Текст книги "Гражданская война (СИ)"

Автор книги: George Koba

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 30 страниц)

– Это… – заговорил рядом Чак, заворожённый увиденным.

Потрясающее зрелище, от которого поднималась волна, похожая на вздымающийся пузырь кипящего масла, накрывающий всю долину и стремительно приближающийся.

– В укрытие! – опомнился Чак и побежал прочь.

– Фрейир… – прошептал Зи имя отца.

Ему вспомнился родимый дом. А затем стремительная волна с рёвом снесла его с ног…

⠀

Атака мандалорцев оказалась полной неожиданностью. Нил потерял почти весь свой отряд. Мы с трудом успели подоспеть на помощь. Ещё больше разумных полегло от снайперов, когда мандалорцы отступили на реактивных ранцах.

Это была засада. Или хорошо спланированная тактика. Мы смогли задавить их, хотя это сложно было назвать победой. Погибли также и некоторые джедаи.

Два оборонительных пояса перед крепостью были взяты. Оставался последний, вокруг самой Каир Наггат. Всё те же укреплённые бункеры с пулемётами находились перед нами, только теперь расстояние до них было не столь велико.

Каир Наггат возвышался монолитом на огромном земляном вале, когда-то тоже бывшим частью крепости, но подчистую уничтоженном бомбардировкой. Во мне же возникло сильное желание сравнять её полностью с землёй.

В этот раз я решил учесть ошибки прошлых попыток и посчитал важным как можно быстрее сократить дистанцию. Теперь же я ринулся на врагов в авангарде.

Световой клинок полыхал в моих руках, отбрасывая изумрудные блики. Я чувствовал свою ответственность за всех этих людей и что-то внутри меня требовало их защитить. Я делал то, что мог… Нёс смерть.

Усилив собственное тело Силой, я вырвался далеко вперёд от остального авангарда. Мой темп смогли поддержать лишь несколько джедаев, но большая часть отстали. Как только я достиг первого бункера, отбивая неистовые очереди пулемёта, то сразу же обрушил на врагов мощную волну Силы, способную проникнуть внутрь через бойницы и сбить противников с ног.

Перелетев через бункер, я оказался в задней его части, вырвав дверь Силой, я ворвался внутрь и буквально за минуту перерубил всех внутри.

Когда покинул бункер, передо мной возвышалась могучая Каир Наггат, будто посмеивалась надо мной.

– Жди, – прошептал я, обращаясь к крепости.

И помчался вдоль линии фронта к очередному бункеры, убивая всех на своём пути…

⠀

Карал остановился посреди коридора. Он и двое его дроидов находились на борту «Знамения».

Хьюянг и НК-47 теперь почти всегда сопровождали его, других дроидов у Карала не осталось. 3C-FD пришлось оставить на Дантуине, так как механик так и не успел его починить, а о Т3-М4 так и не было вестей, он пропал бесследно.

Твилек прислонился к металлической стенке коридора, и та показалось ему ледяной. Очередной приступ. Карал постучал кулаком по груди – это раньше помогало, но теперь всё реже от этого появлялся хоть какой-то эффект. Нужно было обратиться в медсанчасть, но времени на это совсем не было. Его привлекли к ремонту системы искусственной гравитации, даже дали ему бригаду помощников, но все они были неквалифицированными рабочими, в итоге Каралу приходилось к любой проблеме подключаться самостоятельно.

Он как раз шёл, чтобы доложить о том, что так никуда не годится, когда у него случился очередной приступ.

Конечно, его никто не послушает. «Знамение» считался не самым важным кораблём, хотя ходили слухи о том, что гранд-мастер Реван желает сделать его своим флагманом.

Рядом, чуть дальше по коридору, находился крупный иллюминатор, и НК-47 подошёл к нему. Хьюянг также последовал за ним, прежде удостоверившись у Карала, что хозяин не нуждается в помощи. Эти двое стали совсем близки как двое друзей, которые вечно спорят.

– Какая красота… – произнёс заворожённый НК-47.

– Я бы высказал сомнение по поводу вашего комментария. Мне не видится ничего красивого в войне. Это предрасполагает лишь к хаосу и опустошению. Истинная суть существования дроидов видится в верховенстве разума и абсолютной справедливости.

