![](/files/books/160/oblozhka-knigi-a-otlichniki-sdohli-pervymi.-chast-2-si-376313.jpg)
Текст книги "А отличники сдохли первыми... Часть 2 (СИ)"
Автор книги: R. Renton
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
Глава 21. На пороге большой войны
– И тебе не болеть, Настёна! – Остальные окружившие меня в темноте силуэты, еле различимые за светом фонарей, пока не собирались опускать наставленное на меня оружие. – Вот видишь, я ж говорил, что ещё свидимся…
– А ты чё это, теперь с энгельсскими? – Девчонка в тельняшке вытащила зажигалку и прикурила потухшую сигару. – Ты же вроде с кадетами лазил.
– С энгельсскими я только воюю. Как и твои боевые подруги, судя по всему… – Я сделал попытку оглянуться на обладательницу пронзительного голоса, заявившего о моём аресте. – Это ж явно не гопота с Ленинского…
Но раскалённый ствол снова резко толкнул меня в затылок:
– Не двигаться!
– Да расслабьтесь, девчат! – Прикурив, Настя глубоко затянулась и выдохнула густой дым вверх. – Он нормальный мужик, хоть и старый… Это с ним я лодку добыла. Хотя сначала, канеш, не очень хорошо общались. Но теперь-то вот в расчёте!
И она снова заразительно хохотнула.
Ствол перестал упираться мне голову, но я ещё чувствовал жар, исходящий от раскалённого металла в нескольких сантиметрах от кожи.
В свет фонарей из темноты вышла невысокая девчонка, но такой же плотной конструкции, как и весёлая островитянка. В руках она держала автомат и одета была в современную военную форму – немного не по размеру и без погон. Только на правом плече я разглядел чёрный круглый шеврон с большой буквой «А», вышитой оранжевыми нитками. А на груди, там, где обычно крепится лычка с именем, чёрный прямоугольник гласил такими же рыжими буквами «Альфа-1». Комплектность одежды, насколько я мог судить, была практически полная – и современный шлем и жилет с разгрузкой. Кажется, даже лёгкий броник присутствовал. Из-под шлема немного выбивались криво постриженные русые волосы. Сосредоточенный взгляд и сурово сдвинутые брови немного контрастировали с невероятно пушистыми ресницами. На волевом подбородке был заметен небольшой кусок пластыря, а на полной нижней губе темнела запёкшаяся кровь от недавнего рассечения.
– Ты что, правда тот, кого называют Чёрным Жорой? – Голос у девчонки был очень необычный. Немного бархатный и ниже, чем ожидаешь от эдакой пигалицы. Как будто горло у неё было чем-то обожжено. – Настя говорила, что ты в союзе с кадетами? Это так?
– О, страна знает своих героев… Но я сам по себе. Хотя мы с пацанами друг другу кое в чём помогаем, да. Вот прямо сейчас я их тут из окружения вывел, с десяток. Так что хорош в меня оружием тыкать. Те, кто так делают, потом очень плохо заканчивают. – Светлые круги перед глазами почти пропали и я смог немного рассмотреть окружавшую меня группу подростков. – Во всяком случае, сейчас у нас с вами явно общий противник был…
Тут что, одни девки, что ли? Или всё ещё вижу кое-как…
Все солдатки были в такой же форме, как и та, что со мной заговорила. Всем на вид не меньше пятнадцати-шестнадцати лет. За фонарями виднелось человек пять.
И сейчас из темноты подбежала ещё одна девчушка в форме, тоже сжимавшая перед собой стандартный «Калашников». Немного запыхавшись, она хотела, что-то сказать командирше, но, заметив меня, удивлённо уставилась с открытым ртом.
– Гамма-пять, докладывай! – Сухой голос командирши вывел солдатку из транса. Девчонка спохватилась, выпрямилась и отрапортовала звонким, почти детским голоском:
– С левого фланга сопротивления более не обнаружено. Вооружённые противники отступили за здание. Безоружные массово сдаются в плен. – Я заметил у неё такой же круглый шеврон, но нашивка на груди гласила «Гамма-5». И из-за своих шлемов они все поначалу казались на одно лицо.
