![](/files/books/160/oblozhka-knigi-a-otlichniki-sdohli-pervymi.-chast-2-si-376313.jpg)
Текст книги "А отличники сдохли первыми... Часть 2 (СИ)"
Автор книги: R. Renton
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)
Глава 5. Охота на человека
Полудохлая конечность опустилась на свои руки и медленно поводила слепой головой из стороны в сторону, открыв слюнявый рот. Истекая кровью, основное туловище всё также сидело, привалившись к стене. И иногда судорожно подёргивало ногами.
Разрядив в слепую башку остатки патронов, я выкинул пустой рожок. Спешно рассовав по карманам два магазина, которые были зажаты в руках центровых, так и не успевших перезарядиться, третий я воткнул в автомат. Времени на тщательный сбор трофеев нет. Скорее всего, с улицы вот-вот сбегутся на стрельбу остальные участники блокады на Чернышевского.
Теперь надо бы разгрести эти завалы… Но, подойдя поближе и посветив фонариком за кучу расстрелянных и раздавленных трупов, я заметил, что коридор за ними наполняется жорами. Нет, они сбежались не на запах «Скиттлз». Те твари, которые смогли залезть сюда по головам товарищей через окна, принялись уписывать за обе щёки густую слизь из лопнувшего брюха. Она покрывала весь пол, стены и разорванные адской тройняшкой тела по ту сторону завала. Поэтому прямо на моих глазах коридор, ведущий к пожарному выходу, стал непроходим. Ну вот… А так всё хорошо начиналось…
А что у нас в остальных трёх направлениях? На севере – тоже толпа жор. На востоке – вот-вот соберутся оставшиеся «лётчики» во главе со своим солевым гением-механиком. И по идее мне нужно совсем в другом направлении. И что делать?
В ответ на этот вопрос вариант с улицей Чернышевского говорил сам за себя. Сейчас под моими окнами безлюдный участок. Но чтобы пройти дальше на запад к кадетской твердыне, очевидно, придётся повоевать. Ну, хотя бы не с пустыми руками, как раньше. Хотя косу придётся бросить тут. С ней в предстоящей перестрелке не побегаешь.
Я присмотрелся к автомату – классический АК-74. Из запасов военного училища. Надёжная разработка почти полувековой давности. Резкий как удар серпом по яйцам, мощный, как молот. Чисто советский герб. Памятник ещё одной ушедшей эпохи.
Под ногой что-то хрустнуло – в свете фонарика блеснули стёклышки знакомых очков… О, а вот и хозяин. Валяется в самом низу, в полном соответствии со своим рангом. Мёртв, конечно. Только не говори мне, что ты не знал, к чему всё это идёт, земляк. После встречи со мной мало кто может пережить следующую ночь…
Вытащив раздавленный и переломанный труп Прокопа из-под завала, я пошарил у него по карманам. Так и есть, он отдал мне не все свои трофеи – в курточке обнаружилась ещё одна пачка сладостей – «M&M’s» с арахисом. И за поясом торчит моя финка. Отлично. Жалко было бы потерять.
Не в силах больше терпеть голод, я разорвал пакетик и опрокинул конфеты в рот, поглядывая на жор, увлечённо всасывающих с пола киселеобразную дрянь. Вкусно, наверное, раз её запах для них намного привлекательнее лёгкого аромата ванили и шоколада из упаковки – даже ухом не повели. Теперь главное не забывать дышать только через нос.
Минут через десять, когда уровень сахара в крови основательно подскочит, я смогу гораздо быстрее ворочать мыслями и двигаться почти без одышки. А пока осмотримся.
Из окна, в которое пролезали стрелки, улицу было видно не очень далеко. На востоке движения не было – очевидно те центровые, которые сидели там, сбежались ещё на мой первый призыв к оружию. На западе улицу мне было видно только до угла того самого строительно-архитектурного колледжа. Первый этаж которого должен был быть завален обгоревшими трупами комсомольцев и октябрят. Вряд ли кадеты заморочились его очисткой. Значит там ещё и жор должно быть не мало. Лучше сейчас не соваться.
