Текст книги "Забытая история (СИ)"

Автор книги: Medea

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Я решила лечь спать пораньше: чувствовала себя не очень хорошо. Альф пожелал мне спокойной ночи, и ушел работать: ему еще надо было написать какую – то статью. Я осталась одна. Я завернулась в одеяло и хотела скорее уснуть, но мешали шаги Марии. Она ходила туда сюда по лестнице, как – будто специально гремела чем – то.

Я приоткрыла дверь. Мария стояла ко мне спиной и рассматривала картину, которая висела в доме не первый месяц. Я заметила что – то блестящее в ее руках. Нож?

Я накинула халат и спустилась вниз. Без стука я вошла в кабинет Альфа:

– Я же просил не беспокоить! – сказал Альф раздраженно. – А, Гели, это ты, – его голос стал ласковее. Он не повернулся ко мне: я уже привыкла к этому. Альф без труда узнавал шаги близких ему людей. – Тебе что-нибудь нужно, маленькая?

– Мне страшно. Можно я посижу с тобой?

– Конечно, – он повернулся ко мне. – Что – то случилось?

– Нет, просто захотелось побыть с тобой.

– Садись. Если хочешь – возьми газету, там есть несколько кроссвордов. Ты же еще любишь их? Я сейчас закончу статью. Подожди пару минуток, ладно?

– Да, конечно.

Но на кроссворды у меня не было настроения. Я запахнула свой халат и с ногами залезла на диван. Вскоре Альф повернулся ко мне:

– Тебе холодно?

Я отрицательно покачала головой.

– А что случилось?

– Хочется ласки, – сказала я невинным голосом.

– Понятно, – он хитро улыбнулся и подошел ко мне. – Завтра допишу, все равно нет вдохновения. Да и как тут работать, когда рядом такое чудо, – он сел рядом со мной и взял меня за руку. – Малыш, что с тобой? Ты какая – то странная.

– Я боюсь эту служанку.

– Ну ладно тебе, она просто завидует.

– Она ходит по дому с ножом.

– Может, чистила что – то?

– В такое время? Альф, останься со мной сегодня ночью.

– Ну, с этого и надо было начинать! – Альф улыбнулся мне, и нежно, по–отечески, погладил по голове. – Хотя чего я ожидал? Ты сейчас в таком положении, что и не такие капризы возможны. И я все их выполню.

– Ну что, тебе больше не страшно? – ласково спросил он.

Я лежала у него на руке, и мне было очень хорошо.

– Нет. С тобой я ничего не боюсь.

– Я всегда буду рядом. Что бы ни случилось. И тебе не надо ничего бояться, с тобой и с малышом ничего не случится, – он положил руку мне на живот. – Малыш, ты меня слышишь? Я твой папа.

–Я хочу поговорить о его настоящем папе… – стоит ли говорить всю правду? Нет, пожалуй, я скажу, что Морис не знает о ребенке.

– Не нужно, котенок. Не расстраивай себя.

– Мне нужно выговориться. Альф, ведь я и не любила его особо. Это все было только чтобы забыть тебя, – он смотрел на меня так нежно, что я не поверила собственным словам. Забыть его? Нет, это невозможно. – Я хотела уехать отсюда. Любым способом. Тут – то и появился Морис. Мне было хорошо с ним, но ничего больше. Я ничуть не скучала без него. Признаюсь, когда он целовал меня, мне иногда приходилось притворяться, что мне понравилось. Я и не думала заводить ребенка, да и Морис не хотел. Но он был таким настойчивым…

– Что? Он заставлял тебя? – Альф выглядел встревоженным.

– Нет, все было добровольно.

– Его счастье…

– Прости! Я поступила очень глупо. Я люблю только тебя! – хоть это было правдой!

– Уже простил. Гели, ты еще хочешь о чем-то сказать мне?

– Нет, это все.

– Тогда давай забудем об этом случае? Мы вместе, и это наш с тобой ребенок. А Мориса и всего, что с ним связано, просто не было. Договорились?

– Хорошо, я постараюсь. Но если мне надо будет что-то сказать, выслушай меня.

– Обязательно! – он поцеловал меня.– Я люблю тебя. Ты – самый дорогой мне человек. С тех пор, как умерла моя мама, у меня не было человека, которому я мог бы доверять. Но теперь появилась ты. Я все для тебя сделаю. Для тебя, и для малыша. Ты кого хочешь?

