![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tyazhelo-zhit-kogda-ty-sorokaletniy-a-tebya-prinimayut-za-loli-4-si-376768.jpg)
Текст книги "Тяжело жить, когда ты сорокалетний, а тебя принимают за лоли 4 (СИ)"
Автор книги: Holname
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)
– В ношении женских платьев.
Сильвия улыбнулась. И она и Люсия знали, что ношение платьев теперь не было проблемой. Просто Сильвия предпочитала комфорт, но все же она была готова иногда пожертвовать им ради каких-либо целей. Особенно если целью было примирение с членами семьи.
Глубоко вздохнув, девочка приподняла взгляд на ясное голубое небо и подумала:
«Как жаль, что уже завтра я двинусь в путь».
3. Столкновение драконов
– Ты провела дома совсем мало времени.
Раймонд стоял на коленях перед дочерью с теплом и заботой удерживая ее руки. Его грустный, словно щенячий взгляд, выпрашивал Сильвию остаться, правда, на нее даже это давление не работало.
Улыбнувшись, девочка слегка сжала ладони отца и приподнятым голосом ответила:
– Что поделать? Я просто обязана вернуться в академию. Вон сколько времени упустила.
Раймонд недовольно пожал губы. Пока он размышлял, как бы вынудить Сильвию остаться дома, все остальные члены семьи молча наблюдали за этой сценой. Они стояли на тропе прямо перед воротами, ведущими прочь с земель семьи Роллан.
– Если что, – решительно заговорил Раймонд, – ты всегда можешь уйти из академии.
Сильвия удивленно замолчала. Она даже не знала, что ответить на такое внезапное предложение. У других членов семьи первой реакцией также было удивление.
Раньше всех пришла в себя Люсия. Она недовольно цокнула, и, надо сказать, не без намерения привлечь к себе внимание. Приблизившись, мать дома Роллан строго посмотрела на своего мужа, а затем и на растерянную дочь.
– Взялся за дело, доводи его до конца! – решительно заявила Люсия, явно обращаясь к Сильвии.
Девочка усмехнулась. Отчего-то ей вспомнилось то, что ее матушку когда-то уже выгнали из академии, и это явно нельзя было назвать доведением дел до конца. Но, даже не смотря на эту промелькнувшую в голове мысль, озвучить ее Сильвия так и не рискнула.
– Да, да. – Сильвия потянула на себя руки, как бы вынимая их из хватки Раймонда. – Двадцать второе правило лагеря благородных дев.
Девочка отступила на шаг и с улыбкой посмотрела на отца. Она понимала, почему он смотрел на нее с таким сожалением. Ему не хотелось отпускать своего ребенка далеко, к тому же на такой долгий срок. Возможно, Академию духа можно было назвать единственным в своем роде заведением, которое не включало в процесс обучения «каникулы» и «выходные дни». Когда в других академиях ученики спокойно возвращались домой, лишь духовники могли не появляться годами.
Сильвия приподняла взгляд и посмотрела на Эдварда. Старший брат стоял позади родителей и совершенно ничего не говорил. Когда его взгляд и взгляд Сильвии встретились, он лишь кивнул, будто тем самым прощаясь со своей сестрой.
Улыбнувшись, девочка приподняла ладонь и приложила ее к собственной груди. Под мягкой тканью черной кофты можно было нащупать украшение на тонкой серебрённой цепочке, подаренное ее семьей еще перед проведением суда. Сильвия не стала от него отказываться, и решила даже не снимать с него зачарования.
Этот ее жест сработал как намек. Эдвард сразу понял, что Сильвия, смотря вот так прямо ему в глаза, и указывая на кольцо, давала свое разрешение на слежку за ней, но не постоянную. То, что Эдвард не должен был наблюдать за ней все время, можно было понять по некоторой строгости во взгляде и сдвинувшимся вместе светлым девичьим бровям.
Быстро развернувшись, Сильвия гордо приподняла голову и шагнула вперед. Теперь, когда все ее дела в семье были улажены, начинался новый этап ее самостоятельного пути.
