Текст книги "То-Рек. Шаман (СИ)"

Автор книги: Катэр Вэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Майен, услышав перечисление, обиженно засопел и надулся. Он опустил голову, уставившись на свои руки. Похоже, парня здорово задело, что я не назвал его среди охотников.

Ну вот, ещё одного обидел. Десять лет человеку, а уже требует признания боевых заслуг. Впрочем, имеет право. С волками ведь справился.

– И Майена тоже возьмём, – добавил я, немного подумав. – Пусть учится у старших.

Парень тут же просиял и гордо выпрямился, а я продолжил подсчитывать наши силы.

– Кан – отличный охотник, но он привык охотиться один. Ещё у нас есть взрослые охотники из Серых Волков: Саргай, Ракан, Тадуху и Шафу. Только двое последних пока ранены и охотиться не могут. Их сначала вылечить нужно. Значит, остаются Ракан и Саргай. Кто из женщин умеет охотиться, я не знаю, а их подростки, насколько я понял, вообще на зверя не ходили.

– Ты прав, То-Рек. Хороших охотников среди Серых Волков почти не осталось. А женщины и подростки у них вообще не охотились. Женщины собирали дрова, коренья, плоды и ловили рыбу. На большого зверя ходили только взрослые мужчины. Молодые лишь помогали мясо разделывать да добычу до стоянки тащить.

Кан помрачнел и с досадой покачал головой. На скулах у него заходили желваки. Он некоторое время смотрел в огонь, сердито сжимая и разжимая кулаки, затем тяжело вздохнул. Похоже, ему было горько вспоминать, во что превратилось племя, среди которого он прожил столько лет.

– Слишком хорошо они жили. Еды было много, опасных зверей мало. Вот и разучились бороться за свою жизнь. Мужчины стали слабыми, а молодые ничему толком не научились. Проклятые только ускорили то, что и без них рано или поздно случилось бы, – с горечью повторил Кан то, о чём уже рассказывал нам раньше.

Да уж, сытая и спокойная жизнь расслабляет. Пока еды хватает, а опасности нет, кажется, что так будет всегда. Можно и охотиться поменьше, и молодых особо не гонять. А потом приходят голодные и злые ребята и быстро объясняют, кто теперь охотник, а кто – добыча. Причём объясняют без всяких долгих разговоров.

Я согласно кивнул и продолжил подсчитывать наши силы.

– Ещё у нас есть те темнокожие ребята. Двое парней, лет им примерно как Велу. Они ведь одними палками да камнями помогли убить двух зверей! Смелые, быстрые, друг друга не бросают. Я бы обоих на охоту взял. И в наш род принял бы. Их и троих младших родичей тоже. Там две девочки и мальчик. Одна девочка маленькая, как Таш, а двое других примерно одного возраста с Майеном. Эти ребята уже показали, что не трусы. Когда беда приходит, не убегают, а дерутся. Такие люди нам нужны.

– Да, мне они тоже понравились, – кивнул Вел, соглашаясь со мной.

– Ещё у нас есть… – Я задумался, припоминая, кого пока не назвал. – Две девчонки примерно твоего возраста, Рыжий. Из какого они племени, непонятно. Нашей речи совсем не понимают. Ещё одна женщина, у которой живот уже огромный, и трёхлетний малыш при ней. Четыре женщины, которые после всего пережитого ходят как неживые. И та одичавшая, с ребёнком Проклятого. Кажется, всё…

Я почесал затылок и вдруг хлопнул себя по лбу.

– А! Как же я забыл! У нас ведь ещё бабка-шаманка имеется!

Хотя охотник из неё примерно как из жабы телогрейка. Впрочем, из остальных перечисленных женщин, боюсь, тоже. Так что с пополнением охотничьих рядов пока негусто.

– Шаманка? – Барк тут же навострил уши и от любопытства даже подался вперёд. – Где она?

– Да там, – пожал я плечами. – На поляне осталась, вместе с остальными чужаками.

Барк нахмурился как сыч и крепко задумался, перебирая пальцами подвески на посохе. Мы некоторое время ждали, пока он что-нибудь скажет.

– Потом покажешь мне её, – наконец пробурчал старик, всё ещё размышляя. – Завтра…

Он вдруг поднял голову и решительно мотнул ею.

– Нет! Сегодня покажешь!

