Текст книги "A Lost : Некоторые тайны истории стоит приоткрыть (СИ)"

Автор книги: Kath1864

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 36 страниц)

– Тебе придётся снова вернуться в те воды и кинуть монету...

Фрея осознает, что подвергает Хоуп опасности, да и Хоуп понимает, что ей предстоит не сладко. Девушка поднимает с пола и направляется в свою комнату. Майклсон достает с верхней полки шкафа черную подарочную коробку. Эту коробку ей подарила Кетрин, перед самом отъездом в Нью-Йорк. Запись на коробке гласила : На случай экстренного свидание.

Хоуп думала, что это набор для свидания с парнем, но кроме косметики, украшений, пары туфель лежал ритуальный нож и заклинание.

« Пришло время хорошей девочки стать плохой.

Эта женщина.»

Хоуп не понятен смысл этой игры, и игры ей не по душе, но она никому не позволит стереть с лица Земли ее семью. Она возвращается в Новый Орлеан.

– Мне нужно позвонить Клаусу.

Фрея сыпет соль вокруг своего отца и видит, что ее племянница готова бороться. Бороться до конца.

– Я готова. Готова бороться.

Девушка ступает в круг и берет Фрею за руку. Ведьма шепчет заклинание, которое переносит их в Новый Оррлеан.

Новый Орлеан.

Клаус вернувшись в свой особняк стоял напротив портрета, который перед отъездом в Нью-Йорк повесила Хоуп. Шум дождя нарушал его покой, но ему наплевать, ведь он знал, что Рейтия придет и за ним. Клаус не исключения, и ведьмы для него приготовили заслуженную участь. Они иссушат его. Медленно и мучительно. Клаус знал это и ждал, когда за ним придут. Люсьен и Тристан распределились по периметру особняка в ожидании ведьм.

Что же касается Тома, то тот перестал говорить о Хоуп, что не могло не радовать его мать. Она предпочитала думать, что так Том справляется с тем, что его бросила любимая девушка. Он бы пошел за Хоуп на край света, но их разлучили. Хоуп решила, что лучшее ему быть в забытье, чем признать тот факт, что он полюбил монстра. Она боялась, что он не сможет принять ее новой сущности, и пребывание в забытье для него лучше.

Для Камиллы как будто застыло время. Ее машину нашли в пару кварталах от Французского квартала. Перепуганный муж Ками уже и не знает, что думать, и успокоился только тогда, когда его жена пришла в себя.

– Все хорошо,я рядом, – мужчина прижимает к себе жену.

– Нелл, – слабо шепчет Камилла.

– Это он и позвонил мне, – вздыхает мужчина. – Что случилось, Камилл? Нелл пропал, и эта ситуация с машиной.

– Нелл пропал? Как? Что случилось? Здесь что-то затевается… Мне нужно позвонить Клаусу, – эта мысль, словно лампочка зажглась в голове блондинки.

– Я ревную, но, тем не менее вы с Ником не любовники. Признайся. Вы никогда даже не целовались, – Уэн всегда доверял своей жене.

– Между нами нет романтических отношений, но я забочусь о нём, – Ками как будто обнимает себя. – Жаль, что я не могу всего объяснить тебе, Уэн, но уверяю, что он уж точно знает, где наш сын.

Камилла знала, что ей нужно идти в бойцовский клуб Марселя, и вопреки запретам мужа она направилась именно туда.

– Ками, оставайся там, а я приеду в клуб Марселя, как только смогу, и если ты будешь хорошо себя вести, то я возможно скажу тебе, где твой сын. Сегодня прольется много крови.

По своему опыту Камилла знала, что Клауса лучше послушаться. Уэн остался с ней. Он не мог бросить жену.

Очнувшись Хейли сверх слухом уловила тихие стоны, доносившиеся с верхнего этажа. Оказавшись в комнате Николины она увидела Надю, которая вытащив нож из своего ребра пыталась прийти в себя.

– Если бы ты не сломала шею, – гневно начала говорить Маршалл.

– Заткнись, – Надя научилась терпеть боль. – Ведьмы забрали моего отца и Николину.

– Элайджа, – зажмурившись, прошептала Хейли.

– Надя, – придя в себя, Джаспер сразу же осознал всю картину происходящего, и оказался в особняке Элайджи и Кетрин.

