Текст книги "Лучший киноактер в Голливуде (СИ)"

Автор книги: Номер 13 Белый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 125 (всего у книги 195 страниц)

Кайден достала первую страницу развлекательного раздела и протянула её: «Прочитай сам».

Майкл взял газету, и первое, что он увидел на заголовке первой страницы, было давно забытое имя – Мэтью Хорнер.

При виде этого знакомого имени его глаза быстро пробежали по рассказу, а рука слегка дрогнула, уверенная, что это именно тот Мэтью Хорнер, которого он знал.

Даже если история была неверной, он никак не мог ошибиться насчет человека на сопроводительной фотографии.

Прошло несколько лет, а Мэтью Хорнер уже в клубе звёзд, которым платят 20 миллионов долларов за роль?

Майкл сомневался в этом, но в его руках была газета Los Angeles Times, а не таблоид.

Он испустил долгий вздох, только что посмеявшись над идеей зарабатывать более $200 000 в год, но как далеко эти $200 000 от $20 миллионов?

Майкл прекрасно понимал, что ему никогда в жизни не удастся догнать Мэтью.

Затем в памяти всплыли новости, которые он читал о Хорнере, и горькая улыбка выдавила из его статного лица.

Он зарабатывал 200 000 долларов в год, а Мэтью Хорнер зарабатывал 20 миллионов долларов за один только фильм!

Он хочет выложить целое состояние за очень респектабельный роскошный внедорожник BMW, а автомобиль, на котором ездит Мэтью Хорнер, – это внедорожник Mercedes Benz G-Class, бесплатно предоставленный компанией Mercedes Benz и сделанный на заказ для него…

Подобно актеру, взявшему на себя главную роль в порно фильме «Мистере и миссис Смит», Майкл часто следит за Мэтью Хорнером.

В какой-то момент он попытался что-то с этим сделать, но никто не поверил порно актеру из долины Сан-Фернандо, чуть более серьезные СМИ даже не стали брать у него интервью, а несколько сплетничающих таблоидов без всякой подоплеки опубликовали его нападки на Мэтью, не подняв даже крошечной волны в обществе.

Со временем у Майкла помутился рассудок на этот счет, так как он постепенно убедился, что для человека его положения слишком маловероятно нападать на такую уже популярную звезду, как Мэтью Хорнер.

Индустрия дала ему денежное вознаграждение, которого он хотел, но не гламурную оболочку, которую он хотел.

Мэтью, напротив, имеет больше, чем просто славу и богатство, став после хита «Мистер и миссис Смит» послом благотворительности Организации Объединенных Наций и превратившись в настоящую фигуру высшего общества Америки.

Необразованный, неквалифицированный парень из мелкой деревни в Техасе стал большой знаменитостью...

Когда в начале этого года одна из компаний предложила ему сыграть главную роль Джона Смита в порно фильме «Мистер и миссис Смит», Майкл без колебаний согласился.

Потому что он прекрасно понимал, что остановить Мэтью Хорнера уже невозможно. Если бы разница была всего в один или два уровня, у него была бы надежда, но теперь разрыв между ними был слишком велик.

Он все ещё стоял на Земле, в то время как Хорнер приземлился на Марсе.

После многих лет работы в долине Сан-Фернандо Майкл осознал многие социальные реалии.

Майкл передал газету обратно Кайден: «Как было бы здорово получить 20 млн. долларов за съёмки».

Кайден резко покачала головой: «Это мечты».

Она встала и пошла в сторону съемочной площадки: «Съемки вот-вот начнутся».

Майкл тоже встал, глядя на порно пародию на постеры «Мистера и миссис Смит», в очередной раз убедившись, что ему уже никогда не сравниться с Мэтью Хорнером.

Глава 418

Проследив за взглядом Брауна Уильямса, Мэтью увидел только спину мужчины в темном костюме, который быстро скрылся в толпе.

Он отвел взгляд и спросил у Брауна: «Что случилось?».

Браун потряс в руках красиво оформленный буклет и сказал: «Этот человек подошел ко мне и попросил передать это вам».

«Фанат?». – с любопытством спросил Мэтью.