На губах появилась улыбка. Приподняв правую руку, девочка махнула ей и уверенно произнесла:
– До встречи.
***
Тем временем за большим круглым столом плечом к плечу сидели представители Академии духа. Здесь были собраны самые разные личности: старейшины и главы пантеонов. Всего за столом насчитывалось около двадцати человек, каждый из которых совершенно не походил на другого. Мужчины, женщины, молодые и старцы – в этом месте находились все возможные группы людей. Не было и какой-то одной нации, потому как многие из старейшин когда-то в прошлом были представителями различных кочевых или коренных народов.
– Испытание этого года будет проведено через несколько дней. – Заговорил мужчина, сидевший во главе этого длинного стола. – Давайте подведем итоги нашего диалога. Всего вступительное испытание будет состоять из двух этапов. Как и в прошлом году, целью первого испытания будет поиск дороги и достижение определенного места. Сложность этого этапа будет заключаться в ограничении времени и в расположении самой точки сбора на второе испытание. Все возможные пути до нужного места будут с опасностями и препятствиями, верно?
Наступила тишина. Никто из присутствующих не поднял и руки, что в данном кругу обозначало полное согласие.
– Далее, – продолжал говорить незнакомец, осматривая лица старейшин, – второе испытание будет проведено в искусственном пространстве Эстера, верно?
И вновь в комнате наступила тишина. Сам Эстер, также присутствовавший в этом месте, спокойно молчал. Откинувшись на спинку стула этот полуэльф еле-еле сдерживал свою зевоту. Конечно, его совсем не радовало то, что и в этом году ему отводилась такая важная роль. Ему уже было достаточно прошлогоднего и позапрошлогоднего испытаний, на которых ему действительно пришлось попотеть, но так как по итогу те испытания считались успешными, ничего другого, как согласиться с повторением этой работенки, не оставалось.
Было всего несколько причин почему предыдущие испытания считались успешными. Во-первых, из-за того, что сражение проходило в параллельном пространстве, не было необходимости в поиске и подборе нужного места. Кроме того, когда пространство закрывалось и его владелец покидал его, все разрушенные и уничтоженные в нем объекты восстанавливались до исходного состояния. С одним только «но»: убитые в этом пространстве люди не помнили ничего из того, что в нем происходило, а выбравшиеся из него до полного закрытия люди, хоть и сохраняли свои воспоминания, но также сохраняли и все травмы, которые получали внутри пространства. Иными словами, тот, кто выходил из пространства живым, сохранял все травмы, а те, кто умирали, автоматически выбрасывались наружу, теряли все свои воспоминания и излечивались так, будто бы ничего и не было.
Во-вторых, успешным испытание считалось потому, что количество отобранных учеников было сокращено. В последние годы для Академии духа это было делом принципиальной важности. Так как все студенты могли учиться, по сути, бессрочно, так как все они были представителями самых разных сословий и рас, количество учеников в этой академии было намного больше, чем в других. Академия духа привлекала тем, что она не смотрела на возраст и статус, но в этом же и была проблема. В таком большом потоке учеников высмотреть действительно талантливых и достойных было сложно. Не говоря уже о том, что парящие острова просто физически не вмещали столько людей, сколько хотело сюда поступить. Именно поэтому, несмотря на обстоятельства во внешнем мире, Академия духа была чем-то обособленным. У нее было свое течение времени, и она была вынуждена тщательно обирать новичков для обучения.
– Количество студентов, которые может принять в этом году академия, – вновь зазвучал мужской голос, – равно семидесяти.
Наступила тишина, правда, в этот раз атмосфера показалась более напряженной. Дастан Аракел – глава пантеона теоретиков, сидел за одним столом со старейшинами и напряженно молчал. Этот лысый, порядком хмурый и морщинистый мужчина, мог только наблюдать. Его присутствие в этом месте было лишь формальным, оно ничего не меняло. Правда, благодаря этому он мог узнать много нового.