Дальше по улице над зданием колледжа высились две жилые многоэтажки. Те самые, из которых Комса устраивала ещё один отвлекающий манёвр во главе с неким Шнырём. Скорее всего они тогда отступили, когда увидели, во что превратилась атака основной группы. Вот до них мне и нужно совершить последний рывок. Оттуда уж как-нибудь помашу караульным на главном входе в больничный комплекс. Меня сейчас трудно с кем-нибудь перепутать. И за время отдыха я успел намозолить кадетам глаза.
Дышать и правда стало легче. Даже настроение как-то улучшилось. Люблю шоколад.
Я вылез из окна и двинулся вдоль обочины, пригибаясь за рядом брошенных припаркованных автомобилей. Но вскоре достиг знака, запрещающего стоянку у здания колледжа – дальше идти нужно было в отрытую. А по другой стороне улицы кто-то двигался в мою сторону. Послышалось минимум три разных голоса. Все уже успели сломаться.
– Чё тут нет-то никого?
– Да мож поссать отошли…
– Чё, все сразу шоль…
– Я ж вам говорил, стреляли тут где-то…
– Да если б тут стреляли – до Улешей бы по всей улице слышно было. Тут же как в каньоне…
– Где-е?
– В жопе твоей! Кроме инструкции на освежителе ничего в жизни не читал, небось. Как только поступил…
– Да хуль ты выёбываешься?!
– Тихо! Чёт в натуре вообще никого…
Негромко зазвенело перебрасываемое с плеч на руки оружие. Хрустнули затворы.
– Может красные вылазку тут устроили? Воду-то им где-то надо брать.
Я повернул зеркало машины, за которой прятался и посмотрел в него через дорогу. Так и есть, трое рослых парней в камуфляже. Каждый с таким же «калашом», как у меня. От таких укрываться можно только за двигателем. Салон и двери с такой дистанции прострелят. Но и я тоже прострелю.
Подобрав с обочины кусок отколотого асфальта, я швырнул его назад. Стрелки тут же пригнулись и открыли огонь по машине, на капот которой он приземлился с глухим звоном.
Пригнувшись, я двинулся в нужную мне сторону, не сводя взгляда и прицела с бойцов, обстреливающих несчастную тачку короткими очередями. Уже через несколько секунд они перестали палить, всмотрелись в свою цель и тут же заметили движение с моей стороны. Но я сразу прижал их к укрытию ответным огнём.
Точнее, укрылись от моих коротких очередей только двое. Третий попытался ответить и тут же схлопотал пулю в корпус. Охнув и отлетев на тротуар, он скрылся из вида.
Пройдя под стрекот и звон гильз ещё с десяток метров, я нырнул за толстый старый тополь и начал перезаряжаться. До следующего укрытия на этой стороне было слишком далеко. Надо будет перебегать на их сторону.
Воспользовавшись паузой, уцелевшие бойцы тут же начали стрелять в мою сторону. В ствол стукнула пара пуль, остальные выбили фонтанчики штукатурки из фасада колледжа. Точнее, судя по звуку, стрелял только один. Значит второй сейчас менял позицию. Скорее всего, пытается зайти мне во фланг, перебравшись на мою сторону за те машины, из-за которых я только что выбежал. Смотри-ка, учили их всё-таки чему-то полезному, даже на первом курсе. Не только митинги дубинами разгонять.
Но вы же только что пожадничали. И не воткнули новые рожки, после того, как обстреляли пустую машину. Я бы услышал характерный стук и хруст. А значит, сейчас стрелок уже опустеет, а бегущий ещё будет открыт.
Упав на спину с другой стороны тополя, я, не целясь, полил длинной очередью пространство между двумя сторонами дороги. Уже подбегавший к укрытию боец дёрнулся и, споткнувшись, повалился на асфальт.
Вместо ответного огня я услышал лихорадочный стук магазина, который на противоположной стороне дороги сейчас пытались вставить на место опустевшего. Отлично, понервничай пока. А я пошёл.
Перекатившись из-за ствола на дорогу, я потратил секунду на прицеливание и наградил заползавшего под машину раненого бойца ещё тремя пулями. Теперь не уползёт.
Оттолкнувшись от земли, я со всех ног ринулся через проезжую часть и прыгнул руками вперёд за ближайший автомобиль – как раз в тот момент тогда по асфальту за моей спиной застучали пули длинной очереди из нового магазина у оставшегося противника. Прижавшись к радиаторной решётке, я начал ждать, пока последний из тройки вдоволь настреляется по машине. Сверху лопнули стёкла, по корпусу забарабанили и с визгом отрикошетили несколько очередей. Стрельба затихла.
