Текст книги "Ловушка для мастера (СИ)"

Автор книги: Александра Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)

17. Ловушка для мастера

Пролог

– Гурто! Гурто-о-о! Эге-гей! – яростно замахал руками Тэри, как только я появился на пороге нашего любимого кафе. – Мы здесь!

Он аж подпрыгнул, чтобы его, мелкого, стало видно, но я и без того уже приметил всю нашу теплую компанию, поэтому целеустремленно двинулся к дальнему столику, за которым собрались мои друзья: загорелый до черноты и вечно неугомонный Дэрс, невозмутимый и неизменно бледный Кэвин, улыбчивый Нолэн, подчеркнуто серьезные Ания и Райсана, сияющая Шонта, чем-то явно озабоченный Юджи…

Впрочем, нашему «вампиренышу» было от чего выглядеть озабоченным.

Летом мы с ребятами все-таки периодически списывались, поэтому все знали, что Юджи в этом году закончил старшую школу и подал документы на факультет прикладной магии в один из столичных университетов. Но, как когда-то Шонте, документы о подтверждении зачисления ему очень долго не приходили. Только буквально на днях Юджи, успевший порядком понервничать, получил-таки долгожданные бумаги, но до сих пор от стресса не отошел.

– Ур-р! – приветственно вскинул лапки традиционно устроившийся на моем плече йорк. А когда я приблизился, малыш проворно спрыгнул на колени к Босхо, промчался от нее ко всем ребятам, с каждым поздоровался, каждого обнюхал и пощекотал пушистым хвостом. После чего снова запрыгнул мне на руки и довольно пискнул, попутно скинув моему модулю подтверждение, что ни от кого из моих друзей подозрительно не пахнет: ни магией, ни иллюзиями, ни сомнительными артефактами.

– Ну Гурто, – погрозил мне пальцем Тэри. – Опять опаздываешь! Сегодня же тридцать первое! Завтра учебный год начинается, а ты, будучи единственным, кто провел лето в Таэрине, все равно явился последним!

Когда я занял свободное место, Нолэн окинул меня внимательным взглядом.

– Да он и отдохнувшим, откровенно говоря, не выглядит. Словно и не было никакого лета. Ну или же, пока мы отдыхали, он пахал как не в себя. И, готов поспорить, что не только на полигоне.

– Да, Адрэа, ты выглядишь уставшим, – поддержала его Шонта.

Ания с Райсаной быстро переглянулись, Юджи заметно нахмурился, а я только руками развел.

Ну что поделать. Последняя неделя лета выдалась у меня крайне напряженной. Чтобы не потерять физическую форму, мне приходилось вставать теперь даже не в пять, а еще на рэйн[1] раньше, чтобы позаниматься. После шести ко мне присоединялся лэн Даорн, а к восьми я уже должен был быть на лесном полигоне, откуда уходил только поздно вечером.

Отдыхать было почти некогда.

В магическом плане… а нестандартные порталы в реальном мире даже сейчас давались мне достаточно тяжело… я тоже к вечеру обычно или истощал портальную ветвь, или был очень близко к этому. Не потому, что меня кто-то заставлял регулярно творить порталы. Нет. Моим, так сказать, ученикам наглядные пособия были практически не нужны. Методику создания порталов Даруса Лимо они запомнили быстро. Но мне, как и им, отчаянно не хватало практики. В последнее время мы с мастером Рао могли работать только во снах. С мастером Майэ получалось чуть лучше, но летом он традиционно был занят, а после обнаружения подозрительных «клубков» в субреальности его надолго отвлек его величество. И только в эти несколько дней у меня наконец-то появилась редкая возможность совершенно законно попрактиковаться в совершенно незаконном виде магии, использование которой так же официально разрешил нам тэрнэ Ларинэ.

Ну вот я и практиковался, сколько мог. Вернее, сколько позволяла мне вторая ступень ветви порталов. С отростками, разумеется.

