Текст книги "После развода с предателем (СИ)"

Автор книги: Адалин Черно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 12

– Ты правда останешься? – Юля смотрит на меня так, как будто я волшебница, которая пообещала подарить пони.

– На пару часов, не больше. Но ты будешь послушной, – предупреждаю ее. – Обещала же не устраивать бедлам.

Она хихикает, запрыгивает на кресло в лаунж-зоне отеля и болтает ногами, с любопытством рассматривая меня. В номер она возвращаться не хочет, хотя ее папа настаивал на том, чтобы мы безвылазно сидели там. Никаких прогулок, бассейна и других развлекательных мероприятий вне зоны номера. Но как я должна отправить Юлю в номер остается для меня загадкой.

– Так и будем здесь сидеть? – спрашиваю у нее.

– А что?

– Скучновато тут.

– В номере тоже.

– В другое место папа не разрешил.

– Потому что я убежала?

Пожимаю плечами. Откуда же мне знать, почему Тимур так решил? Я знаю его несколько часов и не успела составить о нем мнение.

– Ладно, давай в номер.

Юля спрыгивает с кресла и несется впереди меня к лифтам. Я едва за ней поспеваю. Охранник, приставленный к нам, и подавно. Поднимаемся на этаж все вместе в одной кабине лифта. Заходим в номер, в котором я была вчера.

В этот раз удается рассмотреть все в мельчайших подробностях: аккуратно сложенные вещи, на столике стоят закуски и сок. Почти абсолютный порядок, если не считать игрушек, разбросанных на кровати в хаотичном порядке. Сразу же понимаю, что основной источник хаоса для Тимура – Юля.

– Можно включить мультики? – тут же спрашивает она, как только забирается на диван.

– Так сразу телевизор? А уроки? Дела?

Она смотрит на меня удивленно и хмурится.

– Уроки и дела? Это что?

– У тебя никаких занятий нет? – спрашиваю подозрительно.

– Не-а, – мотает головой, а во взгляде озорной блеск.

Врет же. Не знаю, как это понимаю, наверное, чуйка срабатывает.

– А если найду тетрадки?

– Ищи.

Действительно провожу обыск в номере. Кажется, что во все щели и тумбочки уже заглянула, но никаких тетрадок и даже ручек нет.

– Ты припрятала все, что ли?

– Мы тут отдыхаем. Папа взял меня с собой, но я поехала только при условии, что мы не будем заниматься.

– Телевизор весь день не дело.

– Согласна, – вздыхает. – Но в бассейн нам сказали нельзя.

– Хорошо, – соглашаюсь с ней. – Включай мультики, пока я придумаю, чем заняться.

Юля щелкает пультом, я иду к игрушкам, чтобы хотя бы примерно понять, с чем придется иметь дело.

– А у тебя есть дети? – прилетает неожиданный вопрос.

– Нет.

– Почему?

– Иногда у взрослых нет детей.

– Ты не хочешь?

– Хочу.

– Тогда почему нет?

Вздыхаю. Как объяснить ребенку, которого воспитывает отец, почему у тебя, как у женщины, нет детей?

– Не всегда получается так, как хочется, – отвечаю честно.

– У тебя глаза, как у папы, – неожиданно заявляет она. – Грустные, когда говоришь на серьезные темы.

От резкой смены темы теряюсь.

– Он часто грустный?

Она пожимает плечами.

– Когда один – да. Но со мной старается быть другим, но я иногда подсматриваю. Он… очень хороший. И я тоже. Но мама от нас ушла. Папа сказал, она выбрала другую жизнь.

Я чувствую, как в животе что-то болезненно сжимается.

– Это он так сказал?

– Угу… я спрашивала, когда поняла, что у других детей есть мамы, а у меня – нет.

Я подхожу ближе и сажусь на край дивана. Юля продолжает есть фрукты, таская их зубочисткой с подноса. Такая маленькая, такая умная и – такая обделенная тем, что должна была иметь с рождения – материнской любовью.

– А давай все-таки пойдем в бассейн, м?

– А как же папа?

– А мы на часик. Не скажем ему, ладно?

Юля радостно поднимается с дивана и начинает собираться. Никакого купальника у меня с собой нет, так что я решаю просто надеть халат на белье и отправиться так. Главное, что Юля умеет плавать, о чем она сказала мне заранее и у нее есть купальник. Я же просто посижу у бассейна и понаблюдаю за ней.

