Текст книги "Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына! (СИ)"

Автор книги: Адриана Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 50

Бьёрн

Меня раздирают противоречивые чувства.

С одной стороны, я в ярости из-за того, что Ева все это время была рядом и водила меня за нос. Пряталась дьявол пойми, где, скрываясь от меня и моих людей, рисковала жизнью моего сына, выдавала себя за другого человека.

И, в тоже время…

В тоже время, я чувствую необъяснимую грусть и сожаление.

Вспоминая тот ужасный момент, когда я буквально вырвал ее из лап гайденмаркских отродий, меня снова накрывает гнев. Я не могу даже представить, через что она прошла. А сразу после того, как я пообещал ей защиту, на нее посмел покуситься Норд – человек, которому я доверял.

И на все это она пошла только ради того, чтобы остаться с ребенком. Ну, не глупо ли?

Впрочем, вспоминая наш недавний разговор на ярмарке, я, кажется, начинаю понимать, что для нее это значило довольно многое.

Наверно, поэтому, подхватив ее, падающую с крыши и даже в такой момент отчаянно пытающуюся защитить сына, я обуздал рвущиеся наружу эмоции. Не смотря на то, что мне было трудно это принять, я принял решение доверить ей сына. Конечно, маг, который помогает ей, едва держится на ногах, так что его вряд ли можно назвать серьезной помощью. Но именно поэтому я и должен разобраться с противниками как можно быстрее.

Чтобы защитить Еву и сына.

Только сейчас ко мне приходит понимание, что у него есть имя. Моего сына теперь зовут Ульфрид. Она дала ему это имя в тот момент, когда я расспрашивал ее о прошлом. И от этого воспоминания, становится неожиданно спокойно и приятно.

Хоть где-то в глубине и отзывается мимолетная тоска, – все-таки, я надеялся выбрать имя сыну самостоятельно – но я не мог не признать, что имя Ульфрид ему действительно подходит.

В тот момент я сказал чистую правду. Оно идеально подходит для сильного и мужественного воина. А я чувствую, что он станет именно таким.

За это воспоминание тут же цепляются остальные, и мне становится понятно, что даже находясь под чужой личиной, Ева ничего не придумывала и не лгала. Она отвечала, как есть, выкладывая передо мной всю свою жизнь.

И только наблюдая за этим со стороны, я стал иначе воспринимать то, над чем прежде даже не задумывался. Слишком уж сильно мне в голову отец вбил мысль о том, что лишние связи делают воина слабым.

Из-за этого, я всегда старался отгораживаться ото всех, из-за этого я даже ни разу толком не заговорил с Евой. Тогда как всего несколько проведенных рядом с ней дней, когда она открылась мне, пусть и под видом другого человека, а я взамен доверил ей свои самые сокровенные воспоминания, оставили внутри меня неизгладимый след.

Разве это возможно?

Даже удивительно… мы с Евой прожили под одной крышей почти год. Но каких-то жалких полторы недели в заставе сделали нас куда ближе.

Чем дольше я думаю об этом, тем больше я чувствую одолевающее меня смятение.

Возможно, моя мать не так уж сильно была не права…

Впрочем, захваченный противником город – не самое подходящее для размышлений место.

Наверно, из-за перемешавшихся внутри чувств, мое внимание притупляется и я пропускаю нападение.

Откуда-то на меня наваливается гигантская тень. По ушам бьет оглушительный рев, меня обдает пугающая своим безумием неконтролируемая ярость. Мощные когти вонзаются мне в грудь, вспарывая бронированную кожу.

Проклятье, откуда здесь взялся еще один дракон?!

Массивное тело придавливает меня сверху и мы вместе летим на землю, сминая телами попавшиеся на пути дома и стены.

Уже на земле отталкиваю от себя противника, заливая его пламенем, и только тогда в глаза бросается, что это… не дракон.

Это…

Дьявол побери, что это за существо?!

Вне всяких сомнений, оно выглядит как дракон, но при этом является чем-то иным. Чем-то невероятным и неправильным. Такое существо попросту не должно существовать в нашем мире.

И тем не менее, в нем чувствуется драконий след. Не знаю, как такое возможно, но это существо каким-то невероятным образом связано с драконами. Вполне возможно, они его создали.