Он увидел склонившуюся Хейли, над окровавленной женой, и испугался, что с ней могло случиться нечто ужасное. Вампир помог жене подняться, и он понимал, что должен рассказать ей всю правду. Правду о случившемся с их сыном.

– Тристан забрал Ричарда, и я намерен вернуть нашего сына, – обнимая жену шепчет вампир.

– Нам нужно идти к Клаусу, у нас нет времени, – ведьма точно осознает, что кроме Клауса ей никто не поможет.

Люсьен и Тристан, со своими « Стрикс. » следили за Клаусом, при этом соблюдая строгую дистанцию. Они дожидались ведьм, но вместо этого они столкнулись с Надей, Джаспером и Хейли. Тристан даже не успел ничего сказать, как Надя помощью заклинания переломала ему все кости. Сейчас в ней вспыхнул гнев.

– Где этот красавец, я ему сейчас устрою! – в гневе Надю невозможно остановить. – Я ему сейчас устрою!

– Угрозы в адрес родного дяди, – Клаус сам спустился к ведьме, которая стояла на пороге особняка Майклснов, понимая, что его племянница может сорвать весь план. – Твой отец уж точно не одобрил бы этого.

– Я признаю, что ты мой родной дядя, но – Надя оборачивается к мужу. – Любимый, передай мне мой нож для пыток. Если мой дядя не хочет, чтобы я принесла бензопилу.

– И это ты говоришь родному дяди… Будешь хорошо себя вести и узнаешь, где находится Ричард, – Клаус прекрасно научился себя вести рядом с Надей. – Ты такая же сумасшедшая, как и твоя мать!

– Я точно спущусь в подвал за бензопилой, – Надя скрестила руки на груди. – Я до не приличия люблю пытки.

– Как и я, любовь моя, – гибрид оскаливает свои клыки и уже готов укусить племянницу.

Спор Нади и Клаус разрешило появление Женевьев, которая, смотрела на голубое и ясное небо. Хитро ухмыльнулась ведьма достала мобильный телефон и набрала текст смс. Оповещение приходит вовремя и заставляет всех обратить внимание, ведь звук оповещение был не совсем приличным, а точнее это был стон Кетрин.

– Что это? – Люсьен помогает Тристану подняться с асфальта, хотя они и друзья, но и не враги.

– Я считаю это не приличным, – вздыхает Де Мартель.

– Это смс, – Клаус разблокирует свой мобильный и читает смс : Пора.

– Я о звуке, – продолжает Тристан.

– Кто-то, брал мой телефон, и очевидно в шутку, за которую поплатится сполна, поставил другой сигнал, – Клаус вновь слышит оповещение о смс : Не так ли… – И теперь все мои смс…

– Надеюсь, это неприличие можно приглушить, – Тристан поправляет свой галстук.

Надя не мгла не узнать голос матери, а точнее стон. Она поняла, что ни Кетрин, ни Клаус ничего не могут поделать. Хейли удивилась, ведь как Элайджа, за эти годы живя с Кетрин не сошел с ума. Петрова видит Женевьев с телефоном матери в руках, и думает, что Кетрин у ведьм, но Женевьев исчезает и Надя понимает, в чем дело. Этот телефон – жизнь Кетрин Пирс. Она скорей умрет , чем отдаст его кому-либо.

« – Эдди, – проносится в голове ведьмы. – Это Эддисон. Она могла доверить свой телефон только ей. »

– Мне пора идти, а ты, – Клаус оказывается рядом с Хейли. – Держи нашу дочь подальше от этой войны, и скажи Фрее, чтобы связалась со мной, как только она появится в городе. Надя и Тритсан вы берете на себя ведьм.

Часть 2. Не нуждаюсь в милосердии. ( Хоуп. Том. Клаус. Кетрин. )

За сталью сталит, там человечность спряталось.

Спасенье чужой жизни – целью ставилось.

( Noize MC – Яркими Красками ( OST. Мастер и Маргарита. )

Том договорился встретиться со своим другом на одной из станций метро. После случая на выпускном его отец отобрал у него машину в знак наказания, а еще вынудил парня пподать документы в Оксфорд. Любой подросток бы мечтал о таком университете, но Том не мечтал об этом. Он мечтал добиться всего сам, без помощи родителей и их денег. Нет, эта мечта не сбудутся, и Том понимал это. Парень стоял на платформе и ждал прибывающей поезд. Клаус пускался по ступенькам ведущими на платформу станции « Гарденс.» У него мало времени, и он должен успеть. Майклсон, с присущей ему пароноей осматривался, проверяя, нет ли за ним слежки, и только когда он убедился в этом, то решился подойти к одной из стен станции. Конечно же Том заметил отца Хоуп и считал, что приход Акола как раз во время, ведь парень подошел к другу и заговорил с ним.

