![](/files/books/160/oblozhka-knigi-a-otlichniki-sdohli-pervymi.-chast-2-si-376313.jpg)
Текст книги "А отличники сдохли первыми... Часть 2 (СИ)"
Автор книги: R. Renton
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)
А отличники сдохли первыми… (Часть 2)
Пролог. Хроники Ордена Квашеной Капусты. Записи от 17–18.04.2022
«Вечером семнадцатого числа, после отдыха и подготовительных мероприятий, Орден приступил к исполнению спасательной миссии, полученной от Командора Кадетов. Воспользовавшись помощью пиратов „Воруй-города“ и вернув им раненную Екатерину, мы смогли переправиться обратно на левый берег Волги».
«Предательство пиратов едва не привело к непоправимой трагедии. Но Сэр Кир и Леди Алина смогли освободиться из плена и жестоко покарали предателей, в ходе отчаянной битвы практически полностью уничтожив опасную банду речных преступников. Лишь их капитан Колян был великодушно помилован Леди Алиной, по просьбе Екатерины, оказавшейся его возлюбленной. А также из-за заступничества его младшей сестры Елены, с которой Леди Алина подружилась ещё при первом знакомстве. Помилованным и отпущенным пиратам было настоятельно рекомендовано сдаться в плен Корпусу Кадетов».
«Позже ночью Орден проник на территорию загадочного Мостоотряда. Там был найден, оживлён и приручен один из древних гусеничных механодраконов, родом из далёкой страны Японии из навсегда ушедшей эпохи: могучий золотой Коматсу. Преодолев с его помощью последнее сопротивление остатков пиратской банды, Сэр Кир и Леди Алина в компании верного Коматсу отправились в долгое и трудное путешествие в зловещие земли, известные как Мясокомбинат».
«Ужасы, обитающие в этой местности, оказались ещё страшнее, чем слухи о них. Толпы кровожадных монстров встали на пути Ордена. Но с помощью неуязвимого механодракона Орден смог преодолеть все препятствия и уничтожить целые полчища злобных людоедов на своём пути к спасению последнего космонавта планеты. Им оказался майор военно-воздушных сил Соединённых Штатов Америки астронавт Национального Аэрокосмического Агентства Сэр Джон Шеппард. Он оказался здоров, хоть и был сильно истощён за время нахождения в осаде толпы монстров. И ослаб после почти полугода пребывания на борту Международной Космической Станции в невесомости. А ещё, по непроверенным пока данным, он может являться последним военнослужащим своей страны, сохранившим вменяемость. Что автоматически делает его 47-ым президентом Америки. Или, как он сам в шутку говорит, „Главой Свободного Мира“. Второго космонавта, отважного русского инженера Ивана Стрельникова, управлявшего посадочным модулем, к сожалению, спасти не удалось. По словам Сэра Джона, тот пожертвовал собой ради сохранения жизни товарища, как настоящий герой. Позволив своему напарнику укрыться в здании дома культуры „Восход“, сам он пал жертвой кровожадных каннибалов. Пусть данная хроника навечно сохранит почётную память о последнем русском космонавте-герое».
«Обратная дорога через проклятые земли Мясокомбината была ещё сложнее, не смотря на помощь Сэра Джона и не слабеющую ярость нашего механического золотого дракона. Почти в самом конце обратного пути был обнаружен никогда ранее не виданный монстр (которого позже на военном совете кадетов было решено назвать Мегажора). Он словно был слеплен какой-то неведомой силой из десятков или даже сотен обычных жор. В борьбе с ним даже наш верный Коматсу окончательно исчерпал все свои древние силы. И при дальнейшем отступлении через яхт-клуб „Эдельвейс“ на найденном парусном судне под названием „Крошечная Надежда“ (Lil' Hope), Орден постигла ужасная трагедия. Сэр Кир Свирепый, как настоящий рыцарь, отважно встал на пути отвратительного Мегажоры, тем самым позволив Леди Алине и Сэру Джону спустить судно на воду, чтобы они могли отплыть обратно в расположение Корпуса Кадетов и завершить спасательную миссию. Но сам Первый Рыцарь, не смотря на отчаянную борьбу и сопротивление, был проглочен этим кошмарным чудовищем прямо на глазах своих спутников».
