Текст книги "Дракон и новости (СИ)"

Автор книги: ЙаКотейко

Соавторы: Сова Люськина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

глава 5

Аарон

– Не трогайте меня, я сама знаю дорогу! – раздался возмущенный голосок у самой двери, и рык сам полез из груди.

Дверь распахнулась, продемонстрировав мне раскрасневшуюся мисс Рукс и двух полицейских, стоящих за ее спиной. Чуть дальше маячил и Том, что-то тихо выговаривая конвоирам, но я не слушал. Я смотрел на мисс и мысленно разделывал ее на части. Сейчас даже ее красота не могла смягчить меня, наоборот, понимание, что меня подставила хрупкая дамочка, раздувало гнев.

– Мисс Рукс, – прошипел я, – входите, садитесь. – А где редактор?

– Сэр, он говорит, что эта мисс полностью ответственна за статью.

– Вот как, – ухмыльнулся я хищно. – А он, значит, в другую сторону смотрел. Ладно, потом пообщаемся. Свободны.

Дверь тут же захлопнулась, оставив мисс на мое растерзание. Я медленно встал, молча указывая мисс на стул. Зубы сжались, будто желали перемолоть эту красотку в муку.

Она глянула на меня высокомерно, но с некоторой настороженностью.

Ну да, наверняка сегодня я отличался от себя в нашу прошлую встречу. Гнев – мое слабое место, и сейчас мисс об этом узнает.

– Мисс Рукс, рад вас видеть, – шипел я сквозь стиснутые зубы. Сходил в угол, поднял газету и, кое-как расправив ее, швырнул мисс на колени. – Потрудитесь объяснить.

– А вы читать не умеете? – с наигранной бравадой уточнила мисс, чем окончательно подписала себе приговор.

Я резко подался вперед, опершись о подлокотники ее стула, и шипел в лицо, не сдерживая внутреннего огня:

– Леди, вы сунули свой прелестный носик совсем не туда, куда нужно! Я советовал вам подобрать подходящую для вас тему? Советовал! А вот это, – я постучал ногтем по так и лежащей у мисс на коленях газете: – Смерть вашей карьеры! Вы понимаете, что натворили? Вы не меня подставили, вы всей полиции работу поломали. Вы невинного человека назвали маньяком! Как мне его теперь из камеры выпустить? Вы своей глупостью бросили город в яму! Вы понимаете, что люди теперь не просто будут бояться выйти из дома, они будут искать виновных. Их ведь много! И расправляться с ними будут сами! И каждая такая смерть какого-нибудь несчастного, который косо посмотрит на женщину, будет на вашей совести!

Леди вжалась в спинку, стараясь уйти от моего гнева, но смотрела с вызовом, будто это я был во всем виноват. Это окончательно разрушило самообладание. Я выпрямился, развернулся и с рычанием швырнул в стену стул. Это немного помогло. Бешенство выплеснулось, освободив место толике разума. Я вновь развернулся, спеша высказать мысль, пока еще мог говорить:

– Вы завтра же выпустите опровержение этой фантазии больной идиотки! Извинитесь перед горожанами и напишите… слушайте внимательно! Маньяк один! Да, это больной на голову человек, но если соблюдать правила осторожности, он останется ни с чем. А полиция уже идет по его следу. Вы поняли меня, мисс?!

– В нашу прошлую встречу вы показались мне воспитанным человеком, – досадливо поджав губы, процедила девица и независимо тряхнула головой. – Вы сами виноваты! Я просила вас устроить встречу с преступником? Просила! Какие могут быть ко мне претензии, если вы сами скрываете от горожан правду.

И она встала, осторожно переложила газету на мой стол и отряхнула юбку, похоже, собираясь покинуть меня. Нет, я был бы рад, если бы мисс не забыла подтвердить, что поняла мои слова.

Я даже успокоился. Точнее, настолько опешил, что смог только брови к волосам поднять и распахнуть рот. Захлопнул его, часто моргая и выискивая взглядом, что еще могу безболезненно сломать в кабинете. Не нашел и медленно, крадущимся шагом придвинулся к мисс. Хотелось взять ее за грудки, как мужика, и потрясти немного, чтобы в прелестной головке появилось хоть немного разума. Или задрать ей юбку и выпорот как малое дитя, потому что так она себя и вела. Много чего хотелось, но я мог только говорить, чем и занялся, нависая над мисс и стараясь надавить хотя бы своей ненавистью.