Сейчас ты уже не знаешь, чего ждать. И боишься. А значит инициатива снова у меня.
Я отомкнул и проверил магазин – примерно половина. Хватит.
Высунув из-за капота только руки с оружием, я пальнул пару раз на тот случай, если он всё-таки сейчас выцеливает мой силуэт и только тогда вновь начал двигаться в нужном направлении.
Пятясь вдоль ряда машин и кроя свою сторону, я снова достиг конца парковки. Теперь мне опять нужно было на другую сторону. Укрывшись за последней тачкой, я поставил последний целый магазин, а полупустой сунул обратно в карман.
Позади пикнула рация и послышался сдавленный голос. Вот же ж! Похоже, что рация была у того, кого я снял первым. И теперь до неё всё-таки решил добраться растерявший остатки уверенности третий патрульный. Значит, сейчас кто-то пожалует на подмогу с запада. Пора отсюда дёргать.
Поднявшись, я застрочил короткими в сторону противника и быстро зашагал к противоположной стороне.
Но стрелок не стал прятаться, видимо рассчитывая на то, что издалека и в движении я в него точно не попаду. Проявив отвагу, он высунулся и полил меня длинной очередью. И если бы он перед этим сменил магазин, то точно скосил бы меня по её завершению. Но веер пуль всё-таки перестал дырявить асфальт совсем рядом по направлению ко мне уже через секунду непрерывной стрельбы.
Я перестал стрелять и побежал к высоткам на другой стороне дороги уже со всех ног. И еле успел вскарабкаться в разбитую витрину магазина на первом этаже, как по кирпичам опять застучали пули. Но стрелял теперь не только третий боец, оставшийся на противоположной стороне. Судя по басовитому звуку, издалека с запада по мне строчил пулемёт. Час от часу не легче…
Расстреляв несколько десятков патронов, явно покрупней пятёрок «калашникова», пулемётчик стих. За это время я прополз через помещение магазина в подсобку и убедился в том, что второго выхода здесь нет. Только крыльцо, ведущее обратно на улицу, под обстрел. Ловушка.
Если у них есть гранаты – мне конец. Если нет, поживу подольше. Может даже сниму ещё парочку штурмующих. Надо отсюда выбираться. Как? Да хоть бы и сквозь стены. Но для начала купим немного времени.
Переключив автомат на одиночные, я не глядя выпустил три пули из-под витрины в разные стороны, чтобы заставить противников ещё немного посидеть в укрытии. Мне в ответ снова заговорил пулемёт. Возможно, уже кроет подступающих.
Закинув автомат за спину и захватив с собой покрытый пылью стул с ножками из нержавейки, я забежал в туалет. Расчёт верный – толстая сливная труба в углу была из дешёвого пластика. А отверстие под этот стояк в потолке делали на скорую руку – гораздо шире, чем требовалось. И лишнюю дыру вокруг трубы кое-как замазали раствором. Который уже крошился. Да, в последнее время дома с дешёвыми квартирами строили именно с таким качеством. Идёшь с утра погадить на первом этаже, а на третьем уже догадываются, что ты ел вчера на ужин.
Сунув ножку стула между трубой и стеной, я рывками начал использовать её в качестве рычага и гнуть пластиковый стояк. Пластик довольно легко поддался, и вскоре труба выскочила из сочленения над полом, покрошив вверху ещё немного цемента.
Расшатав и вытащив трубу из потолка, я обстучал остатки хрупкого раствора стулом, щурясь от сыплющихся в глаза крошек. Нет, пока не пролезаю.
Укрывшись за входом в туалет от случайных рикошетов, я начал аккуратно расстреливать края дыры оставшимися патронами. Воздух наполнился пороховыми газами и цементной пылью. С каждым выстрелом я откалывал от перекрытия ещё несколько сантиметров.
Поменяв магазин, я дострелял остатки. Вот теперь можно попробовать протиснуться.
Скатав плащ и стянув с себя свитер, я мимоходом отметил то, как же я сильно похудел за последнее время. Совсем дрищём скоро стану в таком режиме. Ремень на последней дырке болтается. Ну, тем легче будет пролезать.
