Текст книги "Homo magicus. Искусники киберозоя (СИ)"

Автор книги: Александр Бахмет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Погоня

Первый министр всегда вставал рано и поздно ложился. Нелегко занимать такой высокий пост при дворе герцога, где имелось множество претендентов на это место. Оно давало большие привилегии, но еще больше забот.

Герцог внимательно следил за тем, чтобы никто не мог подняться выше него по уровню жизни. Как ни странно, основная нагрузка в этом случае ложилась на шею Гринберга, – очень трудно ограничивать этот уровень, когда все вокруг растет само. Недавно, помимо воли герцога какие-то бродяги посадили слип невдалеке от замка. Его огромная тень через три дня заслонила герцогу утреннее солнце. Отряд всадников разогнал оборванцев в момент, когда они примеряли нарядные смокинги и вечерние платья из гардеробов перед тем, как начать свои танцульки. Прорваться на верхние этажи не получилось, потому что негодяи отключили лифты, а лестницы в небоскребе не было. При попытке штурмовать дом с помощью приставных лестниц они стали поливать солдат из пожарных шлангов горячей водой. Офицер хотел отдать приказ подрубить плазменными мечами корни, но Гринберг вовремя остановил его – неизвестно, куда эта громадина упала бы. Тогда они обстреляли верхние этажи ядерными стрелами и с тех пор ничто не мешает Ульфу любоваться восходом. Восход он, правда, все равно не видит, так как не любит вставать рано, но это – дело принципа. Через пару месяцев обрубок небоскреба все равно был заселен, но разрушенные коммуникации не позволяли жильцам чувствовать превосходство над владыкой этих мест.

Первый министр имел доступ в лаборатории искусников. Он внимательно следил за ходом исследований и всегда примерял их результаты на себя. Несмотря на пламенную речь, которой он разразился в присутствии Небесных странников, ему было наплевать на интересы отечества, якобы олицетворяемые герцогом. Он слыхал не раз о искусниках, сбежавших еще от отца Ульфа, о целой общине магов, которые живут без чуткого руководства владык, и способных постоять за себя в любой ситуации. Он иногда представлял, как хорошо было бы жить в лесу одному, но к магии он был не способен и поэтому ему грезилась какая-нибудь амазонка, которая возьмет на себя все заботы по ведению хозяйства, будет кормить его и ублажать в постели. Ну и он тоже постарается.

Вообще с этими умниками следовало вести себя осторожно. Первый министр хорошо владел письмом и даже Истинной речью, но разобраться в бессмысленном нагромождении слов, которым обменивались искусники, было выше его сил. Ему постоянно казалось, что они насмехаются над ним и всеми, кто не посвящен в Великое Искусство, называя их "юзеры". Они давали герцогу продукты питания (причем каждый год все хуже и хуже), оружие, предметы обихода, но только тогда, когда их возьмешь за горло.

Герцог любил держать руку на чьем-нибудь горле, сам он говорил "на пульсе". В основном доставалось жителям близлежащих поселков, которых обязывали платить дань натурой, якобы за защиту от бандитов. Предки герцога, действительно, перебили в здешних лесах немало отребья, но с тех пор много воды утекло. Образующиеся в разных местах общины тоже умели себя защищать. Гринберг вспомнил, что, когда был малышом, их семью вышвырнули на улицу какие-то общинники, дом которых расстреляли солдаты герцога за неуплату дани. Росток хорошего дома – всегда редкость. Отец, защищая свой дом, с мечом бросился на главаря и был убит. С тех пор Гринберг ненавидел всех общинников.

Общины, как правило, имели собственного искусника, или мага, которого оберегали как зеницу ока. У амазонок бывало, что до половины всех жителей владеет магией. Министр содрогнулся, вспомнив об этих женщинах. В них было все, чего в женщине может хотеть любой мужчина. Но сочетание необыкновенной красоты, сильного и порой коварного ума, постоянной жажды приключений и невероятная физическая выносливость требовали от мужчины тоже необыкновенных качеств. Может быть, именно поэтому амазонки и более критичны в выборе пары. К тому же, они не были обычными людьми. Их невозможно взять силой, их кости выдерживают ужасные нагрузки, а кожа не поддается холодному оружию. Их тщетно пытались уничтожить, восстанавливали против них население, но это не дало результатов. Смешно, но их мужчины – самые обыкновенные, уникальные свойства матери не передаются сыновьям.

