Текст книги "Зерно магии (СИ)"

Автор книги: Агаша Колч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

Элия, практически не сводя глаз с сотворенного ею артефакта поиска и почти не глядя под ноги, торопливо шла по горной тропе. За ней, едва поспевая, безропотно шагал Арпак, ведя в поводу такого же флегматичного, как и он сам, осла, груженого необходимой в пути поклажей.

Результаты полугода обучения драк Тец решил проверить серьёзной практикой. На небольшом листе, оставленном наставником своей ученице, было всего несколько слов: «Следуй за поисковым артефактом».

Так как никаких амулетов или талисманов к письму не прилагалось, Элия решила, что требуемое необходимо создать самой. Но прежде чем погрузиться в составление конструкта, баронесса предупредила отца, что вынуждена будет на какое-то время покинуть замок.

– Сейчас же прикажу капитану отобрать лучших вояк для охраны, а ключник пусть соберёт… Ты на сколько дней уезжаешь?

Чейз Салид, пытаясь скрыть подступившее волнение, невольно сжимал кулаки. Будь его воля – запер бы дочь в Замке и не позволил шагу за ворота сделать, но, заранее предупреждённый наставником дочери о предстоящем походе, вынужден был согласиться. И вот чтобы хоть как-то облегчить и обезопасить необходимую вылазку, барон привлёк стражу в сопровождение и слуг для сборов.

– Лорд отец, – взмолилась Элия. – Прошу вас, не собирайте толпу. Все эти люди будут отвлекать меня от задания. Чтобы начертать правильную рунную схему, нужна глубокая сосредоточенность.

– Так как же тогда? Одну я тебя не отпущу!

– Я барона Арпака попрошу меня сопровождать. Проверено, что с ним очень удобно путешествовать.

Чейз Салид смотрел на свою ставшую такой самостоятельной дочь, и у него сжималось сердце. Был это не страх потерять магиню рода, а тревога за благополучие его девочки.

– Хорошо, дочь. Делай как знаешь, – ворчливо согласился барон и повернулся к Элии спиной, чтобы девушка не заметила слёз, вдруг предательски выступивших на глазах.

– Мы должны найти что-то конкретное? – спросил Арпак, с любопытством рассматривая дощечку, изукрашенную замысловатыми рунами, поверх которой булавкой был пришпилен сухой лист, острым краем показывающий направление, куда им предстояло идти.

– Не знаю, дорогой друг. Пойдем, найдём, поймём, что делать, – несколько легкомысленно ответила начинающая волшебница и споро пошагала по подсохшей тропе.

Зима в этом году была снежная. Щедрый покров не только надёжно прикрыл озимые ячменя, не дав морозам и ветрам выстудить будущий урожай, но и, как часто бывает, отрезал обитателей замка от остального мира.

Вот только Элии и Арпаку скучать было некогда. Баронесса не только сама старательно постигала таинство рунной магии, но ещё ежедневно занималась с окончательно выздоровевшим бароном Грэйским, обучая его читать, считать и писать. К активному окультуриванию жениха внучки подключилась и чейза Далия, взяв на себя уроки этикета и танцев.

Бедняга Арпак не просто стоически сносил всё свалившееся на него обучение, но и старался изо всех сил.

– Я же понимаю, что среди высокородных как тот дуб неотёсанный, – поделился он однажды за обедом, когда неловким движением едва не скинул со стола кубок с водой. – Но я день и ночь готов учиться, чтобы у прекрасной Адеи не было повода стыдиться меня.

Слушать утешения о том, что некоторые горные бароны на званых обедах губы и руки скатертью вытирают, Арпак не желал. Книги по этикету, что были в замковой библиотеке, едва ли не наизусть выучил и старательно следовал всем гласным и негласным правилам, описанным в них.

Но какой бы мощной ни была мотивация для учёбы, отдыхать тоже нужно. Оттого и согласился он сопровождать леди Элию в этот непонятный поход.

Путешествуя по весенним горам, Арпак, проживший всю жизнь в долине, не уставал восхищаться изумрудными альпийскими лугами, невероятной яркости куртинами высокогорных цветов, кустарниками, прилепившимися к скалам – каждая веточка была усыпана ароматными лепестками. Барон впитывал в себя эту красоту с благодарностью к драку Тецу, что сумел исцелить его мозг от тумана, мешавшего воспринимать окружающий мир так ясно и чётко.

На третье утро похода, выпутавшись из тёплого пледа, Элия даже без артефакта почувствовала, что предмет поиска близок. Она так была поглощена своим занятием, что не разделяла восхищений друга, глазеющего по сторонам. Девушка чувствовала, что медлить нельзя. Пообещав не уходить далеко, она пошла посмотреть, куда же её так тянет.