– Чувак, я слышал о Оксфорде, – начал Акол.

– Да, уж, – буркнул Том. – Лучше пойдем побыстрее отсюда.

– Я даже могу сказать причину, – парень наклонил голову в сторону Майклсона.

– Ну, да, я не хочу его видеть, – признается парень. – Из-за него у нас с Хоуп ничего не вышло.

– Поверь, в Оксфорде нейдешь себе еще красивее, – смеется Акол. – Я слышал британки довольно горячие.

– Ладно, идем, – Том хлопает друга по плечу и направляется к выходу из метро.

Клаус падает на колени. Его сердцебиение замедляется, а лицо приобретает бледно серый вид и покрывается отчетливыми венками. Ведьмы готовятся, для того, чтобы иссушить его. Они готовятся остановить его сердца, но для этого им нужно добраться до сердца, которого у Клауса Майклсона не было. Фактически, оно билось в грудной клетке и перегоняло кровь в организме, и не более. Клаус понимает, что его план готов сорваться. Ведьмы подослали своего человека, чтобы тот убедился в том, что Клаус Майклсон не будут проблемой. Для Клауса время, как будто застыло и он попытался что-то сделать, но ухнул на пол метрополитена. Том все это видел, но парня пронзила трусость. Трусость – один из самый страшных человеческих пороков. Каждый решает сам : Как поступать. Том решил подойти к Клаусу. Да, он ощущал дрожь по всему телу, но вид Клауса испугал парня, и оставив друга тот бросился к гибриду, чтобы помочь Клаусу подняться. Каким бы человеком был бы Том, если бы не пришел на помощь?

– Я помогу, – парень пытается помочь Клаусу подняться, но то только злиться.

– Я Клаус Майклсон! Мне никто не нужен! – в гневе кричит Клаус, хотя понимает, что он слаб. – Я и сам могу.

– Это не твое дело парень, – вампир отбрасывает Тома в сторону и уже готов вонзить свою руку в грудную клетку, чтобы остановить сердце гибрида.

– Порой каждому нужна помощь, – Том понимает, что он должен спасти Клауса, но он обычный человек, и все, что приходит ему в голову – это ударить вампира.

Слабый удар Тома только злит вампира, но это дает время Клаусу, и тот вырывает сердце из груди вампира. Сердце падает прямо к ногам парня и тот, ужаснувшись несмело отходит от Клауса.

– Псих! – это единственное, что может выкрикнуть напуганный парень.

– А ты только это понял, – лукаво улыбается гибрид. – Мне нужна кровь…

– Кровь? – Том не до конца осознает происходящего.

Парень нерешительно подносит к губам гибрида свое запястье. Он не знает, что его ждет дальше, но видит, как меняется лицо гибрида, а его зрачки приобретают ярко-желтую окраску. Майклсон прокусывает запястье парня. По каждой вене гибрида теперь течет свежая кровь, а ткань рукава пуловера Тома окрашивается алой кровью. Он не знает во что ввязывается, но и отступать парень не намерен. Сейчас ему уже на все наплевать.

– Молодые, старые, мертвые или живые, ведьмы – это занозы в заднице. Бери сумку и пролазь в проход за сеткой, – отпив свежей крои, Клаус пытается командовать Томом.

– Разве это законно? – спрашивает напуганный парень.

– Разве тебе не наплевать на все? – Клаус слизывает кровь с своих губ.

На губах Клауса не осталось темно-алой крови. На рукаве Тома темно-алая кровь.

« Зло – всего лишь точка зрения. » – Том отчётливо понимал, когда увидел истинное лицо Клауса.

« Зло – это всего лишь необходимость. »

Это произошло в метрополитене, и Том думал, что это сон. Именно при разговоре с Клаусом он узнал о оборотнях, о гибридах о ведьмах, вампирах и их противостоянии.

Раньше он стал бы спорить, но не сейчас. За эти три года слишком многое изменилось в его жизни, и он сам очень сильно изменилась. От того юного парня с улыбкой и алым румянцем не осталось и следа. Теперь Том верит в баланс. Добро и Зло. В мире должен поддерживаться баланс.

