Текст книги "Средства ничего не значат (СИ)"

Автор книги: Кицуне-тайчо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

В самом деле, какая необходимость отправлять двух капитанов Готэй, да еще и с лейтенантами, на задание, больше подходящее для корпуса разведки?

***

Надо сказать, подобное обстоятельство удивляло не только его. Укитаке, посвященный в подробности задания, был изумлен не меньше. И когда вечером два старых друга встретились в летнем домике, он не преминул спросить Кьораку об этом.

– А что, как раз для них задание, – невозмутимо ответил Шунсуй. Потом рассмеялся и объяснил: – Видишь ведь, что ребята маются. На них сейчас и смотреть больно, с такой-то реяцу! Того и гляди, рядовые уважать перестанут.

– Не преувеличивай! – Рассмеялся и Укитаке.

– В любом случае, им неприятно сейчас находиться рядом с нами. Мы в полной силе, а они… Ну вот я и подумал: почему бы не устроить им небольшие каникулы? Побудут все вместе, подальше от нас, среди нормальных людей, – им должно понравиться. Но ты же знаешь Бьякую! Просто на отдых его не выпихнешь. Вот и пусть будет задание. Пусть повозятся, последят за этими людьми, вдруг и в самом деле выяснят что-нибудь интересное. А демаскироваться я им нарочно запретил: может, забудут о состоянии своей реяцу, пока вынуждены будут ее скрывать.

– Ловко придумано! – Обрадовался Укитаке. – Ты и в самом деле хороший командир.

– Брось! – Досадливо отмахнулся Кьораку. – Какой из меня командир? Если честно, я очень надеялся, что Совет назначит тебя. Но их, видимо, впечатлил случай с тем доисторическим пустым.

– Но ведь в истории с Ветусом ты действительно оказался на высоте!

– Издеваешься, да? – Шунсуй скептически хмыкнул. – Уж ты-то знаешь, сколько ляпов я наделал. Единственным моим верным решением было заставить Маюри вплотную заняться исследованиями. Во всем остальном мне просто повезло. Особенно в том, что я спихнул в Мир живых именно Бьякую. Он, воспитанный в семье, где чтят традиции синигами, с рождения воспринял механизм баланса душ. Он сразу почуял беду, интуитивно. Руконгаец на его месте, будь он хоть семи пядей во лбу, не успел бы сориентироваться. Но ты сам понимаешь, тот факт, что именно он оказался в нужном месте, нельзя признать моей заслугой.

– Но Совет так не считает, – возразил Укитаке.

– А с точки зрения Совета вся операция выглядит проведенной идеально. Что они видели, кроме моего отчета? Они знают только о последствиях, но не о причинах. Поэтому им и кажется, что я сработал грамотно, вовремя отправил нужных людей в нужные места… Наивные! Черт возьми, Укитаке, они и вправду думают, что я буду хорошим главнокомандующим!

***

Бьякуя подошел к подготовке со всей серьезностью. Раз уж им предстояло проторчать в Мире живых неизвестно сколько времени, то нужно позаботиться о максимальном комфорте.

Гигаи он потребовал самые лучшие. Качество гигая – это очень важно. Дешевые куклы, сделанные спустя рукава, они и сидят, как скафандр на водолазе, и подвижность не та, и чувствуешь в нем себя неуютно. То ли дело – по-настоящему качественное временное тело. Его и ощущаешь, как свое собственное, и управляется оно отлично, и восприятие не притупляется.

А вот гигонкан, напротив, выбрал самый дешевый. Временная душа такого уровня вообще не обладает какими-то чертами характера, даже на вопросы не ответит, способна лишь выполнить простейшие команды, вроде «стой на месте» или «иди сюда». Разумеется, сделал он это не из соображений экономии, просто никак не мог допустить, чтобы какое-то тело, обладающее чертами Кучики Бьякуи, пусть даже это всего лишь кукла, стало бы совершать неадекватные действия, как это свойственно модным моделям гигонканов. Рукия пыталась выпросить хотя бы для себя «кролика Чаппи», но Бьякуя сказал, что это баловство, и не разрешил.

