Текст книги "Ловушка для мастера (СИ)"

Автор книги: Александра Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)

– А тан Альнбар знал о том, что за клятвы он на себя навешивает? – с подозрением осведомился я.

– Должен был знать, – так же неожиданно отвел глаза учитель.

Я насторожился еще больше.

– Должен был?

– Скажи, ученик, ты в курсе, почему старшие рода называются старшими? – вместо ответа вдруг поинтересовался мастер мастеров, заставив меня нахмуриться. – И какая вообще разница между старшими и младшими родами?

Я немного помедлил с ответом.

– Официально считается, что причина в Таланте. У старших родов он есть, у младших – нет. И в этом, собственно, вся разница.

Учитель качнул головой.

– Нет, Адрэа. Изначально старшими называли рода, которые самый первый в истории Норлаэна тэрнэ мог небезосновательно называть своими верными сторонниками и главы которых принесли ему магические клятвы на смерть. Тогда их было двадцать. Опора трона. Самые верные. Самые надежные. Со временем, когда началась гонка за силой, их число уменьшилось до пятнадцати. Когда не стало Морхэ, старших родов осталось четырнадцать, а теперь их и вовсе тринадцать.

– Но как же…

– Привязывать статус рода к Таланту решили позже, – без труда угадал мой следующий вопрос учитель. – Просто для того, чтобы не афишировать наличие клятв. К тому же это было удобно, понятно для обывателя, не надо было объяснять всем подряд, почему кто-то годами и десятилетиями пользуется безграничным доверием тэрнэ, а кто-то, напротив, прозябает на обочине. Ну а Таланты потом просто привили тем родам, кому это требовалось… в первом роду этого добра хватает, да и проще тогда было с межродовыми браками… Поэтому теперь силу рода по традиции связывают только с Талантом, хотя на самом деле это не совсем так.

Вот блин.

Судя по всему, я случайно стал обладателем еще одной государственной тайны. Интересно, меня за это потом за какое-нибудь интересное место на дереве не подвесят? Или же мне повезет отделаться еще одной меткой в ауре?

– Но как вы можете контролировать процесс? – непонимающе посмотрел я на учителя. – Рождение нового Таланта – вещь непредсказуемая. Все рода, особенно младшие, стремятся его заполучить. И прилагают массу усилий, чтобы однажды вырваться в лигу старших. Что, если у кого-то это однажды получится? Что вы будете с ними делать? Их что, насильно под клятву подведут? Или уберут со сцены, как Расхэ, под предлогом измены короны?

Мастер мастеров снисходительно улыбнулся.

– Зачем? Есть способ проще. Первый род просто не дает сформироваться таким парам, у которых возможно зарождение Таланта. Таким образом и поддерживается ныне существующий порядок.

– Первый род… что? – вздрогнул я. А потом меня так же неожиданно осенило. – Дайн меня задери! НАБИРЭ!

– Верно, – кивнул учитель. – Все без исключения набирэ работают с разрешения и строго под патронажем первого рода. И все свои решения по поводу подбора пар они согласовывают с особым отделом при военном министерстве. Со старшими родами проблем обычно не бывает, поэтому, как правило, контролирующие органы в решения набирэ в отношении таких пар не вмешиваются. А вот за младшими родами следят очень внимательно.

Черт!

Так вот почему у тех же Босхо, несмотря на кучу договорных браков так до сих пор и нет магов с полноценным Талантом! И вот почему за столько лет количество старших родов только уменьшается, но никак не растет!

– Значит, это политика? – с еще большим подозрением посмотрел я на мастера мастеров. – Многолетний контроль рождаемости и не совсем естественный отбор?

Тот невозмутимо кивнул.

