Текст книги "Спаси меня (СИ)"

Автор книги: Агата Старк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 24

Я в отчаянье билась, дралась, но ничего не помогало, пока не вцепилась намертво в руку здоровяка. Он выругался на каком-то неизвестном мне языке, возможно, на польском, но руки свои все же разомкнул, наконец-то освобождённая, я сразу свалилась на пол. Больно. Брезгливо сплевываю куда-то в сторону, похоже укусила этого урода до крови. Фу, мерзость.

Дальше события завертелись с такой быстротой, что мой все ещё пьяный мозг с трудом за ними поспевал. К амбалу подлетел какой-то чернявый мужик и со всей дури вмазал по лицу, правда это действие на того произвело совсем мало впечатления, он всего лишь плавно покачнулся и вернулся в исходное положение, только разве разозлился ещё больше.

– Ты в порядке? – Подлетает ко мне обеспокоенная Айлин, помогает подняться и поправить одежду, – прости, что втянула тебя в это, сама не поняла, как заигралась, – кивает на схватку коренастого амбала и высокого черноволосого, – хорошо отдохнули, ничего не скажешь, – она виновато вздыхает.

– Н-нормально все, не переживай, – на эмоциях обнимаю девушку, – все равно спасибо за этот вечер, – шепчу чуть слышно, – хотя бы на некоторое время вырвалась из тягостного плена реальности. Айлин в ответ неуверенно улыбается.

А тем временем к нам уже побежали громилы охранники, не без усилия, конечно, скрутили буйного лысого мужика и его друга заодно, а второго почему-то отпустили, даже извинились. Наверное, дело в том, что тот второй из местных, решила я. Перед нами, кстати, тоже принесли глубочайшие извинения, которые я поняла только после перевода Айлин. Пора уже начать учить их язык, а то порой неловко себя чувствую. Вроде бы к тебе вежливо обращаются, а ты в ответ глупо киваешь и несвязно бормочешь.

Вечер в конец испорчен, и мы решаем поскорее уехать обратно. На выходе натыкаемся на разъярённого, похожего на быка во время корриды, Али. Тьмой своих глаз скользит сначала по мне сверху вниз, а затем по Айлин. И хотя, по сути, ко мне он не имеет никакого отношения, он мне не муж, не жених и мы даже не возлюбленные, я все равно невольно съёживаюсь под его этим недовольным взглядом. Айлин же чувствует себя вполне расслаблено, и я искренне завидую ее непробиваемости.

– Опять приставил своего верного оруженосца? – Сходу нападает Айлин на брата, а я бестолково хлопаю глазами, удерживаясь за ее руку.

Когда же уже морок от опьянения выветрится? Бесит так туго соображать.

– Жизнь моя, разве так можно? – Позади раздается игривый мужской голос, – я что же, не могу сходить в клуб развеяться?

Я медленно, шатаясь на высоченных каблуках, разворачиваюсь на голос и утыкаюсь взглядом в того самого чернявого, который благородно спас нас сегодня. Теперь ясно почему он влез в драку из-за незнакомых девушек и почему перед ним все извинялись. У них тут целая своя банда.

– Может потому, что тебя нельзя одну никуда отпускать? – Голосом, благодаря которому наверняка можно вызвать извержение вулкана, отвечает Али.

Не знаю, почему Айлин до сих пор не испугалась его грозного вида, у меня вот уже коленки от страха ходуном ходят. Или это от алкоголя?

– Да что ты? – Ни капли не пугаясь, недовольно отвечает на выпад брата, – хватит за мной следить, мне не пять лет, братец! – Огрызается, но так очаровательно, что я, не сдержавшись, прыскаю от смеха.

Тут же все взгляды устремляются на меня. А я что? Я ничего, стою тут и переминаюсь с ноги на ногу. Зажевываю губу, лишь бы больше не привлекать внимание, а то еще того и гляди и мне достанется.

– Ферит, – цедит сквозь сжатые зубы, – отвези Айлин домой, – игнорируя хмурый взгляд сестры, просит Али, – с тобой, сестра, я потом поговорю, будь уверена, тебе наш разговор не понравится!

