Текст книги "Тренер Гильдии Фамильяров 5 (СИ)"

Автор книги: Александр Лиманский

Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 10

Внутри отшатнувшаяся от капсулы испугавшаяся Полина. С другой стороны замерший Костя, у которого глаза были выпучены как у Феликса, который недавно так же смотрел, в клинике Покровского.

А внутри саркофага густо бурлила вода. Я услышал характерный щелчок ионизатора. В воду выплеснулся из серебристого блока мерцающий зеленоватый газ, активно смешиваясь с жидкостью.

Пять метров. Столько меня отделяет от капсулы. Добежать и нажать на кнопку «СТОП», экстренно прекратить процесс, я физически не успевал. Газ распространялся слишком быстро.

«Живчик, красная кнопка!» – отправил я мысленный приказ терьеру, вложив в него по каналу Сопряжения всю силу.

Вихревой терьер, влетевший в кабинет следом за мной, отреагировал как всегда. Сразу же. Он не стал подбегать к панели. Это ему было и не нужно.

Живчик заливисто тявкнул. Перед ним закрутился воздух, собираясь в плотный, размерами с пакет семечек мини-смерч.

Крутящийся снаряд метнулся к капсуле, и попал точно в центр красного гриба аварийной остановки, что находился на боковой панели капсулы.

Насосы захлебнулись. Спа-камера аварийно отключилась. С громким шипением сбрасывая внутреннее давление. Неоновый свет ещё горел по инерции, а Желешка вжалась в стену капсулы. Всё же отравленная вода добралась до неё.

– Артур, ты с ума сошёл⁈ – закричала Полина, переводя ошарашенный взгляд с меня на капсулу. – Что ты творишь⁈ Я только запустила программу!

Лицо Кости побелело. Он выскочил из-за капсулы.

– Артур Викторович! – с ужасом вытаращился на меня Костя. – Так нельзя! Вы же ей гидроудар устроили!

– Можно, Смирнов, – я тяжело дышал, опираясь руками о колени, чтобы восстановить дыхание после спринта. – Можно, если твой питомец через пять секунд может умереть.

– Что это значит? Ты можешь объяснить? – процедила Полина.

– Подожди, дай отдышаться, – выдавил я.

– Как это?.. Как умереть? Она же массаж проходила, – охнул Костя, потянул руки к Желешке, так как крышка саркофага с шипением открылась.

– Убери руки! – резко остановил я Смирнова. – Если хочешь жить.

Смирнову это было достаточно. Он замер, отошёл.

– А что будет с ней? – протянул он, и на глазах его появились слёзы. Он всхлипнул. – Что с ней будет, а?

– Дай ей время справиться с заразой, – подчеркнул я. – Всё будет хорошо. Она выживет.

К счастью Желешка отреагировала верно. Сработал древний механизм выживания слаймов. Почувствовав чужеродную химию, питомица Кости не стала больше впитывать воду. Чтобы защитить Ядро, которое мерцало в её толще, она мгновенно отторгла от себя пропитанную газом воду. Вместе с внушительным слоем собственного желеобразного покрова. Затем забралась на стену, выплеснула тонкие щупальца, стараясь выбраться наружу.

– Теперь можно, – подстегнул я Костю, который тут же подхватил Желешку, прижал её к себе.

Цена спасения была высока. Желешка потеряла половину массы. И стресс повлиял на неё. Она жалобно дрожала и выглядела почти как прозрачная лужица.

Я решительно закрыл крышку, запустил процесс очищения камеры. Вновь заработали насосы, внутри забурлила вода.

Хотя запах остаточный витал в воздухе. Нос щипало от химии из моего будущего. Запах синтетического яда. «Растворитель». Так его именовали на чёрных рынках.

– Это не ионизатор, Полина, – хрипло констатировал я, отступая на шаг и прокашливаясь. Испарения успели попасть мне в гортань, и теперь жгло язык и нёбо, будто перца наелся. – Это яд. Целенаправленная диверсия от «Нео-Синтеза». Они пытались выжечь Желешке Ядро. Реанимируй её. Срочно.

– Держи, это сорбент. Он поможет, – протянула она дрожащими руками стакан с мутной водой. Я выпил, чувствуя вязкость во рту. Стало гораздо лучше, горечь прошла.

– Костя, и ты пей, – вручила она кашляющему Смирнову стакан воды.

Побледнев, она приняла от Кости Желешку, переложив её на кушетку, мгновенно оценила масштаб катастрофы. И не стала тратить время на слёзы и истерики. Бросилась к шкафам, на ходу натягивая длинные резиновые перчатки.