– Ты, маленькая…, – я цокнул языком, глотая эпитет, – Если ты не напишешь опровержение, я лично притащу тебя сюда, засуну в самую дальнюю камеру к вшивым шлюхам и забуду там на неопределенный срок. А после, когда разберусь с делами, достану тебя оттуда и повешу столько обвинений, что ты потеряешься в дальних углах нашего королевства на долгие-долгие годы!

– А с чего это вы мне тыкаете? – не менее гневно процедила женщина, а после уперлась мне в грудь пальцем, используя его как концентратор для своего негодования. – Я напишу опровержение, так уж и быть, но вам лучше продумать, что именно я напишу в следующей статье, и сообщить это мне, иначе люди сами придумают, что вы от них скрываете!

– То есть, вы опять придумаете за них? – хмыкнул я весело. Внезапная атака смогла притушить гнев, выпустив наружу интерес. Интересная особа, и красивая. Может проучить ее, чтобы знала свое место и не мешала мужчинам работать? – Идите, мисс, и помните, я жду ваши извинения.

Женщина тряхнула головой, вскинув нос потолку, и неторопливо вышла из кабинета, оставив меня с задумчивым интересом рассматривать закрывшуюся дверь.

глава 6

Дженни

Дверь кабинета Грея захлопнулась за мной с таким звуком, будто там рухнула скала. Я прислонилась к холодной стене, пытаясь перевести дух и унять дрожь в коленях. Адреналин еще бушевал в крови, но его уже сменяла леденящая доза реальности.

Тот полицейский в кабинете. Это была не просто официальная персона. Это был дракон. Когда он навис надо мной, я буквально чувствовала исходящий от него жар бешенства. А в его глазах плясал первобытный огонь. И этот стул, который он швырнул в стену... Я до сих пор слышала этот оглушительный грохот.

«Заключу в камеру... Забуду... Повешу обвинения...»

Угрозы эхом отдавались в ушах. Они не были пустыми. Я это понимала. Я перешла дорогу не просто чиновнику, а дракону. И дракон показал свои клыки.

Меня выпроводили из здания управления без лишних церемоний. Никакого экипажа, разумеется. Пришлось топать пешком, под проливным дождем, который принялся поливать улицы с каким-то злорадством. Промокшая до нитки, с растрепанными волосами, я вошла в редакцию.

В редакции меня ждал Арчи. Он не стал кричать, но смотрел с таким выражением, будто я принесла в дом чуму.

– Ну что, героиня? – сипло спросил он. – Наслаждалась аудиенцией? Грей прислал письмо. Лично написал. Он… красноречив. Ты пишешь опровержение. Чистое, ясное и унизительное. Или завтра же мы все отправимся разбирать дела в архивах сельской прессы. Вместе с тобой.

– Но нашу газету раскупили, как горячие пирожки. И даже приходили утром за новостями. Это успех.

– Знаю, – фыркнул Арчи. – и не знаю, что делать. Но если не напишешь, то закроют нас всех.

Я молча кивнула и побрела к своему кабинету. Опровержение. Признать, что все было ложью. Что я паникерша и врунья. Похоронить свою репутацию и отдать победу тому высокомерному...

И тут меня осенило. Грей требовал опровержения. Но не сказал, какого именно.

Улыбка, медленная и хитрая, тронула мои губы. Я взяла перо. Капля чернил упала на чистый лист.

«Уточнение от редакции. В результате плодотворного сотрудничества»

Я вывела заголовок с размахом.

«В связи с неослабевающим общественным резонансом, вызванным нашим расследованием о преступной группировке, редакция газеты «Столичные вести» считает своим долгом внести некоторые разъяснения.

Наша статья, основанная на проверенных оперативных сведениях, стала не просто публикацией, а настоящим катализатором действий. Она всколыхнула город, побудив жителей проявить высочайшую бдительность. Именно эта объединенная бдительность граждан, помноженная на профессиональную работу полиции, привела к ликвидации целой сети злоумышленников, месяцами наводивших ужас на столицу.