Мы спускаемся в бассейн, и по дороге я чувствую себя школьницей, совершающей преступление века.

Юля сияет. Не как ребенок, которому позволили сделать шалость, а как ребенок, кого наконец услышали.

Юля бежит вдоль бортика, как маленький ураган, затем резко останавливается и оглядывается:

– Ты точно не боишься реакции папы?

– Не-а, – мотаю головой.

Что мне его приказы? На официальный рабочий день меня не брали, работу потерять я не боюсь, потому что ее и так у меня нет, так что…

Юля весело хохочет и прыгает в воду. А я сажусь в шезлонг. На мне гостиничный халат, под ним – белье. За спиной охранник, которого мы, по сути, обманули. Но он просто стоит у входа в зону бассейна и делает вид, что является предметом интерьера.

– Смотри! – зовет Юля. Плавает она уверенно, словно не по-детски. Видимо, училась у частных тренеров. Каждое ее движение – отточено. Уверена, что ее отец не только контролирует, но и вкладывает в нее все, что может.

Я ловлю себя на том, что улыбаюсь.

И… невольно представляю, что это мой ребенок.

Каково это? Водить свою дочь в бассейн, заботиться о ней, покупать красивую одежду? Отвечать на тысячу “почему”?

Каково это – не быть лишней в чьей-то жизни, а быть всем для маленького комочка счастья?

Я замечаю рядом пару. Молодая мама с мальчиком лет пяти. Она поправляет ему очки, потом целует в лоб.

Мне вдруг хочется уйти, закрыться в номере и не выходить. Сердце сжимается так, что дышать тяжело.

Юля выныривает. Улыбается, а затем резко хмурится.

– Ты плачешь?

– Нет. Просто… капли тут разбрызганы, – искусно вру, вытирая скупую слезу.

Юля продолжает плавать. Я – наблюдать за ней. Примерно спустя полчаса прошу ее выбираться, а затем слышу голос, который вообще никак не ожидала услышать:

– Ну, ничего себе… Мужик какой-то в отеле, ребенок. И когда успела, м?

Я оборачиваюсь.

На пороге зоны бассейна стоит Глеб. В идеально выглаженной рубашке, в костюме, с тем самым выражением превосходства, которое я когда-то принимала за уверенность.

Он смотрит на меня, потом на Юлю – и снова на меня. Смеется и мотает головой так, будто ему все в этой жизни понятно.

– Быстро ты устроилась. Или это тоже твой адвокат помог?

– Закрой рот, Глеб, – говорю спокойно, подходя к нему, чтобы Юля не услышала.

– Вот как мы заговорили… А что так? Ребенок придал уверенности? Где взяла? Нашла мужика с чужим? Так мнишь себя матерью?

– Ты говоришь при ребенке, – указываю ему. – Перестань.

– А что, она много понимает?

– Она понимает больше, чем ты за восемь лет брака.

Он хмыкает. Я завожусь и вдруг смотрю на Глеба совершенно по-другому. Как на человека, которого я совершенно не знаю.

Мы смотрим друг на друга. Его взгляд скользит по моему телу, по халату, по босым ногам. Он злится. Не потому, что ревнует. Потому что не понимает, как я смогла выйти из-под его контроля.

– Кто это? – сзади неожиданно звучит голос Юли.

Она смотрит на Глеба из-под опущенных ресниц и хмурится.

– Уходи, Глеб, нам не о чем разговаривать. Впредь все разговоры через моего адвоката.

– А вот и нет, – он неожиданно хватает меня за руку и тащит на себя.

Глава 13

– Вчера ночью с левым мужиком. Сегодня вот… – он смотрит на Юлю, скривившись. – С каким-то ребенком. Ты меня позоришь. Разведись сначала, потом уж.

Слава богу, ему хватает ума говорить все это тихо, чтобы слышала только я.

– Позорю тебя!? – восклицаю, не в силах поверить. – Ты любовницу на стороне завел и она вот-вот тебе ребенка родит.

– Она нигде не светится.

– Удобно.

– Заканчивай паясничать и пошли. Эту… – снова смотрит на Юлю, которая оборачивается полотенцем и на расстоянии прищуривается, глядя на Глеба. – Родителям верни.