Первый министр привел себя в порядок после сна, тщательно побрился, оделся. Он собирался навестить своих колдунов перед тем, как приведет к ним этих лже-странников. Собственно, сомнений в том, что они Странники, не было, но их волшебные способности оказались под вопросом. Как же с ними быть? Министр рассматривал свое отражение в зеркале, когда услышал едва различимый стук в дверь. За дверью оказался коротышка Тонио. Его лицо имело землистый цвет, руки прижаты к груди, будто в попытке защититься.

– Чего тебе? – министр пронзил коротышку властным взглядом.

– Странники… – промямлил тот еле слышным голоском.

Прибыв на место происшествия, первый министр застал там растерянную охрану, уставившуюся на пролом в стене ванной. В проломе была видна только просыпавшаяся земля.

– Чего рты разинули, олухи! Немедленно в погоню! Обыскать всю местность. Вы разве не видите, что это подкоп!?

Офицер козырнул и помчался поднимать своих солдат.

– Какие-нибудь следы есть? Как они сделали пролом? – спросил министр у крутящегося здесь коменданта.

– Какие следы? Наши полы не оставляют следов, – все чисто.

Гринберг выругался и пошел в крыло замка, где обитали придворные маги. Он первым делом заглянул к Дино, главному из них, и разбудил его.

– Дино, – сдерживая ярость, прохрипел премьер, – мне сегодня показалось, что ты даром ешь свой хлеб. Наши пленники преспокойно смотались. Твоего умения разве недостаточно, чтобы не допускать подобных случаев?

Дино, кутаясь в ночной халат, недоуменно пожал плечами. На его лице застыла маска небрежного спокойствия.

– Мои искусники все сделали в соответствии с вашими требованиями. Откуда нам знать, какие фокусы могут выкинуть Странники? Я не общался с ними ни разу в жизни и понятия не имею об их способностях. И как это произошло?

Выслушав общее описание пролома, маг констатировал:

– По моему мнению, здесь поработали не Странники, а местные маги. Они могли заставить какое-нибудь дерево проделать подкоп. Я знаю одного такого. Он сам вырастил дом по собственному проекту. Зовут его Магнус. Живет на берегу Сены в одной из Десяти секвой. Но с ним надо обращаться осторожно. Талант!

– Откуда ты про него знаешь?

– Слухами земля полнится. – уклончиво ответил маг. Магнуса местные жители боготворили, и это вызывало у Дино завистливую злобу. Он не умел сделать такого дома, как у Магнуса, да и многого не умел. Он знал многие Заклинания, но боялся ими пользоваться. Однажды он из бахвальства вызвал прыгуна и просто чудом спасся от его страшных челюстей. Только под покровительством герцога он чувствовал себя уверенно и с ужасом вспоминал одинокое существование первых лет своей самостоятельной жизни.

– Ты сможешь указать его жилье? – спросил первый министр.

– Боюсь, что нет. Это гораздо лучше сделает один из местных жителей. Только поймать надо одиночку, а то общинники тут же подымут крик, а от амазонок лучше вообще быть подальше.

Дино еще какое-то время объяснял, как добраться до Десяти секвой.

– А по поводу подкопа я уже кое-что придумал. Во всяком случае, такого больше не повторится. Наши мастера вырастят вокруг замка тончайшую сеть, которая предупредит о попытке проникнуть к нам под землей.

Гринберг молча кивнул и направился к двери, он уже мысленно готовился к объяснению перед Ульфом, который в гневе мог проткнуть его музейным копьем или мечом. От них умирают очень мучительно, не то, что плазмой – чик – и готов.