Однако главный манипулятор, известный под мрачной кличкой «Кукольник», пока ускользает от правосудия. Его тень все еще скрывается на улицах нашего города, представляя собой явную и реальную угрозу. Мы не сомневаемся, что правоохранительные органы делают все возможное для его поимки, и уверены, что дальнейшее плодотворное сотрудничество прессы и полиции, а также неослабное внимание горожан, позволят поставить точку в этом деле.

Редакция выражает искреннюю благодарность управлению полиции, а лично заместителю начальника, сэру Аарону Грею, за открытость к диалогу и невероятную оперативность в ходе этой сложной операции».

Я перечитала текст. Это была не капитуляция. Это была стратегическая перегруппировка. Я не извинялась, а брала заем на успех. Я превращала свой провал в видимость сотрудничества. И бросала Грею новый вызов. Теперь весь город будет знать, что он «конструктивно сотрудничает» со мной.

Я понесла листок Арчи. Он прочитал, и его лицо прошло путь от ужаса до злорадного восхищения.

– Рукс, ты либо гений, либо сумасшедшая. И, черт побери, я уже не знаю, что страшнее. Ладно. Пусть будет так.

– Можно домой пораньше? – поправляла все еще липкую от воды одежду.

– Да, и подумай, что будешь говорить Грею.

– Вы снова меня сдадите.

Арчи кивнул. Я вздохнула и направилась к выходу.

Комната, которую я снимала, была небольшим каморкой у угрюмой миссис Берты. Хозяйка была сухая и колючая, как кактус, а ее вечное ворчание, въелось в обои, пахнущие пылью и капустой. Когда я вошла, она ничего не сказала, лишь бросила взгляд, полный немого укора. Я пробормотала:

– Добрый вечер, миссис Берта.

В ответ раздалось лишь недовольное хрюканье. Но когда я уже поднималась по лестнице, ее голос догнал меня:

– Еще раз предупреждаю, если придешь поздно, не впущу. Ключ не повернется.

Спорить было бесполезно. Во-первых, потому, что это была миссис Берта, а ее правила были жестче стальных прутьев решетки. А во-вторых, и это было главное. Это была самая дешевая комната в округе, которую еще можно было с натяжкой назвать более-менее приличной. Четыре стены, кровать и небольшое окно. Мое убежище, которое каждый вечер превращалось в осажденную крепость с комендантским часом.

На следующее утро газета вышла с моим «опровержением». Я стояла недалеко от прилавка и наблюдала, как люди скупают номер. На их лицах был интерес. Они видели не поражение, продолжение истории.

Где-то там, в своем кабинете, сэр Аарон Грей, без сомнения, снова давился утренним чаем. Но на этот раз я не улыбалась. Все же надо было вчера переодеть мокрую одежду сразу. Я чувствовала недомогание. Надеюсь, к вечеру пройдет. Отлежаться бы, но Арчи не даст. Ему нужна была новая сенсация.

глава 7

Аарон

Сегодня никто не требовал от меня раннего подъема и такого же прихода на работу, но ожидание статьи не позволяло отдыхать с полной самоотдачей. Почему-то казалось, что опровержение мисс если и напишет, то я об этом сильно пожалею.

Влетев в управление, первым делом двинулся к дежурному. Тот, видя «идущего на таран» дракона, сжался, засуетился, выгреб из-за стойки листы ожидающих документов и, стоило мне остановиться рядом, сунул мне в руки.

– Газету, – процедил я, разобрав, что интересующего меня в стопке нет.

– Сэр, срочные документы, – проблеял он.

Листы в его руках дрожали, словно парень возомнил себя деревом.

– Газету, – повторил я тихо, но бумаги не выдержали тряски и посыпались на стол. Парень еще сильнее побледнел и все же подал мне требуемое. Даже не ошибся с названием.

Я развернул желтую бумагу, уставившись на главную страницу. Газета захрустела, сминаясь в пальцах, а из груди вырвался пробирающий, вибрирующий рык. Все звуки разом стихли. Застыли не только полицейские, но и все ожидающие своей очереди задержанные, и простые посетители, и с испугом смотрел на меня. В этой тишине звук, с которым я припечатал «Столичные вести» к стойке, был подобен грому.

Развернувшись, я все тем же резким и широким шагом, которым шел сюда, пошел к выходу.