Именно желание Клауса доказать всем что он сильный, он справиться, и никто не смеет ему угрожать, именно оно привело к тем последствиям, которых он хотел избежать. Ведьмы обратились против его семьи.

– Веселье только начинается, – Люсьен словно сбивает голову с плеч вампира, которые пытается подойти к Клаусу.

Том пытается тихо уйти. В его руках сумка, и Клаус знает, что тот уж точно разберется с тем, что нужно делать. Парень отодвигает решетку и пролазит сквозь узкий проход. Последнее, что слышит Том :

– Следующей?

Том до последнего не верил, что пошел на это, но теперь он смотрит на иссохшее тело девушки. Ведь это она, Кетрин Пирс, потребовала от Рейтии, которая ей угрожала, проявить уважения. Именно она шантажировала ведьму тем, что та умрет. Именно из-за этого ей сказали, что она становиться похожей на Клауса. Она тогда только фыркнула в ответ и не стала слушать, а сейчас ее иссохшее тело лежит на земле. Том открывает сумку и достав бутылку с красной жидкостью подносит к иссохшим губам Кетрин. Всего одна капля крови и каждый капилляр, сосуд, вена Пирс наполняются жизнью. Один глаток крови возвращает ее к жизни. Да, на глазах Тома жизнь возвращается к Кетрин, и ему кажется, что он готов сойти с ума.

– Черт!

Вампирша сжимает бутылку и осушает ее. Она возвращается к жизни.

– Просыпайся спящая красавица.

Возвращаясь к жизни – это были первые слова, которые слышит Пирс. Том ничего уже не изменит, но он оказался на поле боя. Да, и надо ли восемнадцатилетнему парню все это? Еще Том понимает, что это не фильм или игра, из которой он может вернуться. Он не понимает цель этой игры, но готов сыграть в нее.

– О, Клаус послал мне угощение, – Том видит, как над глазами Пирс появляется сеточка из вен и вампирша обнажает свои клыки.

Теперь парень понял с кем он связался. Он связался с вампирами, но Том не боится. Если Хоуп такая же как и Кетрин или Клаус, то Том принял решение разделить с Хоуп ее участь. Он на грани поля боя. Обратного пути нет. Том знает это.

– Я не еда, – попытался возразить юноша.

– Николина, – Пирс зажмуривается, вспоминая о дочери, и ее лицо становится совершенно обыкновенным, как кажется Тому.

– Кто такая Николина? – опустив свою голову, интересуется тот.

– Наша с Элайджей дочь. Ей четыре, и ее похитили ведьмы, чтобы принести в жертву духам и завладеть ее силами, – глаза Пирс зажигаются ненавистью и она настроена решительно. – Я убью их всех! Убью!

– А разве вампиры могут иметь детей? – конечно же парень слышал и читал о таких существах как вампиры.

– Во-первых, нет, но мы любим пытаться, – Пирс вытряхивает содержимое сумки и одевает на свои ноги новую пару туфель Louboutin, а ее палец украшает такое же кольцо, как у Элайджи, да то самое кольцо защищающее ее от солнца более пяти веков назад и теперь Клаус украл его, чтобы Кетрин могла выйти из метрополитена. – Во-вторых, моя старшая дочь Надя гибрид ведьмы и вампира. Она знает заклинание позволяющее вампирам иметь детей. Так что… Теперь я готова к войне, и мы так и не познакомились. Я Кетрин. Идешь со мной на поле боя? Или боишься, что тебя стошнит от вида крови.

Трусость не должна одержать победу, и Том считает, что будет правильно.

Теперь он не боится и понимает, что Кетрин медленно иссыхая совершала отважный поступок, ради своей семье.

– Клаус при мне вырвал сердце, а его друг буквально сбил голову, так что, – Том пожимает плечами. – Я не трус, и понимаю, что могу умереть. Идем.

В этой битве одна цель : Спасение чужой жизни.

Сейчас. Новый Орлеан.

– Доброе утро, – протянул насмешливый голос и в этом голосе Пирс узнает голос дочери.

Раздраженно застонав, Кетрин еще сильнее закуталась в темно голубую простынь, чем вызвала очередную порцию неоправданного веселья у своей дочери.

– Я неясно выразилась, когда просила не подходить ко мне?– вопросительно выгнула тонкую бровь, и в глазах цвета кофе растеклось то самое пренебрежительное выражение, так знакомое Нади.