Айлин раздраженно фыркает, но ничего не отвечает. Аккуратно поправляет подол своего платья, который и без того сидит как надо, перебрасывает копну темно-каштановых волос через плечо и горделиво уходит.

– Еще увидимся, Настя, – кричит уже забираясь в машину, игнорируя испепеляющий взгляд брата, а затем захлопывает за собой дверцу.

– Хорошего вечера, – прощается с нами Ферит, – надеюсь в следующий раз нам удастся нормально познакомиться, – весело мне подмигивает и под пристальным взглядом друга, отправляется следом за Айлин.

Мы остаемся одни.

– Ну как, Настя, удалось подумать? – Раздраженно спрашивает, – надо сказать, довольно оригинальный способ собираться с мыслями, – кивает на мое платье, и в этот момент его черные брови недовольно сходятся на переносице, – готов повесить в своем доме дюжину таких, ну, чтобы тебе думалось легче…

– Перестань! – Не выдерживаю его несправедливых нападок.

А еще не выдерживают мои бедные каблуки, на которых я пьяненькая все это время раскачивалась и один предательски, с таким еще громким хрустом, ломается. Глупо размахивая руками, балансируя в воздухе ища равновесие, все же сваливаюсь на Али и крепко цепляюсь за него руками, словно за единственную в мире опору.

– Ой, – только и успеваю ляпнуть, как меня резво подхватывают сильные мужские руки.

– Похоже ты все-таки переусердствовала с думами, – продолжает добивать меня ехидными замечаниями, – ладно, хватит на тебя сегодня, идем уже.

Мои туфли сползают с ног и одним уверенным движением, летят в мусорный бак. Мне их жалко, честно, мы с ними сегодня прошли и огонь и воду и пьяные танцы, а теперь я их бросила, как верного коня, раненного в бою. Фух, и о чем я только думаю? Алкоголь до сих пор не выветрился из организма, это из-за него в голове всякий пьяный бред. Но лучше бы я думала о туфлях и раненом коне, чем о соблазнительном запахе мужчины, несшего меня на руках. Оказывается, я неосознанно уткнулась ему в плечо и теперь легкая ткань летнего полувера, казалась раздражающей преградой к его горячей коже.

– Аккуратно садись, – говорит как с маленькой, ей богу, – с тобой все в порядке? Странно выглядишь.

– Угу, – киваю, откидываясь на спинку кресла.

Знал бы он, почему я так странно выгляжу. Эх.

В машине меня развозит еще больше, глаза слипаются, а мозг никак не может сопротивляться нахлынувшей дреме. Надо поставить где-то напоминалку, больше никогда не пить крепкий алкоголь, видно не для меня подобные развлечения. Перед тем, как отключиться, помню романтичную турецкую песню, приятно заполняющую весь салон автомобиля.

В себя я пришла только когда меня аккуратно уложили на кровать.

– Хочешь воды?

– Да, если можно, – с трудом разлепляю глаза. Взглядом сразу же утыкаюсь в белоснежный потолок с мелкими точками ночных светильников и незнакомую обстановку вокруг. Ах да, это дома Али, я же еще тут ни разу не была.

Пока мужчина благородно пошел за водой, решаюсь сходить в ванную. Хвала небесам, она оказалась в этой комнате и мне не пришлось идти через весь дом. Брызгаю в лицо холодной водой и хоть немного, но прихожу в себя. В зеркало смотреть жутко страшно, но надо. Оказывается, не так все и плохо. Сворачиваю бумажную салфетку в несколько раз и тщательно вытираю лицо. Супер, косметика Айлин оказалась вполне себе очень стойкой, даже ничего нигде не размазалось. После этой небольшой освежающей процедуры, чувствую себя значительно лучше, еще бы поспать и будет вообще отлично.

Возвращаемся в комнату мы вместе с Али.

– Держи, – протягивает стакан воды и какую-то таблетку, – не смотри так, пей, иначе завтра не встанешь.

– Спасибо, – говорю голосом виновного тушканчика, – и еще, извини, что тебе пришлось со мной возиться.