Герцог, как и предполагал Гринберг, был в бешенстве, но внутренности своего министра все-таки пощадил. Он приказал немедленно начать розыски Магнуса и Странников и посоветовал первому министру лично возглавить отряд.

– Если где-нибудь вам откусят голову – поделом. Я без труда найду замену. Без Странников не возвращайтесь.

– Ваше Величество, а если мы сможем заставить работать на нас Магнуса? Этот искусник действительно способен к волшебству и будет лучшей заменой Странникам.

– Ну хорошо. Пусть будет так. А теперь езжайте, не мешкайте. Чем скорее вернетесь, тем лучше для вас.

Отряд выехал сразу после того, как вернулись солдаты с поисков подкопа. Они прочесали местность на десяток километров, но так ничего и не нашли. Огромные ищейки равнодушно проходили мимо овражков и промоин. Они нигде не нашли и следа запаха, которым обладали куртки, принадлежавшие беглецам. Пару таких ищеек Гринберг решил на всякий случай взять с собой.

До Десяти секвой добирались долго и тяжело. Сперва пришлось продираться сквозь мутантный лес, где почти все деревья были из композита. Когда солдаты рубили деревья мечами, те зависали, сцепившись ветвями. Какая-то стеклянная кабина, свалившаяся с одного из них, убила одного человека и ранила собаку. Лес постепенно перешел в кустарник, по которому прошли без труда, хотя тот имел ветви, как колючая проволока. Но вот за кустарником показалась река, по берегу которой ехать оказалась гораздо легче.

На пятый день вошли в совершенно нормальный лес. Здесь Гринберг велел проявлять осторожность. Вперед высылали разведчиков, которые тщательно проверяли дорогу. Однажды они привели с собой какого-то бродягу. Из одежды тот имел только серебристую куртку-ветровку, одетую на голое тело, драные джинсы и растоптанные солдатские ботинки. Заросшее щетиной лицо напоминало обезьянье.

– Ты кто такой? – рявкнул командир отряда.

– А ты кто? – нахально ответил вопросом бродяга, за что сразу получил удар по темени тяжелой перчаткой. После этого разъяснения он потерял охоту шутить и отвечал более спокойно.

Оказалось, что он живет в мутантном лесу в паре дней ходу отсюда, а идет в другой лес, про который ему сказал знакомый, будто там можно хорошо приодеться, его одежка поизносилась, да и к зиме надо подготовиться. Все, что на нем, было подобрано возле одного из общинных домов, такой случай – просто редкость. В последнее время общинники следят за чистотой и не бросают вещи как зря. Это они называют экологией. Там, где валяется много мусора, заводятся лианы-мусороуборщики, от их выделений у многих бывает аллергия…

– Короче! Ты дом Магнуса знаешь? – спросил Гринберг.

– А зачем он вам? – опять снахальничал бродяга, за что получил новый удар, на этот раз – в лицо. Утирая разбитый нос, он пробубнил, – знаю.

– Веди нас туда, – приказал Гринберг и тронул коня.

Через полчаса они вышли на поляну, посреди которой гигантской колонной высилась одна из секвой. Командир отряда разглядывал в бинокль густую крону, после чего подъехал к министру.

– Это, действительно, его дом.

Гринберг пребывал в задумчивости, как поступить далее. Наконец, приняв решение, он распорядился:

– Рубите двери! Заблокировать лифт!

Дверь была найдена в пару минут, створки лифта прорублены. Лифта в шахте видно не было, оставалось предположить, что он наверху.

Министр потребовал себе мегафон и многоваттный голос нарушил спокойствие леса.

– Магнус и Небесные странники. Я, первый министр Его Величества герцога Ульфа, предлагаю вам сдаться, не оказывая сопротивления. Даю вам на размышление пять минут.

Гулкое эхо еще перекатывалось по окрестностям, когда спохватились, что исчез бродяга. Это не было существенно, поскольку было похоже, что перед ними действительно дом Магнуса. Громкий голос оповестил ближайших жителей о присутствии солдат, но Гринберг не собирался затягивать дело.