– Сэр Грей, документы! – с мученическим стоном окликнул меня дежурный.

– Подождут, – рявкнул я не оборачиваясь.

Карета ждала перед выходом. Я словно чуял, попросил извозчика подождать. Внутрь почти запрыгнул, бросив на ходу:

– В редакцию «Столицы»!

Всю дорогу перебирал эпитеты, которыми хотелось наградить мисс. Называть женщин подобными словами в лицо я не привык, вот и спешил выплеснуть их наружу наедине с собой.

Сцена повторилась. Только теперь я шел по холлу редакции, а бледнел как раз выбравшийся из кабинета Арчибальд Финн.

– Сэр Грей, рад вас видеть! – заискивающе заявил он еще на подходе.

– Неужели? – недобро усмехнулся я. – Где она?

– Кто?

По помещению прокатился мой угрожающий рык.

– В кабинете, – тут же понял меня Арчибальд.

– Где?

Дрожащая рука указала налево.

– Последняя дверь по правой стороне.

Я, больше не тратя время, пошел в указанную сторону. Дошел до угла и зло толкнул нужную дверь. Даже если она была заперта, меня это не остановило. Дверь с грохотом ударилась о стену и застыла качаясь.

– Мисс Рукс! – с бешеной радостью поздоровался я, глядя на испуганную женщину, сидящую за столом.

Она смотрела на меня абсолютно круглыми, блестящими глазами и тихо что-то шептала. Судя по движению губ – не слишком приятное.

Приглушив гнев, я осторожно прикрыл дверь. Осмотрел ее на предмет замков, но, увы, чтобы запереть ее нужен был ключ, пришлось надеяться, что сумасшедших, способных прервать мой гнев, здесь не было.

– Сэр Грей, чем обязана? – пока я прикрывал наши разборки от лишних глаз, уточнила мисс Рукс.

– Угадаете?

Обернулся я и зверем пошел вперед, к столу. Мисс с места так и не встала, и смотрела на меня как на досадную помеху. Только скрытый в глубине глаз страх показывал, каково ей сейчас.

– Я просил опровержение, мисс Рукс! – прошипел я, упершись в столешницу руками и склоняясь над ней.

– Я его написала, что еще вам надо?! – проговорила она, массируя переносицу.

– Ваша наглость переходит все границы! – все так же почти мягко процедил я, а после не сдержался, ударил кулаками по столу. Мисс подпрыгнула на стуле. – Какое плодотворное сотрудничество? Какая проверенная информация? Какая сеть злоумышленников?! Вы в своем уме?

– Скажите спасибо! Хотя бы в нашей газете вы работаете и можете поймать разом столько преступников.

– Я вас убью, – простонал я, понимая, что разговорами с этой мисс ничего не решить.

– Хотите сказать, «Кукольник» – это вы? – насмешливо вздернула она брови и приложила пальцы к вискам.

– Хочу сказать, что вы доигрались, – рявкнул я и тут же удивленно уточнил, заметив гримаску отвращения на каком-то излишне бледном лице мисс. Да и вообще она выглядела как-то странно, не здорово. – С вами все в порядке?

– От ваших криков разболелась голова, – процедила она, прикрыв глаза.

– Что ж, в управлении есть врач. Собирайтесь, поедем.

– Не собираюсь я…

– А я вас не спрашиваю! Встать!

Мисс одарила меня полным презрения взглядом, оперлась на столешницу, будто ноги ее не держали, встала и… стала заваливаться набок, резко сделавшись абсолютно белой.

Тело опередило мысли. Я оперся на руку, перекинул ноги через стол, сбросив с него все, что стояло. В мгновение оказавшись рядом с мисс, успел подхватить оседающее тело, прижав к себе.

– Мисс Рукс? – уточнил глухо, но мисс была без сознания. От нее просто несло жаром, но я словно желал убедиться, коснулся бледной кожи лба и выругался. Мисс действительно напоминала печь в зимнюю стужу.

Подхватив ее на руки, я поспешил наружу. Карета меня еще ждала, так что не стоит тратить время на вызов врача сюда.

– Бог мой, что вы с ней сделали? – испуганно и в то же время с искренним возмущением завопил Арчибальд Финн, так и стоявший в коридоре. Он бросился мне наперерез, протягивая руки, будто собирался вырывать бесчувственное тело.