На двух черно-белых автомобилях Mercedes-Benz G, которые компания Mercedes-Benz изготовила для него на заказ, были специальные маркировки «M-H» – инициалы его имени и фамилии, которые были безошибочно узнаваемы в мире, поэтому было вполне естественно, что их узнают.

В прошлом поклонники приходили в агентство Ангела, чтобы вручить ему всевозможные подарки.

«Я так не думаю». – Браун уже быстро просмотрел ее, чтобы убедиться, что там нет ничего опасного, и передал Мэтью: «Выглядит как приглашение».

Мэтью взял ее: «Вернёмся в Беверли-Хиллз».

Он сел в Мерседес и, когда тот завелся, посмотрел на брошюру, Белла Андерсон, сидевшая рядом с ним, бросила на него любопытный взгляд.

Это был явно не подарок от поклонника, а приглашение вступить в клуб.

Мэтью открыл хорошо сделанную брошюру, и бегло просмотрев её.

Клуб под названием Holy City существовал недолго, но уже успел прославиться в голливудских кругах.

Хотя он никогда не был членом клуба, Мэтью слышал от Джонни Деппа, что этот частный клуб для вечеринок в Лос-Анджелесе принимает не более 99 членов в месяц и что каждый член должен пройти строгий отбор, единственными критериями которого являются деньги и власть.

Тайные комнаты, секс, ювелиры, все элементы, которые вызывают гормоны, являются темой вечеринки, организованной этим клубом.

Депп однажды присутствовал на одном из них и красочно описал всё Мэтью.

В клубе ежемесячно проводились вечеринки, и Депп нашел это место полным знаменитостей, молодых моделей и актеров.

Всем участникам было запрещено пользоваться телефонами, их обыскивали перед входом, при входе требовалось надеть маски на лицо, но многие после этого снимали маски.

На вечеринке женщины носили сексуальное нижнее белье и даже были полуобнажены, а мужчины были в костюмах, и царила нелепая атмосфера непринужденного секса.

На титульном листе брошюры, которую получил Мэтью, есть отрывок, который очень соблазнителен для многих людей.

«В клубе проводятся ежемесячные маскарадные вечеринки и частные ужины, ежеквартальные занятия по искусству эпатажа, а весной и летом – серия вечеринок у бассейна, которые позволят вам насладиться чем-то необычным. Если этого недостаточно, чтобы удовлетворить ваше любопытство, то наш скромный театр даст вам повод вернуться еще раз. Приходи и испытай истинное «высшее общество», мой друг».

Далее, существуют некоторые основные требования для членства, такие как ежегодный взнос в размере 100 000 долларов для мужчин и бесплатный вход для женщин, но они проходят чрезвычайно строгий отбор.

В нем также говорится, что среди членов женского пола есть голливудские звезды и известные модели.

В этом клубе легко возбудиться, просто взглянув на содержание прекрасно изданной брошюры, полной тайн, но такой клуб, связанный с сексом, не для всех.

Прочитав эту брошюру, Мэтью мог бы подумать, что так называемый Клуб – это мошенничество, но он слышал, как Джонни Депп рассказывал о нем раньше, и знал, что большая часть описанного – правда.

Было бы ложью сказать, что такой человек, как он, не был впечатлен.

Белла Андерсон бросила на Мэтью украдкой взгляд. Она только что увидела часть, поскольку она проработала некоторое время в Голливудском кругу, то примерно имела представление, об этом, и, будучи личным помощником, она действительно знала, что за человек ее босс.

Мэтью заметил выражение лица Беллы Андерсон, но ничего не сказал, убирая буклет в отделение для хранения посреди заднего сиденья.

До этого года он бы схватил Джонни Деппа и поехал бы с ним, в конце концов, 100 000 долларов для него – ничто, но теперь он засомневался и решил, что лучше быть осторожным.

Не то чтобы он боялся сплетен, если речь не идет о третьих лицах или сексуальных домогательствах, то это в лучшем случае просто сплетни.

Кроме того, за эти годы он стал признанным плейбоем в СМИ.

Но Мэтью не колебался и вскоре принял решение сохранить эту брошюру и держать ее в машине, чтобы она была под рукой, если он конечно действительно когда-нибудь туда пойдет.