Пока звучал доклад, с другой стороны в круг света вбежала ещё одна юная воительница. И, дослушав речь боевой подруги, эта обладательница нашивки с надписью «Гамма-3» тут же выпалила:
– Правый фланг аналогично! Противник отошёл. Судя по звукам – уезжают на автотранспорте, по направлению… Туда, вниз по реке. – Солдатка махнула рукой в сторону набережной, начинающейся за зданием Речного вокзала. – Что делать с пленными?
– Одного сюда. Остальных уничтожить. Собирайте огнестрел и патроны. Свои не тратить. – Альфа-один отдавала приказы не моргнув глазом. И обе подчинённые тут же бросились обратно во тьму, каждая в сторону своего фланга.
– Сурово… – Я проводил взглядом убегающих «Гамм». – Вы все кто такие-то?
– На войне как на войне. – Альфа-один, сохраняя спокойный тон речи, показала жестом, чтобы окружающие опустили оружие, и расслабленно приложила руку к каске, отдавая воинское приветствие. – Курсанты Военной академии материально-технического обеспечения при Министерстве Обороны Российской Федерации, город Вольск. Сводный батальон «Амазонки».
– О как… Наверное, вы, как и кадеты, считаете себя одним из последних оплотов государства? – Я встал с земли и отряхнулся. – Приехали с ними власть делить?
– Про то, что Министерство Внутренних Дел сохранилось в лице саратовских кадетов, мы узнали только сегодня, от Анастасии. – Командирша кивнула в сторону наблюдавшей за нашим знакомством улыбающейся девчонки, пускающей во все стороны дым. – Хотя про тебя уже слышали чуть раньше… Мы ищем союзников в предстоящей войне.
– Кадеты ко мне на «вы» обращаются, кстати. Не очень-то у вас с воспитанием там в академии, как посмотрю. – Я потёр опухающую скулу. – Но воюете явно получше энгельсских гопарей. Я слышал, что это один из немногих в стране военных вузов, куда девчонок берут. Но что, из пацанов вообще никто не выжил, что ли?
– Курсанты из мужских групп почти все были местные. Из области. И после катастрофы все по домам разбежались. В основном… – Альфа-один закинула своё оружие за спину и скрестила на груди руки, гордо задрав подбитый подбородок. – Но некоторые решили, что главные теперь они. Пришлось дать понять, что это не так.
– А девчата все из других регионов на учёбу сюда приехали. – Вмешалась Настя, выдыхая клубы дыма и периодически отплёвываясь. – И как всё наебнулось – по всей округе девок под крыло собрали. И в Вольске и в Балаково. Я раньше про них слышала разговоры с улицы, ещё когда в квартире пряталась. Но не верила. А сегодня вот подобрала их в Пристанном. И перевезла сюда за патроны. И то, что щас насобираем, кстати…
Командирша ответила ей согласным кивком:
– Анастасия рассказала нам про местные банды. Про бывших курсантов Дзержинки. Мы вообще изначально рассчитывали с ними прежде всего связаться. Но узнали, что о восстановлении порядка они и не думали…
– Ну не то что бы прям не думали. – Я философски пожал плечами. – Просто это был другой порядок. Новый. И вам бы он, наверное, не понравился.
– Так точно. – Альфа-один кивнула. – После того, что мы узнали про них от Анастасии, мы собирались освободить пленных девушек из этого укрепления. И связаться с кадетами.
– И немного не успели… А что за «предстоящая война»? Собираетесь найти окончательное решение вопроса местных банд? Что там в Вольске? Тоже анархия и каменный век?
Командир «Амазонок» отмахнулась от этой идеи, как от мухи:
– Это всего лишь локальные случаи гражданского неповиновения. Их усмирение – дело времени. Я имею в виду тех, кто действительно угрожает существованию не только государства, но и человечества. – Она снова сложила руки на груди и, поёжившись, кивнула в сторону берега на ворчавшую там кучку жор. – Их. Скопления заражённых. Которых всё больше. И они меняются.
– А, ну это можешь мне не рассказывать… Сам могу такого…
– Альфа-один, язык доставлен. – Перебившая меня Гамма-три снова бодро выскочила из темноты в сопровождении двух других солдаток с надписями "Дельта-10" и "Дельта-11". Её спутницы впихнули в круг света сутулого грязного паренька с разбитым носом. – Отделения занимаются сбором трофеев. Расчётное время сбора? Место?
