Текст книги "История Европы. Том 1. Древняя Европа."

Автор книги: Александр Чубарьян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 72 страниц)

4. КУЛЬТУРА

Как и в других областях жизни, в культуре V в. до н.э. наблюдается сочетание традиционных черт, восходящих к архаической и еще более ранним эпохам, и совершенно иных, порожденных теми новыми явлениями в социально-экономической и политической сферах, о которых говорилось выше. Рождение нового отнюдь не означало гибели старого. Как в городах строительство новых храмов весьма редко сопровождалось разрушением старых, так и в других сферах культуры старое отступало, но обычно не исчезало совершенно.

Важнейший новый фактор, оказавший наиболее значительное воздействие на ход культурной эволюции в это столетие, – консолидация и развитие полиса, особенно демократического. Не случайно наиболее яркие произведения материальной и духовной культуры рождались именно в Афинах. Но были и греко-персидские войны, вызвавшие подъем общегреческого патриотизма, осознание ценности эллинского образа жизни и его преимуществ; рост Афинского морского союза, приведший к сосредоточению в Афинах ярких деятелей культуры Греции. Огромную роль сыграла и сознательная политика руководителей Афин, стремившихся сделать родной город крупнейшим культурным центром Эллады, средоточием всего ценного и прекрасного, что было тогда в греческом мире. Наконец, определенное воздействие на развитие культуры оказала Пелопоннесская война, породившая чувство безысходности и отчаяния у ряда представителей интеллектуальной элиты.

В первой половине V в. происходят важные изменения в религиозной идеологии греков. К сожалению, они известны нам мало и отражаются чаще всего в литературных произведениях, из-за чего бывает трудно понять, возникло ли данное явление в результате индивидуального или группового творчества либо отражает широко распространенное представление. Подъем классического полиса, победа над персами имели важные последствия для народного мировоззрения. Современными исследователями отмечается рост религиозности среди греков. С точки зрения традиционных представлений в войне с персами на стороне греков сражались и их божества, о чем, в частности, упоминает Геродот. Победа греков над персами соответственно воспринималась как свидетельство могущества греческих богов. Вторым важным обстоятельством, связанным с подъемом классического полиса, является чувство исторического оптимизма, которое отразилось и в религиозном сознании. Зевс, все более занимавший доминирующее место в пантеоне, приобретал в мыслях и чувствах греков черты гаранта справедливости. Эти идеи очень отчетливо выражены у Пиндара и Эсхила. Интересную в этом отношении эволюцию претерпевает образ Зевса у Эсхила. В трилогии о Прометее Зевс первоначально выступает как тиран, но в последней трагедии примиряется с Прометеем, готовым умереть за людей. В «Орестее» Эсхила торжествует идея возможности решить все, даже самые сложные и мучительные проблемы, путем примирения: страшные богини Эринии превращаются в благодетельных Евменид. Убежденность в том, что правильно организованное гражданское общество покончит с кровавыми распрями, свойственными прошлому, – важнейшая черта этого комплекса представлений, в которых воедино слились и политические, и религиозные мотивы. Уверенность в том, что боги помогут человеку, если он лишен гордыни и приемлет свою судьбу, была присуща грекам той поры.

Важнейшей особенностью следующего, «Периклова» периода было усиление, по крайней мере в Афинах, тенденции к полному слиянию в рамках единого пантеона полисных и народных божеств. Самые древние божества Аттики Афина и Посейдон почитаются теперь совместно и на афинском Акрополе, и на мысе Суний. Укрепляется культ Афины; она почитается как Эргана (Работница) ремесленниками, воины и матросы поклоняются ей как Афине Промахос (Воительнице), она – защитница женщин, занятых ремеслом, покровительница оливок и оливководства, наконец, всякой умственной деятельности, всего рационального. Растет влияние культа Диониса, в котором отчетливо прослеживаются демократические тенденции. Элевсинские мистерии пользуются огромной популярностью благодаря учению о личном посмертном спасении для тех, кто посвящен в них, тогда как для неприобщенных уготовано жалкое существование в подземном мире. По-прежнему велик престиж общеэллинских святилищ в Олимпии и Дельфах, однако несколько падает значение Делоса, после того как он оказался полностью под властью Афин.