Закинув одежду и оружие через дыру в потолке наверх, я подставил стул, пару раз глубоко вдохнул, выдохнул до предела и подтянулся на руках в дыру с зубастыми краями. А с улицы уже слышался приближающийся топот. Нет, нету у них гранат. Иначе уже бы швырнули.
Осколки бетона ободрали голые плечи и впились в грудь. Упираясь локтями, я рывками протаскивал тело наверх, не смотря на порезы и царапины. Хорошо, хоть вспотеть успел, пока бегал да с трубой возился.
Втянув в дыру костлявую задницу и похудевшие бёдра, я огляделся. Обычная квартира. Разорена. Значит дверь в подъезд открыта. А выход из подъезда был не на улицу, а с противоположной стороны, во двор. Туда мне и надо.
Накинув одёжку и оружие обратно на себя, я услышал снизу обрывки фраз штурмующих. Судя по всему, они быстро смекнули, что к чему, заметив раскуроченный туалет и стул под дырой в потолке. И без лишних слов выбежали обратно на улицу. Сейчас эти гопники будут встречать меня у подъезда. Совсем как в молодости!
Выбежав из квартиры в покосившуюся на сорванных петлях дверь, я поспешил по ступеням вниз на подгибающихся ногах. Цепляясь за перила, я потолкался с многочисленными дверями, отделяющими лестницу от лестничной клетки, клетку от подъезда, подъезд от тамбура и тамбур от улицы. Да сколько же тут у вас дверей-то! Хорошо, что хоть магнитные замки домофонов не работают без электричества.
И выскочив на улицу, я тут же попал под спешную очередь, которую навскидку засадил по мне выбежавший из-за угла боец. Обожгло бедро и я кубарем нырнул обратно в подъезд. Чёрт, ну чуть-чуть же!
По штанам вокруг дырки сбоку медленно растекалось тёмное пятно. Вроде по касательной. Жжёт, но мышца от удара не болит. Заживёт. Если я доживу.
Подъездную дверь перестали обстреливать.
– Э, выходь, красный! Некуда тебе бежать! На крышу только если. И потом вниз. Хе-хе… – Снаружи со мной вступили в переговоры.
– Приди и возьми, ублюдок!
– Хуясе ты басишь. Те скока лет-то?
– Уж побольше, чем тебе, пиздюк.
– Чё какой дерзкий? А ваще чё, Перец таких любит. И воевать умеешь. Может нахуй пошлёшь эту шелупонь краснопёрую? У нас уже есть несколько бывших ваших, чёткие пацанчики. Мож и тебя возьмём…
– За щеку ты у своего Перца возьмёшь, мудила.
– Бля, да давай его завалим уже, заебал! Крой!
К подъезду быстро затопали несколько пар тяжёлых ботинок и по стенам за дверью застучали пули. Но выстрелы шли не от угла, а от укреплений кадетов вдалеке напротив.
Топот сменился звуками падения нескольких тел и бренчанием оброненного оружия. И со стороны угла всё же открыли ответный огонь – из того самого пулемёта. Значит что-то ручное. Значит патронов с собой немного.
Так и было – тяжёлая очередь смолкла довольно быстро и послышался удаляющийся топот отступающего пулемётчика. И приближающиеся шаги со стороны детской больницы.
– Эй там, в подъезде! Выходи с поднятыми г’уками, ты окг’ужён! Гаг’антируем жизнь, если не будешь сопг'отивляться!
– Горян, ты что ли? – Как же я был рад слышать этого отчаянного паренька. Три дня назад ещё в койке бледный валялся, а теперь уже в строю.
– Киг’?! Так ты ещё живой?!
– Ещё нет! – Я облегчённо заржал и открыл подъездную дверь, приветственно подняв руку.
Напротив подъезда стояли пятеро кадетов с оружием наперевес. А рядом валялась пара подстреленных центровых.
– Отходим тогда. Пулемёт щас подмогу пг’иведёт! Болт, Юг – тг’офеи.
Пока я хромал к ним из своего укрытия, пара бритых пацанят в чёрных бушлатах отделилась от группы и быстро похватала автоматы и разгрузку с трупов. И мы двинулись в сторону приоткрывшихся ворот больничного комплекса.
– Мы в осаде со вчег’ашней ночи. Думали тут центг’овые внутри себя опять чё-то не поделили… А тут ты!
