Текст книги "Тренер Гильдии Фамильяров 5 (СИ)"

Автор книги: Александр Лиманский

Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 15

Я кивнул, дождался когда Анна с Матильдой завершат прогон. И остановил секундомер, отмечая неплохой результат.

– Небольшой перерыв, потом на плац, – обозначил я программу.

Затем добрался до своего кабинета. Живчика и Искорку я решил оставить в своей обители под присмотром Сверчанского, чтобы не отвлекали спонсора.

Когда мы с Беловым вошли в кабинет Киры, Пётр Ильич Зайцев уже расположился в гостевом кресле, напротив Киры. Владелец компании «Брест» выглядел откровенно уставшим. Под глазами залегли тени, галстук был ослаблен, а на лбу блестела испарина. Коммерсант нервно потирал ладони, явно куда-то спешил.

Мы поздоровались, и я занял место у окна. Белов скромно присел на край диванчика справа.

– Сроки горят, ребята. Просто неимоверно поджимают, – начал Зайцев без долгих прелюдий. Достал из своего портфеля планшет. – Получил экстренный заказ от одной крупной охранной фирмы. Им нужна броня ещё вчера. Сейчас на задний двор привезут ещё одну партию битого композита. Она будет больше прежней.

Коммерсант тяжело вздохнул, глядя на нас поверх очков, нервно натянул их на нос.

– И ту партию, что с утра пришла, и эту новую… всё надо сделать. Кровь из носу. К вечеру всё должно быть готово. Придёт фургон, и мои хлопцы всё погрузят. Главное, успейте.

Артём Сергеевич сбоку от меня сдавленно крякнул.

– К вечеру⁈ Пётр Ильич, побойтесь бога! Там же гора металла! – воскликнул Белов. – Искорка просто перегорит, если мы её так гнать будем! Ей же тоже отдыхать надо.

– Отдыхать сейчас не время, – сухо отрезал Зайцев. – Мы же с вами подписали договор.

Кира, всё это время напряжённо молчавшая, деликатно откашлялась, привлекая к себе внимание.

– Уважаемый Пётр Ильич, – владелица гильдии постаралась придать голосу максимум бархатности и дипломатичности. – Мы всё понимаем. Бизнес есть бизнес, сроки мы сорвать не имеем права. И мы выполним ваш заказ. Но позвольте напомнить… мы ведь всё-таки успешно прошли квалификацию на «Бетонке». И мы с вами договаривались…

Зайцев вздохнул, затем снял очки, устало потёр переносицу, закрывая глаза.

– Помню я, Кира Евгеньевна, – пробормотал он. – Всё помню. И от своих слов не отказываюсь. Я обещал бонус, да…

Он сделал несколько быстрых тапов по экрану своего планшета. В тишине кабинета громко звякнул телефон Киры, оповещая о входящем банковском переводе.

– За победу в турнире, как и договаривались, перевожу вашей гильдии триста тысяч, – констатировал Зайцев, убирая планшет.

Кира посмотрела на экран смартфона. Судя по тому, как дёрнулся уголок её рта, она ожидала увидеть несколько иную цифру. Однако, Воронцова, будучи хорошим финансистом, мгновенно взяла себя в руки, натянула на лицо дежурную улыбку.

– Благодарим вас, Пётр Ильич. Это… щедрый жест. У нас сейчас каждая копейка на счету.

Зайцев развёл руками в извиняющемся жесте.

– Кира Евгеньевна, Артур Викторович, я всё прекрасно понимаю, – коммерсант обвёл нас уставшим взглядом. – И знаю про инспекцию. Знаю про этот чёртов защитный контур, который вам навязали, и про ваш кредит. Но и у меня, поверьте, бюджет не резиновый. Конкуренты давят, логистика дорожает. Я истощился на закупках сырья. Такое бывает.

Спонсор поднялся с кресла, закинул планшет в портфель, щёлкая замками, застегнул пиджак.

– Поэтому пока так. Помог, чем смог, – добавил Зайцев. – Но вы не унывайте. Попадёте в Бронзовую лигу, закрепитесь там, и вот тогда мы развернёмся. По-крупному. Там уже пойдут совсем другие контракты на рекламу. А пока… жду броню к вечеру. В семь придёт фургон. Ровно в семь.