Последняя треть V в. позволяет говорить об определенном кризисе религиозного сознания греков, чему было несколько причин. Тяжелейшие бедствия, обрушившиеся на эллинский мир в годы Пелопоннесской войны, сломили тот дух оптимизма, который господствовал в предшествующие годы, и одновременно подорвали веру в благость богов – гарантов существующего порядка. Вторая важная причина кризиса – усложнение характера общества, его социальной структуры, которым перестали соответствовать традиционные религиозные идеи, восходящие к глубокой древности. Прежде это несоответствие оставалось вне поля внимания современников, теперь же в новой, чрезвычайно сложной обстановке несоответствие буквально бросалось в глаза. Литература этих лет полна насмешек над богами, традиционными верованиями и ритуалами. Однако парадоксальность ситуации заключалась в том, что те самые граждане, которые вчера смеялись над богами, смотря комедию, завтра участвовали в торжественных религиозных церемониях в честь тех же божеств. Все это свидетельства наметившегося разрыва между религиозными чувствами гражданина и религиозной политикой государства, ранее невозможного в греческом мире. Наконец, в числе причин – и одновременно результатов – духовного кризиса следует назвать критику традиционных представлений и установлений общества, в том числе религии, со стороны софистов. Софистические идеи более всего распространились среди верхушки общества. Не зря народное мнение Афин в «деле гермокопидов» считало виновниками святотатства Алкивиада и его друзей, людей того же круга. Вместе с тем нельзя преувеличивать масштабы и глубину этого кризиса. Именно в обстановке упадка старых представлений рождались новые религиозные идеи. В частности, в это время становится популярной идея о личной связи человека с божеством. Ее мы встречаем, например, у Еврипида, в общем весьма негативно относившегося к традиционным взглядам. Возрастает значение новых культов, например бога врачевания Асклепия. Некоторые старые культы вновь возрождаются в связи с изменением их функций. Упадок традиционных верований приводит к широкому проникновению в Элладу иноземных культов, фракийских и азиатских. Для религиозного сознания эпохи характерно также распространение мистицизма.

В философии V в. ведущим направлением оставалась натурфилософия, сложившаяся в Ионии в предшествующем столетии. Наиболее яркие представители стихийно-материалистической натурфилософии этого времени – Гераклит Эфесский, Анаксагор и Эмпедокл. Основным направлением их исследований по-прежнему было стремление создать всеобъемлющие космогонические системы. Подобно натурфилософам прошлого, философы V в. основное внимание уделяли поискам первичного элемента мира. Гераклит, например, видел его в огне. Значение Гераклита в истории философии определяется тем, что он ввел положение о диалектическом развитии материального мира как о необходимо присущей материи закономерности. Диалектическое единство противоположностей формулируется Гераклитом как постоянно возникающая гармония взаимодополняющих друг друга и борющихся противоположностей. Основные принципы своей философии он сформулировал в ряде широко известных максим: «Все течет», «Нельзя в одну реку войти дважды» и др. Эмпедокл и Анаксагор также уделяли основное внимание первичным элементам мира. Согласно Анаксагору, мир первоначально представлял собой неподвижную смесь, состоявшую из мельчайших частиц («семян»), которой придал движение ум (нус). Анаксагорова концепция ума означала радикальное противопоставление источника движения инертной материи; она оказала значительное воздействие на дальнейшее развитие философской мысли (идеи «первичного толчка» в философии нового времени). Эмпедокл видел четыре первичных элемента (он их называл «корнями всех вещей»): огонь, воздух, землю и воду. Все материальные вещи, по Эмпедоклу, состоят из этих четырех элементов, количественно и качественно не изменяемых, соединенных в различных пропорциях. Движение материи (как и у Анаксагора) определяется находящимся вне ее разумом – организующим принципом космоса, преодолевшим изначальный хаос. Теория четырех элементов благодаря ее восприятию Аристотелем оставалась фундаментом европейской физики до XVII в. Большое влияние, в том числе на Платона и Аристотеля, оказала также теория ощущений Эмпедокла (бывшая для него и теорией познания), согласно которой в «поры» органов чувств проникают материальные «истечения», отделяемые от воспринимаемого объекта.