Барк одним движением вскочил на ноги, не забыв прихватить посох, и так рявкнул, что Вестник от неожиданности расправил крылья и возмущённо каркнул.

– Идём! Хочу её видеть! – рявкнул Барк на ходу, даже не обернувшись.

Ого! А дедуля-то оживился. Стоило только про шаманку заикнуться, как у него сразу и усталость прошла. Интересно, что это его так зацепило?

Я тут же подорвался с места и бросился вслед за стариком, едва поспевая за ним.

Глава 24

К тому времени, когда мы с Барком вышли из пещеры, на поляну уже опустилась темнота. Лишь костры освещали стоянку, выхватывая из мрака лица людей.

– Где она? – Барк остановился и нетерпеливо огляделся.

– Найдём, не переживай, – отозвался я, пытаясь высмотреть среди собравшихся знакомую старуху.

Пока искал, обратил внимание на одну странность. Все наши гости теперь держались двумя отдельными группами.

На стоянке постепенно затихала дневная суета. Женщины укладывали детей, остальные готовили места для сна, поправляли подстилки и доедали мясо. Дым стлался над кострами, смешиваясь с запахом жареной добычи. Правда, спокойствия среди людей не наблюдалось. То один, то другой тревожно оборачивался к лесу, прислушиваясь к доносившимся оттуда звукам. Похоже, далеко не каждому сегодня удастся нормально выспаться.

Первую группу я обнаружил ближе к середине поляны. Там устроились Волки. Только людей у их огня почему-то оказалось меньше, чем я ожидал.

Или это мне с темноты мерещится?

Пригляделся и заметил ещё кое-что интересное. Волки расположились не как попало, а вполне разумно. В самом тепле, рядом с огнём, находились беременные женщины и малыши. Следом шли дети постарше, дальше – женщины с подростками. А с внешней стороны этого живого кольца, обращённые лицами к лесу, сидели Шафу и Тадуху, крепко держа копья.

Других взрослых мужчин у этой группы больше не осталось. Оба охотника сидели настороже, прислушивались к лесу и явно не собирались закрывать глаза.

Вот ведь могут, когда захотят! Оказывается, Серые Волки ещё помнят, что слабых нужно беречь, а детей – защищать. Двое мужиков, оба раненые, но всё равно сели снаружи, готовые первыми встретить опасность. Значит, сегодняшний урок всё-таки пошёл им на пользу. Жаль только, что заплатить за него пришлось такую страшную цену.

Вторая группа расположилась прямо под нашей скалой. Здесь костров было целых четыре, причём разложили их полукругом, а люди устроились внутри. Я сразу узнал тех, кто вчера на стоянке перебрался к нашему огню. Вот только теперь народу у них заметно прибавилось.

Мы с Барком пошли в ту сторону, а я по дороге принялся разглядывать новые лица.

Возле одного костра сидели две девчонки, которые ещё вчера вовсю строили глазки нашему Велу. Рядом с ними устроились две молодые женщины: одна с огромным животом, другая с трёхлетним малышом. Чуть дальше я увидел ещё двух женщин, которые всю дорогу предпочитали держаться в стороне от остальных. Нашлась здесь и одичавшая с ребёнком. А неподалёку от неё расположились все четверо несчастных, до сих пор почти не оправившихся после плена у Проклятых.

Надо же, даже они сюда перебрались. Интересно, сами пришли или кто-то привёл?

Но больше всего меня удивили подростки. Их здесь оказалось явно больше, чем вчера. Нескольких я точно помнил по стоянке Серых Волков. Тогда они держались возле своих родичей, а теперь сидели среди людей, перешедших под нашу защиту.

Так-так. Ещё перебежчики нарисовались? Похоже, молодёжь решила, что у нашей скалы ночевать спокойнее. Хотя, может, дело совсем не в этом…

Во время пути я замечал, с каким интересом некоторые дети, те что постарше, разглядывают оружие и трофеи наших охотников.

Ну конечно! Насмотрелись на меня, Рыжего, Айлу с Лиором и тоже захотели. Мы ведь ненамного их старше, зато уже охотники, с оружием, волчьими зубами на шеях, и взрослые с нами считаются. А им что достаётся? Дрова таскай, мясо волоки, старшим не мешай. Тут поневоле задумаешься о смене племени.

