Текст книги "Заклинатель 7 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Ноги ударили в выложенную булыжниками брусчатку, колени упруго согнулись, гася импульс. Так в образе фигуры в плаще со стреляющейся за спиной тьмой я быстрым шагом направился по опустевшей улице. Попадавшиеся навстречу редкие прохожие испуганно шарахались в стороны, стремясь скрыться с глаз непонятного существа.

Сорен нашелся в небольшом сквере, куда приземлился подбитый пузырь. Гвардеец стоял у перевернутой корзины, выволакивая первое тело.

– Мертв?

Рыцарь обернулся и вздрогнул, должно быть у меня и правда был зловещий вид с обрывками мрака, стекающего с плаща.

– Похоже шею сломал, – гвардеец справился с собой и указал на неестественно вывернутую голову погибшего.

Приземление оказалось жестким.

– Где второй?

Изначально в корзине было трое, одного в ходе полета подстрелили из лука, он вывалился вниз, этот мертв, значит должен остаться еще один.

– Здесь, кажется без сознания.

– Живой?

– Сейчас посмотрим.

Рыцарь потянул за ноги второе тело. Когда показалась голова удивленно воскликнул:

– Девка, – и зачем-то добавил: – Рыжая.

– Какая проницательность, – едко откликнулся я, без особого интереса разглядывая вытащенную на свет девчонку.

Коротко стриженные волосы цвета меди торчали в разные стороны. Симпатичное лицо, невысокий рост, хрупкое телосложение, одета в кожаные штаны и короткую курточку.

– Я к тому, что раз рыжая, то может ведьма, – рыцарь пожал плечами. Тут же опомнился и натянул на физиономию привычное выражение бесстрастного равнодушия. В мою сторону последовал ожидающий взгляд.

– Честно говоря ожидал кого-то другого, но за неимением… – я пожал плечами. – Берем ее.

Сорен легко перекинул тщедушное тело через плечо. Голова свесилась сзади, длинные ноги с упругой попкой оказалось рядом с лицом рыцаря.

– Куда ее? В Коллегию?

Я помедлил, вдалеке над крышами полыхнула очередная зарница изумрудного пламени. Обстрел городских кварталов с кораблей продолжался. Больше паники – больше неразберихи, меньше осмысленных действий со стороны защитников.

– Да, давай в Коллегию, – согласился я и добавил: – А я пока задержусь, хочу осмотреть устройство летающей штуки получше.

На лице гвардейца отобразилось сомнение.

– Уверены? Может лучше тогда я тоже останусь и прикрою, пока вы будете заняты изучением этой хреновины? Скорее всего сюда уже бегут солдаты гарнизона. Или пираты спешат на выручку своим.

– Кто-то из них точно сюда скоро прибежит, но я справлюсь. В идеале вообще уйду до того, как меня успеют заметить. А ты иди, кто бы эта девчонка не была, она входила в экипаж воздушного шара, а значит должна знать о нем больше обычных пиратов.

Сорен поправил худощавое женское тело на плече, скорчил физиономию из разряда: ну как знаете, и легкой рысью побежал вверх по улице.

– Плащом ее прикрой, – напоследок крикнул я, но не заметил, услышал ли рыцарь.

Присел рядом с перевернутой корзиной и заглянул внутрь. Первое что бросилось в глаза – странный пузатый агрегат из металла с обилием ручек и трубочек. Если описать словами, то походил на какой-то стимпанковский самовар с обилием механических деталей и элементов. Вонь, распространяемая необычным аппаратом, указывала, что он имеет непосредственное отношение к алхимии.

К сожалению, изучить непонятное устройство не получилось, даже вытащить на свет не удалось, в конце улицы послышался торопливый топот, к упавшему летающему пузырю торопилась толпа. Пока непонятно кто именно бежал, но сразу стало ясно, что скрыться не получится, меня так или иначе заметят.

Черт с ним, похоже сначала придется разобраться с возникшей проблемой.