До завала, что перегораживал узкий каньон, и в который упиралась тропа, они вчера не дошли немногим меньше мили. Большой утёс, свалившийся с одной из скал, так плотно перекрыл проход, словно всегда тут и стоял. Ни щёлочки, ни разрыва, через который можно было бы заглянуть вглубь ущелья и понять, зачем ей туда надо идти.

– Может быть, подняться на скалу и сверху посмотреть, что там внизу происходит? – из-за спины раздался голос Арпака, который успел не только свернуть лагерь, упаковать и загрузить на ослика их вещи, но и догнать подругу, не сумевшую усидеть на месте. – Вон там камни как ступени расположены. Давай я слазаю.

Как бы ни хотелось Элии самой броситься на приступ скалы, но матушкино воспитание работало безупречно.

– Запомни, дочь, – говорила чейза Далия. – Что бы ни случилось, женщина в присутствии мужчины всегда показывает свою слабость: не открывает дверь, не несёт багаж, не лезет на дерево, чтобы сорвать яблоко. Позволь им быть героями, проявляя себя рядом с тобой, кем бы они тебе ни приходились: отцом, братом или другом.

Оттого-то и стояла баронесса, задрав голову и нервно теребя пушистое ухо флегматичного ослика, глядя, как Арпак поднимается всё выше и выше, но пока не сообщает ничего нового.

Через час барон вернулся. Был он чрезвычайно хмур и недоволен увиденным.

– Внизу люди. Их обвал в ловушку поймал. С той стороны выхода из ущелья нет. Скалы внутри словно полированные – по ним не выбраться. Даже если сбросить им верёвки, мы вдвоём не сможем их поднять. Сами же они, кажется, очень ослабли. Я, пока спускался, подумал: что, если я налегке в Замок побегу и помощь приведу? Хотя… как я тебя здесь одну оставлю? Хоть разорвись!

Последняя фраза друга натолкнула волшебницу на мысль придумать конструкт, который мог бы разорвать камень и освободить пленников.

Дело осталось за малым: рассчитать и прописать рунную схему с желаемым результатом. И Элия с головой погрузилась в работу – да так глубоко, что не видела и не слышала происходящего кругом.

Не с первого и даже не с третьего раза из разрозненных рун сложилась нужная схема. Каждая была опробована на первом попавшемся камне, и уже несколько таких булыжников с начертанными на них не оправдавшими ожидания схемами валялось у ног начинающей магини. Нужный результат был получен, когда солнце спряталось за вершины гор.

Разогнув гудящую от напряжения спину и щуря уставшие глаза, Элия осмотрелась вокруг и ахнула:

– Арпак, что это?

Глава 5

Понятное дело, что чейз Салид даже и не подумал оставлять путешествие дочери без силовой поддержки. Пятнадцать лучших воинов отобрал капитан стражи для скрытного сопровождения баронессы. Отряд шёл по пятам Элии и Арпака с отставанием на полтора-два часа, а чтобы даже случайно солдаты не могли потерять следы путников, барон Грэйский, посвящённый в заговор, время от времени по ходу следования оставлял метки.

Найдя неизвестных людей, попавших в горную ловушку, и убедившись в том, что Элию ничего, кроме её работы, не интересует, Арпак отошёл от лагеря, поднялся на возвышение и дал отряду знак поторопиться.

Свой лагерь охрана разбила в отдалении от того места, где работала магиня, чтобы ни случайным звуком, ни непривычным запахом, ни чем-либо иным не привлечь к себе внимания. Но это не значило, что командир стражи оставил без внимания рассказ о несчастных.

Несколько самых расторопных солдат, собрав все верёвки, имеющиеся в отряде, поднялись на скалу и даже спустили к незнакомцам одного ловкого егеря, чтобы разобраться с происходящим.

Когда вернулись, ошарашили командира сообщением:

– Внизу умирает от голода третий принц королевства Тимован со своим отрядом. Они там почти двадцать дней. Припасы все, как ни растягивали, подъели. Живность, которая была в том загоне, и мало-мальски пригодные растения тоже съели. Её милость баронесса Элия очень вовремя их нашла. Вы, командир, знаете, что бывает в тех страшных случаях, когда люди от голода с ума сходят.

Знал, конечно, знал. Баронские замки, выдержавшие длительную осаду, в которых доводилось побывать капралу, тому свидетельство. Варёные крысы – не самое жуткое, что пришлось увидеть освободителям.

Немедленно несколько человек было отправлено на охоту.