Впрочем, я совсем не против. Захотят учиться – пусть учатся. Чем больше у нас будет хороших охотников, тем лучше. Правда, когда Кан примется за воспитание молодого поколения, кое-кто наверняка вспомнит прежнюю жизнь с особой нежностью. Там ведь всего-то дрова носить заставляли…

Тем временем наше появление не осталось незамеченным. Люди один за другим замолкали, поднимались со своих мест и отходили в стороны, пропуская нас. Стоило Барку обратить на кого-нибудь взгляд, как тот поспешно склонял голову. Другие украдкой рассматривали его посох, увешанный амулетами, и явно боялись привлечь к себе внимание.

Вот что значит статус вкупе с возрастом! Старик одним своим видом всех впечатлил. А ведь он даже маску не надел! Бережёт спецэффекты для обрядов.

Среди собравшихся я наконец заметил Саргая и поманил его рукой.

Молодой охотник сразу поднялся и направился к нам, однако, увидев рядом со мной Барка, невольно замедлился. Пока подходил, успел несколько раз взглянуть на старика, особенно на его посох и амулеты. Парня явно разбирало любопытство, но подойти ближе ему мешал страх перед незнакомым шаманом. И, судя по тому, как осторожно он теперь ступал, страх пока уверенно одерживал верх.

– Я выполнил всё, как ты сказал, То-Рек, – доложил Саргай, почтительно склонив голову. – Все люди накормлены. Никого не обделили.

При этом он продолжал украдкой коситься на Барка, стараясь не встречаться с ним взглядом.

– Хорошо, – одобрительно кивнул я и, повернувшись к Барку, указал на парня. – Это Саргай, молодой охотник из племени Серых Волков. Вчера на стоянке он сам решил уйти из своего племени и перешёл к нашему костру. И остальные тоже хотят стать Гордами.

Я широким жестом обвёл людей, расположившихся у подножия скалы, внутри полукруга костров. Большинство из них так и стояли с тех пор, как заметили наше приближение, почтительно ожидая, когда великий шаман обратит на них внимание.

– Верно я говорю? Хотите стать Гордами? – громко спросил я.

– Верно! – сразу откликнулось несколько голосов.

– Да, То-Рек! Всё так!

– Хотим! Хотим стать Гордами!

Люди заговорили почти одновременно, торопясь подтвердить мои слова. Кто-то согласно кивал, кто-то прижимал ладонь к груди, а те, кто не понимал нашей речи, переглядывались с соседями, пытаясь разобраться в происходящем.

Однако смысл вопроса, похоже, дошёл и до них. Во всяком случае, двое старших темнокожих парней вдруг вскинули правые руки и дружно выкрикнули на ломаном языке:

– Горды! Горды! Стать Горды мы!

Остальные одобрительно загудели, а я невольно усмехнулся.

Надо же, уже выучили нужные слова! Причём самые важные. С порядком слов пока беда, но это дело наживное. Главное, желание имеется.

Я посмотрел на Барка. Старик молча слушал, внимательно оглядывая собравшихся. Судя по его лицу, такой дружный ответ ему понравился, хотя показывать своё одобрение он пока не спешил.

А вот возле костра Серых Волков стояла полная тишина. Люди оттуда внимательно наблюдали за происходящим, но никто не произнёс ни слова.

– Скажи, Саргай, где та старая шаманка, которая несла мой топор? – спросил я.

Молодой охотник помрачнел и тревожно покосился в сторону пепелища с останками Проклятых, неподалёку от которого одиноко горел небольшой костерок.

– Там сидит, – указал он в ту сторону. – Одна. Сторожит твой топор и всё с черепами возится, да кости складывает.

Он помолчал, затем понизил голос:

– И ещё… Эта старуха выла, руки к небу поднимала, кого-то звала. Долго звала.

– И что? – тут же заинтересовался Барк. – Что ещё она делала?

– Ничего больше, – совсем тихо ответил охотник. – Просто…

Саргай замялся и невольно покосился в сторону одинокого костерка, затем перевёл взгляд на Барка. Похоже, парень собирался признаться, что сам перепугался не меньше остальных, но вовремя вспомнил, перед кем стоит. Признаться в таком перед вождём и великим шаманом Гордов ему явно не хотелось.

