Текст книги "НеТемный 2 (СИ)"

Автор книги: Александр Изотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

У третьей башни мы были раньше, чем через полчаса, но бардовское «это скоро пройдёт» всё никак не проходило. Виол храпел, свесившись с моего плеча, и просыпаться всё никак не собирался.

Бард не соврал. Через полчаса нас и вправду встретили – скрипнула маленькая, едва заметная дверца, скрытая неопрятными кустами жимолости под башней. К нам выползла пара хмурых стражников, дородные мужичков в дешёвых казённых кольчугах, подёрнутых ржавчиной, от обоих здорово разило вином.

Один из них, узнав спящего Виола, хитро улыбнулся и сразу же протянул руку.

– Два серебряных, как договаривались, – буркнул он, глядя на меня, как на предводителя всей честной компании.

Я хапнул воздуха, почуяв ложь, и немного потряс барда. Ну же, продрись рассветная, вставай!

Наш разношёрстный отряд и вправду немного удивлял. Пьяный бард, типичный местный южанин, девчонка с шлемом на голове, и два таких разных северянина в лице меня и Креоны. Интересно, они поняли, что это чародейка?

На Креоне завис взгляд второго охранника, он буквально пожирал её глазами, схватившись за свой пояс и переминаясь с ноги на ногу. Чародейка ведь выбрала самое скромное платье, которое нашла в тюках работорговца, но даже оно отличалось откровенным декольте, открывающим привлекательные бугорки. Надо будет с этим что-то делать.

Первый недовольно засопел, нетерпеливо помахал пальцами:

– Ну, долго ждать-то?

Свет смердящий, надо было выпытать у барда точнее, о чём он договорился. Маюнов забулдыга!

– Почему два? – всё же я попробовал отбиться, – Договор другой был.

– А почему девчонка в шлеме? – в свою очередь спросил тот, – Чумная?

Креона вздрогнула, а я удивлённо обернулся на принцессу. Дайю сразу подняла руки, обнажив их до локтя и показывая, что кожа чистая.

– Или не хотите, чтоб узнали? – продолжал тот, – Сейчас вообще будет три серебра.

– Слышь, Каба, а может, это… – второй всё теребил пояс, не отрывая взгляда от Креоны, – Скидку сделать? Если эта постарается… – его губы подёрнулись в ухмылке.

Всё же, лишнего они выпили. По крайней мере, в моём мире ни один трезвый простолюдин так не заговорит с магом, будь тот хоть послушником.

Я прищурился, пытаясь обуять злость. В другой жизни я бы снял шкуру с таких подчинённых и сделал чучела, да приказал бы выстегать ещё парочку причастных, чтобы остальные боялись.

Ну что ж, Тёмный Жрец, вот она, твоя стезя… Давай, плети интригу, хлестай метким словом так, чтобы обмануть слабые умы.

Ведь, с одной стороны, нам нужно проникнуть в город тихо, чтоб не было лишних вопросов. С другой стороны, этим двоим тоже влетит, если их начальство узнает, что кому-то открыли чёрный ход.

Я снял барда с плеча, аккуратно положил на землю. Попробуем сначала пряник.

– Брат, – осторожно начал я, – Лиственный Свет всё видит. И твоё доброе дело оставит след, зашепчет об этом листва в кроне Вечного Древа, когда я в молитве упомяну твоё имя…

Слова сами собой лились из меня, и я даже удивился. Охренеть, как мой Малуш, оказывается, умеет говорить.

Первый охранник даже открыл рот, услышав такое. Обернулся, переглянувшись со вторым. Как-то по их шальным взглядам я понял, что дело теперь обстоит хуже. Не уважают здесь лиственную веру.

Ну ладно, а теперь кнут…

– Ты, листва сра… – начал было первый, снова повернувшись, но моя нога воткнулась ему в грудь.

Даже не охнув, он отлетел во второго, и оба они вломились в кусты жимолости. Если первый потерял сознание сразу, то второй ещё попытался закричать, но в его рот тут же воткнулась моя дубина. Эх, а ведь колдун, умеющий починить зубы, стоит дорого…

Мягким тычком ладони по виску я отправил его поспать. Сразу же я приложил палец к шее первого, проверяя живчик. Непривычно было следить за силой ударов, но я прекрасно помнил, как таким пинком чуть не убил воина в поле.

