Текст книги "Магия S-T-I-K-S 5 (СИ)"

Автор книги: Стинго

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

– Вербуете? – усмехнулся я на что он лишь развел руками.

– Благодарю за предложение и заботу о наших судьбах, но будьте спокойны, за себя мы постоять сможем даже после сотрудничества с вами. Однако степень нашего возможного взаимодействия не преступит определённые рамки, чтобы не усугублять будущие отношения с местными сообществами, – слегка размыто ответил я ему.

– А если отбросить все местные «забубоны» относительно сотрудничества с нами, почему бы вам действительно не осесть где-нибудь. В Тортуге, или даже… у нас? – полюбопытствовал генерал.

– У вас? – ухмыльнулся я.

– Может быть вы хотите нам провести экскурсию по вашему миру? – от моего «предложения» мужчину порядком передернуло, равно как от осознания последствий такой «прогулки».

– Не воспринимайте мои слова буквально. – усмехнулся я и убрав веселье перешел на серьезный тон.

– Ваше предложение по своему интересно, но некоторые моменты вашей работы в Улье идут вразрез с нашими убеждениями. Вот вы содержите у себя «фермы»? – вновь упомянул я тему, которая меня с души воротила, хотя я прекрасно понимал, что от настолько востребованного ингредиента, как вытяжка из потрохов иммунных, руководство генерала не может позволить себе отказаться.

– Нет, мы не содержим у себя фермы, а лишь покупаем потроха у иммунных. И забегая вперёд, скажу так: я прекрасно знаю, откуда они берутся, но мы их самолично не добываем, – попытался оправдаться генерал, но попытка оказалась, так себе.

– Вот как, – фыркнул я.

– Это ведь ваши слова, о том, что разумный, который жрёт мясо, не имеет права презирать мясника, потому что он ему – кровный брат! – прорычал я ему в маску, но ладонь Мары на моём плече вновь оказала чудодейственный эффект.

– Так и вы, – взяв себя в руки, продолжил я.

– Какими бы вы красивыми словами или ширмами не отгораживались, вы являетесь таким же звеном в этой кровавой цепочке и не можете сказать: это всё они-они, а мы белые и пушистые.

– Но ведь они лишь копии! – возмутился генерал, считая этот аргумент железобетонным.

– Открою вам один секрет: у копии не может быть души! А у иммунных и даже заражённых, она есть! – уверенно добавил я, при этом видя скепсис на его лице.

– В нашем случае вы просите помощи у жалкой копии. Потому что ваши «настоящие люди» в лице медиков и «яйцеголовых», спасовали. Не кажется ли вам подобное – нонсенсом?! – презрительно уточнил у сидящего масочника и, видя его скепсис, на слове «душа», добавил.

– А не хотите ли снять свою маску и полной грудью вдохнуть благословенный воздух Улья? – слегка подначил я его, отчего мужчину изрядно передёрнуло от нарисовавшийся перспективы, так как по всевозможным тестам он, как и Ольвия, иммунитетом к споре, не обладал.

– Возможно, потом, поскольку пока что мне ещё есть куда и к кому возвращаться, – ответил тихо внешник, но я его услышал.

– Вот именно! – рявкнул я, отчего он отшатнулся.

– Для вас этот мир лишь возможность воплотить свои амбиции, а мы лишь никчёмные копии. В то время как для нас – это дом! За который каждый борется как может, и уж точно не желая ложиться под нож ваших мясников, чтобы продлить существование ещё одному дряхлому «хозяину жизни».

Поэтому, пока этот мир не стал для вас домом, этот спор бессмысленен, – сперва эмоционально, но постепенно успокаиваясь, ответил я, чем вызвал в нём уже не протест, а размышление.

– Вы сказали, что у коп… у местных, есть душа?! Я уважаю ваши верования, но будучи агностиком, отношусь к подобным высказываниям с толикой недоверия… – старательно подбирал он слова, но я его перебил.

– А верить не обязательно. Просто примите это как данность. Тройственность любого разумного в виде: разума, тела и души – реальны и в доказательствах не нуждаются. Поверьте, я знаю, о чём говорю, – ответил я.

