Текст книги "Тёмные плясуньи (СИ)"

Автор книги: Джиллиан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Ирина впитывала сказочную историю, слушая скупые слова, но в воображении видя целый фильм: чёрная ночь, пляшущие от потревоженного огня деревья и странные фигуры; девушка-принцесса, которую обступили немногочисленные рыцари и которую спасают те, на кого она до сих пор смотрела лишь как на развлекающих её. Теперь Ирина поняла смысл ритуала в королевском дворе. И признавала, что Керней был прав, говоря: когда она увидит этот поразительный танец, ей захочется ему научиться. Танец завораживал и не только заставлял лихорадочно биться сердце, но и в какой мере чувствовать себя возвышенно. А уж теперь, когда она знала историю… Она просто мечтала выучиться танцевать, как эти девушки в масках. Даже думать о том, что она может быть одной из них, – заставляло улыбаться, поднимая подбородок!..

Они: девушки со своими фамильярами и дама Сесиль – прошли обратной дорогой, разве что не в сам пансионат, а обошли его усадьбу и очутились перед парадным входом в академию. Её здание оказалось не слишком пышным или величественным – скорей, деловым, как привычное для Ирины офисное: вытянутое вверх на пять этажей, с длинными окнами в каких-то строгих строительно-скульптурных “рамах”. Ни скульптур, ни лепнины. Два цвета – основной желтоватый и оттеночный бежевый В общем, ничего особенного. Только вот размеры подсказали то, о чём Ирина ещё не думала: а ведь в этой академии не только курс тёмных плясуний обучается! Наверняка есть другие факультеты.

Зато именно этот факультет занимал самую большую площадь этого здания – громадный зал для репетиций и примыкающий к ним зал поменьше – раздевалка, как его про себя обозвала девушка. Впрочем, так оно и было. Две противоположные стены в этом зале располагали маленькими комнатушками, отделёнными друг от друга каменными стенками, а впереди закрывающиеся плотными занавесками – очень похоже на примерочные кабинки в магазинах, какие сотни раз видела Ирина.

Именно здесь уверенность, что ей хочется стать тёмной плясуньей, дала трещину.

Она успела разложить вещи из сумки на небольшой скамеечке, а кое-что развешать по крючкам на стенах, как совсем близко раздался пронзительный крик. Ошарашенная Ирина, уже натянувшая блузку без рукавов, похожую на примитивно сшитые два квадрата ткани, и юбку с разрезами до пояска, немедленно выскочила из “кабинки” и огляделась.

– Куда ты? – попытался урезонить её Керней. – Вернись – опоздаем!

Но второй болезненный крик уже помог девушке сориентироваться, и она метнулась к “кабинке” через две от своей и распахнула занавеску. Здесь, на скамеечке, сидела одна из девушек, светло-рыженькая, и заливалась слезами, время от времени вскрикивая. Одна нога босая, вторая – обута в туфельку. Именно обутую, закинутую на колено второй ноги – видимо, только что надела, – девушка держала за щиколотку и уже рыдала, раскачиваясь как от сильной боли.

– Что случилось? – подскочила к ней Ирина. – Чем тебе помочь?

И машинально взглянула на вторую туфельку, валявшуюся тут же. Что-то странным показалось в ней. В “кабинке” было светло, и она с недоумением заметила, что туфелька лежит боком (уронила?) посреди какой-то блестящей пыли. И тут же сообразила: девушка надела туфлю, в которую кто-то подсыпал битого стекла!

– Ты долго ещё? – проворчал позади неё Керней.

И, только обернувшись к нему, Ирина увидела фамильяра пока незнакомой ей девушки – довольно крупную ящерицу, которая тоже плакала, вытаращившись на свою хозяйку. А за спиной уже тревожно – и самодовольно – говорили, а значит – вот-вот войдут все, кому бы сейчас сюда не надо.

– Керней, убери ей боль! – резко сказала Ирина, закрыв за собой занавеску. – Быстро! И сделай так, чтобы никто не зашёл!

На приказ, как ни странно, послушно среагировали оба фамильяра. Махнул лапкой не только Керней, но и ящерица, мигом поднявшись на задние лапки. Кажется, та просто растерялась, не зная, что делать в этой ситуации. Искривлённое от боли лицо незнакомой девушки разгладилось, и она прерывисто вздохнула.