– Неподконтрольные, излишне сильные и непредсказуемые маги стране не нужны. Поэтому число сильных одаренных, особенно в потенциально проблемных родах, тщательно контролируется. Вопреки бытующим в миру заблуждениям, набирэ видят судьбы не только тех, кто приходит к ним на консультацию – чаще всего им доступны и линии вероятности по спецзапросу. К примеру, если в каком-нибудь роду планируется свадьба (а о таком событии всегда узнают заранее), то даже без прямого участия набирэ повлиять на нее более чем возможно.

– Ну да. Если жених и невеста в потенциале не особенно важны, то пускай себе женятся. А если в линиях вероятности вдруг нарисуется потенциально опасный наследник с Талантом, который не нужен первому роду, то свадьбу ведь можно и расстроить, да? К примеру, рассорить молодых, подбросить невесте или ее родителям компромат на жениха. Если не расстались, то и аварию можно устроить…

– Ну обычно хватает и компромата, – не стал отрицать учитель. – Жесткие меры никому не нужны. Да в них и нет особого смысла. Зачем провоцировать недоверие к власти? Чаще всего достаточно посоветовать паре обратиться к набирэ, ну или организовать консультацию… запросы же идут через специальный отдел при военном министерстве… и вопрос решается сам собой. Ну а если не решается, то после рождения детей проблема разруливается с помощью хорошего целителя.

Я мрачно глянул на учителя.

– Так же, как его «разрулила» когда-то Алоиза Норасхэ?

– Да, – так же спокойно подтвердил мастер Майэ. – Это вопрос безопасности. Причем не только для первого рода. Старшим родам привилегии даны не просто так. Их даруют исключительно под гарантии того, что технологии, знания, средства и силы, которые им даны, не будут обращены против правящего рода. Это закон. Именно поэтому старшие рода всегда стоят на ступеньку выше, чем младшие. И поэтому же без очень веских причин ни один младший род не перейдет в категорию старших. Ему просто не позволят этого сделать.

Я тряхнул головой.

Мне такая постановка вопроса откровенно не понравилась. Политика первого рода в отношении одаренных слишком уж сильно отдавала диктатурой, причем тотальной, раз уж Ларинэ считали себя вправе вмешиваться даже в вопросы наследования дара.

С другой стороны, если поначалу тэрния формировалась тяжело, с большими проблемами, смутами, восстаниями и неоднократными попытками свержения власти… а история говорила об этом достаточно откровенно… то страховка первому роду действительно была нужна.

Она, правда, в итоге оказалась больше похожей на строгий ошейник, особенно если вспомнить историю с уничтожением второстепенных магических ветвей, которая вошла в моду, кстати, тоже с подачи набирэ. Но конкретно сейчас я не хотел тратить время на обсуждение решений первого повелителя Норлаэна. И тем более не собирался осуждать нынешнего тэрнэ, наверняка не планировавшего отменять сомнительную лично для меня практику, которой уже много веков.

К тому же в отношении того же рода Босхо я бы не сказал, что они были так уж сильно ущемлены в правах. Наоборот, у них имелись земли, деньги, власть, причем немалая. Свои производства, заводы, банки… да и в плане магии, если не считать отсутствие Таланта, они уж точно не были обделены. А после смерти Расхэ так особенно.

То есть в тэрнии, несмотря на некоторые ограничения, младшие рода очень даже процветали. О дискриминации речь тем более не шла. Напротив, я бы сказал, что тем же Босхо в каких-то вещах было дано даже слишком много воли.

И посмотрите, к чему это привело?

– Так. Ладно, – проговорил я, решив, что тема слишком сложная и неоднозначная, чтобы вот так сразу дать ей точную оценку. – Какое отношение это имеет к Расхэ? Клятву верности первому роду, причем клятву на смерть, предки тана Альнбара когда-то давали, это я понял. Почему она сработала через столько лет?

– Такие клятвы не имеют срока давности. Они даются целому роду. И от лица целого рода, – пояснил мастер Даэ. – Поэтому действуют до тех пор, пока жива хотя бы одна из сторон. И передаются от тана к тану, активируясь в тот самый момент, когда новый глава рода, вступая в должность, дает присягу его величеству. С этого момента любой из танов, хочет он того или нет, обязан соблюдать верность нашему повелителю. Если он ошибется, платить за его ошибки будет весь род.