– Парни, постарайтесь подстрелить птицу. Гусей там или уток. Но если не получится, то и баран сойдет.

Все знали, что после длительной голодовки каша – верная смерть. Значит, спускать несчастным будут котёл жиденького бульона. Ровно столько, чтобы хватило по кружке на человека. Через час-полтора отправят следующую порцию. А потом, может быть, суп с зеленью, которой сейчас в горах много, и вываренными волокнами мяса. По словам егеря, беседовавшего с пленниками гор, люди осознают реальность и смогут удержаться от бойни за лишнюю порцию мясного отвара.

Организовав готовку и передачу еды голодающим, капрал задумался о том, как будет переправлять ослабевших людей в Замок. В том, что баронесса Элия своими умениями сможет разрушить завал, старый солдат не сомневался ни секунды.

Поначалу обитатели замка Лесстион втихомолку посмеивались над непонятными рисунками, что изображала юная баронесса на разных поверхностях. Но, присмотревшись и сопоставив факты, почесали затылки, поморщили лбы, отвесили несколько подзатыльников тем, кто так и не понял пользы закорючек, и возблагодарили Небесного Наставника за подобное умение их высокородной госпожи.

Первыми рунные конструкты оценили стражники. По приказу чейзиты Элии были сшиты очень простые накидки едва ли не из мешковины, на которых девушка начертала непонятную вязь. Приказ капитана надевать это убожество, выходя на дежурство, проигнорировать не могли, но, поднимаясь на стену, ворчали меж собой о том, что исполнять капризы глупых девчонок это не по-мужски.

Случилось так, что в ту ночь налетел с гор сырой морозный шквал. Покрыв все стены, переходы, лестницы и брусчатку двора ледяной коркой и превратив баронский замок во дворец сказочной Студёной царицы, стихия умчалась дальше. Вот только служба есть служба, и никакая сила, кроме смерти, не может оправдать стража, покинувшего пост. Замёрз? Прыгай, бегай, охлопывай себя, чтобы согреться, но со стены ни на шаг. Скорее всего, такую речь готовил капитан, отправляясь проверять посты, в полной уверенности, что, спасаясь от обморожения, все его солдаты кучкуются если не на кухне у тёплой плиты, то в самой закрытой нише, запалив там небольшой костерок. Шёл и придумывал адекватное наказание, потому что понимал – выстоять в такой природный удар практически невозможно. Сам едва-едва удерживал челюсти, чтобы не начали дробь выбивать.

Но все стражники стояли на своих местах. Притопывали, носами шмыгали, но были вполне себе бодры. И каждый, как один, благодарил высокородную чейзиту Элию, придумавшую накидки, что сохраняли тепло и не пропускали влагу и ветер. Все понимали, что это не ткань такая волшебная, а закорючка, начертанная умелой рукой баронессы.

Следующими ярыми почитателями магических умений юной госпожи стали конюхи и скотники. Полчища крыс, с которыми не справлялись прикормленные ежи, ручные горностаи и специально завезённые в замок коты, вконец обнаглели. Умные твари сами нападали на четырёхлапую охрану, оберегая свои гнёзда с лысыми слепыми детёнышами и копали такие ходы и норы, что даже самый дерзкий горностай не рисковал лезть в те катакомбы.

Чейзита Элия заказала у плотника несколько десятков дощечек разной величины, просидела над ними, выводя рунные конструкты, разработанные под присмотром наставника, дней пять, испачкав свои тонкие пальчики в несмываемой краске. Зато развешанные по хлевам, конюшням, складам и кухням артефакты заставили неистребимых грызунов покинуть замок в одну ночь. Конечно, хищные птицы, горные лисы, шакалы, волки и барсы не смогли уничтожить сразу всё поголовье невольных переселенцев, но попировали знатно.

Много разных полезных схем, облегчающих жизнь обитателям замка, придумала за зиму начинающая магиня, но сегодня, когда от её умения зависела жизнь людей, конструкт, как назло, не складывался. Варианты следовали один за другим, камни, на которых испытывались схемы, отбрасывались и брались новые.

К вечеру у Элии, несмотря на усталость, количество переросло в качество, и руны сложились в требуемую схему. Камень, на котором она была выведена, распался не на несколько больших кусков, на которые потом дополнительно пришлось бы тратить силу, разбивая их в щебень, а опал ровными многогранниками.

Обрадовавшись результату, Элия встала с места, на котором провела весь день, не прерываясь на еду и прочие потребности, и ахнула, увидев знакомых стражников.

– Арпак, что это?

Пришлось заговорщикам признаваться, что выполняли прямой приказ барона, которому не имели право противиться, и о чем не жалеют. Заодно рассказали о начале спасательной операции и о том, кто попал в ловушку.