Когда он ехал обратно в поместье, Мэтью подумал о Еве, с которой он не общался в последнее время, и, взяв мобильный телефон, нашел ее номер, чтобы позвонить ей.

Несмотря на главную женскую роль, у героини Евы было не так много сцен на съемочной площадке, и кроме посещения съемочной группы в день премьеры, команда не сняла ни одной сцены со спартанской королевой.

Съемки ее персонажа были в значительной степени отложены Заком.

Мэтью позвонил на телефон Евы, но никто не ответил.

Он положил трубку и пошел прогуляться по двору. Деревья и растения за которыми тщательно ухаживали, ожили, а ландшафтный дизайн и пейзаж всего поместья впечатлял после потраченных денег.

***

С наступлением темноты Ева вернулась в свой дом, расположенный неподалеку от поместья Хорнера в Беверли-Хиллз, ее бледное лицо заметно несчастно.

Мысль о толстом, мерзком человеке, который приставал к ней сегодня днем, вызывает у нее рвоту даже сейчас.

Сегодня днем она была на вечеринке в честь своего друга Эдварда Нортона, члена ее круга, на которой ей досаждал низенький толстяк, круживший вокруг нее, как муха.

Если бы он не был большой шишкой в ее кругу, она бы ударила его по лицу.

Несмотря на это, он не только не отступил, но и попросил ее приехать в отель на выходные, чтобы обсудить сделку по фильму, а поскольку он был большой шишкой, она не посмела отказать.

Переодевшись в черное платье, быстро приняв ванну и наскоро перекусив, Ева улеглась на диван в гостиной и включила телевизор.

В волнении Ева продолжала переключать каналы, не в силах смотреть ни одну из программ, пока не попала на развлекательный канал ABC TV.

Телевизионный экран был заполнен крупными планами Мэтью Хорнера.

Наблюдая за Мэтью по телевизору, Ева подумала о том толстом, сальном, мерзком мужчине, и попыталась быстрее забыть его.

Когда изображение Мэтью исчезло с экрана телевизора, Ева не переключила канал, слушала ведущего и смотрела некоторое время, понимая, что это эпизод, посвященный Мэтью, предположительно для рекламы фильма пираты Карибского моря

«Преданность и профессионализм Мэтью Хорнера хорошо известны в индустрии, а режиссеры, сценаристы и актеры, с которыми он работал, в интервью отзываются о нем очень высоко, так каким же он представляется этим людям?».

Слушая ведущего, Ева наклонила голову и вдумчиво посмотрела на телевизор, любопытствуя о Мэтью Хорнере из-за многочисленных встреч с ним.

На экране телевизора вспыхнул экран, и первым появился Джерри Брукхаймер, слова которого были короткими, но емкими: «Мэтью Хорнер – один из самых искренних, трудолюбивых людей, которых я когда-либо встречал!».

Затем последовала сцена интервью со Стивеном Соммерсом: «Сначала я не признавал Мэтью, у него не было нужных мне качеств, поэтому он не произвел на меня впечатления. Но как только я его увидел на съёмках, он мне в целом понравился».

Позади, репортер посмотрел в камеру и сказал: «Мне посчастливилось встретиться с Мэтью на премьере. Я попросил пожать ему руку, но его окружили люди, которые по очереди фотографировались. Прошло несколько минут, и я услышал, как он сказал: «Где этот парень? Я сказал, что собираюсь пожать ему руку». Он подошел ко мне с широкой улыбкой на лице и пожал мне руку. Мне все равно, что говорят люди, я думаю, что он не имеет себе равных».

Наконец, появился охранник из съемочной площадке: «Я работал на многих фильмах Мэтью, и Мэтью уже на третий день работы на площадке мог называть всех по имени и никогда не задерживался с приходом».

Охраннику есть что сказать о Мэтью: «Он приятный, вежливый и талантливый человек, которого я когда-либо встречал. Если кто-то скажет ему, куда ему идти, он придет туда на 10 минут раньше, полностью готовый к тому, что он собирается делать. Он также хорошо относится к людям, с которыми работает, а также к ассистентам и съемочной группе, к которым N-звезды иногда относятся как к дерьму».

