Текст книги "Заклинатель 7 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

– Хорошо, для начала сходим в трактир, закончим дела, а потом вернемся, – я принял решение и вышел через калитку.

Интересно, а отделение банка Моранов в городе есть? И если уж на то пошло, как в Тернионе с ресторанами и другими веселыми заведениями? Любопытно они лучше или хуже, чем в Винисгорде? Может стоит проверить, прежде чем вновь с головой нырять в магические дела?

Глава 3

3.

Древняя философия пути духа учит: период расслабления (оно же восстановление) должен быть не меньшим, чем период напряжения сил, когда адепт находится на пике своих возможностей, тренируя тело и волю.

Это очень важно, если хочешь сохранить продуктивность на высоком уровне, чтобы поддерживать себя в тонусе и не тонуть в повседневности. Сосредоточенность и расслабление должны чередоваться, если хочешь оставаться эффективным.

Я полностью разделял этот постулат, но трактовал его слегка по-иному, расширив и распространив на все области жизни. Есть время для активности, есть время для отдыха. И первое, и второе должно быть настолько глубоким, насколько возможно для достижения наибольшей результативности.

Мы слишком долго находились в пути, требовалась передышка, прежде чем приступать к активному изучению здания Коллегии, тем более что главное уже было сделано – источник магии был взят под контроль.

Сорен особо не возражал, лезть в напичканный магией дом ему и без того не особо хотелось, так что рыцарь с энтузиазмом воспринял идею пару дней отдохнуть, расслабившись и выбросив из головы все дела.

Однако дойти до трактира без приключений не удалось. Примерно на половине пути дорогу перегородила площадь, запруженная многолюдной толпой. Близился вечер, на город медленно наползали сумерки, солнце ушло, похолодало. На нескольких зажиточных улицах зажглись фонари, в кварталах бедноты для освещения использовали бочки с маслом и факелы.

К этому моменту большинство горожан либо сидели по домам у очагов, согреваясь от морозной погоды в ожидании ужина, либо находились в трактирах, где занимались точно тем же, но в веселой компании друзей и знакомых.

– Чего они тут толпятся? – недовольно буркнул Сорен, оценив какой придется делать крюк, чтобы обойти внезапно возникшее на пути препятствие.

Я едва заметно дернул плечом, имитируя пожатие плеч. Мне поведение людей тоже казалось странным, как будто другого времени не нашлось собраться толпой. Кстати, почему-то притихшей. Сколько тут, около сотни? Но слышны лишь негромкие шепотки. Когда собирается такая орава обычно все ведут себя куда громче.

– Может казнят кого? – предположил я и вытянув шею огляделся в поисках эшафота и виселицы.

Но нет, ничего, только в дальнем конце начинающейся у площади улицы собралась особо плотная группа людей, оттуда периодически раздавались невнятные возгласы, следом вверх взлетали руки с бумажками, которые хватали люди и быстро расходились в разные стороны.

Что черт возьми здесь творится?

– Кажется что-то раздают, – Сорен тоже заметил странную активность в дальнем конец площади, при его росте это получилось сделать гораздо проще.

– Какие-то бумажки, листы пергамента или нечто похожее, – добавил я и тронул за плечо стоящего рядом мужчину: – Извините, уважаемый, не подскажете, что происходит?

Мужик резво обернулся, сверкнув в сгущающихся сумерках рябой физиономий с щербатым ртом.

– Дык новых охотников готовят, дуралеев и смертников, – непонятно ответил он, быстро оббежав взглядом сначала закутанную в плащ фигуру (меня), затем возвышающегося позади воина в темных доспехах (Сорена).

Про дуралеев я пропустил мимо ушей, никто умный не станет собираться на улице в мороз в преддверии наступающих сумерек. А вот про охотников и смертников любопытно.

– Охотники на что? И почему смертники? – вежливо уточнил я.

Мужичок с охотой ответил:

– Дык я-же и говорю: замок все хотят получить. И титул, и богатства неземные, вот и записываются, дураки.