Перед глазами вспыхнул Сумеречный Круг, следом полыхнул и погас символ «Доспехов». На месте, где только что стояла закутанная в плащ фигура, заколыхалась размытая тьма. Справа и слева собирались сгустки теней, вырастая и принимая человеческий облик.

Кто бы сюда не спешил, ему придется отступить или сдохнуть, но свою добычу я не отдам. Даже если ради этого придется устроить небольшое побоище.

Глава 17

17.

Закон боя прост: ударил – не останавливайся, продолжай атаковать. Любой, кто хоть раз держал в руке меч или другое оружие хорошо это понимал. Потому что по-другому нельзя, потому что по-другому глупо и ведет к поражению.

Вынырнувшие в дальнем конце улицы пираты лучше других это знали и увидев рядом с упавшим воздушным шаром странный размытый силуэт с темными фигурами по бокам, похожими на воинов из черной смолы, остановились лишь на секунду, чтобы оценить ситуацию, а затем решительно двинулись дальше, на ходу вынимая из ножен оружие.

Их было около двух десятков, и они совершенно не походили на классических флибустьеров земной истории. Никаких широкополых камзолов, никаких дурацких шляп, никаких перевязей с саблями. Вместо этого удобная кожаная одежда, на головах повязки, шею парочки обхватывали толстые шарфы, еще на троих нечто напоминающее шерстяные накидки. Все одеты чересчур легко для зимы, видимо дало знать влияние Южного Бисера с мягким климатом.

Оружие в основном тяжелые палаши, топорики, кинжалы, традиционно на поясе, как носят на материке. Луки и арбалеты, у нескольких метательные ножи, похоже используют при абордаже, когда сходятся корабли. Огнестрельное оружие пока не изобретено приходиться пользоваться, что доступно.

Высокие, плечистые, почти как на подбор, на лицах решительность, в глазах уверенность победителей.

Обстрел жидким огнем все же оказал нужный эффект, деморализовав защитников Терниона, никто не преградил пиратам путь, когда они высадились со шлюпок, начав растекаться по припортовым районам города.

Видать власти действительно решили отдать несколько кварталов на разграбление, полагая, что разбойники этим удовольствуются и взяв богатую добычу, уберутся обратно на корабли. А может все гораздо хуже и командиры стражников, и капитаны наемников просто не смогли собрать разбежавшихся солдат в нужном количестве, чтобы дать нападающим отпор.

Впрочем, сейчас это уже неважно. Главное, что посланный на выручку воздушному шару отряд твердо вознамерился выполнить задание, не обращая внимания на странные темные образования в форме человеческих фигур на пути.

– Либо бесстрашные, либо дураки, – я покачал головой, удивляясь необычной решительности противника.

Затем понял, что все проще. До этого момента они не встречали сопротивление, считали себя победителями и искреннее полагали, что справятся с любой угрозой, как бы странно она не выглядела.

Самоуверенность. Тщеславие. Спесь. Самодовольство. На этих эмоциях ловили многих глупцов и почти всем это стоило жизни. Теперь настала очередь разбойников с Южного Бисера, отпускать кого-либо живым, я не собирался.

Перед мысленным взором возник Сумеречный Круг, символ «Молота» налился силой, очертания заклинания засверкали лиловым свечением, обрисовывая контрастный контур. Я чувствовал, как плетение стремительно наполняется энергией и знал, что произойдет в следующую секунду.

Воздушный таран ударил резко и мощно, как и полагается боевому заклятью. Невидимый поток пронесся по улице, сметая все на своем пути. Взлетела вверх забытая зеленщиком тележка, врезалась в стену дома и разлетелась в щепки. Выступающий слишком далеко карниз купеческой лавки смяло и отбросило в сторону, превратив в измятый комок.

Двадцать взрослых вооруженных до зубов мужчин, полностью уверенных в своих силах, в один миг превратило в изломанные куклы, по кому словно ударила многотонная глыба. Это выглядело в том числе столь страшно, что никаких видимых проявлений работа заклинания не дала. Просто невидимая волна пронеслась вдоль улицы, сметая все на пути.