«Количество новичков в этом году, – размышлял Дастан, – еще меньше, чем в предыдущем. Как много вообще сможет попасть в наш пантеон? Неужели в этом году всех перспективных новичков снова заберут другие?»
– Раз все согласны, – один из старейшин бегло осмотрел лица присутствующих, – предлагаю закончить на этом обсуждение по поводу проведения нового испытания. Все остальные важные темы для разговора мы обсудим на следующей встрече через несколько дней.
– Да, уж, – зазвучал громкий женский голос. Поднявшись из-за стола Арабелла Кроуфорд, одна из круга действующих старейшин, насмешливо улыбнулась. – Такими темпами академия будет принимать все меньше и меньше. Как скоро мы вообще закроем свои двери для всех новичков?
Арабелла была известна своим прямолинейным нравом. Темнокожая пышногрудая красавица, обычно всегда облачавшаяся в открытые одеяния южан, была одной из самых известных и влиятельных людей в академии.
– Вас что-то не устраивает, леди Кроуфорд? – Люй Ан откинулся на спинку кресла и презрительно улыбнулся. Этот человек, представивший пантеон теоретиков в качестве старейшины, приложил руку к своим тонким седым усам и будто намеренно погладил их. Маленькие, будто рыскавшие по углам карие глаза высматривали лица окружающих и тем самым отслеживали общественную реакцию.
Кроуфорд взглянула на этого мужчину с отвращением. Продажный старейшина, телом и умом напоминавший скорее колобка, был известен всем своим плохим нравом. Большую половину совета он просто выводил из себя. И все потому, что он постоянно перед кем-то заискивал, а в процессе этого гадил другим.
– Политику обучения надо менять, – хладнокровным, почти угрожающим, тоном заговорила Кроуфорд, – но это уже относится к остальным важным темам для разговора, верно?
Так и не дождавшись ответной реакции, женщина развернулась и направилась на выход. Следом за ней со своих мест поднялись многие другие члены совета.
«Кроуфорд, – подумал Дастан, поднимаясь со своего места, – если бы я мог, я бы с удовольствием поменял ее и Люй Ана местами. Если бы только ее поставили на роль нашего старейшины, уверен, она бы горой стояла за весь пантеон. Как жаль, что вместо этого такую важную роль отдали тому, кто не испытывает никакой ответственности по отношению к другим».
Развернувшись, Дастан молча направился на выход вместе с толпой. Пока он шел по длинному коридору этого одноэтажного здания, почти все его мысли были о том, каким образом ему стоит привлечь на свою сторону новичков. Как бы он не старался придумывать разные идеи, ни одной работающей у него не было. Для начала нужно было изменить репутацию теоретического пантеона, но как ее можно было поменять, когда все заслуги их учеников скрывались самим старейшиной, а возможности как-то показать себя публично и вовсе не было.
Как только Дастан вышел на улицу, возле входа в здание его встретил Оскар. Русоволосый коренастый юноша, прождавший несколько часов своего главу, плавно поклонился. Он не выглядел даже утомленным, хотя и стоял все это время под палящим солнцем.
– Спасибо за вашу работу, – с почтением произнес Оскар.
– Какая тут работа? – Дастан недовольно нахмурился и зашагал вперед. Оскар пошел следом за ним. – В этом году они снова повторят ту систему. При этом они сократят количество поступающих.
– Разве, – Оскар шел на шаг позади, но почти нога в ногу со своим наставником, – в том году у нас не было недобора?
– Да, из-за сложности испытания. Возможно, из-за этого они и решили еще уменьшить квоту.
Оскар замолчал. Он понимал, что для их пантеона эти новости были плохими, ведь, чем меньше поступало людей, тем меньше был шанс того, что кто-то талантливый мог попасть к ним.
– Кстати говоря, – Дастан внезапно остановился и посмотрел на своего сопровождающего, – как там Сильвия? Так и нет от нее вестей?
– Пока что… – Оскар отвел взгляд в сторону. – Нет.