Именно поэтому к началу нового календарного и одновременно учебного года, когда все остальные мои друзья выглядели загоревшими (Лархэ не в счет) и отдохнувшими (Юджи тоже не в счет, он даже на отдыхе наверняка возился с очередной коллекцией украшений), то я, напротив, заработался. И в том числе поэтому выпросил сегодня у учителя короткий день, поэтому занимались мы только до обеда.

К тому же с завтрашнего дня я по определению не смогу тратить столько времени на его учеников. Ну разве что его величество своим высочайшим указом снимет меня с уроков. Однако в этом не было особой необходимости – самое важное коллегам я уже показал. А для того, чтобы проконтролировать правильность выполнения техники, торчать на полигоне с утра до вечера было не нужно.

Собственно, сегодняшний день был последним, когда я это делал. Теперь нам достаточно было встречаться лишь по вечерам, ненадолго, после моих обычных тренировок, которые уже в паро-рэ[2], то есть завтра, вернутся к прежнему графику. Но вот то, что я устал, да, было очень заметно.

– Гурто? Что, правда? – удивленно переспросил Кэвин, когда я не стал ничего пояснять. – Ты все лето работал, что ли? Или тебя учителя так загоняли, что Шонта уже готова тебя пожалеть?

– Нет, я сам, – признался я, выразительно поглядывая на пока еще пустой стол. – Так, я не понял, мы заказ делать будем или нет?

– Тебя что, еще и не кормили все это время⁈ – картинно ужаснулся Тэри, но получил от меня заслуженный тумак и громко заржал. – Ты просто на пустые тарелки смотришь, как дарнам – на птичку! Того и гляди сожрешь!

– Да иди ты…

– Заказ мы уже сделали, – поспешила вмешаться Шонта, когда я потянулся, чтобы отвесить этому болтуну подзатыльник. – Сейчас принесут. Но мы не знали, что именно ты будешь, поэтому заказали всего понемногу. А потом, если что, просто дополним.

Я лихо ей отсалютовал, молча радуясь тому, что меня сегодня хотя бы покормят. А то питаться бутербродами и подножным кормом, не отходя, так сказать, от кассы, мне слегка поднадоело. Да и проголодался я за утро. А перекусить по дороге не успел.

Наконец, заказ и правда принесли: закуски, салаты, соки… да и горячее, как нам пообещали, тоже было уже на подходе.

Ребята при виде такого изобилия радостно загомонили. Парни явственно оживились, девчонки понимающе заулыбались. Затем Тэри громогласно объявил первый тост. Народ, чокнувшись соком, дружно накинулся на еду, попутно активно делясь своими летними приключениями…

И все это было таким привычным. Уютным. Знакомым. Простым и одновременно приятным, что мало-помалу я успокоился, отогнал посторонние мысли и вскоре почувствовал, как туго сжавшаяся во мне пружина, которая стала закручиваться сразу после экзаменов, начала постепенно расслабляться.

Здесь, сейчас, со мной были все свои. Те, кого я уважал. Кому верил, несмотря на происхождение и фамилию рода или же отсутствие таковой. Ни от кого из этих ребят не надо было ждать подвоха. Все они были не раз проверены в деле и многократно доказали свою искренность.

Поэтому я и правда расслабился. В кои-то веки почувствовал, что можно. Благодаря чему отлично провел вечер. Вспомнил заодно, что Тэри может быть не только хорошим другом, но и порядочной занозой в одном месте. Что Шонта не только часто смущается где не надо, но и на редкость заразительно смеется. Что у Юджи тоже имеются интересы в жизни, кроме мастерской и украшений. Что Райсана далеко не всегда бывает серьезной, а иногда даже от нее можно услышать тихий, но очень приятный смех…

Порой, глядя на них, таких искренних и открытых, я прямо физически ощущал, что со своими вечными секретами и государственными тайнами сильно от них отличаюсь. Но радовало то, что они любили меня именно таким. И принимали такого, какой есть, не ставя условий, не обижаясь и не требуя, чтобы я изменился.

А еще я в какой-то момент вдруг заметил, что Ания сегодня отчего-то ведет себя не так, как обычно. Создавалось впечатление, что она чувствует себя не в своей тарелке. Ну или же ее что-то гнетет.