Удар оказался силен, и тем больше оказалось удивление, когда на ногах осталось трое пиратов. В момент соприкосновения с «Молотом» всех троих вдруг окутала золотистая сетка в форме полусферы.

Знакомая штучка, помнится у лордов побережья в Каменном Клине было нечто похожее.

Остальных расшвыряло, раздавило, переломало кости, превратив в изувеченные мешки человеческой плоти. А эти трое остались стоять, словно ничего не случилось.

Не оглядываясь на павших товарищей, троица бросилась в мою сторону. Молча, быстро, сосредоточенно. Руки крепко сжимали тяжелые палаши, при движении было видно, как фигуры всех трех обрисовывает золотистое свечение.

Я догадывался, что у противника могут оказаться защитные амулеты, поэтому подкрепил собственные возможности призывом Теневых Лучников.

В воздухе мелькнули черные росчерки, затем еще и еще. Созданные при помощи колдовства создания метали сотканные из тьмы стрелы без устали с огромной скоростью поражая бегущих врагов.

Каждое попадание отмечалось вспышкой золотого сияния. Стрелы не могли пробить такой щит, что было известно, но зато могли серьезно ослабить, когда противник сойдется вплотную. Что и требовалось.

Из глотки бегущего впереди пирата вырвалось яростное рычание, морда перекосилась, и совсем недавно мужественная физиономия превратилась в гротескную маску. Красавец держал в правой руке широкий палаш, левая сжимала длинный кинжал с извилистым лезвием. От кинжала в колдовском взоре шло подозрительное свечение, указывая на магическую начинку.

Я не стал ждать пока этот образец капитана пиратского брига (или на чем там плавают местные флибустьеры?) добежит до меня, кто знает, что у него за зачарованное оружие и на что способно, вместо этого выбросил руку вперед, активируя «Пламя».

Фаерболлы прочертили воздух фиолетовыми кометами, врезались в магическую защиту и расплескались по вспыхнувшей в воздухе золотистой сетке лиловым свечением.

Казалось, никакого эффекта заклинание не принесло, но в момент удара оно перегрузило вражеский амулет по максимуму, создав щель, в которую проскользнула одна из выпущенных одновременно с фаерболлами сотканных из тьмы стрел.

Предводитель пиратов машинально сделал еще несколько шагов, пока не остановился. Голова наклонилась, глаза уставились на торчащую из груди стрелу. В следующую секунду она растаяла в воздухе темной дымкой, однако рана осталась и оттуда густым потоком пошла кровь.

Мужественно лицо исказилось от удивления и обиды, словно не веря, что это произошло с ним, таким красавцем, победителем по жизни. Еще целую секунду пират стоял, а затем упал назад, стукнувшись затылком о выложенную булыжниками мостовую.

Два других флибустьеров растерянно остановились, неожиданная смерть лидера застала врасплох, но недаром в своем время он выбрал их себе прикрывать спину. Никаких сомнений, никаких колебаний, только жажда поквитаться за смерть вожака.

Теперь оторопел я, думая, что оставшаяся в живых парочка благоразумно отступит. Вместо этого два безумца с рычанием бросились вперед с занесенными над головой клинками.

– Дурдом, – я ругнулся и машинально отступил назад, слишком неожиданным и яростным оказался напор.

Пираты добежали и начали бить широкими палашами, ничуть не стесняясь, что враг выглядят, как размытый силуэт подрагивающей тени, и что большая часть ударов уходит в пустоту.

Странное поведение сначала вызвало изумление, затем я заметил, что при каждом соприкосновении со Щитом, лезвия пиратского оружия необычным образом вспыхивают ядовито-зеленым, а сама защита словно подвергаться коррозии, которая постепенно начинает выедает заклинание.

Чертовы палаши оказались с начинкой, не с магической, иначе это было видно в колдовском взоре, а с алхимической. Лезвия обработаны какой-то дрянью, умеющей оказывать негативный эффект на энергетические конструкты.

Я уворачивался, отступал, не давая противнику подойти вплотную пока защита не упадет. Одновременно работал «Доспех» вытягивая из бешено наступающих мордоворотов жизненные силы.