Местом назначения была Осака, третий по величине город Японии. Именно там, согласно переданному Кьораку документу, были зарегистрированы странные исчезновения пустых. Отправленный в город разведчик не сумел обнаружить ни синигами, ни других пустых, которых можно было бы заподозрить в поедании сородичей, однако он заметил двух человек, которых отчего-то и счел причастными к происшествиям. После ознакомления с докладом дело представилось Кучики совершенно бесперспективным. И масштаб-то смешной: всего три пустых пропало бесследно, вон, в Хуэко Мундо их тысячами жрут. Но не скажешь же Кьораку, что он ерунду затеял. Следовало хотя бы выследить этих двоих, посмотреть, что они из себя представляют, узнать, каким образом они уничтожили этих тварей. Доказать, что дело не стоит выеденного яйца, и спокойно вернуться.

Рукия и Ренджи радовались, как дети: предстоящее задание казалось им сплошным развлечением. Хаями немного волновался. Ему прежде не доводилось бывать в Мире живых. Он ведь даже живым человеком никогда не был. Вот уж странная судьба: вроде и не человек, но и не синигами по происхождению. Впрочем, сколько их сейчас таких развелось… Пока Бьякуя занимался подготовкой снаряжения, Хаями спешно штудировал методички со сведениями о Мире живых, по которым готовят начинающих патрульных. Вообще, синигами стараются быть в курсе того, что происходит в Мире живых, следят за техническими новинками, за модой и обычаями, но капитаны, как правило, уделяют этому времени намного меньше, чем офицеры рангом пониже. Очень уж мало шансов, что капитану однажды придется отправиться на подобное задание.

Наконец, Бьякуя сказал, что пора выдвигаться. Все необходимое уже было доставлено в Осаку, в квартиру, которая считалась штабом синигами в этом городе. Когда проходили через Врата, Бьякуя отметил, что ограничитель, который обычно накладывается на старших офицеров, не появился. Даже автомат на их реяцу не среагировал! Потому что вряд ли кто-то додумался его отключить.

***

Первым неприятным сюрпризом оказалось то обстоятельство, что комнат в штаб-квартире оказалось всего три. Бьякуе, впрочем, не казалось, что Кьораку это им нарочно устроил, вряд ли он вообще знал, что здесь за квартира. Тем не менее, вопрос с размещением нужно было как-то решать.

– Одну комнату выделим Рукии, – сказал Хаями. – Все-таки она девушка.

Против этого никто не возражал. Но вот кому-то из мужчин пришлось бы жить вдвоем в одной комнате, и необходимо было решить, кому именно. Все неуверенно переглядывались. Рукия, убедившись, что на ее право на отдельное жилье никто больше не покушается, осмелела и принялась распоряжаться.

– Наото, а вы с братом вполне могли бы жить вместе. – И невинно добавила: – Ну, вы же друзья!

– Получается, лейтенанты будут жить в отдельных комнатах, а капитаны ютиться в одной? – Недовольно заметил Бьякуя.

Было заметно, что он твердо намерен добиться для себя отдельного помещения, но не может придумать, как это лучше сделать.

– Поступим проще, – предложил Хаями. – Пусть эти аристократы размещаются по отдельности, а мы, простолюдины, и в одной комнате заночуем. Правда, Ренджи?

Абарай с деланным безразличием пожал плечами. На самом деле, он был только рад, что не придумали делиться по отрядной принадлежности: в одной комнате с капитаном Кучики он чувствовал бы себя крайне стесненным. А Хаями, как он уже успел убедиться, свой парень.

Бьякуя поглядел на друга с удивлением. Ему бы и в голову не пришло делиться по этому признаку. Казалось бы, кто, как не Кучики, должен был об этом подумать, но Бьякуя не считал достойным кичиться своим происхождением перед коллегами. Подчеркивать благородство фамилии нужно другими способами: правильным поведением, правильными суждениями, ну и превосходить их по всем статьям, чтоб брали пример, чтоб тянулись, желая обогнать, вон хоть как тот же Ренджи. А заявлять вслух, мол, я аристократ, а вы руконгайцы, – нет, это дурной тон.