– А поподробнее? – между моих пальцев сверкнула мелкая монетка.

Появление денег воодушевило зеваку, он тут же навострился на обещанную награду и торопливо заговорил, жадный взор не отрывался от блестящего медяка.

Простонародный говор резал уши, к тому же собеседник то и дело сглатывал окончания, фразы получались шепелявыми и порой непонятными, но в целом ситуация прояснилась.

Если коротко, то где-то на севере находился проклятый замок с кучей мертвых, убивавших все живое, кто посмеет переступить через порог. Местный король отчаялся самостоятельно очистить черное место и кинул клич, пообещав всем желающим вознаграждение за помощь в устранении порождений темного колдовства.

Сначала это сработало и к указанному замку потянулись целые отряды хорошо экипированных воинов. Но все сгинули, ни один не вернулся. Об этом стало известно и желающих попытать счастья стало меньше.

Тогда король повысил ставки и пообещал освободителям свое вечное расположение, сам замок и титул в придачу вместе с окружающими землями. Это помогло, но контингент отправляющихся в проклятые земли резко изменился. Вместо профессиональных вояк, продающих меч за монеты, появились разного рода авантюристы, мечтающие стать аристократами. Со временем качество претендентов все сильнее падало, пока туда не начали ехать совсем уже откровенное отребье, кому терять нечего.

В конечном итоге рекруты короля сделали Тернион своей неформальной базой. Два раза в год отсюда уходил корабль на север, везя очередную порцию «счастливчиков», надеявшихся «победить темное зло и освободить старинный замок от проклятья». Многие в головах уже рисовали другие радужные картины, как после получения титула из рук монарха женятся на прекрасной даме и заживут, как истинные дворяне.

– И что, за все годы ни у кого не получилось? – по моим губам скользнула улыбка.

Наивность обывателей поражала, ведь несмотря на то, что собеседник называл кандидатов смертниками и дуралеями, у самого при этом в глазах тлела надежда, что именно ему повезет. Ведь он не просто так притащился сюда сегодня вечером, он тоже хотел записаться в добровольцы, но скрывал это, сначала собираясь посмотреть сколько соберется народу. Ехать в проклятый замок одному или даже небольшой компанией страшно. Другое дело, когда охотников сотня, тут шансы вырастали. По крайней мере по мнению мужика. Что на мой взгляд довольно спорно, учитывая, что раньше с проклятьем не справились хорошо подготовленные отряды профессиональных наемников.

– Ни у кого, – с сожалением покачал головой мужичок. – Все обратились в мертвяков.

Я усмехнулся, сразу подметив в прозвучавшей фразе неточность.

– Но если все обратились в мертвяков, то откуда это известно? Видимо все же кто-то сумел сбежать, чтобы рассказать о происходящем в замке.

Зевака открыл рот, подумал и захлопнул обратно. Похоже такая мысль до этого не приходила ему в голову. В глазах мелькнула тень надежды. Он уже представил, как будет единственным оставшимся в живых, вырвется из проклятого замка, а затем за кружку доброго эля станет рассказывать об этом во всех встреченных на пути кабаках, где такому герою, разумеется, станут наливать бесплатно, а трактирные служанки будут только польщены, если он проявит к ним хоть толику внимания.

Восхитительное будущее с халявной выпивкой и готовыми на все трактирными девками настолько ясно отпечаталось на рябом лице, что я едва не засмеялся в голос.

Боги, и откуда только берутся такие персонажи? А еще других называл дуралеями.

– Держи, – я бросил мужичку обещанную монетку и равнодушно отвернулся, заметив, как тот ловко поймав медяк тут же ввинтился в толпу, скрывшись за спинами других кандидатов на обладание кусочка пергамента. Тот видимо играл роль посадочного билета на готовящийся к отбытию корабль.

Все время короткого разговора простоявший безмолвной темной громадой рыцарь подал голос:

– Слышали о таком когда-нибудь раньше?