– И вы можете доказать существование души? – осторожно, словно общался с душевнобольным или ребёнком, спросил генерал.

– Могу, но для этого вам придётся умереть, – с улыбкой вивисектора констатировал я.

– Благодарствую, но нет. Я не готов к подобным экспериментам, – опасливо отодвигаясь от меня, ответил генерал внешников, на что я лишь пожал плечами.

– Не готовы так не готовы, – легко закруглил я ненужный по сути спор. Можно было и не «буровозить» эту тему, но уж больно шустро он начал вербовать нас в свои инопланетные ряды.

Стоило напомнить ему о разделяющей нас пропасти и дать понять, что мы ему нужны больше, нежели он нам, а значит – просто с нами не будет и ему придется считаться с нашим мнением. И уж точно мы не станем «мальчиком и девочками» на побегушках, которые только и делают, что рыщут по кластерам в поисках ценного хабара для его Консалта.

– Каким в таком случае вы видите наше сотрудничество? – с лёгкой напряжённостью в голосе спросил генерал, поскольку моя «глупая» выходка с рассуждением о борьбе «бобра с козлом» оказала на внешника слишком угнетающее воздействие. Он решил, что из-за разногласий с их сообществом, сотрудничество между нами под угрозой срыва.

– Перво-наперво, начнём наше сотрудничество с жеста доброй воли, – видя его недоумение, я завершил.

– Жест, конечно же, будет с нашей стороны и… – не заканчивая фразы, я выложил на стол кейс с десятью килограммами бриллиантов, плюс-минус грамм сто, на личные нужды, так сказать, ну или за доставку, хе-хе.

Раскрыв кейс, я развернул его в сторону генерала внешников, позволяя ему взглянуть на его содержимое.

– Наши аналитики оказались правы. У вас имеется «пространственный карман», – покивал генерал своим мыслям и тут же выдал итоговый анализ.

– И всё-таки «перешеек» – это было ваших рук дело, – пришёл генерал к неожиданно ошибочным выводам.

– Отнюдь. Мы лишь оказались в нужном месте и в нужное время. Ну а оставить бесхозные трофеи, для рейдера – это выше его сил. Мы лишь подобрали то, что плохо лежало, – пожал я плечами.

– Хотите сказать, что на ваших руках нет крови моих людей? – вздёрнул он в недоверии бровь, при этом не сказав и полслова о бойцах Вольта.

– Лишь опосредованно, да и то, ваш подчиненный был уже одной ногой в могиле, а если быть точнее, то двумя, учитывая сходящийся «каскад» перезагрузок, – неохотно ответил я, но лгать не видел смысла.

– Будьте добры, чуть больше подробностей о произошедшем на перешейке и опишите бойца, который выжил, – было видно, как сквозь забрало маски лоб мужчины прочертила вертикальная морщина, а в ментале полыхнуло горечью утраты своих бойцов.

Ну надо же…!

Описав без излишних подробностей найденное нами побоище и выжившего безногого мастер-полковника, я закруглил свой рассказ, внимательно следя за погрузившимся в нелегкие раздумья, генералом.

– Благодарю вас, Стинго, за откровенный рассказ. Понимаю, что вы сообщили не все подробности, но даже эта информация будет не лишней, в особенности описание последних минут жизни мастер-полковника Гранта. Именно он отвечал за эту операцию, и, основываясь на предоставленных вами данных, мы можем смело изменить статус «пропавших без вести» на статус «погибших в бою». Теперь их семьи получат полноценную компенсацию, пожизненный пансионат и пакет льгот, – судя по его эмоциям, генерала действительно тяготил их бюрократический бред, и за погибших парней он ратовал всей душой. Что ж, это объясняет, почему у него никогда не было недостатка в новобранцах. Бойцы служат намного охотнее, зная, что после их гибели родных не бросят и не забудут.

Мда.

Неожиданно генерал открылся мне с невероятной стороны. И хоть мастер-полковника он не особо жаловал, но потерю переживал всей душой, хоть и говорил что агностик.