– Сейчас я тебе сниму туфлю, – предупредила Ирина, садясь рядом с девушкой. – Будет небольно, но ты не дёргайся, иначе все осколки мне будет трудно убрать.

Услышав шипение, она обернулась. Шипела ящерица-фамильяр.

– Дама Лирейн, благодарствуем за помощь, но теперь мы сами! – И, словно подтверждая, из открытой пасти вылетел длинный жёсткий язык.

“Языком, что ли, выберет стекло?” – с удивлением подумала Ирина, вставая со скамеечки, и посоветовала:

– Ранки прижечь бы чем-нибудь. Найдётся?

– Спросим у дамы Сесиль, – покивала ящерица и прыгнула на скамеечку, а потом оперлась на ногу пострадавшей.

Сообразив, что ящерице неудобно начинать, Ирина присела перед пострадавшей и всё-таки взялась за туфельку, чтобы осторожно снять её. Вид окровавленной ступни заставил её сердце больно стукнуть, незнакомая же девушка снова расплакалась. Уже не от боли, как поняла Ирина, – от того, что предстало её глазам. Во всяком случае, у Ирины самой в глазах потемнело от вида торчащих из кожи кровавых осколков. Убрав туфельку в сторону от скамейки, Ирина кивнула пострадавшей, выдохнула и вышла из её “кабинки”. Сумеет ли фамильяр девушки вынуть все осколки? Там же такие маленькие!..

И чуть не шарахнулась назад. Хорошо ещё, Керней шёл сбоку – придавила бы! Перед кабинкой рыжеволосой стояла Магда с приспешницами. Даже не скрывалась!

– Что там? – жадно спросила она, в злом предвкушении блестя глазами.

– А ничего, – подчёркнуто легкомысленно ответила Ирина, тоже жутко злая.

– А чего она кричала?

– Нравится кричать – вот и кричала. – Ирина вдохнула побольше воздуха, чтобы не психануть заранее, и спросила: – Хочешь тоже поорать? Со мной, например? Это так весело! Подключайся! А-а-а!!

Теперь от внезапного, пронзительного вопля прямо в лицо, из-за которого зашевелились занавески и других кабинок, отшатнулась Магда с подругами, испуганно уставившись на Ирину.

– Ну? – агрессивно спросила та, наступая на неё. – Чего молчишь? Кричи! А-а-а!!

– Дура… – пробормотала Магда и поспешно помчалась вместе с прихлебательницами по своим раздевалкам.

А Ирина оглянулась на шорох, увидела на полу боязливо высунувшуюся из-под занавески ящеричью голову с отвисшим набок языком, кивнула фамильяру рыженькой и заторопилась к своей кабинке. Здесь она внимательно оглядела туфли, даже потрясла ими, на что Керней недовольно сказал:

– Ты свои принесла из пансиона, а эта дурёха оставила их здесь! Спрятала – тоже мне!.. А то не найдут! Поэтому надевай, не бойся.

– Керней, – задумчиво сказала Ирина, – ты знаешь… Когда на весах – прекрасный танец и такие злыдни, как те, кто бедной девочке подложил стекло, это как-то напрягает.

– И что? – откликнулся Керней. – Я не совсем понимаю тебя.

– Получается… Чтобы стать тёмной плясуньей, надо ещё и душу тёмную иметь.

– О чём бы ты сейчас ни думала, ты должна приготовиться к тренировкам, – спокойно сказал Керней. – Так что разговоры оставим на потом.

– Ладно, ещё один вопрос не по теме – и больше не спрашиваю. А почему её фамильяр не заметил подсыпанного?

– Молодой ещё, не умеет защищать. Хорошо – магическая сила есть, на твой приказ не только я среагировал, но и он. Получилось двойная защита от боли. Убрали её надолго. А там и девушка в себя придёт.

Долго думать о несчастной девочке не дали в любом случае. За занавеской жёстко захлопали в ладоши, сзывая всех в репетиционный зал. Приглядевшись к выпорхнувшим из своих “кабинок” девушкам, Ирина лихорадочно скрутила косу на затылке, скрепив её всеми теми штучками, похожими на шпильки, что нашла в шкатулке Лирейн. И бросилась за группой, девушки которой с любопытством посматривали на неё, но помалкивали, а Магда с подругами отчётливо сторонилась.