Я снова нахмурился.

Так. То есть на меня она пока не действует, раз я пока не тан и присягу никому не давал?

– Тогда почему вы сказали, что тан Альнбар мог об этом не знать?

– Потому что с тех пор, как был придуман этот ритуал, прошло не одно тысячелетие. И потому, что с того времени многое подзабылось даже в старших родах. История падения Морхэ – наглядный тому пример.

– Как? – чуть не растерялся я. – И они тоже⁈

– Моррох не знает о клятве первому роду, – со вздохом признался мастер Майэ. – Но из того, что я сумел выяснить, умирали наши с ней предки именно от кровных уз.

– Но там же погибли преимущественно мужчины, – усомнился в его словах я. – Женщины в большинстве своем выжили. Моррох рассказывала. Разве клятва может действовать так избирательно?

– Клятва – нет. Но я думаю, что Морхэ, когда увидели линии вероятностей, своевременно предприняли меры и просто исключили из рода тех, кого смогли. Скорее всего, кто-то из них… возможно, даже сам тан… видел не только будущее, которое еще можно изменить, но и то, которое изменить уже невозможно. Как я. И если это действительно было так… если тан увидел хотя бы часть из того, что должно было случиться, то лучшее, что он мог сделать в такой ситуации – это спасти тех, кого еще возможно. Не исключено, что и единственный способ сохранить своих людей ему тоже подсказало видение. Поэтому когда действующий тэрнэ… не знаю, сам или ему кто-то помог… пришел к выводу, что его предали, то от магии пострадала только часть Морхэ. Тогда как часть, напротив, выжила. Но, к сожалению, потеряла много знаний, силу, магию и не сохранила информацию о старых родовых клятвах.

– Думаете, Расхэ тоже могли об этом забыть?

– Морхэ ушли со сцены достаточно давно, – развел руками мастер мастеров. – С тех пор ничего похожего в Норлаэне не происходило. Впрочем, если ты утверждаешь, что тан Альнбар изначально не планировал никого предавать, то о клятве он мог просто не подумать. Да и зачем, если он даже не знал, для чего его пригласили в тот день во дворец?

Он немного помолчал, а потом внезапно добавил:

– Спроси его, кстати, об этом, когда увидишь. Думаю, он не откажется тебе ответить.

Я быстро вскинул голову, но учитель ответил мне прямым и абсолютно невозмутимым взглядом.

– Откуда?.. – только и спросил я, понимая, что где-то просчитался и чего-то не учел.

– Способность обращаться к памяти рода – один из даров, которые первый род преподнес своим самым верным сторонникам в обмен на преданность, – с усмешкой ответил старый мастер. – Поэтому во всех старших родах, даже в тех, кто не практикует активно магию сна, хотя бы раз в поколение появляется полноценный проводник. Всегда. Во все века, без исключений. Просто потому, что для этого в первом роду придумали специальный обряд. У младших родов такого обряда нет, поэтому процесс появления проводников непредсказуемый, тут как повезет, а вот у старших в случае чего проводника просто назначат. Так сказать, создадут.

Ого. Так мне про этот обряд когда-то рассказывали?

Обряд памяти рода…

Оказывается, его не только проводят сильнейшие, но, если нужно, вмешиваются со стороны, чтобы род без проводника не остался.

– Да, – согласился учитель. – Первый род за этим следит. Поэтому связь с предками у его сторонников есть всегда. При этом как только старый проводник умирает, на его место так или иначе приходит новый. Другое дело, что проводник в роду единовременно может быть только один, существование второго магия попросту не допускает. Что же касается тебя, то раз ты остался последним носителем чистой крови, да еще и являешься при этом магом сна… в общем, я даже не сомневаюсь, что тебе никакой обряд уже не нужен и что ты уже давно умеешь обращаться к памяти рода. И информацию, которую ты мне сегодня передал, тоже почерпнул именно оттуда.