«Леди Алина категорически отказывается верить в гибель Сэра Кира, пока лично не увидит останки и не сможет достойно предать их земле. Командору Корпуса предъявлено требование срочно предпринять поисковую операцию. Но тот пока не дал положительного ответа, так как, по сообщениям разведки, Корпус ожидает скорое нападение со стороны враждебного племени Центровых. Они как-то прознали о том, что капитан пиратов Колян сейчас находится в плену у Корпуса. И теперь жаждут поквитаться с ним лично за его старые преступления».
«Спасённый и доставленный в расположение Корпуса Сэр Джон был благополучно перепоручен медикам Корпуса. Ему оказывается вся необходимая помощь. А так же целительница Виктория пытается выяснить, по какой причине Сэр Джон так и не заболел после приземления и не стал жорой. А наша новая «Крошечная Надежда», как выяснилось, всё-таки требует серьёзного ремонта…»
Глава 1. Легенды не умирают
– Да пусто тут. Даже с катеров бенз слили. Воруй-город уже давно всё вынес… И зачем только нас сюда погнали. Они же тут с зимы ещё всё обыскали, аж до Мясика. – Жалобный первый голос был на удивление интеллигентным для этих мест. Хоть и совершенно детским.
– Гы… А потом, кароч, их нахуй отсюда вынесли! Хы-хы… – А вот этот сиплый паренёк явно был попроще. – О, зырь, чё эт там такое… Раскурочало прям всё нахер!
– Фу-у! Вонища-то какая! У-э!!! – Детский голос изобразил тошноту. – Васёк, да пошли отсюда уже! Нечего тут ловить!
– Да пого-одь шоль… Ёмана! Вот чё ты ссышь вечно как баба! Смари, у них тут чё, групповуха какая-то была шоль… Хы…
– Ага… С элементами расчленёнки… Тут тоже все яхты в труху… Давай, валим уже!
– Слышь, а ты када-нить видел, чтоб жоры пёхались? А? А-гы… А-гы… А-гы… – Должно быть незатейливое воображение Васька нарисовало тому весьма комичную картину половой жизни заражённых.
– Нет и чёт не хочу… Меня щас стошнит… – Юный интеллигент обречённо вздохнул. – Ну и куда ты полез? Чё ты там увидел?
– Да вон блестит чё-то… Какая-то шоль сабля…
– Хуябля!!! – Не вынес поведения приятеля голос, до этого старательно избегавший матюков. – Откуда тебе тут в этом сарае сабля?!
– Да во-он смотри-и… Ща достану… – Хозяин сиплого голоса почавкал прямо по разлагающимся останкам. – Чёт… Чёт тут аквариум какой-то валяется чтоль… Ну-ка…
– Это моё.
Сиплый пацан в замызганном синем пуховике взвизгнул и подскочил как укушенный. Попятившись, он сел на задницу в кучу гниющего мяса.
– Ты чёго, Васёк? Чё случилось? Чё там? – Тонкий голос не делал попыток зайти в ангар и взволнованно кричал со стороны поваленной стены.
– Бля… Ну нахуй… Бля-а-а… – Разбрасывая смрадные ошмётки, Васёк продолжал отползать назад. – Это знаешь кто?! Это же Чёрный Жора! Валим, нахер! Валим!!! Еба-а-а…
Судя по звуку, он, наконец-то принял вертикальное положение. С трудом преодолевая топкий вонючий фарш, он быстро пошлёпал обратно на улицу.
– Чего-о? Какой ещё Чёрный Жора?
– Бля-а… Я ему прямо в глаза посмотрел! Мне теперь пиздец!!! – Кажется, отважный Васёк был готов разрыдаться. – Он теперь ночью за мной придёт! Башку отрежет и обоссыт!
Мальчишеский голос у входа звонко расхохотался.