– Пятнадцать минут. Общий сбор здесь.
– Есть! – И посыльная девчонка снова пропала во тьме вместе со своими подручными бойцами. Я успел заметить, что кисти рук у всех троих были перепачканы кровью. Похоже, что в процессе уничтожения пленников, действительно берегут патроны.
Не теряя времени, командирша тут же повернулась к пленному пацану и приступила к допросу:
– Сколько вас осталось? Направление отступления?
– Чё, бля… Ай!
Альфа коротко врезала пацану ногой в пах, и тот согнулся перед ней на коленях.
– Сколько вас осталось? Направление отступления?
Пацан зашипел от боли, опёрся руками на землю и поднял на неё страдающий взгляд:
– Чё по яйцам-то бьёшь…
«Амазонка» вытащила нож из-за спины, наступила тяжёлым ботинком тому на руки и без тени эмоций проговорила:
– Ещё одно «чё», я тебе их отрежу и заставлю сожрать. Отвечай.
– Это я тебе и так скажу, товарищ курсант… ка. – Мне жаль было прерывать их беседу, но времени было мало. – Куда быстрее чем эта тупица сообразит, что жизнь всё-таки уже кончилась.
Альфа подняла на меня взгляд и заинтересованно вскинула брови.
– Лётка сейчас, скорее всего, движется к детской больнице. Там у кадетов крепость. – Я махнул в том же направлении, что и её подручные «Гаммы». – Бандитура хотела их сегодня тут в ловушку загнать. Почти получилось. Но сначала вмешался я, а потом вы.
– «Лётка»?
– Ты не рассказывала? – Я повернулся к Насте.
Она отрицательно покачала головой в ответ:
– Да я и сама думала, что тут всё по-старому… А тот вон чё…
– Тогда потом подробности. В общем, это бандиты такие, из Энгельса. Держат там весь город с недавних пор. Захватили сегодня эту базу, перебили всех тех девчонок, которых вы освобождать собирались. Кроме одной. – Я пнул и привлёк внимание пацана, который начал пускать слёзы пополам с соплями и кровью. – Она говорила, что Механ с Комсомольцами закорешился. И собирался с ними вместе кадетов дёрнуть после ловушки. Правильно? Щас вместе будут их брать пытаться?
– Дыа-а-а… – Он окончательно разревелся.
– Ты с Капрона что ли?
– Дыа-а-а…
– Механ вас всех тут бросил?
– Т-только т-тех, у к-кого оружия н-не было… Чтобы о… о… отступить у… успеть. – Он начал заикаться и задыхаться от рыданий.
Я поднял взгляд на Альфу-один, которая прислушивалась к разговору и напряжённо вникала в хитросплетения политической жизни столицы региона:
– Ну вот вам и возможность завоевать симпатии союзников, Амазонки. Транспорт у вас есть?
Нахмурившаяся девчонка отрицательно помотала головой:
– Был… Но хватило только до Пристанного… Там было несколько столкновений с местными бандитами… А оттуда нас Анастасия перебросила на своей лодке.
– А сколько вас?
– Тридцать.
– И что, все разом в твою моторку влезли? – Я повернулся к Насте.
– Да не-е… В два раза по пятнашке мотнулись. – Островитянка окончательно докоптила свой окурок и бросила его в кусты.
– Значит всё равно в два рейса сейчас до больницы плыть… Пешком туда минут тридцать переть… Это если сопротивления по пути не встретим. Вот что… Давай-ка, Настюх, сейчас со мной туда. Там, где ты в прошлый раз нас высаживала – там сейчас должна быть моя яхта. На ней кадеты из окружения ушли только что. Возьмёшь её на буксир и ещё одним рейсом всех остальных туда сразу перевезёшь на двух лодках. – Я снова обернулся к командирше. – Вы тут пока трофеи дособирайте, а я разведаю, что там у больницы. Может Комса уже полезла… Они-то думают, что гарнизона кадетского там сейчас с гулькин нос. Что все тут полегли.
– Вобще-то у меня с ними уговор только до моста! – Настя упёрла руки в боки и выпятила подбородок. – Я и тут-то только из-за своей доли трофеев…
– Да ладно, сочтёмся. Курево-то вон, уже опять кончается, небось? Попрошу кадетов, они тебе отыщут чего-нибудь в своих рейдах.