Наивысшего расцвета древнегреческий материализм достиг в учении Левкиппа из Милета и Демокрита из Абдер. Левкипп заложил основы атомистической философии. Его ученик Демокрит не только принял космологическую теорию своего учителя, но расширил и уточнил ее, создав универсальную философскую систему. Согласно этой теории, мир состоит из пустоты и движущихся атомов – бесконечно малых неделимых частиц, качественно однородных и неизменяемых, но различных по форме и размерам; атомы движутся в пустоте, их соединения приводят к созданию всего вещного мира. Все живое отличается от неживого наличием души, которая, по его мнению, состоит из сферических подвижных атомов. Душу Демокрит считал смертной: когда тело умирает, атомы души рассеиваются в пространстве. Важнейшее положение в учении Демокрита – идея о движении как присущем материи качестве. Движение – не результат влияния нематериального духа, или нуса, а свойство самой материи. Впервые в истории философии Демокрит создал развернутую теорию познания, исходный пункт которой – чувственный опыт. Но истинная «природа» вещей (атомы), по Демокриту, недоступна чувству и постигается лишь с помощью мышления. Как и Эмпедокл, Демокрит объяснял чувственное восприятие истечениями (потоки атомов, отделяющихся от воспринимаемого тела). Большое место в учении Демокрита занимали социальные и этические проблемы. Наилучшей формой государственного устройства он считал демократию, наивысшей добродетелью – безмятежную мудрость. Демокрит был многосторонним ученым, известен список его сочинений (70 названий), обнимающих все области знания того времени. Материалистическая философия Демокрита оказала огромное влияние на развитие европейской философии и естественных наук.

В V в. продолжалось традиционное противостояние натурфилософии, материалистической в своей основе, и пифагореизма. Пифагорейское учение по-прежнему пользовалось большей популярностью в Великой Греции, чем в собственно Элладе.

Все философские школы начала V в. объединяло стремление создать единую универсальную космологическую и онтологическую концепцию, объяснить единство и разнообразие мира. И в этом они являлись бесспорными продолжателями дела философов архаической эпохи. Однако примерно с середины V в. в духовной жизни Греции происходит решительный поворот: отныне в центре философии оказывается не мир, а человек. В этом духовном перевороте немалую роль сыграли софисты (от греч. слова «софос» – «мудрый»). Возникновение софистического движения, как уже отмечалось, связано с общим усложнением структуры общества, что нашло свое выражение как в увеличении числа социопрофессиональных групп, появлении прослойки профессиональных политических деятелей, так и в возрастании объема конкретных знаний, необходимых для успешной политической деятельности. Софист, странствующий и обучающий за плату учитель мудрости и красноречия, – естественный результат процесса профессионализации знаний. Другая причина рождения софистического движения – логика внутреннего развития самого знания. Всеобъемлющие космологические учения натурфилософов покоились, в сущности, на очень шатких основаниях, будучи в основе своей умозрительными. Чем далее, тем труднее стало согласовывать в рамках единых концепций множество отдельных эмпирических наблюдений и выводов частных наук с такими генеральными схемами космоса. Чем сильнее обозначался разрыв между натурфилософией и реальными знаниями, тем большим становился общественный скептицизм в отношении натур философии. Выразителями этого скептицизма и стали софисты.

Для софистов в целом характерно критическое отношение к сложившимся традициям, причем свое теоретическое обоснование этот активный критицизм находил в проблеме критерия истины, решительно поставленной софистами: можно ли доверять человеческим знаниям? Как проверить, истинны они или ложны? Общей чертой учений софистов был релятивизм. Этому способствовал сам характер деятельности софистов, которые учили молодых людей защищать любую точку зрения. В основе такого обучения лежало представление об отсутствии абсолютной истины и объективных ценностей. Самые знаменитые представители софистического учения – Протагор из Абдер и Горгий из Леонтин – внесли существенный вклад в разработку проблем гносеологии, но решения их были релятивистскими, а иногда и скептическими. Протагор выдвинул положение об относительности всех явлений и восприятий и их неизбежной субъективности («человек есть мера всех вещей»). Согласно традиции, Протагор положил начало словесным состязаниям, в которых софисты прибегали к логическим передержкам и парадоксам, получившим уже в древности название софизмов. Однако воспринимать софистическое движение только негативно (как это подчас делается) было бы неверно. Софисты способствовали широкому распространению знаний в Греции. Кроме того, позитивная наука укреплялась, сталкиваясь с таким мощным противником, как софистический скептицизм. Судя по сохранившимся свидетельствам, некоторые софисты высказывали мысли, противоречившие традиционным религиозным верованиям. Так, Протагор утверждал, что не знает, существуют ли боги, а одному из «тридцати» тиранов софисту Критию приписывается взгляд на религию как выдумку хитрого политика для обуздания простого народа.