– Верхолазы, вперед!

Два латника, почти не видные за могучим экзоскелетоном, начали свое восхождение. За их спинами рычал двигатель, приводящий в действие гидросистему, могучие когти с ультразвуковыми вибраторами словно в масло впивались в дерево. Со стороны они казались монстрами из кошмарного сна, неудержимыми в своем движении к цели. Гринберг, сидя на коне, с каким-то садистским удовольствием наблюдал за всем происходящим. Лифт вверху, значит – мышка дома. Еще несколько минут – и она у него в руках.

Магнус тем временем спокойно поглядывал с огромной высоты на две медленно поднимающиеся фигуры. Его молодые товарищи заканчивали сборы. Они упаковали небольшой запас продовольствия, одежды и оружие – плазменные мечи. Магнус был уверен, что они смогут найти себе и пропитание, и приют в любом месте земли, только бы хватило времени и умения. Если погоня продлится, то им придется вооружиться более тщательно и дать отпор, а пока что мечей вполне достаточно, для того, чтобы прорубить себе дорогу в чаще и не дать себя в обиду случайным разбойникам.

Искусник знал о блокированном лифте. Сквозь ветви он видел самодовольную фигуру Первого министра. Пусть пока потешится. Он будет сильно разочарован через несколько минут.

– Учитель, мы готовы, – раздался за спиной голос Геора.

Магнус покинул свой наблюдательный пост и прошел в коридор, где уже закончилось формирование еще одного лифта. Четверо беглецов вошли в кабинку и преспокойно спустились в подвал, к потайной двери в подземный ход. Перед тем, как скрыться в ней, Магнус включил плазменный меч и срубил Цветок Желаний. Люди герцога не преминули бы забрать его. Искусники Ульфа в основном пользуются только им, слабо разбираясь в тонкостях заклинаний, не говоря о работе с Волшебной Книгой. Разница в них такая же, как между покупкой готовой вещи в универсаме и ее изготовлением на станке.

Подземный ход был выложен блоками из полимербетона, имел хорошую вентиляцию и освещение. Но через четверть часа беглецы вышли в карстовую пещеру и дальше их путь пролегал в толще Инертной материи. Местами на стенах проглядывала старая каменная кладка, а пол, похоже, был вымощен плитами. Магнус одно время пытался найти план этого подземного сооружения, но тщетно. Он рассказывал своим спутникам, что однажды пытался пройти по некоторым боковым ответвлениям. Там каменная кладка не попадалась, кое-где росли сталактиты и протекали подземные ручьи. Магнус из всего этого сделал вывод, что этими пещерами пользовались для каких-то целей. Возможно, что когда-то это была часть канализационной системы города.

В одном из ответвлений был виден свет. Но это не был выход на поверхность. В довольно просторной пещере рос невиданный цветок. Он имел ствол толщиной с руку и высотой в человеческий рост. Нижняя половина ствола имела листья как у фикуса, а верхняя была усеяна крупными цветами ярко-оранжевого цвета. Тычинки цветов ярко светились и вокруг них роилась в огромном количестве мошкара. Часть цветов закрылась, а часть уже дала плоды.

Плоды представляли собой еще более необычное зрелище. Это были продолговатые эллипсоиды из какой-то стекловидной массы, светящейся изнутри. Джон и Алекс застыли на месте, будучи не в силах оторваться от этого чуда.

– Вам нравится? – спросил Магнус. – Это Огненный цветок, – я посадил его три года назад. Такие цветы встречаются только в пещерах. Иногда их так много, что можно ходить под землей без фонаря. А нам послужат фонарями его плоды.

С этими словами искусник сорвал четыре светильника, оставив возле плодов черенки, чтобы удобно было держать в руке.

– Как они растут здесь, в темноте? – поинтересовался Джон, – и зачем эти светящиеся плоды?

– Понятно, зачем, – сказал искусник. – Светящиеся плоды привлекают опылителей, и дают энергию самому растению.