– Пять блоков! Импортных!
– По рукам.
– Блин… Надо было больше просить… – Девчонка у раздосадовано сплюнула. – Ну чё, пошли тогда… Вон там, на пляже причалили.
Я вопросительно посмотрел на командира «Амазонок», желая убедиться, что план понятен и принят.
– Добро. – Она кивнула и показала на Речной вокзал. – В здании никого не осталось?
– Живых нет. Но если зайти через арку в западное крыло на второй этаж, то там в офисе с дырой в стене можно найти новый «Печенег». Правда, пустой. Я его в углу за мебелью припрятал, посмотрите, может «лётчики» не нашли. Жалко, если пропадёт. Машина – зверь!
Уходя к берегу вместе с Настей, я расслышал за спиной тихие приказы, сдавленный стон и характерное бульканье. Похоже, что «Амазонка» всё-таки пустила нож в дело, быстро прикончив бесполезного пленника. Это многое говорило о том, как именно она оказалась на командирской должности и отбилась от курсантов-пацанов. Должно быть, те тоже не ожидали от неё такого хладнокровия и решительности. Ведь если считаешь кого-то безопасным для себя, то тут же становишься абсолютно безопасен для него. А этим я пока не особо доверял. Но других подкреплений против совместных сил Лётки и Комсы у меня сейчас не было.
– Чё, как там москвичка-то твоя? – Отчалив с небольшого пляжа под старым мостом, Настя взяла курс вниз по течению. – Не сдохла ещё?
– В порядке москвичка. Стрелять научилась. И экскаватор водить. Книжку пишет про наши приключения. Хронику историческую. – Я перезарядил автомат последним рожком и проверил, нет ли сильной деформации из-за отдирания досок. – Ты в ней тоже есть.
– Да ну! Ну молодец, чё… – Правя лодку одной рукой, она вынула из кармана штанов новую сигару, откусила кончик и прикурила. – Нормальные сиги, кстати! Прям ништяк!
– Кури на здоровье. – Я кивнул и закинул оружие за спину. – Ты-то как там на своём острове? Не голодаешь?
– Не-е… Щуки прут – хоть голыми руками лови. Кроме меня-то рыбаков теперь и нет ваще. Картошку в одном погребе нашла. Мёрзлая, но есть можно. И семена в ларьке у дороги… Лук, зелень всякая… То что растёт быстро. Огород развела! Теперь такую уху фигачу, язык проглотишь! Заезжайте как-нибудь в гости, угощу по-братски.
– Ловлю на слове. А жоры тебя там не беспокоят? На всю реку, наверное, запах-то от ухи идёт.
– Да не-е… Плавать-то они не умеют. – Настя выдохнула клубы дыма, прочистила горло и сплюнула. – Я как-то раз рыбачила и на лодке обедала. А один тощий с берега унюхал. И как заорёт, как сиганёт в воду! Я чуть не обосралась! Удочку смотала, завелась, а он только забулькал, затрепыхался да и всплыл уже дохлый.
– Смотри, осторожно. Это они поодиночке совсем тупые. А когда их много в одном месте – могут и поумней чего сообразить. Может ещё и плавать научатся. И они же разные бывают, как выяснилось. Вон Амазонки эти, походу, уже тоже всякого повидали… Так, приплыли вроде, причаливай. Вон и яхта моя.
– Фигасе! Ты где такую нарыл? В речпорту у "Воруй-города" опять притырил штоль?
– Нету больше никакого "Воруй-города". Речпорт энгельсский под Лёткой теперь. За ухой как-нибудь расскажу. Давай, привязывай и ходу за подругами своими. – Я перебрался на борт яхты и кинул ей швартовочный канат.
– А чё она в кровище-то вся?
– Кадеты раненых везли… – Выбравшись на берег я осмотрелся. Судя по следам на сырой земле, бойцы пошли сквозь ряды гаражей прямо к юго-восточному углу своего больничного комплекса, по кратчайшему пути. – Вот туда их направь. Видишь, тут натоптано? Пусть по следам идут. А я предупрежу, чтобы их встретили как друзей…
Мой инструктаж прервала канонада очередей и одиноких выстрелов, идущая как раз с той стороны, куда я собирался двигаться.