– Святоша, – Креона, вжав голову в плечи, заозиралась. В её глазах заметалась паника, – Ты что творишь⁈

– Думаешь, они расскажут кому? – я усмехнулся.

Осторожно втащив их через дверцу, я увидел внутри то, что и ожидал увидеть. В каморку охранников можно было попасть через низкий лаз, в который мои плечи чудом протиснулись. Сверху через пыльные доски всё время сыпалась пыль, и я заподозрил, что наверняка какой-нибудь механизм обрушивает потолок, если враг попытается штурмовать через тайный ход.

Лаз был всего пару метров длиной, а значит, стена не отличалась великой толщиной. Впрочем, Солебрег же не столица.

Каморка у стражников была очень скромной. Стол, два стула, и скромный тюфяк в углу. Скорее всего, тюфяк нелегальный – если начальник увидит, что кто-то из этих двоих дрыхнет, то крику будет.

Через маленькое окошко на уровне головы я выглянул наружу. Небольшие домики, узкая улочка, снующие туда-сюда люди по своим делам. Вот прошёл деловой пацан с тяжёлой корзиной, провёл лошадь с вьюками хмурый бородатый мужик. Послышался женский смех сбоку – прямо на углу лачуги стражников остановились поболтать две женщины, одна с кувшином, другая с мотком яркой ткани в руках.

– Ой, ночью чего-то было, муж рассказывал…

– Я тоже слышала. Говорят, замок наместника сгорел.

– Давно пора, – другая перешла на шёпот, – Старый извращенец.

– Может, хоть кнез теперь поправится? Все знают, что это он его…

– Чего раскорячились тут, пустобрёшки! – мимо лачуги пыталась проехать небольшая повозка, гружёная мешками. Возчик матерился на женщин, которые по великой логике выбрали для чёса языков самый оживлённый проход, – Дела делать надо, а они лясы точат!

– Ты, корыто драное, ты на кого хавальник раскрыл…

– Петух щипанный, тебе чего, места мало⁈

– Хабалки хорловы, я ща кнутом-то как…

Я поморщился. Это он зря. Судя по виду мужичка на козлах тележки, он был не из тех, кто вот так вот «кнутом ща». Дальше начался такой галдёж и лай, что, кажется, лачуга затряслась.

Мне пришлось протереть лаз до чистоты, ныряя туда-сюда за телами. Стражники и бард…

Виол, как назло, очнулся, едва я затащил его внутрь. Креона и Дайю, уже снявшая шлем, сидели на стульях под окошком, с круглыми глазами слушая перепалку за дощатой стеной. Там, кажется, ещё кто-то прицепился, причём на сторону бабья, и перечислялись все грехи этого извозчика.

– Громада… – бард округлил глаза, глядя на стражников, – Все мои старания!

– Два серебра на дороге не валяются, – проворчал я.

– Два⁈ Им⁈ Вот же морды ослиные! Да я ж на десять медяков договорился, что сыграл бы им. Им в ночь сегодня, начальника вызвал кнез, и они девок сюда хотели. А я бы спел маюновы песенки, чтоб им спалось потом слаще.

Я хмыкнул. Бардовская магия каждый раз открывалась для меня с новой стороны.

Надо было переждать, пока снаружи закончится перепалка, слишком уж много народу собралось. Вот только обычно на такой спор выглядывают стражники, которые должны бы утихомирить честной народ одним метким словом.

– Раздевай их, – зашипел вдруг Виол.

– Ты чего? – я удивился, но вслед за ним стал стягивать с обоих бедняг шмотки.

Надо же, у того, которому я выбил зубы, оказалась огромная нога. Я с удовольствием примерил нормальные кожаные сапоги, наконец избавившись от дурацких кожаных портянок, в которых и вправду выглядел, как спустившийся с гор дикарь.

– Ну ты же лиственник, – проворчал Виол.

Свет из оконца пыльным лучом как раз падал на кожаный сапог, и я показал пальцем.

– Видишь? Это точно знак, – буркнул я, потом добавил, – Надоело бегать босиком.

– А-а-а, – тот отмахнулся, – Эй, исподнее им оставь! Я ж потом спать не смогу!

Дальше бард продемонстрировал такое коварство, которое даже мне, Тёмному Жрецу, показалось воистину безжалостным.

Креона, сморщившись от отвращения и закрыв глаза недовольной принцессе, смотрела, как мы свалили двух почти голых мужиков на тюфяк. Потом бард, закусив язык от прилива вдохновения, бегал вокруг, словно скульптор, и долго поправлял композицию.