– Смирнов, мармиты с дистиллятом, быстро! – скомандовала Полина, смешивая в больших мензурках смесь нейтрализующих реагентов и питательных солей. – Мне нужно промыть её Ядро и остановить распад структурной массы!

Костя, схватившись за голову, смотрел на дрожащие остатки своей любимицы.

– Что происходит⁈ – паниковал парень, срываясь на фальцет. – Кто-то хотел убить Желешку! Но за что⁈ Она же просто слайм!

– Быстрей! – зазвенел голос Полины, и Костя сдвинулся с места, подавая ей то, что нужно.

– Кто-то очень не хочет видеть нас в Бронзовой лиге, Костя, – ответил я, успокаивая Искорку, сердечко которой часто забилось. Кроха очень переживала за состояние своей подруги. – Давай отойдём в коридор. Оставим их, всё будет хорошо.

Я положил руку на его плечо, потащил к выходу.

– Тебе задание. Собери всех в холле. Кто уже успел уйти домой, или уехать с базы – неважно. Звони им, пусть немедленно возвращаются, – добавил я. – Срочный сбор в холле.

Десять минут спустя Полина отпустила Желешку. Костя обнял её как большого плюшевого медведя и потащил за мной.

Белов показался из своего кабинета, присоединяясь к нам. Я предупредил Киру, которая подошла, когда вся команда собралась в холле.

Атмосфера была гнетущей.

Мы расположились на двух скамьях, которые принёс Белов с Родионычем.

Уменьшенная почти вдвое Желешка, больше похожая сейчас на разросшийся чайный гриб, переливалась то болезненно-синим, то бледным зелёным цветом, отдыхала на коленях у Кости, лишь изредка булькала и плаксиво блымкала глазами-блюдцами, переводила их то на меня, то на остальных.

Смирнов сидел бледный, и то и дело поглаживал питомицу дрожащей рукой, бормоча ей успокаивающие фразы.

Дэнни явно выдернули откуда-то. Причёска блестела от лака, как и костюмчик, и пахло дорогим парфюмом.

– Тренер, ну что за экстренные сборы? – теребил он в руках ключи от машины. – Я уже в ресторан на Невском зашёл, меню открыл…

– У тебя, мажорчик, только гулюшки на уме, – Лера зло хмыкнула и кивнула в сторону Кости. – Ты на желе посмотри. Что-то случилось. И явно не радостное.

Анна тревожно огляделась, затем нервно хрустнула пальцами.

– Артур Викторович, на нас кто-то напал? – взглянула она на меня напряжённым взглядом, который говорил, что покажи ей цель, и она накинется на неё. – Кто это был?

Костя судорожно сглотнул подступивший к горлу ком.

– Они хотели убить… – прошептал он. – Желешку…

Я встал с лавочки, замер перед командой, скрестив руки за спиной. Жёстко, по фактам изложил суть произошедшего.

Рассказал про смс с угрозой, про фальшивого техника от Синдиката и про то, что под видом ионизатора в капсулу вмонтировали генератор синтетического яда. Если бы не быстрая реакция Живчика, Ядро Желешки растворилось бы за несколько секунд.

В холле повисла тяжёлая тишина.

Кира опустила печальный взгляд в пол, затем вытерла щёку, по которой скатилась слеза.

– Это всё моя вина… – прошептала она дрожащим голосом, посмотрев на Желешку. – Я повелась на эту чёртову скидку. Сама позвонила и согласовала установку… Получается, чуть не убила нашего питомца, и всё ради экономии.

– Отставить самобичевание, Кира Евгеньевна, – я взглянул на владелицу гильдии. – Ничего непоправимого не произошло. Ошибка – это нормально, мы все их совершаем. Главное, что мы живы, а Желешка, благодаря Полине, восстановится.

– Но как? Мне же с фирмы позвонили. У него удостоверение было… Не понимаю, – вздохнула Кира.

– Синдикаты и не такое могут, – просипел Белов. – Мой друг в питомнике работал. Так пришёл из муниципальной службы один перец. Документы поддельные, но не отличишь с ходу. Забрал трёх питомцев и смылся.

Я кивнул. Помощник верно сказал. Всё у них красиво и не подкопаешься. Если не копнуть глубже.

Я оглядел команду.

– Но из этого мы должны извлечь урок. Охрану базы и периметра нужно усиливать кардинально. Одних камер и Родионыча нам уже недостаточно. В следующий раз нам могут подкинуть не газовый баллон, а взрывчатку.

Христофор Родионыч, всё это время молча стоявший у своей будки, солидно кивнул, затем подошёл к нам, поглаживая седые усы.