– Хуль ты ржёшь, гнида! Мне пацаны с Анисовки говорили, когда мы менялись! – Кажется, сиплый, наконец-то, выбрался из мясного болота и теперь отряхивался. – Он у них там ещё с зимы ходил по ночам от деревни к деревне. И резал всех, кто его увидел! А если в глаза посмотришь – то ещё и обоссывает потом! И его ещё по имени нельзя называть. Потому что он тут же рядом появится и кишки вырвет. Прям руками!
– Васёк, да это ж херня! Тебе эта деревня на уши приседает, а ты ведёшься! – Малолетний интеллигент, похоже, был рад тому, что доминирующая роль в их дуэте теперь постепенно переходит к нему и расхрабрился. – Чё ты там, трупак какой-то гнилой увидел чтоль? И зассал сразу… Первый раз как будто…
– Бля, да базарю! В натуре прям глаза открыл и на меня посмотрел! И сказал даже чё-то… А иди, кароч, сам глянь, ёпта! Раз такой смелый!
– Да вот ещё в говно это лезть…
– А-а-а! Вот ты сука сам и зассал! Пиздюк ебаный… Только и можешь, что пиздеть…
Возвращаться обратно к роли беты напарник Васька явно не хотел, как следует распробовав вкус власти:
– Ой, мля… Ну ща-а… Где тут твоя сабля? Там что ли? – Чавкающие шаги снова начали приближаться. С каждым новым шагом – всё менее уверенно. – Да где?!
– Да вон-вон, блестит же… Левее… Там, за прицепом…
– Где… А, во… Ай! Ай!!! Мама-а! Мамочка-а-а!!!
Шуплый пацанёнок в кривых очках испугался не на шутку, позабыв все свои претензии на лидерство, когда из-под серой склизкой массы высунулась моя рука и вцепилась ему за штанину. Впав в истерику, он тоже шлёпнулся в гнильё и елозил по нему свободными конечностями. Подгребая к моему лицу всё больше отвратительной массы.
По счастью, шлем ещё оставался цел, хоть и треснул. И останки многоликого монстра, панически швыряемые в меня, безобидно обтекали вокруг лица по исцарапанному зубами и когтями стеклу. Но, совершив попытку подняться, я понял, что немного переоценил достоинство шлема. Когда обнаружил, что, будучи без сознания, наблевал внутрь.
Удерживать паникующего очкарика было всё сложнее – космические рукавицы, тоже основательно погрызенные и размочаленные, скользили по балоневой ткани его штанов.
– Стой. Не трону я тебя, не боись… – Пацан всё-таки выскользнул и отполз к стенке, выставив вперёд сломанный канцелярский ножик. – Что? Вообще оружия нормального не доверяют? Ты чьих будешь-то?
– К-к-капрон… – Кажется воспоминание о том, что он какой-никакой, но всё-таки член местной влиятельной группировки, немного вернуло ему самообладание. По крайней мере, он перестал пытаться отползать сквозь стену.
– В третьей школе учился, как и я? – Шансы был пятьдесят на пятьдесят. Возле бывшего Энгельсского Химкомбината, прозванного в народе «Капроном», было две школы.
– Ага…
Бинго.
– Говорю же, не боись, своих не трогаю. – Я сделал ещё одну попытку подняться и стряхнуть с себя гнилой прах. – Вода есть?
– У Васька… – Очкарик оглянулся вместе со мной, и мы заметили, что Васёк уже давно предпринял срочное паническое бегство.