Это стало похоже на игру, чья возьмет раньше, либо палаши наконец истощат магическую защиту, либо заклинание выпьет из них жизнь.

«Щит» вышел из странной битвы победителем. С каждым новым взмахом движения пиратов становились все медленней. Они слабели на глазах, не понимали, что происходит, рычали, пытаясь напитать себя яростью, но двигались все более вяло, пока не превратились в нелепо размахивающих клинками ослабевших марионеток у кого кончился заряд.

Пираты остановились, пошатываясь, ослабевшие пальцы выпустили оружие. Палаши скользнули вниз и зазвенели по булыжной мостовой.

– Вот и все, ребятки, – я тоже остановился.

Несколько секунд амбалы молча таращились на размытую тень с подрагивающими краями, затем не сговариваясь рухнули на спины, повторив маневр предводителя.

Склонность всегда ощущать себя победителем сыграла со всеми троими дурную шутку, а привычка надеяться на магические и алхимические игрушки, дававшие преимущество перед простыми людьми, поставила точку и завершила разгром.

Кончено.

Еще несколько секунд я стоял, приходя в себя, затем развернулся и направился к перевернутой корзине воздушного шара. Пас рукой на ходу развеял защитное заклинание, символ в Сумеречном Круге «Доспеха» вновь стал тусклым, набираясь энергии для следующей активации.

«Самовар» лежал на том же месте. Пузатый агрегат с множеством трубочек, клапанов, рычажков, вентилей и еще кучи непонятно чего удалось вытащить лишь со второй попытки. Зараза оказалась из меди и не слишком тяжелой, но невероятно неудобной, чтобы поднять.

– Чертовая хреновина, – я пропыхтел, окончательно вытаскивая устройство на белый свет.

Взгляд с сомнением скользнул по округлым бокам цвета застарелой ржавчины. Жутко захотелось по крестьянский почесать пятерней затылок. В голове мелькнул вопрос: а стоило ли вообще с этой штукой возиться? В том смысле, будет ли от нее толк?

Изучить конечно надо, лишние знания не помешают, но что после? С практической точки зрения. Начать штамповать дирижабли? Или получится приспособить в другой сфере, изменив изначальные свойства, как со знаками, срисованными с моста?

– Ладно, разберемся, – я пробормотал.

Подумал и вернулся к телам пиратов, первым делом обыскав главаря. Защитный амулет, к сожалению, не выдержал перегрузки и превратился в горстку зернистой пыли (подобное тоже уже приходилось наблюдать). Зато зачарованный кинжал выглядел целым, как и один из палашей мордоворотов, чьи лезвия были обработаны алхимическим зельем.

Помедлив, срезал с поясов всех троих кожаные кошели, приятно звякнувшие при поднятии в руки. В конце концов, это не мародерка, а вполне законный сбор трофеев, освященный веками.

Пора уходить.

Но стоило вновь взяться за ручку «самовара», как в начале улицы снова послышался шум, быстро перерастающий в торопливый топот бегущих людей.

Проклятье! Кого несет в этот раз? Еще одну партию пиратов? Или защитники Терниона наконец опомнились и включились в игру? С последними встречаться особо не хотелось, могут предъявить права на содержимое упавшего шара и неважно, что подбили его не они.

Убивать стражников или находящихся на службе города наемников нецелесообразно. Но вполне допустимо, если встанут на дороге. Отдавать добычу, за которую только что дрался, я не хотел. Однако и открытый конфликт с магистратом пока не входил в планы. Отсюда следовал простой вывод: свидетелей лучше не оставлять.

Я раскрутил восприятие. Разум провалился в транс, мир послушно замедлил ход. Выбегающие на улицы люди двигались, как в замедленной сьемке. Их оказалось неожиданно много, куда больше ранее перебитого отряда, не меньше полусотни человек. Все вооружены, возбуждены. И до последнего похожи на валяющиеся на булыжной мостовой трупы.

Пираты.