– Ну-ну, не капризничай. Я всего лишь принесла тебе кофе и минералку – и снова эта лукавая улыбка дочери.

– Что именно я натворила, – вздыхает вампирша.

Надя поморщилась, а Пирс уловила запах, в воздухе вправду тянуло свежеприготовленным кофе, заманчиво дымящийся в миниатюрных кружках на прикроватном столике. Мысленно одернула себя, напоминая о вчерашней вечеринке и сцене у дома Кеннер-Маршалл, возвращении домой, и то, как Элайджа пытался уложить ее спать.

– Пожалуй, мне действительно не все равно. Веришь или нет, но ты моя мать, и я люблю тебя. Даже после всех твоих ужасных поступков. Отец тоже любит тебя.

Прислуга даже когда распахнула тяжелые бархатные портьеры, впуская ослепительные лучи утреннего солнца в комнату.

– Все было как обычно, Надя, – Пирс потянулась за чашкой кофе. – Я ведь сумасшедшая, и люблю эффектные вечеринки.

– Да, у тебя в двенадцать встреча с новым регентом ведьм, – Надя подносит к губам чашку с ароматным напитком.

– Что? Что ты сказала? А как же Эддисон или ты, да, – Пирс закутывается в простынь и оказывается рядом с дочерью.

– Эддисон не достаточно сильна, а я беременна, так что старейшины кланов выбрали Рейтию, – объясняет Надя.

Сидя в кресле Пирс забросила нога за ногу и даже смотрела в потолок. Ей было скучно и она изредка посматривала на сладости и чашки с чаем стоящие на столе. Нади уговорила мать на чаепитие с новым регентом ведьм – Рейтией. После того, как Давина Клер передала свое правление Рейтией перед Майклсонами стояла задача сохранить мир и спокойствие в квартале. Беременная Надя не могла принять регентство, пусть Кетрин и уговаривала дочь пойти на это, но Надя выбрала будущее своего ребенка, а Джаспер поддержал жену.

– Миссис Майклсон, – обратилась Ая.

– Где она? Боже, мы опаздываем, – вампирша смотрела на Аю.

– Регент ведьм сегодня не придет, она просто прислала смс, что она слишком занята, чтобы встречаться с вами, – объясняет чернокожая вампирша.

– Лучше бы она сдохла! – ваза с миндальным печеньем «макарун», летит в стену.

Но только после этого, Мисс Кетрин отправилась на кладбище Лафайет, чтобы лично познакомиться с той, кто решил дерзить ей в такой манере. Ей не составило труда найти склеп, где находились ведьмы.

– Создается впечатление, что все ведьмы Нового Орлеана собрались здесь, – Кетрин осматривает собравшихся ведьм и понимает, что эффектная брюнетка с каре, восседавшая на столе, забросившая нога за ногу. Пирс оценивает ее туфли и понимает, что это Louboutin. Эта ведьма и есть Рейтиа.

– Простите меня, ваше величество, кажется я забыла о манерах, – ведьма спрыгивает со стола и нагибается в реверансе. – Оставьте нас, и я надеюсь на скорую встречу.

Ведьмы покидают склеп, а Пирс скрещивает руки на груди.

– Да, вы можете уйти.

Командует Пирс, и ее охрана покидает склеп вслед за ведьмами.

– Пожалуйста, садись, – ведьма указывает на каменную скамейку.

– Возможно, тебе стоит вспомнить нормы этикета и перечитать книги, но, – Пирс гордо приподнимает голову. – Я жена Элайджи Майклона. Я говорю первой. Я сажусь первой. Я убиваю первой. Я определенно не должна тебя ждать.

– Приношу вои извинения, – слабо отозвалась ведьма.

– Пожалуй, я сяду, – вампирша садиться на одну из каменных скамеек, а ведьма следует за ней и садиться рядом.

– Это такая честь встретить саму Катерину Майклсон, я почитала вас еще со времен, когда была молодой, – ведьма смотрит Пирс прямо в глаза.

– Но не настолько молодой, – усмехается Пирс.

– Я слышала, что Майклсоны были в тесном сотрудничестве С Давиной Клер, жаль, что она уехала в другой город ради учебы, и ведьмами Нового Орлеана, – Рейтия слаживает руки домиком и дотрагивается до своих ведьм. – Но, дело в том, что ни один из вас не подходит для управления кварталом. Люди выбивают своих правителей. Правитель защищает своих людей. Монархия Майклснов это словно экспонат в музее, и это так устарело.