Помедлив, я неопределенно дернул плечом.

– Почти уверен, что речь идет об артефакте на основе магии мертвителей, – короткая пауза и уточнение: – Скорее всего довольно мощном, раз он контролирует весь замок.

– Он и правда превращает людей в оживших мертвецов? – с такой магией гвардейцу еще сталкиваться не приходилось и поэтому вызывало закономерное любопытство.

В отличие от рыцаря я знал о такой магии не понаслышке, тесно столкнувшись несколько месяцев назад. Больше того, в тот раз основная часть высвобожденной энергии мертвителя оказалась поглощена мной, что изменило Сумеречный Круг, а через него и внутреннюю энергетику, что не прошло без последствий.

Так что да, при необходимости, я скорее всего справился бы с вышедшим из-под контроля артефактом. Либо погасил его, либо изолировал, в зависимости от обстоятельств.

Другое дело – а оно мне зачем?

– Интересно, почему тамошний король до сих пор с таким упорством хочет очистить замок, если все предыдущие попытки потерпели крах? – задумчиво сказал я. – Сначала туда наверняка посылали обычных солдат, затем лучших из лучших – королевскую стражу. Не желая больше терять своих людей, король переключился на наемников. Но и тогда ничего не вышло. И тем не менее, попытки все еще продолжаются. Похоже этот замок для чего-то сильно нужен королю, раз он до сих пор организует отправку кораблей. Что по любому стоит немало.

– Может рядом проходит торговый тракт и нежить мешает проходу купеческим караванам? – предположил Сорен.

Я пожал плечами, равнодушно заметив:

– Может. А может король хочет завладеть редким магическим артефактом чтобы использовать его в своих целях.

– Думаете про титул и замок вранье? Никто ничего не получит?

Я хмыкнул, даже чуть повернулся в сторону гвардейца.

– А ты такого хорошего мнения о короле? Думаешь он и правда передаст титул, земли и замок случайному проходимцу, кому вдруг повезет? И не мечтай, на тронах как правило сидят те еще лживые двуличные ублюдки. А если вдруг и попадаются добрые и честные, то их быстро сбрасывают, и на престоле оказывается очередной мерзавец. Благородные и справедливые монархи встречаются лишь в сказках, которые рассказывают детям на ночь.

Рыцарь ничего не ответил, пожалуй, он знал это лучше других. Лорда-протектора Закатных Островов можно было назвать каким угодно правителем, но точно не добрым и справедливым. Скорее жестким, циничными и рациональным, но без этих качеств он бы никогда не удержался наверху.

Мы начали обходить людей вдоль края площади, пробираясь через толпу. Стемнело, воздух серьезно похолодал, из рта вырывались облачка пара.

– Что касается артефакта мертвителя, самое забавное, что, судя по всему, он питается жизненной силой отправленных в замок болванов, продлевая свое существования за счет идиотов, которые должны его отключить. Я почти уверен в этом, и это довольно любопытный факт, указывающий на то, что король возможно не так глуп, каким хочет казаться.

К чести Сорена он моментально догадался куда я клоню.

– Считаете он специально собирает весь этот сброд и отправляет его в замок? – угрюмо осведомился он и небрежно качнул головой в сторону собравшейся на площади толпы. – Чтобы кормить артефакт?

Какое точное определение – «кормить», потому что ничем иным такое действо не выглядело.

– Почти убежден в этом, – с моей стороны последовал неспешный кивок. – Никто в здравом уме не станет нести такие затраты на найм и отправку корабля с дальнейшим сопровождение по земле к проклятому замку, надеясь, что собравшееся отребье действительно снимет проклятье, умеющее превращать людей в нежить. Больше всего это напоминает попытку выиграть время, пока кто-то другой занимается проблемой. Не исключено, из числа приглашенных чародеев, разбирающихся в древней магии.

Обдумав услышанное, гвардеец заметил:

– Довольно жестокое и расчетливое решение.