На мой благородный порыв он никак не реагирует, молча отодвигает покрывало с кровати, кивком приглашая в кровать. Отлично, обижен на меня значит. Ну ладно, старательно заглушаю в себе чувство вины, сам виноват, нечего крутить дела за моей спиной.

Обхожу его стороной и запрыгиваю в уютную, ароматно пахнущую постельку, сейчас она мне кажется пушистым облачком на небе. Красота.

– Может останешься? Со мной? – Совсем разнежившись, бормочу очередную глупость, почему-то сейчас очень нужную и важную для меня.

– Нет, – сухо отчеканивает.

Но не до конца выветрившийся во мне алкоголь, не дает просто так отступить. Когда Али наклоняется ближе, чтобы заботливо накрыть меня мягким одеялом, я резко дергаю его за руку и опрокидываю на себя.

– Я тебя не съем, обещаю, – хихикнув, прижимаюсь к его груди, крепко обхватывая ее рукой. Завтра я буду жалеть о своем гулом поступке, но это будет завтра, сегодня у меня есть возможность насладиться теплом и ароматом мужского тела.

– Смотри, чтобы я тебя не съел, моя маленькая храбрая львица, – слабый голос доносится до моих ушей до того, как я окончательно засыпаю.

Утро привычно встречает назойливыми солнечными лучами, которые настырно пробираются сквозь закрытые шторки. Стоит только очнуться, прийти в себя после глубокого, без единого сновидения, сна, как перед глазами сразу же всплывают отрывки прошлого вечера. Они мельтешат, подобно кадрам фильма на быстрой переметке. Но это еще пол беды, голова и все тело болят так, словно не я вчера танцевала, а по мне танцевали и как минимум половина того клуба. Ужас.

Правило номер два: больше не пить! Совсем! Никогда!

Быстренько бегу в душ, с наслаждением его принимаю, освежаюсь и даже похоже заново возрождаюсь. Но на выходе из душа сталкиваюсь с тем, что мне совсем нечего надеть. Вчерашнее платье испачкано, да и выряжаться так с утра пораньше и в доме чужого мужчины, как-то не к месту, а одежда Эдже, так и осталась в клубе. Решаюсь завернуться к белый банный халат, так приветливо висевший на крючке.

В доме играет легкая турецкая музыка и приятно пахнет блинчиками. Я босиком спускаюсь по холодным ступенькам и как в том мультике, подобно усатой мышки иду на запах сыра, ой, вкусного завтрака.

Застаю Али за непозволительным действием серьезного мужчины – с видом знатока он расставляет тарелки на столе.

– Доброе утро, – спустя пару секунд лицезрения приятной картины, решаюсь заявить о себе, – неужели ты это сам приготовил?

– Конечно нет, – разливает по стаканам чай и тоже ставит на стол, – все приготовила Айшин, моя дом работница, она только что ушла, садись, – кивает на накрытый стол, я послушно усаживаюсь, незаметно поправляя непослушный пояс халата.

– Поговорим? – Сверлю его спину. Боже мой, в этой простой, белой футболке и светлых, домашних штанах он выглядел убийственно хорошо. Я даже не сразу смогла отвлечься от наглого разглядывания его тела и из-за этого пропустила его вопрос.

– Что, прости? – Без приглашения, закидываю в рот вкусный блинчик, от удовольствия аж глаза закрываю, – вкусно…

– Я рад, – лениво улыбается и садится напротив, – я сказал, ты готова к разговору или будем снова психовать?

– Готова, готова, – решительно киваю, уплетая за обе щеки. От голода и вчерашней пьянки, меня немного подташнивает, но аппетита это не убавляет.

– Ну раз так, тогда начнем, – аристократически натыкает на вилку кусок омлета и красиво запихивает в рот, я же дико продолжаю уничтожать безумно вкусные блинчики, – для начала, у меня есть подозрение, что смерть твоих родителей совсем не случайность.

От этого начала, я аж куском блинчика поперхнулась. Что-что?!

Глава 25

С трудом прокашливаюсь. Вот так начало разговора, даже вкусный блинчик больше не пахнет аппетитно.