Хоть я не понимаю, зачем они сотворили подобное чудовище, я отчетливо понимаю, что должен с ним покончить!

Собираю все свои силы в кулак и кидаюсь на него, обрушивая на это проклятое существо весь свой магический арсенал. Все знания, полученные за всю мою жизнь. Все заклинания, которые опустошают меня и высасывают не только магическую энергию, но и жизненную.

Каждый мой удар не проходит бесследно. Существо бессильно падает, бьется в припадке, пытается подняться и снова атаковать, но оно просто не в состоянии этого сделать. Заклинания разрывают его плоть, отсекают крылья, рассеивают магию. Казалось бы, его поражение – лишь вопрос времени, вот только…

Вот только каким-то невероятным способом это существо регенерирует. Оно с легкостью восстанавливает потерянные части, заживляет раны и снова набрасывается на меня.

Я чувствую, будто меня выжали досуха – последние заклинания выходят уже слабыми и даже наносят ему не такой сильный урон как раньше. Однако, это существо упорно продолжает регенерировать, будто впитывая в себя каждый мой следующий удар.

Да как такое только возможно?!

А самое главное, как мне покончить с этим существом, если его ничего не берет?!

Последнее мое заклинание так и вовсе бессильно скатывается по его тело, а само это существо врезается в меня, отбрасывая дело в сторону. Врезавшись в колокольню, которая тут же обвалилась на меня, придавив своим весом, я чувствую насколько сильно вымотан. Потратив все свои запасы сил, я даже не приблизился к тому, чтобы одолеть этого монстра.

У меня даже появилась пугающая мысль – а не бессмертное ли оно?

С другой стороны, это означало бы, что тогда опасность угрожает всем. Не только жителям Фростланда, но и Еве с Ульфридом. И, хоть я так до сих пор не разобрался в том, какие чувства к ним испытываю и как я обязан поступить, кое что я знаю наверняка.

Я найду способ уничтожить это существо. А потому не отступлю, даже если мое тело перестанет меня слушаться!

Глава 51

Вскакиваю на лапы, стряхивая с себя обломки башни и снова кидаюсь на противника. На этот раз рву его клыками, кромсаю когтями, но и это будто бы не дает никакого эффекта.

Даже несмотря на постоянно подпитывающую меня ярость и желание расправиться с этим монстром, я все равно ощущаю, насколько каждое мое следующее движение выходит слабее предыдущего!

Тогда как чудовище будто бы становится только сильнее. Если до этого его безумный гнев и жажда крови натурально обжигали не хуже самого яростного пламени, то сейчас они просто сводят с ума.

У меня даже нет уверенности, что это существо сохранило разум. Такое ощущение, что им движет одна-единственная цель. Уничтожить все живое, что встанет у него на пути.

В какой-то момент я поднимаюсь в воздух, схватив это чудовище с намерением как можно дальше унести его от города, но оно выдирается из моей хватки, располосовывает мой живот, и мы снова летим вместе на землю.

Удар выбивает из груди весь воздух, раны заходятся долгой будоражащей болью, мысли пытаются, а в голове будто звучит чужой голос.

Вздрагиваю, вслушиваясь в свои ощущения и понимаю, что у меня в голове действительно чей-то голос. Первая мысль, что, может, он принадлежит тому самому чудовищу, но нет…

Это кто-то третий.

“Если хочешь одолеть это существо, слушай меня! Это драконоборец, который испил проклятой крови бессмертного существа, а потом еще и крови убитых им же драконов. Так что я сейчас даже не знаю кого в нем больше – дракона или человека. В любом случае, справиться с ним привычными силами невозможно. Нам нужно каким-то образом засунуть ему в пасть это зелье…”

Какое еще, к дьяволу, зелье?!

Уворачиваюсь от очередной атаки драконоподобного монстра и только в этот момент замечаю на вершине одного из соседних зданий крошечный силуэт человека, который наблюдает за нами. Мужчина средних лет с волевым лицом и серебристыми волосами. Он ловит мой взгляд и вскидывает вверх руку с зажатой в ней склянкой.