– Но каким образом? Обычно люминофоры сами расходуют какую-то химическую энергию, превращая ее в свет.

– Ну, здесь все наоборот. Вы сможете прочесть подробности в Волшебной Книге, а вкратце – суть в следующем. Растение выделяет из воды микроскопические количества трития, радиоактивного изотопа водорода, и накапливает его в плодах. Помимо трития плод содержит люминофор, светящийся от его радиоактивного излучения. Вы не бойтесь – излучение полностью поглощается оболочкой плода. Сорванный плод может светиться десяток лет. А если его укоренить, то из черенка вырастает нормальное растение. Сами понимаете, что без светящегося плода в этик подземельях ничего не вырастет. Светом этих плодов пользуются и другие растения, вы сможете кое-где увидеть целые поля под землей.

Они пробирались по лабиринтам ходов. Временами казалось, что впереди появился дневной свет, но это оказывался очередной светящийся цветок. Джон очень удивился, когда следующая пещера оказалась выходом наружу.

Четверка путешественников моргали глазами, постепенно привыкая к яркому солнцу. Они оказались на небольшом каменистом склоне, сплошь усеянном каменными глыбами и валунами. Внизу склон заканчивался оврагом, по которому к реке стекал звонкий чистый ручей.

– Учитель, куда мы теперь? – спросил Геор.

– Сейчас нам надо просто уйти как можно дальше, – ответил маг. – Мы сейчас поднимемся на вон тот холм, а за ним начнется Дикий лес, в котором мы будем защищены от погони.

Волшебник подустал и двигался вяло, охая и жалуясь на свою сидячую жизнь. Тем не менее, они добрались до вершины холма и остановились, чтобы передохнуть и оглядеться. Справа виднелась река, впереди черной стеной стоял Дикий лес, а сзади остались пещеры и Десять секвой.

Магнус разглядывал огромные деревья на горизонте, когда Геор показал на выходы из пещер.

– Они преследуют нас с собакой.

И действительно, между валунами появились фигуры людей. Один из солдат бежал с огромной ищейкой на поводке.

– Они нашли подземный ход, – воскликнул Магнус. – Скорее, возможно мы успеем добежать до Дикого леса. Любое заклинание в Диком лесу защитит нас.

Алекс и Геор подхватили Магнуса под руки, помогая бежать, но было ясно, что от погони им не уйти. Крики преследователей и лай собаки явственно доносились до них. Джон в какой-то момент споткнулся и растянулся на склоне, исцарапав себе физиономию. Бежать было бесполезно. Если бы хоть какой-нибудь транспорт в этом диком месте. В отчаянии он швырнул в сторону приближающихся преследователей сумку, а затем, смирившись с поражением, стал в позу ковбоя из вестерна, щелкнул пальцами и заорал:

– Эй, такси!

Большей нелепости в этой ситуации невозможно было придумать. Однако, результат последовал незамедлительно. В лесу раздался трубный рев. Стена деревьев закачалась. Разбрасывая гигантским хоботом и бивнями попадающиеся на пути деревья, на склон со скоростью локомотива вырвался эскафант.

Ищейка, взвизгнув, моментально повернула назад, таща на поводке своего проводника и опрокидывая солдат. Те, не раздумывая, бросились врассыпную. Эскафант затормозил перед растерявшимися беглецами и присел на передние ноги. Хобот сморщился ступеньками и опустился до самой земли, на лбу открылся люк.

– Боже мой, – воскликнул Магнус. – Джон, откуда вы узнали это слово? И что оно означает? Оно не похоже на заклинание, но его действие мы увидели наяву.

Джон не знал, смеяться или плакать. Разбитое лицо и исцарапанные руки болели, а изнутри его душил смех. Как можно объяснить великому магу смысл сказанного им в отчаянии. Один Алекс понял, что произошло, его лицо с отвисшей челюстью напоминало маску клоуна из какой-нибудь комедии.

Первым пришел в себя Геор. Он указал в сторону застывшего эскафанта и произнес:

– Скорее внутрь, пока наши преследователи не вернулись.