– И вы вот так просто доверитесь данным, что предоставила копия этого мира? – не сдержался я от подначки.

– Не будем придираться к словам, лэр Стинго, – чуть поморщился Райдер.

– Ваши данные зафиксированы моим имплантом и будут мгновенно переданы в Метрополию, едва мы окажемся на базе. Тем более что фонд для выплат вы предоставили, а значит, подпадаете под союзнический статус, и ваше свидетельство, априори, будет считаться достоверным. Свой статус вы подтвердили фактом передачи материальных ценностей, – сказав это, генерал уставился на меня ожидающим взглядом, который я прекрасно уразумел.

– Я понял вас, господин генерал, и непременно верну вам вторую часть вашей собственности… – теперь уже я уставился на него ожидающим взглядом.

– Все же вы желаете нашей помощи в вызволении вашего крёстного?! – не вопросительно, а утвердительно ответил мужчина и не дожидаясь ответа, тут же принялся развивать свою мысль.

Я не стал повторяться о том, что мы справимся без его помощи, но будет глупо отказываться даже от минимальной помощи.

– Это возможно. По крайней мере, они зависят от нас и если хотят вернуться домой в целости и невредимости, должны будут пойти на определённое сотрудничество. Правда, договариваться с ними вам придётся самим, поскольку, проделав такой путь, они не захотят возвращаться домой ни с чем. И да! Мы не станем помогать вам в случае эскалации конфликта между вами и… Вольтом, – выдал он, на что я лишь мысленно усмехнулся, заметив как он обтекаемо выделил голосом отсутствие Ждана, что означало о его осведомленности относительно смены приоритетов второго «братыша».

– Но и вмешиваться на стороне кого бы то ни было, не станем, – культурно, но достаточно жёстко охарактеризовал он свою позицию, равно как и скинул со своей шеи ярмо необходимости договариваться ещё и с «серыми».

– Ваш нейтралитет – это более чем достаточно на данном этапе, хотя в случае силового решения и фатальных последствия, вопрос с вашим «пациентом» так и останется, не закрытым, – желваки генерала заиграли ходуном, а глаза опасно сузились, но он всё же нашёл в себе силы промолчать, что уже было хорошим знаком.

– А что касается «серых»… – продолжил я, делая вид, что не заметил его недовольства.

– …То у нас найдётся, что им предложить. Возможно, я попрошу вас предоставить нам их контакты и способ выхода на них, – чуть подумав, ответил я, скрепляя рукопожатием наши предварительные договорённости, но ощутив в его ментале вопрос, закончил.

– Вы получите кейс с редкоземелами сразу, как только я увижу крёстного целым и невредимым, – но мои слова его не удовлетворили, поэтому пришлось добавлять.

– В случае форс-мажоров… – я поморщился от этого слова.

– …Вы также получите вторую часть обменного фонда, даже если с моим крёстным случится непоправимое, но при условии, что не будете иметь к этому «непоправимому» никакого отношения, – припечатал я, и хоть генералу не понравилась моя формулировка, но выбора у него особо и не было. Поэтому, с силой сжав мне руку своей бронированной перчаткой, явно желая сломать мне пару костей, но не преуспев в этом, он попросил пока что придержать у себя кейс с бриллиантами, чтобы не вызывать у посторонних ненужных вопросов. А то, что взявшийся из ниоткуда девайс привлечёт постороннее внимание, было ясно, как «дважды два – четыре».

Я с пониманием принял его озабоченность, и спустя мгновение кейс вновь оказался в домене. Генерал, уже собиравшийся уходить, неожиданно остановился и решил поделиться бесценной информацией.

– Вы, конечно, в курсе, что к нам прибыл Ревизор. Это посланник Вавилона из центрального стаба этого региона. – увидев мой утвердительный кивок, он продолжил.

– Так вот. Наша часть обменного фонда предназначалась именно этому сообществу. И если у вас, по чистой случайности, завалялся вдруг контейнер с жемчугом, ваше пребывание здесь станет чуточку комфортнее. Я не сказал безопаснее, ведь вы отдавили все мыслимые и немыслимые мозоли самому Вольту. Но учитывая особенности характера Ревизора, иметь такую могущественную фигуру, даже в числе нейтралов – это уже немалое достижение! – закончив и отметив для себя, что я всё понял как надо, он кивнул и бросил многозначительный взгляд на стоявшую на столе пирамидку.

