглядев список, я прикинул, кто нам ещё нужен. Так, бойцов пока не надо – Тёмных средней руки мы отошьём и сами, а для схватки с элитой нужны таланты Твердислава или хотя бы Николая Тихоновича. Не помешал бы аналитик классом повыше Инги… да только где ж его, драгоценного, взять? На весь Дозор – только трое. Ребята для чистой беготни и работы в режиме "трёх П" – "Пошёл, принёс, подал"? Так из четвёртой резервной можно подключить – когда мы наконец решим, куда пойти, что принести и кому подать. Да и вообще, опера ноги кормят…

Упиваясь свежеприобретённой властью, я царственно водрузил себя в кресло Олега (пока тот не видит…), закинул ногу за ногу и произнёс сакраментальное:

– Ну что, у кого какие идеи?

– Что значит – какие? – вздёрнула брови Инга. От проницательного женского взгляда моя игра в "Великого Могучего Босса", естественно, никуда деться не могла. – Ты у нас шеф, тебе решать…

– Инга, солнышко, ты это брось! – так же показушно залебезил я. – Ну какой из меня шеф?! Я ж так, погулять вышел… Нет, серьёзно, ребята, что делать будем?

– Мы без тебя дополнительно проверили Серых, – сказал Кирилл. – Всё точно: "воронка" над ним – это результат исключительно действий Марии Будинцевой. Структуру воздействия выяснить не удалось. Боюсь, что покойная Машенька импровизировала, и ее заклинание нигде не зарегистрировано.

– Ещё бы! – воскликнула Инга. – Будь оно зарегистрировано, Дозоры штамповали бы халферов десятками.

– Так что без Марии мы уже не разберёмся, – подвёл итог Кирилл.

Это верно. Нет ничего более индивидуального, чем магия ведьм. Они ж, Тьма их забери, все как одна мнят себя великими творцами… творцыцами… Вот и изобретают чёрт знает что. Самое же паршивое, что иной раз даже сама ведьма не может повторить однажды полученный результат.

Так что без помощи Марии Будинцевой нам не обойтись. Жаль только, что некромантия совершенно недоступна Светлым…

Сквозь непроглядную темень в моих мозгах неожиданно забрезжил робкий отблеск нарождающейся идеи. Проверить её нужно было немедленно.

– Слушайте, коллеги, на том шабаше Мария была одна?

– В каком смысле? Там же, по-моему, собралась вся нечисть города! Маги, ведьмы, оборотни, вампиры… Тьфу ты! – ответил Кирилл.

Я невольно вспомнил про Эльвиру. Н-да, с определением "нечисть" по отношению к вампирам надо быть поосторожнее…

– Я не про это. Её кто-то сопровождал? Может, она с подружкой-чародейкой пришла, может – с приятелем-оборотнем.

– Да кто ж тебе это скажет? – удивился Кирилл. – Сам понимаешь, Тёмные свою личную жизнь не афишируют… как и Светлые, кстати.

– А зачем тогда мы существуем? – Инга, как всегда, безупречно выбрала время, чтобы выпрыгнуть из засады. – Киря, ты вообще-то где служишь?

– Собачки служат, я работаю. Оперативно-розыскной отдел Старооскольского Ночного Дозора, – буркнул Кирилл, возмущённый до глубины души обращением "Киря".

– А зачем нам сеть людей-информаторов? – не унималась Инга. – Расконсервируй ближайшего, просмотри память – и хоть что-то, но узнаешь!

– Легко сказать – расконсервируй, – Я вздохнул. – Без санкции шефа…

– "На время разрешения кризиса традиционная структура нашего Дозора перестаёт действовать", – с видимым удовольствием процитировала Инга и с жалостью покосилась в мою сторону. – Шурочка, ты звание отрабатывать думаешь? Или старшего тебе дали так, из жалости к старательной бездари? И вообще, кто командует нашей группой? Ты хоть понимаешь, что формально сейчас наравне с самим Твердиславом? Расконсервируем!