Это было дельное замечание. Да и эскафант начал проявлять признаки беспокойства.

Алекс и Геор помогли взойти по ступенькам запыхавшемуся отшельнику, последним поднялся по хоботу Джон. Огромные бивни служили вместо перил, идеально соответствуя этому назначению.

Внутри кабины было светло. Когда люк закрылся, вся передняя стена оказалась большим стереоскопическим экраном. По центру стояло кресло с подлокотниками, на которых выделялись два шара – на каждую руку. Геор произнес какое-то заклятие и уселся в кресло, положив руки на шары. Эскафант развернулся в сторону Дикого леса и резво понесся вперед.

В кабине почти не замечалось движение. Повинуясь малейшим движениям пальцев, огромное существо обходило группы деревьев или проламывалось сквозь них. Оно без труда перебиралось через овраги и ручьи, кустарники и груды камней.

– Вот это машина, – восхищенно прошептал Алекс. – Джон, сегодня ты сделал потрясающее открытие. Если дальше так пойдет, ты станешь владыкой этого мира.

– Да, молодой человек. Вы первый, кому удалось приручить эскафанта. Эти существа никому не позволяют приближаться к себе. Я знал, что он тоже может использоваться для езды, но вижу подобное впервые. Вы, друзья, наверное видите, что он был в свое время создан специально для работы на лесоповале, а потом одичал. – Магнус уже отдышался, к нему вернулась прежняя бодрость. – К сожалению, нам придется оставить это чудесное средство передвижения. По пролому, который остается сзади, свободно проедет отряд всадников, чем обязательно воспользуются наши преследователи. Вот за этим кустарником нам стоит сойти.

Геор остановил эскафанта, произнес Заклинание выходящего, а после того, как все вышли, Заклинание Свободы. Эскафант протрубил трижды и галопом исчез среди деревьев.

Магнус некоторое время шел впереди, довольно ловко обходя колючие кусты. Затем он остановился и, указывая на выросшую перед ними растительную стену, сказал:

– Дальше придется пробиваться с огнем. Здесь прошла сильнейшая вирусная инфекция.

Джон вышел вперед и снял с пояса меч. Перед ним были необычные заросли. Они напоминали высохший камыш, но это были не стебли. Ветер слегка раскачивал необыкновенно длинные стержни ржавой арматуры. Иногда между ними попадались алюминиевые профили, стальные листья, метелки с керамическими изоляторами вместо семян, самые разнообразные радиодетали, готовые печатные платы неизвестного назначения и фотобатареи.

Джон включил плазму и рубанул по этой растущей свалке. Треск и звон смешались с шипением пара из живых растений и звуком лопающейся керамики.

– Джон, бери чуть ниже, чтобы мы не порезали ноги, – посоветовал Алекс.

Рубили стену по очереди. Иногда просто протискивались между стеблями причудливых растений, пачкаясь в ржавчину и смазку. Кое-где попадалось съестное, но Магнус не советовал даже пробовать, так как генетические мутации могли затронуть химический состав продуктов. Когда прорубался сквозь заросли Алекс, в одном месте после удара мечом раздался взрыв и в двух шагах от него возникла огненная вспышка. К счастью, никого не опалило, а Магнус высказал сожаление, что не побеспокоился о латах. Он указал на оплавленные осколки от какого-то флакона. Джон поднял один из них и с удивлением прочел на обгорелой этикетке надпись "Растворитель 646. Огнеопасно".

Солнце клонилось к закату, когда жуткие заросли кончились. Перебравшись через очередной ручей, путники оказались в аккуратном лесу, без признаков мутантности. Вновь щебетали птицы, шелестела листва, а под ногами росла шелковистая трава.

Магнус вынул Волшебную Книгу и отыскал план местности.

– У меня почему-то не получается более детальный план. Мы находимся недалеко от общины амазонок, но до темноты мы их не найдем. Кроме того, здесь поблизости должны быть дикорастущие дома. Если нам попадется пустой, не занятый какой-нибудь молодой парочкой, мы сможем спокойно в нем переночевать. Эти дома маленькие, жить в таких опасно, но для нас сойдет.