Спешно попрощавшись, Зайцев покинул кабинет.

Мы остались втроём, переваривая озвученные цифры.

– Триста тысяч, – глухо произнесла Кира, глядя в выключенный монитор. – Плюс четыреста пятьдесят, из резерва на вольеры… Итого семьсот пятьдесят тысяч.

Она подняла на меня глаза, полные отчаяния.

– Нам нужно ещё четыреста пятьдесят тысяч рублей, Артур, – скорбным голосом произнесла Воронцова. – За четыре дня. Точней уже за три. Это невозможно.

– Невозможно – это просто слово, Кира, – спокойно ответил я, хотя внутри тоже скребли кошки. – Варианты будут. Я над этим работаю. А пока… Артём Сергеич, организуйте перенос металла из двора в мастерскую. Подключайте Василия.

Белов напряжённо взглянул на Киру, которая аж сияла от радости.

– Ты что-то хотел сказать, Артём? – удивлённо изогнула бровь Кира.

– Нет, – буркнул Белов, вскакивая с дивана. – Абсолютно ничего.

Белов покинул кабинет, а я посмотрел на владелицу гильдии.

– Ох уж эти друзья закадычные, – хмыкнула она. – Вот тебе и ответ, кто подсадил Артёма на те самые таблетки.

– Темников? – удивился я.

– Да, они же со школы дружат. Тогда Белов переживал развод. Тяжело ему было, – тихо произнесла Воронцова, наливая себе стакан воды из графина, затем сделала глоток. – Потом жена к нему вернулась, но Артём уже привязался к этой дряни. Так что таких друзей за одно место и в музей… Ты мне одно скажи. Только честно. Успеем починить броню?

– Успеем, – уверенно ответил я, замечая, как напряжённость испаряется из Киры, и появляется на лице улыбка. – И заработаем ещё денег.

Вернулся я в свой кабинет, плотно прикрыл дверь, чтобы отсечь шум из коридора. Баба Зина вновь злилась на следы, которые оставил Зайцев.

Затем оглядел комнату.

Удивительно, но в ней царило спокойствие.

Живчик спал на потрёпанном коврике в углу. Искорка, разомлев в тепле, дремала на подоконнике. Барон Сверчанский оккупировал стол, меланхолично чистил усы.

Только я открыл ноутбук, намереваясь ещё раз перечитать досье на Корша, как в кармане звякнул телефон.

На экране высветилось уведомление о новом сообщении. Писал Родионыч.

«Приняли броню от спонсора. Куча до небес».

Я набрал охранника.

– Да разгружаем помаленьку, – отозвался он. – Василий пыхтит, как паровоз, потеет, но тащит. Семёна, вон, подрядил. Ему помогает, чтобы быстрее вышло. Перетаскиваем всё в мастерскую, как велели.

Я хмыкнул, представив лощёного блондина, который под строгим, немигающим взглядом Семёна надрывается под тяжестью гнутого композита. Хорошая трудотерапия. Глядишь, так и дурь из головы выветрится, и истинные мотивы его появления на базе быстрее всплывут на поверхность.

Но время поджимало. Зайцев дал нам срок до вечера. Искорке предстоял колоссальный объём работы. Но она справится быстро. Главное, чтобы процесс разгрузки не затянулся.

– Христофор Родионович, процесс надо ускорить. Семён боевая единица, а не грузчик. Подключите к разгрузке Бурбура. У тапироида дури на троих хватит, пусть отрабатывает свой рацион.

– Так Раиска его сейчас как раз кормит! – в динамике раздался характерный сиплый смешок охранника. – Жрёт как не в себя эта слоняра! Третью кастрюлю макарон по-флотски наворачивает, аж за ушами трещит. Но я скажу, да. Оторвём от корыта. Поможет.

Через пять минут, убедившись, что разгрузка спонсорского металла идёт полным ходом, а подключившийся Бурбур успешно заменяет собой вилочный автопогрузчик, я сделал то, что нужно было сделать ещё утром. Перевёл Кире сто тысяч рублей. Короткий свайп по экрану – и сумма отправилась адресату.

– Артур, зайди ко мне, пожалуйста, – услышал я голос Воронцовой из коридорного динамика.