– И пусть поторапливаются! – Я толкнул яхту, помогая моторке стянуть её с берега вводу. – А то вон, слышишь – пошла жара, походу…
Глава 22. Мы вместе
Непрерывная череда разноголосых выстрелов впереди скоро затихла. И через несколько секунд возобновились только короткие пулемётные очереди, бившие по три-четыре патрона с интервалом в две-три секунды.
И не успел я пробежать по проходу между гаражами и полсотни шагов, как впереди заметил группу сгорбленных теней, передвигавшихся мне навстречу неровной походкой, спотыкаясь, хромая и тяжело пыхтя.
– Вы чего-то не в ту сторону… – Лопоухие бритоголовые контуры не оставляли сомнений в их принадлежности. К тому же четверо из них несли всё те же импровизированные носилки, а двое тащили на руках третьего, как и раньше. К группе кадетов прибавилась и освобождённая от оков Ульяна, помогавшая тащить хромающего Егора.
– Кир? – На миг Петров замер в нерешительности, но быстро поверил, что на фоне гаража из светлого кирпича действительно темнеет моя фигура и продолжил тащить вперёд хромающего бойца с другой стороны от девчонки. – Там Комса уже обложила всё, натолкнулись прямо на них в темноте. Хорошо, хоть с оружием у них швах… Юрок прикрывает, а мы обратно к яхте. С ранеными не прорваться, попробуем обойти издалека.
– Нет там яхты…
– Как? – Он снова растеряно остановился рядом со мной и остальные, расслышав наш разговор, тоже притормозили, пытаясь отдышаться.
– На ней сейчас подкрепление приплывёт. – Я осмотрел группу бойцов поближе – легкораненых прибавилось. – Помнишь Настю с острова около Пристанного?
– Ну да… Это она что ли подкрепление?
– Нет, увидишь… Главное морду свою подсвети, как подплывут. Тебя-то точно узнает. А то ещё перестреляете там друг друга в темноте, неровен час… Щас надо будет пятачок для них держать, чтобы было где высадиться…
– Дык… Нечем… Мы всё что оставалось, Юрку скинули.
– Блядь… – Не долго думая, я скинул с плеч автомат. – На, тут вот ещё пара рожков. Где Юрок?
– На крыше в конце этого ряда. – Сержант показал на ближайший гаражный комплекс. – Ближние проезды сюда кроет.
В подтверждение его слов из указанного направления продолжались короткие очереди.
– Ладно… Я попробую отвести часть в сторону. Его к вам пошлю, пароль «гром», отзыв «молния». Не перепутайте его с комсомольцами. Окапывайтесь и держитесь, девчонки минут через десять будут.
– Девчонки? – Петров передал лишние магазины и своим бойцам и те перезарядились.
– Сам увидишь… Всё, давайте, ходу! – Я побежал мимо них дальше в указанном направлении, а запыхавшиеся кадеты, проводив меня недоумевающими взглядами, продолжили хромать обратно к месту высадки.
Ещё через полсотни шагов я подбежал к краю гаражного ряда, на крыше которого залёг юный пулемётчик. После быстрого бега в горле запершило.
– Юрок… Свои! – Задыхаясь, я вскарабкался к нему наверх и оценил ситуацию.
За рядком голых деревьев между гаражами и небольшим офисным зданием была почти пустая парковка. Пара брошенных тачек на спущенных колёсах и три подстреленных тела рядом с углами здания. Пулемётчик попеременно отправлял короткие очереди то в одну, то в другую сторону, удерживая толпу гопарей из заводского района в укрытии.
– Вы чего тут!? Отступайте! – Заметив меня, он на миг обернулся, но выцепив краем глаза движение в одном из проездов на парковку, тут же нацелился на него и подсёк очередью какого-то особо нетерпеливого комсомольца.
– Вот и отступай! Без разговоров, боец!!! – Заметив, что он собирается спорить, я пресёк попытку грозным рыком и лёг рядом, достав из-за плеча винтовку. – Дуй на берег, там сейчас подкрепление приплывёт! Я этих отведу!