– Что, самый настоящий принц? – забыв об усталости, принялась расспрашивать баронесса. – И как он выглядит?

Девушки – они такие девушки, даже если они магини, легко справляющиеся с полчищами крыс, спасающие от природных катаклизмов обитателей замка и одним начертанным конструктом разрушающие многотонные утёсы. Невозможно меньше чем за год выветрить из головки, впитавшей несколько десятков любовных сочинений, романтику образа принца или молодого неженатого короля.

– Плохо он выглядит, высокородная госпожа, – вздохнул капрал. – Несладко им пришлось в той ловушке. Удивительно, что облик человеческий не потеряли.

Но, кажется, Элия этого не слышала. Она томно вздохнула и побежала за дальний валун исполнять требования несносного организма.

– Потом ещё плотно поесть надо, чтобы утром сил хватило конструкт наполнить, – на ходу напомнила она себе. И вновь мечтательно улыбнулась: – Ну надо же… Принц в наших горах.

Глава 6

Некоторое время после обвала Релав не чувствовал беспокойства. Мало ли что бывает в горах. Главное, никто не пострадал, да и свидетели происшествия есть – проводник с двумя помощниками, приведшие отряд на место удобной стоянки, отошли к коням, сейчас оставшимся за завалом, чтобы обиходить животных и принести необходимые для ночёвки вещи: одеяла, спальные мешки и тёплые плащи. Значит, они смогут позвать помощь.

Продуктов, которые захватили с собой к месту отдыха, с лихвой хватит на ужин и завтрак, воды – пей сколько хочешь, даже есть маленькое озерцо, в которое стекал бьющий из скалы родник. Подумав о продуктах, принц распорядился урезать норму выдачи и растянуть имеющиеся запасы на пять дней. Через три дня, когда стало понятно, что спасать их никто не собирается, было принято решение остатки продуктов растянуть на неделю.

Тогда-то и пошли солдаты на плотное прочёсывание небольшого участка, в котором их заперла природа. Поймали двух кроликов, но убивать не стали, а, привязав за лапки, оставили в качестве пищевого запаса. Нашли несколько гнёзд. Во всех птенцы уже вылупились, и птички-хлопотуньи бесконечное количество раз в день прилетали покормить прожорливых отпрысков.

– Нас бы кто так кормил, – наблюдая за птичками, с тяжёлым вздохом посетовал граф Сималь – лучший друг Релава, компаньон во всех полезных и не очень делах с самого детства, а также советник, собутыльник и попутчик во всех путешествиях.

– Давай вернёмся в реальность, – отвёл взгляд от идеалистической картинки принц, прекрасно зная, что жить птицам осталось дня два.

Так распределили питание. На одну похлёбку два корня камыша, обитатели одного гнезда и мелко порубленный солдатский ремень. Но как же это катастрофически мало на группу из двадцати мужчин! Хорошо, что пока солдаты его слушаются, но что будет через пять дней, когда закончится абсолютно вся еда? Даже думать о таком страшно.

– Уверен, что помощи нам ждать не стоит? – спросил граф.

– Уверен. Чем больше думаю о нашей ситуации, тем сильнее крепнет убеждённость в том, что несчастье наше не случайность, а хорошо продуманная операция. Вот только не могу понять, кому нужна наша гибель и как удалось сдвинуть камень так вовремя, запирая нас в ущелье? – глядя в бездонное небо, спросил принц.

В последние дни большую часть времени, экономя силы, люди или лежали или сидели, привалившись к отвесным стенам своей ловушки. Умирать никому не хотелось, тем более так глупо и страшно. Но о выборе своём – жениться или отправиться исследовать Обережный хребет – Релав не жалел. А ещё жила в нём непоколебимая уверенность, что ничего ещё не кончено. Может быть, именно это заставляло его каждое утро умываться, тщательно вычёсывать грязные, много дней немытые волосы, стягивая их в тугой хвост, и хоть как-то приводить одежду в порядок.

Когда на краю нависающей над ними скалы появился человек, многим подумалось, что это галлюцинация. Но тёмный силуэт, стоявший против солнца, был реальностью. Мужчина им помахал и крикнул, опасно свесившись с утёса:

– Потерпите! Мы вам обязательно поможем!

– Какой странный выговор, – пробормотал Сималь. – Вроде и по-тимовански говорит, а не совсем понятно.

– Кажется, на нас кто-то из местных жителей наткнулся. Мы же уже на территории Соларимского полуострова, – предположил Релав.