– Мне все равно. Знаешь, я тут подумала… если у нас будет девочка, назовем ее Клара, в честь твоей мамы.

– Милая моя! – он еще крепче обнял меня. – Спасибо тебе за это! Я бы не осмелился предложить…

– Я же знаю, ты хотел бы этого. Ты так любил свою маму, и до сих пор любишь. Она могла бы сейчас гордиться своим сыном, – как еще я могу отблагодарить его? Клара была святой женщиной, вырастившей помимо своих детей, еще и двоих приемных. Она этого заслужила. – Я бы хотела, чтобы все так и получилось.

– Спасибо, котенок. Думаю, мама рада, что у меня такая замечательная, понимающая жена. Ты лучше всех! – он нежно поцеловал меня. – Ну что, спим? – у меня, и правда, слипались глаза.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи. И тебе, маленькая наша, – он снова погладил мой живот, – тоже приятных снов.

«Не притворяется ли он? Что – то уж очень быстро он полюбил ребенка! Ладно, пойму позже» – я прижалась к нему и почти сразу уснула.

– Проснись! Гели, ты меня слышишь?

«Что ему надо от меня?» – подумала я, с трудом открывая глаза:

– Альф, я спать хочу!

– Да ты вся горишь! Гели, ты как себя чувствуешь?

– Спать хочу, и голова болит. Отстань! Сколько времени?

– Шесть утра. Это не важно. Я вызову врача.

– Делай что хочешь…

И я опять уснула.

Он так трогательно заботился обо мне, что выздоравливать просто не хотелось. Альф не позволял мне вставать лишний раз, всегда старался предугадать мои желания. И с такой любовью говорил о малыше, что я уже и сама поверила, что это – его ребенок.

Я просила Бога, чтобы он простил мне мое желание избавиться от ребенка. Моя болезнь была результатом переохлаждения в тот злополучный день. Если бы я только знала, что ребенка воспримут с такой радостью! Но теперь мне приходилось бороться с болезнью. Я так боялась, что лекарства навредят малышу!

Альф пригласил мою маму переехать к нам. Она согласилась, при условии, что она будет следить за хозяйством: стеснялась быть просто гостьей. Теперь Мария, Анни, и еще несколько служанок были у нее в подчинении. Мария сделала вид, что ее это не задело, но я видела, как она расстроена. А весть о моей беременности так и вообще выбила ее из колеи.

Мне стало лучше, и теперь я часто гуляла в саду: Альф настаивал на том, что мне нужен свежий воздух. Оказалось, что он может быть таким добрым и заботливым! И как я раньше не замечала этого? Или же не хотела замечать? Ведь он всегда помогал мне, всегда уделял мне внимание. Это я не принимала его ухаживаний! Надо было сразу возобновить наши отношения, а не тянуть время…

Все вечера он проводил со мной. Мы часто сидели на балконе и наблюдали за парой горных орлов, свивших свое гнездо на верхушке одной из гор.

– Вместе навсегда. Как и мы, – он поцеловал меня. – Пусть они будут символом нашей любви?

– Да, пусть будет так. Ты – самый лучший! – я прижалась к нему, – обними меня покрепче.

– Я люблю тебя!

Страсть в наших отношениях сменилась нежностью. Была ли причиной этого моя беременность? Не знаю, но этот виток отношений нравился мне даже больше предыдущего.

– Малышка, у меня для тебя хорошая новость. Нам дали разрешение на свадьбу. Священник обвенчает нас в любое время.

– Неужели? – удивилась я. – И что, священник не обратил внимания на наши родственные связи?

– Ну, хватит тебе. Забудь. Нас с твоей матерью признали не такими уж близкими родственниками. Так что брак возможен. Если ты, конечно, не передумала.

– Разве я могла передумать…

«Это слишком здорово, чтобы быть правдой!» – подумала я. Но это было самой настоящей правдой. Судьба наконец-то позволила мне быть счастливой.

– Мама, ты хоть иногда отдыхаешь? – спросила я, войдя на кухню. Мама повернулась ко мне, не выпуская из рук кухонную лопатку. – Есть же Анни, Мария…

– Вот уж кому нужно отдыхать, так это тебе, – заметила мама, вытирая руки кухонным полотенцем. – А служанки и так перегружены…

– Им, между прочим, деньги за это платят, – капризно ответила я, садясь на стул, стоявший недалеко от мамы.