Керней в зал не пошёл, как и фамильяры других девушек. Рыжеволосую Ирина видела мельком, когда та тихонько что-то говорила даме Сесиль. Преподавательница, глядя на её ноги, злилась, но всё же кивнула. Кажется, отпустила девушку домой?

Судя по тому, как Ирина восприняла нагрузки в репетиционном зале: растяжки, наклоны и танцевальные фигуры, – Лирейн была вынуждена-таки не пропускать занятий, за что девушка была готова сказать ей отдельное спасибо. А в конце пары, после того как преподаватель разрешила лишь минут пять отдохнуть перед вторым часом, Ирина, вытирая ладонями пот со лба, вдруг насмешливо подумала: “Бедная Лирейн! Она так старалась покупать то, из-за чего толстеют другие! А уроки-то выбивали из неё весь жирок! Интересно, насколько я похудела за эти два часа? А ведь впереди ещё одна почти такая же пара физических упражнений! И я боялась, что снова растолстею? Смешно!”

Дама Сесиль задумчиво поглядела на неё в конце не то репетиции, не то тренировки, и девушка решила считать, что этот взгляд означает одобрение.

Ирина страшилась лишь одного – что и вторая пара будет физически выматывающей, но следующей оказалась пара под командованием мужчины-преподавателя. Он велел взять с собой ножи, которые крепились на руках, а затем, дождавшись, когда девушки переоденутся в привычные уже длинные платья, в которых шли по городу, он повёл их лестницами вниз, и девушка заметила, что рыжеволосая тоже прихрамывает за всеми, старательно держась подальше от Магды с её подругами-пособницами. Спустя минуты все оказались в небольшом подвальном зале, тоже с кабинками – для метания ножей в мишени. Ирина сначала удивилась – зачем кабинки и здесь, но вовремя сообразила: чтобы не поранить друг друга. А то и не поубивать – при страстном желании некоторых побыстрей избавить от соперниц. Хотя, приглядываясь к однокурсницам, Ирина не заметила у других, кроме Магды и её подружек, такого желания. В группе, кстати, десять человек. Магда успела избавиться от двух девушек?

Надо бы спросить у Кернея.

Но после занятий, которые Ирине понравились, с метанием ножей (получилось! Ну, пару раз попасть), а также с использованием выброса веерных ножей, спрятанных на запястьях, девушка спросила фамильяра о другом, хотя долго думала, спрашивать или нет. Однако время было – группа побежала на уроки универсальной магии. И, когда Керней в аудитории показал место, где обычно сидела Лирейн, Ирина села, вынула из сумки тетрадь и шкатулку с пером и чернильницей и негромко спросила:

– Керней, скажи, пожалуйста, если в масках ходят только в учебном заведении, то почему мы без масок сейчас?

– Маски надевают в основном на занятия парных танцев, – объяснил фамильяр. – Чтобы партнёр не видел пару. А студенты учатся в другом крыле академии.

– Вчера, когда ты ушёл, я слушала так много разговоров за стенкой… – задумчиво начала девушка, и фамильяр, сидевший рядом на скамеечке, заинтересованно повернулся к ней. – Девушки говорили о студентах – о парнях. И называли их по именам. Это как? Ну, если они друг друга в масках видят?

– Ничего удивительного, – хмыкнул Керней, хлопнув морщинистыми веками после недолгого молчания. – Ведь, в сущности, маска в академии – это формальность. На общих парах студенты запоминают друг друга по голосам, а потом начинают знакомиться.

– Вот как… – протянула Ирина. Она немного смухлевала, спрашивая у Кернея, но как ещё у него узнать, откуда Лирейн знает имя своего партнёра?

– Только это знакомство ни к чему не приводит, – добавил фамильяр. – Вы можете в любое время разлучиться. Кто-то станет тёмной плясуньей или партнёром для неё. А кто-то уйдёт из академии, чтобы забыть её, как страшный сон. Кто-то остепенится и станет семейным. Кто-то из пары вылетит из учебного заведения. Дружить всё равно не будут.