Сказать это было проще, чем сделать, но и сделать оказалось не слишком трудно. Не прошло и часа, как в нашем распоряжении оказались образы, "скачанные" из памяти Ивана Петровича Засеева, пенсионера шестидесяти семи лет, проживавшего – разумеется, совершенно случайно, как же иначе? – в одном подъезде с покойной Марией Будинцевой. Иван Петрович был человеком от природы крайне любознательным… да чего уж там – редкостным сплетником и старым болтуном. Образ жизни молодой симпатичной соседки ему крайне не нравился, и не раз косточки бедной Маши подвергались со стороны господина Засеева интенсивному полосканию. Маша, впрочем, тоже в долгу не оставалась, и одно из предупреждений она заработала именно за воздействие седьмого уровня – ведьма на три дня парализовала Ивану Петровичу язык, лишив его дара речи.

Честно сказать, если бы у меня было время, то, присев на скамейку рядом с бойким пенсионером, угостив его сигареткой и время от времени сочувственно кивая, я услышал бы от него всё, что меня интересовало – безо всякой магии. Однако времени катастрофически не хватало. Провал с халфером заставил всех нас резко поменять все свои планы и спешно импровизировать, пытаясь добиться цели хотя бы косвенными методами.

Человек, разумеется, не компьютер, и на то, чтобы выцедить нужную информацию, времени у нас ушло еще два часа. Зато к концу этого времени мы совершенно точно установили круг общения Будинцевой за последние полгода.

Честно скажу – легче от этого не стало. Ведьма оказалась особой на редкость компанейской, и список всех, кто навещал её квартиру за это время, растянулся на три листа. Почти сотня субъектов мужского и женского пола. Наш информатор был стопроцентным человеком, и потому надеяться даже на такое обрывочное "зрение Сумрака", как с Серых, было бесполезно. Полноценной картотеки образов, как в Москве или Питере, у нас не было, а разбираться с каждым "фигурантом" в отдельности – на это могут уйти многие недели.

К счастью, этого и не понадобилось. Примитивнейшая раскладка по времени, количеству встреч и их продолжительности дала однозначный результат: на протяжении последних двух-трёх месяцев перед гибелью ведьма встречалась в основном с одним и тем же молодым человеком. Двадцать-двадцать пять лет, среднего роста, слегка восточной наружности, чёрные курчавые волосы, судя по внешнему виду – достаточно обеспеченный. Надо было с чего-то начинать, и мы, предположив, что вряд ли Тёмная Иная станет заводить постоянные отношения с человеком, провели анализ базы данных на всех Иных этого возраста, постоянно проживающих в Старом Осколе и инициированных на Тёмную сторону.

Все наши выводы, конечно же, были, мягко говоря, притянуты за уши. Кто сказал, что ведьма не может запасть на смазливого юношу-человека? Кто сказал, что он оскольчанин? И самое главное – а какое отношение он имеет к "пятке" и халферу? Однако в нашей работе всегда 99 % составляют действия совершенно ненужные. Даже те из них, что заканчиваются удачей, вначале обычно выглядят проявлением воинствующего кретинизма.

Удача, однако, кончилась – в базе данных субъект не значился. То ли он не был Иным, то ли Тёмные не предоставили на него информации.

– Без толку! – горестно вздохнул Кирилл, проведя часа два за просмотром фотографий. – И чего мы вообще привязались к этому парню?

– А другая зацепка у тебя есть? – поинтересовался я. – Он – потенциальный свидетель. Найдём – может быть, разберёмся наконец, что такое сотворила перед смертью наша Машенька с Юрием Седых. А там, глядишь, найдём и "пятку"…

Последнего, впрочем, мне совсем не хотелось. Мы зарылись, как жуки в навоз (так любила выражаться моя первая учительница в начальных классах), в дело халфера, и раскручивать линию с "пяткой" мне никак не улыбалось. Да, чёрт возьми, по "пятке" сейчас работают Твердислав, Павел Васильевич и наш Олег – лучший оперативник города! Если не найдут они – я-то уж куда? "Когда кузнец куёт, лягушка пусть лапу не суёт…"

– Ребята, а вам не приходило в голову, что мы занимаемся ерундой? – поинтересовалась вдруг Инга. – Мы – Светлые. Знать всю Тёмную мелкоту не обязаны…

– И что, предлагаешь обратиться к Тёмным? – огрызнулся я. Нервы уже ни к чёрту, надо лечиться электричеством… – К Руслану, что ли, идти, из Инквизиции его выцарапывать?