– Утверждение: наиболее тонка грань между жизнью и смертью именно в сражении, – парировал НК-47, который уже выдавал изречения не хуже, чем Хьюянг. – В любую секунду всякий на поле битвы может погибнут, потому именно тогда и лишь тогда можно познать истинную природу вещей…

«Опять полемика… – задумался Карал. – Теперь НК-47 тоже стал философом, а не просто желает избавиться от всех мешков с мясом…»

Острая боль груди отпустила, оставалось лишь небольшое головокружение и жар в районе сердца.

Карал заставил себя идти дальше, дроиды проследовали за ним, продолжая рассуждать о добре и зле.

⠀

Потребовалось не меньше часа, чтобы закончить бой. За это время я опустошил несколько десятков бункеров и перебил больше сотни врагов. Реван во мне ощущал холодную усталость от сделанного, соизмеримую с расчётливым чувством долга.

Я сделал то, что и должен был. Без этих жертв невозможно будет закончить войну. Мир выстилается кровью, и я оказался вынужден платить эту дань.

Кровь врагов и кровь моих солдат. Всё смешалось. Не было разницы в том, кого убиваешь, эти же ситхи когда-то следовали за мной. Всё это лишь общая жертва какому-то кровавому Богу-игроку, манипулирующему Галактикой или исконной человеческой алчностью.

Тейси был рядом со мной. На нём лица не было, он будто бы постарел за это время. Но это лишь первые минуты после битвы, скоро мы оба придём в себя и забудем про все эти жертвы, будем весело смеяться, как будто ничего и не было. Такова война.

Лейтенант смог найти меня в бою и несколько раз помог мне, а я пару десятков раз спас его шкуру. Равноценный обмен, если сравнивать обычного вояку и джедая. Но разве кто-то стал бы считать кто и сколько кого спас? Так бывает только в эффектных боевиках на экранах, тут было всё проще.

Тейси громко сплюнул. Он был весь мокрый от пота, как и я. Жара стояла неимоверная, но мы все уже и позабыли о ней.

Я огляделся, не веря своим глазам, мы смогли загнать противников в крепость, они отступили. Бой был выигран. Какая бы не была цена, мы сделали это.

Тяжело вздохнув от изматывающей жары, я отдал команду Тейси:

– Окружить периметр, нельзя позволить кому-то оттуда выйти, хотя, как мне кажется, они и сами не решатся. Теперь нам нужно найти способ прорваться внутрь.

– Или завалить их, оставив погребёнными заживо, – отозвался лейтенант.

Тейси сражался достойно. Многие из тех, кого он хорошо знал, погибли сегодня. Он имел полное право ненавидеть этих врагов. Я же, джедай, так думать не мог.

– Или так, – всё же выдохнул я и наконец-то потушил световой меч.

⠀

Тариилок была измотана последней битвой. Им противостояли элитные солдаты ситхов вместе с боевыми дроидами. Пришлось отступить. Это решение далось ей нелегко, но потери среди своих стали слишком велики, чтобы продолжать бой. Каир Карник казалась неприступной, повстанцы также отступили, а боевой дух сильно пал.

Хорошей новостью стало то, что мастеру Квилу всё же удалось уничтожить последнюю зенитку, пока Тариилок и повстанцы оттягивали на себя внимание. А это означало, что можно было начать планетарную бомбардировку, но твилечка сильно сомневалась в этом решении.

Скорее всего, это не поможет и крепость выстоит, ведь именно против таких атак он был сконструирован. Но взять его штурмом никак не удавалось, слишком многие погибли в этих бессмысленных попытках.

– Тариилок, – окликнул запыхавшийся Квил, он только что прибыл со своим отрядом.

Наутолан казался измученным, ещё хуже выглядел его отряд. У каждого виднелось ранение или как минимум несколько серьёзных ссадин.

– Мы не можем продолжать, – сказал он и громко выдохнул.

Она и сама это прекрасно понимала.

«Джедай – это Хранители мира…» – говорил в её голове голос Жара Лестина.

Но никто не говорил ей, что мир может быть очень разным.

– Передайте адмиралу Гинбельтону, чтобы он начинал бомбардировку, – сказала она ближайшему солдату, он явно был рядовой, но в этой битве уже смешались все должности и звания.