– Это хорошо, – сделала вывод Ирина, отметив его фразу “забыть академию, как страшный сон”, и взглянула на вошедшего со звонком преподавателя магии.

Магия, как занятие, ей понравилась. Преподаватель читал лекцию, требуя записывать новые бытовые заклинания, а потом объяснял, кто их придумал, почему они работают именно так, а не иначе; говорил о том, что делать, чтобы увеличить их силу. Вроде читал лекцию спокойно, но без занудства, так что Ирине даже захотелось сразу опробовать практически несколько заклинаний из тех, что записала. На переменке перед вторым часом пары к ней нерешительно подошла рыженькая.

– Дама Лирейн, можно я с вами сяду? – пролепетала она, боязливо глядя на Ирину.

Ирина вопросительно оглянулась на Кернея. Тот вместо ответа спрыгнул со скамейки и ушёл куда-то назад – туда, куда следом прошмыгнула и ящерица рыженькой. А на опустевшем месте, на скамейке, остался новый орех. Благо никто не видел – за её спиной, Ирина цапнула его и услышала: “Дама Оссия!” И, подвинувшись, сказала вслух девушке, замершей в ожидании:

– Пожалуйста, дама Оссия. Я не против.

– Я не буду болтать или мешать – торопливо сказала Оссия и села за стол так быстро, будто боялась, что ей вот-вот откажут.

Перемена была слишком мала, чтобы поболтать, но Ирина успела разговорить рыженькую и узнать, что та очень боится Магды и остальных. А на последнем часе этой же пары Ирина выяснила, что Оссия не врала насчёт болтливости: она оказалась весьма замкнута и помалкивала даже тогда, когда не успевала писать за преподавателем. Ни словечка. Даже не просила: “Дай посмотреть – я написать не успела!”

Перед четвёртой парой оказалась самая длинная перемена – на полчаса. Сначала Ирина удивилась этому получасу, усевшись в своей раздевалке отдохнуть и перекусить тем, что прихватила из пансионата, а потом… Не успела вынуть из отдельного кармана сумки булочку из запасов Лирейн и маленькую бутылку с питьевой водой, как на неё налетел сердитый Керней.

– Всё потом! – зарычал он. – Сначала надо одеться к следующему часу, а потом уже поешь! Быстро-быстро!

– А почему не наоборот? – поразилась Ирина.

Но через десять минут поняла – почему.

Одеваться пришлось в то, в чём она оказалась в этом мире впервые – в многослойные юбки и в плотную блузу. Когда девушка с помощью фамильяра оказалась в наряде тёмной плясуньи-первокурсницы и рассовала все ножи по карманам и тайничкам, а косу заново закрепила (очень осторожно!) смертоносными спицами, когда осталось лишь надеть шёлковую маску и завязать её шнурки под волосами, до начала урока осталось три минуты. А ведь за занавесками девушки уже вышли, чтобы направляться в общий с мужчинами репетиционный зал!

– На ходу съем! – решила Ирина и быстро, расплёскивая от торопливости, выпила воды, радуясь, что сообразила утолить жажду ещё после второй пары.

Вышла она из-за занавески, воровски отщипывая от зачерствевшей булки кусочки, которые пыталась незаметно отправлять в рот. Керней катился рядом, мрачно закатывая глаза, когда взглядывал на жующую подопечную, которой ещё надо натянуть перчатки.

– Ничего! – подбодрила его Ирина, бурча сквозь маску. – Потренируемся дома, как облачаться в эту хламиду с оружием, и всё будет окей!

– Что будет?

– Хорошо будет!

“Странно, что мой узор не перевёл этого слова!”

– Керней, а пока нас нет, в раздевалку никто не зайдёт?

– Нет, я закрыл вход магически.

А ещё девушку беспокоил вопрос: если в её группе осталось лишь десять из двенадцати человек, то как быть с партнёрами? Нет, если Лирейн сказала, как зовут её партнёра, значит, все будут с парами, но за счёт чего?

Выяснилось – за счёт двух девушек-старшекурсниц.

В пустынном зале, очень ярком и солнечном, ровно двенадцать девушек в тяжёлых платьях и чёрных масках выстроились в шеренгу. В противоположном углу зала открылась дверь, и в зал вереницей вошли двенадцать одетых в чёрное мужчин, которые тоже остановились в шеренге перед девушками. И тут сердце Ирины вздрогнуло: “Они все знают, что надо будет делать!! А я?! Я же не знаю!”