Инга взглянула на меня с откровенным презрением:

– Шурочка, ну нельзя же быть таким тупым! У тебя же под боком имеется Тёмная Иная, которая, как ни странно, относится к тебе очень даже неплохо!

– Вампирша? – удивился Кирилл. – Думаешь, наш "фигурант" – упырь?

– Точно нет, мы эту публику знаем наизусть, – ответил я. – Если только "дикий"… А вообще ты права. Что мы теряем?

Я позвонил в медсектор, и через пару минут Эльвира поднялась к нам в кабинет. Вампирша, вторые сутки тупо валявшаяся на диване, явно рада была заняться хоть чем-то.

– Как самочувствие? – поинтересовался я первым делом.

– Муторно, – пожаловалась Эльвира. – Спать хочется всё время.

Я кивнул. Ещё бы не муторно! Постоянно находиться в здании Ночного Дозора, от подвала до чердака пропитанном Светлыми заклятиями – такое не каждый вампир выдержит. А слабость – тоже вещь абсолютно естественная, учитывая, сколько сил потеряла Эльвира в бою на лестнице моего дома, и какие раны ей пришлось регенерировать.

– Ты хоть питалась сегодня? – сочувственно спросила Инга. – Или всё человека из себя корчишь?

– Голубей в парке наловила, – ответила вампирша. – Противно, они пахучие… Зато кровь живая.

Кирилл довольно невежливо хмыкнул, представив, очевидно, сам процесс охоты вампира на голубей. Хорошо ещё, что при всех своих талантах Эльвира так и не стала Высшей (даст Свет, и не станет…). Гигантский нетопырь, носящийся над парком и ловящий несчастных птиц – картинка, мягко говоря, не для слабонервных. Зрелище не столько жуткое, сколько просто идиотское.

– Спасибо, конечно, за заботу, но зачем звали? – спросила Эльвира. – Не затем же, чтоб поинтересоваться самочувствием несчастной нежити?

– Элла, ты случайно не знакома с вот этим типом? – Я кивнул на развернувшийся в воздухе магический экран. Экран создавали всей группой, получилось донельзя коряво, но физиономия "фигуранта" оказалась достаточно четко различимой.

– Видела, – лаконично отозвалась вампирша.

– Кто он?

– Тёмный Иной. По-моему, маг или ведьмак. Фуфло мелкое, – Да уж, в откровенности Эльвире не откажешь… – Понтов больше, чем силы.

Я иронически покосился на Эльвиру. В плане магических способностей вампиры заведомо уступают магам на несколько порядков. Уж если вампир называет кого-то из них фуфлом… Н-да, можно-таки представить себе уровень этого парня…

– Зовут Кешей. Живёт на Жукова. Больше ничего не знаю, – Лаконичность Эльвиры уже начала потихоньку действовать мне на нервы.

– Найти сможешь? – поинтересовался я. Манера общения вампирши оказалась заразительной.

– На хрена?

– Надо.

– Найду. Когда?

Мы переглянулись.

– Сейчас, – решительно произнёс я.

Эльвира кивнула и поднялась со стула:

– Пошли!

Я тоже встал и привычно пробежался пальцами по ячейкам "бурского пояса", проверяя снаряжение.

– Следопыт, один собрался? – поинтересовался Кирилл. – Мы с тобой.

– Нет, Светлые, – Я покачал головой. – Найдём мы что-нибудь – неизвестно. Вы пока здесь побудьте, проверьте все сводки за последний год. Может, где-то фигурирует микрорайон Жукова… В общем, побудьте пока в резерве.

Ребята с кислыми физиономиями кивнули. Честно сказать, проверка статистики и бесплодные умствования надоели всем нам до чёртиков, и Инге с Кириллом страшно хотелось поучаствовать хоть в чём-то конкретном. Однако идти поперёк воли старшего по званию, да ещё и командира группы они не рискнули.