В кабинете Киры пахло кофе и безнадёжностью.

Владелица гильдии сидела за столом, обложившись распечатками, тетрадями, жёлтыми корешками смет. Рядом с ней, скрестив руки на груди, восседал на кресле Артём Сергеевич, который в кои-то веки выглядел сосредоточенным.

Кира растерянно смотрела на экран своего смартфона, словно не веря своим глазам.

– Сто тысяч? – она подняла на меня изумлённый взгляд. – Артур, это откуда?

– Пятьдесят тысяч – это… скажем так, добровольное пожертвование от одного раскаявшегося человека, который осознал свои ошибки, – туманно пояснил я, не вдаваясь в подробности встречи с Анатолием. Уселся в кресло, рядом с Беловым. – А вторые пятьдесят – мои личные сбережения, из недавней премии.

Белов уважительно взглянул на меня. Кира сглотнула, в её глазах мелькнула искренняя благодарность.

– Артур, ты не обязан… Это всё же твои кровные, – напряжённо произнесла Воронцова. – Тебе экипировка нужна, на корм ты явно тратишься, жить на что-то надо…

– Я вкладываюсь в свою команду, Кира, – спокойно оборвал я её. – Всё нормально. Гильдия должна выйти в Бронзу. Это приоритет. Итак, что у нас получается в сухом остатке?

Кира тяжело вздохнула.

– Это несложно, Артур. Прибавляем твои сто тысяч. Итого: восемьсот пятьдесят тысяч рублей. Всё равно нужно ещё триста пятьдесят.

Кира подняла на меня глаза, полные безысходной тоски.

– Ты же понимаешь, вольеры, пока что… Придётся держать зверей в старых клетках. И прощай нормальная экипировка для бойцов, – она горько усмехнулась.

– Искорка ещё заработает, – констатировал я.

– Это хорошо, – кивнула Кира. – Будем надеяться, что Зайцев выплаит всё по полной.

В этот момент Белов ожил, поправил свой неизменный спортивный костюм.

– Я могу вкинуть, – заявил он. – У меня заначка есть. Двадцать тысяч отложены. Берите, Кира Евгеньевна, мне тоже для гильдии ничего не жалко.

Кира посмотрела на него долгим, уставшим взглядом и бессильно отмахнулась, словно от назойливой мухи.

– Ой, уймись, Артём, – она потёрла воспалённые глаза. – Спасибо, что переживаешь о гильдии. Но эти копейки лучше потрать на свои… вон, грецкие орехи и клей. Двадцать тысяч нас не спасут.

Помощник тренера обиженно насупился, но спорить не стал, затих.

– В общем, надо понять, откуда взять деньги, – Кира откинулась в кресле, глядя в потолок. – Блин. Скоро появится комиссия, а у нас бардак. Здания в залоге, контура нет, денег нет.

– Насчёт контура решим. Главное, снять обременение. Подумай, Кира, – я вгляделся в неё. – Где ещё можно взять эту сумму? Перетряси все старые контракты, может, кто-то должен нам по мелким договорам.

Кира нервно, почти истерично хихикнула.

– Где взять? Ещё один кредит оформить? Так мне его никто не даст! На мне уже висит этот злосчастный миллион двести. У меня кредитная история сейчас такая, что даже микрозайм до зарплаты не одобрят.

Она бессильно уронила руки на стол.

– Мы в… в тупике, в общем мы, Артур. Глухом, беспросветном тупике.

– Мы подумаем, – произнёс Белов. – Да, Артур Викторыч? Хорошо подумаем, и выкрутимся.

Точней я подумаю. Белов это имел в виду, стараясь тем самым меня подстегнуть, напоминая о важности задачи. Будто я и сам не понимаю это.

Оставив Киру в раздумьях, я вытащил Белова, напоминая о том, что команда скучает. В зале нужно провести ещё несколько прогонов по полосе препятствий.

Сам же спустился в смежное со складом помещение, которое приметил для кузни. Дверь общая есть, лишних сгораемых предметов нет. Вообще ничего нет, а значит и загораться нечему. Лишь массивный верстак у стены.

Именно сюда Василий и Семён вместе с Бурбуром свалили большинство привезённой от спонсора повреждённой экипировки.