Еве вдруг захотелось позвонить Мэтью, возможно, он сможет посоветовать ей, как вести себя с толстяком, поэтому она достала из сумки телефон, и нашла на беззвучном телефоне пропущенный вызов от Мэтью.

Глава 419

«Здравствуйте, я Белла Андерсон».

В студии, во время перерыва, Белла позвонила экономке в поместье Хорнеров, как распорядился Мэтью: «Мэтью принимает на вечер важную гостью, и он хотел бы, чтобы вы приготовили блюда французской кухни».

После, поговорив ещё немного Белла положила трубку, убрала телефон и уже собиралась подойти к Мэтью, когда увидела, что к нему подошел член съемочной группы и сказал, чтобы он шёл на площадку и остановилась на месте.

Стоя за пределами съемочной площадки, Белла наблюдала, как режиссер Зак общался с Мэтью и другим бразильским актером, и почувствовала что-то странное в том, как выглядел бразильский актер, игравший Ксеркса, после нанесения грима.

Пока она смотрела, ее телефон завибрировал, она посмотрела вниз, и увидела, что дворецкий прислал меню.

Белла ответила одним словом: «Хорошо».

Она прекрасно знала, что Мэтью пригласил Еву в поместье Хорнера не для того, чтобы она ела знакомые блюда.

Согласно предыдущему заявлению Мэтью, вчера вечером ему позвонила Ева, он хотел пригласить ее в поместье, но когда он вышел утром, то забыл подготовить с повара и домработницу, из-за телефонного звонка Хелен, после ему нужно было прийти на съемочную площадку, поэтому он весь день был занят съемками.

Белла, будучи ассистентом, не стала бы спрашивать об этом специально, но, основываясь на стиле и личных предпочтениях Мэтью, она уже могла сказать, что он думает о Еве именно таким образом.

Кажется, Ева однажды отказала ему, но после этого, вместо того чтобы отдалиться от Мэтью, она продолжила тесно общаться с ним, так что это лишь вопрос времени, когда эти двое сойдутся.

И Мэтью сыграл огромную роль в том, что Ева получила главную роль в фильме.

Белла покачала головой. В студенческие годы она знала много французских девушек, и в этом они гораздо более открыты, чем американки.

Что касается Евы, дело не в том, что она предвзятая, но актриса, которая может раздеться догола перед кинокамерой и обнажить даже самые интимные части тела, разве можно ожидать от неё «неприступности»?

По ее мнению, отказ Евы от Мэтью был попыткой разжечь его аппетит, а может быть, это было просто не вовремя или что-то в этом роде.

Белла снова взглянула на Мэтью на съемочной площадке. Сначала она задалась вопросом, почему Мэтью не может быть с Шарлиз Терон, ведь все в Америке хотят, чтобы они были вместе…

Она вдруг покачала головой: наверное, Шарлиз была бы рада не быть сейчас с Мэтью?

Несмотря на эти мысли, Белла прекрасно знала, что ее босс – Мэтью Хорнер, и когда Мэтью закончил сцену и вернулся в зону отдыха, чтобы подправить грим, она поспешила к нему и перекинулась парой слов, поскольку в поместье начались приготовления.

Закончив с костюмом, Мэтью снова вошел на съемочную площадку, и после короткого общения с Родригесом в роли Ксеркса, съемки начались снова.

«Сейчас угадаю…». – сказал Мэтью, скрестив руки, его красный плащ развевался позади него, указывая на Родриго, на котором была золотая цепь: «Ты, видимо, Ксеркс!».

Родриго вышел вперед, словно бог, и подходил к Мэтью со словами: «Довольно Леонид».

Он протянул руку и указал на Мэтью: «Давайте рассудим вместе».

«Было бы обидно, если бы такой великий король, как ты, и твои элитные войска были уничтожены подобным образом».

«А ведь мы могли бы друг друга обогатить культурой, которой обладают наши народы».

Мэтью кивнул и ответил со всей серьезностью: «Мы сегодня всё утро обогащали твой народ своей культурой».

Родригес скрестил руки и выглядел очень гордым: «До чего вы удивительное племя, ты ведёшь себя вызывающе, а ведь смотришь в глаза смерти, в присутствии бога».

«Ты ведешь себя неразумно Леонид».