Дома попались им буквально через десять минут ходьбы. Их было пять штук и росли они на поляне рядышком, напоминая грибы-дождевики. Толстая ножка имела вход, а на шарообразной поверхности, усеянной фиолетовыми чешуйками фотоэлементов, темнели два ряда круглых окон. Они имели совершенно сиротливый вид, какой может иметь дом, в котором не живут. Магнус остановился перед одним из них.

– Как жаль, что я не могу определить качество этого дома. Здесь могут быть всякие подвохи. Плохо уже то, что дом стоит на земле, а не на дереве. Я чувствую себя здесь тревожно.

Тем не менее, путники ввалились внутрь и разместились по комнатам. Дом был очень уютный. Хорошо оборудованная кухня имела полные шкафчики еды, в душе – горячая вода. Джон обошел все комнаты и остался доволен тем, что увидел. Наверху были две спальни с отличными мягкими постелями, и самое удивительное – детская комната, полная изумительных игрушек. Вся обстановка навевала мысли о тихом семейном счастье. Джон взял в руки большого плюшевого медведя. В детстве у него был точно такой же. Он укладывал его спать рядом с собой и думал, что никогда с ним не расстанется. Но детство ушло, медведя отдали кому-то из соседских детей. И теперь лишь иногда Джон с грустью вспоминал своего медведя и мечтал, чтобы у его детей тоже был такой. Джон вздохнул, – будут ли у него дети в этой жизни? И будет ли вообще свой дом, семья?

Он спустился в гостиную, где в креслах сидели Магнус и Алекс, очевидно, уже принявшие душ. Геор опять возился на кухне. Джон взял чистое полотенце и пошел купаться, а Алекс потел над Волшебной Книгой, что-то пытаясь определить по ней. Он жаловался Магнусу:

– Компьютер что-то шалит. Я не могу вызвать на экран характеристики этого дома. Вот смотрите, когда я его открываю, – все работает, но через пару минут начинается какой-то бред. Ваша Книга использует какие-нибудь источники питания?

– Нет, Алекс. Вся природа в основной массе использует солнечную энергию, накапливая ее в виде конверсии элементов. Во всех устройствах эта конверсия происходит в обратном направлении, давая им энергию. Неполадки из-за отсутствия энергии просто невозможны.

Джон вышел из душа, и Алекс обратился к нему:

– Джони, ты большой спец по вирусам. Посмотри, что здесь происходит?

Кузинский уселся за стол и погрузился в изучение программной среды.

– Здесь все чисто. Зато у меня подозрения на сетевой обмен.

Он еще покопался со специальными утилитами, а потом сказал:

– Это занятие стоит отложить до утра и сделать все на свежую голову. Здесь вся окружающая природа пронизана вирусами, любой генотип содержит вирусные фрагменты. Трудно выделить активные и подавить их. А возможно, что и не стоит их подавлять, портить работу может довольно сложное сочетание вирусов и некоторых признаков объекта. Я еще не работал с такими сложными системами.

– Это для тебя будет хорошая практика, – подытожил Алекс.

Наконец, Геор пригласил их ужинать, и за столом завязался разговор.

– Джон, – сказал Магнус, – вы употребили странное слово, которое я никогда не слыхал – такси. Что оно обозначает?

Джон, смущаясь, объяснил.

– У нас, правда, им практически не пользовались, разве что в местах туризма. Для осмотра исторических памятников, например. Все остальные перемещения производились при помощи телепорта. Вы входите в будочку, набираете номер пункта назначения, жмете "пуск" и выходите в нужном месте.

– Так вот оно что! А мне думалось, что это связано с адресацией чисел и я даже не удосужился прочесть соответствующую документацию. Теле-порт. Это же надо! Вы знаете, друзья мои, как много утеряно знаний только потому, что люди потеряли представление о некоторых предметах. Сегодня вы заново открыли магические слова "такси" и "телепорт". Нам следовало бы подробнее порыться в старых архивах Волшебной Книги. Их такое множество, что на это понадобится не одно столетие.