Это был уже не первый раз, когда его спрашивали о Сильвии. И не только глава пантеона, но и другие студенты, старейшина Люй Ан, судьи или иные работники пантеона. Сильвия была нужна большому количеству людей. Старейшина, как и некоторые другие недоброжелательные личности, требовали от нее ответа за участие на суде. Что касалось сотрудников академии, то им было важно знать почему она так и не явилась после завершения своего испытания.
– Это плохо. – Дастан нахмурился. – Нашему пантеону долго не протянуть под натиском остальных. После суда другие прямо ополчились на нас.
– Недавно, – Оскар не был уверен в том, что ему стоило говорить это сейчас, но он все же решился, – поступило донесение от группы Альджер. Она записала Сильвию, как часть своей команды, которая участвует в миссии на войне.
Глава недоверчиво нахмурился и посмотрел на неуверенного парня. Хриплым, тихим тоном он спросил:
– Прикрывает?
– Нет, Альджер бы не стала так поступать. Скорее всего, Сильвия действительно оказалась на границе.
– Каким боком она отправилась туда сразу после суда?
– Насколько я знаю, ее сестра воевала на границе и пропала. Возможно…
Дастан тяжело вздохнул. Теперь ему наконец-то становилась понятной вся ситуация с Сильвией, с ее исчезновением и поведением. Также ему было понятно и то, что в скором темпе девочка не сможет к ним присоединиться. В лучшем случае, вместе со следующим сбором учеников, она поднимется на остров. Но когда это будет? Уже только после вступительных испытаний.
– Думаю, – заговорил Дастан, – я смогу еще потянуть время. Самое главное – это то, что теперь, благодаря Альджер, мы сможем обосновать пропажу Сильвии, но это не смягчит к ней отношения старейшин. Уверен, что после всего случившегося ее ожидает личный суд внутри академии.
– Ну, – Оскар вновь нерешительно отвел взгляд, – с королевским он и рядом стоять не будет. Максимум на нее покричат и успокоятся. Сильвия переживет.
– А здесь ты прав.
***
На улице была глубокая ночь. В самой чаще леса в это время, казалось, не должно было раздаваться никаких звонких или грохочущих звуков, разве что стрекотание сверчков и шелест листвы, но сегодня все было не так.
Высоко подняв ногу и, вложив в нее достаточную силу для удара, Сильвия с грохотом топнула по земле. Каменная плита под ее ногами приподнялась и раскололась. Вокруг Сильвии по земле поползли трещины, порода начала буквально вставать на дыбы.
Вместе с этим волки, напавшие стаей на девочку, в панике начали разбегаться. Некоторых из них сбивало и валило, некоторых подбрасывало. Те, что находились дальше всего, стремились быстро убежать. Сильвия не собиралась догонять ни одного из них.
Выпрямившись, девочка осмотрела оставшихся вокруг нее хищников. По этим встревоженным, но решительным волчьим взглядам было понятно, что теперь они видели в ней не только свою добычу. Показательного выступления Сильвии оказалось достаточно для того, чтобы сразу выявить кто в этом лесу был опаснее, и волки это поняли.
Попятившись, некоторые из них грозно зарычали и в мгновение ока бросились прочь. Все остальные, заметив, что собратьев остаётся все меньше, также побежали вглубь леса.
В конце концов Сильвия осталась одна в окружении деревьев и кустарников. Она могла бы сказать, что в этом месте было достаточно темно, однако из-за источника света в ее руках темно на самом деле не было. Сияющий при луне драгоценный камень, находившийся в ее ладони, чертил своим светом одну длинную ровную полосу, тянувшуюся вперед. Ровно по этой полосе, каждую ночь, Сильвия и шла.
– Нужно торопиться, – вслух произнесла девочка, выпрямляясь и разворачиваясь. – Сияние этого предмета видно только при луне. Какая непостоянная вещица попала в мои руки.