– И я про то же, Артур Викторыч, – мягко произнёс он. – У меня как раз есть предложение на этот счёт.

Кира тяжело вздохнула, вытирая глаза.

– Очередной бизнес-план? – тоскливо спросила она. – Христофор Родионович, мы не потянем сейчас серьёзные траты на безопасность. Я уже все деньги раскидала вам на премии.

Старик задумался, видно прикидывал, что нужно сделать, чтобы обезопасить базу.

– Только на материал, Кира Евгеньевна. Провода, датчики там всякие, контроллеры, – Родионыч вновь пригладил усы, оглядывая холл. – Здесь рамку поставить. У меня есть один знакомый. Он всю электронику, датчики движения и скрытый периметр сделает и настроит бесплатно. За работу не возьмёт ни копейки. Но вот за сами железки заплатить придётся.

Я прищурился, оценивающе глядя на старика. А что? Родионыча нам мало, это факт.

– У него есть опыт работы в охране? – спросил я.

– А, вы насчёт того, чтобы взять его в штат?..

– Подождите, – Кира вскочила с лавочки. – Какой штат⁈

– Так надо, Кира Евгеньевна, – остепенил я её. – Надо так, понимаете?

– Опыт у него дай бог каждому, – серьёзно кивнул Родионыч. – Я, собственно, и хотел предложить взять его к нам. Напарником. Охранник надёжный. Но я ж понимаю, что денег нет, вот и молчал.

Я посмотрел на старика. И снова увидел тот самый тяжёлый и цепкий взгляд ветерана с очень серьёзным прошлым. Если этот его «знакомый» такой же, как и сам Родионыч это будет просто джекпот. Усиление штата безопасности профессионалами нам сейчас было необходимо как воздух.

– Будут деньги, – я повернулся к Воронцовой. – Да, Кира Евгеньевна? Мы найдём средства на зарплату. Безопасность нашей гильдии важнее вольеров.

Кира помрачнела, мысленно перекраивая статьи расходов, но спорить не решилась. Понимала, что дело серьёзное.

– Хорошо, – выдохнула Кира. – Я выделю деньги на оборудование. Но пока он будет на испытательном сроке. Больше тридцати тысяч в первый месяц я не смогу заплатить ему.

– Вот и порешили. Семён неприхотливый, – Родионыч довольно крякнул и поправил дубинку на поясе. – Ему не привыкать. Даже тридцатка его устроит. Сегодня же с ним свяжусь.

Наше собрание подошло к концу. Все уяснили этот момент. Напоследок я предупредил, чтобы внимательней следили за своими питомцами. Не получилось у Синдиката лишить нас одного питомца, он будет стараться подобраться к другому.

Вечер завершился обычно. Команда разошлась, а я отправился в чебуречную, затем на съёмную квартиру, завершая день привычными бытовыми делами.

Когда я засыпал на диване, услышал копошение над ухом. Живчик сопел у моих ног, Искорка булькала из тазика.

Я приоткрыл один глаз, увидел перед собой физиономию барона. Его фасетки поблёскивали в тусклом свете торшера, который я забыл выключить.

– Что тебе? – спросил я у сверчка, и тот деловито покрутил ус.

– Я тут покумекал над диспозицией, командир, – произнёс он. – А что, если снова снарядить меня камерой? Как тогда, в штабе у того чинуши! Только заявится подозрительный тип – я аллюром три креста прямо к нему в окопы! И всё, вражеский агент под колпаком. Добуду вам такой компромат, что у них пердимонокль случится!

– Предложение дельное. Но опасное, – заметил я. – Дай мне время подумать. И спи уже, хватит идеями разбрасываться. Завтра будем думать.

Сверчок согласился, удалился в свою картонную хижину.

Барон был прав. Это вариант. Но не будет же он вечно таскать на себе оборудование? Взвоет через пару часов. Так что надо было довести эту идею до идеала.

Но это всё потом. А пока пора спать.

Новое утро на базе началось с тренировки. Погода стояла отличная. Солнышко светило, птички чиргыкали, в воздухе пахло хмельным напитком. Видимо ветром принесло от частного пивного заводика. Отчего барон Сверчанский слюной исходил и так ёрзал в кармане, что казалось дыру протрёт.

Я вновь решил выгнать команду из душного зала на свежий воздух.

Наташа, племянница Леры, ещё не была в школе. Вновь кто-то там заболел, уроки перенесли.

Она застала начало тренировки. За полчаса, пока питомцы готовились к тренировке, аа их хозяева зевали и потягивались, Наташа приняла Бублика. Тот тяжело плюхнулся на спину, подставляя Наташе чешуйчатое пузо, и зажмурился от удовольствия, пока она его чесала.