– Вас теперь ещё и энгельсские жать будут. Я их проредил как мог, но всё равно много там. И у них пушка авиационная с собой. Надо прикинуть, где они ею стену будут ломать… И насчёт инфекционки. Тоже ещё расскажу, что у вас тут прямо под боком творится…
– Энгельсских мы засекли, сейчас с Китом обсудите. Он-то тоже думает, что ты уже того! Алина всё г’ассказала, как вы ехали, пг’о Мясокомбинат и пг’о мегажог’у. И как тебя сожг’али… – Горян вдруг резко стал серьёзным. – Только это… Киг’…
– Хе! Представляю, как она сейчас подпрыгнет, когда меня увидит…
– Не… Киг’… Алина… В общем, это… Она помогала пег'етаскивать еду из бомбоубежищ… И на них напали… Она в плену. У центг’овых.
Глава 6. Пиратский секрет
Парень в камуфляже, который стоял сейчас у главного входа с белым флагом на плече, наверняка считал себя красавчиком. Самодовольство читалось в каждом жесте и движении.
Широкая белозубая улыбка, глаза с постоянным весёлым прищуром, правильные черты лица. Чистенький весь, причёсанный. Аж тошнит.
Особенно от голоса – всегда бодрого и полного оптимистичных ноток. Всю жизнь таких ненавидел.
– О, ну наконец-то! – Радостно воскликнул он, завидев мою фигуру рядом с командиром кадетов на сторожевой вышке. – А вот и сам Чёрный Жора! Гроза малолетних преступников всех мастей! Давно, давно хотел лично познакомиться…
– Давай к делу, бодряк.
– А дело-то простое. У целки твоей язык без костей… Ух, я бы научил её с ним правильно обращаться…
Провокация. Не поддавайся.
– Ты долго ещё кудахтать будешь? Мне попозже прийти?
Прилизанный юнец расхохотался:
– Какой ты страшный! Баюс-баюс-баюс… – Он поднял руки и делано вытаращил глаза. – Короче. Ещё вчера я бы её просто на Коляна сменял. И может быть даже оставил вас в покое. На время. Но сегодня я знаю, что это ты, мудила мне игру испортил. Знаешь, сколько я на этой херне потерял?! Ещё и ребят моих порезал в цирке!
– И не только… – Нет, главного она тебе не рассказала. Да и про цирк – не велика тайна. Наверное, просто позлить тебя хотела, мудилу такого.
– Ха! То, что ты тут нам устроил… Ну война есть война, хуль. Тут всё по чесноку. Но это я тебе тоже припомню, конечно. В личной беседе. Так что выбирайте. Либо через час ты стоишь тут с Коляном и без оружия, а целочка радостно бежит к воротам. Либо вы сидите там дальше. А она идёт по рукам у моих ребят. Они там уже давно на неё слюни пускают. – Парень снова лучезарно улыбнулся, но взгляд у него теперь был холодный. – Так что не опаздывайте. Боюсь, дольше я их не удержу.
Он снова расхохотался и зашагал прочь, помахивая белой тряпкой, привязанной к черенку. Дав этим понять, что разговор закончен.
– Похоже, мне всё-таки придётся нарушить данное слово… – Тихо проговорил за моей спиной Кит.
– Это какое же?
– Я гарантировал Коляну защиту. Он многое знает об основных базах всех банд. Слабые места, пути снабжения, подхода и отхода. Не зря он всё-таки так долго со своей бандой в этих местах куролесил.
– Но нашла коса на камень. Точнее, наоборот…
– Кстати, а где она? – Кит начал спускаться по лестнице на землю.
– Схоронил в инфекционном отделении. И вот о нём как раз… Я бы рекомендовал его сжечь. От подвала, до крыши. И чем скорей, тем лучше. И похер на жор. Они и так туда лезут как мухи на дерьмо.
– По нынешним временам это сложновато устроить… Но давайте решать проблемы по мере поступления. – Он повернулся к вытянувшемуся по струнке постовому мальчишке лет двенадцати, стоявшему у лестницы. – Кадет, найдите пленника и пришлите его в мой кабинет. Исполняйте…
Пацанёнок сорвался с ног и побежал к жилому корпусу.
– Нормально ты их тут намуштровал… У этих – я махнул головой за забор, – куда попроще порядки.
– Это не я. Это ещё со школы дисциплина. – Он поёжился, сунул руки в карманы бушлата и быстро зашагал следом за посыльным. – А те, кому такие порядки не нравится, ещё зимой свинтили.