“Я потратил кучу времени, чтобы создать эликсир, способный подавлять действие проклятой крови…” – снова раздается у меня в голове голос этого человека, – “...По сути, это единственный способ покончить с ней!”

Я не успеваю даже удивиться или как-то отреагировать на его слова, потому что сразу после этого происходит еще более поразительное явление.

Монстроподобная химера человека и дракона вдруг разворачивается к неизвестному серебряноволосому человеку. Будто услышав то, что он только что сказал мне.

После чего кидается к нему, разнося в пыль здание, на котором стоит этот самый человек.

Все происходит настолько стремительно, что когда я мчусь наперерез этому чудовищу, мой внезапный союзник уже исчезает в облаке пыли.

Лишь мелькает тусклый росчерк, на который я слишком поздно обращаю внимание.

Но когда все-таки за него цепляется глаз, то мне становится ясно, что это падает тело того самого серебряноволосого.

Неужели, монстр его достал?

Впрочем, человек все так же крепко сжимает в руках ту самую колбу, которую он назвал единственным способом покончить с этим чудовищем.

В другое время я бы рассмеялся ему в лицо и лично заковал бы в цепи за наглость и сумасбродство на грани с безумием.

Но сейчас, лично сразившись с этим существом, я уже был готов поверить во все что угодно.

А потому, я взметаюсь в отчаянной попытке подхватить неизвестного союзника, не дав разбиться ни ему, ни его зелью.

Но сделать это, когда тебя со всех сторон стискивают каменные дома, в которых могут быть люди, невероятно сложно.

Маневрируя, устремляюсь вверх и уже оттуда пикирую, схватив серебряноволосого у самой земли. Словно только и ожидая этого, на меня сверху опять набрасывается драконоподобное исчадие преисподней.

Чтобы сохранить жизнь человеку, мне приходится его выпустить. Хоть я и делаю это у самой земли, да еще так осторожно, насколько это возможно, он все равно тяжело падает и бесчувственно перекувырнувшись, врезается в фасад одного из зданий.

Впрочем, свою склянку из рук он так и не выпускает.

Хотя, не могу сказать, что это хорошая новость. Особенно учитывая, что мне до нее не добраться. И уж тем более не в драконьей форме…

Опрокинув меня, монстр пытается прорваться к потерявшему сознание человеку, но я, собрав остатки своих сил, снова кидаюсь на него, заставляя обратить внимание на себя.

Судя по тому, с каким остервенением это чудовище кидается на серебряноволосового, его зелье действительно представляет для него угрозу.

А, значит, я обязан защитить их обоих.

По крайней мере, до тех пор, пока мой союзник не придет в себя и не закинет свое зелье в пасть этому монстру.

“Эй, ты, серебряноволосый! Быстрее бери в себя в руки! Надолго меня не хватит!”

Как могу пытаюсь связаться с ним, но не уверен, что тот меня слышит. По крайней мере, я совершенно не представляю как он со мной говорил. Если это магия, то недоступная мне. Впрочем, и по внешнему виду этого человека нельзя сказать, что он из этих мест…

Сбиваю с ног чудовище и снова рву его на части, лишь бы тот не добрался до человека. Каждое мое движение дается уже с таким трудом, что я буквально заставляю свое тело двигаться, не обращая внимания на боль и усталость.

Зная, что появился крохотный шанс уничтожить этого монстра, у меня будто бы появляется дополнительный запас сил.

Впрочем, запас ничтожно маленький.

Если сейчас серебряноволосый не придет в себя… страшно подумать, что случится потом.

В пылу борьбы все-таки удается кинуть взгляд в его сторону.

Неожиданно к нему подбегает еще какой-то человек. Первая моя мысль, что это какой-то случайный человек с улицы, но потом я узнаю в нем молодого парня, который помог мне с гайденмаркцами. Получается, он кинулся следом за драокноборцем и оказался здесь?

Помнится, в пылу сражения он говорил, что хочет лично уничтожить его.

Но теперь он будто бы теряет весь интерес к драконоборцу и склоняется над серебряноволосым.

– Господин! – доносится до меня его отчаянный окрик, – Господин Ортега! Вы в порядке?

От неожиданности даже пропускаю удар разъяренного монстра.

Я знаю лишь одного Ортегу.