Мы остановились у выхода с площади и теперь разглядывали толкающихся и сопящих людей. Тьма окончательно опустилась на город, зажглись факелы, но собравшимся это не мешало стоять в ожидании заветного кусочка пергамента, игравшего роль пропуска на долгожданный корабль.

– А ты чего ожидал? Что этих придурков сделают графами и баронам? Дадут титулы, земли, женят на благородных девицах из знатных родов? – по моим губам скользнула насмешливая улыбка.

Рыцарь засопел, но ничего не ответил.

– Ты только взгляни на них, они надеяться на чудо, в глубине души считая, что для этого не придется ничего не делать, не прилагать усилий, не думать. Просто рассчитывая, что им повезет. Почти на сто процентов уверен, большинство полагает, что полученный билет на корабль – это уже наполовину исполнившаяся возможность. У них нет четкого плана, а о проклятом замке они думают лишь вскользь, искреннее считая, что об этом можно задуматься, когда окажутся на месте. Это не просто глупое поведение, это безумие, которому нет нормального названия.

Сорен помолчал, неожиданно спросив:

– А если у кого-то все же получится? Или хуже, король получит артефакт, а тот выйдет из-под контроля. Тогда это обрушит многие беды и не только на то королевство, где расположен проклятый замок. Разве это не надо остановить?

Настала моя очередь задумчиво молчать. Наконец я неспешно изрек:

– Знаешь, раньше я бы, наверное, так и поступил. Точнее именно так в свое время я и поступил, и не жалею об однажды принятом решении. Но с тех пор я понял простую истину: нельзя быть всем бочкам затычкой. Люди сами должны справляться с проблемами, особенно с теми, которые сами вызывают на свои головы.

Прежде это были просто слова, теперь пришло настоящее понимание. Окончание прозвучало достаточно жестко, чтобы показать, что разговор завершен. Сорен понял и не стал продолжать, хотя кажется у него было что сказать в ответ, но меня это не волновало.

Мы продолжили путь и вскоре добрались до трактира. «Вепрево колено» встретило пылающим очагом, многочисленными посетителями за длинными столами, чавканьем, звуками сталкивающихся полных эля кружек, ароматами мяса и пением забредшего на огонек менестреля, пристроившегося в углу.

Меня ожидала посылка, трактирщик за стойкой передал объемный мешок, что-то буркнув насчет пацана от торговца зельями с улицы Трех Мастеров. Горлышко мешка оказалось перехвачена крепкой бечевкой, кончики которой в свою очередь, скрепляла восковая печать с вытесненной на ней изображением птицы. Предосторожность на случай, если внутрь попытается кто-нибудь заглянуть.

Проверив печать и убедившись, что все в порядке, я кивнул и отправился наверх, бросив Сорену позаботиться об ужине. Уже в своей комнате внимательно осмотрел содержимое посылки, сверившись со списком купленных магических ингредиентов. Продавец не солгал и достал все необходимое, деньги были потрачены не зря.

Отдельно лежал желтоватый свиток пергамента, с обязательными алхимическими печатями, удостоверяющими подлинность документа, с подписями и шикарной шапкой из замысловатого готического почерка, подтверждающего переход собственности от старого хозяина к новому.

Выглядел документ донельзя солидно и представительно.

– Неплохо, – я бережно свернул свиток обратно и спрятал в сумку с остальными вещами. Туда же отправились ингредиенты.

На сегодня можно считать дела законченными, пора отдохнуть. Сбросив плащ на кровать и оставшись в дорожном наряде обычного дворянина (не из богатых, поэтому никакого бархата и шелка, только практичная кожа и мягкая ткань), я спустился вниз, где рыцарь уже занял подходящий столик поближе к огню.

– Все в порядке? – осведомился гвардеец, имея ввиду присланные покупки. Все же услуги доставки пока еще выглядели экзотикой, где вполне могли обмануть. В конце концов, курьер вообще мог банально скрыться, прихватив посылку с собой.