– Вот что… Сходи-ка за ним, а я тебе нож нормальный подарю. А то ходишь как обсос с этой ковырялкой картонной. Скажи, если даст мне воды, то я так уж и быть, не буду его обоссывать. И насчёт башки его тоже подумаю. И без него дел хватает… – Всё-таки мне очень не хотелось разрушать такую красивую легенду. – Но если убежит, то точно ночью приду. Тут уж сам понимаешь, без вариантов…
Пересохший язык еле ворочался. Все части тела, до которых дотянулись челюсти монстра начали дико болеть, как только я пошевелился. Знакомые ощущения. Как-то раз в детстве меня отпинала толпа вот таких вот Васьков – просто за то, что оказался не в том месте, не в то время. Покрытые синяками, ссадинами и ушибами руки, ноги и рёбра чувствовали тогда себя точно так же. Ещё и в затылок застучало из-за повышенного давления…
Не знаю, сколько времени прошло с тех пор как… С тех пор как что? Стех пор, как меня сожрала гигантская тварь, слепленная из сотни-другой плотоядных жор? Не самые приятные воспоминания… Тогда почему я жив, а она – нет? Это ведь её останки по всему ангару растекаются? Подавилась, что ли? Или я для неё оказался ядовит? Или перестала действовать какая-то особая мясокомбинатовская магия, поддерживавшая жизнь в этом противоестественном создании? А может, пока она меня спокойно переваривала, эту тварь прикончил какой-нибудь тайный супергерой? Защитник слабых и слабоумных…
Пацан окончательно совладал с собой и осторожно двинулся к выходу, постоянно с подозрением оглядываясь на мои попытки присесть. С четвёртого раза получилось, но стук в голове усилился.
– Да вот-вот… Если не веришь… – Я вытащил из-за голенища сапога финку и продемонстрировал ему. – Ждёт тебя уже… Давай быстрей.
Я снял грязный шлем, отбросил его в сторону и облизнул пересохшие губы. Как наждаком по туалетной бумаге провёл. Пару суток, похоже, тут провалялся. Может дольше. Ну хоть отоспался…
Оглядев место своего упокоения, я ещё больше утвердился в обозначенном сроке – степень разложения сросшихся тел вокруг меня примерно ему соответствовала. По моим наблюдениям, дохлые жоры почему-то всегда гнили заметно быстрее мёртвых, но здоровых людей. Ха… Каламбур…
А раз я тут столько валяюсь, значит, никто меня и не искал? Всё, похоронили уже заочно… Да, пожалуй, я и сам себя бы уже похоронил при таких раскладах. А может они вообще до правого берега ещё не добрались? Да ну нет. Американец, вроде, надёжный мужик был. В космонавты, в конце концов, других не берут. И вёсла в лодке были.
Многокилометровая водная гладь, доступная зрению изнутри ангара, была спокойна и пуста. Противоположный берег почти не был виден за лёгкой дымкой. И как мне теперь туда попасть? На базе пиратов ещё оставались лодки… Но, похоже, там уже новые хозяева.
Подтащив своё туловище к кромке воды, я снял перчатки и сделал попытку хоть как-то смыть гниющую плоть с одежды. Дико хотелось упасть в воду лицом и наглотаться зеленоватой прохладной влаги. Но силы воли пока было достаточно. А то только дизентерии мне сейчас не хватало…
Кое-как стерев грязь с плаща и штанов, я обнаружил, что в нескольких местах эти твари всё-таки их прокусили. И оставили на коже не только овальные синяки, но и засохшие неровные покусы. Немного воспалённые по краям, но, вроде бы, заживающие. И как они только яйца мне не отгрызли…
Обрез в кобуре и подпиленная винтовка за спиной нуждались в основательной чистке с разборкой. До этого момента стрелять из них было бы просто опасно. Да и всё равно нечем.
Древко косы тоже немного погрызли. Но не сломали. Режущий край вполне годный. Ну хоть что-то…
С улицы послышались шаги – пацаны всё-таки вернулись. Жадность и любопытство, очевидно, возобладали над страхом. А ещё говорят, что с детьми трудно работать…
Очкарик, продолжая изо всех сил демонстрировать доминантное поведение, оставил тревожного Васька одного у поваленной стены и затопал ко мне с пластиковой бутылкой минералки.
– Во… Сразу видно, что ты из третьей… Нормальный пацан. – Я подбодрил его намерения, заметив, что он всё-таки боится подойти ближе. Но комплимент сработал – паренёк шагнул ещё чуть-чуть, и я протянул ему рукоятку ножа.