Мы с Эльвирой спустились на первый этаж. Да уж, странная получалась картинка! Скажи мне кто пару дней назад, что придётся выезжать на задание, имея в напарниках вампира – я бы со смеха развоплотился.

На входе сейчас дежурил Иван из бывшей патрульной группы, а сейчас волею Твердислава угодивший в резервную. Он был переведён к нам из Белгорода всего за пару дней до шабаша Тёмных и гибели Марии Будинцевой. Толком познакомиться с ним удалось только недавно. В общем-то ничего особенного из себя парень не представлял. Скорее всего, на ближайшие лет пятьдесят так и останется патрульным, никакими особенными талантами Иван не блистал, хотя и был на редкость трудолюбивым и исполнительным сотрудником.

– Здравствуйте, Александр Николаевич! – привстав из-за стола, Иван протянул мне руку. Не знаю почему, но он до сих пор был на "вы" почти со всеми в нашем Дозоре.

Поздоровавшись, я поинтересовался:

– Вань, ты Андрея не видел?

– Тихомирова? – тихо переспросил Иван. Не то, чтобы он хотел скрыть свой ответ от посторонних ушей – молодой маг всегда говорил очень негромко, точно стесняясь собственного голоса. Ни хрена, кстати, он особо не стеснялся – более флегматичного субъекта, чем Иван, я в жизни не встречал. Спокойный, как противотанковая мина. – Нет, пока не было. Передать, что вы его искали?

– Нет, не надо. Сам найду… – Если честно, Андрей мне сейчас был совершенно без надобности, разве что словом перекинуться. Однако последнее время в охране дежурил именно он, и вместо Ивана я ожидал встретить именно его. – Кстати, а какого лешего ты до сих пор со мной на "вы"?

Иван пожал плечами.

– Ну, так я тут без году неделя, Александр Николаевич… А вы…

– "А ты…", – с нажимом поправил я. – И никаких "Александров Николаевичей". Максимум – Александр.

– Понял.

Эльвира за моим плечом довольно громко кашлянула.

– Александр… – От "Николаевича" Иван удержался с трудом. – А вот эта… ну, девушка…

– Да вампирша я, вампирша, – ласково откликнулась Эльвира. – Не стесняйся, милый!

– Она со мной, – сказал я. – Элла, не приставай к человеку… в смысле – к Иному. Пошли!

Иван проводил нас довольно-таки ощутимо ошалевшим взглядом, но больше сказать ничего не рискнул. Даже его знаменитому спокойствию имелись пределы.

Уже на ступеньках я поинтересовался:

– Что на тебя нашло?

– А чего они у вас такие нежные? – хмыкнула Эльвира. – Ну подумаешь, идут на дело вместе Светлый маг и упырица… Мало ли что в жизни бывает!

Микрорайон Жукова встретил нас обычным шумом городской жизни. С гулом и шорохом мчались по улице машины, спешили по своим делам люди. Им не было дела до маленькой опергруппы донельзя странного состава, что целенаправленно вышагивала от остановки маршруток в сторону кинотеатра «Быль».

У основания колонны с громадным бюстом великого полководца Эльвира замедлила шаг.

– Вот здесь, – сказала она.

Я кивнул. На память пока жаловаться рано, а сводку я читал. Именно у памятника Жукову началась та драка вампиров "домашних" и "диких", так эффектно закончившаяся в моём подъезде. Да хоть бы и не сводка – останки упокоенного вампира были зачищены из рук вон плохо (точнее говоря, вообще не зачищены, а просто разметены ветром), и следов в Сумраке было до чёртовой бабушки.

Кстати, о следах! Как, интересно, Эльвира предполагает искать неизвестного мне мага? Я что-то никогда раньше не слышал о таких способностях у вампиров. Не их это метод. Да и искать следы в таком людном месте, как парк у "Были" – всё равно, что разыскивать в Африке человека, о котором известно только то, что он – негр. Это место – главное "гульбище" в городе, и народу здесь каждый день толчётся море. И люди, и Иные.