– Лэр, лэрессы! – по-военному отдал генерал честь и едва я «дезактивировал» конструкт приватности, очередным пафосным щелчком по навершию пирамиды, генерал упругой походкой направился к выходу.

Скрывшись за дверьми, он отбыл в неизвестном мне направлении в сопровождении своих бойцов и Ольвии.

Мы планировали обсудить итоги состявшегося только что разговора, но нам не дали спокойно сделать даже такую малость.

Входные двери с шумом и грохотом распахнулись, и в ресторан ворвалась дюжина бойцов в камуфляже, которые мгновенно взяли под контроль весь зал, и наш столик в частности.

Приблизившийся разумный оказался тем самым Хролем, что встречал нас на КПП. Похоже, ему «поступила» информация, что покровительство Ждана больше не стоит принимать во внимание, и теперь у него полностью развязаны руки, а значит, на этот раз он рассчитывает вытрясти из нас всю душу.

Именно эти мысли витали в его сознании. А ещё там клубились образы похотливых сцен, направленные в адрес моих жён, которых он уже представлял прикованными к дыбе и ублажающими его самыми извращёнными способами.

«Ах ты ж сучара головатая!» – промелькнуло у меня яростная мысль.

Однако дёргаться под дулами десятка стволов было неразумно. И не потому, что я не мог справиться с этой толпой вояк, а потому, что явившиеся в зал стабские бойцы привлекли слишком много постороннего внимания.

Да и выслушать возможные обвинения было бы небезынтересно.

Так же теплилась надежда, что, чем дольше удастся потянуть время, тем выше вероятность, что об этом узнает, так невовремя, убывший генерал Райдер и вмешается в творящийся здесь беспредел местной администрации. Но особо на это я не рассчитывал, поэтому с девочками стали обдумывать варианты развития эскалации.

«Нет! Можно, конечно, превратить эту мразь в раба, но вокруг слишком много свидетелей. А это значит, что внезапно изменивший своё поведение Хроль может натолкнуть Вольта на нежелательные выводы, а нам это ни к чему».

– Рейдер Стинго?! – сквозь зубы выплюнул этот субъект моё имя и, не дожидаясь ответа, принялся сыпать обвинениями.

– Вы обвиняетесь в смерти рейдера Скелета и использовании на Арене запрещённых артефактов и Даров. Вы обвиняетесь в смерти рейдера Клеща, которого убили на глазах десятков граждан и гостей стаба. Вы обвиняетесь в смерти знахаря Калёного и двух бойцов стаба. Вы обвиняетесь в смерти рейдера Клеста!!! – выпалил он на одном дыхании.

– Клевета и поклёп! – спокойно ответил я, поймав паузу, пока он набирал воздух для очередной порции обвинений. Хроль от моей наглости аж подавился собственными словами, но потом гаденько ухмыльнулся и дополнительно обвинил меня в неуважении и оскорблении администрации штаба, что, по его мнению, было сродни Смертному Греху и каралось десятью годами расстрела.

Смешно звучит?

Возможно.

Но учитывая регенерацию иммунных, наличие живчика и присутствие знахарей, угроза не такая уж и гипотетическая.

– Дуэль со Скелетом была ответом на его оскорбления. У меня куча свидетелей в баре уважаемого Баристо. Скелет счёл моих жён женщинами лёгкого поведения, за что и получил достойный ответ. И вообще! На дуэль до смерти, меня вызвал именно он. И я не виноват что итогом поединка, – стала его гибель на Арене. Более того. Убил его неизвестный рейдер, равно как и вашего знахаря и его бойцов, что вмешался в нашу дуэль. Видимо это и есть тот самый Клест. Так что разбирайтесь со всем этим сами! – закипая принялся я отвечать этому потерявшему берега, «контрацептиву».