Что именно?

Она, как обычно, не говорила. Улыбалась вместе со всеми, порой даже смеялась, но в этом не было привычной легкости. Да и в мою сторону она сегодня косилась как-то очень уж напряженно. Причем настолько, что порой мне казалось, что мы вернулись на четыре года назад, когда она не верила вообще никому и всех вокруг рассматривала лишь как потенциальный источник для прокачки своего непростого дара.

Я, хоть и перехватил несколько таких взглядов, не стал ничего говорить вслух.

Мало ли какие проблемы у человека. Может, это очень личное. Может, что-то болезненное, чем она не готова делиться, да еще и при всех.

Поэтому весь вечер я просто веселился вместе со всеми, не отказывался от тостов, шутил, смеялся… и ждал. Просто ждал, когда она созреет и сама попросит о помощи.

И Ания, надо сказать, мои ожидания полностью оправдала.

Когда время перевалило за восемь вечера и настала пора расходиться, она не стала вызывать такси, как Юджи и Тэри, а также вежливо отказалась от предложения Кэвина и Нолэна ее подвезти. Вместо этого она терпеливо дождалась, пока наши друзья, слегка осоловев от количества съеденного, разъедутся по домам. А когда мы остались одни, повернулась ко мне и серьезно спросила:

– Проводишь меня до дома?

Я молча кивнул, сначала решив, что ей просто нужен совет. Ну или же пара мэнов полной тишины и эмоционального покоя, как нередко случалось раньше. Но потом увидел ее глаза и чуть не вздрогнул – там плескалась такая тоска и столько отчаяния…

А еще я увидел там отчетливое: «Помоги!» и с беспокойством понял, что наша огненная королева, похоже, и правда попала в беду.

[1] Час.

[2] Пятница.

Часть 1
Маски больше не нужны. Глава 1

Какое-то время мы шли молча, один за другим минуя жилые дома и рассеянно глядя по сторонам.

Я ее не торопил. Да она и сама не очень-то спешила. Но в какой-то момент, видимо, все-таки решилась и, подчеркнуто глядя в сторону, негромко произнесла:

– Скажи, Адрэа, ты когда-нибудь думал о будущем?

– В каком плане?

– В прямом. Что ты будешь делать после академии? Куда пойдешь? Как планируешь обустраивать свою жизнь?

– Честно говоря, пока не знаю, – пожал плечами я, отпуская йорка побегать по улице. А то чего на одном месте сидеть? – Все настолько зыбко и неопределенно, что я даже загадывать не берусь.

– Ну вот закончишь ты факультет маготехники, а куда потом двинешься? К военным подашься или все-таки на гражданке планируешь остаться?

– Еще не думал. Военные больше платят, и там иерархическая лестница уже ясна. Годам к сорока дослужусь до хорошего чина, а там – зарплата, соцгарантии, привилегии… Зато на гражданке свободы больше. И оклад не зависит от тарифной сетки. Если найду место по душе, то смогу зарабатывать больше.

– А как насчет личной жизни? – все еще не глядя на меня, поинтересовалась Ания. – Ты уже кого-нибудь присмотрел?

«Внимание, – тихонько шепнула у меня в голове Эмма. – Субъект „Ания Босхо“ демонстрирует нестабильное эмоциональное состояние, которое можно расценить как волнение. Или же внутреннее напряжение».

Она волнуется?

Я насторожился.

Что за фигня? С чего вдруг такие вопросы? И вообще, я ведь самородок. По крайней мере, официально. Вопрос договорного брака передо мной никогда не стоял, так что торопиться с решением я не буду, да и влиять на мое нежелание обременить себя семьей было, прямо скажем, некому.

Про Арли никто из моих друзей не знал. Про договор с Хатхэ, где в том числе и этот пункт был прописан, включая наших будущих наследников до второго-третьего колена, тем более.

Но раз Ания спросила, значит, вопрос важный. Более того, у меня создалось впечатление, что за время каникул в ее жизни что-то случилось. Причем достаточно серьезное, раз она решилась поговорить на такую щекотливую тему.

