Текст книги "A Lost : Некоторые тайны истории стоит приоткрыть (СИ)"

Автор книги: Kath1864

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 36 страниц)

"Не упрямься, Хейли, ведь канун Рождества", – и Хейли готова улыбаться.

– Хейли, все хорошо? – Ками смотрит Маршалл в глаза.

Ее беспокойство не наигранное, и, странно, но Камилла не могла не заметить этого. Возможно, она и знала точную причину происходящего, но молчала.

– Просто закружилась голова, – она зачем-то обхватывает ладонями свой живот, будто бы инстинктивно.

– Нелл и Уэн приедут с минуты на минуту, – зачем-то сообщает блондинка, а потом улыбается и обнимает Хейли.

Почти сразу после этого отворяется дверь, впуская Уэна и Джесона, который решился приехать ради жены и смеющегося Нелла. Они обвешаны разноцветными пакетами, из которых торчат какие-то гирлянды и упакованные в яркую бумагу свертки. Джексон замирает на пороге, пока остальные проходят в комнату.

– Мама, – Нелл смеется подбегая к матери. – Папа показал мне свою работу и я катался на настоящей полицейкой машине!

– Это круто, – Ками прижимает к себе сына : нежно и бережно, но вместе с тем крепко.

– Ему понравилось, – Уэн целует жену в макушку.

– Я так боялась, что ты передумаешь, не приедешь. – бормочет Кеннер со странной нежностью. И Джексон, впервые понимает, что он поступил правильно.

– Ужин подан, – сообщает Кейтлин.

Счастливые собравшиеся проходят в кухню. В канун рождества нужно верить в лучшее, и все гости в особняке Кетрин и Элайджи верят в чудо. Ведь сегодня уже произошло одно маленькое чудо – Николина сказала свое первое слово.

И вот она сперва долго плакала, а потом стала злая.

Любовь – это контроль. Кетрин это знала и проводив последних гостей поднялась в комнату дочери, и убедившись, что Кейтлин осталась с дочерью тихонько закрыв дверь ушла в соседнюю комнату.

– И я умру, если отпущу вас.

А Элайджа не намерен отпускать Кетрин и дочерей. Кетрин по-прежнему думает, что он злится на него из-за ссор с Хейли и ее скверного поведения. Но если честно, то злость давно прошла. Да, он не мог понять смысл всех поступков Кетрин. Но той злости, что была, больше нет. Да, он не забыл о отключении эмоций и плети, о ее драках с Хейли. А Хейли…. А что Хейли? Она замужем. И он давно отпустил её. Отпустил в тот момент, когда поклялся быть верным Катерине. Женщину не нужно понимать. Ее нужно любить. Любовь – это контроль. Кетрин давно утратила этот контроль.

– Я опять не усну, и нужно избавиться от запаха этой волчицы, так что ты засыпай, а я посижу с Николиной.

Кетрин бросает в шкатулку свое обручальное кольцо. Снимает с себя зеленый свитер и остается в одной прозрачной майки, набрасывая на свои плечи шелковый халат. Сколько же ночей она с ума сходила в темноте? Кетрин сбилась со счету.

– С нашей дочерью все будет хорошо, в отличие от ее матери, которую что-то мучает, но она бриться признаться в этом.

У Кетрин тёплые мягкие губы, но любить она не умеет. Она пахнет кофе и жизнью. И Элайдже это нравится. Ему нравится чувствовать её ладонь на своей щеке, а она знает, что именно так может ним управлять.

– Приснился кошмар, вот и не сплю несколько ночей.

– Год. Это длиться год, Катерина и я не могу понять, что происходит. Ты вновь закрылась от меня.

Ему нравится целовать её, так как положено мужу, и ей это нравится.

Майклсон обхватывает ладонями эту тонкую талию и рывком подсаживает ее на кровать.

– Мне определенно это нравится.

Губами – по шее, оставляя следы от поцелуев. Она хохочет, когда вампир, стягивает с нее тонкую маечку.

– У нас не так много времени, так что потратим его с пользой.

Выдыхает Пирс, откидываясь назад. Она охватывает руками его галстук и притягивает к себе Элайджу. Её прикосновение было точно таким, каким должно быть прикосновение возлюбленной: знакомым и вместе с тем возбуждающим, как произнесённое шепотом обещание.

– Моё место – рядом с тобой.

Тогда он обыграл ее. Он увидел, что за призрак мучает Кетрин. Он увидел сон. Он слышал каждое произнесение во сне слово. Он понял, что ее призрак – это потери.

Элайджа просыпаться раньше Кетрин, и смотрит на них свадебное фото, которое стояло на прикроватной тумбочки.

" Такое же фото, что я видел в ее сне. " – думает Элайджа одевая рубашку.

" Кровать из сна эта же наша кровать. Она боится, что ее место займет другая. Она боится, что ее место займет Хейли. – Элайджа улыбается ведь он точно знает, как поступить.

Кетрин просыпается, когда солнце уже взошло. С ним она забывала о своих кошмарах, но она знает, что Элайджа видел,что мучает ее. Она в своей комнате. Она в своей постели. Сейчас она счастлива и ей плевать, что сейчас скажет Элайджа. Ей плевать на то, как отреагирует Хейли. Если конечно узнает. Ей всё равно. Просто сейчас Кетрин Пирс хорошо. Так хорошо ей не было очень давно.

– Сколько ещё будет продолжаться эта игра, Катерина? Мы оба прекрасно знаем, что тебя мучает. Уверяю тебя, что все твои страхи и переживания являются не обоснованными. Я никогда не оставлю тебя.

– И депрессия является некой болезнью, Элайджа. Некие действия могут расстроить человека. Сердце получает раны от них, – уверенно отвечает брюнетка.

– Сердце?! Я не думаю, что у тебя есть сердце, – громко произносит Майклсон.

– Думай – это сейчас сексуально, – ухмыльнувшись шепчет вампирша.

Кетрин разворачивается и утыкается носом в его подушку. Элайджа уходит. Она думает, что тот ушёл по делам.

"Он все равно сломается без тебя, а ты держись. " – твердит самой себе Кетрин.

Подушка до сих пор хранит его запах и Кетрин улыбается. Вставать совсем не хочется, но Кетрин сделав пару глубоких вдохов поднимается с постели.

Союз Элайджи и Кетрин – не является воплощением идеальных семейных отношений. Они оба осознают это и улыбаются ради малышки Николины. Кетрин не знает, что она видит один и тот же сон из-за заклинание ведьм. Она думает, что это просто затянувшаяся депрессия. Но, Элайджа не оставит ее и обязательно отыщет причину кошмаров его жены.

Кетрин стоит перед колыбелью и слышит шаги Майклсона, который встает за спиной. Колыбель Николины была сделана специально на заказ, и выполнена из высококачественного дуба, темно-коричневого цвета и с буквой " М. " у изголовья . Когда заказ был изготовлен Элайджа лично собирал колыбель для дочери.

Она вспоминает это и вчерашний вечер и ночь, которую провела с ним.

– Вчера Николина назвала меня «мама», – вспоминает Кетрин.

– Может быть, ты заслужила это, Катерина? – он дотрагивается до ее плеча. – Рядом с тобой она счастлива, и я видимо тоже.

– Счастлив? – Пирс поправляет одеяльце молочного цвета. – Счастлив с ужасной стервой? Нет, Элайджа. Нет, я не заслуживаю быть счастливой. Но, больше всего мне хочется быть вместе с Николиной и тобой. Но быть вместе с тобой, Николиной и кошмарами о твоей счастливой жизнью с Хейли – нет. Такая я тебе не нужна, и ты не веришь, что женщины любят быть свободными и независимыми?

Она много раздумывает, вспоминая, насколько радостными были мгновенья до ее кошмаров, которые и привели Майклсона и Пирс в разные спальни. Так было до сегодняшней ночи. Она вспоминает день, когда Николина была совсем крохой, и успокаивая плачущую дочь она впервые увидела свой кошмар. Это не был сон, это был призрак, которого выпустили из глубины ее души, но видеть улыбки на лицах самых любимых людей было бесценно, и Кетрин молчала.

– Ты думаешь, я не изменюсь, и вероятно прав, – Элайджа и сам прекрасно знал это.

– Но мы можем попробовать начать сначала ради нашей дочери, – он улыбается, смотря на спящую Николину. – Я привлеку ведьм и они избавят тебя от этого.

– Предлагаешь мне стать зависимой наркоманкой на чудо травах ведьм? – вздыхает Кетрин. – А что потом? Морфий или 7% Кокаин?

Она поворачивается и смотрит в глаза мужа. Она вспоминает, Элайджа однажды сказал: « В мире не существуют призраков, кроме тех, что кроются в нас самих.» Кетрин запомнила это. Майклсон сама разберется с этим. Только она может разобраться в себе.

– Мы договорились собраться с Марселем и Николаусом, – говорит Элайджа. – Нужно обсудить возникшие проблемы с оборотнями в соседнем штате. Запомни Катерина, что моя семья – жена и дочери, ты и Надя с Николиной.

Они слышат детский смех, ведь Николина проснулась, а Кетрин даже умудрилась строить различные гримасы дочери. Малышка лежит в кроватке и протягивает ручки к родителям, улыбаясь.

– Это наша жизнь, я справлюсь со своими призраками, Элайджа, – Кетрин берет дочь на руки.

– Она наша жизнь, – говорит Элайджа и смотрит на дочь.

Николина – единственная надежда на победу. Победу над разногласиями и спорами родителей. Победой на демонами и призраками мучавшими ее родителей. Она стала невидимым мостом, соединившим сердца родителей снова.

Когда Николина училась ходить. Кетрин сидела напротив, и протягивала руки, а Элайджа придерживал дочь, чтобы та не оступилась. Тогда Николина Майклсон сделала первый шаг, и ее родители были самыми счастливыми. Элайджа вспоминает, что когда Николине было два, однажды ночью он поздно вернулся домой, ведь ему приходилось уезжать в соседней штат, вместе с Никлаусом, чтобы ввязаться в драку с оборотнями и разрешить проблему. Он видел Кетрин, сидящую около колыбели малышки, и говорящую: «Папа вернется, он никогда не оставит нас. Никогда. Его невозможно убить. Он всегда будет с нами. ».

Николине было три, когда ее мать перестала спать с ней в одной комнате, ведь Ая нашла нужную ведьму и притащила ее к Кетрин. У ведьмы не было выхода, как рассказать

Катерине Майклсон, почему ее мучает один и тот же сон, и какое заклинание на нее наложила Рейтия. Заставить ведьму отменить заклинание и убить у Пирс и у нее служанок не заняло больше часа, и по этому поводу Кетрин решила устроить мужу сюрприз.

– Сюрприз! – выкрикивает Кетрин и предстает перед Надей в костюме для танца живота.

– Мама! – выкрикивает ведьма.

– Что ты тут делаешь? – Кетрин с непониманием смотрит на дочь.

– Как что! Мы же договорились, что я приду и мы возьмем Николину и поедим в наше кафе, – объясняет Надя.

– Поболтать, отдохнуть и все такое.Лучше скажи ,с чего это ты вдруг решила устроить отцу сюрприз? – Надя осматривает костюм матери. – Кажется, что ты уже год спишь в комнате Николины и не рассказываешь мне причину этого.

– Я совсем забыла о кафе, Надя. Простите меня,и тебе придется посидеть с Николиной. И кстати, мы помирились, – подмигивает дочери Кетрин.

– Это же здорово! Ну кафе подождет, другой раз сходим. Сегодня сходим с Джаспером в пиццерию, – Надя кивает головой и берет младшую сестру на руки, когда та выбегает в гостиную.

– Да-да! – Николина обнимает Надю.

– Мистер Майклсон приехал! – сообщат Кейтлин.

– Так, я расставлять свечи, а вы быстро уносите свой прекрасный зад через чёрный ход, – Кетрин берет в руки свечи и зажигает одну из них.

– Завтра всё расскажешь, – смеется Надя следуя к черному выходу. – Во всех подробностях и обязательно со сценой страстного применения.

– Надя! – выкрикивает Кетрин.

– Ухожу-ухожу! – недовольно бурчит ведьма.

Войдя в особняк, Элайджа не заметил ничего, кроме горящих свеч и сидящей на кухне жене.

– Катерина, романтический ужин. Я с радостью поужинаю с женщиной, которая считает любовь опасным недостатком, – первородный целует ее в шею.– Я только спущусь в подвал за шампанским.

– Нет, Элайджа, просто, в нашем особняке проблемы с электричеством,– выдыхает Кетрин подвигая мужу блюдо на котором лежало окровавленное сердце.

– И кого ты убила на этот раз Катерина, – Элайджа спокойно реагирует на выходку жены. – Где наша дочь?

– Всего лишь ведьму из -за которой начались мои кошмары, – ухмыляется Кетрин. – Николина с Надей и я подумала, если в нашем особняке проблемы с электричеством, то я могу сделать так.

Она сбрасывает с себя халат, хлопает в ладоши и в комнате звучит музыка и теперь на ней лишь костюм чёрный костюм для танца живота.

– Молчи, потому что говорить буду я. За это время мы все пытались сделать правильно, начать заново, но вышло как всегда... Мы уже который раз начинаем сначала и никак... то ради Нади, то ради Николины... Да, я посылаю к черту любовь, но давай на этот раз начнем сначала ради нашей любви? Просто из-за моих кошмаров мы не то чтобы стали спать в разных спальнях, но, просто я перестала верить в нас, в отличии от тебя Элайджа. Хотя ты тоже думаешь, что у меня нет сердца... Порой мы не можем сдержаться. И мы уже привыкли прощать. Ты всегда прощал меня. Даже, когда я отключала эмоции, напивалась в барах и в моих руках была плеть. Тебе, просто, не нужно было прощать меня, и ты прав, Элайджа, потому вместо сердца у меня вакуум. Но знай, если я полюблю, то на всю жизнь, я отдамся чувству вся, душой и телом, потеряю голову и забуду прошлое. Ты по-прежнему заставляешь меня улыбаться. Даже, если ты – главная причина моей грусти. Я ужасная стерва, но я хочу быть рядом с тобой. Хочу станцевать для тебя, и не потому что так нужно, черт, а потому что я действительно хочу этого, Элайджа. Станцевать для любимого мужчины, пусть я и не воспринимаю всю романтическую чушь, но да, я сломала генератор, чтобы устроить все это для тебя. Я действительно хочу быть рядом с тобой и любить тебя, так, как может самая ужасная стерва на этой планете.

– К сердцу всегда можно найти дорогу,и я нашел дорогу к твоему сердцу, Катерина, – Майклсон подхватывает жену на руки. – И я знаю насколько ты избалованная, но я ведь выбрал тебя и значит, мое сердце сделало самый лучший выбор за эти тысячу лет моего существования. Я люблю тебя, зная, что тебя не трогает, что я говорю красивые слова и делаю красивые поступки. Ты другая. Бывает: злая и добрая, с плохим настроением, а через пять минут уже с хорошим, нежная и в меру психопатка. Истеричка! Психопатка! Психопатка, которую мне не один раз хотелось убить. Но и это даже и хорошо, ведь ты женщина, Катерина. Тебя хочется обнимать и целовать и убить. Ради такой женщины можно "свернуть горы" и совершать необдуманные поступки. Я хочу, чтобы ты была рядом, и именно ты родила мне моих детей! Я всё решил. Я тебя люблю. Ты раздражаешь меня больше, чем это вообще возможно, но я хочу прожить с тобой каждую эту раздражающую минуту. Я хочу, чтобы ты станцевала для меня, так как ни одна женщина не танцевала ни для одного мужчины.

– И я станцую, – шепчет Кетрин, пока Элайджа несет ее в них спальню.

Они привязались друг к другу, они нужны друг другу – два случайных одиночества, которым суждено было стать судьбой друг друга.

Он считал, шаги до спальни, прикасался к ее бледной щеке, вел пальцем по губам, вдыхал запах ее вившихся кудрей.

Она танцевала для него, целовала его в шею, вдыхала запах его духов.

Он держал ее в своих руках, и она хотела чтобы так было всегда и навсегда. Они продолжают наслаждаться горячими объятиями друг друга.

Кетрин целует страстно, срывая с его губ удивлённый стон. Пульс у Майклсона учащенный, и Кетрин знает это, потому что её тонкие пальчики скользят по его запястью. Она всегда считала его пульс и целуя ее он знал это.

Хейли Маршалл-Кеннер совсем не дурочка, но именно так она себя чувствует, слышала стоны Элайджи и Кетрин. Она пришла, чтобы поговорить с Элайджей о ситуации с оборотнями в Луизиане, ведь она точно знала, что именно Элайджа поможет ей, а Клаус просто убьет всю стаю. Хейли слышала весь их разговор и решила не вмешиваться. Женщина может мириться почти со всем, кроме равнодушия. Хейли не смирилась лишь с этим. Она не власна над своим сердцем, и никого нельзя судить за то, что он полюбил или разлюбил. Уходя Хейли понимала это. Кейтлин открыла ей дверь черного входа, и уходя, она грустно улыбнулась. Она ушла и это решение было самым правильным в ее жизни.

Среди ночи Элайджа проснулся и крепко прижал Кетрин к себе, словно это была вся его жизнь и её отнимали у него. Он обнимал её, чувствуя, что вся жизнь в ней, и это на самом деле было так. Он обнимал ее, а она улыбалась ему.

Утренний поцелуй для женщины еще важнее, чем вечерний– это самоидентификация: я есть, я жива, я любима. И целуя жену, Элайджа знал это.

– Доброе утро, Катерина, – он целует ее в макушку.

– Всегда было бы так, – шепчет вампирша, прижимаясь к мужу.

Она осознает, что все это ее : Ее кровать, ее комната, ее фото стоит в рамке на прикроватной тумбочки, и это она выбирала обои и мебель, ее жизнь, а главное, что Элайджа только ее. Ее призраки покинули ее, и больше никогда не потревожат их семью.

– Теперь так будет всегда, Катерина, – убеждает ее Майклсон.

Смыслом жизни настоящего мужчины должна быть его семья. Любимая и единственная жена. Любимые дети. Забота о его семье, а все остальное вторично. Элайджа Майклсон был точно уверен в этом. Так случилось в его жизни.

Когда Николине было четыре Ребекка устроила настоящий детский праздник, с шарами, клоунами, детской посудой, сладостями и фейерверками, в честь ее дня рождения и малышка была счастлива, потому что ее родители бы счастливы, и Николина осознавала это. Мать ее любила больше жизни. Отец выслушивал весь ее детский бред, и даже соглашался, ведь Николина любила рассказывать обо всем и, пожалуй, главной проблемой любящих родителей было поймать перед сном босоногую Николину, которая бегала по огромному особняку, давая понять, что пришло время рассказывать сказку. Николина была счастлива, пока были счастливы ее родители. Затем ушла мама, и отец сказал, что она не вернется и они больше никогда не будут вместе. Николина плакала. Затем ее похитили ведьмы. Николина плакала и боролась, ведь она Майклсон. Затем ее попытались спасти и она видела, что ее старшей сестре больно. Николина плакала. Затем ее спас Том и ее родители вернулись. Даже если Кетрин уходит, то она возвращается. Ее родители были вновь вместе и Николина улыбалась. Затем она слышала всхлип матери и голос отца, его крик, а позже дядя Клаус подарил ей рыцаря и сказал, что Николина должна уехать с Ребеккой и малышка видела, что ее мать вновь плачет. Сидя в детском кресле малышка положила свою ладошку к окну, понимая, что случилось нечто ужасное. Николина плакала. Николина вновь плакала, и видимо, эта малышка за последние время выплакала не меньше слез, чем любой из ее семьи. Она Майклсон. Она вновь плачет.

– Николина, совенок, не плачь.

Но, даже мелодичный и успокаивающий голос Ребекки не смог помочь, и первородная ощущала себя ужасной тетей, ведь Николина плакала.

Комментарий к Глава LXXX. ( Часть 5.1) Battlefield. ( Поле боя.) А может, к чёрту любовь? Фото : http://vk.com/doc175419535_437183909 , http://vk.com/doc175419535_437183911

Гифки : http://vk.com/doc175419535_437175406 http://cs423219.vk.me/u96316024/-3/m_6a2cc943fb.jpg http://vk.com/doc175419535_437183810 http://vk.com/doc175419535_437183811http://vk.com/doc175419535_437183814 http://vk.com/doc175419535_437183815 http://vk.com/doc175419535_437183816 http://vk.com/doc175419535_437175409 http://vk.com/doc175419535_437175407 http://vk.com/doc175419535_437175410 http://vk.com/doc175419535_437175411

Песни : https://www.youtube.com/watch?v=b-ExqJiXhvQ ( У меня давно была подобная идея, но спасибо новой песни Светланы Лободы, за то, что собрала в своей голове пазл и вы можите прочитать эту главу. ) https://www.youtube.com/watch?v=xKnG2d9tZdU

========== Глава LXXX. ( Часть 5.2) Battlefield. ( Поле боя.) А может, к чёрту любовь? . ==========

Я предполагаю, что это семейная черта. Все, что мы любим, обращается в пепел. ( Ребекка Майклсон. )

Это парадокс Майклсонов. Вы хотите любить и убивать друг друга в одно и то же время. ( Марсель Жерерд. )

Наша битва еще не выиграна, и я нуждаюсь в тебе, чтобы защитить самое главное в моей жизни.

Семья – это не те, кто тебя балует и следует всякому твоему капризу. Это те, кто сражается за тебя и за кого сражаешься ты. ( Клаус Майклсон. )

Женское непосредственное чутье может быть иногда ценнее всяких логических доводов.

Артур Конан Дойл.

Иногда, разбив хорошее, можно сложить что-то лучшее.

Sometimes good things fall apart so that better things can fall together.

I’ve never dropped anyone I believed in.

Я никогда не бросала того, в кого верила.

Мэрилин Монро.

Красота женщины в заботе, которую она дарит с любовью, и в страсти, которую она не скрывает.

Отдавать – значит жить. Если прекратишь отдавать, то не для чего будет жить.

Одри Хепберн.

Ведьмы уничтожили выживших вампиров из армии Клауса и Марселя.

Ведьмы отобрали Элайджу у Катерины.

Сначала ведьмы отомстили Майклснам за сорванное жертвоприношение, разрушив все.

Затем была Кетрин, которая была готова поменять ради Элайджи свою жизнь. Они отобрали его у нее, и Пирс осознала, насколько жестокой будет ее месть.

– Предлагаю сделку, – говорила Пирс. – Я ненавижу ведьм и готова расправиться с каждой. Будут приспешники Рейтии. Я убью их.

– Катерина, Элайджа разве единственная причина твоей злости, – ухмыляется Майклсон.

Катерина,которая способная любить и готовая бороться ради любви, умерла пять столетий назад. Погибла, засунув свою голову в петлю. Кетрин, действует в первую очередь ради себя. Клаус понимал это.

– Они украла мое, они украли Элайджу, пытались убить мою дочь, и пришел час расплаты, – шептала Пирс смотря на возвышающее пламя.

В Новом Орлеане горел один из элитных пентхаусов. Пожарные отгоняли собравшихся зевак, и во всей этой суматохи лишь одна девушка выглядела совершенно спокойно. Она смотрела на пламя ждала. Ждала помощи. Хоуп Майклсон знала, что ее призыв помощи обязательно услышат.

– Хочешь отомстить? Пришел час доминантки с плетью, – довольно ухмыляется гибрид смотря на пламя.

– Да, я отлично справлюсь с этим, – Кетрин смотрит ему в глаза и Клаус понимает, что она не отступит пока не отмстит.

– Я нужен Хоуп, – и сейчас гибрид осознал это. – Я принимаю твою сделку.

– Я и не сомневалась, дорогой, – хмыкает Пирс наблюдая за уходящим Майклсном. – Я все сделаю.

Все же, сильнейший союз составляют самые злейшие враги. Кетрин Пирс и Клаус Майклсон уж точно уверенны в этом. Ещё Кетрин понимала, что убивает не падение, а приземление. Ее убьет падение во тьму.

Хоуп и Том. Часом ранее. -

– Черт!

Его голос заставил ведьму медленно прийти в себя и открыть свои глаза.

Перед глазами Тома все расплывается и он запутывается в своих иллюзиях видя лицо Хоуп, которая говорит ему, чтобы он забыл о том, что он любит ее. Память. Он вспоминает, все то, что ему внушили забыть.

– Боже, ты жив.

Хоуп целует каждый миллиметр его лица, а он не понимает, что происходит и почему на глазах Хоуп сверкают слезинки. Невыносимая сухость во рту и жажда заставляет парня дотронутся до своего горла. Разве он умирал? Он не помнит. Он не знает.

– Он сказал, чтобы я считал это сделкой с Дьяволом.

Том вспоминает, как Клаус напоил его своей кровью, и у после этого у него сильно кружилась голова.

– Оу, ты так мило отзываешься о моем отце.

Хоуп смеется, пока непонимающий парень поднимается с пола и смотрит на кровавые пятна на обоях.

" Значит я умер. " – проносится в его голове.

– Я теперь такой же, как и ты? Монстр? Я умер?

Тихо и спокойно произносит парень, а Хоуп не знает, как все объяснить ему.

– Том, держись, и ты действительно умер. Ты умер и из-за того что в твоем организме была кровь моего отца ты обращаешься в вампира. Если выпьешь кровь, то обратишься. Если не выпьешь, то умрешь.

Она опускает свой взгляд и в следующую секунду понимает, что парень прижимает ее к стене.

– Я не об этом, Хоуп. Ты отвергала меня из-за того, что считала себя монстром. Я бы принял все, только чтобы рядом с тобой. Почему ты так поступала со мной?!

– Потому что я посылаю к черту любовь, но я понимаю, что люблю тебя, Том. По-моему, мы психи. Вся моя семья, Том. Все, что я хотела это, чтобы ты был счастлив.

– Я счастлив рядом с тобой, и если я люблю тебя, то разделю с тобой твою сущность.

– Думаешь, что справишься с парой клыков?

– Думаю, что да. Я справлюсь.

Хоуп улыбается, когда парень обнимает ее. Но она понимает, что не позволит тьме овладеть Томом. Он не станет таким же как и она. Но, он уже давно выбрал ее. Он выбрал любовь. Он всегда будет выбирать Хоуп.

– Том, у меня есть план. Тебе нужна кровь.

Хоуп исчезает и высматривает на улице подходящую жертву.

Хоуп – Борись.

Она с самого рождения знала, что за нее всегда будет бороться семья. Она осознавала это, но жила на две семьи. Мать учила ее не оставлял тех, кого любишь. Отец учил ее бороться до конца и не отступаться от своей цели.

Она сломает Тома, сожжёт. Она знает, что именно так и будет, ведь после обращения никто не был прежнем. Но она не сможет убежать от него, потому что он уже слишком глубоко в ней, в ее сердце, и вырвать его будет для неё подобно смерти. Конец близок – жертва чувствует это смотря в глаза Хоуп, от которых веет леденящем холодом. Решение приходит само собой, и Хоуп тащит девушку за собой. Том еще больше понимает, что ему придется убить. Убить человека. Хоуп прислушивается и прокусывает пульсирующую рану на шее девушки. Слабеющей пульс. Хоуп уже убивала и ей не страшно, когда ее губы окрашиваются в багрово-чёрный цвет, цвет крови. Тому страшно. Кровь для вампира наркотик.

Инстинкты вампира берут верх над Томом и оказавшись рядом и вонзает свои клыки в пульсирующую вену на шеи жертвы. А потом наступает темнота. Темнота, в которой нет ни страха, ни боли.

– Я убийца...

Осознание этого приходит к Тому слишком поздно. Но спасения больше нет – он выбрал любовь, он выбрал обращение, он пустил тьму в свою жизнь и по его венам течет кровь невинной жертвы, он отрекся от всего того хорошего, что было в его жизни ради Хоуп и не сожалеет об этом. Хоуп уже смирилась с мыслью, что он умер. Все хорошее умерло в нем. На самом деле, ей давно стоило смириться с его смертью, ведь к этому все и шло. К смерти или обращению. Но она продолжала верить, надеяться, бороться за него… Все оказалось напрасным. Он выбрал ее и обратился.

– Том, послушай меня, сейчас тебя будет разрывать адреналин. Я проходила через это.

И действительно парень ощущает необъяснимый прилив сил. Кровь дала ему силы и по-вампирски парень оказывается на кухни. Хоуп следует за ним.

– Это круто быть, таким же как ты! Столько силы!

Он прижимает к себе Хоуп и теперь уже не боится поцеловать ее. Теперь он не боится целовать ее окровавленные губы. Кровь соединяется воедино. Теперь он чувствует тоже, что и она. Он чувствует, что кровь наркотик, а любовь – яд.

– Клянись быть моим, – потребовала она. – Это единственное, чего я хочу.

– Я клянусь быть твоим навеки, – проговорил – Ты мой путь. И этим путем я буду идти всю жизнь. Я клянусь быть с тобой и в любви, и в ярости.

Сейчас они были уже далеко отсюда, от всех, от всего мира. Они были в своем личном раю… Но, все заканчивается, когда Хоуп осознает, что нужно избавляться от всего. Она вздыхает и отходит от парня.

– Огонь.

Майклсон вырывает пластмассовую газовую трубку. Том задыхается от едкого запаха угарного газа.

– Уходи!

Хоуп хватает в руки спичечный коробок.

– Только с тобой!

– Со мной все будет хорошо, Том. Меня нельзя убить. Уходи! Жди с наружи.

И он слушается, видя, как Хоуп чиркает по коробку и спичка зажигается ярким пламенем. Она знала, что огонь однажды сожжет ее. Ведь, все, что любят Майклсоны обращается в пепел. Бросая спичку на пол Хоуп знала это. Она знала, что обратится в пепел. Она обратится в пепел, чтобы восстать подобно фениксу и жить дальше.

–

Хейли видела взрыв произошедшей в центре Нового Орлеана. Пока обессиленная Фрея приходила в себя волчица исчезла. Маршалл точно, что ей нужно идти именно туда.

– Что здесь произошло, – Клаус становится подле дочери и Тома.

– Взрыв, – спокойно объясняет Хоуп. – Полагаю, утечка газа.

– Хоуп, с тобой все хорошо? – Хейли буквально отталкивает Тома и Клауса от Хоуп.

– Все хорошо, спасибо, что спросила, любовь моя, – вмешивается Клаус.

– Отвали! Ты заставил Фрею сдержать меня заклинанием! Ты подверг Хоуп опасности, и пустил ее на поле боя! Позволил убивать! Ты сломал ее!

Хайли Маршалл бьет точно в цель. Она бьет Клауса по лицу, а тот молчит. Их разговоры всегда оканчивались : ссорами, спорами и криками.

– Это сделала я сама, мам. Я сама пошла туда, и я даже не помню скольких убила, еще я подорвала себя, но знай, что я делала это ради семьи. Мы всегда боремся за семью, до потери пульса. Я буду сражаться за семью до потери пульса, – Хоуп держит Тома за руку.

– Мне так жаль, я никогда не хотела этого, Хоуп, – Маршалл бросается обнимать дочь и Том медленно отходит в сторону.

– Со мной все будет в порядке, – убеждает Хоуп мать.

– Том!

Хелен пробирается через толпу людей и спасателей. Внушение Кетрин перестало действовать и вернувшись она обнаружила собравшуюся толпу горожан, спасателей и пожарных.

– Я здесь, мам!

Том машет руками привлекая внимание женщины и он хочется бросится и обнять мать, но набухающие вены над его глазами заставляют парня одуматься и отвернуться.

" Контроль! Контроль! Контроль! " – это единственное о чем может думать Том.

Материнские руки – воплощение нежности. Хелен дотрагивается до лица сына и Том ощущает, как венки, над его глазами, медленно разглаживаются.

– Что здесь происходит! – гневно выкрикивает, Хелен смотря в зеленые глаза сына.

– Утечка газа, – тихо объясняет Том обнимая мать.

Она знала, что огонь однажды сожжет ее. Ведь, все, что любят Майклсоны обращается в пепел. Эддисон с помощью своей магии провоцирует пожар в госпитале, ведь пришедшая в себя Камилла узнала о смерти мужа и в гневе кричала, что будет разговаривать только с Клаусом. Эддисон пришлось устроить этот пожар и отдать ей свой мобильный.

– Твой муж, – сухим, голосом произнесла Эддисон ии лишь молча протянула женщине салфетки, чтобы та могла стереть слезы. Сама она давно уже выплакалась и даже пыталась прийти в себя.

Телефонный звонок раздался после того, как Клаус увидел пламя. Было глубоко заполночь, и интуитивно Клаус сразу же поняла, кто звонит.

– Алло? – голос его звучал хрипло.

– Клаус? – а вот голос Ками звучал четко. – А может, к черту любовь?!

– Ты плачешь? – забеспокоился он. – Прекрати, вытри слезы! Ты жива, с тобой все хорошо, слышишь?

– Клаус… – удалось выдавить девушке сквозь рыдания. – Уэн мертв из-за меня! Мой муж мертв!

– Я напишу для него красивую речь, главное, что с тобой все хорошо. Теперь все будет хорошо, я тебе обещаю! – быстро проговорил он.

– Нет, – всхлипнула блондинка и попыталась унять дрожь. – Уэн умер спасая меня. Я... Все были правы... Все, что вам дорого обращается в пепел... В пепел...

– Ками, – обеспокоенно выкрикнул Клаус.

– В пепел, – заверила его женщина. – Этот огонь уничтожал все... Я ненавижу тебя... Уэн умер из-за тебя! Ненавижу!

Ками потеряла слишком многое. Еще немного и она готова сдаться. Проиграть. Стоя на пороге госпиталя, она бросает мобильный в огонь. Треск пластмассы. Сегодня, она словно потеряла частичку себя . Она одна на один со своей болью.