– Вы заинтриговала меня, но, – Пирс хватает ведьму за горло и та уже нависает над поверхностью земли.

– Сначала ты отменила встречу, а теперь ты называешь меня устаревший! – Кетрин сдавливает руку и наблюдает, за тем, как ведьма жадно глотает воздух. – Я убью тебе!

– Убьешь меня сейчас, и ковен отомстит за меня, Майклсоны развяжут войну , и твой дорогой муж уж точно не вознаградит тебя за это, – переведя дыхание отвечает Рейтия. – Это современность.

– Ты похоже не понимаешь, что если я решу, то ты умрешь, – Кетрин еще сильнее сдавливает свою руку.

– Это так трагично, что ты сама в это веришь, – смело заявляет ведьма. – И еще более трагично, то что, все позволяют вам верить в это.

– Никто не позволяет мне ничего, – теперь уже Пирс прижимает ведьму к стене. – И уже тем более ты.

– Я вас задела, – смеется та.

– Да, задела! – теперь Пирс не скрывает своего гнева. – Большей частью своей глупостью, и частично своей наглостью и еще более оскорбительно так это твоя копия Louboutin. Носила бы Jimmy Choo. Возьми себя в руки!

– Считай, что ты уже повержена, королева, – и ведьма знает, о чем говорить. – Люди тебя не любят, и твоя благотворительность это лишь шанс быть с людьми. Люди любят меня. Ковен поддерживает меня.

Кетрин отпускает ведьму, и та падает на пол склепа. Пирс уходит и она довельна собой. Но, Кетрин еще не знает, что приготовила для нее ведьма. Может они начали не с того, но Рейтия и Кетрин достаточно умны.

– И так, это твои последние слова, – Кетрин отпускает свою руку. – Этого город кишит акулами, и не думай, что долго продержишься на плаву.

Через неделю Рейтия официально стала регентом девяти ковенов новоорлеанских ведьм. И у неё появились не только союзники, но и враги. Те, кто считал, что она слишком слишком неопытна, слишком эмоциональна и эгоистична. Тогда, впервые ее сравнил с той, кого она ненавидела больше всех на свете – с Катериной Майклсоном.

– Это она должна ползать у моих ног, – Кетрин идя по коридору смотрит на Аю.

– Возможно, следует попробовать пряник, – предлагает вамппирша.

– Хорошо, я попробую пряник, – кричала Пирс. – Но, если это не сработает, то я сожгу эту ведьму, чтобы было приятно наблюдать за ее смертью. Найди размер ее обуви. У меня есть идея.

– Конечно, Миссис Майклсон, – ответила Ая.

Мисс Кетрин пришлось вновь отправиться на кладбище Лафайет, поговорить с Рейтией.

– Возможно, мы начали не с той ноги, – Пирс подвигает коробку с туфлями к ведьме. – Правильная нога должна носить это.

– Они потрясающие, но я не могу принять их, – вздыхает Рейтия.

– Это подарок, – Пирс натянула фальшивую улыбку.

– Видите ли, ели я приму подарок, то это можно расценивать, как взятку, – уверенно заявила Рейтия.

– Это туфли, но вижу ты серьезно, – Пирс хитро ухмыльнулась смотря ведьме в глаза. – Я пыталась. – Вампираш разворачивается и направляется к выходу.

– Мы похожи. Ты и я, – слова ведьмы заставляют ее обернуться. – Мы используем похожие тактики. Декольте. Пронизывающий взгляд и ни капли удивления не лице. Все, чтобы скрыть тот факт, что ты являешься самый умной в этой комнате. Разница в том, что я обладаю большей властью.

– Пока нет, – Пирс грозит ей пальцем.

– Но буду, и тогда я буду тихо и эффективно убеждать людей, что время Майклснов прошло, и их не нужно бояться, – тихо произносит ведьма.

– Если это так, то зачем же мы так угрожает, – Пирс приближается к ведьма.

– Ты не угроза, а просто помеха, – спокойно произнесла ведьма поднимая брови. – И когда Майклсоны уйдут, ты уйдешь, то я все еще еще буду здесь и все туфли, весь Новый Орлеан будет у моих ног. В моих ногах город будет смотреться лучше.

– Спросите у горожан имена десяти регентов ведьм, а затем спросите их, кто такая Катерина Майклсон, моя имя вечно, дорогая, смирись с этим, ведь твое имя будет забыто, – Пирс хватает коробку туфель со стола и покидает склеп.