Покончив с вопросом размещения, обратились к гигаям. Четыре безликих куклы лежали прямо на полу. Совсем новенькие гигаи, заметно, что ни разу еще не использовались, может быть, даже нарочно изготовленные для этой миссии. Вряд ли на складе просто так завалялись четыре отличного качества гигая с функцией маскировки реяцу (кому она вообще обычно нужна?!) Здесь уже никаких споров при дележке не могло возникнуть, поскольку все куклы были совершенно одинаковы. До первого вселения души временные тела лишены каких-либо особых черт, но вот потом принимают не только внешность своего носителя, но и настраиваются на его биоритмы, воспринимают индивидуальные параметры, создается энергетическая связь души и тела. В чужой гигай потом уже не влезешь, он просто не примет другую энергетику. Использовать гигай может только тот, на кого он настроен, до тех самых пор, пока кукла не попадет в лабораторию, где техники сотрут все индивидуальные данные, превратив временное тело все в ту же безликую болванку.

Рассиживаться дома не стали. Бьякуя погнал всех в первую разведку местности. Следовало хорошенько осмотреться, разузнать места, где кормят, да и вообще привыкнуть. Вопрос маскировки Бьякуя начал продумывать еще в Сейрейтее. Их группа должна была органично слиться с толпой, не привлекая к себе внимания. Конечно, Кучики предпочел бы деловой стиль: этакая компания бизнесменов или просто служащих, каких здесь тысячи, просто, неброско и солидно. Но тогда возникала проблема с Абараем. Гигай отобразил все его внешние черты, включая ярко-малиновые волосы и татуированные брови. Попробуй, одень такого прилично, тут же все начнут оборачиваться, настолько дико он бы выглядел. Его даже за секьюрити не выдашь, солидные люди таких шутов в телохранители не берут. Пришлось подстраиваться под Ренджи, так что компания оказалась одетой в джинсы, кроссовки и разномастные футболки. Шпана, да и только! Абарай так и вовсе напялил майку, выставив напоказ татуировки на руках. Ладно, пусть выпендривается, пока есть возможность. Зато теперь их, скорее всего, примут за юных оболтусов, без всякой цели болтающихся по городу. А может, и за туристов. Тоже неплохая маскировка.

Синигами честно старались не пялиться друг на друга. Получалось плохо, все равно украдкой косились, разглядывали, стараясь делать это незаметно. Только Абарай выглядел вполне естественно в своем наряде, что неудивительно, раз уж под него подбирали. Хаями совершенно утратил налет солидности, которым успел обзавестись за время службы в должности капитана. Он очень неуверенно чувствовал себя в непривычной одежде и выглядел теперь, как приличный, целомудренный студент-старшекурсник, которого беспутный младший брат подбил впервые в жизни сорваться в ночной клуб: скалился смущенно, и в то же время с предвкушением чего-то необычного. Бьякуя и вовсе преобразился до неузнаваемости, стал выглядеть намного моложе, а непроницаемое выражение лица и холодный взгляд настолько не вязались с его новым обликом, что казались случайно позаимствованными в спешке у кого-то другого. А уж короткие шортики Рукии наводили на крамольные мысли даже ее старшего брата.

Бьякуя достал карту города, и после короткого, но бурного оперативного совещания компания определилась со своим маршрутом. Следовало подобраться поближе к тому месту, где были замечены интересующие их случаи, разведать местность, составить план дальнейших действий. Впрочем, очень скоро даже Кучики-старшему стало ясно, что с планом придется обождать. Потому что первый же пункт намеченных действий – освоиться – вызвал неожиданные затруднения.