– Руку вот так… ага, голову на грудь… о, сколько страсти! И за плечо приобнимем, ага, угу… Ух, два серебра им, ослолюбы сраные!

Кутень завис рядом, открыв рот. Вот сколько он плавал во Тьме, какие ужасы только не видел, а такого непотребства не встречал.

Я тоже морщился, оглядывая получившуюся картину. Репутация двух выпивох рушилась на наших глазах, и, в общем-то, жалко мне их не было. Во-первых, нечего нарушать устав, пропуская за взятку всякий сброд… А во-вторых, с нами они повели себя вот так же… ну, как лежат в обнимку, так себя и повели.

Бард встал, оценив своё творение. Цыкнул недовольно и повернулся к Креоне:

– Радость моя прохладная, – бард улыбнулся ей, – Видит Маюн, эта картина жжёт клеймом мои глаза. И только истинная северная красота сможет затмить это, выгнать из бедной памяти.

Та перевела на него непонимающий взгляд. Всё это время спор за лачугой не прекращался, и, судя по голосам, появлялись всё новые участники.

Я стал тревожиться. Как тут выйти незамеченным, если на свару собралось полгорода уже? Виол успокаивающе мне подмигнул:

– Не боись, громада. Чем больше народу, тем лучше.

Он приник ухом к дощатой двери. Прикрыв глаза, некоторое время слушал, при этом поднял руку, готовясь нам дать знак.

Я встал рядом, приготовив топорище для атаки, и бард, открыв глаза, с упрёком на меня посмотрел. Тут же мне стало не по себе – а ещё Тёмный Жрец, называется.

– Варвар, спрячь. Твоё оружие сейчас – это самая возмущённая рожа, которая у тебя есть.

Усмехнувшись, я сунул дубинку за пояс и приготовил возмущённую рожу. Креона стояла рядом, всё так же прикрывая глаза девчонке и не давая той посмотреть, чего это мы такое учудили.

– Я принцесса!

– Ваше сиятельство, – чародейка пыхтела, обнимая её, – Боюсь, как бы их казнить не пришлось…

Бард снова с закрытыми глазами слушал, что там снаружи, и отсчитывал про себя, загибая пальцы. Три, два…

– О-о-ох, – как раз заворочался один из стражников.

– Всё, пошли, – бард махнул ладонью.

Он распахнул дверь, выскочив наружу. Мы сразу же вылетели следом. Я сначала думал, что мы побежим, но бард тут же развернулся, ткнув пальцем в сторону открытой двери и заорал, как недорезанный:

– А-а-а, Маюна мне в печень! Позор!!!

Я подхватил:

– В наших горах бы за такое…

– Не смотри! – Креона завизжала так пронзительно, что даже я вжал голову в плечи.

Собравшаяся у другого угла лачуги толпа, состоящая из рабочего люда, половина из которых уже таскала друг друга за космы, разом повернули головы. Надо отдать должное, наша чародейка даже перевизжала всех местных хабалок.

– Какая гря-я-язь!

Бард, прикрыв ладонью рот, полетел к ближайшему углу. Оттуда послушалось «Бу-э-э!!» Я рванул следом за ним, и Креона тоже, ахая и охая, потащила за нами Дайю.

Наверное, мы были интересны этой толпе. И если бы тут была спокойная обстановка, мы бы вызвали подозрение, тем более, за спинами дерущихся уже маячили алебарды стражников. «Кто такие, как тут оказались, ведь вас тут не было…»

Но жгучее желание узнать, что же такое мы разглядели, перевесило.

Первыми к двери протиснулись мальчишки, которых возле драки, конечно же, было очень много. Кто-то из них закричал, кто-то засмеялся, а кто-то заплакал…

Мы через пару секунд оказались на соседней улице, перейдя на обыкновенный шаг городского зеваки, когда послышался женский визг. Не знаю, насколько это для Солебрега новость, но про нас, как минимум, уже забыли.

Что будут делать эти двое очнувшихся? Что будут делать подошедшие стражники? Что будет делать толпа?

Вариантов много, но пока что я не ощущал никакой угрозы, а бард вообще шёл расслабленно, положив лютню на плечо. Тем более, эта улица, кое-где заставленная торговыми палатками, оказалась гораздо оживлённее. Народ тут был такой пёстрый, что мы легко влились в местную толпу.