***
Раздалось бренчание колокольчика. Выбравшись из торговой лавки на улицу, Кассандра остановилась. Как обычно, ее удобную одежду в виде простых бридж и короткого топа скрывал белоснежный медицинский халат. Темные волосы были собраны в хвост на макушке, что было довольно удобным в такую жаркую погоду.
Людей в городе, как обычно, было полно. Место, в котором Кассандра находилась, было центральной улицей главного города в Академии духа. Большое скопление магазинов, крупные библиотеки, спортивные залы, арена для поединков и все различные зоны отдыха – это было тем местом, в котором могли расслабляться и наслаждаться своим свободным временем все студенты, конечно же, кроме теоретиков. Так как за плечами Теоретического пантеона уже была парочка скандальных случаев с масштабными сражениями прямиком на городских улицах, а также печально известная репутация неудачников, вход на общие острова для учеников из этого пантеона просто был закрыт. Единственное время, когда даже теоретики могли посещать этот город, было праздниками или крупными мероприятиями на подобии посвящения новых учеников.
За спиной медсестры раздалось бренчание колокольчика, а следом и жалобный мужской зов:
– Кассандра, подожди меня.
Темноволосая медсестра обернулась. Эта девушка, имевшая довольно привлекательные, но строгие черты лица, густые чёрные брови и темные пышные волосы, бегло осмотрела мужчину в белом халате, следовавшего за ней. Тарон Морде, врач, с которым в паре работала Кассандра, выглядел уставшим. На его плечах висели тяжелейшие сумки с покупками, а в руках стояло еще несколько коробок с медикаментами, приобретенными совсем недавно.
– Медленно передвигаетесь, – холодно произнесла Кассандра, – как черепаха.
– Касс, а ты можешь пару коробочек…
– Нет.
Девушка резко развернулась и уверенно шагнула вперед, прямо в поток прохожих. Чуть громче и решительнее она добавила:
– Это ваше наказание за то, что вместо работы вы вечно спите, а я потом со всем разбираюсь.
Тарон тяжело вздохнул. От этого движения, очки на его лице скатились по переносице, но он, увлеченный самобичеванием, даже не заметил этого.
Конечно, Кассандра была права. Довольно часто в последнее время ее «начальник» вместо работы спал. Конечно, это вызывало потом горы невыполненных поручений. И, конечно, помогать с их выполнением всегда приходилось ей. Возможно, не будь Тарон настолько безответственным, тогда и отношение Кассандры к нему было бы иным.
Развернувшись в направлении выхода из города, медсестра довольно спокойно начала лавировать между людьми. Она не ускорялась и даже незаметно старалась идти в одном темпе со своим компаньоном, правда, поступала она так чисто из-за меркантильных целей – за уничтоженные покупки потом расплачиваться пришлось бы обоим.
Еще возле лавки Кассандра заметила, что что-то было тут не так. Казалось, какое-то внутреннее чутье подсказывало ей, что она буквально находилось в самом центре водоворота, и вскоре девушка поняла, что так оно и было.
Громкий мужской голос где-то по правую руку самоуверенно заявил:
– Как долго ты будешь прикидываться дурочкой?
Решительный темноволосый парень, облаченный в ярко-красную форму Специального пантеона, широко улыбался. Этот человек был довольно высоким и мускулистым. Даже его лицо имело довольно приятные мужественные черты. Если бы не его прямолинейный и довольно навязчивый характер, можно было бы подумать, что он был надёжным человеком. Правда, больше всего этого в его внешнем виде цепляло ни что иное, как ярко-красная татуировка дракона на его шее. Парень будто специально подбирал такую одежду, которая не скрывала этой метки.
– У меня нет желания тратить на тебя время, – отвечала ему собеседница. Девушка, примерно лет восемнадцати-девятнадцати, была одета в белоснежную форму Углубленного пантеона. Любой, кто увидел бы ее, смог бы назвать ее красавицей. Округлые черты лица, вытянутый нос, слегка пухлые губы цвета персика и большие голубовато-зеленые, словно морская вода, глаза – именно так можно было описать ее внешность. Темно-каштановые волосы этой незнакомки были сплетены в две пышные косы и опущены по плечам. Они тянулись до самой талии.