– Мы не поняли, кого она звала, – наконец продолжил он. – А потом огонь у неё сильно затрещал. Люди слышали её голос и стали уходить подальше. Теперь никто рядом с ней сидеть не хочет.

Он снова взглянул на Барка и, почти перейдя на шёпот, добавил:

– Люди её боятся.

Ну вот, приехали. Мало нам своих шаманских страшилок, теперь ещё и гастролирующая ведьма появилась. Причём с собственной развлекательной программой: ночной вой, призыв неизвестных духов и гарантированное опустошение соседних территорий.

Я покосился на Барка. А вот старика рассказ Саргая ничуть не напугал. Наоборот, глаза у него загорелись ещё сильнее.

– Идём, То-Рек! – нетерпеливо потребовал он. – Хочу посмотреть на неё!

Шунайю мы обнаружили возле большого плоского камня неподалёку от пепелища Проклятых. Бабка устроилась на клочке шкуры и с деловитым видом копалась в куче костей, старательно сортируя их по размеру. Рядом лежали пучки каких-то трав, несколько черепов красовались ровным рядочком, а на шее старухи болтались новые костяные амулеты, которых раньше я у неё не замечал.

Твою ж мышь! Да она тут целую мастерскую развернула! Похоже, останки Проклятых теперь пойдут на шаманские побрякушки.

При нашем приближении старуха подняла голову и недовольно прищурилась. Однако, разглядев Барка, она тут же оставила своё занятие и осторожно поднялась.

Несколько мгновений старики молча рассматривали друг друга.

Барк первым обратил внимание на синие узоры, покрывавшие руки женщины от запястий почти до плеч. Потом его взгляд переместился на амулеты, и он заметно посерьёзнел.

– Как твоё имя, Хранительница Последней Тропы? – негромко спросил Барк, почтительно склонив голову.

А у меня от удивления чуть челюсть не отпала.

Вот тебе и пирожки с котятами! Это что же получается? Наш великий шаман сам перед чужой шаманкой голову склонил? Да ещё и титул у неё какой-то жутковатый! Похоже, я сильно недооценил эту старушенцию.

Шунайя не торопилась отвечать. Она внимательно осмотрела Барка с головы до ног, затем медленно обошла его кругом, время от времени принюхиваясь и что-то тихо бормоча себе под нос. Старик терпеливо стоял на месте, позволяя ей себя разглядывать.

Наконец бабка остановилась перед ним, ещё раз оглядела с ног до головы, а затем неожиданно повернулась ко мне и ткнула костлявым пальцем прямо в грудь, в самый центр шрама, оставшегося после ритуала.

Её сморщенное лицо расплылось в широченной, довольно жутковатой улыбке.

– Тах Ха-Рук! – довольно произнесла она и несколько раз кивнула.

После чего указала на Барка:

– Ташай Амаран!

И тут началось самое интересное.

Старуха опустилась перед нашим шаманом на колени, трижды поклонилась, каждый раз припадая обеими руками к его босым стопам, после чего проворно вскочила, метнулась к плоскому камню и схватила один из черепов Проклятых.

Не успели мы с Барком понять, что происходит, как она уже вернулась и протянула ему череп обеими руками, почтительно склонив голову.

Я ошарашенно уставился на бабку.

Ни хрена себе! Да она, похоже, прекрасно поняла, кто именно вытащил Ха-Рука из мира мёртвых! И теперь перед ней стоит тот самый шаман, которому удалось провернуть такое дело. Вот только зачем она ему череп дарит?

Барк, судя по его лицу, удивился ничуть не меньше моего. Он нахмурился и принялся сверлить старуху прищуренным взглядом, явно размышляя, принимать этот странный подарок или отказаться.

А Шунайя терпеливо стояла перед ним, не меняя позы, с вытянутыми вперёд руками и черепом на ладонях.

Наконец Барк хмыкнул, покачал головой и… взял череп.

Бабка радостно взвизгнула, подпрыгнула на месте и принялась скакать вокруг нас, размахивая руками и выкрикивая что-то на своём языке. В какой-то момент она даже закружилась, едва не наступив на собственную шкуру.

Ого! Дедуля, кажется, только что заключил какой-то важный договор. Правда, сам об этом пока даже не догадывается.