– Сейчас я вам покажу одно местечко, – он улыбался, – М-м-м, баранина там объедение. Ценник я сброшу, только на струны подкинешь, громада. Ты, главное, кошелёк-то придерживай.

Я усмехнулся, бегая глазами по представленным товарам и пытаясь оценить местное развитие магии. Всё же, уголок для ночлега, а заодно для спокойных размышлений, был как нельзя кстати.

Глава 4

Улица с палатками очень скоро вывела нас на большую торговую площадь – как сказал Виол, эта называлась Малая, потому что в Солебреге была и ещё одна, возле пристаней.

– Эта Малая, а другая, у моря, Портовая, ну или Большая.

Далеко в центре Малой площади, за рядами палаток, высилась статуя с работающими фонтанами. Мускулистый мужчина с головой дельфина вылезал на мутно-белую скалу и смотрел куда-то вдаль. Струи воды били снизу-сбоку, символизируя, судя по всему, бушующее море.

По краю площади на протянутых канатах висели развевающиеся флаги, белые, синие и красные цвета Троецарии пестрели тут и там. Возможно, это была очень красивая площадь, если бы всю эту красоту не скрывала галдящая толпа.

Звучали призывы купить что угодно. От шкурок морских лягушек до тяжеловесных двуручных мечей. Я даже остановился возле одной такой лавки, увешанной клинками разных мастей и форм, пробежался взглядом по товарам. Надо или нет на моё топорище искать топор?

Мелькнула седовласая голова продавца, которого за его же товаром и не было видно.

– Уважаемый воин, надеюсь, понимает, что для приобретения подобающего ему клинка… – тут старик разглядел меня, и хмыкнул, – Ааа…

Видимо, мой вид оборвыша сразу же подсказал ему и насчёт моих покупательских способностей.

– Что понимает? – спросил я, не дав старику развернуться. Тот снова с сомнением посмотрел на меня, и я добавил:

– Сегодня не куплю, а вдруг устроюсь к кнезу? Проявишь уважение, и, быть может, приду завтра.

Старик даже открыл рот. Видимо, облик огромного варвара и плавная речь немного не соответствовал друг другу.

Оказалось, я немного неправильно истолковал его удивление. Губы старика подёрнула весёлая улыбка:

– Ты хотя б разрешение от Заступников занеси… А то он уже в дружину собрался.

Я призадумался. Нет, оружие как таковое мне пока не нужно было, но информация была полезна. Это был логичный закон – никто не будет торговать оружием направо и налево в стенах города. Но если с дружиной всё понятно, то что это за Заступники такие, которые тоже разрешения дают? Эх, смердящий свет, а звучит-то как праведно, аж тепло стало на душе.

Из-за моей спины вынырнул бард, тоже метким глазом пробежавшийся по товару.

– А которые без печати?

Старик, недовольно вздохнув, махнул рукой на ряд коротких клинков. Очень, очень короткие мечи, практически кинжалы. Некоторые были острые, некоторые с затупленными кончиками.

– А вот такие малые ножи и кинжалы, к сожалению, тоже требуют печать, – старик развёл руками, когда бард стал присматриваться к оружию, которое было легко спрятать.

– Да, да, Маюн уже поведал… – он улыбнулся, потом забормотал, будто бы себе под нос, но довольно громко, – Хм, слышал, что разрешение от гильдии можно и потом занести?

– Можно, – старик метнул взгляд в сторону, высматривая, нет ли стражников, – Но осторожно…

Бард улыбнулся, потом поманил двигаться дальше. Креона с принцессой тоже глянули на товары в лавке, но без особого интереса. Хотя Дайю немного присмотрелась к «малым ножам».

– Что за Заступники? – сразу же спросил я, едва мы отошли.

– Ааа, Предбанником ещё называют, – небрежно махнул бард, – Кнез тут хитрый… Да, в принципе, во всех городах власть хитрая…

Оказалось, что в дружину, конечно же, вход открыт всем. Можешь прийти, показаться, покрасоваться… Если занесёшь слёзное письмо от какого-нибудь знакомого сотника, то могут и взять.

Но обычно соискателя разворачивали из замка кнеза обратно в город, советуя сначала раздобыть рекомендацию от Гильдии Заступников. Занималась эта гильдия, как было видно из названия, защитой мирной жизни Солебрега.