– Это вы что сделали! – рявкнул я. – Почему не следите за своими работниками? Почему она в таком состоянии была здесь? Ей в больницу надо! Что с ней произошло?!

Арчибальд остановился пораженно, а после суетливо побежал впереди, открывая мне двери.

– Она вчера под дождь попала, а работала до вечера, вот видно и…

– А переодеться не судьба?

– Так ведь не дома мы, – виновато пробормотал Арчибальд, распахнув дверцу кареты.

– Не дома, – процедил я зло, рявкнув уже кучеру: – В городскую давай!

Дверца за спиной хлопнула, и карета в тот же миг дрогнула, устремившись к указанному адресу.

Мисс мне пришлось держать на руках, придерживая голову, чтобы ее не мотало от прыжков экипажа. Приходить в себя женщина не желала. Я осторожно прижимал к себе тонкое тело, гладя пальцами по горячей щеке. Гнев исчез, уступив место тревоге и неожиданной нежности. Из груди рвался тихий, почти мурлыкающий, протяжный рык.

Наконец карета стала у больницы. Еще несколько минут, и мою ношу уложили на старую, скрипучую каталку и увезли в глубины светлых коридоров.

– Вы ей муж? – строго уточнила пожилая сестра, заполнявшая документы.

– Нет… знакомый.

Женщина опалила меня долгим, строгим взглядом, но спасибо, отчитывать не стала. Вместо этого задала более насущный вопрос:

– Она в состоянии оплатить палату?

Я достал кошель, вытащил пару монет и бросил на стойку.

– Вот.

Женщина невозмутимо сгребла деньги, задала еще парочку ничего не значащих вопросов и отпустила меня. Но уходить я не спешил. Хотел убедиться. Дождался врача в коридоре, потратив около часа и так отсутствующего времени.

– Мы сбили жар, сняли воспаление, – едва слышно расписывал мне состояние мисс Рукс старик-доктор. – Но она пока спит. Ей нужен отдых.

Я покивал, достал кошелек и, запустив туда пальцы, уже более щедро насыпал старику в руку монет.

– Присмотрите за ней. И доктор, не выпускайте ее, пока не исчезнут даже малейшие признаки болезни. Держите до последнего и даже чуть-чуть дольше!

– Простите? – уточнил доктор, пряча монеты в карман.

– Пусть мисс отдохнет у вас недельку, а лучше еще дольше, – глядя врачу в глаза, жестко проговорил я. Получил понимающий кивок и наконец покинул это неприятное заведение.

глава 8

Дженни

Просыпалась я медленно, словно продиралась сквозь густой, липкий туман. Сначала не понимала, где нахожусь. Вместо привычного потолка скромной съемной комнаты надо мной проплывали белые, испещренные трещинами штукатурки своды. Воздух пах лекарствами, щекоча ноздри.

Потом ко мне вернулось ощущение тела, как у разбитого, беспомощного сосуда. Каждая мышца ныла, будто по ней проехался груженый воз. В висках стучало, отдаваясь глухим эхом в высохшем горле. Голова была тяжелой, налитой свинцом, и даже мысль о том, чтобы поднять ее с подушки, казалась непосильным подвигом. Я пыталась вспомнить, как оказалась здесь, но в памяти всплывали лишь обрывки. Мои дрожащие руки на печатной машинке, леденящий озноб, пробирающий сквозь промокшее насквозь платье, и огонь, пылавший внутри, пожиравший последние силы.

Больше всего я помнила Грея, ворвавшегося в кабинет как ураган. Лицо, искаженное яростью, и голос, низкий, вибрирующий рык, от которого стыла кровь. Я думала, он убьет меня тогда. И, честно говоря, в тот момент, когда мир поплыл перед глазами, а ноги подкосились, было уже все равно. Лишь бы это прекратилось.

А потом руки. Неожиданно крепкие, но вовсе не грубые. Чувство мимолетной безопасности, когда он подхватил меня, прижал к груди, и этот странный, почти мурлыкающий звук, что исходил откуда-то из глубины его груди. Это был последний обрывок перед тем, как туман поглотил разум целиком.