Мэтью ничего не сказал на это.

Тон Родриго внезапно ожесточился: «Представь, что ждёт моих врагов, если во имя победы я с радостью убью любого из своих людей».

Мэтью немедленно и решительно ответил: «А я готов отдать жизнь за любого из своих солдат».

«Вы греки хвалитесь своей логикой, советую тебе вспомнить о ней. Взгляни на прекрасную землю которую ты столь яростно защищаешь, она обратится в пепел по моей прихоти!».

Чуть погодя Ксеркс добавил: «Подумай о судьбе ваших женщин!».

Леонид мгновенно ответил: «Наших женщин ты совсем не знаешь. Если бы я хотел, я мог бы взять их в своё войска».

Леонид начал подходить к Ксерксу: «У тебя много рабов Ксеркс, но мало воинов».

Он повернулся: «И скоро они будут боятся наших копий горазда больше, чем твоих кнутов».

На это Ксеркс улыбнулся и взял Леонида за плечи: «Они боятся не кнута… а моей божественной силы, но я щедрый бог. Я могу сделать тебя безмерно богатым. Я поставлю тебя надо всеми в Греции, ты понесешь мое знамя в самое сердце Континента! Твои соперники, Афины, преклонять колени перед тобой… Если ты преклонишь колени передо мной».

«Твоя щедрость… божественна, как и твой лик». – Мэтью спокойно сказал: «Царь царей, таким предложением может пренебречь только безумец…».

***

Съемочный день Мэтью прошел гладко, а если и случались какие-то ошибки, то их редко было больше трех, так как большая часть сцен снималась одним дублем из-за предсъемочных репетиций.

Команда снимала до сих пор, и уже находится в середине и конце процесса, после более чем месяца интеграции, сотрудничество различных отделов становится все более и более негласным.

Половина причины этого заключается не в актерах, а в закулисных отделах, таких как освещение, звук, грим и реквизит.

В большинстве постановок самое трудное – это неделя, когда съемки только начались.

Поскольку дела шли хорошо, Мэтью покинул студию к 16:30, и вместо того, чтобы позволить Брауну Уильямсу и позволить Белле следовать за ним, он поехал на белом Mercedes G в отдельный дом Евы за пределами Беверли-Хиллз.

В перерывах между съемками Мэтью звонил Еве, и к тому времени, когда он подъехал к ее дому, Ева уже ждала у обочины с сумкой-клатчем.

«Привет, Мэтью». – Ева села на пассажирское сиденье и спросила: «Как прошли съемки сегодня?».

«Хорошо». – Мэтью завел машину и поехал дальше, сказав: «Съемки прошли гораздо быстрее, чем планировалось, так что, полагаю, ты приедешь на съемочную площадку пораньше».

Ева улыбнулась: «Съемочная группа сообщила мне, что мы начнем съемки в следующий вторник».

До поместья было недалеко, поэтому после короткой беседы Мэтью свернул и повернул в ворота поместья, остановившись на небольшой площади за фонтаном.

Мэтью тут же вышел из машины и обошел машину с противоположной стороны, открыв дверь для Евы, которая вышла, осмотрелась и сказала: «Какая красивая усадьба».

«Сюда». – Мэтью сделал приглашающий жест: «Если считаешь, что здесь красиво, приходи почаще».

Он повел за собой Еву, они вместе вошли в поместье и тут же воспользовались услугами горничной, чтобы взять портфель Мэтью и повесить его на полку у входа в гостиную.

Подошла экономка Диана и спросила: «Подать ужин?».

Ева покачала головой: «Я еще не голодна».

Мэтью повернулся к экономке Диане и сказал: «Пусть кухня приготовит ужин позже».

Затем он снова повернулся к Еве: «Хочешь, я покажу тебе всё вокруг?».

Ева сняла пальто и передала его горничной, обнажив великолепно сидящее черное платье, которое она носила под ним, и ответила: «Да, я бы хотела посмотреть».

Взгляд Мэтью непроизвольно скользнул по телу Евы, и он увидел, что Ева была ухожена, и телом, и лицом, как сирена.

Ее собственная темная и зловещая аура была потрясающе красива, она была живым произведением искусства, ее тело – оружием Сатаны.