Я тяжело вздохнул.

– Все-то вы знаете…

– Ну не все. Но многое, это верно. Зато мне не нужно дополнительно расспрашивать тебя о твоем биологическом отце. И нет нужды рассказывать, как на самом деле закончилась его последняя встреча с тэрнэ. Я прав?

Я немного помедлил.

– Да. Я видел, что случилось во дворце, глазами тана. Знаю, что он чувствовал и о чем думал, когда умирал. Знаю, над чем именно он работал и к каким результатам в действительности пришел. Почему он и его дети были обвинены в государственной измене. И в какой-то мере понимаю реакцию тана. Но при этом не могу не думать о том, что у этой проблемы могло быть и другое решение.

– Боюсь, ты не все знаешь, – качнул головой мастер Майэ. – На самом деле в поместье Расхэ был отправлен не карательный отряд. Изначально перед ними никто не ставил задачу стрелять на поражение.

– Я помню другое.

– А ты видел всю операцию от начала и до конца?

Я свел брови к переносице и вынужденно признал:

– Нет. Большая часть сведений о той ночи досталась мне только благодаря видеокамерам. Сам я помню лишь самый конец. И то у меня голова сильно болела.

– Его величество отправил к поместью Расхэ всего одну боевую группу, – тихо сказал мастер мастеров. – Плюс группу поддержки на всякий случай. Но не для того, чтобы с ходу атаковать, а чтобы провести оценку обстановки и выявить потенциально опасных, быть может, закодированных с помощью найниитовых модулей субъектов, о которых сообщили информаторы Увэ. Когда первая группа прибыла на место, ими были использованы подавители сигналов, чтобы избежать паники и утечки информации, тогда как охране велели открыть ворота и не оказывать сопротивления. Им сообщили, что это прямой приказ тэрнэ, что в имении проводится военная проверка и что на это время весь персонал имения обязан выполнять распоряжения прибывшего вместе с группой представителя тэрнийской службы безопасности.

Я нахмурился еще больше.

– Судя по всему, что-то пошло не так, раз проверка в итоге вылилась в полноценную бойню?

– Охрана отказалась подчиниться представителю ТСБ, – сообщил мне мастер Майэ. – Вместо того, чтобы открыть ворота и сложить оружие, как предписывает закон, они сообщили, что у них приказ, и первыми открыли огонь на поражение.

– Приказ? – мгновенно насторожился я. – Что за приказ? От кого? К тому моменту, как люди тэрнэ прибыли в имение, тан Расхэ был уже мертв. Связаться с ним было нельзя. Глава службы безопасности оказался в отъезде и в момент прибытия спецназа, я так полагаю, был недоступен для контакта. Его зам, вероятно, остался на месте, но кто мог приказать ему…

У меня вдруг что-то щелкнуло в мозгу, и я осекся. А потом перехватил выразительный взгляд мастера Майэ и тихо прошептал:

– Дайн меня задери! При отсутствии связи с главой рода и с главой службы безопасности охрана могла запросить полномочия на сдачу оружия лишь у одного человека!

– У супруги тана, – кивнул учитель. – Правда, до сегодняшнего дня я не подозревал, что она могла выжить в том пожаре, но раз ты получил ее показания, значит, она была там в ту ночь. И значит, это она нанесла своему мужу и всему роду Расхэ тот самый удар, который в итоге стал для них последним.

Я прикрыл глаза и торопливо порылся в воспоминаниях.

В свое время, слушая записи показаний Алоизы, я не стал детально интересоваться, в какой именно момент и как конкретно она покинула поместье после того, как пришла в себя. Решил, что в случае чего вернусь к этому позже, ведь тогда у меня была масса других, гораздо более важных дел.