Неужели нашу королеву опять пытаются сосватать, и теперь она ищет варианты, как избежать неудобного брака?

– Почему ты спрашиваешь? – наконец решил я спросить у нее в лоб.

Босхо остановилась.

Затем медленно повернулась. Немного подумала. Огляделась, как будто хотела убедиться, что за нами никто не наблюдает. А потом вдруг подошла и взяла меня за руку.

– Потому что не хочу остаться на обочине, дожидаясь, пока жизнь пройдет мимо. И не хочу быть одна, зная, что рядом есть человек, с которым я бы точно смогла ужиться.

«Субъект „Ания Босхо“ не лжет», – так же тихо сообщила Эмма, не дожидаясь, пока я спрошу.

Я внутренне подобрался.

Черт. Неужели правда?

В принципе возраст у нее подходящий. Девятнадцать лет… весной уже двадцать будет. Самое то вернуться к разговорам о замужестве. Вопрос в том, какой род согласится принять к себе соломенную вдову, которая некогда была помолвлена с парнем из мертвого рода? Старшие рода, скорее всего, не рискнут, несмотря на ее уникальные данные. Тогда как с младшими Ания наверняка не захочет связываться, тем более если ее пытались сосватать так же, как когда-то за Кайтона Расхэ. То есть без согласия.

И этот тактильный контакт…

Обычно Босхо не терпела, когда к ней прикасались. Особенно лица мужского пола. Пунктик у нее был такой. Никаких проявлений нежности. Никаких ухаживаний, никаких намеков и любезностей.

Все строго, лаконично, по-мужски. За очень редким исключением.

В отношениях мужчина-женщина, причем даже если это были исключительно приятельские отношения, она предпочитала или доминировать, или, в крайнем случае, сохранять нейтральную позицию. Но чтобы вот так откровенно делать шаг навстречу, да еще и навстречу именно мне…

Нет, с ней точно что-то не так.

– Вообще-то планов на женитьбу я пока не строю, – осторожно ответил я, краем глаза поглядывая, что там делает йорк и одновременно пытаясь понять, чего она от меня хочет. – Если помнишь, мне провидица запретила до двадцати пяти лет даже думать об этом. Да и поклялся я, что раньше этого возраста не женюсь.

– То есть у тебя и девушки нет? – странно улыбнулась Ания.

Я бы сказал, одобрительно так улыбнулась. Или поощрительно?

Черт. Ну почему с женщинами так сложно? И почему она не может прямо сказать, что ей понадобилось?

– Нет, – медленно ответил я, лихорадочно соображая, что и как. – Пока еще не завел.

– А ты не думал, что мы могли бы не только изображать пару, но и попробовать… ну… узнать друг друга поближе? – испытующе взглянула на меня Босхо, сжав мою руку крепче.

Я выразительно покосился вниз.

Ага. То есть вот это как бы и намекало, что она не против со мной замутить?

Ания ощутимо напряглась. Да и ее волнение, как сообщила Эмма, стало гораздо сильнее, чем поначалу, и плюсом к этому добавилась совершенно несвойственная ей неуверенность.

Босхо вдруг метнула быстрый взгляд мне за спину, и я с трудом подавил желание обернуться. Однако воспользоваться найниитом и способностями модуля мне никто не мешал, так что вскоре кое-что наконец-то стало проясняться.

– Ания, скажи-ка, это та самая рука, которую я тебе когда-то сломал? – нейтральным тоном поинтересовался я, выяснив, что хотел.

– Да, – ровно ответила Босхо. – Это было в крепости Ровная, помнишь? На нашей первой практике. Я тогда тебя едва не поцарапала.

Угу. Вообще-то поцарапала. Мизинцем и острой иглой с денаторавинорабдэтоксином.

– Точно, – кивнул я. – Мы с тобой, помнится, тогда еще разговаривали про твоих родственников…

– Именно, – внезапно улыбнулась Ания. – Это было так забавно, правда?

– Очень, – угукнул я. – Обхохотаться можно… Так ты думаешь, что у нас могло бы что-нибудь получиться?

– Почему нет? Ты – хороший друг, надежный спутник, мне с тобой уютно. С тобой я была бы как за каменной стеной. К тому же ты единственный, кто умеет быстро меня успокоить и привести в чувство. Эта твоя способность к полному эмоциональному штилю… Для такой, как я, она бесценна. К тому же ты сам сказал, что один. Девушку пока не нашел. И я подумала, а почему бы нет? Почему мы не можем хотя бы попробовать? Сходить, к примеру, на свидание. С малознакомым парнем я бы не рискнула пойти, а с тобой – запросто.

Вот даже как?

– Я же самородок.

– Так это и хорошо, – снова улыбнулась она. На этот раз гораздо явственнее. – Никто из девушек старших родов раньше времени на тебя внимания не обратит. Никто не скажет, что мы сошлись на почве ожидания взаимной выгоды. Никто не уличит нас в лицемерии. Я, если помнишь, всегда ценила в вас искренность. Хотела видеть и чувствовать в вас только истинные эмоции. Так вот, твои оказались самыми чистыми. И самыми искренними. К тому же время идет. Ты не всегда будешь один. Может, тебя уже в этом году попробует охомутать какая-нибудь красотка. А я разве хуже? К тому же мне, сам знаешь, очень сложно сходиться с новыми людьми. Особенно с теми, кто не знает о моих особенностях. А ты знаешь обо мне практически все, включая историю моего неудачного брака. Да и я успела неплохо тебя изучить. Поэтому и хочу попробовать именно с тобой. Ведь если у нас все склеится, то я буду точно знать, что это настоящее. И что за ним не стоят ни родители, ни род, ни какие-то другие причины, кроме нашего обоюдного желания. С тобой мне было бы не так страшно. С тобой я бы попробовала выстроить нормальные отношения, хоть ты и самородок. Мне кажется, мы бы неплохо друг другу подошли.

– Ну… попробовать, наверное, можно, – так же замедленно ответил я, продолжая держать ее за руку. – Ты – очень красивая девушка. Я заметил, не думай. Еще на турнире «Джи-1» обратил на тебя внимание. К тому же ты – прекрасный боец. У тебя сильный характер. Такой же сильный дар. Мне как раз такая девушка, пожалуй, и была нужна. Но раньше ты к себе никого не подпускала.

– Я была дурой, – тихо призналась она. – Думала, что одна со всем справлюсь. Да и боялась, что с таким даром меня никто не примет. А врать всю жизнь… сам знаешь, это ужасно неудобно. Да уже и не хочется. Особенно тем, кто дорог.

Я задумчиво кивнул.

– Верно.

А потом тряхнул головой и взглянул на нее прямо.

– Хорошо, давай будем парой. Не как раньше, а по-настоящему. Сходим куда-нибудь. Поболтаем. Постараемся друг другу открыться.

– Я согласна, – с облегчением отозвалась Босхо, когда я накрыл ее ладонь второй рукой. – Тогда давай куда-нибудь завтра уже и сходим… например, на большой перемене. В кафе. Одни. Как ты на это смотришь?

– Сугубо положительно, – улыбнулся я. – Нолэн на меня за это, конечно, обидится. Он на тебя давно глаз положил. Но в данной ситуации, я считаю, право выбора принадлежит именно даме. И, раз уж мы решили быть вместе по-настоящему, думаю, будет уместно сделать вот это…

Я быстро шагнул вперед и, наклонившись, так же быстро ее поцеловал.

Раз…

Два…

Три…

Ания, не успев сразу отреагировать, аж вздрогнула от неожиданности. На мгновение замерла. То ли от испуга, то ли от шока. Но практически сразу опомнилась. Совершенно не наиграно отшатнулась. А потом ее лицо исказилось от гнева, в глазах мелькнули злые слезы.

– Да как ты смеешь…

Она вдруг замахнулась и залепила мне звонкую оплеуху.

Причем хорошо так вмазала. От души. Аж в ушах зазвенело.

– Я тебе что, разрешала⁈ – выкрикнула она мне прямо в лицо. А потом вырвала руку, резко отвернулась и, обозвав меня нехорошим словом, начала быстрым шагом удаляться в сторону центра города. После чего и вовсе побежала со всех ног, словно желая побыстрее забыть бессовестного гада, который вот так взял и обманул ее доверие.

– Ур? – вопросительно пискнул из ближайших кустов йорк, готовый хоть сейчас кинуться за обидчицей и вернуть ей пощечину сторицей.

– Нет, малыш. Все в порядке. – Я ожесточенно потер покрасневшую щеку, а потом огляделся. Но вокруг, к счастью, почти никого не было. Никто не видел моего позора. Так что я еще немного постоял, поколебался, покрутил головой, словно не мог взять в толк, с чего вдруг такая бурная реакция. Ну а когда в ушах звенеть наконец-то перестало, развернулся и направился домой, благо этим вечером больше никаких планов у меня не было.

* * *

Уже по дороге домой я проанализировал недавний разговор и пришел к выводу, что все-таки поступил верно.

Судя по тому, что я услышал, Ания на этих каникулах побывала в провинции Босхо. По собственному желанию или же по настоянию сверху – уже не столь важно. Главное, что она явно успела повидаться с «дорогими» родственниками, причем не исключено, что даже из главной ветви рода, недаром она так остро отреагировала на их упоминание.

Более того, про крепость Ровная и про тот случай с денаторавинорабдэтоксином она первая вспомнила. А одновременно с этим напомнила и о том разговоре, который у нас состоялся намного позже. Точнее, уже в академии, после первого совместного боя, когда она призналась, что является кибэ, и одновременно поклялась, что не выполняет никакого задания от тана Босхо и не собирается мне вредить.

Тогда она не лгала.

Эмма это подтвердила.

Сегодня она тоже была со мной предельно честна, но при этом так странно строила фразы и так отчаянно избегала прямых ответов, что мне это показалось подозрительным. Плюс она была напряжена за столом. Когда мы остановились… вернее, она нас остановила… то, полагаю, совсем не случайно это случилось в том самом месте, которое хорошо просматривалось с помощью видеокамер.

Я видел данные с модуля – в том месте, где мы стояли, таких камер было сразу две. И обе светили мне в спину, позволяя не показывать своего лица, зато прекрасно освещая лицо Ании. И то, как она взяла меня за руку. При желании, если уметь читать по губам, можно было понять, о чем она говорила, и именно поэтому она говорила со мной правдиво, предложение сделала достаточно откровенное, но все же нашла для него убедительные аргументы. Которые я… даже если бы не знал, что нас снимают… вполне мог бы принять на веру.

Наконец, когда я смотрел на наши соединенные руки, то, естественно, любовался не маникюром на изящных женских пальчиках. Отнюдь. Я в это время изучал найниитовыми нитями ее идентификационный браслет, в котором впервые на моей памяти самопроизвольно заработал встроенный маячок. А еще там появилась малюсенькая такая, безобидная с виду программка под названием «диктофон», которая во время нашего разговора тоже была активна и добросовестно писала все, что я и Ания сказали сегодня друг другу.

То есть подруга действительно влипла.

Вопрос в другом.

Если она виделась с таном Босхо или с кем-то из его окружения, то это явно неспроста. И причина, по которой глава рода мог после стольких лет заинтересоваться девятнадцатилетней девушкой из второстепенной ветви, это или укрепление позиций рода с помощью договорного брака, как я и подумал поначалу, или же попытка с ее помощью добраться до меня.

Первый вариант, проанализировав поведение и интонации Ании, я отбросил. Для этого диктофон был не нужен. Да и маячок бы ничем не помог. К тому же с таким прошлым, как у Босхо, найти мужа из старшего рода было бы невероятно трудно. А ради плохого тан не стал бы беспокоиться.

По всему выходило, что с Анией случилось именно то, чего она больше всего боялась – ей все-таки дали персональное задание. Причем задание, напрямую связанное со мной, иначе она подошла бы ко мне в другое время и в другом месте, да и предложение сделала бы совсем иное.

То есть ей все-таки поручили со мной сблизиться.