Гора помятых элементов композитной брони, треснувших кинетических щитов выглядела внушительно. Зайцев не шутил, когда говорил про большое количество материала.

Я снял куртку, оставаясь в футболке, аккуратно выпустил Искорку на металлический верстак

– Ну что, кроха, твой выход, – обратился я к ней, встречаясь с умным поблёскивающим взглядом питомицы. – Давай покажем им, на что мы способны.

Живчик заливисто затявкал у моих ног, подбадривая свою подругу.

Искорка между тем размяла лапки, деловито поползла к первому нагруднику, который я расположил вмятиной к крохе. Затем взял старые и разболтанные кузнечные клещи, зафиксировал элемент брони.

Саламандра прицелилась, затем я заметил как по её тельцу пробежала зелёная волна. Она выпустила ровную тонкую струю зелёного пламени, прямо в глубокую трещину композита.

На глазах композит менял цвет на светло синий, вмятины слегка выправились, края нескольких трещин мягко, словно кисель, стягивались. В итоге вместо пары вмятин лишь небольшие неровности, а трещин как не бывало.

А главное, сталь класса В под пламенем крохи приобрела синий оттенок закалённого сплава.

Первый элемент готов. И всего за полминуты.

Работа закипела.

Искорка трудилась как настоящий стахановец, переходя от одной детали к другой. Я работал в тандеме: подавал щиты, постукивал молоточком, выгибая слишком глубокие вмятины, пока металл был горячим. Также внимательно следил за состоянием крохи. Важно было не допустить перегрева её терморегуляционных узлов, которые активно принимали участие в процессе перековки.

Спустя сорок минут складское помещение превратилось в филиал ада. Температура взлетела до сорока градусов. От раскалённого металла и дыхания саламандры воздух стал сухим и тяжёлым. Вентиляция не спасала положения.

В какой-то момент я понял, что дышать нечем. Да к тому же Искорка тяжело пыхтела, с перерывами, а чешуя её побледнела. Верный признак переутомления.

– Так дело не пойдёт, – пробормотал я, утирая лоб рукавом. – Живчик! Ко мне!

Терьер, до этого спасавшийся от жары в коридоре, послушно подбежал, высунул язык.

– Нужен нам воздух, дружок. Холодный, – я открыл дверь в коридор, затем окно. – Давай, тяни прохладу.

Я передал мысленный приказ, указывая на приоткрытую дверь, ведущую к спуску цокольный этаж.

Живчик радостно гавкнул, понимая задачу.

Он уселся в дверном проёме, эфирные узлы на его боках, под рёбрами, слабо засветились. Затем вспыхнули. А потом терьер сгенерировал два направленных, стабильных воздушных потока. Они были небольшими, слабыми, но работали с ювелирной точностью. То, что и было нужно.

Снизу, из тёмного цоколя, потянуло спасительной прохладой. Два воздушных ручья залетали в кузню, нагревались и между тем выбрасывали перегретый воздух через окно наружу.

Чем не принудительная вентиляция?

Температура в помещении стремительно поползла вниз. Искорка довольно зафыркала, её чешуя вновь налилась оранжево-зелёным цветом.

Мы продолжили работу.

Саламандра в итоге так разошлась, что я еле успевал менять элементы брони. Передавал Василию готовое изделие, выкладывал на верстак новое.

Затем так забились мышцы, что я подключил Бурбура.

Ухалю здесь было не очень комфортно. Но он пересилил себя. Его задачей было держать увесистые щиты, пока Искорка исправляет их.

В итоге управились мы в рекордные сроки. Закончили за полчаса до оговорённого дедлайна.

Последний кинетический щит, сверкая свежим монолитным покрытием, лёг поверх аккуратно сложенной брони.

Вскоре на задний двор въехал фургон с логотипом компании «Брест».

Из кабины выскочил Олег. Суетливый, худощавый помощник Зайцева в помятом костюме. Он вооружился планшетом со сканером, принялся дотошно, деталь за деталью, проверять нашу работу. И грузчики параллельно, по мере проверки, набивали фургон готовой экипировкой.

Я стоял рядом, вытирая руки ветошью, пот катился градом. Всё же несмотря на вентиляцию Живчика, выстоять рядом с пламенем четыре часа было непросто.