– Я никуда с тобой не пойду.

– Пойдешь.

Ситуация безвыходная. Он стоит здесь и настаивает, а охранник, стоявший у двери бассейна, как назло куда-то делся.

– Вернуть девочку сейчас не могу. Ее отец на совещании.

– А мать?

Молчу. Говорить, что у нее нет матери, не хочется, потому что примерно представляю, что скажет Глеб.

– Поверить не могу, – смеется. – Ты что, мужика с ребенком нашла?

Выплевывает это так, что едва удерживаюсь, чтобы не влепить ему пощечину. За всю нашу семейную жизнь мы очень редко ссорились, но очень часто давили на болевые точки. У Глеба таковых почти не было, а вот у меня – достаточно. И он всегда, всегда на них давил, потому что так было проще, потому что так меня можно было осадить. Но сейчас… после его предательства эти слова чувствуются особенно обидно.

– Это жалко, Оля. Столько женщин живут без детей, а ты первого встречного нашла?

– Что здесь происходит? – голос Тимура звучит неожиданно.

Я вздрагиваю, заглядываю за спину Глеба и понимаю, что отец Юли уже здесь. А вот охранника по-прежнему нет. И нам, судя по взгляду Тимура, не поздоровится.

– Я все объясню, – тут же говорю ему, чтобы предотвратить катастрофу.

– Я о вас, – вдруг обращается к моему мужу. – Что вы здесь устроили при моей дочери?

– Я всего лишь разбираюсь со своей женой, – хмыкает Глеб, засунув руки в карманы. – Имею право.

– Не при моем ребенке.

– Вы сами оставили дочку не пойми с кем.

Мои брови ползут вверх, Тимура – тоже.

– Выйдем-ка. Ольга, присмотрите за Юлей, – обращается ко мне.

Мне же хочется разорваться. Между ними и его дочкой, потому что кажется, отпустить их одних сейчас – не лучшая идея.

Однако, выбора у меня нет. Остаюсь. Помогаю Юле вытереться и то и дело посматриваю на выход, ожидая возвращения Тимура. Вдруг понимаю, что Глеба здесь не жду. Пусть идет своей дорогой. Туда, где ему самое место. К своей новой женщине. Вот ей и указывать можно, а мне… мне нет. Я больше не в его зоне ответственности.

Тимур возвращается спустя минут десять. Один. Как бы я не смотрела за его спину, Глеб за ним не заходит, и я не знаю, благодарить его за это или лучше не стоит.

– Кажется, я не разрешал идти в бассейн, – замечает, нависая над нами с Юлькой грозной скалой.

– В номере не было чем заняться. Только телевизор. Я решила, что бассейн все-таки лучше для ребенка.

– Решили правильно, но где Андрей?

Тимр смотрит на дверь, и я решаю, что Андрей это охранник, который должен быть здесь вместе с нами.

– Стоял первое время, потом куда-то пропал.

Тимур кому-то звонит, я помогаю Юле встать и надеть шлепки, потому что она полностью укутана в полотенце, как в кокон.

– И что, Андрюша? У меня здесь чуть ребенку психологическую травму не сделали. Вы… – Тимур замолкает, явно пытаясь сдержаться. – Безответственные. Жду у себя через час. Постарайся уж решить возникшую проблему.

Мы с Юлькой в это время стоим притихшие, чтобы не нарываться лишний раз на проблемы.

– А вы… в номер давайте, живо.

Выходим из бассейна, шлепаем к лифтам. Я все осматриваюсь по сторонам, хотя уверена, что Глеба нет. Не сомневаюсь даже, что Тимур был очень убедительным.

В номере вздрагиваю, когда за нами с хлопком закрывается дверь.

– О любых перемещениях сообщать мне, – вдруг говорит Тимур. – Я доверил вам свою дочь не для того, чтобы вы меня ослушались. И она тоже. Она знает правила, – смотрит грозно на Юлю, но ей хоть бы что.

Она себе запрыгивает на диван и, весело свесив ноги, улыбается своему отцу. Абсолютно бесстрашный ребенок, в меру избалованный своим отцом. Я отчего-то уверена, что Тимур изо всех сил старается держать ее в ежовых рукавицах, но получается у него так себе.

– Еще раз извините. Решение было спонтанным.