Непримиримым врагом софистов в Афинах выступил Сократ, хотя с точки зрения обыденного сознания (как, например, оно отражено у Аристофана) сам Сократ – не только софист, но даже глава их. Сократ был, скорее всего, не философом, а народным мудрецом, противостоящим софистам, но воспринявшим все то позитивное, что содержало их учение. Сократ не создал своей школы, хотя и был постоянно окружен учениками. Он полагал в отличие от софистов что истина все же существует и может быть найдена в споре. Сила Сократа состояла в разработанном им методе ведения дискуссии, когда серией простых и наивных на первый взгляд вопросов он доводил своего оппонента до признания неправильности его позиции, а затем тем же методом доказывал справедливость собственной позиции. В основе учения Сократа, в сущности своей идеалистического, лежит идея об объективно существующем духе, познаваемом мудрецами. Во взглядах Сократа отразились некоторые новые явления жизни греческого общества, в первую очередь афинского. Он подчеркивал необходимость профессиональных знаний для успешной деятельности в любой сфере жизни, откуда делались и политические выводы: руководство государством – это также профессия, и необходимо, чтобы ею занимались тоже профессионалы. Эта концепция была абсолютно противоположна основополагающим принципам афинской демократии, согласно которым управление полисом – дело каждого гражданина. Тем самым учение Сократа создавало теоретическую базу для олигархов, что и привело его в конце концов к непримиримому конфликту с демосом, закончившемуся осуждением и смертью Сократа. Его карикатурно изобразил в комедии «Облака» Аристофан, но в сознание последующих поколений вошел другой образ Сократа, с замечательным мастерством нарисованный его учеником Платоном как пример кристально честного, независимого мыслителя, ставящего искания истины выше всех других побуждений.

V век можно считать временем рождения науки как специальной сферы деятельности. Натурфилософия архаической эпохи и первой половины V в. в сущности представляла своего рода синтетическую науку, в которой сливались и общекосмогонические построения, и наблюдения и выводы более частного характера, принадлежащие отдельным научным дисциплинам. Однако такой характер древнегреческая наука могла сохранять только до определенного уровня. Расширение сферы знания, увеличение его суммы приводили не только к отпочковыванию от натурфилософии отдельных наук, но и (иногда) к конфликту между ними. Особенно показателен прогресс в медицине, связанный в первую очередь с деятельностью Гиппократа. Основная черта Гиппократовой медицины – строгий рационализм; по мнению Гиппократа, все болезни вызываются естественными причинами. Гиппократ требовал индивидуального подхода к больному, считая, что каждый конкретный случай определяется особенностями как самого пациента, так и той естественной средой, в которой он находится. В течение V в. в самостоятельную научную дисциплину превращается математика, освобождаясь от влияния пифагорейцев и становясь предметом профессиональной деятельности ученых, не примыкавших ни к какому философскому направлению. Важным для развития математики было создание дедуктивного метода (логический вывод следствий из небольшого числа исходных посылок). Прогресс математического знания особенно заметен в арифметике, геометрии, стереометрии. К этому времени относятся также значительные успехи в астрономии. Анаксагор был первым ученым, давшим правильное объяснение солнечным и лунным затмениям.