До сих пор, бывая в Мире живых, Бьякуя, в основном, смотрел на все это сверху. И даже спускаясь на улицы, никогда не чувствовал сопричастности к происходящему, человеческая суета не имела к его работе ни малейшего отношения. Совсем другое дело теперь. Гигай буквально погрузил его в самую глубину Мира живых, макнул с головой. Когда жаркое солнце обрушивается на голову, и спина становится липкой от пота, когда тебя в любой момент могут пихнуть локтем, или в тебя может въехать какой-нибудь безголовый малолетний велосипедист, сложно продолжать высокомерно считать суету человеческого муравейника не относящейся к себе. Люди! Сколько же их тут! Все снуют туда и сюда, бессистемно, группами и поодиночке. Как же спокойно и тихо в Сейрейтее, никакого шума, все заняты делом… Бьякуя чувствовал себя выбитым из колеи. Незнакомое, чуждое пространство, частью которого он внезапно оказался, поражало все пять чувств разом. Кучики держался изо всех сил, и все равно нет-нет, да и заглядывался то на причудливые очертания небоскребов, то на непривычные наряды жителей, то на пролетающие над городом самолеты. Хаями и вовсе, наплевав на сдержанность, с живейшим любопытством глазел по сторонам. Лейтенанты, казалось, уже забыли, что они на задании: о чем-то возбужденно трещали, но, хотя они обогнали капитанов всего на пару шагов, Бьякуя уже не мог разобрать ни слова.

Пока добрались автобусом до нужного места, немного пришли в себя. К тому же, и район здесь оказался потише, да и парк рядом. Обойдя все пункты, где были замечены исчезновения пустых, синигами обнаружили, что места, как на подбор, сплошь глухие. Какие-то стройки, тупички, закоулки. Создавалось впечатление, что на пустых кто-то охотится намеренно. Но как его выследить? Прямо хоть хватай за шкирку какого-нибудь пустого да тащи сюда в качестве приманки. Ясно одно: прямо сейчас, средь бела дня, здесь делать нечего.

Одно из таких мест, которое они проверили, оказалось рядом с парком. Надо полагать, ночью здесь безлюдно и жутко, но сейчас, в яркий летний полдень, жизнь в нем кипела. Носились с воплями дети, чинно прогуливались степенные старички и старушки, слонялись восторженные туристы с фотоаппаратами. Синигами, раз уж все равно пришли, решили зайти ненадолго, спрятаться хоть от палящего солнца, перевести дух, поразмыслить всем вместе.

Правда, всем вместе не удалось. В глубине парка виднелись какие-то сооружения явно развлекательного назначения. Качели, карусели и прочие атрибуты счастья для малолетних. У лейтенантов тут же загорелись глаза. Дети, ей богу!

– Ладно, у вас полчаса, – разрешил Бьякуя в ответ на умоляющий взгляд Рукии, не дожидаясь, пока она придумает, как его уговорить.

– Спасибо, Кучики-тайчо! – Ренджи просто расцвел.

Оба, не желая терять отпущенного им времени, немедленно умчались. Не было смысла удерживать лейтенантов. Все равно они не смогли бы сосредоточиться, постоянно отвлекаясь на мысли об упущенных возможностях. Ладно, пусть пока развлекаются.

– Что это там такое? – С любопытством спросил его Хаями.

– Аттракционы, – безразлично объяснил Бьякуя. – Тоже хочешь покататься?

– Нет, конечно, – слишком поспешно отказался Наото. Может быть, он и не отказался бы взглянуть на развлечения Мира живых поближе, но по тону Кучики сразу понял, что тот это баловство не одобряет.

– Посидим здесь, – Бьякуя кивнул на скамейку, уютно расположившуюся в тени раскидистой сливы. – Подумаем, как быть дальше.

К моменту возвращения лейтенантов капитаны успели обсудить не только нынешнее задание, но и множество не относящихся к делу тем. Рукия и Ренджи примчались довольные, раскрасневшиеся, и притащили целую охапку мороженого.

– Жарко же! – Безапелляционно заявила Рукия, вручая запотевшие упаковки брату и Хаями.

С этим никто поспорить не мог.

– Сейчас идем в город, – сообщил им Бьякуя принятый план действий. – До вечера погуляем, где-нибудь поедим. Ближе к вечеру вернемся сюда, разделимся и посмотрим, нет ли здесь каких-нибудь подозрительных личностей. Если какие-то синигами здесь действительно бывают, рано или поздно мы заметим их реяцу. Конечно, самым лучшим вариантом было бы, если бы появился пустой, но сколько его придется ждать, неизвестно.

– Мы же по времени не ограничены, правильно я понял? – Невозмутимо заметил Ренджи и разом отхватил едва не половину своего эскимо. Он явно был не против остаться здесь подольше.