Потом у меня, естественно, не нашлось для этого времени. Слишком уж много всего навалилось в конце лета, так что я про этот нюанс благополучно забыл.

И вот теперь, когда мастер Майэ дополнил мое видение ситуации, я к нему наконец-то вернулся. После чего по-быстрому просмотрел те самые мгновения, которые раньше упустил из виду. Доподлинно выяснил, что для побега Алоиза, как ни странно, побоялась использовать иллюзию – защиту имения в одиночку она бы не преодолела, да и машину при использовании личины, к примеру, кого-то из слуг ей не позволила бы взять охрана. Ну а если ушлая дамочка и смогла бы угнать тачку, то ее по-любому быстро догнали бы и заставили вернуться, а она не хотела рисковать.

Именно поэтому, очнувшись от забытья, бывшая супруга тана Расхэ быстренько осмотрелась. Обнаружила, что спальня заперта, но при этом поблизости нет ни слуг, ни охраны. Поняла, что Альнбар, свято уверовав в ее смерть, не стал никому сообщать о предательстве – это было не в его характере, а она все же успела хорошо его изучить. Затем сделала пробный звонок через идентификатор на номер своей личной горничной и, убедившись, что ее никто и ни в чем не подозревает, преспокойно принялась собираться. А как только была готова, без труда открыла замок на двери (комната запиралась на ключ, но проблем у лэнны, всегда имевшей запасной ключ при себе, не возникло). Ни от кого не прячась, спустилась вниз и, даже не вспомнив об оставшейся в детской дочери, беспрепятственно забрала из гаража один из ардэ, сообщив охране, что у нее заболел близкий родственник и что она должна в срочном порядке к нему приехать.

Ей как хозяйке никто даже слова поперек не сказал. Разве что заместитель Нокса дал ей в качестве сопровождения пару человек, которых она по пути банально усыпила и выкинула за борт.

Ну а когда через пару рэйнов после отъезда на ее идентификатор, который Алоиза в спешке забыла выбросить, поступил тревожный звонок с вопросом, как следует поступить охране в связи с прибытием в имение представителя ТСБ, бывшая супруга тана Расхэ неожиданно увидела шанс в последний раз подгадить роду Расхэ. А затем недрогнувшим голосом сообщила подчиненному, что это не ТСБ, что никаких предупреждений от безопасников ни ей, ни ее мужу не поступало. Поэтому к гостям следует относиться как к агрессорам, то есть защищать имение и людей в нем до последнего вздоха. И использовать для этого все доступные силы и средства.

Они, собственно, так и сделали.

При этом никто из них не знал, что к тому моменту большая часть рода Расхэ была уже мертва – кровные узы, благодаря старой клятве, сделали свое дело ровно в тот самый миг, когда его величество убедился, что его предали. Для активации метки на смерть ему даже приказывать было не нужно – она реагировала на эмоции хозяина.

Причем случилось это мгновенно. По всей стране. Все чистокровные Расхэ поумирали в один миг, не успев даже понять, в чем дело.

Более того, это должно было коснуться и дочери тана. Полагаю, той ночью она умерла в своей постели, просто никто этого не заметил. Его сыновья погибли еще раньше. А вот маленького Адрэа, раз уж его на тот момент не приняли в род и не «подключили» к узам, его брата Рисса, а также слуг, охрану (может, не всю, но как минимум часть) и прочий персонал магия первого рода обошла стороной. Вероятно, потому, что среди обслуги работали в лучшем случае полукровки. Как, наверное, и среди тех, кто обеспечивал интересы рода Расхэ в Нижнем городе.

Именно поэтому они выжили, а остальные нет. И поэтому же их хоть и искали потом, но не очень интенсивно: его величество прекрасно знал, какой эффект давала древняя клятва, поэтому мог не волноваться насчет того, что кто-то из Расхэ сумел уцелеть.

Нас ведь не зря после этого стали называть мертвым родом, правда?

Впрочем, всего это тоже не объясняло.