Дотянувшись и быстро схватив оружие, тот выронил бутылку и быстро пошлёпал обратно. Васёк с нетерпением вытянул шею, пытаясь рассмотреть мой подарок.
С наслаждением утоляя жажду, я краем глаза наблюдал за развитием событий. Очкарик немедленно принялся хвастаться своим приобретением, а его сиплый приятель тут же сделал попытку завладеть красивым клинком.
– Дай позырить! Ну дай шоль, ёпта!
– Да фиг тебе! – Щуплый пацан отскочил, но Васёк, пользуясь преимуществом в росте и весе, вцепился тому за руку и ухватился за шею.
– Да дай ты, блядь… – Дёргаясь и раскачиваясь, пацаны принялись бороться. – Ак… Ух… Бля-а-а… Ты чё сделал… Сук…
Рукоятка ножа теперь торчала у Васька под рёбрами. Очкарику хватило ярости на то, чтобы двумя руками загнать нож до упора.
Отступив на шаг, сиплый сжал финку и рефлекторно попытался выдернуть её обратно, но тут же захрипел от боли и упал на подкосившихся ногах. А щуплый пацан побледнел и, отступив, растерянно оглянулся на меня, словно в поисках совета или помощи. Похоже, что это у него впервые.
Я отхлебнул ещё воды и с улыбкой продемонстрировал ему оттопыренный большой палец:
– Я ж говорил, хороший нож.
– А чё ж теперь… А как же… Меня ж…
– Накажут за нападение на товарища? Ничего, я никому не скажу. И он скоро тоже не сможет. Тебя как зовут-то, киллер?
– Прокоп.
Я прыснул водой и закашлялся. Совсем современные родители своих детишек не жалели…
Васёк тоже закашлялся, только изо рта у него брызнула кровь. И дальше он начал пускать розовые пузыри, будучи не в силах сделать нормальный вдох. Вращая выпученными глазами во все стороны, пацан стремительно терял веру в своё бессмертие.
– А Капрон что, в Речпорт всё-таки перебрался? Эй, Прокоп, алё! С тобой говорю! – Я попытался привлечь внимание пацана, поглощённого созерцанием последних минут своего приятеля. – Пираты с блок-поста все разбежались всё-таки?
– А? – Он понемногу вышел из ступора, но продолжал с интересом наблюдать, как Васёк истекает кровью и задыхается. – А, не… Их вырезал всех кто-то недавно…
– Ха… Вот бы знать… А недавно – это когда именно?
Прокоп пожал плечами:
– Мы вчера пришли. Там вообще Лётка вроде была… Должна была… Быть. Говорили, что они Воруй-город дёрнули и порт заняли. А мы нашли только мёртвых. И пиратов и Лётку.
– И теперь Лётка на вас подумает. Что это вы у них трофей из-под носа увели, союзнички. Да?
– Уже подумали… Они сегодня приезжали, навыёбывались и стрелу на вечер забили. На закате, на предмостовой. Мы вот тут как раз искали чё-нить по домам пока светло. Патроны, бенз, пушки…
– А нашли меня… А лодки в порту ещё есть целые?
– Ага…
Я допил воду и, опираясь на косу, попробовал встать. Синяки и покусы болели, но двигаться не мешали. Кости, вроде, целы… Башка только болит. И жрать охота. В общем, всё как обычно…
– А чё Лётка-то… Прям такие опасные поцики что ли? Да давай уже, чё стесняешься…
Васёк уже перестал задыхаться и смотрел куда-то в сторону невидящими глазами. И теперь, похоже, моего интеллигентного однокашника так и подмывало пошарить у того по карманам. Получив одобрение на этот акт мародёрства с моей стороны, он немедленно приступил к исполнению.
– Они авиабазу сразу обнесли зимой. Там оружия навалом, наверное, было. Постоянно оттуда грохотало. – Прокоп вынул нож и обтёр его об куртку убитого, продолжив деловито обшаривать карманы. – Сразу под себя весь Энгельс поставили. Кроме нас. И Мясика.
– Ну с Мясиком-то понятно теперь… А вы чем круче?