Я небрежно кивнул и уселся за стол. Дальнейшие вечер и ночь прошли, как и ожидалось: под изысканные блюда с дорогим вином в компании с такими же дорогими куртизанками из самого роскошного веселого дома.

Все-таки адепты мар-шааг знали толк в жизни. Клянусь всеми богами, меня бы не хватило надолго, если бы они оказались помешанными аскетами, отвергающими простые радости человеческого существования.

Глава 4

4.

'… темный каменный коридор, уходящий в никуда, воздух наполнен бледно-голубым тусклым светом, вдоль стен продольные линии, горящие кроваво-алым огнем, под ногами гранитные плиты.

На равном расстоянии друг от друга в стенах глубокие ниши, в них прячутся статуи с нечеловеческими фигурами. Высокие, стройные тела, укрытые невесомыми на вид латами из неизвестного сплава. Худощавые лица идеальны и симметричны, таких не бывает у людей. Из лба вырастают и уходят назад изящные рога, придавая статуям демонический вид. Тонкие руки сжимают клинки, длинные и вытянутые, но ощущение словно каждый может играючи разрубить закованного в тяжелую броню пехотинца.

Под ногами гранитные плиты, на каждой выбитые сложные знаки, каждый несет в себе двойное, а то и тройное значение, и все вместе образуют замысловатый узор, складывающийся в некое подобие текста, который сможет прочесть только обладающий нужными знаниями. А распознать истинный смысл и вовсе тот, кто посвятил этому всю жизнь.

Я ступаю легко, но воздух кажется плотным, с каждым новым шагом продвижение усложняется, пока наконец коридор не перегораживает серая хмарь. Она клубится словно живая и одновременно зовет. Зов ментальный, но от этого не менее реальный. Разум разрывают странные картины абсолютно чуждых миров.

Серая пелена проникает в сознание и начинает изменять по своему образу и подобию. Я ничего не могу с этим подделать, потому что внезапно застыл. Воля подавлена, тело не слушается, в голове странный шепот, проникающий в глубины души. Он подобно ядовитым лианам заражает все до чего смог дотянуться, это одновременно пугает и завораживает, но ничего поделать нельзя.

Хмарь плывет, искажается, наливаясь густотой и объемом, становясь плотной стеной. Появляется ощущение глубины, хуже того – будто внутри кто-то или что-то скрывается.

Реальность плавится, от нее будто отлетают ошметки, открывая окно на другую сторону мироздания, пока внутри не зарождается овальное зеркало с темной поверхностью.

Подчиняясь наитию, я мысленно тянусь вперед, вырывая разум из серых тенет, разрушая, ломая и перестраивая магию пелены, соединяя с собой на своих условиях и через это подчиняя своей воле и силе. Это оказывается сделать необыкновенно легко, пока не пришло понимание, что мне позволили это сделать. Все ради того, чтобы заглянуть в возникшее зеркало. Его края тонут в серой хмари, виднеется лишь темная матовая поверхность, она надвигается медленно и неотвратимо, заполняя весь обзор, пока глаза больше не могут видеть ничего другого.

Исчез каменный коридор, исчезли статуи со странной завораживающей хищной красотой нечеловеческих очертаний, исчез пол с гранитными плитами, исчез воздух, пропитанный бледно-голубым светом. Больше ничего вокруг нет, только гигантское темное зеркало. Оно затягивает в свои глубины, манит и обещает покой, настойчиво требуя не отрывать взор пока все не закончится.

Я не знаю, что должно произойти, но ощущение невозможности обратить все вспять наваливается на сознание неподъемной глыбой. Что бы не случилось это уже невозможно будет изменить и осознание этого придает силы неимоверным усилием разорвать контакт…'

Глаза открылись, уставившись в потемневшие доски высокого потолка. Из груди вырвался медленный выдох. Сон, это всего лишь очередной сон. Проклятое наследие сдохшей Ушедшей, не желавшей до конца отпускать.