Нужно было отдать приказ хоть кому-то, кто ещё был жив.

– Мир может быть разным, – произнесла она вслух то, что думала, глядя на Квила, а точнее сквозь него.

– Тариилок… – попытался заговорить с ней мастер. Но она отвернулась и поглядела на крепость.

Несокрушимая Каир Карник будто посмеивалась над ней, забрав сколько жизней. Хотела ли сейчас Тариилок мести? Твилечка спрашивала саму себя.

Она хотел справедливости. Эта крепость не должна была существовать, ничто не должно быть настолько несокрушимым, иначе враг мог использовать это.

Прошло около пяти минут, пока Тариилок окончательно осознавала свой поступок, а затем Рэй напомнил о себе…

Алые лазеры обрушились на монолитный обелиск. Крепость утонула в раскалённом пожаре. Тариилок понимала, что поступает не как джедай, но прекрасно осознавала, что это верное решение для генерала.

Квил стоял рядом. Наутолан слегка морщился, глядя на пламя.

Посещали ли его те же мысли и угрызения совестить?

– Мир бывает разный, – ответила она ему, хотя он и не задавал вопроса. – Мы Хранители мира. Мы должны защищать тех, чьи судьбы на нас возложены.

– Но может ли это стать нашим оправданием? – спросил Квил. Мастер отвернулся от пожара и положил руку на плечо Тариилок. – Вот, о чём я думаю. Смогу ли я сам себя оправдать после всего этого…

Наутолан скорбно улыбнулся и направился куда-то прочь, подальше от этого места. А Тариилок продолжила наблюдать за пламенем. Сколько там осталось ситхов? Она не хотела сбегать от своего решения. Рэй продолжал жечь… Температура вокруг Каир Карник стала настолько высокой, что даже скалы в округе стали оплавляться.

«Ничто не может быть несокрушимым, – подумала она. – И так же точно это относится ко всем разумным. Возможно, что Квил уже на своём пути к падению. А, может быть, и я…»

⠀

Спустя полчаса мы вновь вернулись в штаб, чтобы обсудить план дальнейших действий. Нам так и не удалось никаким образом попасть внутрь Каир Наггат. Тейси предлагал способ, который по его утверждениям позволил бы нам взорвать крепость ко всем чертям.

– Необязательно убивать, – влезла в наш разговор катарка, которая всё это время была в штабе под охраной Саймона.

Мы все поглядели на неё. А Тейси произнёс с недовольством:

– Тебя не спросили!

– Постой, – охладил я лейтенанта. – Пускай скажет. У тебя есть другой план? Есть какой-то тайных ход?

Журналистка смутилась, когда на неё поглядели военные, но всё же была непреклонна:

– Я о другом. Есть иной способ борьбы. Это информация.

После этих слов мне почему-то вспомнился Каббурра. Хатт говорил также и неплохо владел этим оружием.

– Ты про журналистику? – поинтересовался я.

– Как же нам могут помочь тут глупые видосы и болтовня? – возмутился Тейси.

– Может быть, в её словах и есть смысл, – заметил Нил.

Мастер стоял, скрестив руки на груди и прислонившись к стене штаба, и слегка улыбнулся, наблюдая за катаркой.

– Я не понимаю! – взмахнул руками Тейси.

А мастер Нил, похоже, уловил то, что имела ввиду Нареша.

– Мы могли бы записать обращение, – заговорила журналистка. – Если ты тот самый Реван, о котором я думаю, то эти люди давали тебе присягу, когда отреклись от Республики. Многие из них могут быть по-прежнему преданы своего прошлому лидеру…

– Глупости, – перебил Тейси. – Я сам военный. Нужно взорвать её!

– Нужно хотя бы дать им шанс! – взмолилась Нареша.

– Если мы сможем закончить эту битву без жертв, я буду только рад, – поддержал идею журналистки мастер Нил. – Орден проповедует отказ от бессмысленных жертв.

– Но у нас не так много времени, – засомневался я.

– И у нас нет с ними связи, – напомнил Тейси.

– Сколько нужно времени на то, чтобы сделать запись? А затем каким-то образом направить им?

– Записать обращение – это дело десяти минут, тебе просто нужно произнести на камеру речь, – в тёмно-синих глазах катарки засияла надежда. – А вот с передачей данных будет сложнее… Мне нужны ваши советы.