– Но некоторые вернулись, насколько знаю… – Я поспешил за ним, прихрамывая раненой ногой. Дежурившая у караула дико смущающаяся медсестричка уже обработала рану и наложила повязку. Кровь больше не шла. Действительно, царапина.
– Это исключения. Обычно назад мы уже никого не берём.
Мы с ним тоже двинулись в сторону больничного корпуса, переделанного сейчас под казармы.
– А что с космонавтом? Не сдурел ещё?
– Нет. Пока не знаем почему. Может иммунитет, как у вас. Может просто повезло. Может ещё что. Он пока живёт в изоляторе, в стерильной комнате. Отдыхает, восстанавливается.
– И долго вы там его держать будете?
– Вика с медиками изучает всё, что смогла найти в библиотеке колледжа по этой теме. Но там старьё одно. И уровень студенческий. В медицинский университет нужно лезть. Там и библиотека богаче и современные статьи можно найти. Исследования ещё за прошлый год. Но там центровые прямо через дорогу окопались, в Дзержинке. Это ж их «альма матер». И это далеко не всё, что нужно…
– И что ещё? Ну, помимо дипломированного вирусолога или пульмонолога в комплекте. Которых, похоже, уже не найти.
– Судя по тому, что Алина и Джон рассказывали про Мясокомбинат, тут скорее зоолог нужен…Или микробиолог… Есть у нас с Викой одна гипотеза… Вы вот задавались когда-нибудь вопросом – почему жоры до сих пор живы?
– В смысле? А что тут загадочного? – Мои мысли постоянно возвращались к картине о том, как центровые сейчас, возможно, глумятся над пленной девушкой. И я не был особо настроен на научную дискуссию.
– Они же сожрали всю легкодоступную пищу почти сразу, в первые дни. И потом питаются только от случая к случаю – если кто-то рядом с ними неосторожно развернёт упаковку, к примеру.
– Хм… Да, помню, пацанёнок из цирка говорил, что без еды они живут неделю.
– Взаперти. – Согласно кивнул Кит, открывая дверь в корпус и пропуская меня вперёд. – Но, так сказать, на воле – бегают до сих пор. Хотя, в основном, сидят на месте, конечно. Экономят энергию.
– Действительно… И почему же?
– Здорова, Чёрный! А я слышал, что тебя сожрали. Уже обратно высрали? – Перебив нашу беседу, в коридоре корпуса прямо на встречу двигался улыбающийся Колян. Он шёл вместе со своей девушкой и, судя по всему, совершенно свободно. На этот раз он не был чумаз, и даже одежда была отстирана.
– А я слышал, ты тут в плену. Уже сбежал? – Я вопросительно повернулся к Китову.
– Я не приобретаю союзников, заключая их в карцер. – Пожал тот плечами. – Пойдёмте.
Поднявшись по лестнице, мы уже через минуту сидели вокруг знакомого стола и Кит коротко познакомил Коляна с ультиматумом центровых. К тому, что помимо нас, в совещании принимала участие Екатерина, он очевидно, претензий не имел.
– Да, хороших я им в своё время дюлей-то навешал… – Задумчиво протянул Колян и мечтательно улыбнулся, откинувшись на спинку стула. Похоже, вспомнил что-то приятное из недавнего прошлого.
– И что, вы собираетесь его вот так просто выдать? Это вот так выглядит гарантия защиты? – Екатерина, напротив, становилась только мрачнее.
– Нет. Такой приказ я отдать не могу. Нужно успокоиться и спланировать операцию по спасению Алины. Теперь с нами ещё и Кир. И я примерно знаю, где они сейчас держат пленных…
– А не надо приказа. Я сам пойду. – Колян перебил его, продолжая улыбаться и щуриться в окно на восходящее светило.
– Ещё чего! – Вспыхнула девушка. – Никуда ты не пойдёшь! Они же всё равно осаду не снимут, вы же понимаете!?
– Катюшонок… – Пират перевёл на неё тёплый взгляд и взял её за руку. – Есть у меня кой-чего, на что я Перцу свою шкуру разменяю. Не переживай.
– Ни фига себе «не переживай»! Да они ж тебя сразу зарежут!