Эта девушка, как и ее собеседник, также имела странную татуировку. Белоснежный, совсем неестественный на вид дракон проглядывал на ее бедре через высокий разрез на юбке. Всякий раз, как незнакомка шагала или просто выставляла ногу, можно было увидеть ее татуировку.
Так как Кассандра проходила именно в момент ссоры этих двоих, довольно скоро и ее, и эту парочку окружила заинтересованная толпа. Медсестра, молчаливо наблюдавшая за ситуацией, сразу поняла, кем могли быть эти личности:
«Это и есть метка дракона? Обычно на всю академию находится только четыре владельца этой древней силы, хотя… – На губах Кассандры появилась улыбка, только она вспомнила о последнем, всеми нелюбимом пантеоне. – На самом деле их должно быть пять».
– Прекрати извиваться, – продолжал говорить Фасгар Хэттен, ученик Специального пантеона и единственный возможный владелец красной метки дракона. – Брось, мы же можем прекрасно поладить, если ты перестанешь вести себя так высокомерно. Я же не хочу сделать ничего плохого.
– И ты говоришь это несмотря на то, что презираешь всех углубленников?
Девушка презрительно сощурилась, а Фасгар замолчал. По его настороженному выражению лица сразу стало понятно, что эти слова не были простым предположением. В них была скрыта доля истины.
– Я ненавижу лицемеров, – продолжала Иллия Эдагер, являвшаяся единственным владельцем метки белого дракона. – Не знаю, чего ты добиваешься своим дружелюбием, но изволь исключить меня из своих планов.
– Это потому, что я мужчина?
Иллия на мгновение замолчала. Она была удивлена тому, что ее секрет был известен кому-то кроме ее приближенных. Поэтому, не сразу собравшись с мыслями, она ответила:
– И что с того? Да, меня воротит от мужчин, но от тех, кто пытается меня обмануть, меня воротит еще больше.
– Ладно, я понял. – Фасгар тяжело вздохнул и развернулся. Он даже не видел смысла в том, чтобы возражать. – С тобой точно никто не захочет связываться. Такому характеру можно только посочувствовать.
– Что ты сказал?
Иллия начала закипать. Ее и без того большие яркие глаза округлились, брови сдвинулись в одну тонкую линию.
– Я не буду повторяться, – уверенно произнес Фасгар, поднимая руку и прощально взмахивая ей, – иначе ты скажешь, что я тебя оскорбляю.
Иллия начала открывать и закрывать губы так, будто бы она хотела что-то на это ответить, однако ее мысли были в таком хаосе, что из всего возможного она прокричала только одно:
– Вызываю тебя на бой!
Фасгар замер. Подняв свой усталый взгляд к небу и, вновь тяжело вздохнув, он протянул:
– Да, вот об этом я и говорил. – Парень обернулся лицом к собеседнице и решительно ответил: – Отказываюсь. Более ты мне неинтересна.
– С каких пор специалисты убегают от драки?
Теперь пришла пора удивляться и Фасгару. Растерянно покачав головой, парень усмехнулся и протянул:
– А ты не такая глупая, какой пытаешься казаться. Приплела мой пантеон, чтобы не оставить выбора? Ты же понимаешь, что я тебя сделаю?
Иллия гордо приподняла голову и с полным презрением ответила:
– Посмотрим, высокомерный выродок.
– Когда?
– Во время посвящения. Тогда как раз соберется много зрителей, которые с удовольствием посмотрят на твое поражение.
Фасгар широко улыбнулся. Нервный смех, вызванный всей этой ситуацией, сорвался с его губ. И ведь все это не началось бы, если бы только он не захотел наладить связи с другими владельцами меток.
– И почему я сразу не понял, какая ты сучка?
Кассандра так и продолжала молча наблюдать за этой сценой. Как и остальным, ей было интересно следить за взаимодействием этих двоих. Владельцы драконьих меток были все равно, что представителями своих пантеонов, и от того, как они действовали, зависело то, как другие оценивали их пантеон. Иногда влияние этих людей было настолько велико, что отношения между владельцами меток меняли отношение одного пантеона к другому.