Наконец Шунайя прекратила свой танец и метнулась обратно к камню. Одним движением сгребла аккуратно разложенные косточки и пучки трав на шкуру, которую непонятно откуда успела раздобыть, и ловко скрутила всё в тугой узел. Затем подобрала с земли длинный тонкий прут, нанизала на него несколько черепов и согнула дугой, чтобы те не соскользнули.

Прижав узел к груди одной рукой, второй она подхватила свою жутковатую связку и повернулась к нам. Довольно улыбнувшись, кивнула в сторону нашей пещеры и торжественно объявила:

– Кабу амуна мито. Нунах!

После чего ещё раз поклонилась Барку.

Насчёт «нунах» я с ней полностью согласен. Ещё какой нунах! Вот только знать бы, что всё остальное означает.

– Кажется… – неуверенно произнёс Барк, переводя взгляд с бабки на меня. – Кажется, я только что позвал эту женщину в наше жилище.

При этом выглядел он почему-то немного смущённым.

– Надеюсь, просто в жилище, – не удержался я от смешка. – А не это… ну, того самого!

Барк сперва недоумённо нахмурился, пытаясь понять, о чём я говорю. Потом до него дошло. Старик густо покраснел, сердито зыркнул на меня и отвесил звонкий подзатыльник.

– Ай! Барк! Да я же пошутил!

Второго подзатыльника я предусмотрительно избежал, отскочив подальше.

– Ну всё, всё, не дерись! – рассмеялся я. – Хотел посмотреть на шаманку? Вот и веди теперь её в пещеру. Там при свете очага насмотришься. Теперь у вас времени много будет!

Посох просвистел у меня над макушкой, но я успел пригнуться.

Ага! Попал в больное место! Вон как дедуля разошёлся. Неужели и правда что-то такое подумал?

Шунайя, наблюдавшая за нашей перепалкой, неожиданно захихикала. Затем вопросительно посмотрела на Барка и произнесла:

– Ая?

Старик лишь недоумённо нахмурился.

Тогда бабка указала на меня:

– То-Рек.

Потом на себя:

– Шунайя.

И наконец снова показала на Барка:

– Ая?

– Это она с тобой знакомится, – пояснил я, благоразумно держась от старика на расстоянии. – Меня знает, своё имя назвала, теперь твоё спрашивает.

– Без сопливых понял, – буркнул Барк.

Он ударил ладонью себя в грудь.

– Барк. Меня зовут Барк.

И повторил медленно, чтобы женщина лучше расслышала:

– Барк.

– Барк! – довольно кивнула Шунайя, явно довольная ответом.

– Ну вот и познакомились, – ехидно заметил я. – Теперь хоть имена друг друга знаете.

Барк сердито покосился на меня, но промолчал.

Бабка тем временем снова повернулась ко мне.

– Тах Ха-Рук! – отчётливо произнесла она и указала на плоский камень.

Я проследил за её пальцем и увидел лежавший там мой костяной топор.

Ага, понятно. Своё добро собрала, а моё оставила. Мол, не маленький, сам понесёшь.

Я подошёл к камню и поднял оружие.

Барк, заметив топор, удивлённо вскинул брови. Его взгляд задержался на костяном лезвии, затем переместился на вырезанные на рукояти знаки. Старик нахмурился и вопросительно посмотрел на меня.

– Позже расскажу, – вздохнул я, понимая, что одним коротким объяснением тут не обойтись. – Это ритуальный топор Яра, вождя Проклятых. Теперь он принадлежит мне.

Барк ещё раз внимательно осмотрел оружие, неопределённо хмыкнул и кивнул.

– Потом покажешь.

Ну конечно. Ещё одна тема для серьёзного разговора. Интересно, когда мы всё это обсуждать будем? Судя по количеству накопившихся дел, придётся вообще перестать спать.

Старик повернулся к Шунайе и жестом велел следовать за ним, после чего направился к пещере.

Бабка тут же засеменила рядом, довольно бормоча что-то себе под нос. При ходьбе нанизанные на прут черепа негромко постукивали друг о друга, отчего вся её поклажа нагоняла на следивших за нами людей ещё больше жути.

Мы уже собирались покинуть поляну, когда Барк неожиданно остановился, обернулся и оглядел оставшийся у костров народ.

Он нахмурился, некоторое время внимательно смотрел на собравшихся, затем крепче перехватил посох и снова двинулся вперёд, так ничего и не сказав.