Воспользовавшись заминкой, пара гопников попыталась пересечь часть пустыря и засесть за ближайшей машиной. Получилось только у одного. Второго старик «Винчестер» скосил попаданием в живот, и тот, кувыркнувшись, схватился за пробитое навылет пузо.
Юрок, оценив ситуацию, пододвинул ко мне пулемёт и ползком попятился к краю крыши:
– Это последний магазин. К берегу можно пройти только в эти два проезда. Или через «Ямайку» – он махнул влево, в сторону возвышавшихся над гаражами высоток жилого комплекса с экзотическим названием. – Справа вдоль берега гаражи без перерыва и завод какой-то. Долго обходить, оттуда можно никого не ждать.
– Понял. Значит туда их и поведу. Будешь подходить к берегу, ори пароль «гром». Отзыв – «молния». Давай беги! – Я отложил винтовку и вжал в плечо приклад «Покемона», а Юрок исчез за краем крыши и затопал внизу вслед товарищам.
Пулемёт Калашникова Модифицированный бил в уставшее плечо ощутимо слабее, чем «Печенег». Плюнув в темноту двух проездов по несколько коротких очередей, я дал кадету время на то, чтобы уйти незамеченным. И, когда боезапас был исчерпан, подхватил винторез и перекатился к противоположному краю крыши.
– Э, петушня! Чё обоссались там уже? – Сползая вниз, я привлёк внимание засевших в подворотнях комсомольцев к нужной стороне.
– Сюда иди, ёпта! Ебало вскрою, шкура красная! Акх!..
Присев за углом, я послал пулю в темноту на ответивший мне гнусавый голос и, кажется, не промахнулся.
– Комса – лошары позорные!!! – Закончив с оскорблениями, я перешёл к бегу, двинувшись вправо вдоль линии гаражей с одной стороны и ряда деревьев, ограждавших территорию какого-то складского комплекса, с другой.
Вслед полетели безнадёжные выстрелы. Судя по звуку – что-то короткоствольное. Нет, с такого расстояния по бегущей в темноте фигуре не попадёте, даже если стрелять умеете.
– Давай туда, окружай пидора!
Хорошая новость – провокация сработала. Если кто-то сейчас и побежит в сторону берега вслед за Юрком, то далеко не все. Плохая – у них хватило ума попытаться загнать меня в ловушку. Часть погналась следом за мной, а другие будут стараться встретить впереди, в конце этой аллеи, выбежав из-за складов. Значит нужно действовать нестандартно. Чего вы от меня сейчас никак не ждёте? К чему привыкли за то время, пока гоняли по своему району невезучих одиночек, попавших не в то место и не в то время? К тому, что они вас боялись. И продолжали в панике бежать вперёд, не разбирая дороги.
Зарулив с разбега в ближайший вскрытый гараж, я затормозил в стену. И схватив с верстака первый попавшийся под руки ржавый гаечный ключ, кинул его вперёд, по направлению своего движения. Загремев об асфальт, ключ вполне создал впечатление, что это я споткнулся там в темноте и уронил что-то металлическое.
– Гони падлу, гони! Пизда тебе, красный! – Разъярённый голос приближался к распахнутым дверям гаража в сопровождении множества топающих за ним следом дружков. – Умк!..
Перехватив винтовку за ствол, я встретил первого пробегающего мимо комсомольца ударом приклада со всего размаха. Столетнее отполированное дерево врезалось ему аккурат между носом и верхними зубами. Вдавив переднюю часть лица внутрь на пару сантиметров, удар опрокинул гопника и заставил его приземлиться прямо по курсу на спину ногами вверх.
Отскочив назад в темноту гаража, я перехватил приклад обратно и выстрелил в спину пролетевшему мимо по инерции дружку. Тот полетел дальше вперёд, но уже из-за толчка пули, пробившей лопатку. Дёрнув рычаг ещё три раза, я точно также почти в упор расстрелял ещё троих затормозивших преследователей, пробежавших мимо открытых дверей.
Не давая опомниться тем, кто смог затормозить до входа в гараж, я закинул пустую винтовку левой рукой за плечо, а правой вытянул из кобуры дробовик. И, пригнувшись, шагнул боком наружу, дёрнув на себя курки. И тут же спустил их по очереди в двух ближайших гопников, растерявшихся при виде посыпавшихся на асфальт товарищей. Теперь на асфальт отбросило уже их – спиной вперёд парочка рухнула в грязь, оставляя в воздухе кровавые брызги.