Кристиан Ортега – алхимик и чернокнижник, чье имя окутано завесой тайны и мрачных слухов. Вот только…

Кристиан Ортега – дракон. Тогда как этот серебряноволосый совершенно точно человек. Даже у того монстра, с которым я сражаюсь от дракона гораздо больше, нежели от моего неожиданного союзника.

Но, с другой стороны, он тоже говорил про зелье…

К дьяволу!

Не время думать о таких мелочах!

– Эй, ты! – реву я парню и он тут же вскидывает голову, встречаясь со мной взглядом, – У него в руке какое-то зелье! Его нужно затолкать в этого урода!

Надо отдать парню должное. Он моментально все понимает. Вытащив пузырек из рук серебряноволосого, он закидывает его в карман, а затем оттаскивает того, кого он назвал Ортегой чуть дальше, до ближайшего проулка.

Тем временем, монстр, будто снова почувствовав исходящую от неизвестного зелья опасность, с диким оглушающим ревом отталкивает меня от себя и мчится к парню.

Сцепив зубы, кидаюсь следом за ним, но совершенно точно не успеваю.

Впрочем, парень вовремя замечает мчащееся на него чудовище и, запрокинув в себя еще какой-то пузырек, со скоростью молнии бросается в сторону. В последний момент он уклоняется от разрушительного удара гигантского хвоста и исчезает за торцом соседнего здания.

В этот момент я снова набрасываюсь на противника. Перед глазами у меня уже все плывет, грудь разрывается от нехватки воздуха, а конечности сводит судорогой. Вдобавок, раны по всему телу доставляют просто неимоверную боль, а драконья регенерация практически иссякает. Ее хватает только на то, чтобы удерживать сознание на плаву.

Понимая, что это, возможно, последняя моя атака, я опрокидываю монстра и придавливаю его к брусчатке заклинанием Тяжести Титана. Сейчас тело противника будто бы резко прибавляет в весе, впечатывая само себя в землю. Это заклинание отлично подходит, чтобы обездвижить кого-то, как сейчас. Только вот сил оно расходует просто немеряно.

Я всем телом чувствую как оно вместе с последними крохами магической энергии высасывает сочащуюся из ран кровь, которая испаряется в воздухе.

Пусть!

Пусть забирает все, лишь бы не дать этому монстру одержать победу!

Впрочем, монстр, пусть и оказывается придавлен всей мощью заклинания, все-таки умудряется двигаться. Извернувшись, он даже вцепляется в мою лапу.

Отлично! То, что надо!

Продолжая реветь от боли и мучительного ощущения иссякающих сил, я хватаю его пасть и наваливаюсь на нее, чтобы раскрыть ее как можно шире.

– Эй ты, давай! Ты же хотел расправиться с этим выродком! Поторопись! – реву я, в надежде, что парень все поймет.

Не знаю как он, но монстр, похоже, понимает, что я задумал. Со всей своей необузданной силой, он стискивает челюсти, впиваясь зубами мне в пальцы

Проклятье!

Да откуда в тебе такая мощь?!

Тем временем, ловлю с краю здания резкую вспышку. Кошусь и вижу, как тот самый парень несется к нам. Не знаю что он сделал, но его скорость просто поражает. Его тело будто превращается в электрический разряд. Каждое его движение сопровождает белая вспышка, а его бег больше похож на стремительное перемещение. Вот он был в одной точке, а меньше чем через долю секунды, уже в другой.

Парень оббегает нас по широкой дуге и заходит за спину. Вскакивает с моего хвоста мне же на спину и несется по ней прямиком к голове.

Только вот монстр все сильнее стискивает челюсти, а заклинание уже начинает терять свою силу.

Глава 52

Да демоны тебя побери!

Почему именно в этот момент мне не хватает сил? Всего лишь жалкая капля и я смог бы осуществить задуманное. Но тело будто деревенеет, а монстр извивается все сильнее и сильнее, рискуя вот-вот меня сбросить окончательно.

И в тот самый момент, когда мне кажется, что он сейчас возьмет верх, у меня перед глазами опять предстает яркий образ.

Крошечного мальчугана с карими глазами, который бежит ко мне со всех ног.

Образ Ульфрида.

Но почему именно сейчас?