– Мы собирались поплавать до твоего возвращения, – с невозмутимым видом говорит Юля, сдавая мой план с потрохами.

– Вот как… Значит, будь добра, Юлия Тимуровна, принять душ после бассейна. Мы позже с тобой поговорим.

Она фыркает, но все же с величественным видом поднимается на ноги и идет в душ, а я остаюсь с Тимуром наедине. В глаза ему смотреть неудобно. Он наверняка слышал последнее, что мне сказал муж. И от этого так, черт возьми, неприятно.

– А с вами, Ольга, мы поговорим прямо сейчас.

Глава 14

– Вы сами настояли на том, чтобы я осталась с Юлей. Я не профессиональная няня и понятия не имею, как обращаться с детьми. Юля хотела в бассейн, а в номере, кроме телевизора, нечем было заняться. Я решила, что бассейн под моим присмотром лучше, чем…

– Я должен извиниться, – неожиданно меня перебивает.

Я резко замолкаю. Он что сейчас, просит прощения? Смотрю на него, как на восьмое чудо света.

– Я составил о вас неправильное мнение.

– И какое же?

– Вы действительно разводитесь.

– А вы думали, я изменяю мужу с первым встречным? Тимур… – делаю паузу. – А ведь вы оставили со мной свою дочь.

Тяжело вздыхает. Вообще, выглядит уставшим. Вон, даже галстук послабляет, а затем достает из мини-бара виски и плещет его в стакан. Хорошо так плещет, с душой. И почти залпом выпивает.

– Я слышал ваш разговор с мужем.

– О, не начинайте.

– Я уже говорил, что могу помочь.

– И как же? Наймете нянькой и приставите охрану?

– Как вариант, – улыбается.

– Я уже говорила, что не няня. И опыта работы с детьми у меня нет.

– Вы хирург в больнице. С ответственностью у вас порядок.

– Я не буду работать няней, Тимур. У меня полная ставка рабочего дня, я не могу просто взять и уволиться, переквалифицировавшись.

Ему это, судя по поджатым губам, явно не нравится.

– У вас же есть няня, – замечаю.

– Есть. Но Юле она не нравится. Честно говоря, ей никто не нравился, а вы, кажется, неплохо поладили. Мне нужен человек, с которым я не буду бояться оставить своего ребенка.

– Я вам повторяю – я работаю.

– Ваш бывший муж на время развода, на сколько я понял, все равно не даст вам поработать. Да и на работе вашей, как только все узнают, будут смотреть косо, строить догадки. Я вам предлагаю это время проработать у меня. Сколько вы получаете? Сто тысяч? Двести? Я готов заплатить в два раза больше.

Мне кажется, можно поперхнуться даже слюной, потому что именно это я чуть и не делаю, когда он называет эти цифры. Я столько не заработаю, даже если буду сутками работать и без выходных. Могла бы, если бы строила карьеру и училась, но так как Глеб был против, то я длительное время проработала на одном месте и… в общем, не доросла до таких зарплат. Не пару десятков получаю, но и не сто.

– Вы не в курсе зарплат в клиниках.

– Больше зарабатываете? – прищуривается недоверчиво, будто пытается понять, в какой момент у нас так хорошо выросли зарплаты.

– Меньше, Тимур. Гораздо меньше.

– Тем более. Двести буду платить, вас устроит? На полный рабочий день с проживанием.

– В отеле?

– У меня дома. В отель я беру Юльку, потому что дома ее невозможно ни с кем оставить. Предыдущая няня сломала ногу, а та, что была перед ней – чуть не утопилась в бассейне.

– При чем здесь Юля?

– В первом случае она разлила оливковое масло на кухне, во втором – толкнула няню в бассейн, а она не умела плавать.

– Юля?

Я отказываюсь в это верить.

– Поэтому я и хочу вас нанять. Вы – первая, кто не говорит мне, что моя дочь чудовище, которое нужно запереть в специальном учреждении. Вру, не первая, текущая няня такого не говорила, но Юля на нее постоянно жалуется.

Юлька выходит из ванны, закутавшись в смешное розовое полотенце с ушками. Немного неуклюже ковыляет к нам и забирается на диван, глядя на отца исподлобья.

– Вы только посмотрите на… – начинает было Тимур, но я тут же его осекаю.

– Не стоит. Это не сработает.