Повезло и тут. Танец-то тёмных плясуний опасен. Так что все фигуры, видимо, повторяли на занятиях из раза в раз, чтобы напомнить до мельчайших подробностей.

Преподаватель – не тот, который был в “тире”, а совсем другой, вызвал девушку-старшекурсницу и между шеренгами студентов, громко объясняя движения, сразу же продемонстрировал их. Ирина выдохнула. Легко. Во всяком случае, так кажется… Теперь, когда она успокоилась, всё внимание обратила на студентов. Кто из них Бриндан? Впрочем, зачем ей это знать? Главное сейчас – не выдать, что она не Лирейн.

Преподаватель кивнул, и студенты подошли к девушкам, чтобы повторить показанные движения. Все они были весьма высоки, и Ирина не сразу сообразила, почему так и почему все девушки среднего росточка. Но, когда один из них приблизился к ней, она сразу вспомнила ритуальный танец в королевском дворе и поняла: потаскай-ка партнёршу, тяжёлую из-за холодного оружия! Тут нужен надёжный помощник – сильный!

Партнёр подал руку, затянутую в перчатку, Ирине и сразу повёл её в центр зала.

Зазвучал ритмичный грохот барабана. Оглянувшись, Ирина увидела “музыканта”: тот сидел ближе к входной двери, через которую зашли студенты.

– Не отвлекайся, Лирейн! – проворчал ведущий её парень.

Ирина промолчала, затаившись.

Пары встали редким кругом, чтобы не мешать друг другу. В середине остались ещё одна старшекурсница и преподаватель. Они показывали нужные танцевальные элементы, а пары повторяли, причём, выполнив нужный элемент, тут же менялись местами с соседней парой, обучаясь ходить.

Поначалу закоченевшая от старания выполнить всё, как надо, Ирина не обращала внимания на своего партнёра. Она сама чувствовала, что двигается скованно, и порой даже прикусывала губу, боясь, что забыла нужное движение. Затем она выяснила, что на партнёра можно положиться: он легко поднимал её и вообще обращался с нею так, словно она не человек, а невесомая кукла. Сообразив, что он-то отлично помнит все фигуры, Ирина даже расслабилась. И даже изумилась, когда прозвучал звонок с первого часа пары.

Преподаватель объявил перерыв.

Стараясь побыстрей освободиться от партнёра, Ирина расслабила ладонь, чтобы легко выкрутить её из сильной руки партнёра, и только было шагнула к входной двери из репетиционного зала, как снова была схвачена за руку.

– Неуклюжая Лирейн танцует безупречно? – лениво сказали над головой. – Это что-то новое в стенах нашей академии!

– Отпусти! – огрызнулась девушка.

– Бриндан, что с твоей партнёршей? – весело спросили рядом, и к ним подошла пара – неизвестный в маске и рыженькая Оссия рядом. Тревожившаяся за девушку Ирина несколько раз в течение часа мельком наблюдала, как её партнёр довольно бережно крутит её и поднимает – особенно опускает на пол. Наверное, они дружат?

– А что? – снова лениво спросил тот.

– Она не ошиблась ни разу за этот час и не стала тебе обузой.

– Зато нос задрала, как будто из знатных! – вставила Магда, которую Ирина узнала только по голосу – таких темноволосых девушек было большинство в зале. Магда силой привела своего партнёра к приблизившимся друг к другу парам, хотя тот явно не хотел подходить к ним.

– Среди тёмных плясуний нет знатных или безродных, – ещё более лениво протянул Бриндан, притягивая к себе Лирейн и опуская руку на её плечо так, что теперь девушка не сумела бы прорваться через преграду, захоти сбежать. – Магда, тебе напомнить правила?

– Я их знаю наизусть! – вспыхнула девушка и сжала кулачки. – Но эти правила не отменяют положения, при котором мы должны относиться друг к другу…

– Магда, закрой свой очаровательный ротик, – посоветовал партнёр Оссии. – Ты выглядишь среди всех самой прекрасней, пока не начинаешь злиться.