– Мы разрушили вышку связи, это бесполезно, – сказал Тейси. – Они сейчас в информационном вакууме.

– Но мы ведь можем её восстановить, – задумался Нил. – У них не будет связи с остальным миром, но мы можем послать им напрямую нашу запись.

– Это несколько недель работы! – негодовал Тейси.

– Есть у нас кто-то, кто понимает в этом? – прервал я их. – Вызовите лучшего. Мне нужен ответ как можно быстрее.

Тейси кивнул и ушёл. Мы стали дожидаться. В помещение застыло нервное молчание. Я же думал над тем, что заставляет меня искать другие варианты. Взорвать крепость – это было быстро и просто. Военных хорошо умели это делать. Для этого не нужно было что-то выдумывать.

Тейси вернулся с Саймоном.

– Нужно восстановить связь с Каир Наггат, – сказал я связисту.

– В двух словах я уже описал ему, пока мы шли, – добавил Тейси.

Парень выглядел взволнованным. Глядя на меня, он стал тараторить:

– Это можно, но… Но… Я могу соединить по стандартному каналу без шифрования, если подстанция ещё способна передавать сигнал…

– Сколько это займёт времени? – оборвал я его, так как мне не важны были технические подробности.

Саймон задумался, глаза его были полны нерешительности.

– Ну же, мальчишка, отвечай. Ты можешь спасти жизни, – надавил Нил.

– Полчаса или час, – неуверенно ответил Саймон.

– Тогда принимайся за работу немедленно, – приказал я ему. А потом обратился к Тейси: – Заложи заряды, если ничего не получится, то взорвём крепость.

Тейси довольно улыбнулся и не сказал больше ни слова.

– Надеюсь, что получится, – тихо произнесла катарка.

Она сжимала кулаки, явно надеясь на лучшее.

– Всё получится, – улыбнулся ей мастер Нил.

И я удивился тому, как Нил ухватился за эту идею вместе с журналисткой. Вот уж идеалы джедаев… Нил поистине мечтал избежать лишних жертв, особенно, если учесть, как сильно пострадал его отряд во время штурма. Он был решительный и сострадательный, такие джедаи и нужны были мне.

– Займёмся запись, не будем терять время, – сказал я Нашере.

– Сейчас приведу своего дроида, – ответила журналистка и скрылась.

Я же стал дожидаться. Нил был рядом со мной.

– Думаешь, у нас получится? – спросил я его.

– Лидер не должен сомневаться в себе, – ответил Нил и добродушно улыбнулся мне. – К тому же у тебя есть запасной план.

– Мне кажется, что мы можем только зря потратить драгоценное время. Заряды Тейси могут и не сработать. Если мы не сможем захватить крепость… Вся идея может обернуться провалом.

– Остался последний ход, – спокойно ответил джедай. – Осталось лишь дождаться окончания. Будущее уже наступило. Мы победили.

«Надеюсь, – подумал я. – Мне ещё нужно учиться быть оптимистом в столь непростых ситуациях…»

Пока я ждал возвращения журналистки, решил проверить как идёт наступление по всей планете.

Большая часть крепостей уже были захвачены – это гарантировало, что ядерного апокалипсиса на планете не случится. Тариилок уже одерживала победу в Каир Карник, хотя ей и пришлось отступить к точке высадки. Зенитные орудия были уже разрушены, и она выбрала путь планетарной бомбардировки. А вот на фронте Сенд Полло дела шли совсем плохо… Ядерный заряд рванул внутри крепости. Пришлось объявить экстренную эвакуацию солдат.

«Каир Карник и Каир Дин-Мар по прежнему остаются самыми важными направлениями… – думал я. – Также, как и Каир Наггат…»

Я мог быть повинен в том, что Орд-Мантелл погрузиться в ядерный апокалипсис, погибли бы миллионы, чьи судьбы были бы на моей совести… И я понял, почему идея Тейси со взрывом хороша, но задумка Нарешы давала надежду.

Катарка вернулась ко мне, а с ней и небольшой летающий круглый дроид, который какие-то образом смог улизнуть из штаба, пока мы были заняты сражением.

– Включаю запись, – сказала она.