Он бежит, вытягивая вперед руку. Но, если в прошлый раз в похожем образе я чувствовал, будто бы он настойчиво звал меня с собой, то сейчас ощущения совершенно другие.

Будто бы он хочет поддержать меня.

И когда он оказывается достаточно близко, чтобы я схватил его крошечную ручку, происходит что-то странное. Будто бы часть сил возвращается ко мне. Правда, это настолько мимолетно и практически незаметно, что быть может, это вообще лишь обман моих чувств из-за потери крови.

Однако, в глубине себя, все-таки понимаю, что это не так.

Ульфрид как может старается поделиться со мной частичкой своей силы.

Да, делает он это неосознанно, поэтому ни о какой технике не может быть и речи – часть сил и вовсе уходит в пустоту – но даже того, что я успеваю получить, вполне достаточно.

Звук электрического разряда раздается у самой моей морды. Краем глаза замечаю, как парень добрался до моего плеча и прыгнул, снова исчезнув в белой вспышке.

Теперь, настала моя очередь выложиться по полной!

Взрвев, я вливаю полученную частичку сил от Ульфрида в слабеющее заклинание, чтобы снова прибавить к земле этого монстра. А затем, резко рву его пасть, раскрывая ее настолько, чтобы…

Очередная белая вспышка – и парень появляется прямо в воздухе, над раззявленной пастью чудовища. Запрокидывает склянку, которую он сжимал в руке, и швыряет ее прямо в глотку монстра.

– Это тебе за моего господина, тварь! – зло бросает он, а потом снова исчезает в белой вспышке за пару сантиметров от раскрытой пасти монстра.

Как только пузырек с зельем скрывается в глотке этого существа, я тут же отшвыриваю его от себя, настороженно наблюдая за тем, что будет происходить дальше.

Между тем, с монстром действительно происходят странные изменения. Мало того, что его всего трясет, по его телу будто проходят волны и спазмы. С трудом монстр переваливается со спины и поднимается на лапы. Но устоять на них он уже не в состоянии. Он быстро теряет форму, уменьшаясь в размерах. Темно-бордовые лоскуты, из которых состоит его тело бессильно отслаиваются, истаивая в воздухе, открывая скрывающегося под их толщей драконоборца.

Он практически без сил стоит на коленях, упираясь руками в брусчатку. Тяжело дышит и заходится мелкой дрожью. В какой-то момент, он понимает голову, чтобы метнуть в меня полный ненависти взгляд и с яростным криком срывается с места, но тут же падает, без сил растянувшись на камнях.

Не в силах больше поддерживать свою драконью форму, я тоже перекидываюсь человеком. Меня едва хватало только на то, чтобы просто стоять на ногах.

– Надеюсь, он больше не поднимется? – спрашиваю я у появившегося рядом парня.

– Надеюсь, что нет, – резко дернув головой, отзывается он.

***

Ева

Хоть Брэндон и уводит меня как можно дальше от развернувшейся битвы между Бьёном и драконоборцем, я все равно настаиваю на том, чтобы увидеть все своими глазами в безопасном месте.

Поэтому когда драконоборец, которому будто нипочем все удары Бьёрна, подминает того под себя, сердце неожиданно резко летит вниз. Я всерьез переживаю за то, чтобы с Бьёрном было все в порядке.

Чтобы он нашел в себе силы подняться и защитить этот город перед лицом страшной угрозы!

Я знаю, что наверняка пожалею об этом, когда все закончится. Потому что Бьёрн отберет у меня сына, потому что снова выгонит меня на улицу.

Но сейчас перед глазами слишком ярко стоит недавнее воспоминание о том, как он спас нас с малышом. А его последние сказанные слова отдаются в голове гулким эхом:

“Убереги нашего ребенка… нашего ребенка…”

Так что каждый его удар я встречаю с надеждой, а каждый удар его противника – с беспокойством.

Что-то в глубине меня заставляет думать о том, что мои опасения окажутся напрасными. Робкая вера в лучшее, которое мы с сыном заслужили после стольких лишений и мучений…

А потому, я продолжаю пристально наблюдать за их схваткой, бессильно закусив нижнюю губу.