– Не лезь не в своё дело, Рок, – предупредила уже обозлённая Магда. – Тем более на мне маска – и ты не видишь, как я выгляжу!

– Магда, напоминаю, что ты первая влезла в чужой разговор, – уже угрожающе сказал Бриндан.

И ленивые нотки в его голосе прозвучали таким ледяным холодом, что Магда поневоле отступила от него. А потом и вовсе отвернулась и потащила партнёра подальше от двух пар. Ирина бросила пару взглядов по залу и обнаружила, что некоторые парочки расстались, и девушки ушли из зала – возможно, отдохнуть за его пределами.

Не успела Магда отойти на порядочное расстояние, как Ирина, улучив момент, пока Бриндан всё ещё следил за отступлением стервозной дамы, резко присела. Рука Бриндана от неожиданности осталась провисшей в воздухе, а Ирина с облегчением заторопилась к выходу, кинув назад лишь одну фразу:

– Я быстро!

Вслед ей Бриндан что-то сказал, но она уже была не слишком близко и его слов не расслышала, зато громкий хохот парней пропал лишь за закрытой дверью. Очень надеясь, что Оссия не смеялась вместе с ними, она быстро пошла по коридору, ища Кернея. И, к огромному облегчению, нашла его неподалёку сидящим на краешке коридорной скамьи, как и другие фамильяры, дожидавшиеся своих хозяек и подопечных.

– Ты почему сбежала? – подозрительно спросил фамильяр.

– Честно? Устала, – призналась Ирина, усаживаясь рядом. – И новый мир, и новая жизнь, и учёба. А тут ещё смеяться начали… Я очень устала.

Про себя добавила: “А ещё очень хочется спать, потому что ночь не спала, а Фрида очень хочет заниматься со мной обычными танцами!”

– Смеяться – из-за чего? – насторожённо спросил Керней.

– Не знаю. Я сбежала – и засмеялись. Но вот что я думаю… – Ирина вздохнула. – Я слишком сильно изменилась. Ну, для Лирейн. Скажи, Керней, Лирейн совсем плохо танцевала? Может, мне тоже надо было изобразить, что я туплю? Ну, плохо соображаю в танцах? Мой партнёр сразу почувствовал, что я стала другой.

– Будет спрашивать – скажи, фамильяр за тебя взялся, – посоветовал Керней. – И ещё… – Он поморщился. – Капризничай иногда, что у тебя что-то не получается.

– Это тоже трудно, – вздохнула Ирина. – Мне… нравится танцевать.

Она замолчала, прислушиваясь к себе и своим ощущениям. Ноги побаливали. Несмотря на тренированность Лирейн, впечатление усталости оказалось чувствительным. Она ссутулилась, пытаясь расслабиться в коридоре, довольно пустом и гулком – только откуда-то издалека доносились невнятные голоса, и вздрогнула, когда Керней вдруг резко пропал и когда внезапно над головой уже знакомый ленивый голос сказал:

– Попалась? Идём, скоро следующий час начнётся.

Ирина покорно встала и поплелась следом за партнёром, в душе ругаясь: “Ну и надо было тебе меня искать? Ну и опоздала бы! Зато отдохнула бы! Зато образ Лирейн снова проявился бы, и все её сразу узнали в привычной всем недотёпе!” И фыркнула, сообразив, что, кажется, нащупала то, что поможет оставаться ей в нужном образе. Выделяться очень не хотелось. А неожиданная перемена в ней могла всё испортить.

Уже у самой двери Бриндан обернулся к ней и спокойно спросил:

– Магда часто достаёт?

Вспомнив всё, что говорила Фрида о Лирейн, Ирина хорошенько насупилась под маской, хоть лица и не видно, и, сильно вытянув губы, заныла:

– Она всё время ко мне пристаёт! Приглашает погулять, а на самом деле…

Шёлковая маска на лице партнёра колыхнулась. Как будто он поморщился. И отвернулся от девушки, быстро раскрыв перед ней дверь. А Ирина, шагая впереди него, продолжила монотонное, как это назвала Фрида, “бу-бу-бу!”, радостно сообразив, что теперь Бриндан в противовес хорошему танцу получит всё ту же бубнящую Лирейн. А значит, не обратит особого внимания на странные изменения в партнёрше. Ну а потом, глядишь, все привыкнут, что Лирейн постепенно меняется. Хм, в лучшую сторону.