Дроид завис передо мной. Я приготовился, выждал паузу, обдумывая слова, а затем заговорил:

– Я знаю, что многие из вас оказались обмануты…

⠀

Правая рука Миссии всё ещё дрожала после того, как ей удалось использовать Силу. Но как…? Почему молния? Она теперь чувствовала себя проклятой. И тем не менее Лок Дюрал похвалил её. Мог ли он сам быть причиной того, что произошло с Миссией?

Твилечка всё также брела с отрядом по туманному городишке, пересекая какую-то рыночную площадь, а солдаты будто бы стали теперь остерегаться её.

Больше им никто не встретился, все в городе были мертвы. Но ещё нужно было провести спасательные работы, когда угроза ситхов будет ликвидирована, чтобы попытаться отыскать выживших.

Ситхи выпустили газ, когда люди восстали, узнав о приближении республиканской армии. Возможно ли было кого-то спасти?

«Зачем сражаться, если всегда такой исход?» – с грустью думала Миссия, понимая что идёт среди домов-могил.

Пройдя напрямик рыночную площадь отряд вышел на дорогу, поднимающуюся наверх мимо одноэтажных зданий. Туман стал постепенно рассеиваться.

Дорога уводила на невысокий скалистый холм, там находилась станция связи и бункер. Нуа-Дуваар решил, что там, возможно, удастся отыскать выживших. Миссия не совсем понимала, зачем нужно было идти туда, если на планете уже не осталось никакого правительства, готового капитулировать, их задача была выполнена.

Это можно было назвать успехом, если у Ревана и остальных всё получится, тем не менее весь отряд шёл с мрачными лицами. Лишь Лок Дюрал и Нуа-Дуваар никак не менялись, хотя по их маскам сложно было понять о чём они думают.

Подъём заняли у них около получаса, за это время никто так и не повстречался. Нуа-Дуваар вёл их уверенно, будто бы точно знал, куда нужно идти.

Наверху ими был обнаружен небольшой служебный комплекс с невысокой радиовышкой. Кель-доры провели отряд на нижние уровни, находившиеся под землёй, и вскоре перед ними возникла крупная металлическая дверь бункера.

Системы энергоснабжения были отключены. У двери был резервный ручной способ открыть её, но он был кем-то намеренно испорчен.

– Похоже, что их заперли внутри, – сказал командир отряда, – если там кто-то есть…

– Сотни жизней, – произнёс отрешённо Нуа-Дуваар.

Кель-дор зажёг свой жёлтый клинок и подошёл к двери, а затем вонзил в неё свет меча.

Металл стал плавиться и стекать на пол. Через минут десять было проделанно первое сквозное отверстие, и с другой стороны послышались голоса. К Нуа-Дуваару присоединился Лок Дюрал, и вскоре с дверью было покончено.

Металлическая махина с грохотом упала, а на другой стороне оказались выжившие. Они встретили республиканцев радостными возгласами.

Отряд вошел внутрь. И пока Миссия разглядывала тех, кого им удалось вызволить, кель-доры и командир отряда общались с кем из старших. Краем уха Миссия услышала подробности:

– Когда мы восстали, узнав о том, что вы направляетесь к нам, ситхи решительно постарались уничтожить всех нас. Мы успели спрятаться тут, но они запели нас…

– Ревану будет любопытно узнать эту историю, – заметил командир отряда.

К Миссии подошла какая-то пожилая женщина и схватила её за руку. Твилечка вначале испугалась, но потом смогла разобрать, что она бормочет:

– Спасибо вам! Спасибо! Если бы не вы… Мой сын, они убили его…

Пожилая женщина плакала. А Миссия обратила внимание на то, что она была явно не из простых граждан, на ней были дорогой наряд и роскошные украшения.

«Это мать погибшего губернатора…» – произнёс голос Лок Дюрала в голове Миссии. А ей оставалось лишь гадать откуда ему это известно.

«Она благодарит меня… – подумала Миссия. – Меня ещё никогда не благодарил кто-то столь высокого положения… Вот уж правда, что поле битвы уравнивает всех».

⠀

Глаза болели так сильно, что Заалбару казалось будто бы в них когтями вцепились несколько кинратов. Кожа словно уже не так сильно ныла, хотя и покрылась вздувшимися пузырями, а жар по телу будто струился теперь откуда-то изнутри.