– Никаких артефактов я не использовал. Запрещённых Даров не применял, – спокойно продолжил, заметив как Хроль перевёл взгляд на стоявшего рядом коллегу, который оказался ментатом, и блеск его глаз выдавал работу его Дара. И то, как он посмотрел на новоиспечённого прокурора, тому явно не понравилось. Но я не дал ему перехватить инициативу.

– Я не убивал рейдера Клеща. Я вообще впервые слышу это имя и никак не мог стать причиной его скоропостижной смерти, – с трагизмом в голосе продолжал я «оправдываться».

– Это произошло сразу после дуэли со Скелетом. Вы убили проходившего мимо рейдера на территории стаба, а подобное преступление карается смертным приговором. Он случайно прикоснулся в толчее к вашему оружию и от этого умер. Это опасный артефакт, и его присутствие в стенах стаба недопустимо! – попытался надавить на меня этот гадёныш, неосознанно проболтавшись как о над-арте, так и о том, что он в курсе «случайного» контакта с моей «Правью».

Ну-ну.

Что еще скажешь?!

В его ментале ощущалась нарастающая неуверенность от того, что вокруг собралось неожиданно много народу, и большинство из них были постояльцами отеля и, по совместительству, весьма обеспеченными, а значит, влиятельными разумными, которые сейчас с интересом наблюдали за этим плохо разыгрываемым фарсом администрации стаба.

Многие присутствовали на дуэли, еще больше питались слухами, поэтому свидетелей моих слов было предостаточно.

– Я повторюсь. Я не знаю никакого рейдера Клеща и к его смерти не имею ни малейшего отношения. А что касается моего оружия, то вот, прошу. – вытащив из поясной петли реплику «над-арта», я протянул её обвинителю. Однако его инстинкт самосохранения оказался на уровне, и оружие у меня принял один из его бойцов.

– Если его ношение в штабе несёт угрозу, то я, как законопослушный гость, прошу вас взять его на хранение до того момента, пока я не покину стаб Тортуга. – убедившись, что с бойцом ничего не случилось, он с плохо скрываемой радостью вырвал у него топорик и спрятал в предоставленный бойцами кофр.

Однако отпускать нас с миром он не собирался, и похоть окончательно затмила его разум.

– Вы обвиняетесь в организации заговора против стаба Тортуга и подрыве его экономического и военного потенциала. – от его последнего обвинения по рядам собравшихся слушателей прошёлся недовольный ропот, направленный в адрес окончательно потерявшего берега чиновника.

– Клянусь, что ни в какой подрывной работе против экономического и военного потенциала стаба Тортуги не участвовал, не планировал и не замышлял. – мои слова громовым раскатом пронеслись среди гомона ресторанного зала. Хроль лишь презрительно выпятил губу и продолжил собственными руками рыть себе могилу.

– Ментат штаба зафиксировал в ваших словах… – но он не успел высказать, несомненно, очередную ложь, поскольку на полуслове его фразу закончил басовитый голос, раздавшийся из толпы.

– …Абсолютную правду!

Зеваки, отхлынувшие от места, где раздался голос смельчака, не побоявшегося перечить представителю администрации, быстро опознали в говорившем одного из главных гостей стаба, а именно Креза, который оказался не только личным телохранителем Ревизора, но и довольно мощным, а главное общепризнанным, ментатом. И в этот переломный момент его вмешательство оказалось решающим, и его слову Хроль оказался не в силах перечить.

Скрежетнув зубами, чиновник быстро «собрал» манатки и, напоследок злобно зыркнув на меня, со всей своей свитой убрался прочь, отчасти радуясь, что смог конфисковать интересующее Главу оружие пришлого, и злясь, что не смог отправить меня на плаху и завладеть моими женщинами.

Понимая, что этот гадёныш не оставит своих попыток, я активировал на нём заклинание «гниение крови». В течение ближайших часов конструкт изрядно попортит ему кровь, хе-хе, и даже если он обратится к знахарю, надолго потеряет интерес к моей семье.