Наблюдал я за тем, как округляются глаза Олега. Он явно не ожидал такого результата. Видно рассчитывал, что лишь уберём повреждения.

– Поразительно… – бормотал помощник, проводя сканером по свежему шву на титановом наплечнике. – Плотность молекулярной решётки ещё выше, чем заявлялось. На тридцать процентов!

Он закончил подсчёты, что-то быстро вбил в планшет, затем отошёл и созвонился со своим боссом.

Чуть позже он вернулся, поднял на меня взгляд.

– Сто сорок три позиции. С учётом сложности восстановления тяжёлой брони… – он нажал пару кнопок. – Пётр Ильич сказал, что переведёт всю сумму только после проверки. Сейчас аванс, тридцать процентов… Итого: сто две тысячи пятьсот рублей.

Через несколько секунд мой телефон в кармане коротко пискнул, подтверждая зачисление средств.

Ну и хитрец этот Зайцев. Хотя и его можно понять. Первая партия. Он всё же должен убедиться в качестве брони.

Я дождался, пока грузчики закинут последнюю партию восстановленной экипировки в фургон, и машина скроется за воротами базы.

Достав смартфон, я перевёл ровно сто тысяч на счёт гильдии, оставив себе скромные две с половиной на непредвиденные мелкие расходы. Следом отправил сообщение Кире:

«Плюс 100к от спонсора за ремонт брони».

Ответ от финансового директора прилетел мгновенно. Вместо депрессивного текста на экране высветился бодрый, анимированный стикер: танцующий енот с хлопушкой, под которым красовалась надпись капсом:

«ТАК!!! Ещё двести пятьдесят! Мы почти у цели, Артур! Продолжай в том же духе!»

Я усмехнулся, пряча телефон. Миллион почти собран. Задача казалась уже не такой невыполнимой, как поначалу.

В идеале завтра получить ещё брони от Зайцева, в два раза больше.

Хотя я понимал, что Искорка не вывезет. Она и так еле двигается.

Я положил на спинку крохе ладонь, чувствуя тепло, исходящее от тельца. Саламандра отдыхала и остывала. Как и положено. Медленно.

Живчик тоже притомился. Уже не так гарцевал, как прежде. Силёноок он потратил изрядно на воздушные потоки. Ещё бы. Держать почти четыре часа темп. Просто геройский поступок. Надо бы им вкусняшек прикупить за это.

Сходив на обед, я выгнал команду на плац.

Артём Сергеевич, гордо расправив плечи в своём новом спонсорском нагруднике, который, к слову, действительно сидел на нём неплохо, принялся гонять тандемы по челночному маршруту.

Минут пятнадцать я понаблюдал за процессом, сидя на скамейке в компании Наташи, которая вернулась из школы.

Девочка выглядела бледной, хотя тарахтела без умолку. Барон Сверчанский составил ей компанию, поддерживая разговор. Хотя тут же прятался завидев Василия.

Всё верно, пока он не подписал бумагу, нечего ему показываться на глаза.

Убедившись, что все заняты делом, я отправился в тренажёрный зал.

Мне тоже требовалось поддерживать форму. Тело молодого Артура было быстрым и сильным, но надо тренировать навыки ветерана Арены.

Как и прежде, я сделал несколько прогонов по полосе препятствий, до седьмого пота оттачивая перекаты, уклонения и рывки. Живчик и Искорка, как и в прошлый раз, тренировались вместе со мной, синхронизируя свои движения с моими.

На базу медленно опускался вечер.

Я вышел из зала уставший, но довольный проделанной работой. Мокрая от пота футболка липла к телу на спине. Искорка, разомлев от нагрузок, распласталась на плече, раскинув лапки и на всякий случай зафиксировав себя коготками, от случайного падения. Живчик, высунув язык, плёлся следом, смешно переваливаясь на коротких лапах.

В здании гильдии царила непривычная тишина. Видимо, команда уже в раздевалке. Хотя они сегодня задержатся на базе. Домашнее задание лучше проводить с питомцами. А никто фамильяров с базы не отпустит.

Я свернул в административный коридор, намереваясь зайти к себе в кабинет, как вдруг услышал сдавленный хрип. Затем рыдание, вновь хрип, уже более продолжительный.