– Бля! Ты видел! Это ж Чёрный Жора! – Оставшиеся преследователи в количестве четырёх человек отступили, судорожно выхватывая из-за пояса свои пушки.
– Ты, сука, прав! – Спрятавшись обратно в гараж, я переломил стволы и дал выскочить дымящимся стреляным патронам. Ответной речи я не услышал – пустые гильзы процокали по бетонному полу только в сопровождении спешно взводимых затворов.
И с улицы в гараж тут же полетели пули. Паническая стрельба с такого угла угрожала мне только случайными рикошетами. Но все мелкокалиберные пули либо застревали в кирпичной стене, либо отлетали вглубь гаража с характерным визгом.
У одного из стрелков хватило ума продвинуться во время стрельбы вперёд и попытаться выцелить меня из-за угла. Но облако дроби встретилось с ним быстрее. Прежде всего под него попали вытянутые вперёд руки с оружием. И пальцы, сжимающие рукоятку небольшого пистолета, тут же превратились в ошмётки мяса и костей, выпустив ствол на асфальт.
– Ай, бля-а-а-а!!! – Пацан сдавленно захрипел точь-в-точь как подстреленный бандит из игры «S.T.A.L.K.E.R». Того гляди сейчас ещё скажет, что «маслину поймал».
К этому времени остатки патронов в магазинах стрелков были уже исчерпаны. Они явно не успели привыкнуть к тому, что перезарядка в жизни – куда более хлопотное мероприятие, чем в том же «Сталкере». И производить её лучше всего в укрытии. А не там, куда я могу снова выскочить и снести кому-нибудь башку из второго ствола. Что я, собственно, немедленно и сделал.
Пораскинув мозгами и осколками черепа, ещё один гопник откинулся спиной на сырой асфальт. А двое других испуганно пятились, судорожно шаря по карманам в поисках запасного магазина от своих пистолетов. Да вы же совсем дети. Ещё и четырнадцати нет, наверное…
После того, как я шагнул в их сторону, один не выдержал и побежал в темноту обратно. Предыдущая беготня, схватка и вид умирающих врагов снова начали разжигать во мне знакомое чувство хищного азарта… В последний раз руки так чесались в медуниверситете…
– Простите, я больше не бу… – Не успев договорить извинения, паренёк захрипел, хватаясь за руку, сжимающую его горло. Второй рукой я сдавил его яйца сквозь синтетические треники.
– Не только не будешь. Но и не захочешь… – И рванул сжатый кулак вниз.
Взвизгнув, пацан дёрнулся всем телом от дикой боли и шлёпнулся на асфальт, хватаясь за окровавленные спущенные штаны, в которых болтались оторванные гениталии.
Оставив его корчится на полу у себя за спиной, я зашагал следом за беглецом, перезаряжая обрез. Послав вслед за бегущим силуэтом широкий конус дроби, я вряд ли смог нанести серьёзные повреждения на таком расстоянии.
Но этого хватило, чтобы заставить его сбиться с быстрого бега. И дальше пацан мог только неловко хромать, хрипя и хватаясь за задницу, в которой застряло несколько дробинок.
От предшествующей беготни у меня снова начало першить в горле. Хотелось как следует прокашляться. Голос совсем сел, и я тоже захрипел ему вслед:
– Хочешь умереть побыстрее?
Он в ужасе оглянулся, застонал что-то нечленораздельное и ускорил темпы своего хромого отступления.
– С какой стороны полезете в больницу? – Не дожидаясь ответа я пнул его в спину, наклонился над упавшим на живот подростком и тут же отрезал ему финкой правое ухо. – Считаю до трёх. Два уже было.
Заорав, пацан схватился за дырку в голове и, пуская между пальцев тёмную кровь, обернулся на меня с выражением панической мольбы:
– Не надо, я скажу! Я знаю, я скажу! – Он уже не пытался выползти из-под моей ноги и только тряс головой, разливая вокруг кровь из уха. – С Вольской! Механ там хочет вдоль стены из «гоши» пальнуть! Чтобы всю снести, а не просто дыру пробить!
– А теперь проверим, не врёшь ли. Ну-ка повтори… – И с этими словами я отрезал ему второе ухо.