Но стоило отдать должное вмешательству явно недолюбливающего меня Креза, а значит…

– Стинго, если не ошибаюсь, – спросил, хотя скорее утверждал, подошедший к столу седовласый крепыш.

– С вами желает переговорить господин Ревизор, поэтому я настоятельно прошу вас не покидать отель и стаб в ближайшие несколько часов. – не дав мне раскрыть рта, он едва ли не в приказном тоне обратился ко мне, глядя в стёкла моих очков.

Такое отношение в другой раз изрядно разозлило бы меня, но всплывшая информация о вероятной деятельности его начальства в Тортуге удержала меня от колкого ответа, поэтому я лишь согласно кивнул.

После этого Крез развернулся и ушёл восвояси, ничуть не сомневаясь, что его указания в точности будут исполнены.

– И что это было? – засыпали меня вопросами девочки.

– Ещё не знаю. Но приструнив одной фразой охамевшего чинушу, Крез практически рассчитался с нами за их спасение от элитника. Ну а что касается его «ультиматума»… Возможно мы нужны Ревизору для каких-то его дел, что вряд ли, а скорее всего до него уже дошли слухи о наших подвигах, и теперь нам либо кинут предъяву, или же сделают предложение, от которого невозможно отказаться, – пожал я плечами, замечая, как нас издалека сначала «щёлкнули» весьма знакомой моделью планшета, а затем я увидел, как к нам целенаправленно приближаются два колоритных индивидуума в весьма приметных масочных комбинезонах… серого цвета.

Хм…!

– Вы позволите? – с подобием намёка на вежливость, но не дожидаясь разрешения, уселись эти два типа напротив нас. Мазнув по нам безразличными глазами, они буквально вонзили свои взгляды в… Лию?

Не понял!

Это что ещё за хрень?!

Скользнув по краям их ментала, я выхватил целую круговерть мыслей и эмоций, среди которых преобладала всего одна – Лия!

Из этих же эмоций стало ясно, что они не просто так щёлкали нас своим планшетом, но и получили достоверную информацию о личности Лии и том факте, что она стопроцентно их соплеменница, а значит…

– Таллия Кондрад! От лица Конклава Корпорантов я требую вашего полного подчинения и содействия мне, как представителю главной ветви и старшему по званию! – прозвучал приглушённый маской голос одного из «серых», отчего вмиг воцарилась тишина, а Лия, сжавшись в кресле, судорожно всхлипнула.

Охренев от того, что какой-то «чудак» что-то требует от моей жены, я нашел в себе силы сперва активировать «полог приватности» и уже потом начал шипеть не хуже змеи.

– А скажите, любезный, с каких это пор моя жена вам что-то должна?! – голос гортанно вибрировал, а приоткрытая на самую малость аура ударила по мозгам охамевших внешников не хуже кувалды.

– М-мы… он-на… – принялся мямлить один из «гостей».

– Она обязана исполнить свой долг и принадлежит Корпорации! – вполне внятно ответил второй, видимо, сила воли у него посильнее будет.

– Ошибаетесь, любезный! Вам она ничего не должна и уж точно не принадлежит вашей Корпорации! Лия – часть нашей семьи! Моя женщина и жена! Поэтому, если у вас есть претензии к моей супруге, вы можете высказать их мне, – ещё более понизив голос, прорычал я.

– Мнение жалкой копии никто не спрашивал, – принялся нарываться более волевой мазнув по мне презрительным взглядом.

– Да что вы говорите?! Видимо, вы меня не узнали в этом наряде… – После этого я снял свои темные очки и «взглянул» на них своими провалами глаз, отчего оба «серых» в испуге отшатнулись.

– Я готов выслушать вас! И да, если вы всё ещё не узнали меня, позвольте представиться: Стинго! И, забегая вперёд, спешу сообщить, что у вас находится мой крёстный, пощывной – Борода! – по мере моих слов видимые сквозь забрало маски глаза внешников принялись лезть на лоб, при этом рука волевого дёрнулась к набедренной кобуре с таким знакомым «TMW-3000».

– Не стоит совершать поспешных поступков, – спокойно сказал я, вновь надевая очки и вальяжно откидываясь на спинку кресла.