Лишь применительно к V в. можно говорить и о рождении историографии: на смену ионийским логографам приходят историки. Современные исследователи ставят рождение истории как науки в связь с оформлением демократии и соответственно углублением политического сознания гражданства. Гражданин, создающий своей политической деятельностью современную историю, хотел знать и историю, которую творили его предки. Именно поэтому вершиной греческой историографии стал строго рационалистический труд Фукидида. Переходным звеном от логографов к Фукидиду можно считать Геродота, которого Цицерон назвал «отцом истории». Биография его известна только в самых общих чертах. Родился он около 481 г., умер между 431-425 гг. Приняв участие в борьбе против тирании в родном полисе, Геродот был вынужден покинуть Галикарнас. Он много путешествовал, посетив Персию, Скифию, Египет, пока не обосновался в Афинах, где стал другом Перикла и Софокла. Основная тема «Истории» Геродота – греко-персидские войны. Композиционно труд делится на две части: первая представляет как бы разросшееся введение, в котором наряду с собственно историческим сюжетом очень большое место занимают географические и этнографические экскурсы, посвященные отдельным странам, объектам персидской агрессии, – так называемые логосы. Ясно выделяются мидийский, египетский, скифский, ливийский, фракийский логосы. Вторая часть, главная, посвящена собственно истории греко-персидских войн: ионийскому восстанию, походу Дария, походу Ксеркса. Обрывается изложение описанием сражения при Сеете. В эту часть также включены многочисленные отступления. Жадное любопытство образованного ионийского грека фиксирует многое – удивительные происшествия, случаи из жизни великих людей, странные обычаи варварских народов, различные сооружения, необычных животных и т.д. К другим народам, в том числе персам, Геродот относится без всякой враждебности, что побудило Плутарха даже обвинить его в любви к варварам. Вместе с тем весь его труд пронизан глубоким убеждением в справедливости борьбы греков, уверенностью в превосходстве греческого образа жизни, преклонением и восхищением Афинами – спасителями Эллады.

Труд Геродота представляет по своей сути органическое слияние собственно исторического исследования и литературного рассказа. Его источники обширны и многообразны – от свидетельств литературной традиции до личных наблюдений. При всей доверчивости Геродота ему не чужды и приемы критики источника. Хотя на первом плане в объяснении причин исторических событий у него стоит деятельность отдельных людей, Геродот достаточно отчетливо сознает и некоторые глубинные причины событий. Основной причиной греко-персидских войн он считает столкновение двух завоевательных политик.

Темой труда Фукидида стала история Пелопоннесской войны. Коренной афинянин, связанный родством с семьей Кимона, блестящий ученик софистов, Фукидид был видным представителем верхушки афинского полиса. Однако его карьера внезапно оборвалась в 424 г., когда он, будучи стратегом, потерпел поражение у Амфиполя и был изгнан из Афин. Труд Фукидида – это современная ему история. Только в самом начале он дает в очень краткой форме общий очерк истории Эллады с древнейших времен, все остальное содержание строго ограничено поставленной задачей. Источники Фукидида весьма обширны, изгнание позволило ему ознакомиться с материалами, происходящими из обоих лагерей. Фукидид сам участвовал в войне, он приводит подлинные тексты договоров, надписи, использует труды предшественников, наконец, он собирал сведения от непосредственных участников описываемых событий или от лиц, близко к ним стоявших. Фукидид сознательно противопоставлял свой метод методу своих предшественников – логографов и Геродота. Его можно считать родоначальником исторической критики: «Что же касается имевших место в течение войны событий, то я не считал согласным со своей задачей записывать то, что узнавал от первого встречного, или то, что я мог предполагать, но записывал события, очевидцем которых был сам, и то, что слышал от других, после точных, насколько возможно, исследований относительно каждого факта, в отдельности взятого» (I, 22). Фукидид свою задачу видит в том, чтобы создать правдивую историю Пелопоннесской войны. Он стремится выявить политические силы и сделать понятным своему читателю ход исторических событий. Отбрасывая все чудесное (занимавшее столь значительное место в труде Геродота), Фукидид пытается объяснить происходившее только «природой человека». Тем самым естественнонаучный метод переносится им в сферу политической истории. Фукидид, как уже отмечалось, различает объективные причины войны и ее непосредственные поводы. Первые он ставит в связь с неизменной природой человека, одна из важнейших черт которого – постоянное стремление угнетать окружающих. В этом, по мнению Фукидида, заключается общий закон исторического развития и соответственно глубинная причина всех событий. Согласно природе человека действуют и коллективы людей, поэтому за всеми политическими событиями можно видеть рациональное, логическое. Однако история, с точки зрения Фукидида, не является механистическим процессом, познаваемым на основе логического анализа, ибо действуют и слепые силы (стихийные события, непредвиденное стечение обстоятельств – словом, все то, что обнимается понятием «слепой случай»). Взаимодействие рационального и иррационального и образует реальный исторический процесс.