Еще одна десантная партия, отправленная в помощь первой команде. Такие же наглые и бесстрашные, не привыкшие отступать. Или глупые, тут уж с какой стороны посмотреть. В любом случае робкие не идут по стезе морского разбоя.

– Ар-рр-ра-аа!!! – зарычал идущий первым здоровяк. Грубо слепленную физиономию пересекал уродливый шрам, настоящий гигант под два с лишним метра ростом. Размахивая мечом, он бросился вперед, ничуть не заботясь последуют ли за ним остальные.

– Дерьмо, – я тихо ругнулся и вытянул руку в сторону набегающей толпы. Придурки явно не привыкли получать жесткий отпор, иначе не перли бы вперед с такой наглостью.

Но делать нечего, этих тоже придется убить. Провести, так сказать, селекцию, безжалостно выпаливая из пиратской среды самых наглых и глупых. Естественный отбор в действии, когда самые дурные подыхают первыми.

Ублюдки слишком привыкли к безнаказанности, ведь как правило грабили беззащитные торговые суда и мирные прибрежные города, где с трудом оказывали сопротивления пиратским набегам. Отсюда и наглость, граничащая с безумием.

Последняя мысль мелькнула и испарилась.

Бегущий впереди гигант преодолел едва десятую часть пути, как в его грудь врезался файерболл. Огромная фигура в мгновение ока превратилась в живой факел фиолетового колдовского пламени.

– А-а-а-а!!! – взревела туша и заметалась по улице.

Приятели гиганта испуганно шарахнулись в сторону, не зная, как реагировать, то ли бежать дальше, то ли погодить. Я не дал им возможности сделать выбор и врезал новой порцией огненных шаров, сея в пиратской толпе ужас и панику от того, что их товарищи вспыхивают, как спички.

Кто-то выстрелил из арбалета. Замечающий все и вся с разогнанной реакцией, я небрежно отклонился вправо, выхватив из воздуха выпущенный болт. Это произвело впечатление, пару пиратов попятились, не желая вступать в бой с закутанной в темный плащ фигурой, способной голой рукой ловить арбалетные болты.

– Это колдун!!! Убейте колдуна!!! – заорал кто-то.

Какая догадливость. А летящие фаерболлы, сжигающие заживо, не подсказали этого раньше? Я ухмыльнулся. То ли правда заторможенные, то ли не сообразят, что происходит.

Ладно, пора с этим кончать.

К счастью, у этих с собой никаких магических амулетов, а значит затягивать бой не придется.

Под моим взглядом тень на мостовой шевельнулась, обретая глубину и объем. Один удар сердца – и из тьмы поднялись две фигуры, одна в виде классического лучника, вторая в образе темного латника.

– Убейте всех, – бросил я.

Теневые создания бросились в бой молча и деловито, без спешки, но в то же время с хорошо отточенными движениями. Теневой воин ринулся рубить врагов тяжелым полуторником, мерцающим черным светом. Лучник принялся метать сотканные из мрака стрелы, истребляя всех, кто пытался сбежать.

Проследив за работой колдовских созданий и оценив эффективность, я со вздохом взвалил на плечо пузатый алхимический аппарат. Напоследок развернулся, чтобы проверить, как справляются призванные бойцы и лишь после этого неторопливо двинулся вверх по улице, повторяя маршрут, по которому ушел Сорен.

Кстати, вот кому повезло, тащить на плече привлекательную девицу, периодически похлопывая по упругой попке, делая вид, что поправляешь свисающее тело, намного приятнее, чем волочь на себе чертов «самовар».

Совершенно неудобная хрень и почему не сделать более компактным для переноса?

Так ругаясь вполголоса, я дотащился до небольшой площади с фонтаном в центре (неработящим зимой), где начиналась развилка двух расходящихся в разные стороны улиц. Вышла заминка, я банально не мог вспомнить в какой стороне здание Коллегии и куда надо идти.

Пришлось напрягать память, пытаясь воссоздать дорогу. В этот момент на одной из улиц появились люди и начали спешно возводить баррикады. Бои в городе продолжались, пиратский набег был в самом разгаре.