Затем племяшка Леры успела почесать за ушком Матильду, повосхищаться барьером Неона, и пожалеть Желешку, массируя её пальцами, словно антистресс.

А барон Сверчанский, оккупировав розовую кепку Наташи, заливался соловьём, рассказывая ей байки.

– … И вот, представляете, сударыня, выезжает наш эскадрон! А навстречу – стая полевых мышей-переростков! – вещал гусар, активно жестикулируя лапками. – Мы сабли наголо, усы по ветру! Раз, два, и в атаку!

Девочка заливисто хохотала, запрокинув голову. Но затем идиллия завершилась появлением бабы Зины. Уборщица следила за графиком девочки. И сейчас показалась из здания, напоминая о том, что до уроков осталось десять минут.

Наташа охнула, хихикнула напоследок, передавая мне Сверчанского, и побежала к приоткрытой двери, у которой застыла Зинаида Петровна.

А затем началась тренировка. Я продолжал изучать Желешку. Костя напитал её водой. Питомица его увеличился в размерах, восстанавливая прежнюю массу. Но процесс адаптации шёл медленно. Желешка реагировала с задержкой, и ей было сложно выбрасывать упругие щупальца. Всё же я был рад, тому что видел. Желешка всё равно тянулась к тренировкам, не растеряла прежний боевой дух ни на грамм.

Несмотря на слова Белова, я всё же повысил уровень нормативов. Расслабляться было нельзя. И в форму приходить следовало именно таким образом. Не застаиваясь в одной зоне комфорта.

И если Бублик и Матильда легко втягивались в новый темп, а Желешка старалась, и причины я понимал, то Неон откровенно отставал.

И вновь возвращаемся к тому, что и было. Его шерсть стала ещё тусклее. реакции были замедленными. Барс быстро выдыхался.

Я вспомнил, что хотел вплотную заняться его развитием.

– Ветров, ко мне! – скомандовал я, останавливая тандем.

Дэнни подошёл, тяжело дыша. Он вёл за собой поникшего Неона.

Я опустился на колени перед барсом. Положил руку на его мерцающую холку.

– А теперь смотри внимательно, Денис, – я погрузил пальцы в жёсткую шерсть зверя, нащупал барьерные узлы. А рядом с ними ещё парочку силовых точек вдоль позвоночника. – У него застой эфира в меридианах. Надо разогнать энергию по всему организму, усилить его собственный иммунный фон. Так он быстрее придёт в нужную форму.

– Отец говорил, что массажи это бред. Зверь сам восстанавливается, – заметил Дэнни.

– Напомни. Это ведь он бил Неона разрядами? – иронично взглянул я на мажора, который побледнел. – Или ты меня обманул?

– Я просто вспомнил его слова, – нервно сглотнул Дэнни.

– Вот как вспомнил, так и забудь, – холодно подытожил я. – Иначе Неон физически не потянет нагрузки. В Бронзовой лиге она совсем иная. Ты это понимаешь, если не дурак.

– Я не дурак, – закивал Ветров. – Понимаю, да. Что надо делать?

– Следи за моими пальцами, – произнёс я.

Сделал несколько круговых, давящих движений. Неон утробно заурчал. Поначалу ему было дискомфортно. Но затем урчания стали похожими на кошачьи, а хрустальная шёрстка на несколько секунд вспыхнула чуть ярче, но затем снова потускнела.

– Делай так каждый вечер по полчаса. Неделю. И цены тебе не будет, – я уступил место мажору. – Пробуй. Нащупай две точки, они словно позвонки, только в два раза меньше, в паре сантиметров от позвоночника.

Дэнни кивнул, подтянул к себе деревяшку, сел рядом и принялся усердно разминать точки питомца.

– Так? – спросил он, пыхтя от усердия.

Неон недовольно дёрнулся, затем зарычал.

– Ты слишком резок, Ветров, – я поправил его руки. – Это твой питомец, а не тесто для пельменей. Массируй мягче, чувствуй отклик Ядра. И не по часовой стрелке, а против неё. Чтобы эфир шёл к голове, а не в хвост. Вот так.

Дэнни послушно изменил движения. Это уже больше было похоже на правду. Барс расслабился, прикрывая глаза. Парень действительно старался. И у него с каждым движением получалось всё лучше и лучше.

Я передал Белову руководство тренировкой. А сам отправился в свой кабинет.

В дверь постучали. И Родионыч занёс коробку, на которой был нарисован раскрытый ноутбук.

– Артур Викторыч, вам тут это… курьер притащил, – проскрипел старик. – Кудыть его? На стол?