Значительную роль отводит Фукидид и выдающимся политическим деятелям, особо выделяя их способность осознать направление исторического процесса и действовать в соответствии с ним. К числу таких деятелей он относит Фемистокла и Перикла. С другой стороны, политические деятели, которые не сознают этого, действуют в истории деструктивно (например, Клеон). Политические взгляды Фукидида – истинного афинянина эпохи Перикла, бесспорно, сказывались на изложении им описываемых событий, их трактовке. Однако при всей любви к Афинам Фукидид отдает должное и их противникам. Объективность – одна из основных, ценных и привлекательных черт его «Истории».

Значительные перемены, происходившие в греческой культуре на протяжении V в., отчетливо сказываются в литературе. Начало века видит закат хоровой лирики – того жанра литературы, который господствовал в архаическую эпоху; тогда же рождается греческая трагедия – наиболее полно отвечающий духу классического полиса жанр литературы.

Аристократическая по происхождению, идеям, способу выражения хоровая лирика переходит в V в. из предыдущего в лице таких признанных мастеров, как Симонид Кеосский и Пиндар из Фив. Придворный певец Писистратидов, покинувший Афины после падения тирании, Симонид впоследствии вернулся, примирившись с Демократическим режимом, и даже сочинил надпись на памятнике тираноборцам. Вершины успехов Симонид достиг в годы греко-персидских войн, когда стал подлинным певцом борьбы греков за свою независимость. Личный друг и Фемистокла, и Павсания, он поднялся до осознания общеэллинского единства и общеэллинского патриотизма. Последующая слава Симонида больше всего основывалась на эпиграммах (коротких надписях на надгробных памятниках или на предметах, посвященных божеству), написанных на темы греко-персидских войн. Самая известная среди них – надпись на памятнике в честь павших при Фермопилах.

Последний и наиболее яркий певец греческой аристократии – Пиндар (он сам происходил из фиванского аристократического рода). Из многочисленных и разнообразных по жанру произведений Пиндара сохранились только эпиникии – песни, сочиненные в честь победителей (всего 45 стихотворений), которые составлялись не по собственной инициативе поэта, а заказывались ему, как правило, дорийской знатью и тиранами Сицилии. Уходящая со сцены аристократическая идеология, характерная для прошлого века, свое наиболее отчетливое, кристально ясное выражение нашла именно в творчестве Пиндара. Победа воспеваемого им героя – это естественный результат присущей победителю доблести (арете), которая определяется «породой» (принадлежностью к аристократическому роду, у которого доблесть «в крови» благодаря происхождению от богов), личными усилиями (возможными благодаря богатству), волей богов. Поскольку, по мнению Пиндара, богатство – это наследственное состояние, перешедшее к герою от доблестных предков, то в конечном счете и сама доблесть, и внешнее проявление ее – успех – являются результатом благоволения богов. Стиль Пиндара отличается торжественностью, пышностью, богатством изысканных образов и эпитетов, зачастую сохраняющих еще связь с образной системой фольклора.

Большинство дошедших до нас стихотворений соперника Пиндара Вакхилида также относится к жанру эпиникиев. В творчестве Вакхилида отчетливо заметно стремление приспособить традиционный жанр к новым задачам, новым условиям жизни. Ему чужд строгий аристократизм Пиндара. Хотя и у Вакхилида главная тема – доблесть, но понимается она уже по-иному, не как совокупность традиционных качеств аристократа, а как способность быть всегда на высоте, соответствовать любой задаче. Более интересны его дифирамбы, в которых лирически разрабатываются отдельные эпизоды мифов. Характерно, что среди дифирамбов Вакхилида видное место занимают те, в которых излагаются афинские предания, особенно о Тесее.