Черт.

Надеюсь, у защитников хватит мозгов отличить путника, тихо и мирно несущего домой самовар, от злобных пиратов, пытающихся захватить город, и никто не станет делать глупости. Честно слово убивать за сегодня уже надоело.

Глава 18

18.

Информация ценнее всего, что может быть на свете. Часто ее ценность невозможно определить даже в золоте. Глава гильдии воров Тернион знал эту нехитрую истину и поэтому несмотря на опасливое уважение, появившееся после событий на складе, все равно отправил помощника присматривать за колдуном. Очень осторожно, соблюдая дистанцию, но не отходя ни на шаг.

– И что было потом? – Сыч наклонился вперед, демонстрируя высшую степень заинтересованности.

Косой пожал плечами.

– Колдун свернул на улицу, где не строили баррикады и ушел.

– Никто его не преследовал?

Соглядатай отрицательно покачал головой.

– Нет. Его увидели, но видимо не сочли серьезной угрозой, – при этих словах лицо Косого прорезала кривая усмешка. Показалось забавным, что кто-то мог посчитать закутанную в плащ фигуру неопасной, особенно на фоне того, что случилось у рухнувшего пузыря ранее.

– В любом случае, они решили с ним не связываться.

– Повезло придуркам, – рассеяно обронил Сыч.

Из Косого вырвался нервный смешок.

Глава гильдии задумался, рассеяно поигрывая кубком с вином. Разговор проходил в комнатке наверху одной из таверн, расположенной в предместьях Терниона. «Дубовую бочку» пришлось оставить, переправив краденный товар в безопасное место, подальше от загребущих лап гостей с Южного Бисера. Это вызывало раздражение, потому что Сыч привык к своему логову и до последнего не хотел уезжать. Но обстоятельства и природная осторожность в конечном итоге вынудили покинуть привычное место, перебравшись из припортовых районов за пределы городских стен.

– А перед этим он сбил ту летающую штуку. Как он это сделал?

Косой уже рассказывал об этом, но Сычу хотелось послушать повторно, чтобы не упустить деталей.

Помощник дернул плечом, неприметное лицо на мгновение перекосилось, но послушно повторил:

– Колдун ударил с крыши огненными шарами. Сразу несколько штук полетели к пузырю в небе и наделали в нем дырок.

– Ты уверен, что это были огненные шары, а например не огненные стрелы? – перебил подчиненного Сыч.

Косой хмуро посмотрел на лидера и мрачно кивнул.

– Уверен. Это были сгустки фиолетового цвета, от них буквально несло колдовством.

Возникла пауза, во время которой старый вор неспешно покачивал головой, словно пытаясь запомнить и усвоить каждое слово, чтобы потом не ошибиться.

– Ладно. Что было потом?

Соглядатай насупился, повторять, как идиот одно и тоже по кругу ему не хотелось, но и против вожака не пойдешь, поэтому пришлось продолжить:

– Затем пузырь начал падать. Я так понимаю в нем раньше был воздух, потому как получив пробоины в корпусе, он начал терять форму и сдуваться.

– Так говоришь, словно речь идет о корабле, – вновь перебил собеседника Сыч.

На что Косой снова пожал плечами.

– Он и похож на корабль – на летающий воздушный корабль. Странный, с необычной формой, но корабль.

Необычное замечание заставило старого вора нахмуриться. Любопытно, в таком ключе на происходящее он не смотрел, но сбрасывающая жидкий огонь штуковина и правда могла с определенной точки зрения считаться чем-то вроде небесного корабля.

Почему-то осознание этого факта вызвало странное волнение в душе главы гильдии воров. Ведь как известно, все начинается с малого, где один воздушный корабль, там вскоре может появиться бесчисленное множество, как обычных парусных судов в море. И тогда…

Что тогда будет он не знал, но нутром чуял, что привычный мир может измениться самым кардинальным образом. От открывшейся картины захватило дух, но в тоже время заставив поморщиться. Перемены Сыч не любил.