– Прости, что? – Прочищаю горло двумя большими глотками воды, – и с какой это стати ты копаешься в моей жизни? – Чувствую, как снова начинаю вскипать, скоро в голове засвистит, как свисток у чайника.

– Короче, нормального разговора снова не получится? – Откладывает приборы по разным сторонам тарелки, опрокидывается локтями о столешницу и окутывает меня привычной тьмой своих глаз.

– Ладно, – выдыхаю и привожу свое эмоциональное состояние в подобие спокойного, – я внимательно слушаю, – аппетит окончательно пропал, поэтому просто сижу и цежу сквозь зубы горячий чай. Вкусно, однако, но не лезет.

Выбора у меня особо нет, нужно набраться терпения и уже выслушать то, что известно Али.

– Начнём с того, что ты прекратишь спрашивать очевидные вещи. Ты и сама прекрасно знаешь, почему я копаюсь в твоей жизни и в твоем прошлом, точнее, ради чего я это делаю. Правда же?

Внимательно смотрит, от его взгляда все моё тело пронзает приятной дрожью предвкушения чего-то большего, чего-то нового, того, чего никогда ранее со мной не происходило. Кажется, ответ я действительно знаю, но озвучить сейчас это все не смогу, слишком рано, слишком все запутанно, еще не время. Моя жизнь закрученный клубок неприятностей, пока не разберусь со всем, не решусь продолжить жить дальше.

Не придумав ничего лучше, просто киваю, вызывая этим на его лице довольную полуулыбочку. Вот наглец, забавляется он, видите ли, глядя на моё замешательство!

– А если серьёзно, то захотел помочь избавиться от гнили в твоей жизни, – спокойно, как ни в чем не бывало, продолжает меня смущать, – потому что было противно видеть, в какое запуганное существо ты в итоге превратилась…

– О чем ты? Уже не первый раз слышу подобные загадки, ты наконец расскажешь мне?

– Давай обо всем по порядку? Идёт? Боюсь много информации сейчас тебе не на пользу, – ухмыляется и невозмутимо продолжает свой завтрак, словно сейчас для этого самое время, – лучше скажи, ты случайно не помнишь, происходило ли что-то странное до или после смерти родителей?

– Нет, – сглатываю липкое чувство тревоги, – до аварии я была глупой дурочкой, все время летала в облаках, а после тонула в чёрной бездне своей боли, вообще ничего в то время не помню, а почему ты спросил?

– Стоило немного копнуть глубже и выяснились интересные подробности, – уверенно говорит, продолжая спокойно себе уплетать свой завтрак.

И как только у него это получается? Я разве что на стол ещё не залезла от нетерпения, а он все тянет, медленно прожёвывая каждый кусочек. Дразнит меня? Злит?

– Какие подробности, Али? – Не выдерживаю, чем вызываю у него смешок. Вот ведь противный! – Ну же, говори, я сейчас лопну!

– Терпение, крошка, – с довольной ухмылкой, отпивает свой чай.

Видно, специально медлит в наказание за мои психи. Ладно, Настя, держи себя в руках, скоро все закончится.

– В общем, – наконец продолжает, обмокнув салфеткой губы, – изначально расследованием дела занимался некий следователь по имени Дмитрий Чернов, судя по найденной информации, он человек честный и трудолюбивый, работал усердно, а потом вдруг перевёлся в другой город, тоже по никому неизвестной причине, а на его место пришёл молодой и не очень опытный следователь Некрасов Александр…

– Да, точно! Его я помню, Некрасова, в смысле, – киваю, радуясь хоть крупице всплывшей в памяти информации, – он как раз и сообщил мне итог расследования, сказал виноват сам папа, тот якобы не справился с управлением будучи нетрезв. Я тогда ещё удивилась, ведь отец совсем редко пил и уж тем более никогда не садился в таком состоянии за руль.

– Кемаль, то есть мой брат, – уточняет для меня, я в ответ согласно киваю, – по моей просьбе нашёл того первого следователя и, уж не знаю как, но уговорил прилететь сюда. Сейчас он в Стамбуле, ждет встречи с нами.