Мама сердито посмотрела на меня:

– Ну и что это за разговоры? Моя зарплата выше, вот и работаю я больше.

– Ты ведь начальник…

– Гели, кажется, красивая жизнь совсем разбаловала тебя. Ведь совсем недавно я была на месте Марии. Забыла уже?

– Забудешь такое…

– Ну и в чем дело?

– Просто… – я не могла подобрать слов. – Просто ты моя мама.

Мама улыбнулась и села рядом со мной:

– А вот жалеть меня не надо. У меня здесь есть свои обязанности, которые я должна выполнять. Я не собираюсь сидеть на шее у своего младшего брата.

– А я и не жалею, мама. Я просто скучаю…

– Скучаешь? – мама обняла меня. – И по чему же ты скучаешь, солнышко мое?

– По детству, – ответила я. – Вдруг захотелось снова побыть маленькой девочкой. Без забот, хлопот. А ведь у самой скоро будет ребенок…

– Потому и хочется, – ответила мама, поцеловав меня. – Иди, отдохни. Не следует тебе здесь сидеть – слишком уж душно.

– А, может, я могу тебе помочь?

– Наработаешься еще! – улыбаясь, ответила мама. – А вот это правильно, – сказала она, увидев, что я взяла яблоко из вазы с фруктами.

Так хорошо мне еще никогда не было.

Хотелось поделиться своим счастьем со всеми. Улыбаться каждому встретившемуся мне. Я радовалась каждой мелочи: солнечному дню, красивым цветам, распустившимся в саду. Совсем как в детстве…

– Я так счастлива! – сказала я Альфу, прижавшись к нему. На завтра было запланировано наше венчание: главное событие в моей жизни.

– Я тоже счастлив, котенок, – он поцеловал меня. – Сейчас ты удивительна. Почти все время улыбаешься, как будто самой себе. На самом деле – нашему малышу. Ведь это удивительно: новая жизнь уже зародилась. Пусть он пока еще внутри тебя, но он уже существует…

– Я чувствую его, – я положила руку себе на живот. – Я разговариваю с нашим ребенком. Пока что зову его просто малыш…

– Правильно, так и нужно, – Альф поцеловал меня. – Он чувствует, что ты его любишь. Видела бы ты себя: ты просто светишься! И малыш тоже счастлив. Сейчас ему нужно только одно: чтобы тебе было хорошо. Значит и малышу будет хорошо…

Откуда он знает, что я чувствую? Я действительно улыбалась нашему маленькому. Разговаривала с ним каждую минуту, хотя бы мысленно. Проснувшись, я первым делом желала ему доброго утра…

Наше венчание мы не афишировали. Мы пригласили только самых близких друзей: зачем давать журналистам повод для сплетен? Они обязательно напишут какую – нибудь гадость.

– На официальной свадьбе будет много журналистов. А венчание – только для своих, – сказал мне Альф. Мне было все равно: главное, что теперь он мой настоящий муж. Законный, пусть только по церковным традициям. Я верила ему.

Нас поздравили самые близкие друзья и родственники. Кое-кто из родственников все еще считал, что наши отношения противоестественны, но мы решили не обращать на это внимания. Какая им разница? Главное, что мы счастливы!

Наступила осень – мое любимое время года. Мне нравились яркие краски этой поры. Хотелось научиться рисовать, чтобы передать свое настроение остальным, но у меня не очень – то получалось. То ли дело Альф – нарисовать что – то для него не представляло особого труда. Речь, конечно, не идет о больших картинах: над такими трудятся годами, и у него просто не было столько времени. А вот открыток с осенними пейзажами у нас было уже очень много.

И как только он видит такие моменты? А, может, он сам создает их? На его картине могло быть всего несколько цветков, но и это было красиво. Что уж говорить о пейзажах!

Альф хотел написать мой портрет, но я искала повод, чтобы отказаться. Говорила, что держать в доме портреты беременных – плохая примета, а он смеялся: это же не фотография!

Он говорил, что сейчас я особенно прекрасна, и ему хотелось бы запечатлеть этот момент. Но я не позволяла, а писать по памяти он не решался: Альф почти не работал с натурщицами.