Все происходящее кажется мне настолько мучительной нервотрепкой, что безумно хочется, чтобы все как можно быстрее закончилось. В итоге, когда драконоборец внезапно с диким ревом выгибается, а его тело резко уменьшается в размерах, будто разваливаясь на части, я не могу поверить своим глазам.

Кажется, что это еще не конец. Что сейчас он опять обратится этим практически бессмертным чудовищным существом и все начнется по-новой. Но время идет, а тело драконоборца все так же бессильно лежит на земле.

Вдобавок, Бьёрн и сам перекидывается обратно человеком.

В этот момент Ульфрид всхлипывает и тянет ручки. Но не ко мне, а в ту сторону, где находится его отец. Будто подталкивая меня к нему.

Вот только, я растерянно стою на месте.

Кажется, самое ужасное позади. Самое время что-нибудь предпринять – или подойти к Бьёрну и поинтересоваться в порядке ли он, чтобы, в случае чего, помочь хотя бы с ранами, или воспользоваться суматохой и попытаться затеряться в городе еще раз. Но Ничего из этого мне не кажется правильным.

Потому что если я сейчас сунусь к Бьёрну, то наверняка потеряю Ульфрида. А если убегу, то он найдет нас по зову крови, как он сделал когда мы с сыном были в опасности. И тогда я снова останусь одна.

Два варианта, и оба ужасные.

Неужели, больше нет ничего, что могло бы помочь мне сохранить сына и избавиться от гнета Бьёрна?

Не знаю…

Как не знаю и то, сколько мы так стоим на месте.

Потихоньку город наполняют цоканье копыт, суровые голоса, выкрикивающие какие-то команды, и звон оружия. Не сразу до меня доходит, что в Снежный Пик врывается отряд Бьёрна, который моментально берет все в свои руки. Оцепляет опасные районы, теснит оставшиеся группы гайденмаркцев, расчищает завалы.

Ко мне тут же подъезжают несколько человек, которые узнали во мне девушки из их заставы. В их числе и предсказательница.

– Вижу, с тобой всё в порядке, – кивает она мне и на ее лице совершенно внезапно появляется счастливая ухмылка.

– Ты! Это всё ты! – не могу я сдержать рвущееся наружу возмущение, – Признавайся, это ты сказала гайденмаркцам, что сегодня Бьёрн окажется здесь один! Поэтому они и напали!

С губ Фреи тут же пропадает улыбка, а в ее глазах отражается холод.

– Если бы мне была выгодна смерть Дракенберга, я бы добилась этого куда более простыми средствами, – наконец, отзывается она.

– Не верю! – вонзаю в нее возмущенный взгляд, – К чему тогда были твои слова про мою судьбу и сегодняшний день?

– Мне нет смысла рассказывать тебе все, – досадливо цыкает она, – Тем более, что ты все равно вряд ли поверишь моим словам.

– Тогда, расскажи все мне, Фрея, – неожиданно доносится до нас грозный голос Бьёрна.

В одно мгновение все кто находится рядом, оборачиваются, чтобы увидеть осунувшегося, покрытого кровью, но все еще твердо держащегося на ногах Бьёрна. Он грозным взглядом обводит своих воинов и останавливается на Фрее, которая склоняется перед ним в подобострастном поклоне.

– Прошу прощения, мой господин, что не предупредила вас о некоторых моментах, но, поверьте, так было нужно. Если бы я это сделала, последствия могли быть куда более устрашающими. Как только мы схватим последних противников, я обязательно вам обо всем расскажу. Тем более, что нам нужно будет решить несколько важных моментов, от которых будут зависеть дальнейшие действия Гайденмарка.

– Можешь не сомневаться, – грохочет Бьёрн, – Мы с тобой обо всем поговорим. И, если я хоть на секунду усомнюсь в твоих словах, ты тут же отправишься в темницу!

Фрея склоняет перед ним голову и отзывается:

– Мой господин, я верна вам и только вам. Поэтому я подчинюсь любому вашему решению.

Не говоря ни слова, Бьёрн оставляет ее за спиной и медленно подходит ко мне.

Видя неумолимо приближающегося супруга, я чувствую, как у меня снова все холодеет внутри, а тело заходится мелкой дрожью. Заметив это, вперед выходит Брэндон, загораживая меня своим телом от Бьёрна. Тот останавливается и посмотрев в глаза Брэндону, качает головой и что-то тихо говорит.