Гигай – это очень точная копия человеческого тела, функционирующая точно так же, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Его необходимо вовремя кормить, беречь от жары и холода и очень желательно не повреждать. Погуляв по городу еще немного, офицеры обнаружили, что уже устали и зверски проголодались. И хорошо еще, что у гигая существует энергетическая связь с телом синигами, так что вполне достаточно поесть, находясь внутри временного тела, а то неизвестно, как бы они выкручивались.

Офицеры сканировали улицу на предмет каких-нибудь забегаловок. Помимо щедрых командировочных, положенных им на таком задании, Бьякуя обменял порядочную сумму личных денег. Так что теперь он мог бы позволить себе вовсе не обращать внимания на цены, лишь бы место пришлось ему по душе. Наконец, нашли приличное кафе, где и запоздало пообедали, а заодно и поужинали, впрок. Наелись, словом, до отвала.

Когда начали сгущаться сумерки, синигами вышли на охоту. Поделиться на четыре поисковых единицы не получилось: Хаями заявил, что такой хрупкой девушке, как Рукия, не стоит шляться одной по темным и пустым закоулкам, особенно в таком легкомысленном наряде, и вообще, он, как капитан, не разрешает. Бьякуя с этим по здравом размышлении согласился: не следовало забывать, что все они теперь не синигами, а вполне обычные люди, практически столь же уязвимые. Так что он отпустил сестру с Хаями, несмотря на то, что эффективность такой команды сразу снижалась вдвое. Друг на друга же будут пялиться, а не по сторонам!

Ничего, зато можно было в полной мере надеяться на себя и на Абарая. Ренджи взялся прочесать довольно большой участок в середине зоны поиска, Бьякуя двинулся в сторону парка.

Единственное, что удалось достоверно установить за этот рейд: ночью – холодно. С вечера, когда начинает спадать жара, так даже и здорово, а вот перед рассветом весьма некомфортно, особенно по контрасту с дневным пеклом. Открытие было неприятным. Синигами привыкли, что климатические недоразумения не имеют к ним отношения. На рассвете, вдоволь набегавшись, офицеры поймали такси и отправились домой.

Утомленные ночными похождениями, синигами проснулись далеко за полдень.

– Тем лучше, – зевнул Хаями. – Сейчас, пока поедим, пока доберемся, уже как раз вечер будет.

– Завтракать нечем, – сообщил Бьякуя. – Так что пьем чай и выходим. Поедим в городе.

– Тогда какой смысл тратить время на чай? – Недовольно проворчал голодный Ренджи.

С этим мнением все неожиданно согласились и немедленно отправились искать ближайший ресторан. Рукия на сей раз надела длинные брюки, Бьякуя и Наото прихватили легкие ветровки, Ренджи – рубашку. Мерзнуть больше никому не хотелось.

***

Этой ночью Бьякуя ухитрился-таки нарваться на неприятности. Он снова бродил возле парка и его окрестностей, втайне полагая этот участок наиболее перспективным. Для того, кто хочет спрятаться, лучше места не найти.

Банда примерно из десятка плечистых громил, двигавшихся навстречу, поначалу его не насторожила. Когда Бьякуя их увидел, еще можно было свернуть в сторону и избежать встречи, но капитан Готэй не привык бояться отморозков. Так что он спокойно шел своей дорогой, не замечая, что уже привлек внимание этих парней.

Они поравнялись под фонарем. Бьякуя не задумался о том, что тесная одежда Мира живых весьма невыгодным образом подчеркивает его невнушительное телосложение, а новая прическа – не станешь же кенсейкан на голове сооружать! – делает его лицо чересчур симпатичным, что, несомненно, не может не раздражать. Опять же, один, в глухом месте… Словом, Бьякуя не обратил внимания, что является идеальным объектом для нападения тех, кому позарез хочется к кому-нибудь прицепиться.

Он уже разминулся с этой компанией, когда услышал за спиной нагловатый басок:

– Эй, парнишка! Подойди на пару слов.