Впрочем, искать следы вампирша и не собиралась. Она вполне уверенно потащила меня куда-то вглубь микрорайона, к теснившимся там кирпичным пятиэтажкам. В ответ на мой вопросительный взгляд Эльвира нехотя произнесла:

– Он где-то здесь живёт… Мы всегда тусовались на "Были", обычно вампиры и оборотни, но иногда и другие Тёмные подваливали. Как-то раз он был в нашей компании. Проходили мимо, он заходил домой, что-то то ли брал, то ли оставлял… Вот в этом доме. Второй подъезд.

Мы остановились возле светло-серого жилого строения с двумя табличками на стене. Одна из них гордо информировала, что в своё время именно с этого дома началось строительство микрорайона имени Жукова, а вторая, более прозаическая, информировала о том, что в настоящее время этот дом имеет номер 8.

Что ж, дать первому построенному дому номер ближе к концу десятка – это вполне по-оскольски. Однако пусть с этим разбираются будущие историки города, буде таковые найдутся. Меня сейчас больше всего интересовало другое: как отыскать иголку в стоге сена – то бишь Иного среди двух-трёх сотен людей, населявших подъезд? Следы здесь перекрывались так плотно, что я даже не стал разбираться – не прочесть мне этой мешанины.

Я полез в карман и выудил оттуда мобильник. Проведя рукавом по клавиатуре (чёрт бы побрал тот схрон, до сих пор земля во всех карманах!), я набрал номер Кирилла.

Интересно как работали оперативники до того момента, когда в России появилась сеть сотовой связи?

– Ну? – не слишком дружелюбно отозвался Кирилл. Зря я, похоже, оставил его наедине с Ингой. Это милейшее голубоглазое создание способно, руководствуясь самыми благими намерениями, из любого человека (или Иного, без разницы) сделать законченного невротика. У меня, Олега или покойного Серёги на неё быстро выработался иммунитет, а вот Кирилл за целый год так и не смог приспособиться к обществу новоиспечённой оперативницы.

– Дай информацию по восьмому дому на Жукова, – попросил я.

На другом конце линии связи послышался торопливый перебор клавиш.

– Так, Жукова, 8… С 1978 по 1999 в квартире N11 проживал вампир… Ого, да там обитал твой покойный друг Драгомир! Других сведений нет. Ни зарегистрированных Иных, ни каких-либо происшествий, связанных с магией за последние тридцать лет.

– А раньше?

– А раньше там дома не было! Это же "Новый город", микрорайон построен не так давно.

– Информаторы наши есть?

– Нет ни одного. Иные не проживают, значит, и волонтеры на фиг не нужны.

– Ладно, спасибо, отбой!

Запихнув телефон обратно в карман, я повернулся к своей новой напарнице:

– Как искать будем, Элла?

Вместо ответа вампирша прикрыла глаза, сосредотачиваясь, а затем скользнула в Сумрак, одновременно трансформируясь… Чтоб мне провалиться, до чего же она паршиво выглядит в своём истинном облике! Одних клыков не-Иному хватило бы для того, чтобы весь остаток жизни просыпаться в холодном поту.

Я вздохнул. Обидно, блин! Ведь симпатичная же девушка… Не дай бог её будущему мужу как-нибудь увидеть свою трансформированную супругу, особенно после первой брачной ночи. Когда поймёт, с кем спал, станет импотентом, и даже магия не спасёт.

Тем временем Эльвира, потерявшая значительную часть человеческого в своём облике, сжалась, напряглась, а потом с огромным трудом распрямилась, точно что-то выталкивая из себя. Я не сразу понял, что она делает. Лишь когда где-то в голове, на самом пределе чувствительности родилась медленная тягучая мелодия, до меня дошло, что именно происходит.

Я первый раз в жизни воспринимал настоящий Зов вампира.

Из подъезда, шатаясь, медленно вышел мужчина – худой долговязый очкарик лет сорока. Уставившись остекленевшим взглядом на Эльвиру, он побрёл, заплетаясь, в нашу сторону. По нездорово желтоватому лицу (проблемы с печенью, что ли?) прямо-таки плескались волны совершенно нечеловеческого восторга. Не знаю, что именно он сейчас видел перед собой, но ей-богу, жертве Зова невольно хотелось позавидовать.