«Довольно редко, – размышляла медсестра, – можно встретить пересечение драконоборцев. Обычно эти ребята либо скрываются в своих пантеонах, либо уходят на сложные миссии. Даже я впервые вижу их своими глазами».
– Ох уж эти владельцы меток, – поникшим тоном протянула Кассандра, – и чего им неймётся?
– Согласен, – внезапно прозвучал мужской голос со стороны. – Теперь на посвящении будет шумиха.
Медсестра удивленно повернула голову влево. Рядом с собой, к своему удивлению, она увидела знакомое лицо. Молодой парень в ярко-желтой форме Технического пантеона, по имени Син-тус стоял почти плечом к плечу с Кассандрой и улыбался.
– Позволите вам помочь?
Кассандра не успела ответить. Единственная сумка, которая у нее была, висела на ее плече, и то она оказалась быстро снята юношей. Син-тус, гордо забрав чужие вещи, счастливо посмотрел на девушку.
– Явно ведь не за просто так, – с подозрением протянула медсестра.
Парень радостно закивал. Не скрывая своих корыстных мотивов, он ответил:
– Да, у меня накопились вопросы по поводу лекарственных трав. Сами ведь знаете, ваши знания – это сокровища.
– Не все это понимают. – Кассандра улыбнулась, развернулась и медленно направилась дальше. Син-тус пошел следом. – Многим проще засесть в библиотеках, чем наладить контакт с тем, кто может без особого труда их обучить.
Парень ничего не отвечал. Он просто улыбался и как бы понимающе кивал.
– Как давно ты в академии? – внезапно спросила Кассандра.
– Около двух лет.
– О, тогда ты знаешь одну мою знакомую.
– Какую? – Син-тус приподнял голову и непонимающе взглянул на свою спутницу. Медсестра, так и не опуская на него взгляда, с улыбкой ответила:
– Сильвию Роллан. Знаешь, девочка такая была.
– Да… – Парень натянуто улыбнулся. – Знаю.
Эту странную, грустную интонацию Кассандра уловила сразу же. Посмотрев на расстроенного юношу, будто намеренно избегавшего взгляда, она протянула:
– Сказал так, будто вы не ладите.
Син-тус улыбнулся еще шире, но в этот раз намного печальнее и грустнее. Опустив голову и замедлив шаг, он тихо произнес:
– На экзамене была одна неприятная ситуация. Я сделал кое-что нехорошее по отношению к ней.
– Намеренно?
– От страха. Хотя, будет вернее сказать, что я просто ничего не сделал, чтобы ей помочь.
– Ну, Сильвия хороший ребенок. Она простит тебя или просто забудет. Злиться уж точно не будет.
– А ты, – внезапно неподалеку прозвучал голос доктора Тарона, – как всегда добра.
Кассандра, оглянувшись, заметила мужчину, все это время осторожно следовавшего за ней. Недовольно нахмурившись, девушка ответила:
– А вы, любитель поспать до обеда, помалкивайте.
***
– Можете звать меня Освальдом.
Мужчина, облаченный в довольно вызывающий наряд, состоявший из кофты в ярко-красных тонах с глубоким вырезом и облегающих черных штанов, стоял на улице прямо напротив толпы.
Люди, находившиеся перед ним, были теми, кто всем сердцем желал поступить в Академию духа. По их серьезным взглядам и по решимости, витавшей в воздухе, можно было сразу сказать, насколько важным был для них этот момент.
– У нас мало времени, поэтому я буду объяснять все быстро. – Освальд повернулся полубоком и рукой указал на отвесную скалу, расположенную неподалеку от него. В этот момент он и толпа, находились достаточно близко к обрыву. Напротив, через десяток метров пустоты, располагалась другая скала, которая как бы заключала все это место в одно большое ущелье. – Там, внизу, – продолжал говорить мужчина, – находится селение. В самом его центре стоит указатель, рядом с которым будет следующая точка сбора. Ваша первая часть испытания заключается в том, чтобы добраться до указателя и дождаться появления следующего экзаменатора. На это вам выделен целый час. Это всем ясно?