– Потом они двинулись к месту падения, здоровяк в доспехах забрал одного выжившего и утащил с собой, – продолжил Косой.

– Рыжая девчонка среднего телосложения, – «вспомнил» Сыч.

Помощник подтвердил.

– Ага, маленькая и тощая, громиле в броне не составило труда поднять ее.

Глава гильдии кивнул, плечистого спутника мага, похожего на рыцаря, он видел вблизи, сумев по достоинству оценить физические кондиции последнего. Такому унести худую девчонку не составит труда.

– Что произошло дальше?

На этом месте Косой вдруг сглотнул и отвел взгляд в сторону, вспоминать произошедшее после того, как колдун остался один, было не слишком приятно.

– Потом появились пираты, – тем не менее продолжил Косой, на мгновение замер и закончил: – И колдун всех убил.

Невидимая волна, пронесшаяся по улице, ломающая и калечащая людей, превращающая человеческие тела в изломанные куклы, еще долго будет стоять перед глазами Косого. Никогда прежде он не видел ничего подобного, и признаться честно, с удовольствием бы не видел вообще.

– Как точно он их убил? – не отставал Сыч, желая выяснить подробности.

Соглядатай покачал головой.

– Не знаю, это было что-то невидимое, но мощное, оно ударило по пиратам, как таран, опрокинуло и протащило по земле, ломая, словно хворост. Некоторые тела превратились в кровавую мешанину, настолько сильным оказался удар, – он вновь покачал головой. – Понятия не имею, что это за заклятье, но я бы не хотел оказаться под его действием. Жуткая смерть.

– Но трое выжило и остались на ногах, – напомнил Сыч.

Косой кивнул.

– Только это им не слишком помогло, колдун убил их тоже, только чуть позже. Похоже у них были амулеты, что позволило продержаться дольше, но в конечном итоге чародей их тоже прикончил.

Безжалостная расправа оказала на наблюдателя неизгладимое впечатление. Колдун никого не оставил в живых и это вызывало опасливое уважение вместе с желанием держаться подальше от столь опасного существа. Называть человеком фигуру в плаще у Косого язык не поворачивался. Не после увиденного.

– Затем притащился еще один отряд пиратов, колдун их тоже убил, – на этом месте Косой споткнулся и уточнил: – Точнее убили их какие-то твари, словно слепленные из тьмы. Не знаю откуда чернокнижник их призвал, из Нижних Миров или из самой Бездны, но действовали они с не меньшей эффективностью, чем хозяин. Все пираты остались лежать на мостовой.

Сыч кивнул, рассказанное не вызвало удивление, мгновенно убитых магией он уже видел в пустом складе.

– Ты сказал, что они походили на воина и лучника.

Помощник передернул плечами.

– Может и походили, но они точно не являлись людьми. Эти твари, кажется, они не просто убили пиратов, но сделали с ними что-то еще, – он понизил голос и наклонился пониже. – Я потом подходил к мертвым телам, у некоторых лица были серые, будто перед смертью из них выпили душу.

От произнесенных слов в тесной комнатке словно похолодало. Стало неуютно, смерть это смерть, воры и убийцы к ней привыкли. Но смерть бывает разная, когда умирают таким страшным образом, это вызывает опаску даже у самых хладнокровных людей.

– Проклятый колдун, не мог выбрать другой город, – проворчал Сыч.

Косой закивал, в этом он был полностью согласен с вожаком, появление темного мага превратило родной город в место откуда хотелось поскорее сбежать. Даже пираты с их жидким огнем и летающим пузырем на этом фоне выглядели чем-то привычным. А от колдуна несло порождениями тьмы, смертью, страхом и ужасом. Угрозой не только умереть, но и лишиться души. Это даже у привыкших к насилию отъявленных душегубов вызывало смятение, потому что к обычной смерти они уже давно привыкли.

– И еще, глава ты гильдии или не глава, но я больше не стану следить за этим ублюдком, – решительно заявил Косой. – Мне моя шкура дороже. Если проклятый колдун узнает об этом, он меня в тот же миг прикончит, – помедлил и уточнил: – И тебя, Сыч, когда поймет, кто отправил следить за ним.