Пятая глава

Ещё одна проблема: как к нему обращаться?! Видел ли он её без маски? Видела ли его Лирейн? Какие с ним отношения были у Лирейн?! На “ты”? На “вы”? Хотя… Если она обратиться к нему на “ты” и назовёт его по имени – это будет опять-таки списано на недотёпистость и невоспитанность Лирейн! А ещё неплохо поныть или ругнуться при этом – тогда вообще прокатит любое обращение!

А тут ещё… Когда они вошли, Магда, которую легко узнать по тому, что она собрала вокруг себя почтительно внимающую ей публику, стояла, опираясь на одну ногу, и небрежно вытянув вторую чуть вперёд. Поза с ножкой напоказ получилась кокетливой и… буквально умоляющей о том, чтобы её оценили. Ладно, хоть всё ещё в маске… Ирина расслышала то ли хмыканье, то ли фырканье за спиной и насупилась по-настоящему. Мда, мужикам только на такое смотреть да облизываться! И тут же удивилась: ей-то что? Пусть смотрит, пусть смакует! Хоть слопает целиком и с косточками!

Минуту спустя, несколько удивлённая, она спросила себя: “И чего вздыбилась? Магда же в самом деле красивая!” Ответа не нашла. Но порадовалась, что Бриндан не стал подводить её к толпе восторженных почитателей вокруг Магды. Они вошли в начало часа.

Из второго урока пары полчаса было отдано под тот самый шаг, который так поразил Ирину – выполненный первой же танцовщицей, выходящей из ворот на королевский двор. Шаг этот Ириной был усвоен быстро. Ей даже понравилось ступать так, словно она… королева! А ещё понравилось, как ходил вокруг неё Бриндан. Ну и вокруг остальных девушек мужчины ходили красиво. Но, к собственному удивлению, Ирина начала сравнивать – Игорёшу с Бринданом! Хотя… Какое уж тут сравнение! Игорёша ходил, набычившись, ссутулившись – так ему удобно было заранее давить на любого, к кому шёл. Бриндан же шествовал, как принц, наследник престола. Без напряжения, легко, собранно… “А вот интересно – каков он на лицо?” – невольно подумала девушка, когда он в очередной раз обошёл её, прежде чем подать руку.

Но всё остальное здорово на нервах. Кажется, нытьё партнёрши и в то же время неожиданное умение танцевать – это её-то, до сих пор бывшей неуклюжей, как отметил сам Бриндан, сильно насторожили парня. Он помалкивал, но Ирина остро чувствовала его руки на своей талии, когда он властно вёл её по кругу, когда легко вздымал её кверху или помогал в отрыве от пола выполнять показанные танцевальные фигуры. Если на первом часе Бриндан двигался напряжённо – наверное, в ожидании ляпа от партнёрши, то теперь Ирина чувствовала мягкость его рук и – в какой-то степени – их бережный обхват. И поднимал Бриндан партнёршу теперь не так резко и даже жёстко, как в первый раз, когда работал ручищами, как экскаватор – по впечатлению девушки… Судя по всему, сейчас он поверил, что девушка, его пара, не оплошает.

В первые минуты второго часа Ирина пыталась придумать, как сделать что-то неправильное, но одновременно следить за преподавателем, который гнал занятие, не давая продыху студентам, и в то же время соображать, в каком движении можно сачкануть или неловко сделать его, – увы, не получалось. И девушка, недовольная из-за странной ситуации, решилась забыть, что надо выглядеть недотёпой. Ведь Керней прав: можно свалить на него все изменения в её движениях! А потом пожаловаться всем, что фамильяр её совсем загонял! И, успокоенная, Ирина принялась за танец, хоть в нём пока повторялись одни и те же движения.

Чувствовать себя лёгонькой и пластичной, когда тебя поднимает сильный мужчина, – это наслаждение!

Пока не настала часть урока, в котором пары ходят по кругу, время от времени сближаясь. Не успели пройти ползала, как преподавателя вызвали куда-то, а девушка-старшекурсница велела отдохнуть. И первокурсники сбились в одну компанию, причём Ирина постаралась остаться на отшибе. Увы, Бриндан тут же подошёл к ней.