– А что сработает?

– Ничего. Как я уже сказала…

– Понял. Поужинаете с нами, хотя бы?

Я бы отказалась, но тут в игру вступает Юля. Начинает меня упрашивать, и я сдаюсь, не придавая особенного значения улыбке Тимура.

Ужин приносят через полчаса. Мы за это время успеваем сложить единственные пазлы, которые есть в номере, да и то парочки не хватает. А Тимур… успевает принять душ и выйти в спортивных шортах и футболке, кажется, на пару размеров меньше. Иначе как объяснить то, что она слишком уж критично обтягивает все доступные кубики на прессе.

Садимся за стол, беремся за приборы. Тимур, не успев и куска в рот отправить, вынужден ответить на звонок и, видимо, чтобы не материться при дочери, выйти на террасу. Он максимально недоволен тем, что его отвлекли.

Вижу, как вздыхает Юля и каким взглядом смотрит в сторону отца. Нет. Нет, Оля. Соберись. Не твое это дело, что у него нет времени на дочь и он очень сильно занятой. Не твое.

Беру свою вилку, нож и ловлю себя на том, что ковыряюсь в тарелке. Просто перебираю еду и поджимаю губы. То, что я замечаю, мне не нравится. Но еще больше не нравится, что я на это реагирую. И эту маленькую грустную девочку очень хочется пожалеть. И попытаться помочь ей. И ее отцу, у которого нет времени на воспитание дочери.

Тимур возвращается тогда, когда уже все остыло. Юля обиженно дует губы и как только он садится за стол, делает вид, что не замечает отца. Они оба делают вид. А я сижу и мне тяжело даже рядом с ними находиться. Дышать невозможно.

– Ты обещал мне в зоопарк, – говорит Юля неожиданно. – Отменяется?

– Малыш…

– Я так и знала.

– Пойдешь с няней.

– Не пойду! – решительно. – Ты обещал мне, что пойдем, а няни мне не нравятся твои. Оля нравится, ее возьмем?

– Она не хочет.

Она поворачивается ко мне и детская пара глаз смотрит на меня так, что кот из Шрека позавидовал бы.

– Ты тоже меня не хочешь, да?

– Юлия Тимуровна! – резко шлепает по столу, так что даже я подпрыгиваю, а дочке его все по барабану. Она не реагирует даже. Только со второго шлепка. – Ты наказана!

– Ну и хорошо! Ну и ладно! – слезает со стула. – Ты и так меня наказал походом в зоопарк с непонятной нянькой. Я сбегу от нее, понятно? Или к волкам в клетку брошусь, чтобы они воспитывали меня, как Маугли.

Надувшись, уходит в комнату с кроватью. Тимур тяжело вздыхает. Смотрит на почти нетронутую еду и отбрасывает столовые приборы. Встает и идет за дочкой, а затем на полпути останавливается и поворачивается ко мне.

– Вы извините, у нас так не всегда.

Достает из кармана купюры, кладет их на стол.

– Спасибо, что побыли с ней сегодня.

Глава 15

Я молча смотрю на деньги на столе. Пара купюр, небрежно оставленных, словно я официантка, а это – счет за ужин. Глаза колет не сумма, а сам жест. И в этот момент я понимаю, что не могу вот так уйти.

– Тимур, – тихо зову, прежде чем он успевает пойти за дочерью и попытаться уговорить ее не уходить к волкам.

– Я возьму ее в зоопарк, но только при одном условии.

– И каком же?

– Вы не будете платить мне деньги. И никаких контрактов и приказов с вашей стороны.

– И кем же вы в таком случае будете для моей дочери? Подругой? Волонтером?

Я вздыхаю, а он продолжает.

– Нет, Ольга, так у нас с вами ничего не получится. Мне нужна няня для дочери. Оплачиваемая, потому что Юлька отбирает много времени и сил. А еще я предпочитаю заплатить деньги и понимать, что получу взамен хорошо выполненную работу. В вас я не сомневаюсь, но на каком основании вы будете оставаться Юлей? Насколько я понял, у вас не самое выгодное положение сейчас.

– Я как раз собиралась озвучить вам свою просьбу. Выслушаете?

Он возвращается за стол, садится напротив.