Допустим, Нокса и его людей перед смертью тан освободил от всех клятв, поэтому фактически Расхэ они уже не являлись и под действие клятвы первого рода вполне могли и не попасть.

Но как насчет остальных?

– А что насчет женщин и детей? Они тоже пытались оказать сопротивление? – наконец-то задал я мучавший меня все эти годы вопрос. – Неужели бойцы тэрнэ не нашли другого способа с ними справиться, кроме как уничтожить на месте?

– Незадолго до того, как наши люди вошли в дом, слугам поступило то же предложение, что и охране – сложить оружие и не оказывать сопротивление, – ровно ответил учитель. – Они не захотели этого сделать. Что же касается женщин и детей…

Он немного помолчал.

– Когда наши ребята вошли, одна из горничных кинулась на них с ножом. Вторая напала с кочергой. Еще одна девушка зачем-то пыталась с плачем вытащить в коридор тело девочки лет десяти. При виде наших бойцов она сначала впала в ступор, потом начала кричать, что это они ее убили, и тоже кинулась в драку. Всех троих в итоге оглушили, – добавил учитель после небольшой паузы. – Убивать их не было нужды. Девочку бегло осмотрели, но она оказалась мертва, причем уже не первый рэйн, хотя никаких ран на ее теле не обнаружили. Причину смерти должны были установить целители, однако до целителей дело в итоге так и не дошло – все три лаиры практически сразу пришли в себя. При этом вели себя неадекватно, проявляли крайнюю степень агрессии, в контакт не вступали, на команды не реагировали. А следом за ними с ума начали сходить и все те, кого удалось обезвредить без крайних мер и кто до этого момента не вызывал подозрений.

Я замер.

– Это было похоже на то, как вели себя во дворце сыновья тана Расхэ?

– Да, – кивнул учитель. – Задержать ни одного из безумцев или обезвредить их без риска для группы было нереально. Некоторые из них и вовсе себя подожгли, а затем запалили дом. Поскольку очагов возгорания оказалось много, то погасить их сразу попросту не смогли. Магия в поместье Расхэ даже при отключенных артефактах работала со сбоями. Старые родовые гнезда… они, если ты не знал, в буквальном слове построены на костях. Их стены насквозь пропитаны магией и одновременно силой рода. Магией, которая неизменно усиливает своих и всеми способами стремится помешать чужакам. Использовать постороннюю магию на территории родового поместья чаще всего нельзя, а если и можно, то она ведет себя непредсказуемо. Именно поэтому во время захвата вашего поместья не была использована ни боевая магия, ни ментальная. Поэтому же и целители, и даже менталисты не смогли толком повлиять на безумцев. Сила рода в данном случае сослужила Расхэ плохую службу. Ну а поскольку ни рисковать понапрасну, ни терять своих людей тэрнэ не захотел, то бойцам в конце концов поступил приказ зачистить все имение, не делая исключений ни для кого. Даже для детей, потому что среди них тоже оказались такие вот «безумцы», один из которых умудрился восстать, даже получив пулю в сердце.

У меня что-то екнуло в груди.

Дайн.

Уж не обо мне ли речь?

Это же меня тогда убили, можно сказать, дважды. Вернее, первый раз пулю словил еще тот, настоящий Адрэа Гурто, тогда как мне досталась всего лишь вторая. Да и то найт, хвала тэрнэ, уберег.

А вот крики, которые я слышал…

Судя по всему, это кричали не раненые, а те, кто поджег себя сам. Тогда как бойцы тэрнэ, получается, не имели к их смерти прямого отношения.

– Это стало последним и самым веским доказательством в пользу вины тана Альнбара Расхэ, – добавил мастер Майэ, пока я напряженно размышлял, стоит ли давать ему новый повод для сомнений. – Если не веришь, запись с места событий у меня есть, так что можешь сам убедиться – это была вынужденная мера, которую применили лишь тогда, когда другого выхода не осталось.