Мэтью не сомневается, что она могла бы втянуть в себя весь мир, если бы раскрыла свои ноги.

Гостиная, столовая, банкетный зал, крытый бассейн, тренажерный зал, винный погреб… Мэтью провел Еву по первому и цокольному этажам, после чего вернулся в гостиную и поднялся по лестнице на второй этаж.

Прибыв в спальню на втором этаже, Мэтью пытается пригласить: «Это моя спальня, хочешь посмотреть?».

Его приглашение было однозначным, и если Ева откажется, он не будет ее заставлять.

Глава 420

Огромная спальня была освещена изнутри, Мэтью сидел на большом диване и смотрел на гардеробную, дверь в которую была широко открыта, но не освещена, вероятно, потому, что на улице было слишком светло.

Гардероб был огромным, сотни квадратных футов, его одежда никогда не заполнялась с тех пор, как Шарлиз съехала.

Мэтью терпеливо ждал сюрприз, о котором Ева сказала перед тем, как войти.

Возможно, под влиянием Евы, Мэтью вдруг вспомнил тираду в Интернете, в которой один пользователь спросил другого, почему Ева снова снялась обнаженной. Другой ответил: «Ты можешь найти фильм, в котором она не снималась бы голой?».

На самом деле, по его мнению, Еве не нужно раздеваться, чтобы быть привлекательной.

Это определенно женщина, которую хотели бы оборотни, демоны, вампиры, зомби и скелеты.

Пока Мэтью думал об этом, в гардеробной раздались негромкие шаги, и Ева подошла к двери, затем остановилась там, где встречались свет и тьма.

Как только он увидел Еву, Мэтью почувствовал прилив крови к голове, что стало для него настоящим сюрпризом.

Верхняя часть тела Евы была без одежды, нижняя часть тела была завернута в тонкое белое одеяло, а ее руки были скрыты темнотой позади нее, была видна только небольшая часть верхней руки, остальная часть руки, казалось, исчезла.

В этот момент она была Венерой со сломанной рукой, еще большим произведением искусства, чем сама Венера Милосская, в глазах Мэтью.

В то время как на Венеру можно было только смотреть, тело Евы было живым произведением искусства, которым можно было наслаждаться в высшей степени.

Ева на мгновение замерла у двери, а затем сделала шаг к Мэтью, надев на руки длинные черные перчатки, которые на черном фоне действительно напоминали Венеру Милосскую со сломанной рукой.

Мэтью встал с дивана, а Ева остановилась напротив него.

***

В тот вечер Ева осталась ночевать в поместье Хорнеров, они не спускались на ужин до следующего утра, после утренней пробежки Мэтью.

Когда Ева сидела за столом и ждала, когда горничная принесет ей завтрак, Мэтью жестом указал на тарелку напротив нее: «Я попросил шеф-повара приготовить кое-что перед моей утренней пробежкой, посмотрим, может быть, это придется тебе по вкусу?».

Ева отрезала маленький кусочек тоста с джемом, положила его в рот, попробовала и сказала: «У джема своеобразный вкус».

Мэтью проглотил соевое молоко и ответил: «Главное что не отвратительный».

Ева болтала с Мэтью, откусывая небольшие кусочки от своего завтрака: «Тебя не было, когда я проснулась, ты бегаешь по утрам?».

«Ага». – Мэтью слегка кивнул: «Это вошло в привычку с годами».

Ева съела совсем немного, положила нож и вилку и косо посмотрела на Мэтью: «Неудивительно, что ты сохранил такую форму».

Мэтью тоже посмотрел на нее: «Ты тоже в отличной форме».

Ева улыбнулась.

После она вдруг вспомнила, что произошло накануне днем, и сказала: «Мэтью, я помню, как на одной из премьер к тебе подошел Харви Вайнштейн, ты хорошо с ним знаком?».

Не понимая, почему Ева вдруг упомянула Харви Вайнштейна, Мэтью покачал головой: «Нет, я просто знаю его».

Ева не могла начать: «Вот как…».

Глядя на нее, Мэтью неуверенно спросил: «Ты встречалась с Харви Вайнштейном? Он создавал тебе проблемы?».