– Как вы уже поняли, я пытаюсь получить развод. Адвокат у меня уже есть, с этим проблем не будет, но… когда я уезжала, я забрала только самые основные документы и кое-что из одежды. Я бы хотела забрать остальное. Вы можете… отвезти меня? В смысле… вы посидите в машине, а я поднимусь, все заберу и спущусь. Я могла бы вызвать такси, но… в общем, вы нужны мне “на всякий случай”.

Я готовилась к тому, что он будет меня подкалывать. Особенно после того, что услышал в бассейне, а я уверена, что услышал он достаточно. Но вместо этого он говорит обычное:

– Хорошо. Можем завтра поехать. После зоопарка Юля охотнее останется с няней, чем сейчас.

– Да, хорошо, это… не срочно.

Между нами повисает пауза. Я смотрю на свою сумку, брошенную у входа и думаю о том, что мне сегодня негде ночевать. Я собиралась поехать домой и собрать вещи, а затем решить вопрос с жильем, теперь же… придется снимать номер в отеле еще на сутки. Надеюсь, у них не будет с этим проблем.

Как только Тимур уходит к Юле, я подхватываю сумку и выхожу в коридор. Минуя зеркальную стену лифта, автоматически поправляю волосы и натягиваю улыбку. Мы с Тимуром не договорились о встрече завтра, но я поднимусь к нему снова, как только сниму номер.

В лифт этажом ниже заходит несколько мужчин азиатской внешности. Они вежливо поклоняются и что-то говорят на своем, а я продолжаю только улыбаться.

На ресепшне привычно улыбающаяся девушка узнает меня и здоровается, а затем с сожалением сообщает, что номеров свободных нет.

– Как нет? – спрашиваю удивленно.

– У нас сегодня делегация из Китая, всех расселили. Мы предупреждали гостей о возможной ротации, но вы, насколько я вижу, бронирования не оформляли.

– Потому что не собиралась оставаться, – выдыхаю. – И у вас… ничего? Даже не номер для персонала?

Она виновато качает головой.

– Даже люксов нет. Все занято. На двое суток, минимум.

Я стою, глядя в экран ее монитора, который она повернула ко мне, будто надеюсь, что внезапно всплывет окно «номер освободился». Но чуда не случается.

– Проблемы? – я вздрагиваю от неожиданно знакомого голоса.

Оборачиваюсь. За спиной стоит Тимур. Он в той же одежде, что и был, пока мы сидели у него в номере.

– Девушка хочет снять номер, – сдает меня с потрохами ресепшионистка, – но…

– Номеров нет, – улыбается он. – Делегация из Китая.

Девушка кивает, а я спрашиваю:

– Откуда ты знаешь?

– Я их всех сюда и поселил.

– Вы?

– У моей компании с ними контракт. На логистику, экспорт. Гостиницу бронировали через наш отдел. Ну, в общем, мест нет.

– К сожалению, – пищит за спиной девушка.

– Не переживайте, – говорит ей Тимур. – Девушка переночует у меня. Так ведь можно? У меня номер, кажется, на четверых человек рассчитан.

– Да, да, так можно, – говорит она, что-то отмечая у себя в компьютере.

– Вот и решили.

Тимур забирает у меня сумку, которую я никак не собираюсь отдавать, но он все равно ее отбирает у меня и выдвигается к лифтам.

– Погодите, – иду за ним. – Это как-то неудобно. Я… не могу.

– Неудобно спать на улице под дождем, а в моем люкс-номере очень даже удобно.

Он спокойно вызывает лифт и, не обращая внимания на мои возражения, заводит меня внутрь. Уже у его двери я пытаюсь отказаться снова.

– Ольга, ну хватит. У меня большой номер, поместимся все. Не вижу смысла вам сейчас куда-то идти. На улице дождь, похолодало. А поехать с вами, как вы понимаете, я не могу.

– Да, но…

– Проходите, – он втаскивает меня в свой номер.

И вот потом оказывается, что в его большом и удобном номере только одна большая кровать и маленькая кроватка, на которой спит Юлька. Вернее, кроватка-то большая, но для ребенка, а я туда, как бы не пыталась вместиться, у меня не получится.

– Удобный номер, говорите? – смотрю на него, прищурившись.

– Кинг-сайз кровать, Юлия, поместитесь. И, раз уж нам предстоить ютиться вместе, то… перейдем, наконец, на ты?