– Резалка не отросла… – Он повернулся ко мне и достал из-за пазухи небольшой ключ, висевший у него на шее. – Коробочку мою вскрыл уже? Которую тогда притырил?
Я припомнил тяжёлый чёрный кейс, который мы нашли в пиратском сейфе вместе с кадетами.
– Её вроде на берегу тогда спрятали, вместе со всем остальным…
– Кадет, Петрова ко мне! – Не дожидаясь подробностей, Кит крикнул через дверь стоявшему снаружи дежурному. – А что в ней?
Колян убрал ключ и лишь продолжил таинственно улыбаться в ответ, повернувшись обратно к солнцу и продолжая держать Екатерину за руку.
Я нарушил повисшее неловкое молчание:
– В любом случае, ещё я остаюсь. Твоего секрета хватит на то, чтобы нас двоих выкупить?
Он повернулся ко мне, сощурился и медленно заговорил:
– Честно говоря, на тебя мне насрать, Чёрный… Но девке твоей я должен. Так что если не будешь щёлкать клювом и делать, что скажу, то ещё посмотрим…
– Всё равно я тебя никуда не пущу! – Кажется, Катя уже и сама подозревала, что ничем не изменит решение пирата. Но никак не могла с этим смириться.
– Кэ-эт… Ну не буду я тут в четырёх стенах с этими краснопёрками сидеть. – Колян глянул на командира кадетов. – Без обид…
Тот лишь махнул рукой.
– А я? А Ленка с Тошкой? Нас ты опять в расчёт не берёшь?
– С тобой, Катюш, я бы хоть сейчас за горизонт уплыл… Но ты же сама сюда захотела. Да и моим тут лучше будет, правда… – Он подвинулся к ней поближе и сделал попытку обнять. – Да и говорю же, не дамся я им просто так! Есть что подарить…
Но девушка оттолкнула его и отвернулась. И через пару секунд она выбежала за дверь, не желая показывать нам свои слёзы.
В дверях она чуть не сбила с ног ошарашенного Петрова. Тот проводил её недоумённым взглядом и шагнул внутрь:
– Вице-сержант Петров прибыл по… Кир?! – Забыв об условностях, он расплылся в улыбке, подбежал и протянул мне руку для приветствия. – А говорили, что ты погиб!
– Отделался лёгким испугом… – Я пожал его тонкую, но жилистую пятерню. – Как сам-то? Как Егор? Я смотрю, тебя повысили?
– Да мы то норм… – Он, наконец-то, вспомнил о приличиях и встал смирно, повернувшись к своему командиру. – Вице-сержант Петров…
– Вольно… – Китов опять махнул рукой. – В рейде на базу пиратов была найдена какая-то чёрная коробка, запертая. Её доставили вместе с остальными трофеями?
– «Трофеями»… – Колян фыркнул. – Вместе с остальным награбленным. Если ещё не вскрыли – тащи сюда. Она моя.
– Она на складе… Мы хотели с Киром её вместе открыть. Она скорее его, чем наша… Принести?
– Она моя. – Недовольно повторил пират.
Китов кивнул в ответ на вопрос сержанта, проигнорировавшего замечание, и тот тут же выбежал обратно за дверь.
Через пару минут Колян уже держал её подмышкой и, судя по всему, не собирался открывать.
– Что, так и не покажешь, что там? – Мне и в самом деле стало любопытно. Ствол какой-нибудь, небось. Что-то такое же раритетное, как и «Винчестер». Очередной трофей из коллекции увлечённого толстосума, жившего в коттеджах на берегу.
– Увидишь, как меняться будем. Я пойду пока? – Он обратился к Китову и тот кивнул в ответ.
– Через тридцать минут центровые ждут нас у ворот.
Колян угукнул, подмигнул мне и вышел.
– Вам я тоже приказывать не могу. – Обратился ко мне кадет, как только за пиратом закрылась дверь. – Вы намерены пойти на обмен вместе с ним?
– А что остаётся… Будем надеяться, что у Коляна и правда хороший козырь в рукаве… Если что – позаботься о девчонке. Только получше, чем в прошлый раз. – Командир стыдливо поджал губы после этих слов. – Может она вас и правда к богатству приведёт. Яхта же теперь есть. Организуйте экспедицию. В случае успеха, глядишь, и перезимуете. И по медицинской части, может, успеете чего сообразить… Там же на складах далеко не только тушняк с гречкой.