– Прячешься?

– Нет, – хмуро сказала Ирина. – Устала.

– Обычный день, – пожал плечами парень. – С чего бы тебе устать?

Ирина подумала-подумала, а потом вдохнула побольше воздуха и объяснила:

– Я вчера и сегодня наелась – во! Живот тяжёлый, а из-за этого тяжело… бегать!

Маска тёмных плясуний – это твёрдая основа-полумаска, с которой свободно спускается квадрат шёлковой ткани, очень лёгкой и чувствительной к любому движению лица… Ткань натянулась под вздохом Бриндана. Но он всё-таки спросил:

– И зачем ты наелась?

– А ты никому не скажешь? – подозрительно – так, чтобы он эту подозрительность точно расслышал, спросила девушка.

– Никому! – поклялся парень.

По быстро сморщившемуся шёлку его маски Ирина сообразила, что он либо усмехнулся, либо улыбнулся.

– Я хочу растолстеть! – трагическим шёпотом призналась Ирина.

Оказывается, это жутко интересно – считывать эмоции человека, лица которого не видно. Ирина не боялась высказать главную мечту Лирейн: наверняка та не делилась с парнем таким откровением. Бриндан застыл на месте, глядя на девушку. Видимо, она и в самом деле его ошеломила. Наконец оттаял.

– А… зачем?

– Замуж выйти! – возмутилась Ирина, как будто высказала понятную всем истину. И затаилась. Наверняка она выглядит дурочкой, зато есть возможность, что Бриндан после такого откровения перестанет к ней цепляться. Хотя бы сегодня. А уж ночью она успеет выпытать у Лирейн всё, что надо знать о партнёре.

Но парень после нового небольшого оцепенения вдруг улыбнулся. Она считала это не только по движению ткани на чёрной маске, но и по интонации шутливого вопроса – видимо, он воспринял её признание как шутку:

– А выйдешь за меня?

– Ты… ты… – От неожиданного ответа Ирина заикалась, пока не придумала единственное: – У тебя нос слишком длинный!

– Что-о?!

Пискнув от ужаса: “Ой!”, Ирина прыгнула в сторону от него и перепуганным зайцем помчалась вокруг группки студентов, до сих пор спокойно разговаривавших, молясь в душе, чтобы вот-вот, а то и прямо сейчас в зал вошёл преподаватель.

– Куда-а?!

“Балда-а!” – мысленно передразнила его Ирина, но оглянулась – и отчаянно пискнула снова: Бриндан кинулся догонять её! Приподняв для удобства тяжёлые юбки, она прибавила скорости, несмотря на каблуки туфелек – чувствуя, что бежится очень даже неплохо по утоптанным стареньким коврам, которыми застелен пол репетиционного зала.

Тем временем группа мгновенно обратила внимание на странные догонялки. Девушки зашушукались, а парни принялись подбадривать Бриндана, да ещё предлагать:

– Бриндан, тебе помочь?

– Поймать твою упорхнувшую плясунью, Бриндан?

– Да что ж ты как медлишь, Бриндан? Не посрами звание тёмного партнёра!

– Отстаньте вы все! – услышала Ирина за спиной раздражённое ворчание парня, когда, обежав по второму разу группу, нацелилась ринуться к входной двери.

Вскоре в зале стоял дружный мужской хохот. Девушки, не понимая ситуации, только перешёптывались, следя за догонялками. А Ирина, не решившись удрать из зала, побежала по третьему кругу, огибая толпу студентов. И – ахнула, когда её поймали за верхнюю юбку и дёрнули назад. Врезалась в партнёра не хило так – призналась сама себе. Как ещё на ногах устоял. Со страхом оборачиваясь к Бриндану, который уже крепко держал её за талию, она расцвела радостной улыбкой, таращась на входную дверь. Попавшись на эту нечаянную радость, встревоженный Бриндан ослабил захват, чтобы оглянуться, не вошёл ли преподаватель. Утвердившись на ногах, Ирина резко вырвала из его рук край юбки, но снова сбежать не сумела: за талию её держали железно!

– Отпусссти! – прошипела Ирина, извиваясь в его руках. – Смотрят же!