– Ясно! – хором отвечала толпа.
– И не надейтесь, что это будет легко, – Освальд хитро улыбнулся. Довольно потерев подбородок, он повернулся лицом к своим слушателям и гордо продолжил:
– Всякий раз на моем испытании находятся смельчаки, не способные здраво оценивать ситуацию. Все не так просто, как кажется. Вам еще придется попотеть, во время спуска к…
Неожиданно Освальд заметил, что все взгляды новичков были устремлены за его спину. Явно ощутив неладное, мужчина недоверчиво, даже немного настороженно, обернулся.
В это время прямо на краю обрыва появилась рука. Ухватившись за выступ, она приподнялась и как бы помогла всему телу подтянуться. Следом за рукой показалась светлая макушка, которая, приподнявшись, почти сразу позволила увидеть лицо совершенно спокойной девочки.
– О, – протянула Сильвия при виде знакомого мужского лица, – сэр экзаменатор, здравствуйте!
Широкая, счастливая улыбка малышки вызвала напряжение. Освальд, осознавая, что только что все его выступление было загублено этим появлением, недоверчиво спросил:
– А ты еще кто?
– Ученица в вашей академии. – Сильвия закинула ногу на выступ, приподнялась и окончательно забралась на ровную поверхность. Поднявшись на ноги, она начала быстро оттряхивать свою одежду. – Года два назад поступала. А что это тут у вас происходит?
Освальд нахмурился. Теперь он начинал припоминать то самое испытание, когда впервые ему довелось работать экзаменатором. Конечно, он вспомнил и эту девочку, которая уже тогда задавала ему лишние вопросы.
– Испытание.
– Испытание? – с улыбкой переспросила Сильвия.
На самом деле в этом месте и в это время она оказалась совершенно случайно. Камень, который привел ее сюда на рассвете, перестал работать еще часа четыре назад. Единственное, что смогла осознать Сильвия, так это то, что ей нужно было пройти через все селение, располагавшееся в ущелье и взобраться по скале вверх. Так она и сделала, из-за этого и оказалась здесь.
– А можно я тут с вами посижу?
Неподалеку прозвучал тихий женский смех. Услышав его, Сильвия перевела взгляд на толпу, стоявшую перед Освальдом. Среди всех этих новичков она заметила фигуру женщины, явно выделявшейся на фоне других. Это была загорелая, темноволосая незнакомка в открытом одеянии южан, представлявшем из себя лишь черный топ и штаны-афгани.
Уже издалека было видно, что эта женщина была сильна. От нее так и веяло опасностью. И даже несмотря на то, что она намеренно скрывала свою ауру, скрыть ее полностью у нее точно не получалось.
Присматриваясь к этой незнакомке, Сильвия пыталась вспомнить, где же она ее видела. И ведь один раз в жизни она ее точно уже где-то видела.
Внезапно их взгляды встретились. Самоуверенная Кроуфорд, не без интереса изучавшая этого загадочного ребенка, усмехнулась.
– Ладно! – прозвучал громкий крик Освальда. – Я объявляю испытание открытым. Всем разойтись!
После этой команды люди и впрямь начали расходиться. Провожая их взглядом, Сильвия мимолетно размышляла о том, что еще год назад она была среди таких же новичков.
– Почему ты здесь? – спросил Освальд. Мужчина, приблизившись, сверху вниз окинул фигуру девочки.
– Мне бы в академию вернуться. Думала, как попасть туда побыстрее.
Сильвия слащаво улыбнулась. В ее глазах появилось столько мольбы и жалости, сколько не могло скрываться в одном человеке. Даже Освальд смотрел на это ее грустное выражение лица с напряжением.
Быстро прикинув все «за» и «против», мужчина ответил: