Текст книги "Homo magicus. Искусники киберозоя (СИ)"

Автор книги: Александр Бахмет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

– В традиционных компьютерных системах – да. Но в мире Пана ничто не пропадает. Любое событие, даже совсем незначительное, может быть описано как частный случай некоторой общей системы. А уж такие программные фрагменты, как личность, хранятся с особой тщательностью.

– Так вы хотите сказать, что Пан обеспечивает личное бессмертие?

– Отчасти – да. Но Пан только дублирует еще более сложную систему, которая возникла во Вселенной вместе с ее возникновением. Ведь что такое жизнь, которую мы знаем, если разобраться в проблеме с этой точки зрения? Это способ существования информационных структур. Программному коду без разницы, на каком материальном носителе этот код будет размещен, но этот носитель приходится учитывать, и часть кода посвящена описанию механизма взаимодействия кода высшего уровня с "железом", то есть с процессами размножения молекул наследственности, клеток, их хранящих, и организмов, воплощающих в себе общие идеи программ. По-видимому, углеродная жизнь – не единственная форма. Как правильно отмечали фантасты, возможна жизнь в виде электромагнитных полей, кристаллических структур и так далее.

– Вы рассказываете про вечность жизни на молекулярном уровне. Но, если даже мы сохраняем часть кода в потомках, это не значит, что мы сохраняем личность.

– Конечно. Но не забывайте, что молекулярный уровень – это сродни операционной системе. У каждого человека эта система своя, и подвергается эволюции независимо от надстройки, нашей "пользовательской задачи". А эта задача спокойно работает и на другом "компьютере", в то время как прежняя операционная система приказала долго жить. Взаимное влияние, конечно, есть. В материальном воплощении вы развиваете свою духовность или же, наоборот, погружаетесь в пучину чревоугодия и разврата.

– Но какая цель всей этой эволюции? Зачем все это делается?

– У природы не бывает вопросов "зачем?", а есть только "почему?". Мир существует. И для того, чтобы продолжать существование, он должен меняться, изобретая все новые способы выживания. Если твои предки не передали тебе желания выжить, то такой генокод исчезает. Выживший код в процессе развития может дополниться фрагментами, которые придадут дополнительный стимул к выживанию живого существа. Стремление к выживанию воплощается не только в виде крепких костей, быстрых ног, чутких ушей. Это и эмоции, побуждающие к определенным полезным действиям. Сексуальное влечение – только одно из них. Сюда можно также отнести жажду власти и жажду познания мира. Эти два последних устремления, в разумных пропорциях, управляют всей Вселенной. В конечном итоге, цель развития души – строительство Мира. А развитие идет в сторону слияния с Богом.

– То есть, все-таки, исчезновение личности?

– Ни в коем случае. Ты становишься равным по могуществу Богу. В твоем распоряжении – все ресурсы информационной среды. Для выполнения нужной задачи ты можешь переконфигурироваться, объединиться с кем тебе угодно, потом разделиться, чтобы решать локальные задачи по отдельности. Каждая личность – сложный набор инструментария, прошедший отладку и проверку на протяжении нескольких жизней.

– Но в конце пути, все-таки, – слияние с Богом? Некоторые праведники добивались этого в течение одной жизни.

Горм задумался.

– Вопрос не так прост, конечно. Душевные качества не приобретаются за одну жизнь. Я полагаю, что у этих праведников жизнь была не первая. Да и смысл "слияния" скорее подразумевает только допуск в круг "избранных".

Горм замолчал. Джон обернулся и увидел, что рядом с волшебником на стуле сидит Алекс.

– Вы извините, я не поздоровался, но мне не хотелось вас прерывать. – Алекс пожал Горму руку. – Я не занял чьего-нибудь места?

– Этот стул я вынес специально для вас.

– Вот как? Спасибо. – Алекс замолчал и воцарилась тишина, которую никто не решался нарушить.

Наконец не выдержал Джон.

– А вы правы, Горм, этот залив вечером – просто чудо.

– И погода – тоже, – ответил волшебник. – Вода теплая. Если кто-то будет тонуть, то легко спасать.

Джон, уже привыкший, что его ненавязчивый учитель никогда ничего не делает зря, насторожился. Он приподнялся со своего камня и вгляделся в синюю даль.

– Да-да. – кивнул волшебник. – Я имел ввиду именно это. Ну ладно. Я с вами прощаюсь. Сейчас меня ждут другие дела. А обычно я всегда здесь, на берегу Ревущего залива.

– Да. Впопыхах чуть не забыл. В моем доме приготовлено три комнаты, кровати, набор белья и туалетных принадлежностей. В холодильнике и шкафчиках – любые продукты на выбор. А утром вы найдете в сарае шагающий "анимобиль". Он неживой, но, когда вы его отпустите, назад придет сам.

Горм махнул рукой на прощание и испарился.

Алекс обернулся в сторону моря.

– Джон, что ты там увидел?

– Ничего. Но Горм явно что-то имел ввиду. Я сейчас пролечу над заливом и дам тебе знать.

Алекса передернуло, когда он увидел процесс превращения человека в птицу. Он отвернулся и стал вглядываться в даль. Джон взмахнул крыльями и, медленно набирая высоту, полетел над заливом.

Алекс походил по берегу. Черная точка птичьего силуэта тоже растворилась в начинающихся сумерках. Внезапно он испытал прямо удар внутри головы. Голос Джона возник одновременно с ярким изображением карты прибрежных вод, на которой были видны три точки.

– Алекс! Вот они.

– Кто они?

Карта исчезла, вместо нее появилось изображение. У Алекса чуть не подкосились ноги. Даруна и Кортис плыли, еле шевеля усталыми руками. Люси их по очереди поддерживала, но сама тоже была еле жива. Изображение быстро стало набегать, похоже, Джон снизился и нырнул в воду.

Алекс огляделся. Хорошо бы стрекозу вызвать, но это потерянные минуты. Он подбежал к воде и прыгнул в нее прямо в одежде, больно ударившись о поверхность, так что аж перехватило дыхание.

Джон подплыл к своим товарищам и подхватил сразу Даруну и Люси, помогая им. Кортис перевернулся на спину и застыл на время, давая отдых мышцам.

– Хорошо, что волнения нет, – прохрипел он прерывающимся голосом.

Люси тоже перевернулась на спину.

– Как это меня угораздило закинуть вас на этот остров? – она перевела дух и сказала, обращаясь к Джону. – Мы плывем уже около восьми часов.

– Мне кажется, – высказал свое мнение Джон, – что великому волшебнику Горму просто захотелось немного поиграть с нами. Он приготовил красочный финал.

Даруна, повернувшись к нему, хотела что-то сказать, но вдруг изменилась в лице.

– Смотрите, что это? – она показало на что-то за спиной Джона.

– По-моему, это акулий плавник, – спокойно заметила Люси. – Главное сейчас, не дергаться.

Плавник быстро приближался. Он описал вокруг плывущих круг, а затем быстро развернулся и двинулся прямо на них. У Джона перехватило дыхание в ожидании катастрофы, но плавник затормозил в нескольких метрах от него и из воды вынырнула улыбающаяся мордочка дельфина-афалины.

– Джонни, ты ненормальный, – проскрипел дельфин, стоя на хвосте. – Разве у тебя на ногах выросли плавники?

– Алекс! Негодяй. – Джон чуть не захлебнулся от неожиданности. – Мы приняли тебя за акулу и чуть не пошли на дно.

– Это в двух минутах от берега? Давай, скорее трансформируйся. На берегу нас ждет сухая одежда, сытный ужин и теплая постель. Люси, прелесть моя, а ты не хочешь стать дельфином?

– У меня для этого просто нет сил.

– Странно слышать. В тюрьме, по рассказам мирных обывателей, ты превращалась в дракона.

– Вранье. Я никогда не превращалась в животных.

– Ну ладно. Цепляйся за плавник. А еще лучше – садись верхом.

– Ты – парень не промах, – хохотнул Джон, уже принявший облик афалины. – Даруна, ты тоже садись верхом, а Кортиса мы отбуксируем вплавь.

Уже почти стемнело, когда все пятеро выбрались на берег возле дома Горма. Пока обе парочки влюбленных целовались, обнимались и обменивались последними новостями, Кортис успел переодеться и влезть в холодильник. Он звенел посудой, расставляя ее на столе, стучал дверцами шкафчиков и довольно напевал под нос какую-то мелодию.

– Эй, ребята, вы не тяните резину. Я могу не выдержать и сесть ужинать без вас. В тюрьме, особенно у естественников, кормят очень плохо. В изобилии давали только это дурманящее пойло, я от него еще и сейчас никак не отойду.

Джон, зайдя на кухню, только присвистнул. Стол был сервирован, как для банкета. Он заметил:

– Жаль, что нас здесь только пятеро. О, даже шампанское! Кортис, а ты мастерски накрываешь на стол.

– Ну что поделать, я очень люблю вкусно поесть, – скромно ответил великан. – А дома мы сможем устроить еще один банкет. Джонни, наливай.

Даруна вздохнула.

– А интересно, как там сейчас у нас?

– Одну минутку, – отозвался Алекс.

Он вырастил на стене огромный экран, который через минуту засиял изображением. На экране была видна аккуратная площадка перед Кукурузой, масса танцующих людей, а на переднем плане – уставленные подносами с бутербродами и напитками столы.

– Ну вот, наши тоже отмечают, – хлопнул в ладоши Кортис.

Из экрана доносилась мелодия фокстрота. Сидящие у экрана комментировали увиденное.

– Смотрите, Эдуард!

– Да, с Альмой. О-о-о. У них, наверное, роман.

– А вот и наш уважаемый Магнус.

– Эй, Магнус! – хором закричали все.

Магнус повернул голову к экрану и его брови удивленно полезли вверх.

– Ах, Боже мой. Это вы? Все живы? Или это мне так кажется?

С той стороны экрана быстро возникло столпотворение.

– Даруна, привет.

– Ты далеко? Мы за тобой соскучились. Привет, Джон.

– Привет всем.

– А мы отмечаем нашу победу. Приезжайте скорее – отметим вместе.

Кто-то чокнулся полным бокалом с поверхностью экрана, у него сразу же появились последователи. Даруна, Джон, Алекс, Люси и Кортис со своей стороны сделали то же самое.

– За ваше здоровье.

– За ваше здоровье, друзья.

– Всего вам хорошего.

Толпа стала рассеиваться, всем хотелось танцевать. Возле экрана остались Магнус и Эдуард. Принц держал за руку Альму.

– Даруна, я завтра должен уехать и с вами, наверное, увижусь не скоро. Мой отец вручает мне свою корону, и, в соответствии с нашей традицией, мой сын будет наследником престола. Я сделал официальное предложение вашей подруге и она согласилась стать моей королевой. – Эдуард нежно поцеловал Альму в висок.

– Я надеюсь, ваше величество, что наши контакты будут теперь более тесные, чем ранее, – ответила Даруна.

– Конечно. Тем более, что с нами пожелали поехать несколько ваших молодых пар. Они помогут нашему маленькому королевству в восстановлении Великого искусства. Мы вылетим ранним утром первой же группой стрекоз.

– Желаю вам спокойного пути и мягкой посадки.

Эдуард кивнул на прощание, Альма послала Даруне воздушный поцелуй и вытерла пальцами уголки глаз. Перед экраном остался Магнус.

– Все разбежались, а я остаюсь с вами. Буду с нетерпением ждать вашего возвращения. Мне уже пора, наверное, оставить свое отшельничество. Несмотря на суету, которая несколько досаждала мне в последние дни, я уже не представляю себе, как можно жить в лесу одному. Я свыкся с вашим обществом. Я бы хотел иметь возможность каждый вечер поболтать с Джоном и Алексом о проблемах человечества, о Великом Искусстве. Мне даже приятно смотреть на танцующие молодые пары. Геор тоже улетает с Эдуардом, а мне хочется снова найти себе ученика или ученицу, даже такую беспокойную как ты, Даруна. Вы все превзошли меня. Джон и Алекс, например, обогнали меня за неполный месяц, но я горжусь такими учениками.

Магнус всплакнул. Кузинский моментально оказался рядом с ним и обнял учителя за плечи.

– Спасибо вам за все. Нам просто невероятно повезло, что вы встретились нам в те первые дни. Идемте к нам? – и Джон показал в глубь экрана. – Мы можем еще посидеть вместе.

– Нет-нет, – замахал руками Магнус. – Я не хочу вам мешать. Вам есть о чем поговорить со своими любимыми после долгих дней разлуки и таких переделок. Я, честно говоря, сегодня хочу лечь раньше спать. Устал за день. Да и боязно прыгать сквозь пространство без привычной уже кабинки. И не уговаривайте. Спокойной ночи.

Магнус выбрал на блюде сэндвич покрасивее и степенно направился к дому, а Джон через минуту вернулся обратно. Кортис клевал носом и уже собирался спать, Алекс быстро убирал со стола. Женщин в кухне не было. На немой вопрос друга Оливо ответил:

– Наши дамы спят на ходу. Я их отправил в постели. Да и нам пора. Дверь слева – комната твоя и Даруны.

Джон осторожно вошел в спальню. Даруна спала тихо, как ребенок. Он лег и обнял ее, а она уткнулась лицом в его плечо.

– Джон, дорогой, мне было так тоскливо без тебя, – сказала она сквозь сон.

– Теперь мы вместе. Спи спокойно, моя милая. Завтра нас ждет чудесный день.