Интересно, что это он там высматривал? Неужели ещё кого-нибудь с собой забрать надумал? Хотя нет, промолчал. Значит, пока обойдёмся одной шаманкой.

Факелов мы с собой не захватили, а луна, как назло, спряталась за тучами. Стоило уйти с поляны, как пришлось почти на ощупь пробираться по тропе среди кустов а затем и среди камней.

Шунайя немедленно вцепилась Барку под локоть мёртвой хваткой и, шагая рядом, то и дело спотыкалась. При этом свой узел и связку черепов она не выпустила ни разу.

Барк же шагал впереди с таким спокойствием, что я невольно начал ему завидовать. В кромешной темноте он безошибочно обходил камни и выбирал дорогу, почти не замедляя шага.

То ли у старика ночное зрение открылось, то ли он здесь каждый камешек наизусть помнит. Скорее второе.

Наконец мы добрались до входа в малую пещеру.

Барк первым вошёл внутрь, а следом за ним протиснулись мы с Шунайей.

Старуха остановилась возле очага и с нескрываемым любопытством принялась разглядывать наше жилище. Впрочем, удивляться было чему.

У нас было чисто, не воняло застарелой грязью и отбросами. Спальные места из веток, свежие подстилки из лапника, устроенный по-новому очаг, посуда и закрывающийся проход – всё это уже стало для нас привычным, а для постороннего выглядело весьма необычно.

Шунайя неторопливо обошла очаг, потрогала одну из подстилок, заглянула в стоявший рядом сосуд и что-то одобрительно пробормотала. Но больше всего её заинтересовало место Барка.

Бабка подошла к его лежанке, внимательно осмотрела разложенные рядом амулеты и прочие шаманские принадлежности, даже что-то понюхала. Затем удовлетворённо хмыкнула, решительно уселась на постель старика и сгрузила свою поклажу прямо под ноги. Устроившись поудобнее, она довольно улыбнулась Барку, всем своим видом показывая, что место ей понравилось и уходить отсюда она не собирается.

Ну всё, дедуля, кажется, ты попал! Бабка ещё порог переступить толком не успела, а уже твою кровать заняла. Интересно, ты вообще понял, на что согласился, когда тот череп взял?

Барк заметил, как уверенно устроилась Шунайя, хмыкнул и указал ей на свободное место возле стены. Однако бабка решительно замотала головой и похлопала сухонькой ладошкой по подстилке рядом с собой, приглашая его присесть.

Старик озадаченно уставился на неё, затем перевёл вопросительный взгляд на меня. Я лишь пожал плечами и развёл руками.

– А что я? Ты сам её позвал!

– Позвал… – задумчиво пробурчал Барк и с подозрением прищурился, разглядывая незваную хозяйку собственной постели.

Шунайя в ответ расплылась в ещё более широкой улыбке и энергично закивала, явно принимая его слова за согласие.

Барк долго смотрел на неё, потом так протяжно выдохнул, что плечи у него заметно опустились.

– Ну хорошо! – наконец махнул он рукой. – Спи там, раз так хочешь!

И, устроившись на подстилке Вела, уже тише, примирительным тоном добавил:

– Там мягче. А ты старая… Кости, наверное, болят.

Затем Барк повернулся ко мне, нахмурился и вдруг рявкнул:

– Ну чего стоишь как камень⁈ Иди в большую пещеру, зови остальных! Пусть возвращаются. Спать пора!

После этого Барк снова посмотрел на Шунайю, как-то странно вздохнул и покачал головой.

Не маленький, всё понял. Меня выставляют.

Спорить не стал, осторожно положил костяной топор возле своей лежанки и не торопясь направился к проходу в большую пещеру.

Да и куда мне спешить? Может, старикам действительно найдётся о чём побеседовать. Ну, там, фокусами друг перед другом похвастаться. Шаманскими, разумеется. У кого духи страшнее, у кого черепа лучше разговаривают…

Я уже почти добрался до прохода, когда за спиной тихонько звякнули подвески амулетов. Шунайя что-то сказала на своём языке, Барк ответил, и оба вдруг довольно рассмеялись.

Вот ведь нашли общий язык! Ни слова друг у друга не понимают, а уже хохочут. Похоже, шаманам переводчики вообще не нужны. Главное – вовремя череп подарить.