Я покосился в сторону, рядом на широкой кровати лежала белокурая девица. Одна из вчерашних прелестниц из веселого дома. Золотой за ночь и все, что захочешь будет исполнено без ограничений. Любой каприз и любое самое дикое желание со всей страстью станет явью. С фальшивым притворством разумеется, но кого это волновало, к тому же вряд ли ты что-нибудь заметишь, актерские таланты входили в указанный прайс.

Подтянутое тело, стройная талия, длинные ноги, высокая грудь и упругая попка. Кто-то любит пышек, но я не из таких, мне бы что-нибудь атлетично сложенное. Умелая и старательная, если надо услужливая, готовая ко всему, что не пожелаешь. В общем, идеальный образец девушки для хорошего завершения вечера, плавно перетекающего в утро.

Я отбросил одеяло и рывком поднялся, перед глазами все еще плавали обрывки сновидения с серой хмарью и завораживающей поверхностью черного зеркала. Однажды это дерьмо мне точно сварит мозги, если не получится избавиться от остатков влияния Ушедшей. Даже после смерти тварь умудрялась доставлять неприятности.

Надо отвлечься. Я подошел к столу и налил из кувшина вина. Последовал неспешный мелкий глоток. Лицо скривилось, вкус не очень, за ночь вино выдохлось. Надо другое, и желательно из хорошей бутылки.

Но несмотря на это я сделал еще один медленный глоток и закусил кусочком вяленого мяса. Следом в рот отправился сыр. Рядом на тарелке также лежали подсохшие кусочки экзотических фруктов, привезенных морем в специальных сохраняющих прохладу ящиках. Стоило это дорого, но всегда находились ценители попробовать свежие фрукты в разгаре зимы.

Вчерашний вечер тонул в легком тумане, но основные события, разумеется, остались в памяти, помогла выдержка адепта мар-шааг, не позволив полностью забыться в пьяном угаре. Это было бы слишком явным проявлением слабости, а к такому я не привык.

– Уже утро? – сзади раздался сонный голос. Девица шевельнулась, умудрившись потянуться так, что даже под одеялом обрисовалось идеальное тело, которое хотелось подмять под себя.

Определенно, это стоило золотого за ночь.

– Почти, – ответил я и покосился в сторону запертых ставен на окнах, сквозь узкие щели проникал наступивший рассвет.

– Где-то должна оставаться еще одна бутылка вина, – сказала девица, заметив, как мое лицо скривилось после очередного глотка.

Я поискал глазами означенную бутылку и почти сразу нашел стоящей на стуле рядом с правой половиной стола. Там же нашлась еще одна тарелка с закусками и кувшин с холодной водой. Догадываясь, что утро будет недобрым, я видимо распорядился принести это в номер заранее. Предусмотрительно с моей стороны, но вполне ожидаемо, не люблю мучиться похмельем после веселых ночей.

– Если хочешь, сюда пришлют другую девушку, помоложе, – донеслось с постели.

– Помоложе? – рассеяно переспросил я, и как был с кубком вина в руке подошел к подоконнику и толкнул ставни.

В комнату ворвался холодный воздух, дохнуло свежестью, за окном открылась улица. Напротив таверны стояли обычные дома средневекового города, грубая каменная кладка, два этажа, на крыше черепица. По выложенному булыжнику мостовой уже спешили люди. Без особого интереса посмотрев на прохожих, я сделал еще один глоток.

– Да, некоторые предпочитают юность и свежесть опыту, – сказала девица.

Как же ее звали? Яна? Яола? А подружку на ночь Сорена – Эльза. Рыжая толстушка веселушка, с профессиональной небрежностью увлекшая рыцаря с первых минут знакомства. В этом отношении бывший воин армии Закатных Островов был не особо привередлив, легко уступая напору, но также быстро теряя потом интерес.