И она именно об этом пыталась сегодня сказать.

А заодно молча попросила о помощи и деликатно напомнила, о чем мы когда-то с ней договаривались – дать ей возможность не выполнять это проклятое задание. Подарить ей повод уйти от нас… от меня… причем такой повод, который выглядел бы убедительно и давал стопроцентную гарантию того, что Ания после моего поступка попросту не смогла бы поступить иначе.

Учитывая ее характер, поцелуй, на мой взгляд, был самым безобидным и вместе с тем самым надежным способом разорвать наши не начавшиеся отношения. Однако с учетом того, насколько искренне Ания опешила, было похоже, что она этого не ждала.

Вполне возможно, она полагала, что я соглашусь ее поддержать и, поняв все самое важное, для начала сделаю вид, что поверил. А уже потом, когда-нибудь, найду повод для ссоры, после которой нашим отношениям придет конец. Как и нашей дружбе.

Однако я не собирался играть с таном Эрандом в эти игры. Да и некогда мне было тратить время на несуществующий роман. Потому я предпочел сделать все быстро и максимально результативно.

И, как видите, не прогадал.

– У-ур, – задумчиво проурчал Ши, улучив момент и снова запрыгнув мне на плечо. – Ур. Уф-фа.

Я потрепал его за ушком.

Пощечину, конечно, Ания мне влепила знатную, но и у нее рука, вероятно, сейчас болит. Кожу в месте удара мне пришлось слегка подкрасить, чтобы было видно, что оплеуха вышла что надо. Однако как только я добрался до второстепенной улицы, где не было камер, светящих мне в лицо, то красноту с лица тут же убрал. Да и домой вернулся не пешком, а через расщепленную границу. Предварительно убедившись, разумеется, что живых свидетелей нашего с Анией разговора действительно не было. И что за мной никто не следил.

* * *

Первое стэбра[1], как обычно, выдалось у нас чрезвычайно насыщенным и несколько сумбурным, поскольку с четвертого курса у всех факультетов произошли существенные изменения в расписании. В нем снова исчезли некоторые старые дисциплины, а взамен них появилась целая куча новых. Увеличилось количество доступных факультативов. И добавились рэйны по необязательным предметам, которые мы были вольны тасовать по собственному усмотрению.

Я, успев все необходимое просмотреть и сделать еще вечером, по этому поводу не переживал. Две самых важных для меня дисциплины – магическое программирование и магическое конструирование я уже освоил вплоть до программы последнего курса. Официально. Ну а неофициально еще весной закончил программу обучения академии полностью и надеялся, что в этом году лэн Йарис Корхо предложит мне что-то более интересное. То, что обычно студентам не преподают.

Он, надо сказать, меня не разочаровал и на первом же занятии предложил практику в Институте маготехники за счет освобождения и от лекций, и от практических уроков по его предмету. Просто потому, что мне они были не нужны.

Поскольку все профильные предметы с этого года у меня теперь шли исключительно с утра, то предложение было более чем интересным. Благодаря новому расписанию, до обеда я мог спокойно находиться в Институте, с руководством которого лэн Йарис уже успел договориться. А после обеда у меня начинались необязательные предметы и факультативы, на которые иногда можно было и «забить».

Единственным исключением, как и раньше, оставался шан-рэ, который был наполнен только факультативами. Собственно, по желанию я мог вообще его освободить, руководством это допускалось. Но мне было удобнее, напротив, загрузить его до упора и, как в прошлом году, освободить больше вечернего времени, чтобы и тренировки не забрасывать, и аппаратные загрузки дважды в неделю оставить, и занятия у лэна Лойена спокойно продолжить, а то с ментальными проекциями у нас опять все застопорилось.

Я, собственно, так и сделал. С мастером Даэ все обговорил. В школе Дакаэ тоже все решил. Так что на обед явился довольным. А если и беспокоился, то лишь от мысли, что не знаю, как поведет себя при встрече Ания. И правильно ли она восприняла мой вчерашний поцелуй.