– Ну, есть там и вполне мирная работёнка, но это редкость. Поэтому там больше сборище наёмников и авантюристов, видит Маюн, – рассказывал Виол, – У властей много всякой опасной работы, и что же, содержать для этого целый гарнизон? Или дружину гонять? Не-е-е, ты просто звякни денежкой, и прибегут те, кто с удовольствием сделает эту работу.

Я хмыкнул:

– Предбанник потому, что оттуда в дружину легче попасть?

– Ага, попасть, как ослу в ноту, – бард засмеялся, – Просто вся грязь из всякого отрепья там и оседает. А заодно и вся магическая мерзость вокруг города чистится. Ты, громада, что, в дружину собрался?

– Пытаюсь понять ваш мир, – честно ответил я, крутя головой.

Бард поперхнулся, потом, поджав губы, почесал макушку. Не привык он ещё, что я воплощение Хморока.

– У нас в Хладограде тоже такая гильдия есть, – сказала Креона, – Нас, алтарников, часто посылают туда в помощь.

– О-о-о, у нас на юге магические школы тоже пачками засылают послушников в Предбанник. А то как же, выучатся ещё в маги, да разбредутся кто куда.

Я даже остановился:

– Магические школы? То есть, их… кхм… не одна? – я посмотрел на барда, потом обернулся на Креону.

– У нас на севере только храм Моркаты обучает, – пожала плечами чародейка, – Богиня-то одна…

Она посмотрела на меня с какой-то смесью надежды и страха. С одной стороны, возвращение Хморока было страшным… А с другой стороны, Хморок был их вторым северным богом. Грозным, от одного имени которого до сих пор вздрагивали.

– А у нас, на юге, видит Маюн, богов много. Храмы в каждом городе, а при каждом храме по школе. Так ещё и академии есть, куда послушники из школ идут в поисках наставников.

Я снова встал, на этот раз сильно удивлённый. То есть, много богов, и много школ…

– У нас в Лучевии школы не привязаны к богам, – сказала Дайю, – Разную магию лучше изучать под одной крышей.

– Так и у нас такое есть. Остров Магов уже открыл академии почти на всём побережье. Цари не против, ведь так они всегда получают хороших магов.

Слушая барда, я повернулся в ту сторону, где, предположительно, за стенами двух и трёхэтажных домов было море.

Остров Магов… Этот мир всё больше и больше открывался для меня, показывая, как мало я о нём знаю.

В моём мире магов было мало. Очень мало, и те, что были, обучались у редких наставников. Теперь-то понятно, как Вайкул попортил столько послушников.

Много богов – много магии. Причём сильной магии… Эту простую логику я только-только начал понимать.

– Видит Маюн, вот на север только школы не добрались. Да северяне особо-то и не хотят…

– У нас одна богиня, – ревниво повторила Креона.

– Радость моя прохладная, ты для меня – одна единственная богиня, – Виол растянулся в улыбке, и чародейка, как открыла рот, так и закрыла.

Дайю только хихикнула.

– А в Раздорожье? – спросил я.

– Что в Раздорожье? А, школы… Есть, конечно, – тут бард чуть не споткнулся, снова развернувшись, – Да ты, громада, неужели думаешь… в школу магии⁈ – его глаза обежали меня с снизу вверх, и, задрав голову, Виол скривился, – Нет уж, лучше, наверное, в дружину…

Вообще я никуда не собирался, ведь Тёмным Жрецом мне удалось стать без магической школы. Ну какой маг может получиться на потоке? Думаю, самый посредственный… Но мне нужна была информация. И с каждым словом барда я чувствовал, что она мне нужна всё больше и больше.

Всего день назад я, наверное, схватил бы Виола за шкирку и вытряхнул бы всю информацию за считанные секунды. Теперь уже сознание Жреца устаканилось в этом теле, успешно набравшись всяких хороших привычек, и я больше понимал свою роль в этом мире.

Интуиция говорила, что спешить некуда, а уж тем более привлекать внимание стражи не стоит.

Сквозь гомон торгующей и покупающей толпы до меня донёсся звонкий женский голос:

– Лиственный Свет пробивается в сердце каждого из вас…

Голос доносился откуда-то со стороны. С высоты своего роста я смотрел на реки людей, текущие вдоль палаток, и поэтому вскоре мне удалось рассмотреть тонкую фигурку, облачённую в зелёную одежду. Бард тоже взял курс в ту сторону, и вскоре мы подошли к месту проповеди поближе.

Повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, я вперёд не лез, чтобы не быть замеченным, и остановился, выглядывая из-за высокой лавки с сухими травами. Я жалел, что не поговорил с тем лиственником, который погиб у Вайкула, но там и ситуация была другой. Эти лиственники мне пока доверия не внушали.

Это была большая деревянная повозка, отделанная зелёным цветом. Вокруг неё, спиной к толпе, стояли несколько мужчин, голых по пояс, в холщовых штанах. Они будто бы, склонив голову, слушали девушку, стоящую на телеге, и я разглядел витиеватые татуировки у них на спинах. То самое Вечное Древо, что и у меня между лопатками.

Светловолосая девушка на крыше повозки, одетая в длинный зелёный балахон, показывала вверх.

– Послушайте, как шумит листва Вечного Древа…

Я посмотрел наверх. Где-то в вышине и вправду подвывал ветер. Из толпы, которая, как в таких делах водится, собралась вокруг телеги, послышалось:

– Это Стрибор поёт, при чём тут твоё Древо?

– Стрибора вашего оно и спасло, Вечное Древо, – сразу же сказала девушка, – Разве я учу вас забыть богов? Я учу вас чтить то, что выше богов. Они такие же жители этого мира, как и мы, их так же спасло Древо…

На высоких бортах повозки, кстати, тоже было изображено древо. На его ветвях сидели маленькие человечки, со страхом смотрели вниз, а там стоял ещё один. Огромный, со злым псом за спиной, он замахивался топором, собираясь древо срубить.

Непроизвольно я тронул топорище, торчащее за поясом. Сдаётся мне, у лиственников своя версия той войны между богами, которая произошла давным-давно.

–…но если вера крепка, как кора Вечного Древа, то ничто, даже воля многочисленных богов, не может её сломить…

Помощники девушки в зелёном, стоящие вокруг повозки, вскинули руки, потом опустили. Пропели что-то, очень привычное моим ушам… ну, то есть, ушам Малуша.

– А эти-то без рубах, – сказал ещё кто-то, – А чего она не снимает?

Люди засмеялись. Ну, а девушка, не обращая внимания, снова стала вещать про Лиственный Свет. Что он полон теней, что человек смотрит на светило сквозь несовершенство этого мира, но всё равно видит блеск. Поэтому этот Свет найдёт путь к любому сердцу, и светлому, и тёмному…

В общем-то, я был прав, когда думал, что эта вера несёт те же смыслы, что и Орден Света, различия были только в мелочах. И даже ересь у них тут была та же самая, девушка старательно учила на все обиды отвечать как дерево. То есть, никак.

Усмехнувшись, я толкнул барда.

– Давай, где там твой трактир?

– А ты что же, не будешь… ну, беседовать там… – удивился бард, – Я думал, надо сообщить, что ваш брат там погиб… ну, в замке…

Я всё же схватил его за плечо, направляя двигаться дальше. Вот уж чего мне точно не надо было, так это разговоров со своими собратьями по вере. А то ещё обрадуются, что Лиственный Свет услышал их молитву и прислал в помощь сильного брата, который теперь легко будет выталкивать их повозку из грязи.

«Молитвы надо исполнять». Это издевательское напутствие Отца-Неба требовало более ответственного выбора собеседников, так что пусть уж лучше они тут, а я там. Мне и так стало понятно, что лиственников я ещё встречу.

– Слышишь? – я на всякий случай ткнул вверх, где в голубой синеве подвывал ветер, – Лиственный Свет им уже всё рассказал, а наша дорога лежит в другую сторону.

Виол только усмехнулся.

– Сдаётся мне, ты пока и сам не знаешь, куда тебе надо.

Я покосился на Дайю, в которой была «капля бросской крови», и которая пока была единственной причиной, почему я здесь. Чёртов бард, казалось, уже видит меня насквозь.

– А вот и местечко, – Виол остановился, ткнув пальцем.

Креона, подняв голову на вывеску, ахнула:

– Да вы ж южные наглецы!

Это было двухэтажное, но приземистое здание, за которым угадывался даже небольшой двор. Мои губы сами растянулись в улыбку, когда я посмотрел наверх. «Сиянова прелесть» – эти буквы даже чуть-чуть сияли, наверняка маг чаровал вывеску.

– Разве можно принцессу сюда? – возмутилась чародейка.

– Ох, северная ты проказница, – Виол подмигнул ей, – Я понимаю, как тебя распаляет моё присутствие, но так называется запечённая дыня…