Ева подумала и сразу же ответила: «Позавчера днем я была на вечеринке у Эдварда Нортона и встретила там Харви Вайнштейна, который сказал, что есть главная роль, которая идеально мне подойдет, и хотел пригласить меня на выходные в отель «Беверли Хилтон», чтобы прочитать сценарий и обсудить вопрос о моем участии в роли».

Мэтью уже почти закончил есть, положил нож и вилку, взял салфетку, чтобы вытереть рот, когда Ева спросила: «Я не знаю, стоит ли мне идти?».

Мэтью не ответил, вместо этого он спросил: «А ты хочешь пойти?».

«Нет!». – Ева решительно заявила: «Я вообще не хочу идти, Харви домогался меня на вечеринках, и я не думаю, что он человек, которому можно доверять».

Мэтью сказал, протянув руку: «Разве ответ не очевиден? Если не хочешь идти, можешь не идти».

Ева слегка нахмурилась: «Я немного беспокоюсь, Харви Вайнштейн…».

«Вайнштейн имеет большое влияние и является властной личностью». – Мэтью сказал прямо: «Но он не может держать руку на пульсе Голливуда, так что если ты не хочешь заниматься независимым кино, можешь не беспокоиться о том, что он что-то сделает».

Он добавил: «Конечно, постарайся в будущем избегать его».

Как и в случае с правами на распространение фильма «300 спартанцев», дело не в том, что он боялся Харви Вайнштейна, а в том, что он не хотел обижать такого влиятельного продюсера и студийного босса, как Харви Вайнштейн, если это не было необходимо.

Кроме того, Вайнштейн ещё не затронул его интересы.

Затем Ева спросила: «Репутация Вайнштейна не очень хорошая?».

«Очень плохая». – Мэтью, не разглагольствуя, просто сказал: «Не секрет, что он любит водить актрис в свой гостиничный номер на пробы для секса».

Ева вздохнула: «Это так же грязно, как европейская киноиндустрия».

Мэтью покачал головой: «Я не думаю, что индустрия развлечений во всём мире сильно отличается».

Он добавил: «Но в отличие от Голливуда, где в большинстве случаев все происходит по обоюдному согласию, Вайнштейн применял и применяет силу».

«Неужели никто не обратился в полицию и никому не рассказал?». – спросила Ева.

«Нет, по крайней мере, я об этом пока что не слышал». – Мэтью ответил: «Похоже, большинство его жертв предпочитают мириться с этим ради своей карьеры».

Из того, что он слышал, большинство актрис, которым Харви Вайнштейн навязал себя, были либо не влиятельными, либо не очень известными, как Гвинет Пэлтроу.

Мэтью слышал, как поступал Харви Вайнштейн.

Многие в индустрии знали об этом, включая Квентина Тарантино, который был близок с Вайнштейном, а также Бена Аффлека и Мэтта Дэймона, но никто не сообщил о нем в полицию, и никто не хотел вступать в конфликт с такой голливудской верхушкой без достаточной пользы.

Те, кто терпит агрессию, похоже, не заслуживают сочувствия.

Но в обществе, где встать и высказаться – не единственный способ привлечь внимание, есть много случаев, когда телефонный звонок от богатого и влиятельного человека может оказать большее влияние, чем несчастная жертва, прыгающая со здания.

Это происходит не только в Голливуде, это происходит по всей Северной Америке, от бизнеса до политики и СМИ, и подобных случаев бесчисленное множество.

Сам Мэтью не является хорошим человеком, и его не волнуют подобные вещи, но пока на кону не стоят его интересы, он будет относиться к ним как к сплетням, а кто захочет идти один на один с Вайнштейном, если в этом нет перспективы?

Он не святой отец, и в такой стране, как Соединенные Штаты Америки, первое, что у него на уме, – это он сам.

Что касается спасения женщин-актрис, которые шли к Харви в кровать? Сами жертвы Вайнштейна молчат, так зачем ему выходить первым. Давайте оставим такое великое дело Богу.

Впрочем, ему все равно суждено было попасть в ад, и, вероятно, он не увидит всемогущего и милосердного Бога.

После завтрака Мэтью проводил Еву, спрашивая: «Куда ты пойдешь? Домой?»