Когда я пришел в столовую, Кэвин, Нолэн, Шонта и Тэри были уже там. Но при этом выглядели мрачными, насупленными. И вообще за столом царило прямо-таки похоронное настроение, хотя вчера все разошлись веселыми и с улыбками до ушей, от которых сегодня не осталось и следа.

– На, – хмуро сказала Шонта, как только я подошел и сел на свободное место. – Это мне Ания сегодня в туалете отдала. Читай.

Я мельком покосился по сторонам, но кузина Нолэна протянула сложенный вчетверо листок бумаги аккуратно, под столом. Сначала Тэри, а тот так же осторожно передал его мне.

– Она просила об этом не распространяться, – шепотом добавила Шонта, когда записка добралась до меня.

Я так же аккуратно развернул ее под столом и, быстро пробежавшись глазами, перевел дух.

«Дорогие мои „Дайны“, – было написано там. – Я ужасно сожалею, но в этом году у меня не будет возможности выступать с вами на дуэльном турнире. И вообще учиться, общаться и дружить, как раньше. К несчастью, у моих родственников оказались другие планы, на которые я никак не могу повлиять. Из-за них у меня возникли трудности, которыми я не в состоянии ни поделиться с вами, ни решить. У меня также нет возможности сказать вам лично, до какой степени вы классные и замечательные. Простите, если я вас сегодня обидела. Я всех вас очень люблю. И еще – передайте Адрэа, что он умница. Я сама не догадалась, что так действительно будет проще. Спасибо ему за все. Ваша Ания».

Уф.

Значит, дома все-таки она успокоилась, еще раз все обдумала и сообразила, что я нашел самый простой и самый быстрый способ выйти из непростой ситуации. Теперь Ания с легкостью сможет поддерживать дистанцию не только со мной, но и с ребятами. И уже не будет представлять ни для кого угрозы. Да и тану Эранду стучать ни на кого из нас окажется не в состоянии. В том числе и на меня.

Да, ее, конечно, могут вынудить пойти на примирение. Могут приказать попытаться начать все с начала. Типа прощения попросить, сделать вид, что ничего такого не было. Но, зная нашу королеву, я был уверен, что она сможет достаточно долго поддерживать облик оскорбленной в лучших чувствах лэнны и будет всячески противиться нашему сближению. Просто потому, что я дал ей прекрасный повод этого не делать.

– Ты чего хмыкаешь? – с подозрением осведомился Тэри, когда я закончил читать и, сложив бумажку, убрал ее в карман. – У Ании неприятности, а ты лыбишься, будто рад этому.

– Что она вам сказала на практике?

– Ничего, – хмуро ответил вместо Дэрса Нолэн. – Прошла мимо, будто никогда не знала. Ни с кем не поздоровалась. Проигнорила всех, словно мы чужие. Шонту во время спарринга специально зацепила и потом еще заявила, что та за лето стала неуклюжей и потеряла в скорости. Мне тоже гадость сказала. Тэри вообще чуть шевелюру не сожгла…

– А на перемене заскочила за мной в туалет, сунула записку в руку и умчалась, – со вздохом добавила Шонта. – Я, конечно, ничего не поняла, но ясно, что у нее что-то случилось. И мы надеялись, что хотя бы ты нам что-нибудь объяснишь.

Я немного помолчал, не зная, сколько могу им рассказать.

– У Ании возникли трудности дома, – наконец произнес я, надеясь, что обойдусь намеками и полунамеками. – Серьезные. Она мне вчера на это намекнула. Прямо, правда, ничего не сказала, но дала понять, что ей временно придется держаться от нас подальше.

– Почему⁈ – опешила Шонта. – Мы же ей не враги!

– Ее родственники, видимо, так не считают, – замедленно произнес более подкованный в интригах Кэвин. – Или же Анию хотят заставить сделать что-то, что она делать очень не хочет. И поэтому ей проще разорвать с нами все отношения, чем переступать через себя.

Я кивнул.

– Мне тоже так показалось. Вчера она демонстративно со мной поссорилась. Вернее, я дал ей повод это сделать. Причем поссорились мы громко. Весомо. Сегодня она сделала то же самое с вами. Если бы не письмо…