– Конечно. И я тогда, пожалуй, тоже подстрахуюсь на предстоящей встрече… Нельзя им полностью доверять. Екатерина была совершенно права.
– Ни в чём себе не отказывай. – Я пожал плечами. – Оружие тебе оставляю… Почистите, пока, что ли…
И я снял ему на стол все свои стволы.
Через полчаса мы с Коляном стояли за воротами, щурясь от солнца, успевшего подняться над окружающими зданиями. Бывший капитан грозной пиратской стаи по-прежнему загадочно улыбался. Сунув руки в карман на животе пухлой кенгурухи, он стоял прямо и наслаждался первыми по-настоящему тёплыми лучами в этом году.
Я не особо разделял его настроение, мрачно следя за приближающимися из-за жилого комплекса машинами. Но яркое солнце всё-таки настраивало на оптимистичный лад.
На вышках, у нас за спиной, стояло целое отделение лопоухих автоматчиков во главе с Китовым. Все стволы были направлены на подъезжающие автомобили.
С края вышки за нами наблюдала Екатерина. И хотя Колян резко протестовал против её присутствия, но в этот раз она была неумолима. Перед тем, как выйти со мной за ворота, будучи не в силах переспорить её без применения физического воздействия, он прервал её аргументы поцелуем и крепко обнял.
Знакомый дизельный внедорожник остановился метрах в двадцати от ворот и по сторонам от него затормозили ещё две непримечательные легковушки. Четвёртой машиной был тот самый фургон, хранивший в своём чреве смертоносный плод гения советских оружейников. Похоже, никто из трёх главарей не хотел быть вторым в процессе наложения лап на Коляна. Должно быть, он и правда как следует попортил им нервы когда-то. А я застал уже самый закат его пиратской вольницы.
Из дизеля еле вылез грузный Вован и вечно жизнерадостный Перец. Глашатый центровых улыбнулся и галантно подал руку – следом из машины вышла Алина. Кажется, она была невредима.
– Я знала! Я же говорила! Я всем говорила!!! Ой… – Она распахнула свои огромные глаза, заметив у ворот мою поникшую фигуру, и сделала попытку приблизиться. Но Перец резко одёрнул её назад, продолжая улыбаться и крепко сжимать ладонь девочки.
Из остального транспорта выскочило с дюжину вооружённых бойцов – как в камуфляже центровых, так и в спортивных костюмах Капрона. Заняв позиции за машинами, они выставили свои стволы в сторону ворот. У одного из центровых в руках был тот самый РГ-6 – многозарядный гранатомёт, о котором как-то раз упоминал Егор.
«Уазик» Лётки встал справа от всех и развернулся к воротам кормой. Оттуда вышел Механ, в сопровождении тройки своих охранников. И подошёл к Вовану и Перцу, обменявшись с ними рукопожатиями.
– Кит, про тебя говорят, что твоё слово твёрже гороха? Ты же не начнёшь сейчас по нам палить, а? – Бодрый голос перца вызвал желание сплюнуть. – А то ж мы и ответить можем.
– Никто с моей стороны стрелять первым не будет. Это моё слово. Поэтому сначала пусть Алина подойдёт к нам.
– Пацаны, он реально двинут на этой теме, я его знаю. – Центровой заговорщицки пихнул стоящего рядом Вована локтем в пузо. – Ладно… Пиздуйте, мадмуазель…
Он выпустил ладонь Алины, и та, зябко обхватив плечи, осторожно зашагала через пустырь к нам. Не отводя от меня взгляда, она постепенно меняла выражение лица от счастья до отчаяния. Похоже, поняла, что я сейчас пойду мимо неё в другую сторону.
– Слышь, Чёрный… – Колян шёпотом привлёк моё внимание, продолжая безучастно щуриться под ярким солнцем. – Как только скажу «привет» – сигай от меня за джип и зажми уши…
Я вопросительно оглянулся на него. Он встретил мой нахмуренный взгляд широкой улыбкой и прошипел сквозь сжатые зубы:
– О моих позаботьтесь. И о Катюшке. Лады?
– Лады, Колян. До встречи в Вальгалле…
Алина дошла до приоткрытых ворот и замешкалась у входа, продолжая смотреть на меня мокрыми глазами. Но её тут же утянули внутрь чьи-то руки в белом халате.