Взвизгнув, парень задохнулся плачем от боли и закачал головой, прижимая ладони по обеим сторонам головы. Словно до сих пор не мог поверить в происходящее. А ведь и правда – невероятно. Минуту назад ты вместе со своей стаей гнал беззащитную добычу в ловушку. И вдруг истекаешь кровью у неё под ногами. А половина стаи уже навсегда отправилась в страну вечной охоты.
– Повтори… – Я прищемил ему нос и приложил лезвие к переносице, намереваясь оставить его ещё и без этой части лица.
– С… С Во-о-ольской!!! С Во-о-ольской!!! – Гнусаво завыл он в ответ. – Механ… Гоша… Сте…
Я не дал ему договорить, перерезав горло.
Вытерев нож об одежду тела, бьющегося в затихающих конвульсиях, я оглянулся. Вдалеке, там, где кончались здания склада, послышались голоса, задающие себе какие-то вопросы. Пора уходить.
Добежав обратно до офисной парковки, я на минутку притормозил, чтобы отдышаться и всё-таки прокашляться. Адреналин понемногу отпускал, и к мышцам возвращалась усталость после всей этой ночной гребли, беготни, стрельбы и прыжков по крышам, этажам и ступеням.
Наклонившись и уперев руки в колени, я ловил ртом воздух и старался прочистить горло. Но никак не мог вздохнуть как следует поглубже, чтобы кашлянуть сильнее – рефлекс всё время срабатывал раньше и лёгкие выдавливали воздух с сиплым хрипом вместо кашля. Немного закружилась голова, и я почувствовал лёгкую тошноту, как при укачивании.
– Мы ждём.
Подождав ещё несколько секунд, я успокоил дыхание, насытив тело кислородом частыми мелкими вздохами. И смог, наконец, нормально кашлянуть и сплюнуть мокроту. Дышать стало немного легче, дискомфорт в горле почти пропал. Тошнота тоже успокоилась. Беги дальше, убийца, некогда отдыхать! Только куда? Обратно на берег? Помочь отбиться от части преследователей, которые пошли через "Ямайку" и дождаться с кадетами подкрепления? Или поспешить к больнице, сообщитьо плане атаки Лётки и Комсы?
Пожалуй, с первой задачей они справятся и сами. Тем более что с голыми руками я там особо не помогу. Патронов-то больше нет. А вот атаковать укрепления – банды могут в любой момент.
Достигнув угла офисного здания, выходящего на улицу Чернышевского, я обнаружил, что стою как раз в том участке улицы, где совсем недавно устраивал перестрелку с тремя центровыми – напротив угла Архитектурно-Строительного колледжа и корпуса инфекционного отделения городской больницы.
Слева и справа вдоль проезжей части не было заметно никакого движения. Похоже, что кадеты вытянули на себя всех, кто патрулировал эту часть окружения. И оставшиеся противники сейчас искали меня возле складов. Или, может, уже нашли трупы своих дружков. И крепко задумались о том, за кем же они всё это время гнались. И стоит ли продолжать эту погоню.
Лишь в палисаде вокруг инфекционки всё свободное место под деревьями и кустами было занято сидящими жорами. Я не мог разглядеть их в темноте, но хорошо слышал хриплое дыхание множественных глоток и редкое невнятное бормотание.
Прежде чем бежать через улицу, я, на всякий случай, подобрал горсть асфальтовых крошек с края дороги и швырнул их в разные стороны по машинам, следя за возможным движением на тротуарах. Ничего подобного заметно не было. Но от резких взглядов по сторонам опять начала кружиться голова. И снова подступил кашель.
Сдерживая приступ, я пригнувшись побежал через широкую улицу…
– Мы ждём!
Сухой неконтролируемый кашель вырвался из груди. Не в силах сдержать рефлекс, я споткнулся и, задыхаясь, пополз к тротуару на четвереньках, не переставая кашлять. Живот свело резкой судорогой и меня вырвало остатками ужина. На пару секунд я потерял ощущение верха и низа и припал на локти, едва не упав лицом в собственную блевотину. Подняв взгляд, я с трудом смог разглядеть, что уже почти дополз до противоположного края проезжей части, над которым темнели пустые окна инфекционного отделения.