– Я искал контакта с вами по уже озвученному вопросу, и раз уж так случилось, что он состоялся раньше времени, предлагаю открыть торги по интересующему нас «лоту», как бы пошло это ни звучало, а именно – моего крёстного, – сложив ладони домиком, я озвучил желание решить вопрос цивилизованным путём.

– Наш товар вам не по карману! И вообще, ваш брак по законам нашего мира считается недействительным, и я требую выдачи нашей соплеменницы в обязательном порядке и немедленно, – попытался «качать права» волевой.

– По вашим законам может и не является. А вот по закону этого мира она является моей супругой, и это подтвердил сам Улей, – как несмышлёнышу, попытался я объяснить ему простую истину.

– Оставьте ваш религиозный бред для более впечатлительных. Повторюсь, либо вы выдаёте нам Таллию Кондрад, либо мы будем жаловаться администрации Тортуги, – при последних словах видимую часть его лица перекосила мерзкая ухмылка, а в ментале полыхнуло злорадством, что они могут доставить неприятности разумному, который изрядно попортил им крови.

– Ну, вы можете жаловаться куда угодно, – безразлично парировал я.

– Тем более что вы, буквально несколько минут назад, наверняка имели удовольствие полюбоваться на попытку администрации наехать на нас, которая увенчалась полным фиаско, – вернул я волевому его недавнюю ухмылку.

– За вас вступились самым возмутительным образом! – раненым зверем взревел «серый» тихоня.

– А перед этим совершенно случайно мы имели честь беседовать с генералом Райдером, с которым расстались не более как минут двадцать тому, – чуть приукрасил я картину, но этих «фактов» хватило «серым» для того, чтобы задуматься, а так ли мы просты, как кажемся?!

– Меняем вашего крёстного на Таллию Кондрад! – потеряв берега, выпалил тихоня.

– Неприемлемо! – отрезал я.

– И на будущее! Я бы настоятельно рекомендовал вам не включать в предстоящие торги мою супругу, – буквально прорычал я и вновь приоткрыл свою ауру.

– Хорошо, – неожиданно быстро придя в себя, промолвил волевой.

– Что вы можете нам предложить такого, чего мы не можем получить в случае участия в аукционе? – с изрядной долей скепсиса задал он же вопрос.

– Я предлагаю вам обезличенные карты на предъявителя с солидной суммой на них, – зависший внешник ошарашенно посмотрел на выложенные стопкой пластиковые карты, которые я экспроприировал в логове Герхарда, после чего взглядом попросил разрешения проверить содержимое.

Получив мой кивок и проведя считывающим устройством по нескольким из них, он с огромным трудом смог удержать «покерфейс» от высветившейся на его планшете суммы.

– Этого недостаточно, – прохрипел он, хотя, возможно, это так его маска искажала голос. Однако мелькнувшая в его ментале сумма в миллиард кредитов только на одной из карт изрядно повеселила меня, но я не стал мелочиться, поскольку у меня оно лежало мёртвым грузом.

Чуть помедлив, вслед за картами я выложил на стол изъятый из домена бриллиант, который за краткий миг, пока он был недоступен глазам внешника, увеличил при помощи заклинания «Engorgio» до размеров моего кулака и, влив океан энергии, стабилизировал его вечной трансфигурацией.

Глухо прокатившийся в сторону «серых» огромный камень сначала вызвал настороженность и даже испуг, но, приглядевшись к тому, что я им «выкатил», «переляк» мгновенно сменился скепсисом и лёгким презрением.

– Ну и зачем нам эта стекляшка? – презрительно фыркнул тихоня.

– Стекляшка? – хмыкнул я.

– А вы проверьте эту стекляшку своими сенсорами, анализаторами материи или что там у вас есть?! – после моих слов тихоня нехотя извлёк какой-то прибор и около минуты всячески «изучал» лежавший на столе камень, стараясь при этом вообще не касаться его.

– Э-это к-как?! О-откуда? Т-такого н-не м-может с-существовать в п-природе, – заикаясь на каждом слове, проблеял тихоня.