Бьякуя с самого начала повел себя неправильно. Да он и понятия не имел, как следует себя вести в подобных ситуациях, но надменный взгляд через плечо и небрежно брошенное: «В чем дело?» – было явно не то, что нужно. Бандиты изобразили на лицах недоумение.

– Да так, – почти ласково отозвался все тот же басок. – Спросить хотели, что это ты тут делаешь. Не страшно одному по ночам ходить?

– Тебя это не касается, – отрезал Кучики и зашагал дальше. Эти ребята были явно не те, которые ему нужны, и он не намеревался терять с ними время.

– Черт возьми, как это невежливо! – Возмутился кто-то за его спиной.

– Придется поучить его манерам, – поддержал другой.

Проклятье, все-таки влип! Бьякуя услышал, что вся эта толпа двинулась за ним, и развернулся. Пятясь по дорожке, пересчитал противников. Одиннадцать. Многовато. И рожи самые гнусные. Вряд ли они собираются отпускать его живым. Вот интересно, это просто шпана, или все же существует некий преступный синигами, который, учуяв слежку, решил разобраться с преследователями, замаскировав это под обычную драку?

Как бы там ни было, нужно защищаться. Никакого оружия у Кучики не было, но вряд ли эти головорезы выстоят против его техники рукопашного боя. Главное – не дать окружить себя и повалить. Жаль, место открытое. Забиться бы в какой-нибудь тупик, где они могли бы подходить только по одному, ни за что бы им его не взять. Ладно, как-нибудь так. Он отступал, примериваясь к противникам, когда вдруг уперся спиной в дерево. Пришлось остановиться и занять позицию, где получилось. Головорезы были уже близко, неторопливо заходили справа и слева. Все-таки окружают. Куртка стесняла движения, и Бьякуя, решив избавиться от нее, расстегнул молнию и уже потянул одежду с плеча, как вдруг свистнула метко пущенная из спортивного арбалета стрела, пробив левую кисть и пригвоздив к стволу дерева руку вместе с курткой.

В чем еще опасность хорошего гигая: боль он тоже передает со всей достоверностью. Казалось бы, какой вред может причинить обычная материальная стрела духовному телу синигами, а вот ощущение такое, будто это настоящую руку пробило насквозь. Первым порывом Кучики было выдернуть стрелу, и он схватился за древко, но наконечник слишком глубоко увяз в стволе дерева, а раскачивать его… черт, больно ведь! Да и некогда уже возиться, его обступили со всех сторон.

Оставалось последнее средство, то, к которому Бьякуя не хотел прибегать. Но выбора не было. Он торопливо нащупал в кармане таблетку гигонкана, сунул ее в рот… и вывалился из тела. Его гигай замер, тупо пялясь на приближающихся головорезов.

– Что, страшно? – Издевательски осведомился один из нападавших. – Смотри, в штаны не наделай.

– Не трясись, – явно выдавая желаемое за действительное, добавил другой. – Просто выворачивай карманы, тогда, глядишь, отпустим.

Бьякуя отступил чуть в сторону, оглядел толпу. Никто из них точно его не замечал. Обычные бандиты, промышляющие грабежом в ночном парке. Тьфу, какая пошлость! Ладно, надо было разобраться с ними, пока они не истыкали ножиками его гигай. Но… не мечом же их пластать! Пачкать благородный клинок об эту шваль… Сенбонзакура обидится. Что ж, здесь лучше всего подойдут приемы Хаями, они ведь тоже принесены из Мира живых.

Когда первый из бандитов, сунувшийся с ножом к пригвожденному к дереву гигаю, полетел кубарем, остальные еще ничего не поняли. Решили, наверное, что он оступился, некоторые даже заржали над неудачливым приятелем. Но рожа у него, сидящего на земле, была столь ошеломленной, что ближайшие к нему головорезы насторожились. А потом и второй, взвыв от неожиданности, вдруг обежал свою жертву и ткнулся лбом в дерево с другой стороны.

– Что за!.. – Головорезы подались назад, ошарашено хлопая глазами.

Бьякуя сделал еще одну подсечку, опрокинув в траву следующего, и этого хватило.

– Это демон! – Взвыл тот, кого он уронил первым. С воплями: «Валим отсюда!» – вся банда бросилась наутек.