– Считаешь, что у тебя не хватает свежести и юности? – я покосился на лежащую на кровати девицу. На вид не больше двадцати, может двадцати двух, для этих времен уже серьезный возраст, многие женщины к этому моменту уже часто рожали.

– Зато с опытом у меня все в порядке, – улыбнулась Яола. Между пухлых губ сверкнули белые зубы. Она не удержалась и чуть приспустила край одеяла, позволив обнажиться молочно-белой груди. Крупной и в то же время подтянутой, так и просившей в мужскую ладонь.

Я мысленно усмехнулся. Меня дразнили и делали это легко и непринужденно. Цель? Вызвать определенного рода реакцию, заставив уверить, что девица сама ничего и что никого помоложее и посвежее не надо, и что она сама может остаться подольше.

Неплохо. На ком-то другом вполне могло сработать. Точнее, наверняка уже не раз срабатывало, и девица оставалась до тех пор, пока не вытягивала из бедного мужика последние крохи, чтобы потом отправить домой к жене с пустыми карманами.

Представив эту картину, я ухмыльнулся, в этот раз открыто, и сделал еще один глоток.

Но похоже утренняя сценка, должная привязать клиента крепче, еще не закончилась.

– Ты необычный, знаешь это?

Подумав, я решил подыграть, все равно пока делать нечего. А пустые разговоры это то, что нужно мозгу, чтобы выветрились последние остатки страшного сна.

– Что ты имеешь в виду? – изобразив легкую заинтересованность спросил я.

Каждый хочет быть необычным и отличаться от других, а мужчины особенно. Девочка это прекрасно знала и играла на этом, я сделал вид, что поддаюсь.

– Ты сильный. Сильных и решительных много, но по-настоящему сильных очень мало. Все только делают вид, хотя внутри остаются слабыми и ранимыми. Но если приглядеться, то всегда заметна рисовка, неуверенность в виде трещины. В тебе этой трещины нет. Ты словно цельный монолит и точно знаешь чего хочешь, – сказала проникновенным тоном девица.

Сказанное удивило, девчонка сумела подобрать нужные слова, бьющие точно в цель. С такими талантами ей бы психологом работать, отбоя от клиентов бы не было.

Еще одна скользнувшая по губам усмешка. Впрочем, отбоя от клиентов наверняка и без этого нет.

– Я всегда завидовала сильным людям, – продолжила Яола. – Иди куда хочешь, делай, что хочешь, сохраняя свободу.

Слова прозвучали необыкновенно искренне, что не могли не вызвать реакцию с моей стороны.

– Секрет прост: если хочешь быть сильной – стань ей. Не пытайся, а именно стань. Вот и все. Если испытываешь сомнения, то ничего не получится. А если делаешь, то достигаешь цели, какой бы она не была, – размерным тоном произнес я, а сам мимолетно подумал, что многие люди не понимают этой простой истины и придумывают себе сложности, оправдывая собственную нерешительность и от того чувствуют себя слабыми, не способными ни на что. Но это лишь иллюзия, созданная самим человеком.

– И тогда я стану сильной? – тихо спросила девушка.

Разговор все больше удивлял, но я не испытывал желания его заканчивать. Неосознанно Яола что-то нащупала и теперь пыталась это понять. Это было словно мгновением озарения, и тем интереснее стал опыт.

Бесплатный урок философии пути духа для девочки куртизанки из веселого дома. Это показалось забавным, и я решил не прекращать, хотя по идее логичнее вернуться в постель и насладиться роскошным телом готовой к ласкам женщины.

– На первый взгляд это может показаться сложным, но в действительности все просто. Ты принимаешь решение и следуешь ему. Таков путь, – сказал я и не дожидаясь ответа продолжил: – Не отвлекайся ни на что, не рассматривай другие варианты, сосредоточься на главном и отдай этому все силы. Не думай, не перебирай, размышляя что было бы или могло быть. Для тебя уже все решено. Не сомневайся в принятом решении, сохраняй уверенность и четко видь свою цель. Не оглядывайся, не смотри в прошлое, что произошло уже не изменить, всегда помни об этом и не смущай разум бесполезными терзаниями, думая о том, что могло бы быть. И тогда все получится, – я говорил рассеянным тоном, продолжая наблюдать через окно за медленно просыпающимся городом.