От голода и бессилия даже мысли шевелиться не хотели, но ему нельзя выказывать своё уныние, оттого приходится поддерживать разговор, отвечать на вопросы, даже приказы какие-то отдавать.

Второй человек, судя по солнцу, появился часа через два после первого. Его спустили на верёвках, и он, едва встав на ноги, сказал:

– Ну и духан у вас здесь, мужики!

Да, воздух в западне был тяжёлый. Хоть и выделили в первый же день попадания в каменный мешок место для справления нужды, но на таком небольшом участке помогло это мало.

– Ты кто? – с трудом поднявшись, спросил гостя Сималь.

– Я, досточтимый, егерь на службе барона дю Лесстиона. Зовут меня Козя, – с поклоном представился служивый, опознав в собеседнике высокородного. – Отправлен господином капралом к вам на разведку. Но и так вижу, что совсем плохо. Только вы не журитесь, мы вас сегодня-завтра обязательно вытащим. Там леди Элия что-то маракует. Она чейзита головастая, обязательно придумает, как вас спасти. А капрал парней на охоту отправил. Они ща гусей-уток настреляют, и мы вам сюда отвара мясного в котле спустим. Только того… – егерь почесал бровь, – вы аккуратнее с едой. Проследите, чтобы не больше, чем по полкружки на брата поначалу. И то маленькими реденькими глоточками пейте. Потом ещё спустим. Не думайте, мы вас не бросим. Обязательно вытащим.

И пошел к свисающей верёвке.

– А нас так выволочь можно? – с затаённой надеждой спросил кто-то из солдат, сопровождавших принца.

– Простите, парни, но не получится. Там наверху уступ козырьком так нависает, что напрямую его не обойти. Я на пальцах протаскиваю себя, и то с трудом. А вы ослабевшие. Потерпите. Обязательно найдём способ вытянуть вас из этой… – Козя хотел было назвать ситуацию конкретным словом, но, вспомнив о присутствии высокородного, только хмыкнул. И вдруг сообразил, что главного не спросил: – Вот голова дырявая! Забыл спросить: чьи вы будете? Мне же доложить надо.

– Доложи, что третий принц Релав королевства Тимован с отрядом. Обследовали Обережный хребет на предмет прохождения, и вот… – Сималь обвёл рукой участок, который мог стать нечаянной могилой для них всех, если бы не счастливая случайность.

– Доложу, досточтимый! Обязательно доложу, – ещё раз поклонился Козя и с ловкостью проворной белки стал взбираться по верёвке, упираясь ногами в гладкую поверхность скалы.

Все с надеждой смотрели ему вслед, боясь обмануться в своих ожиданиях.

– Ваше Высочество, – обратился один из солдат к Релаву, – как вы думаете, спасут нас?

– Теперь-то наверняка, – пообещал принц и опустился на землю.

Но испытания ещё не закончились.

Несмотря на то, что отряд слышал совет егеря о том, что стоит быть осторожными с отваром, вняли этому далеко не все. Нет, никто не дрался за лишние капли бульона, но удержаться и выхлебать свою порцию в два глотка смогли немногие. А через полчаса со стонами сидели в поганом углу, проклиная собственную несдержанность.

До ночи их кормили ещё три раза. Понемногу, но часто. Спустили одеяла и тёплые плащи. Людей уже не трясло от голода и холода и, главное, от ужаса при мысли о жуткой смерти. Это в бою погибать не страшно. Там ты герой и умер за правое дело. А в западне, словно в волчьей яме, в грызне за кроху еды, в безумии, доводящем до людоедства, – вот это страшно.

Утром после завтрака спустившийся к ним Козя объяснил, что вот-вот будут вскрывать проход. Как дело пойдёт, точно никто сказать не может.

– Вам бы подальше отойти. Укрыться здесь, ясное дело, негде, но вы уж постарайтесь, ребятушки. Уж больно не хочется, чтобы кто-то пострадал, а то леди Элия расстроится.

Сказал – и был таков.

– Вот же шустрила! – ругнулся Сималь. – Одного понять не могу: они проход взрывать собрались, что ли? Так нас тут взрывной волной по скалам размажет тонким слоем, а кого не размажет, так осколками посечёт.

Принц же только плечами пожал. Сидя здесь, они никак не могли повлиять на происходящее снаружи.

– Мне больше интересно, что у них там за леди командует, – усмехнулся Релав.

– Вот сейчас я узнаю своего друга! Стоило слегка подкрепиться, и первая мысль о баб… Ох, ты! О леди, – засмеялся граф.

Несмотря на то, что сидели они в вонючей тесной ловушке, были немыты и не вполне восстановились после голода, вера в то, что освобождение близко, возвращала их к жизни.