Брэндон оборачивается, чтобы кинуть на меня сомневающийся взгляд, а потом делает шаг в сторону.

“Все… теперь, я осталась с Бьёрном одна…” – проносится у меня паническая мысль, – “И теперь он точно сделает то, что вознамеревался сделать с самого начала…”

Приблизившись вплотную, Бьёрн замирает, не сводя с меня взгляда.

На меня снова накатывает паника. Только в этот раз она намного сильнее. Потому что я оказываюсь в тупике – бежать некуда, да и не дадут мне этого сделать.

– Как ребенок… – внезапно спрашивает Бьёрн, но потом запинается и поправляется, – Как Ульфрид? Он в порядке?

Бьёрн роняет взгляд на сына, который, услышав его голос, снова возится и что-то тихонько попискивает.

– Да… – едва проглотив застрявший в горло ком, отзываюсь я, – Он в порядке.

– А ты? – тут же понимает на меня взгляд Бьёрн.

Что?

Меня будто ледяной водой окатывает. С какой это стати Бьёрн решил поинтересоваться моим самочувствием?

Мне даже кажется, что это какая-то изощренная шутка или издевательство, но я ловлю его взгляд и чувствую, что Бьёрн очень даже серьезен. Я бы даже сказала, необычайно серьёзен. Он терпеливо ждет моего ответа, не перебивая и не произнося ни слова.

– Нет… – вырывается из самых затаенных глубин, куда я прятала свои чувства, ответ, – …не в порядке… с тех пор, как ты распорядился отобрать у меня сына, я будто оказалась в аду! Не было ни дня, когда я не переживала за свою или за его жизнь! Я была готова просто быть рядом с ним, не мешая тебе воспитывать его. Но тебе оказалось мало… ты решил отобрать его у меня навсегда… думаешь, после этого будет хоть что-то в порядке?

– Пожалуй, что нет, – откликается Бьёрн ровным голосом, в котором, тем не менее, чувствуется тень сожаления, – Извини.

– Не нужны мне твои извинения! – ответила я, только запоздало осознав, что первый раз за все время услышала от Бьёрна слова извинения.

Тем более, сказанные не кому-то, а мне.

– Тогда, что тебе нужно? – не сводя с меня взгляда интересуется Бьёрн.

– Что? – я оказываюсь еще больше сбита с толку.

Я бы нисколько не удивилась, если бы Бьёрн прямо сейчас, при всех, наорал бы на меня, отобрал ребенка и оставил в одиночестве прямо в центре разрушенного города. Но, вместо этого, он интересуется все ли у меня в порядке, извиняется и задает какие-то странные вопросы.

Я совершенно не понимаю, что с ним и чего, в итоге, он хочет.

– Помнишь, у тебя осталось еще одно желание? – отвечает Бьёрн, а кончиков его губ касается грустная улыбка.

Меня осеняет – а ведь точно! Вторым желанием я загадала, чтобы он отвез меня в Снежный Пик. Но ведь третье так и осталось неизрасходованным.

Вот только…

– И ты правда исполнишь все, что я попрошу? – с опаской кошусь на него, не до конца веря, что я не сплю.

– Мое слово закон, – кивает Бьёрн, – Разве ты забыла, о чем мы говорили в заставе?

Не забыла…

Я не забыла, и от этого воспоминания на душе появляются на редкость противоречивые чувства. С одной стороны, теплые и приятные, но с другой… такие, которые я предпочла бы никогда больше не вспоминать.

– Тогда… – набравшись сил и смелость, я выдыхаю, – Оставь пожалуйста нас с Ульфридом в покое. Не преследуй нас, забудь обо всем, будто нас никогда и не было в твоей жизни. Дай нам просто уйти…

Губы Бьёрна сжимаются в тонкую белую линию, и я чувствую как привычный Бьёрн прорывается сквозь эту задумчиво-отрешенную оболочку, наполненную грустью и сожалением. Вот-вот и он сорвется.

Его глаза уже мечут молнии.

Бьёрн окидывает взглядом меня, Ульфрида, а потом отвечает…