Более не обращая на них внимания, Бьякуя подошел к гигаю и выдернул стрелу. Тянуть пришлось двумя руками, так прочно засела. Кукла не пикнула. Временная душа, помещенная в нее, не рассчитана даже на это. Бьякуя оглядел рану, вытащил из кармана куртки платок и перевязал руку гигая. И только после этого, надев специальную перчатку, вынул гигонкан, подхватил оседающее тело и слился с ним.

Удержать равновесие не удалось. Бьякуя шлепнулся на четвереньки, оперся на раненую руку, и от этого боль, внезапно обрушившаяся на него после слияния с телом, была вдвое сильнее. Кучики скрипнул зубами и потер запястье. Он был недоволен собой. Мало того, что демаскировался, причем из-за глупости, не имеющей отношения к заданию, так еще и гигай повредил. Подвижность в руке теперь будет не та, а если придется драться? Впрочем, избежать демаскировки в таких условиях у него не было шансов. Пырнули бы эти парни его ножом, и тогда его неизбежно выбросило бы: удержаться в нежизнеспособном теле для синигами невозможно. Так что могло выйти еще хуже.

Утром, когда Бьякуя рассказал остальным о своем приключении, пока совместными усилиями обрабатывали и перевязывали его рану, Хаями победно заявил:

– Вот видишь, я был прав, когда не хотел отпускать Рукию одну!

***

Ханада выглядел чрезвычайно возбужденным. Он пропустил Нишигаки в комнату, поспешно задвинул створку и принялся нервно потирать руки.

– Что случилось? – Деловито осведомился Масахито.

– Удобный случай, – прошипел Ханада, хотя и знал, что в этой части дома кроме них никого нет. – Ты говорил, что готов убить его, – это слово он особо выделил интонацией.

– Легко, – Нишигаки тоже понизил голос. – Говорят, он сейчас почти без сил после того случая с амулетом.

– Более того, он сейчас на задании в Мире живых! Все можно сделать тихо, никто ничего не поймет. Но, на всякий случай, возьми вот это.

Ханада вынул из-за пазухи небольшой металлический медальон на длинной цепи и протянул своему подельнику.

– Надень на шею и не вздумай потерять. И спрячь, чтоб никто не увидел. Это самая большая моя тайна, теперь, когда нет Ямамото, об этом не знает вообще никто.

– Но что это? – С недоумением спросил Масахито, выполняя требование. – Как мне этим пользоваться?

– Это дестабилизатор, – таинственным шепотом ответил Ханада. Потом пояснил: – Эта штука искажает твою реяцу. Потом, когда ты ее снимешь, никто не сможет тебя узнать. Кто знает, вдруг ему все же удастся ускользнуть от тебя.

– Это маловероятно, – с вежливым сомнением сказал Нишигаки.

– Осторожность не помешает. Он там не один, с ним вся его компания. Не знаю уж, чего они там ищут, но Кьораку снабдил их гигаями, скрывающими реяцу.

– Это создает определенные сложности, – заметил Нишигаки. – Их будет непросто найти.

– Зато мы знаем, где у них штаб. Ты легко выследишь их. Только… – Ханада ненадолго задумался. – Будет лучше, если ты прикончишь их поодиночке. У этих четверых колоссальный боевой опыт, они могут запросто обвести тебя вокруг пальца и удрать, если будут все вместе. Не думаю, что они постоянно находятся рядом. Как только он останется где-нибудь один, ты без труда прикончишь его.

– Тогда, чтобы следить за ними, мне тоже понадобится такой же гигай, – нахмурился Масахито. – Иначе они заметят меня.

– Ладно, я раздобуду. Впрочем, я не думаю, что они станут шарахаться от синигами. Откуда им знать, что на них идет охота?! Он беспечно подпустит тебя к себе, а ты нанесешь внезапный удар. Все просто. Запомни: наша главная цель – Кучики. Остальных можешь прикончить, если возникнет необходимость, но это необязательно. И не забудь замаскироваться! А то не будет толку прятать реяцу.

– Я понял, – кивнул Нишигаки. – Наконец-то ты даешь мне стоящее задание, – добавил он одобрительно.