– Серьёзно?! А что он может знать о том деле, если он тогда перевёлся? – Глупо переспрашиваю, не совсем понимая ход мысли Али.

– Почему его перевели, например? Или кто в этом замешан? Потому что это странно, бросать свое дело и уезжать, а еще странно то, что с другим следователем дело обернулось совсем иначе, это тоже удалось накопать. Подробности надеюсь от него узнать.

– А, точно. А ты думаешь он признается в чем-то? – Никак не унимаюсь, все же ситуация не внушает доверия, – если и есть что-то, то его наверняка очень хорошо запугали, он ничего не скажет. Точно тебе говорю.

– Это мы ещё посмотрим, – Али допивает свой чай и бросает взгляд на наручные часы, – давай заканчивать с завтраком, у нас как раз скоро с ним встреча, вот и узнаем…

– Да ладно? Прямо сейчас что ли?

– А ты когда хотела? В следующей жизни? – Поднимается из-за стола, – там Айлин для тебя кучу шмоток купила, в гостиной лежат, давай живее переодевайся в приличную одежду и пошли!

Он выходит, а я опрокидываюсь на спинку стула. Шок от услышанного не даёт мне мыслить здраво. Всё эти года я жила во лжи? Хоть и старалась не верить в виновность отца, но все равно, в отчаянные моменты, нет-нет, да винила его в той аварии, ведь будь он жив, я не попала бы в лапы к тому монстру. Прости папа, я была такая дура…

Оказалось, паутина лжи, в которую я как наивная муха попалась, довольно большая и прочная. Только вот если же авария кем-то подстроена, то кем? Не помню, чтобы у отца были враги, он всегда решал конфликты мирно. Странно это все, ну да ладно, проверить все же стоит.

Через полчаса мы уже были на полпути к месту встречи.

Айлин, хвала небесам, подобрала для меня и несколько комплектов нижнего белья (практически приличные, ага) и сорочек для сна и одежду для улицы, я правда не успела разобрать все пакеты, но большая часть мне понравилась. Надо будет ее как-нибудь отблагодарить, подумаю об этом на досуге. Тонкий сарафан со струящийся юбкой чуть выше колена и рукавами «фонариками», помогал комфортно переносить лучи палящего солнца за стеклом авто, и я наконец-то перестала чувствовать себя взмыленной мышью. Супер.

Видно, к этому климату еще нужно привыкнуть. Али, как обычно, чувствовал себя расслаблено и я не могла не завидовать ему.

Машина зарулила на парковку возле небольшого здания, судя по вывеске и нескольким звездочкам, то к неброскому пятизвёздочному отелю. Все время в дороге мы провели молча, каждый в своих мыслях. Я никак не могла поверить в услышанное, а Али, скорее всего, дал мне время все обдумать и переварить. Теперь же пришло время коснуться прошлого, и я начала сильно волноваться. Даже руки предательски заходили ходуном, выдавая мою нервозность.

– Все хорошо, я рядом, – берет меня за руку, крепко сжимая ладонь и ведет следом за собой.

В его руках я немного расслабляюсь. Не знаю, но за такой короткий срок я уже привыкла к нему и его поддержке, смогу ли в случае чего справиться сама? И самое главное – хочу ли? Нет, наверное, нет, не хочу больше отталкивать его и убегать, разве я не имею права на счастье? Хотя бы на его малюсенький кусочек? Конечно, имею. Правда сперва мне нужно избавиться от ненавистного брака и от мерзкого мужа, который просто так не сдастся, я точно знаю. Он вообще не любит проигрывать, а в данный момент он как раз на стороне проигравшего. Не верю, будто он не в силах найти меня или не захотел, наверняка задумал что-то!

Мои мысли прерывает звук открытой двери.

– Добрый день, – невысокий, светловолосый мужчина среднего возраста, уверено смотрел из-за приоткрытой двери, – вы…

– Мы от Кемаля, – коротко отвечает Али и мужчина сразу же отходит в сторону, пропуская нас в свой номер.