– Да, сюда неси. Спасибо, – я улыбнулся, принял передачку от маркетплейса.

Распаковал всё быстро.

Уже через пять минут на столе красовался новый, пусть и простенький, ноутбук. Первая покупка с премии.

Программы базовые, операционная система паршивая. Серёга потом мне всё настроит. А пока и так работать можно.

Я зашёл в мессенджер. Открыл десятки вкладок и зашифрованных файлов. Серёга по моей просьбе начал копать информацию на Валентина Корша, босса Синдиката «Сириус». И уже скинул то, что нашёл.

Я принялся методично изучать досье этого садиста.

Вэллор поставил задачу: познакомиться. А ещё втереться в доверие. И это всё за месяц.

Задача казалась невыполнимой. Крысолов был параноиком. Он жил за высоким забором на окраине Питера, передвигался исключительно с охраной и прятал свои грязные делишки за фасадами легальных благотворительных фондов. За ширмами, которые спонсировали питомники. Откуда потом чудесным образом пропадали редкие особи.

Мне нужно было понять его привычки, маршруты, хобби. И понять, за что можно было зацепиться.

Дверь была приоткрыта, и я услышал крики из коридора. Живчик залаял, Искорка выгнула шею, а барон выкинул что-то вроде – враги в доме, саблю из ножен и в атаку.

Я со вздохом закрыл ноутбук, вышел посмотреть, что там стряслось.

В коридоре разворачивалась классическая батальная сцена местного разлива. Баба Зина, вооружившись своей неизменной деревянной шваброй, как алебардой, грозно наступала на Белова. Белов пятился, выставив руки в защитном жесте.

– Ты чего творишь, ирод окаянный⁈ – возмущалась уборщица на весь этаж. – Я только-только пол начистила. Отдраила его до блеска! Каждую мусоринку убрала. А ты опять тут крошишь повсюду своей скорлупой!

Белов был облачён в перепачканный клеем фартук.

– Зинаида Петровна, миленькая! – умолял её Артём Сергеевич, с тоской глядя на свой рабочий материал в совке бабы Зины. – Верните мне моё сырьё! Я же случайно рассыпал! Это для новой картины!

Баба Зина презрительно хмыкнула. Она победно пнула ногой стоящее рядом мусорное ведро, пододвинула его поближе к Белову.

– Вот и ковыряйся в своих шедеврах, – процедила уборщица. – И с пола всё прибери. Тоже мне, художник… от слова «худо». Видела я твою срамоту. Это не искусство, а извращение.

– Я не согласен, – возразил ей Белов. – Я ведь так вижу.

– Видит он. Хреново видишь, лучше смотри, – огрызнулась баба Зина. – Чтоб до блеска тут всё вымел, понял меня⁈

Белов зло запыхтел, попытался было возмутиться, но, встретив ледяной взгляд бабы Зины, покорно опустился на колени. Принялся обречённо рыться в мусорном ведре, выуживая драгоценные грецкие скорлупки.

Зинаида Петровна, вытирая руки о передник, заметила меня, стоящего в дверях кабинета. Она выразительно указала на ползающего по полу Белова и многозначительно покрутила пальцем у виска.

Я лишь усмехнулся в ответ.

Интересно, почему она так резко разговаривает с Беловым? Явно ведь тоже его застукивала за принятием транквилизатора. Или ещё что произошло между ними.

Но уж больно она на него рассержена.

Ну да ладно. Белов выторговал свою скорлупу, баба Зина взяла передышку. В гильдии «Огненные львы» всё было стабильно.

Не успел я прочесть и двух абзацев из досье на Корша, как тишину кабинета разорвал резкий зуммер громкой связи.

– Артур! Срочно зайди ко мне! – голос Киры из динамика аж звенел от напряжения. Плохой признак.

Я мгновенно оказался в административном блоке. Следом за мной, тяжело дыша и звеня набитыми скорлупой карманами, в кабинет ввалился Артём Сергеевич.

Кира сидела перед монитором. Она сжимала в руке простой карандаш с такой силой, что побелели костяшки пальцев. На лице владелицы гильдии застыла маска холодного бешенства.

– Пришли официальные техусловия. На допуск в Бронзовую лигу, – процедила сквозь зубы Кира, не отрывая взгляда от экрана.

Мы с Беловым подошли к столу.

Карандаш в руке Киры с громким треском треснул, сложился пополам. Владелица гильдии вскочила с кресла.

А Белов опередил меня, пробегая взглядом по экрану.

– Да они там совсем очумели⁈ – зарычал он. – Это нереально выполнить за неделю!