Однако новые общественные условия делали лирическую поэзию несовременным жанром, она уходила с авансцены вместе с породившей ее аристократией. На смену ей приходит театр – трагедия и комедия. Театр занимал особое место в жизни греков и во многом не был похож на современный. В Афинах театральные представления происходили первоначально раз в год (затем – дважды), во время праздника бога Диониса (Великие Дионисии), когда в течение трех дней с утра и до вечера шли спектакли, о которых затем говорили в течение всего года. Театр в отличие от хоровой лирики обращен ко всему демосу, он более демократичен, он служит трибуной, с которой обращаются к демосу те, кто стремится убедить его в правильности собственных идей и мыслей. Не случайно своего наивысшего расцвета театр в V в. достиг в Афинах, наиболее демократическом из полисов Эллады. Театр стал подлинным воспитателем народа, он формировал взгляды и убеждения свободных граждан Эллады. Театр был общественным институтом, включенным в систему полисных праздников. Театральное зрелище было массовым, зрителями являлась большая часть граждан, организация представлений – одна из самых важных и почетных литургий; со времени Перикла государство давало беднейшим гражданам деньги для оплаты билетов. Театральные представления носили состязательный характер, ставились пьесы нескольких авторов, и жюри, избранное по жребию из граждан, определяло победителя.

Античная традиция называет первым трагическим поэтом Феспида и указывает на 534 г. как на дату первой постановки трагедии. Эти ранние трагедии представляли скорее одно из ответвлений хоровой лирики, чем собственно драматические произведения. Только на рубеже VI и V вв. трагедия приобретает свой классический облик.

В образах мифов греческая трагедия отразила героическую борьбу народа с внешними врагами, борьбу за политическое равенство и социальную справедливость. Часто герой трагедии погибал, но он внушал зрителям чувство гордости и веру в способность человека противостоять грозным и неумолимым силам судьбы. Он стремился сокрушить препятствия, и эта борьба вызывала у зрителей чувство восхищения. Трагический герой был образцом для греков, утверждая в них чувство человеческого достоинства.

Греческий театр был театром остросовременным. В силу самого происхождения трагедии основные темы брались из обширного репертуара мифов, и волновала зрителей не фабула, хорошо им известная, а то объяснение, которое давал автор действиям героев, т.е. идейное содержание трагедии и мастерство, с которым эти идеи выражались. Иногда, правда, ставились трагедии и исторического содержания, чаще всего на сюжеты недавнего прошлого. Так, в 494 г. Фриних поставил пьесу «Взятие Милета» – о подавлении персами ионийского восстания, в 476 г. он же выступил автором пьесы «Финикиянки», в которой прославлял Фемистокла.

Трагедия нашла ярчайшее воплощение в творчестве трех крупнейших афинских драматургов – Эсхила, Софокла и Еврипида.

Эсхил (525-456 гг.) происходил из знатного рода. Юношей он был свидетелем свержения тирании и установления демократического строя в Афинах. В борьбе с персами Эсхил участвовал лично, сражался при Марафоне, Саламине, Платеях. Из написанных им 90 пьес до нас дошло только 7, в том числе одна полная трилогия. Новаторство Эсхила выразилось в том, что он, по словам Аристотеля, первый ввел двух актеров вместо одного; он же, как пишет Аристотель в «Поэтике» (4), «уменьшил партии хора и на первое место поставил диалог». Благодаря этим нововведениям был сделан решительный шаг для превращения трагедии из одного из видов мимической хоровой лирики в подлинную драму. Система двух актеров давала возможность усилить драматическое действие, противопоставляя друг другу борющиеся силы. В творчестве Эсхила органично сливались большие идеи философского звучания с откликами на самые злободневные события. Показательна в этом отношении трилогия «Орестея», где ставятся проблемы ответственности за совершенное преступление и соотношения воли божества и сознательной воли человека, а также конкретная проблема места Ареопага в политической структуре Афинского полиса. Именно Ареопаг смог осуществить то, что не могли сделать боги, – очистить Ореста от вины за убийство матери Клитемнестры. Ареопаг у Эсхила выступает только как суд, и нигде не говорится о его былой роли высшего органа управления государством. Эсхил тем самым освящает новую роль Ареопага, которую тот получил в результате реформы Эфиальта.