Зи с трудом пытался разглядеть всё вокруг. Пламя аргазданцев уже не было. Волна, которая сбила его с ногу, уже прошла. Вокруг кружила пыль, затмевая небо, из-за неё всё виделось в каком-то болотно-зелёном свете.

Что это было? Он с трудом осознавал реальность. Всё вокруг смешалось… Кашиик, отец, Миссия, война… Новая реальность давалась ему с трудом. Также, как когда-то он привыкал к иному миру после того, как покинул родной дом.

У него всегда должна была быть цель… На Кашиик он жил ради того, чтобы избавить вуки от рабства. После он скитался будто безумный зверь, пока у него не появилась в жизни Миссия. В глубинах Нижнего города он жил, чтобы защищать её. Теперь же…

У него всё ещё было, кого защищать. Неважно, где бы он оказался. Пускай Реван был далеко, Заалбар всё ещё служил ему, его людям.

Зи лишь в мечтах наделся, что Реван способен избавить всех разумных от рабства. Пусть хотя бы там, где гранд-мастер сможет дотянуться, и каким бы ни было порабощение – явным или скрытым.

Заалбар собрался с силам. Пузыри на коже лопались из-за перегрева тела. Он громко зарычал, но не от боли, она была неважна, Зи был поражён собственной решимостью.

Он должен был защищать…

Зи стал оглядываться в поиска своего отряда. Место, в котором он оказался, сильно отличалось от того, где их накрыл взрыв. Рядом не было ни Чака, ни Джордана. Зи побрёл в поисках их, с трудом переступая с ноги на ногу, превозмогая боль.

Каждое новое движение давалось ему лучше. Он постепенно научился не замечать новых лопающихся пузырей, боли в глаза, своё собственное стонущее тело… Всё это было неважно сейчас.

Он нашёл первого солдата… У него было свернута шея, и хребет торчал наружу. Заалбар склонился над ним и затем оттащил, так как из под него торчала чья-то рука.

Вуки стал раскидывать камни. Под завалом он нашёл ещё одного солдата. Этот был аргазданцем. Его крупный металлический доспех был пробит, а из живота вывалились внутренности. Зи бросил его и пошёл дальше.

Где-то здесь должны были быть Чак и Джордан… Зи искал свой отряд... Перебирая одно тело за другим…

⠀

– Никто не вышел, – заключил Тейси. Он перекинул зубочистку с одного кончика рта на другой и спросил: – Взрываем?

«Ситхи и мандалорцы погибнут по завалами, – подумал я. – Какая глупая и бессмысленная смерть…»

Но ждать больше было нельзя.

– Взрывай, – скомандовал я.

– Невозможно… – шептала Нареша. – Речь получилась превосходная… Неужели им не важны собственные жизни?!

Каир Наггат походила на огромный земляной курган с торчащим из него шпилем. Рэй хорошенько прошёлся по ней, но крепость выдержала и с виду даже не дрогнула, лишь земля вокруг была выжжена.

Тейси хорошенько обложил её взрывчаткой вокруг. Я сомневался, что это хотя бы повредит конструкцию, раз даже бомбардировка не смогла. Но лейтенант утверждал, что правильно направленный взрыв способен это сделать.

Тейси сам подошёл к взрывателю. Этот вояка был достаточно безумен для того, чтобы собственными руками в миг загубить сотни жизней. Он ухмылялся, будто сам не осознавал тяжесть своего поступка. Обернувшись, он ещё раз поглядел на меня. Я кивнул. Тейси застыл на секунду…

– Стой! – закричала Нареша.

– В чём дело?! – недовольно взглянул на неё Тейси.

– Там… Кто-то выходит, – совсем неразборчиво из-за акцента ответила журналистка. Она невольно сорвалась на катарский.

– Она права, – ухмылялся Тейси. – Это ситхи.

– Нет, – сказал я, приглядевшись. – Мандалорцы…

Они выходили с поднятыми руками. Один за другим. Почти две сотни бойцов, закованных в броню неокрестоносцев.

– Где остальные?! – прокричал я им.

– Убиты, – произнёс самый тощий и невысокий из них.

– Как это? – не поняла Нареша.