Вот дайн. Если бы я знал об этом раньше…

– Но Алоиза утверждала, что сообщников в имении тана Расхэ у нее не было, – медленно проговорил я, решив пока не торопить события и не упоминать, что тем самым мальчиком с пулей в груди был я сам. – Во время допроса она категорически отрицала, что менталист воздействовал на кого-то, кроме ее сыновей. Повторяла, что действовала одна, не привлекая к этому ни слуг, ни охрану, ни кого-то еще. Соврать она никак не могла…

– Она была магом сна, – напомнил мастер Майэ. – И пускай прямое воздействие на разум было ей недоступно, но как маг того же направления ты должен помнить, что во сне человеку можно многое внушить и на многое его сподвигнуть. Особенно если это – не одаренный человек, а простой слуга. Плохо образованный, ментально слабый, мягкий, от природы податливый и к тому же беззаветно любящий своего тана и преданный его супруге до глубины души.

Я нервно дернул щекой.

Признаться, о таком варианте я почему-то не подумал, несмотря на то, что нечто подобное Алоиза сумела провернуть даже с таном Горусом. Годами его обрабатывала, кучу времени угробила, но все-таки сумела убедить в том, что он должен уступить кресло тана своему единственному сыну.

С ее стороны это, правда, была не полноценная ментальная установка, а всего лишь обычное, просто очень сильное, старательно взращиваемое и годами подпитываемое убеждение, основанное на мыслях и сомнениях самого тана.

Но что мешало Алоизе проделать то же самое и со слугами?

Разве что время?

Признаться, она так долго занималась двумя танами сразу и так убедительно говорила, что на это уходили все ее невеликие силы, что даже я поверил, будто ни на кого другого ее попросту не хватило и хватить в принципе не могло. Дар в этом плане был у нее слабым. Много времени уходило просто на то, чтобы убедить мужа не гнать ее прочь из его же собственного сна, не говоря уже о том, чтобы вытянуть из него какие-то секреты. Плюс его отец ей очень долго сопротивлялся…

А она, выходит, за эти годы еще и слуг обработать успела? Причем сама, без чьей-либо помощи. Хотя, возможно, на слугах она просто тренировалась, как на кошках, прежде чем начать работать с таном Горусом. И раз никто ее в лоб об этом не спросил… тану Альнбару, судя по всему, это не пришло в голову, а я, поверив, что его бывшая жена не способна врать, упустил из виду этот момент… то она ничего и не сказала. То есть соврать действительно не соврала, но, не получив прямого вопроса, всю правду так до конца и не раскрыла.

«Вот ведь стерва продуктивная, – со смешанным чувством подумал я, решив, что при первом же визите к Расхэ непременно проверю догадку мастера Майэ. – Не покладая рук трудилась. День и ночь, ночь и день… годами… на все случаи жизни подготовилась… тварь».

Это ж сколько на самом деле она народу погубила?

Скольких если не убила, то поломала им жизнь?

«Страшная женщина, – тихонько прокомментировала мои мысли молчавшая дотоле Эмма. – Никогда не думала, что однажды это скажу, но очень хорошо, что ты ее уничтожил».

Я молча кивнул.

Да. В мертвом виде Алоиза была хотя бы безопасной. Но в следующий свой визит к тану Расхэ я непременно ее разбужу и выясню все спорные моменты до конца.

– Надеюсь, у тебя больше не осталось претензий к его величеству? – спросил мастер Майэ, когда мы снова встретились взглядами. – Я могу быть уверенным, что ты никаких глупостей не наделаешь?

Я снова кивнул.

Да, теперь, когда последние терзавшие меня вопросы оказались сняты, предъявлять его величеству и впрямь стало нечего.

– Вот и хорошо, – едва заметно улыбнулся учитель. – Тогда давай вернемся к тому, с чего начали. А именно к магии предвидения и к тому, чего от нее ждать.