– Здравствуйте, я Настя, дочка…

– Да, Анастасия, я знаю вас, мы с вами встречались несколько раз, вы не помните?

– Я и себя в то время не помню, – смущенно улыбаюсь.

– Представляю, – он отвечает снисходительной улыбкой, – тогда может начнем разговор? Не поймите меня неправильно, но хочется поскорее вернуться домой, к своей семье.

– Да, конечно, – Али кивает на небольшой столик в маленькой гостиной номера, – давайте присядем?

Мы с мужчиной послушно устраиваемся за столом. Некоторое время молча переглядываемся между собой, не решаясь начать. Как всегда первым вступает Али, спасибо ему за это.

– Не будем ходить вокруг да около, перейдем сразу к делу, – Али говорил строго и уверенно, мечтаю создавать хотя бы видимость подобной уверенности, – мой частный детектив нашел кое-какую информацию относительно того дела с аварией родителей девушки, – следователь понимающе кивнул, я же старалась не выдать своего удивления. Частный детектив, серьезно? – Почему вы тогда перевелись, бросив дело? И почему в своем расследовании вы считали это умышленным преступлением, а после вашего ухода его сделали несчастным случаем? – Али опрокидывается на стол, подвигаясь ближе к мужчине напротив, – обещаю, никто не узнает о нашем разговоре, вам нечего бояться.

– Я уже ничего не боюсь, – он натянуто улыбается, – все эти годы ругал себя за слабину, которую тогда дал, испугался за семью, сами понимаете, если начнешь противиться, то найдут рычаги давления, – вздыхает, – мне тогда никто толком ничего не объяснил, начальство просто уведомило о переводе, конечно, я предполагал с чем это связано, но противиться не стал, – он замолчал, было видно, что состояние спокойствия дается ему нелегко, он волнуется и переживает, – поэтому сейчас я и согласился на разговор, даже если вы ничего не найдете, не докажете, хотя бы сниму со своих плеч эту тяжесть.

– Спасибо, – искренне проникаюсь чувствами этого мужчины, мне жаль его, правда, даже не могу представить, каково это столько лет жить с чувством вины из-за невыполненного долга, – расскажите нам все, что знаете.

– Хорошо, – весь подбирается, вытягивается, – помню, что мне тогда удалось найти свидетеля, который работал на стройке вашего отца, – внимательно смотрит мне в глаза, – с его слов, он видел мужчину, который в день аварии кружился вокруг машины и даже якобы вылазил из-под нее, он давал свои показания, но после моего перевода поменял их, отказался от своих слов, – на вздохе пожимает плечами, – еще тогда выяснилось, что перед аварией у вашего отца был открытый конфликт с конкурентом, тот вроде долго хотел выкупить бизнес, но каждый раз получал отказ.

– Что за конкурент? Его имя? – Врывается в разговор Али.

– Прохоров… – на секунду задумывается, – да, точно, Прохоров Николай, и знаете, что еще? Свидетель опознал того мужчину, которого видел в день аварии, он оказался работником Прохорова, вот…

– И я так понимаю, после этого вас сразу переревели? – Допытывается Али, мужчина в ответ быстро кивает.

– Не понимаю… – от шока не могу сидеть, встаю и начинаю расхаживать по комнате, – отец никогда не говорил дома про предложение о покупке его бизнеса, он наоборот, собирался выдать меня замуж за сына какого-то партнера, чтобы укрепить и спасти свое дело… – ну все, я сказала это, перевернула все грязное белье своего прошлого, назад дороги нет.

Али ничего не ответил и никак не отреагировал, следователь понимающе кивнул, видно такие подробности он тоже знал.

– О, еще кое-что, – следователь порылся в карманах и достал телефон, – как знал, что пригодится однажды, – некоторое время листает в телефоне, а потом протягивает его мне, – сохранил в своих вещал фото того мужчины, которого опознал свидетель, вот он, может вам знаком?

Заглядываю в телефон и от удивления, наверное, даже челюсть моя на пол падает. Чтобы не упасть следом за ней, возвращаюсь обратно на свой стул.

– Это же личный водитель моего мужа!