Ева посмотрела на Мэтью, подумала и сказала: «Там мне делать нечего, я приступаю к съемкам на следующей неделе, так почему бы мне не пойти с тобой на съемочную площадку и не привыкнуть к рабочей атмосфере заранее».

Она добавила: «Ты ведь не возражаешь?».

Мэтью улыбнулся: «Почему я должен возражать? С удовольствием».

Когда Mercedes выезжал из Беверли-Хиллз, Ева спросила: «Ты свободен в эти выходные?».

«Да». – Мэтью свернул Mercedes на дорогу в Бербанк, повернул голову, чтобы посмотреть на Еву, и спросил: «Что хочешь делать?».

«Я хочу провести с тобой время, все выходные». – Ева прямо сказала: «Я вчера звонила Эдварду Нортону, Харви Вайнштейн попросил у него мой номер телефона, и я беспокоюсь, что он будет продолжать беспокоить меня».

Мэтью кивнул: «Я останусь с тобой любое время, сколько захочешь».

Глава 421

«Стоп!» – Зак кричал из студии, а потом подошел к зеленому экрану на съемочной площадке и сказал Еве: «Ты не выглядишь и не чувствуешь себя царицей!».

Это был четвертый раз, когда Зак прекратил съемки, и вся проблема была в Еве, которая только сегодня присоединилась к съемкам и явно была не в том состоянии, чтобы играть так же хорошо, как актеры, продолжавшие съемки.

Но вполне естественно, что Зак был терпелив с Евой: «Ты теперь царица Спарты, и знаешь, что твоему мужу предстоит столкнуться с сотнями тысяч персидских солдат в ситуации, близкой к смерти».

Ева кивнула: «Я понимаю».

Зак бросил взгляд на Еву и повернулся, чтобы уйти со съемочной площадки. Честно говоря, он не считал, что французская актриса подходит на роль королевы Спарты, но Мэтью и Хелен рекомендовали ее, Мэтью был залогом успеха проекта, а Хелен оказала проекту отличную услугу, поэтому он не возражал.

В конце концов, это главная героиня только по названию, а в действительности актриса второго плана.

«Не нервничай».

Мэтью шепнул Еве на съемочной площадке: «Это всегда можно увидеть».

Ева только улыбается Мэтью.

Молодой актер, играющий их сына рядом с ними, также взял Еву за руку и очень понимающе сказал: «Вы отлично справляетесь со своей работой».

Ева протянула руку и нежно погладила ребенка по лысой голове, Мэтью не мог не улыбнуться и не сказать: «Ты тоже был хорош, малыш».

Этому ребенку, который выглядел таким юным, на самом деле было 12 или 13 лет, он был ребенком-актёром в Голливуде.

Чем младше ребенок, тем больше неконтролируемых съемок, а в Голливуде признаны два основных фактора неконтролируемых съемок: дети-актеры и животные.

Съемки вскоре возобновились, и Мэтью и трио сразу же вернулись на прежние позиции.

«300 спартанцев!». – Ассистент режиссера сказал, помещая маркер сцены перед камерой: «Сцена 11, акт 12!».

Когда его голос упал, на площадке воцарилась тишина.

Пока Мэтью шел к зеленому экрану позади него, Ева, сжав губы, смотрела на высокую, величественную спину Мэтью с невыразимой грустью, и, наконец, не сдержавшись, и сказала слегка дрожащим голосом: «Спартанец!».

Крик донесся издалека, и Мэтью повернул голову, его лицо было твердым, как камень, несмотря на легкий хмурый взгляд, как будто ничто и никто не мог остановить его движение вперед.

Он повернулся и замер: «Да, моя царица».

Ева посмотрела прямо на Мэтью, вышла вперед, окинула его глубоким взглядом, сняла с шеи ожерелье из волчьего зуба надела его на Мэтью и сказала: «Возвращайся со щитом или на щите».

«Да моя царица!».

Мэтью смотрел на слегка побледневшее лицо Евы и, по-голливудски, должен был в этот момент сказать «Я люблю тебя», но не сказал, потому что Спарта не может быть слабой, не может быть удержана любовью, потому что только сильный может называть себя спартанцем, и только сильный может быть царем Спарты.