Она говорила тихо, мандалорцы её не слышали.

Тейси пожал плечами.

– Мы готовы к переговорам, – произнёс тот же мандалорец.

– Пускай один из вас подойдёт к нам. А остальные – без фокусов, – ответил я.

Тощий мандалорец пошёл к нам, остальные же смиренно ждали. Наши люди готовы были открыть огонь. Их главный шёл к нам и на ходу снял шлем, под ним оказалась… Девушка.

Светло-русые длинные волосы развевались на ветру, и она… Была прекрасна. Мой мозг очень странно отреагировал на неё:

– Шэйн? – спросил я вслух у самого себя.

Будто бы какая-то давно забытая и пыльная шкатулка неожиданно открылась в глубинах моего сознания, и я вспомнил всё, что нас связывало…

⠀

– Джейкоб, ты и сам знаешь, что у нас ничего не получается, – говорила она, но при этом улыбалась.

Вокруг выстраивались в очередь инородцы, шаттл готовился к отправке.

– Мы можем попробовать всё сначала, – заигрывая отвечал я, пытаясь скрыть бездну эмоций, нарастающую внутри.

– Опять? – подняла правую бровь Шэйн.

Она смотрела на меня, скрестив руки на груди, и была столь прекрасна, и вновь я подумала о том, что упускаю самую лучшую девушку во Вселенной…

Шэйн отрицательно покачала головой, настаивая на том, что всё невозможно, но при этом продолжала улыбаться. Эта её постоянная игра, в которую у меня играть не получалось.

– Тебе надо покончить с твоими постоянными «неожиданными» неприятностями, – добавила она. – Покончи с «Обменом», пока не оказался в списке.

– И это говорит мне мандалорка…

– Ну… Знаешь… Я не хочу, чтобы и за мной стали гоняться самые опасные головорезы со всей Галактики, которые будут преследовать тебя…

По громкоговорителям объявили о том, что шаттл на Ондерон готов к отправке.

– Мне надо идти, – сказала она.

«Я люблю тебя…» – хотел сказать я, но смолчал.

– Джейкоб, я… – она подняла свою сумку, стоящую на полу. Я взял её за руку, мы посмотрели друг другу в глаза. – Мне пора.

– Я скоро приеду к тебе на Ондерон, – обещал я.

– Не приедешь, – сказала она. И это было правдой. – Каждый раз я сама снова находила тебя.

– Только не в этот раз, – я чувствовал, что теряю её, самую лучшую девушку во Вселенной.

Она улыбнулась мне в последний раз и направилась к уже почти опустевшей очереди.

– Я достану тебя! – крикнул я ей вслед.

– Ты меня никогда не достанешь! – обернулась в ответ Шэйн, подмигнула мне и затем выстрелила, изобразив бластер из пальцев.

– Я найду тебя даже на краю Галактики, – ответил я, сжимая кулаки и всем сердцем желая этого. Но она этого уже не слышала.

Последний раз Шэйн обернулась и помахала мне рукой.

Я стоял ещё какое-то время, глядя как шаттл поднимается в небо.

«Я потерял её… Снова, – думал я, и слёзы предательски пытались вырваться наружу. – Снова…»

А затем мою сентиментальность резко выбила тяжелая рука гаморреанца, опустившаяся на моё левое плечо.

«Хэнк!» – понял я, слезливость сразу же пропала из моих мыслей.

На меня смотрела толстая ухмыляющаяся свиноморда. Головорез выставил левую ладонь вперёд, в который сжимал записывающее устройство, и нажал кнопку воспроизведения:

– Ты меня никогда не достанешь! – отвечала голограмма Шэйн.

– Я найду тебя даже на краю Галактики, – бубнил я себе под нос, глупо сжимая кулаки.

Я так по-дурацки попался, совсем потерял голову, когда узнал, что она покидает Дералию. Даже и не подумал о слежке, о том, что приведу Хэнка прямо к ней.

«Мне бы только добраться до ячейки…» – прямо здесь в космопорту у меня было спрятано оружие.

– Есть для тебя одно дело, – сказал гаморреанец, теперь его выражение лица сделалось серьёзным. – Нужно поработать на республиканцев, знаю, что тебе это по плечу…

– Хэнк… Я… Ты же обещал, я хочу завязать с разбоями…

– Тут всё официально. Чистые деньги, хотя всё же и не стоит распространяться об этом…

Спустя несколько часов он не переставая показывал мне эту запись на повторе, продолжая избивать меня, угрожать и убеждать.