– Считай это проверкой, достоин ли ты занять пост капитана, – захихикал Ханада. – Если справишься с этим, разрешу тебе сдать экзамен.

– Я хочу возглавить шестой отряд, – заявил Нишигаки.

– Убей его капитана, и путь свободен.

– Тогда мне надо прикончить и лейтенанта. Не хочу потом возиться с его увольнением, – подумав, решил Масахито. – Моим лейтенантом не может быть руконгаец.

Ему удалось отправиться в Мир живых лишь через несколько дней после этого разговора: возникли какие-то сложности с гигаем. Но вот в один прекрасный вечер Нишигаки, скрытый гигаем и надежно замаскированный мохнатой накладной бородой и шляпой до самых глаз, прибыл к дому, где располагалась штаб-квартира Готэй в Осаке. Он поднялся наверх, немного постоял, прислушиваясь, под дверью и убедился, что внутри царит тишина. Скорее всего, никого нет дома. Тогда Нишигаки вернулся к подъезду и принялся ждать.

Дождался лишь на рассвете. Все четверо прибыли на такси и тут же поднялись наверх. В окнах ненадолго зажегся свет, но вскоре погас. Значит, легли спать.

Что ж, если они слоняются где-то по ночам… тем хуже для них!

***

Уже после первых ночных рейдов стало ясно, что до утра там делать нечего. Если там и бывают какие-то люди, то часов до двух, максимум до трех. Перед рассветом всякая жизнь в тех кварталах затихает. Так что синигами дружно решили не заниматься ерундой, а дежурить только в те временные рамки, когда были зафиксированы интересующие их случаи. Так что к парку они выбирались ближе к десяти часам, а домой отправлялись незадолго до рассвета. Одна беда – добираться было далековато.

Таким образом, у них внезапно оказалось немного свободного времени, которое Бьякуя разрешил тратить по своему усмотрению. «Только не заблудитесь», – напутствовал он Рукию, когда она впервые потащила своего капитана на прогулку по городу вдвоем. Бьякуя и сам частенько отлучался один, но больше затем, чтобы лишний раз проверить окрестности парка.

Как назло, пустых в эти дни замечено не было. А вот здешнего патрульного они видели однажды, когда тот грациозно перескакивал с одного небоскреба на другой, обходя вверенную ему территорию. Разумеется, на офицеров он не обратил никакого внимания.

Постепенно синигами привыкли к этому необычному, но размеренному ритму жизни. Поздние пробуждения после ночных бдений, обеды в ресторанах, прогулки по городу. Они дошли до того, что начали нарочно выискивать на карте достопримечательности и осматривать их. Лейтенанты, ошалев от свалившихся возможностей, скупали с лотков всякую чушь для туристов. Бьякуя и сам однажды не удержался, приобрел для себя небольшой симпатичный колокольчик. Он всегда питал слабость к колокольчикам.

Словом, первые дни на задании оказались похожи на самый настоящий отпуск. И едва синигами привыкли, вошли во вкус, едва им начало казаться, что безмятежность этих дней продлится еще долго, вот тут-то все и закончилось.

***

Бьякуя размеренно шагал по темной, почти не освещенной фонарями улице. С одной стороны свет в окнах был уже давно погашен, с другой и вовсе громоздилось что-то темное, нежилое.

Реяцу возникла внезапно. Только что ничего не было, и вдруг… Патрульный? Не похоже. На всякий случай Бьякуя огляделся. Черная фигура соткалась из темноты в конце улицы. Кто-то неторопливо приближался.

Этот синигами Бьякуе сразу не понравился. Было слишком темно, чтобы что-то разглядеть, но ему показалось, что пришелец смотрит прямо на него. И двигается так, будто направляется именно к Кучики, а не мимо. С чего бы это? Ведь реяцу Кучики надежно замаскирована, он ничем не отличается от миллионов обычных людей в этом городе. Но этот синигами ведет себя так, будто знает, к кому приближается. Знает, что Бьякуя может видеть его. А когда он подошел еще немного ближе, Кучики разглядел, что его лицо закрыто черной маской.