Когда я, наконец, пришла в себя окончательно, ко мне подошла сестра. На вид суровая женщина в накрахмаленном чепце.

– Ну вот, и очнулась наша мисс, – сказала она, поправляя мою подушку.

– Как я здесь оказалась?

– Ваш знакомый вас привез. В самом плачевном состоянии.

Знакомый? У меня не было приятелей, способных на такое. Сердце екнуло, предчувствуя недоброе.

– Кто? – удивленно округлила глаза.

Сестра описала высокого, грозного, в полицейском мундире дракона. Я без труда узнала Аарона Грея. Осознав, кто спаситель, онемела от изумления. Он не прикончил меня на месте, не бросил умирать в своем кабинете, а привез сюда? В голове не укладывалось.

Позже, когда я уже могла сидеть, та же сестра, скуповатая на слова, обмолвилась, пробормотав что-то под нос о том, что «этот ваш грозный дракон» еще и заплатил за палату и лечение. Это известие повергло меня в настоящий шок. Аарон Грей, заплатил за меня? Мир перевернулся с ног на голову.

Жар спал, слабость понемногу отступала, сменяясь привычной тревогой. Каждый день в больнице – это не только деньги, которые я должна вернуть Грею, но и простаивающая работа. Мои сбережения и так были на исходе, а просрочить платеж за жилье нельзя, хозяйка сразу вышвырнет вон.

Через несколько дней я почувствовала себя достаточно окрепшей, чтобы стоять на ногах. Подошла к врачу, старому сухопарому мужчине.

– Доктор, я благодарна за заботу, но мне необходимо выписаться. У меня работа.

Он покачал головой, внимательно просматривая медицинскую карту.

– Мисс Рукс, вам лучше еще немного полежать. Ослабленный организм. Малейший сквозняк – и рецидив обеспечен.

Они не понимали, что «лучше полежать» для меня означало «остаться на улице». Я кивнула, сделав вид, что соглашаюсь, и вернулась в палату. Но мысль уже созрела.

Дождавшись, когда медсестра скроется в другом конце коридора, я быстро надела свою одежду. На цыпочках выскользнула из палаты, затем из больницы и глотнула прохладного уличного воздуха, как заключенная, совершившая побег.

Дорога до моей каморки показалась бесконечной. Ноги подкашивались, в висках снова застучало. Я шаталась, опираясь о стены домов. Но цель была близка.

Войдя в свою комнатушку, я не стала даже отдыхать. Отодвинув старый комод, отковыряла одну из половиц. Под ней находился тайник. Небольшой кошелек с последними сбережениями на «черный день». Я высыпала монеты на ладонь. Негусто. Но хватило бы на месяц аренды и скудное пропитание. Однако отдать долг Аарону Грею важнее.

Мысль о том, что я обязана ему, жгла сильнее, чем недавняя лихорадка. Я не могла позволить себе быть у него в долгу. Ни за что. Взяв деньги, я снова вышла на улицу и направилась в управление. Я шла возвращать долг тому, кто по логике вещей должен был стать палачом, но по воле странного случая оказался спасителем. И это противоречие терзало куда сильнее любой болезни.

Дорога до участка далась нелегко. На карету денег не оставалось, пришлось идти пешком. Наконец, впереди показалось здание управления, вырвав из меня облегченный вздох.

У входа стояли двое рабочих в запачканных куртках. Перед ними – полицейский, молодой и недовольный он что-то активно выспрашивал. Я притормозила, стараясь не привлекать внимания. Пропустила вперед какую-то даму с корзинкой, делая вид, что просто хочу постоять и отдышаться.

До ушей долетели обрывки разговора.

– Да я ж говорю, никаких подозрительных кораблей не видел! – раздраженно бурчал один из рабочих, коренастый детина с обветренным лицом.

– А ящики? – настаивал полицейский. – Говорили, ящики какие-то ночью разгружали. Тяжелые.

Второй рабочий, помоложе, ежился и нервно потирал руки.

– Ну были ящики... Обычный товар. Кому какое дело?

– А то, что из одного что-то сыпалось? – настаивал полицейский и резко обернулся ко мне.

Пришлось срочно ретироваться. Но сердце уже екнуло. Ящики! Это пахло очередным происшествием в порту. Надо разобраться, в чем дело, и написать очередную статью.