Старый вор недовольно взглянул на помощника, но не нашелся что возразить. Опасность и правда выглядела не иллюзорной. Пришлый чародей не походил на того, кто мог простить слежку.

– Он меня пугает и мне не стыдно в этом признаться, – добавил Косой. – Если хочешь и дальше следить за ним, то выбери кого-то другого. Я с этим покончил.

Сказанный слова прозвучали с той решительностью, что прямо указывала – да, покончил и даже под угрозой смерти не станет следить за страшной фигурой в темном плаще. И Сыч прекрасно понимал подчиненного, потому что сам испытал похожий страх, когда увидел, как умирали молодые здоровые парни, валясь на деревянный пол склада, словно из них одним глотком выпили жизнь. Такое у кого угодно могло вызвать ужас.

– Ладно, я услышал тебя, – Сыч махнул рукой. – Можешь идти.

Косой с готовностью подхватился со стула и юркнул из трактирной комнаты, оставляя лидера воровской гильдии одного.

* * *

Чертов самовар оттягивал руки, вваливаясь в дверь Коллегии, я едва не уронил его на пол, в последний миг сумев удержать и аккуратно поставить рядом с полкой для обуви.

– Дурацкая штука, – ругательство вырвалось само собой. Одновременно взгляд метнулся в проем, ведущий в гостиную.

Там открылась необычная картина, посреди комнаты стоял Сорен и сосредоточенно обматывал сидящую на стуле девчонку веревками, делая из нее подобие мумии. Рыжая дергалась, норовя вцепиться зубами в руки пленителя.

Настоящая дикая кошка.

– Давно очнулась? – спросил я, входя в гостиную.

Рыцарь крепко затянул узел и лишь послед этого недовольно пробурчал:

– Недавно, когда только вошли. Сразу начала царапаться и вырываться, еле справился.

– Какая-то она чересчур бешенная, – я посмотрел на перехваченную веревками стройную женскую фигурку и получил в ответ яростный взгляд.

– Еще какая, даже укусить умудрилась, – рыцарь продемонстрировал следы от зубов на нижней половине ладони. – Хотя я заранее предупредил, что никто убивать ее не будет, – помедлил и уточнил: – По крайней мере пока.

При последних словах девчонка задергалась. Бесполезно, гвардеец знал свое дело и связал пленницу на совесть.

– Зато живая, – заметил я.

Сорен нахмурился.

– В каком смысле?

– Прошла через защитный барьер, – пояснил я и уточнил: – Ты ведь нес ее на себе, когда заходил на территорию Коллегии?

Рыцарь медленно кивнул, на лице застыло задумчивое выражение. Кажется, до него только сейчас дошло, что получилось пройти через колдовской барьер с пленницей на руках без последствий.

– То есть, ее могло сжечь?

Я пожал плечами, но признался:

– Шансы имелись, защита знает тебя, но не других людей. Я посчитал, что близкий контакт обманет заклятье, так и случилось. А вот войти, держась за руки, уже бы не получилось, барьер бы распознал двух людей и атаковал бы второго.

– Могли бы предупредить, – проворчал Сорен.

– Тебе ничего не угрожало, если бы девчонка загорелась, сбросил бы ее с плеч в снег и все, – сказал я.

Равнодушный тон, безразличие во взгляде, рыжая вытаращились на меня, словно не веря, что речь про нее. Я обратил на нее холодный взгляд.

– А ты думала, мы будем с тобой нянчиться? Ты всего лишь потенциальный источник информации, и пока неизвестно, насколько ценной и полезной, ясно?

Со стороны пленницы последовал судорожный кивок. Кажется ее неплохо проняло. Дошло, что если придется пленители не станут с ней возиться и просто прихлопнут, выбросив труп в ближайшую канаву.

Явно привыкшая к иному обращению, девчонка притихла. Сорен с уважением покосился на меня. Не каждый может нагнать жути парой небрежно оброненных фраз и одним ледяным взглядом.