Звуки доносились со стороны комнаты отдыха.

Усталость как рукой сняло. Я сорвался с места за несколько секунд преодолевая коридор и оказываясь у приоткрытой двери.

– Дыши… Наташка! Ну же! – услышал я голос Леры.

Забежал я внутрь помещения.

Наташа лежала на полу, скорчившись в неестественной позе. Девочка судорожно, со свистящим хрипом пыталась вдохнуть воздух, но её лёгкие отказывались работать. Маленькие ручки скрючились, побелевшие пальцы отчаянно цеплялись за воротник домашней футболки, словно пытаясь разорвать её на груди.

– Наташка, дыши! Дыши, маленькая! – в панике кричала Лера, хлопая племянницу по щекам. – Где твой ингалятор⁈ Наташа, где он⁈

Из коридора выскочила Полина, на ходу натягивая медицинские перчатки.

– Лера, отойди! Дай ей воздух! – скомандовала Док, падая на колени рядом с девочкой. Она быстро прощупала пульс, заглянула Наташе в глаза. – Острый бронхоспазм. Ингалятора нет?

– Нет! Она его где-то оставила! Или потеряла! – всхлипнула Лера.

– Я могу подготовить раствор. Есть стационарный ингалятор, – заговорила Полина, хотя в её голосе уже звенели нотки паники. – Но это займёт время! Минуты три, не меньше!

– Действуй! – бросил я ей, отталкивая оцепеневшего Бублика в сторону, который хотел лизнуть девочку.

Варан зашипел, но Лера, рыча, дёрнула его за ошейник, приводя в чувство.

В комнату влетела бледная Кира, сжимая в руке телефон.

– Вызвали скорую⁈ – крикнула владелица гильдии.

– Да! Сразу же! – истерично закричала в ответ Лера, не отрывая взгляда от синеющих губ племянницы. – Но там такие тормоза! Я ведь в прошлый раз потому в аптеку и полезла. Воровать этот чёртов ингалятор. Полчаса их дожидалась! А сейчас приступ сильнее!

Наташа издала жуткий, булькающий сип. Её глаза закатились, лицо начало стремительно приобретать землистый оттенок. Ребёнок задыхался у нас на глазах.

В комнате отдыха началась бесполезная суета. Кира металась по помещению, набирая номер скорой снова и снова, напряжённо разговаривая с диспетчером.

Белов, прибежавший на шум, в панике метнулся к кулеру, прибежал обратно с пластиковым стаканчиком воды.

– Уберите воду, Артём Сергеич! – рявкнул я на помощника. – Полина! Действуй! Где ингалятор⁈

Док вкатила в комнату здоровенный металлический ящик на колёсиках. Сбоку на гофрированном шланге болталась прозрачная маска, вроде кислородной.

Полина трясущимися руками достала приготовленный раствор, залила в специальный отсек, сверху допотопного ингалятора.

– Давай, Поля! Быстрее! – умоляла Лера, держа Наташу, которая сипела уже тише.

Внезапно Полина замерла.

– Нет… – прошептала Док. Её глаза наполнились слёзами бессилия. – Я не могу доделать спазмолитический раствор!

– Что значит не можешь⁈ – взревела Лера. – Ты должна спасти Наташку!

– Не хватает одного ингредиента. Экстракт эвкалипта, – в отчаянии выпалила Полина, закрывая лицо руками. – Я израсходовала последнюю ампулу, на прошлой неделе. Когда делала компресс Матильде!

– Я в аптеку, – Белов собрался было кинуться на выход.

– В аптеке такого не будет, – печально произнесла Полина. – Нужен именно экстракт.

Наташа дёрнулась в судороге. Воздух со свистом вырвался из её лёгких, но обратно поступал ещё хуже, чем прежде. Время шло на секунды.

Мой мозг лихорадочно перебирал варианты.

А затем я задумчиво посмотрел на своего помощника. Кажется, есть шанс спасти Наташу.

– Артур, что случилось? – услышал я голос Киры.

Я всмотрелся в бледное лицо Белова, который округлил глаза, встречаясь с моим взглядом.

– Кажется, я знаю, кто может нам помочь, – произнёс я.