Но судя по наступившей паузе слова попали в цель, девушка сама не заметила, как нахмурилась, переваривая услышанное. Кажется, не такого она ожидала, заводя разговор о лести и непохожести мужчины на остальных. Привычный прием повел в совершенно другую сторону, где показался просвет, могущий вывезти к чему-то более важному, чем обычное продление времени с клиентом.

Помедлив, я добавил:

– Поставь перед собой цель и иди к ней. И ни на что не отвлекайся. Делай все для этого. И абсолютно все свои действия соотноси с ней. Что помогает – приближай, что мешает – отвергай. Вот так вот все просто.

Яола покачала головой, она забыла о собственной обнаженной груди и соблазнительной позе и теперь сидела на постели, завернувшись в одеяло.

– А если это недостижимо? Что если цель слишком сложна? – тихо спросила она.

Я пожал плечами.

– Все ограничения в голове. Если веришь, что ничего не получится, то ничего не получится. Если веришь в иное, то все будет по-иному. Нужно сконцентрироваться на мечте, жить ею, дышать ею. Все поступки должны быть подчинены исключительно ей. И лишь тогда все выйдет. Не отвлекайся и не распыляй силы и внимание на что-то другое. Это должно стать центром твоей жизни, твоего личного мироздания.

И таким образом, достигая своих целей, ты сама начнешь меняться, становясь лучшей версией себя прежней, сильнее, дисциплинированней, способной на многое, а главное с абсолютной уверенностью в своих силах.

Последнее я не сказал, это были прямые постулаты мар-шааг.

Что касается мечты девицы, то тут не было особой загадки, она призналась о ней в самом начале – свобода. А точнее обретение свободы от нынешней жизни. И если она действительно этого хочет, то сможет добиться. И девушка это поняла, взгляд белокурой прелестницы приобрел необычную жесткость.

Но всего на мгновение, потом девица снова стала мягкой, полные губы раздвинулись в обещающей улыбке.

Странный для утра после веселой пирушки разговор плавно заглох. Но прозвучавшие слова Яола явно запомнила, это было видно по лицу. Она умная девочка и использует услышанные наставления в нужный момент.

Но не здесь и не сейчас.

Однако главного, надо отдать должное, она все же добилась: я решил продлить время сразу как минимум на два-три дня. В компании белокурой прелестницы отдых пойдет веселей.

Тут же в голове мелькнули мысли о дальнейших планах. После отдыха следует закончить со зданием Коллегии, внимательно осмотреть все внутри, провести ревизию. Дальше последует переезд, параллельно надо продать лишние драгоценные камни. Затем посетить отделение Торгового Дома Моранов, который, как выяснилось вчера, в Тернионе все же есть, и кроме обычной купеческой деятельности, так же занимается финансовыми делами, ставшими визитной карточкой этой старинной семьи.

А после вплотную заняться развитием Сумеречного Круга. Заклинательный зал в подвале Коллегии станет ощутимым подспорьем в этом. Ритуалы можно проводить прямо там и никуда не придется выезжать. А наличие в городе магических лавок даст ощутимый толчок в скорости развития отстающих заклятий.

Первым делом, конечно, «Молот» и «Щит», они на данный момент единственные на начальных уровнях…

– Так и будешь стоять там? – Яола вновь вернулась к роли искусительницы.

Я отвернулся от окна, рассеянный взгляд скользнул по женщине на кровати. Длинные стройные ноги едва прикрыты одеялом, демонстрируя идеальные формы. Обнаженная грудь вызывающе смотрит вперед. Женские глаза затуманены поволокой томного ожидания, вместе с покорностью исполнить любое мужское желание. Никакой фальши, только предельная искренность.