– Ты меня никогда не достанешь!

– Я найду тебя даже на краю Галактики, – отвечал я.

⠀

– Шэйн?! – в этот раз громче повторил я, потрясённый от случившегося.

– Джейкоб? – с трудом осознавая реальность спрашивала в ответ та, которую когда-то я так сильно любил.

Мы шли друг другу навстречу. Она в мандалорской броне с развевающаими на ветру волосами, а я в робе джедая, с висящим на поясе световым мечом.

– Не верю своим глазам, – шептал я.

Мы остановились друг напротив друга посреди поля битвы, изуродованного бомбардировкой. За её спиной отряд мандалорцев, за моей – мои войска. Она заулыбалась такой знакомой улыбкой.

– Я никак не ожидала, что ты всё же отыщешь меня при таких обстоятельствах, – она кивнула, глядя мне через плечо, указывая на республиканских солдат.

– Пекло! Шэйн! – воскликнул я, осознавая реальность.

А затем сделал шаг навстречу к ней и крепко обнял. Шэйн явно не ожидала, а потом всё же обмякла в моих объятиях. Её пальцы коснулись моей спины, и дрожь пробежала по телу. Я слово почувствовал себя вновь живым… И мы поцеловались…

На виду у всех.

Годы разлуки промчались мгновением перед глазами, а я впервые за всё время почувствовал себя цельным и настоящим, Джейкоб, который всегда любил Шэйн и гнался за ней, готовясь отправится даже на край Галактики.

– Джейкоб… – завороженно произнесла Шэйн, когда закончился поцелуй.

Наверное, она почувствовала нечто то же самое. Мы снова были вместе, даже против всей Вселенной, теперь ничто не могло нас разлучить.

Я джедай, а это значит, что в этот раз смогу нас защитить. Никакой Хэнк в этот раз не сможет стать помехой нам.

Всё это происходило, когда две враждующие группировки с двух сторон ожидали развязки ещё не до конца решённого конфликта.

– Что это на тебе? Роба джедая? – удивлённо посмеиваясь спросила Шэйн. – Представь, как я была удивлена, когда узнала тебя на видео…

– Мне, наверное, нужно многое тебе объяснить.

Я заметил, как к нам приближается один из её людей.

– Командир, – неожиданно оглушил меня бас Тейси.

Я и не заметил, как он подкрался со спины.

– Я так понимаю, что это капитуляция? – спросил лейтенант.

– Да, – ответила за меня Шэйн. – Наши руководители из ситхов мертвы, мы сами расправились с ними. Те, кто противился решению о сдаче, тоже оказались в этой куче.

– Это ты сделала? – спросил я.

– Мне тоже нужно многое тебе объяснить, Джейкоб, – попыталась улыбнуться Шэйн, глядя на меня. – Я уже не та девочка, ветренная и готовая бежать за своим возлюбленным.

Она пыталась сохранить нежный и добрый взгляд, смотря мне в глаза, но теперь я заметил, что на её лице заметно добавилось морщин. Теперь она казалась суровой, даже когда хотела быть прежней девочкой.

– Я возглавляю отряд мандалорцев, – будто оправдываясь добавила она.

– Понимаю, – закивал я.

– Шэйн, – окликнул мою подругу мандо из её людей. – Ребята говорят…

– Заткнись, Шайкур, – прервала она его. – Мы сдаёмся.

Передо мной была женщина-командир, которую я когда-то знал или же мне лишь предстояло узнать…

Тейси махнул рукой нашим солдатам и произнёс:

– Уводите их!

Республиканцы направились к мандалорцам с оружие наизготовку. Двое солдат подбежали к нам, они подошли к Шэйн и обступили с двух сторон.

– Уводим? – спросил один из них.

Я глядел на Шэйн.

– Всё нормально, Джейкоб, – сказала она, улыбнувшись своей улыбкой. – Я всё понимаю, мы на войне.

– Да, – согласился я и кивнул солдату.

Её увели.

Посреди разбитого поля я встретил ту, о которой забыл.