Кетрин понимала, что это уже война, Рейтия была готова к войне.

Комментарий к Глава LXXX. ( Часть 2 ) Battlefield. ( Поле боя.). Гифки :https://vk.com/doc175419535_437072416, https://vk.com/doc175419535_437072417, https://vk.com/doc175419535_437091198, https://vk.com/doc175419535_437072475, https://vk.com/doc175419535_437091596, https://vk.com/doc175419535_437090595, https://vk.com/doc175419535_437090598 https://vk.com/doc175419535_437072440,

Гифки Ками : https://vk.com/doc175419535_437089810 https://vk.com/doc175419535_437089811

Кетрин : https://vk.com/doc175419535_437069188

========== Глава LXXX. ( Часть 3 ) Battlefield. ( Поле боя.). ==========

« Мы с тобой играем разные роли. Тем более, ты играешь с моей любовью. Я на грани, на поле, поле боя. КReeD – Надо ли. »

*Сейчас. Новый Орлеан. *

Со дня рождения Пирс прошел месяц. Надя улыбается, смотря на детский вельветовый костюм небесного цвета. Почему-то ведьма была уверенна, что у нее будет мальчик.

– Мне нравится, – Петрова ожидает ответа матери.

– Да, красивый, – сухо отвечает Кетрин. – Мне больше нравится этот. – Вампирша указывает на один из детских костюмов.

– Возьмем и этот, – Надя дотрагивается до своего живота.

– Я боялась, что ты подумаешь, что я плохая мать, – признается Пирс.

– Милая, ты хладнокровная, безжалостная убийца. И я сомневаюсь, что ты на 100% поступаешь по-человечески, но ты потрясающая мама, – Надя обнимает мать. – Идем, не хочу опаздывать на обед.

Для Нади последнее недели прошли в окружении и заботе семьи и мужа. Джаспер выполнял все ее капризы, а Ребекка продумывала дизайн детской. Надя была абсолютно уверена в своём счастье и терпеливо дожидалась еще одного счастливого момента, но вот только в жизни ее родителей, и, к сожалению Нади вышло все не так, как она планировала. Это случилось за семейным обедом в особняке Элайджи и Кетрин. Пирс не слушала их разговор, а лишь прокручивала в своих воспоминаниях ссору с Рейтией и думала, как обыграть ведьму. Надя рассказывала отцу о безумных планах Ребекки по поводу дизайна детской, и ведьма действительно не очень хотела устраивать из детской пиратский корабль или миниатюрную кровать в виде автомобиля.

– Узнаю свою сестру, – Элайджа улыбнулся дочери. – Кушай овощи.

– Да, – Пирс кивнула головой и. Элайджа обратил внимание на то, что его жена не притронулась к еде.

– Катерина, все в порядке, любимая? – Элайджа чувствует, что с его женой что-то не то.

– Я не знаю, возможно, это чертовы ведьмы, – Кетрин пытается выйти из-за стола, но вампирша теряет сознание и падает на пол.

Потеря сознания напугала Элайджу, и взяв жену на руки Майклсон отнес ее на верх, и похоже даже Надя напугалась. Кетрин очнулась через несколько часов и первые слова мысли были о том, что Рейтия пытается ее медленно отравить.

– Если это яд, то подайте шприц с оранжевым колпачком, – пробормотала Кетрин. – А затем я смогу сжечь эту ведьму Рейтию.

– Это скорее из-за ромашки в халате отца, – вздохнула ведьма.

– Что со мной, Надя? – Пирс хмурится, смотря дочери в глаза. – Что на этот раз придумали ведьмы?

– Ты беременна! – радостно выкрикнула Надя. – Это судьба, мама, это судьба! У меня все получилось! Счет : один-один, мамочка.

Сейчас она готова была бросить в Надю любой попавший в руки предмет. Кетрин закрывает лицо руками прекрасно понимая, что узнав эту новость ведьмы смогут управлять Элайджей и добьются любых привилегий от него, ведь он сделает все, чтобы с его ребенком ничего не случилось. Она понимает, что ее дочь хотела для них лучшего. Она хотела, что Элайджа и Катерина были счастливы. Она не может злиться на дочь за этот поступок, ведь она поступала с Надей не лучше. Все в этом мире, словно бумерангом, возвращается к тебе.

– Дочь, что с ней? – Элайджа все это время пытался дозвониться до Фрее. – Яд? Заклинание? Я решу этот вопрос с Фреей.

– Спроси сам, – хитро улыбается Надя. – Пусть сама скажет.

– Я беременна, – шепчет вампирша.

– Это правда? – взгляд Элайджи пугает даже Кетрин.

– Да, – подтверждает Кетрин.

– Я сделала это, – Надя и не думала отпираться. – Я думала, что если это сработает, то вы окончательно помиритесь и моя мать перестанет думать о самоубийстве.

Элайджа падает на пол. Лучи солнца освещают его лицо, и он улыбается благодаря небеса за предоставленную ему радость и искупление. Он самый счастливый человек на земле. Сегодня эта участь выпала именно ему. Сегодня он узнал, что вскоре станет отцом. Оказалось, что радость отцовства превосходит любую другую, которую в жизни испытывал Элайджа Майклсон. Только вот участь будущего материнства не радовала Кетрин. Она боялась, что ведьмы сделают что-то с ее ребенком. Страх вновь взял верх над ней верх. Ни один мужчина, даже самый лучший, не в состоянии понять, что такое материнские переживания. Элайджа не понимал, почему его жена не выходила из комнаты до наступления ночи. Когда она была человеком, то ей всегда хотелось малыша. Когда она стала вампиром, то даже не думала о материнстве. До случая с Надей. Тогда она была одна. Тогда она защищала свою дочь одна. Теперь она не одна. Элайджа рядом с ней, и Кетрин осознает, что Элайджа Майклсон никогда не позволит, чтобы с их ребенком произошло что– нибудь ужасное. Встав с постели Кетрин открывает одну из шуфлядок комода и достает спрятанную плеть. Кетрин Пирс никогда не любила быстро расставаться со своими игрушками. Это было единственным воспоминаем о отключении эмоций и утрате человечности. Она спускается в гостиную, и слыша ее шаги Элайджа отставляет кочергу в сторону, которой несколько секунд назад поправлял поленья в камине. Кетрин видит остатки расправленной кожи. Он сжег ее туфли Louboutin. Кетрин знает, что теперь он не позволил ей ходить на каблуках. Пирс ухмыляется и бросает плеть в огонь. Она готова распрощаться с прошлым. Навсегда. Теперь ей не нужно вспоминать о прошлом. Теперь она понимает, что ей всегда хотелось малыша, неважно кого, дочку или сына – главное, чтобы рядом было милое родное существо, о котором можно было бы заботиться, которое улыбалось бы ей, нуждалось бы в ней, радовало бы своими успехами и искренне, всей душой, любило бы её.

– Катерина, – Элайджа дотрагивается до лица своей жены. – Ты не хочешь ребенка?

– Я выбита из колеи! Ты сжег мои туфли, – недовольно хмыкает Пирс. – Я не знаю.

– Тебе уже доставили новые, с Парижа, – Элайджа протягивает жене коробку молочного цвета.

– Louboutin, – открыв крышку коробки, Кетрин видит черные кожаные балетки с красной подошвой, и теперь она уже не сдерживает смех.

– Вижу, что ты тоже приняла решение, – склонив голову, спрашивает Майклсон.

– Рядом со мной будет существо, которое я буду любить больше тебя, – поясняет Кетрин.

– Думаю, что я буду любить нашего ребенка так же сильно, как и его мать, – Элайджа обнимает свою жену.

Сейчас для них главное – их будущий ребенок. В жизни главное – счастье. А оно у каждого свое. Это категория опять же внутренняя. Расцвел цветок, который вы посадили – счастье. Собрались за столом друзья – счастье. Счастье – когда есть, кого любить. Когда тебя любят. Когда можно заниматься любимым делом. Счастья не нужно ждать – его нужно испытывать. Сейчас они испытывают счастье. Теперь для них начался этап в их жизни. Теперь утром она просыпалась от запаха свежей выпечки с корицей, ее любимого кофе без сахара и стакана гранатового сока, омлета с овощами. Элайджей терпеливо ожидал ее пробуждения, чтобы лично преподнести ей завтрак, и ему было плевать на все дела лишь бы увидеть ее улыбку и то, как она целует его, оставляя после поцелуя запах корицы и граната. Она чувствовала себя защищённой и окруженной любовью и заботой Элайджи. К второму месяцу беременности Кетрин устраивала Майклсону сцены, но он терпел понимая ее положение.