– Что там такое? – вклинился волевой, не в силах удержаться от любопытства.

– Тут более пяти тысяч карат, и это уже в огранённом виде, – промычал напарник.

– Я не представляю, каким должен был быть изначальный алмаз, и каким образом смогли его огранить и не повредить. Он абсолютной чистоты, без единой трещинки или дефекта. Он ИДЕАЛЕН! Так… так не бывает!!! – принялся лихорадочно сыпать обилием научных терминов в весьма узконаправленных спецификациях.

– И сколько он может стоить? – пресёк поток формул утратившего реальность напарника волевой.

Тихоня, а скорее всего, очередной безумный док, судорожно сглотнув и переведя взгляд на стопку обезличенных карт, сказал, что этой суммы будет недостаточно, чтобы просто иметь возможность подержать в руках эту величайшую драгоценность.

Вояка, недоверчиво зыркнув на меня, осторожно взял камень в руку и, напрягая экзоскелетные мышцы своего не рядового облачения, попытался раздавить огромную «стекляшку».

Завывшие миомерные мышцы некоторое время «боролись» с огромным камнем, пытаясь доказать бутафорность последнего, но не в этот раз.

Технологии были вынуждены расписаться в своём бессилии перед природой и магией.

– Это какой-то трюк? – попытался «наехать» на меня волевой.

– Отнюдь, – хмыкнул я в ответ, но тут же добавил.

– На просторах Улья можно найти всё что угодно, особенно если знать, где искать. – мои слова никак не отобразились на лицах «серых», хотя в ментале они буквально полыхнули жаждой наживы и желанием узнать местонахождение подобной ценности.

– И что вы хотите за это всё? – стушевавшись, но всё же найдя в себе силы, задал вопрос волевой, а скорее всего, силовик их группы.

– Как я уже говорил ранее, у вас есть разумный, который нужен мне живым и желательно невредимым, – вновь озвучил свой интерес, интонацией давая понять, что слишком наглеть тоже не стоит.

– Я не могу решать такие вопросы вот так, с ходу, – прохрипел он, не отводя взгляда от лежавшего камня.

– Надеюсь, вам не нужно для этого связываться с вашей базой, или, прости Улей, с материнской планетой? – саркастически уточнил я у него.

– К сожалению, связи с базой у меня нет, – с некоторым сожалением, правда весьма наигранным, довольно спокойно промолвил вояка. Но то, как в его ментале промелькнули мысли, что того, что лежит на столе, хватит с лихвой, чтобы перекрыть все убытки за последние полгода, включая уничтожение Чистилища, гибель бойцов и потерю техники, я ощутил, а значит он всего лишь накручивает ценник будущей сделки.

Меня это лишь позабавило, но давать сесть себе на шею я не позволю.

Усмехнувшись про себя, я решил накинуть ещё несколько придержаных на случай излишней наглости, «карт», и на этом закрыть торги.

Что он там бубнит?

– Вы знаете что Борода является беложемчужником? – начал издалека «серый».

– Знаю, – кивнул я, ничуть не удивившись его осведомлённости об объекте моего интереса.

– Поэтому всё, что вы предложили, конечно, хорошо, но не в силах перевесить цену нашего «товара». А учитывая, что в этом месте это ничего не стоит, то огромную цену это представляет лишь в нашем мире, и никому другому вы это «впарить» не сможете. Ко всему прочему, это ещё нужно доставить в Метрополию, а это дополнительные расходы и риски, – принялся он мутно набивать себе цену.

– Вы не совсем верно расставили приоритеты, любезный, – ухмыльнулся я.

– Как минимум есть ещё один покупатель, который оценит камень по достоинству. – увидев их недоумение пополам со скепсисом, я не стал тянуть кота за тестикулы.

– Генерал Райдер. Думаю, при отсутствии посредников он заплатит за эту «стекляшку» по высшему разряду. Особенно если в качестве оплаты я попрошу его не сопровождать вас обратно в свой регион, благо контакт у нас с ним уже налажен, – гаденько ухмыльнувшись «серому», я протянул руку к стопке карт и огромному камню.