Я любила гулять в ближайшем парке, больше похожем на лес. Удивительно, но Альф спокойно отпускал меня туда одну, без охраны. Наверное, это были самые спокойные дни нашей совместной жизни. Пройдет еще несколько месяцев, и он не будет позволять мне лишний раз выйти из дома. Но тогда я об этом даже не думала.

Я познакомилась с соседскими детьми, которые теперь не отходили от меня. Это радовало: значит, я смогу быть хорошей матерью своему малышу. Я всегда любила детей, но сейчас стала относиться к ним с каким – то особым трепетом.

Часто малыши собирались на заднем дворе нашего дома, и я рассказывала им что –нибудь, или читала сказки.

– Тетя Гели, а моя мама сказала, что у вас скоро тоже будет малыш, – пятилетняя Энни, дочка наших соседей, поставила меня в тупик своим вопросом: откуда все знают?

– Да, Энни, только не очень скоро, – я улыбнулась детям. – Это будет весной.

– Весной? А это когда? – присоединился маленький Штефан.

– Вот закончиться осень, наступит зима. Знаете, что такое зима? – дети закивали. – А после зимы, когда весь снег растает, будет весна.

– Ой, как не скоро! – заметила Энни. – А у нас тоже скоро будет малыш. Только мама говорит, что сначала маленький появится у вас, и только потом у нас…

– Поверь, время пролетит очень быстро. Оглянуться не успеешь, и у тебя будет младшая сестричка. Или братик. Ты кого больше хочешь?

– Сестричку. Братиков у меня много, – засмеялась Энни. – А где ваш малыш сейчас?

– У меня в животике, – стоит ли говорить им об этом? Может быть, мамы рассказывали им сказку об аисте или детках, выросших в цветах? – Он еще совсем маленький, но уже все слышит и понимает.

– Эмили тоже была в животике, – радостно сказал Штефан. Слава Богу, их родители не будут против! – Мама давала мне потрогать живот, и я слышал, как она шевелится. А ваш малыш шевелится?

– Еще нет, он пока очень маленький. А как твоя Эмили? Уже, наверное, бегает?

– Нет, но ножки у нее уже есть!

Я не могла не засмеяться:

– Конечно, есть! А сколько ей? – как давно я не видела их малышку!

– Вот столько! – Штефан показал все свои пальчики. – Это столько месяцев, а не лет.

– Значит, уже почти годик. Скоро с вами будет бегать. А тебе сколько?

Малыш показал четыре пальчика.

– Ну, ты уже совсем большой! – я обняла Штефана, Энни тоже подбежала ко мне.

– А меня?

– И тебя тоже! – я погладила ее по головке. – Красавица маленькая! Вот, наверное, родители гордятся!

– Да! – довольно сказала девочка. – Я у них единственная принцесса! И целых четыре разбойника, – разбойниками в этой семье называли старших братьев Энни. Вот ведь удивительно: многие родители мечтают о сыновьях, а в их семье ждали именно девочку. И дождались.

Энни была очень милой, похожей на куколку малышкой: светлые, почти белые волосы, ярко зеленые глаза… таких детей обычно рисуют на открытках. Альф как–то сказал, что хотел бы такого же маленького ангела. Но наш ребенок будет другим. Дай Бог, чтобы он был похож на меня, а не на Мориса!

От этих мыслей меня отвлек Альберт, старший брат Энни:

– Тетя Гели, к вам можно?

– А почему бы нельзя?

– Я это… Принца боюсь!

– Заходи, он привязан, – Принцем звали нашу немецкую овчарку. Это был огромный серый пес, чем-то напоминавший волка. Он наводил ужас на всех соседей только своим видом, что уж говорить о его лае, который слышали, наверное, все жители пригорода.

Еще одной причиной страха было то, что Альф никогда не брал с собой поводка, и на прогулках собака всегда бегала свободно. Один раз Принц подрался с соседской гончей, и теперь его старались обходить.

Альберт вошел во двор. Я заметила у него в руках какой – то сверток, который ребенок как бы стеснялся показать:

– Ну, что у тебя там? – «а ведь он пришел именно из-за этого!»

– Вот, – Альберт развернул ткань, и я увидела крошечного щенка. – Я его нашел, а мама не разрешает…

Я взяла щенка на руки: это был еще совсем маленький пес, один глаз даже не успел полностью открыться.

– А где ты его нашел? – спросила я: уж не украл ли?

– В лесу! – ребенок отвечал уверенно. – Там, где речка.

– Понятно, – наверное, кто – то хотел утопить малыша. – Так что же теперь делать?

Альберт пожал плечами:

– Взрослые говорят нести обратно. Вы – единственный наш взрослый друг…

– Ах, вот оно что! – я засмеялась. Дети знали, что я никогда не выброшу живое существо на улицу. – Ну ладно, попробую приютить его.

Щенок свернулся клубочком у меня на коленях и уснул. Он был совсем маленький, размером с ладошку, и такой трогательный.

– Ребят, только давайте договоримся, больше не делайте так, – дети послушно закивали, но по их личикам я видела: они добились своего.

Когда я показала щенка домашним, мама засмеялась:

– Ну, ты совсем как в детстве! Всегда всех жалела!

А Мария поджала губы:

– Неужели Принца мало. И так полный дом шерсти. По мне, так стрелять этих собак надо, на черта они нужны…

– Мария, не твое дело! – мама сразу поставила ее на место. – Пусть хозяин дома решает, кто здесь нужен, а кто – нет.

Хороший намек! Служанка ушла, хлопнув дверью: сложно было не понять, что мама говорила не о собаках, а о ней. Своими высказываниями Мария выводила нас из себя.

Мы с мамой сидели в комнате столовой: не хотели пока подниматься наверх с собакой, а щенок не давал нам уйти.

– Что делать – то с ним будешь?

– Пока не знаю, – ответила я. – Но ты посмотри, какой он милый и маленький! Он вырастет не больше кошки. Прекрасный друг для нашего малыша.

– Ты уверенна, что малышу нужен такой друг? – осторожно спросила мама. – У детей бывает аллергия. Да и инфекция…

– Мама, не начинай, – ответила я. – Знала бы ты, как я в детстве мечтала о собаке.

– Помню, но…

– Мама, щенок поможет малышу вырасти добрее, – продолжила я, перебив маму.

– Вот и хорошо, что не завели тебе собаку. Куда еще добрее-то? – засмеялась мама. – Когда же ты повзрослеешь, девочка моя? Фридл младше тебя, а ведет себя намного разумнее…

– Фридл это нужно. Пусть устраивает свою жизнь.

– А вот здесь ты права как никогда, – мама обняла меня и ласково поцеловала в лоб. – Как же я рада за тебя! И за Волченка, конечно…

– И тебя ничуть не смущает наше родство? – удивилась я.

– Смущало, но я привыкла. Смотрю на вас, и понимаю: «эти двое должны быть вместе».

В комнату вошел Альф. Мария следовала за ним: умеет же она подлизываться, когда надо!

– Ну, и где эта собака? – спросил Альф, глядя на меня. Служанка торжествовала.

– Вот, – я показала маленький комочек, мирно спавший на диване. – Ведь этот малыш не помешает нам, правда?

Альф взял щенка на руки. Щенок проснулся, понюхал своего нового знакомого и уткнулся ему в ладонь.

– Я не понял, кормить ребенка кто нибудь собирается? – спросил Альф, улыбаясь. – Он же мою руку сейчас съест!

– Так значит, он остается! – спросила я. Альф кивнул.

– Спасибо! Ты такой добрый, – я улыбнулась ему.

– Да ладно, ты же давно мечтала о своей собаке. Мария, принеси дитю молока!

Мария нахмурилась, но не подчиниться она не имела права. Да и черт с ней! Незачем обращать внимание на такие мелочи, когда рядом два самых дорогих человека: мама и любимый. И когда совсем скоро нас станет больше…

Но, увы, через неделю щенок умер. Наверное, он был болен, или простудился до того, как его нашли дети. А, может, заразился от Принца – крупной и сильной собаки, которой инфекции были нипочем.

Я должна была об этом подумать, ведь в медицинском институте, где я пыталась учиться, нас просили обратить внимание на «носителей вируса», но я не приняла это к сведению. А теперь, столкнувшись с этим, ругала себя за невнимательность.

Конечно, я расстроилась. Альф успокаивал меня, говорил, что это – естественный отбор, но мне все равно было жалко собаку. Я оплакивала щенка так, как оплакивала бы ребенка. И это очень волновало Альфа: он считал, что ни одна собака не стоит моих слез. Альф настаивал, чтобы я чаще ходила куда-то: это помогало мне отвлечься.

Гуляя в парке, познакомилась с Лизой, девушкой, жившей по соседству. Она была всего на три года младше меня. Девушка была наивна, добра и нежна как ребенок. И в то же время Лиза боялась людей, не просто было заставить ее поверить человеку.

В первую неделю после нашего знакомства Лиза казалась мне глуповатой и слишком гордой, считающей себя лучше других. Но после я поняла, что таким образом девушка защищается от окружающего мира, и что на самом деле ее поведение – немой крик о помощи, слезы, невидимые невооруженным глазом.

Мы стали чаще гулять вместе. Лиза относилась ко мне очень бережно, так, как будто я была ее сестрой. Ее внимание льстило мне, но я старалась отвечать взаимностью.

– Может передохнем? – предложила Лиза во время очередной прогулки. Похоже, девушка заметила, что я устала, и решила не подчеркивать мое положение: сама она присела всего на секунду, и тут же встала и подошла к кусту шиповника.

– Совсем недавно расцвел, – девушка улыбнулась. – Какие нежные цветы. А ведь они похожи на тебя…

– Чем же? – удивилась я, услышав такой комплимент.

– Не знаю. Просто чувства от них те же. А тебе подойдет букет шиповника. Или светлых роз. Скоро будет повод тебе их подарить, – Лиза села рядом со мной. – Или что-то еще. Я пока не знаю…

– Даже не думай, – ответила я ей, улыбаясь. – Я буду рада просто твоему визиту. Без ничего. Ты мне как человек дорога, Лиза.

– Нет, я не имею права! Разве можно не поздравить близкую подругу?

– Лиза! – я обняла девушку, и она прижалась ко мне. – Да ты мне как сестра. Хотя и знакомы мы относительно недавно. Тебе я рада в любом случае, поняла?

– Ты мне тоже как сестра, наверное. У меня нет сестры. Но вряд ли ее я любила бы больше…

Я провела рукой по ее волосам. Девушка говорила правду: мы не были знакомы и месяца, а уже успели привязаться друг к другу. Мне она нравилась тем, что совсем не умела обманывать, была всегда честна и прямолинейна, но все же не груба. Я любила таких людей. Лизе же нужен был друг, способный выслушать ее, поддержать, приласкать, дать совет, если понадобится. И я изо всех сил старалась стать таким другом.

– А как ты смотришь на то, чтобы стать крестной мамой моей малышки? – спросила я у девушки.

– Ты это серьезно? – Лиза радостно улыбнулась. – Конечно, я буду рада!

Я взяла руку Лизы, и осторожно положила себе на живот:

– Малышка тоже рада, чувствуешь? – Лиза осторожно погладила мой живот. Малышка еле заметно шевельнулась, но Лиза почувствовала это и снова улыбнулась, теперь уже нежно, как улыбаются детям. – Что ж, значит мы почти родственники…

Лиза была счастлива. Вот так, всего лишь обещание – и она сияла, словно солнце. Как ребенок, которому обещали конфетку, в предвкушении этого счастья.

– Гели, а вы имя уже придумали? – поинтересовалась Лиза.

– Да. Клара, в честь матери Адольфа, – мысленно я улыбнулась ребенку: «Кларочка, маленькая моя…». – Он очень ее любил…

– А если будет мальчик?

– Не знаю. Может быть Вольф…

– Гели, – Лиза посмотрела мне в глаза: – но ведь это все его имена! А как ты хочешь?

– Так и хочу. Клару я предложила…

– Ради него, – девушка явно расстроилась. В своей семье она столкнулась с жесткой диктатурой отчима, и поэтому не выносила, когда к мнению женщины не прислушиваются. – Тем более называть в честь умерших не очень хорошо…

– Лиза, это все выдумки. И Клара была замечательной женщиной. Если малышка будет похожа на нее, я буду рада…

«Как такое может случиться?» – вдруг подумала я. Ведь это не ребенок Альфа, а, следовательно, она может быть похожа на мою маму, или же на их общего отца, но никак не на его мать, которую он так нежно любит. А ведь он так на это надеется…

Когда мама сообщила мне о визите моего двоюродного брата в Германию, я была почти счастлива: я много слышала о Вилли, но никогда не видела его. Знала только, что это сын от первого брака моего дяди Алоиза, с которым у моей мамы и Альфа сложились особые отношения. Но я надеялась, что мы с Вилли сможем поладить.

Когда я протянула Вилли руку, он был несколько удивлен. Пришлось обойтись лишь легким кивком головы.

– Не стоит, Гели. Он еще не привык к тебе, – шепнул мне Лео. Узнав, что Альф не сможет прийти на встречу с племянником, я пригласила брата.

Мы сели за столик. Вилли вел себя несколько высокомерно, но все же улыбался нам. Я как могла, старалась развеселить мальчиков, но напряжение чувствовалось все сильнее.

«Наверное, он очень смущен» – подумала я.

Чуть позже, попрощавшись с Вилли, мы с Лео гуляли по набережной.

– Ну и родственнички у нас, сестренка, – заметил он. – Мало нам дядюшки…

– Лео, перестань! Вилли просто стесняется. А Альфа ты вообще недооцениваешь.

– Недооценить человека, от которого ждет ребенка его племянница? – удивился Лео.

– Как будто ты еще с таким не сталкивался…

– Ну да, сохранение капитала. Или еще что, – заметил мой брат. – Гели, ну любовь, понимаю. Но ребенок-то зачем, объясни мне? Что за безрассудство такое? Стоило только помириться, и…

– Лео, – остановила я брата. – Я скажу тебе кое что. Только обещай хранить это в тайне. Никто больше, кроме тебя, Альфа и… в общем мало кто знает…

– Что? – удивился Лео.

– Это не ребенок нашего дяди. У меня был роман с другим человеком, но он бросил меня, еще до того, как я узнала о малышке, – сказала я брату. – Не знаю, зачем я говорю тебе это…

– Нет, сестренка, все нормально. И где теперь он?

– Не представляю. Уж об этом Альф позаботился. Когда он узнал, что я беременна, мы чуть не расстались…

– Ну, это многое проясняет, – Лео обнял меня. – Не ожидал от дяди. Ой, не ожидал…

В один из дней Лиза пришла ко мне, не позвонив.

– Гели, можно я побуду у тебя? – спросила она, вместо приветствия.

– Лиза… Конечно проходи, – ответила я, пропуская ее и закрывая дверь. – Что случилось? Почему ты такая?

Девушка выглядела так, как будто бежала несколько часов подряд. Волосы растрепаны, одежда сбилась. А ведь Лиза была очень аккуратной девушкой.

– Гели…

На глазах у девушки появились слезы.

– Тихо, тихо, все хорошо, – я обняла подругу. Она дрожала. – Лиза, пойдем ко мне? Ты успокоишься и расскажешь все. Пойдем?

Лиза кивнула.

Мы поднялись ко мне.

– Ну, что же случилось с тобой? – спросила я, когда мы сели на диван.

– Гели, он напал на меня! – Лиза разрыдалась.

Я обняла подругу. Хотела спросить, что же произошло, но не решалась.

– Когда мама ушла, – начала Лиза нерешительно, – он подождал немного, и… и вошел ко мне в комнату. Я в тот момент переодевалась. Была уже почти одета. Хотела пойти погулять. А он… он…

Девушка снова уткнулась мне в плече. Я погладила ее по голове.

– Гели, я не могла сопротивляться. Он толкнул меня на кровать. Не знаю как я вырвалась и смогла убежать…

– Так он не смог? – с надеждой спросила я.

– Да. Не сегодня, не в этот раз, – она помедлила.– Когда это случается, я хочу умереть…

Я прижала ее к себе, и больше ничего не спрашивала. Все, что было нужно, я и так знала, а подробности… они причинят ей боль.

Я не отпускала Лизу до самого вечера, пока не пришел Альф. Когда я рассказала ему о случившемся с Лизой, он был в ярости.

Альф предлагал ей остаться у нас на ночь, но девушка отказалась: слишком боялась своей матери.

Вечером, когда мы уже проводили Лизу домой, я обратилась к Альфу:

– Ты ведь можешь помочь Лизе? Ради меня?

– Я бы с радостью, но ее отец намного влиятельнее меня. Не мне с ним тягаться, Гели. Разве что пригрозить расправой…

– Альф, пожалуйста! – я не смогла сдержать слез.

Он обнял меня:

– Гели, если б я только мог! Не плач, дорогая. Подумай о малышке…

– О малышке, Альф! А если б с ней… Или со мной! Пожалуйста, сделай хоть что-нибудь!

– Я что-нибудь придумаю. Только не плач…

В тот день я хотела пройтись по магазинам: посмотреть что-нибудь для нашего малыша. Ведь он появится совсем скоро!

Я причесывалась в своей комнате, и случайно уронила заколку. Больше ничего, подходящего к этой одежде, у меня не было.

«Не просто будет достать ее» – подумала я. Наклоняться было уже достаточно сложно. Конечно, беременность не болезнь, но хорошего самочувствия тоже ждать не стоит.

Альф зашел ко мне:

– Что такое? – спросил он, глядя на мои попытки достать заколку.

– Заколка убежала, – улыбнулась я. – Мне ее не достать…

– Что, живот мешает? – Альф улыбнулся в ответ. – Вот уж ваша женская доля. Давай я помогу.

Я отошла от столика:

– Только она уже далеко закатилась…

– Вижу. Сейчас я ее поймаю, – я засмеялась: он говорил со мной как с ребенком.

Именно в этот момент зашла Мария:

– Мистер Вольф, вот я вас и нашла! – сказала она, не обратив на меня внимания.

– Надо же! А я думал, что хорошо спрятался, – сказал Альф, встав и протянув мне заколку. – Видела, даже под столом найдут!

Мария покраснела и поспешила уйти.

– Как думаешь, она скоро придет? – поинтересовался он.

– Не знаю, – я все еще не могла перестать смеяться. – Здорово ты ее!

– Само получилось. Вообще странно: как она умудрилась потерять меня? – Альф пожал плечами. – А еще стучаться надо.

– Да уж, со служанкой нам очень повезло, – вздохнула я.

– А ты куда-то собираешься?

– Да, – я еще не говорила о моих планах на день. – Съезжу в город, куплю что-нибудь для малышки. Думаю, с такси проблем не будет…

– Никаких такси! – сказал Альф, услышав это. – Я пришлю за тобой водителя. Часов в десять будет нормально? – это было как раз то, что нужно: сейчас, прямо с утра, мне было бы тяжело идти куда-то. Сказывалась беременность.

– В самый раз! Но, может не стоит отвлекать Шрека? Вдруг тебе надо будет куда – то поехать?

– Вот я и возьму такси! – он обнял меня. – А моя принцесса не должна беспокоиться о транспорте! – я положила его руку себе на живот.

– Толкается! – Альф улыбнулся. – Малышка, ты меня слышишь? – он встал на колени и поцеловал мой живот.

– Конечно, слышит! Она говорит: «спасибо, папа!».

Он снова погладил мой живот.

– Кажется, она мне что-то ответила!

– Еще как ответила! – мы засмеялись.

– Мы ждем тебя, маленькая! Очень – очень ждем! – он встал, – Гели! Моя милая Гели! – он прижал ладони к моим щекам и нежно поцеловал меня – Я так счастлив, моя девочка! Спасибо тебе, солнышко мое! – я уткнулась ему в плече.

Мне было так хорошо с ним! Мой любимый, самый дорогой человек! Это тебе спасибо, тебе! За то, что ты простил меня, глупую! За то, что принял ребенка! Я этого никогда не забуду!

– Пока, маленькая, – он поцеловал меня.

– До вечера. Я тебя люблю!

– Я тебя тоже.

Шрек заехал за мной точно вовремя.

– Вы уже готовы? – поинтересовался он.

– Конечно! – мы вышли из дома, и подошли к автомобилю. Шрек открыл мне дверь.

Я села рядом с ним: зачем скучать на заднем сидении? С Шреком я прекрасно ладила, и могла поболтать о чем-либо.

– За приданным едете? – спросил водитель у меня.

– Да. Как вы догадались? – я обращалась к Шреку на «вы» из уважения к его возрасту, хотя он не один раз говорил, что пора перейти на ты.

– Я еще помню, как родился мой первенец. Жена тогда накупила столько всего, что хватило на всех троих детей, – засмеялся водитель.

Он рассказал мне о своих детях. Детей было трое, старший сын уже заканчивал школу. Шрек не забыл упомянуть, как рад тому, что нашел эту работу: иначе его семье было б не на что жить. Я знала, что он говорит это искренне: после войны безработица в нашей стране стала серьезной проблемой.