Алекс сидел в глубокой задумчивости. Внезапно он открыл Книгу и, пробежавшись по алфавитному указателю, сказал:

– Я с ходу могу указать множество слов, которые у вас не используются, но которые нам пригодились бы. Вот например: бластер, лазер, мобиль, телефон… – Алекс в нерешительности остановился.

Джон тут же вмешался.

– Больше ничего здесь не понадобится. Мы знаем множество вещей, которым здесь нашли достойную замену. А оружие не следовало бы вспоминать.

– А ты забыл, что у герцога два наших бластера? Возможно, что он уже знает, как они называются, и сможет воспроизвести на Цветке Желаний.

– В этом случае, конечно, нам не поздоровится.

– Ничего, друзья мои, – успокоил всех Магнус. – Пока мы вместе и понимаем друг друга, мы сильны как никто другой. А сейчас – давайте спать. Я хочу, чтобы мы покинули это место рано утром. Желательно на хорошем транспорте, лучше – на стрекозе.

После этих слов все разошлись по своим постелям. У Джона болели ссадины и он еще некоторое время ворочался, прежде чем и его сморил сон.

Джону снились пещеры с огненными цветами. Он убегал от огромной собаки, карабкался по хоботу эскафанта и никак не мог попасть в кабину. Потом он куда-то падал и какой-то монстр, навалившись всем телом, облизывал его своим языком, собираясь съесть. Джон чувствовал, что этот кошмар переходит свои границы, управлять им не получалось, но и проснуться не удавалось тоже. Он ощущал свое тело, которое отказывалось подчиняться, и сладковатый запах, наполнявший комнату. В голове промелькнула мысль, что он отравился каким-то химикатом на станции.

– Какая станция? – подумал Джон, – я на Земле.

Внезапно откуда-то издалека послышался треск и грохот. Глаза различали вспышки пламени и яркие лучи утреннего солнца. Какие-то люди в скафандрах вынесли его на зеленую траву, кто-то заливал в рот приятный напиток, от которого в теле разливалась бодрость, а в голове стало проясняться.

Через минуту Джон окончательно пришел в себя, сел и огляделся. Рядышком, на траве, лежали его трое товарищей, а вокруг стояли латники герцога Ульфа. Гринберг возвышался над всеми, сидя в седле. Он зевнул и сказал:

– Вы обязаны мне своими жизнями, господа. Эти домики-ловушки слопали бы вас, как мухоловка пожирает мошек. Но благодарите Бога, что мы преследовали вас даже ночью и, таким образом, спасли от неминуемой гибели.

– Я не хотел бы выглядеть неблагодарным, – ответил Джон, – напомнив вам, что именно по вашей милости мы очутились в этом чудном месте, где нас чуть не слопали, как вы изволите выражаться. Спасая нас, вы преследовали, конечно, собственные корыстные цели, но тем не менее, – большое вам спасибо.

Джон поднялся, подождал, пока пройдет легкое головокружение, и осмотрелся. Их домик, чуть не ставший могилой, стоял с развороченными плазменными мечами стенами. Бетон торчал обломками, на разрубленных кромках виднелись трубопроводы, арматура, остатки электропроводки и обгорелые обрывки облицовочной ткани. Джон обернулся к министру.

– А как вы догадались, что это дом-ловушка?

– В вашем доме не было двери – очевидно заросла, но я сначала подумал, что это сделано вами специально, и приказал рубить стены. А потом солдаты по запаху догадались, что здесь происходит. Еще полчаса – и кровати начали бы вас растворять, прямо как полы – мусор. Ха-ха-ха. Такие умные люди оказались бы съедены домом-людоедом. Разве не забавно? Но хватит болтать. Мы сей же час отправляемся обратно. Ехать будем по широкой дороге, которую вы столь любезно нам проложили вчера.