– А у нас хавки больше всех! – Пацан продолжал бесхитростно хвастаться, закончив обыск и рассовав по карманам какие-то яркие пакетики. – Наши пацаны с восьмого квартала склады магнитовские захватили, пока все остальные хернёй страдали. И народ тогда к нам потянулся. Все, кого Лётка шуганула.
– Склады? Это распределительный центр, что ли? Который там рядом с вами в промзоне? Молодцы, восьмой… Я там тоже жил. На Весенней. Около кинотеатра. Оттуда же, наверное, чуть ли не по всей области супермаркеты снабжали. А жор там чё, не было?
– Были. Сожрали всё, что пахло, и животы себе порвали. Но всё равно хавки полно осталось. И бухло. И ещё всякого добра… А оставшихся уродов мы замочили.
– Значит у Лётки пушки, а у вас всё остальное для нормальной жизни. Плюс, много народу. Неплохой альянс… И теперь вот опять поссорились… Думаешь, отобьётесь? – Я понемногу начал шагать к парню, стараясь его не испугать. Но наша мирная беседа вроде бы успокоила его бдительность. Да и опять-таки, он же теперь в курсе, что я с его школы, с его района…
– Не знаю. Старшие будут базарить. Но Лётка вообще отмороженная…
Кажется, он опять насторожился. Очевидно, после сбора трофеев перед ним возник вопрос о том – что же будет дальше.
– Короче… Прокоп… Ты вроде пацан реальный… Хотя как ты только выжил с таким именем… Дело у меня есть к твоим старшим. Могу решить вашу тёрку с Лёткой. Не придётся тебе под пули с ними лезть.
– В смысле? – Он всё-таки был не глуп и прекрасно понимал, что базарить-то будут старшие, а вот лбы себе расшибать – такие пешки, как он. И поэтому живо заинтересовался.
– Это же я Воруй-город замочил. А они до этого Лётку ночью во сне порезали. Поэтому не о чем вам с ними рулить.
– Да ладно! – Он скептически осмотрел мою пошатывающуюся фигуру, пробирающуюся к нему через гнилое мясо. – Ты кто вообще такой-то?
– Ну ты чё, Прокопыч… Он же тебе всё про меня рассказал. – Я кивнул на труп Васька. – Вот видишь, к чему это его привело…
Очкарик растерянно отступил:
– В смысле… Ты чё и правда Чёрный Жора? – Вера в сверхъестественное легко вернула себе место в его неокрепшем мозге. Он покосился на косу.
Я пожал плечами:
– Это сейчас не главное. Главное то, что ты мой земляк, Прокоп. И сможешь круто подняться, если мы сейчас пойдём к твоим, и я помогу вам уладить конфликт с этой вашей Лёткой. Вот посмотри… Наверняка же ты знаешь, чей винторез это раньше был. – Я снял с плеча «Винчестер» и продемонстрировал его пацану. – Такой не то что на весь Энгельс… Такой на всю область только один.
Он с любопытством присмотрелся к оружию:
– Да… Вован говорил, что если кто вот такой с рычагом в порту найдёт, то чтоб сразу к нему тащили. А то ноги переломает… Его же Колян из Воруй-города всё время носил.
– Ну и как ты думаешь, ствол в итоге оказался у меня? Есть версии?
Паренёк, похоже, всё больше верил моим словам. Выражение его лица стремительно менялось от недоверия и страха к удивлению и уважению. Я поспешил развить успех:
– Вот видишь. Значит и Лётка мне поверит. И отстанет от вас. А ещё я могу сказать, что это вы мне с пиратами помогали. Чтобы уж точно поверили, да ещё и отблагодарили. Давай, веди к твоему Вовану, побазарим. А то вон – темнеет уже…
Но толика подозрения ещё в нём оставалась. Всё-таки он действительно был не глуп:
– А тебе-то тогда это зачем? Нафига за нас впрягаться?
Тут мне скрывать было нечего:
– На тот берег мне надо, Прокопыч. Здесь я уже достаточно народу положил…