Текст книги "Свобода (СИ)"

Автор книги: Bishamon

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 28 страниц)

– Да я уж без пяти минут двадцать лет живу. И не раз на больничную койку попадала. Айяна всегда меня на ноги своими мазями да сиропами ставила. Чем она тебе не угодила? – спросила Лиана.

– Не могу просто смотреть на её наряд. В нашем мире такое одевают только падшие женщины.

Лиана посмотрела на неё секунду, а потом расхохоталась.

– Знаешь что, подруга? Забывай-ка ты свои обычаи поскорее, иначе не выживешь здесь. У нас другие законы и такой наряд считается вполне приличный. Подумаешь, юбка на пять сантиметров выше колена.

– Я такое не одену, – запротестовала Ли и принялась собирать свои вещи, которых было не так-то много: грязные брюки, испачканная кровью блузка, разодранный плащ и кожаные чёрные сапоги. Да и то, всё это надо только одеть, а брать, значит, вообще нечего. Привычные вещи. Запах её мира витал по палате, навевая воспоминаниями. Ли гораздо привычнее было одеть армейские брюки, чем юбку. Женскую одежду она вообще не носила.

Ли хотела выжить в этом, полном загадок мире, а чтобы дальше жить надо было отпустить и забыть. Девушка, словно плотным облаком, была окутана непониманием. Опять ей приходилось делать эту трудную работу – забывать. Как же это сделать, когда всё, что она так любила, вжилось в неё саму, стало ею. Опять придётся вырезать, как на шее гиганта, так и в сердце целый кусок. Гиганты от этого умирают… А человек? Способен ли он жить с разодранным сердцем? Через силу забыть, когда забывать так не хочется… Но если тогда она делала это ради себя, чтобы не чувствовать боль от потери близких, то теперь будет делать это ради Ривая…

«Да кого я обманываю? Опять всё только ради себя! Я же знаю, что не смогу жить, если не найду его. Ведь он – моя свобода».

Когда Ли, наконец, собралась, девушки вышли из палаты. Грет очень удивилась, увидев большое количество людей в одном месте. Не то, чтобы она ни разу не покидала свою палату… Просто не было ещё так оживлённо в больнице. Видимо, врачи старались на славу. По словам Лианы, это была самая лучшая больница Киото. Выживали даже с отрубленной головой.

– Ну что, пошли? – спросила брюнетку Лиана.

Девушка кивнула. Они зашли в указанный кабинет. Там сидело несколько незнакомых Ли врачей, Айяна и ещё несколько девушек. Также на кушетках сидело несколько больных. Один с перевязанной ногой, другой – с серьгой в носу, третья – с татуировкой, пересекающей грудь и плечо. Ли передёрнуло. Слишком открытая одежда. Слишком много вызывающего и непонятно. Странные окна, странные двери, странные люди. Амёбный мир.

Грет позвала медсестру, и та вышла из кабинета.

– Спасибо, что вылечили, – холодно проговорила Ли.

– Ой, да брось. Всё в порядке, – затараторила девушка. – Я бы тебя ещё недельку подержала, но… – тут она развела руками, – твоя сестра настаивала на скорейшей выписке. В общем, по её вине ты вдвое больше этой горькой заразы проглотила, – она звонко рассмеялась.

Лиана смущенно уставилась в пол. Может, не всё так плохо? Что пошлого в том, чтобы громко смеяться, самовыражаться и не скрывать своих эмоций?

– Ещё раз спасибо вам и вашей маме, – грустно поблагодарила её Ли. – Берегите её, ведь она у вас такая… – девушка запнулась. На глазах Айяны выступили слёзы.

– Да, сама знаю, девочка. Спасибо тебе за понимание.

Неожиданно она обняла её. На секунду Ли показалось, что она не хотела с ней расставаться. Пять минут назад она считала Айяна развратной девицей, а сейчас что-то изменилось. Не хотелось отпускать. Ли поражалась смелости Айяны. Смелости делать то, что хотелось, говорить то, что было на сердце, обнимать того, кого совсем не знала, не обращая внимания ни на чьё мнение. На это нужна была смелость. Грет впервые посмотрела на медсестру с другой стороны. Сейчас она уже не думала о ней так плохо. Не подруга, но хорошая знакомая точно…

Вот они оказались на крыльце больницы. Ещё один шаг – и она навсегда покинет это бледное кишащие болячками место. Вокруг здания были огромные сугробы. Столько снега Ли никогда не видела. В одежде разведотряда было очень холодно. Лиана не позволила девушке накинуть плащ, приговаривая что «так не носят». Но Ли прекрасно понимала, что многие приняли бы её за сумасшедшую. Но это не уменьшало красоты здешней природы. Она была другая, но всё равно красивая. Здесь не было гигантских деревьев, а от былого величия природы остались только куски. Но этот снег… и это небо… Казалось, оно было одним для всех миров. Где-то под этим же небом Ривай.

Ли подняла голову. Там собрались тёмно-серые тяжёлые тучи. Мгновение – и на неё медленно посыпались белые снежинки. Ли подставила лицо замёрзшим каплям. Открыв глаза, она увидела весь объём снегопада. Она не могла понять, где и как появлялись снежинки. Они, будто бы из ниоткуда возникали прямо перед её лицом и медленно отпускались на чёрные ресницы, застревая между ними. Ветер утих, и потому атмосфера вопреки всем законам природы казалась сказочной.

Девушка вытянула руку, и на неё, мелодично вальсируя, опустилась одна из снежинок. Несколько секунд неподвижно лежала в руке, а затем в мгновение ока превратилась из искрящейся снежинки в одинокую каплю. «Снежинки бессмертны?»

Брюнетка снова посмотрела на небо. Красиво и мерно всё вокруг застилала эта пушистая невероятно мягкая и тёплая ажурная шаль. Так хотелось оказаться под ней, забыться и уснуть бесстрашным сном. Ресницы девушки были усыпаны белоснежными кристаллами. Сейчас этот цвет не давил, не нагнетал. Такой яркий. На него невозможно было смотреть. Он ослеплял. Успокаивал…, а в губы рвался солёный привкус. Ли шмыгнула носом. Ещё никогда она не видела такой красоты и изяществах природных красок. Такое спокойствие… и тишина… Век бы вот так стоять с закрытыми глазами и слушать голос природы и звон зимы! Зима. Само это слово пропитано сказкой и чудом. Кто-то думает, что природа умирала, но нет… Она лишь замирала в ожидании чуда. Зима. Холод. Ветер. Снегопад. Что ещё Ли могла чувствовать?

От здания к забору тянулась искривлённая чёрная дорожка, которая светлела прямо на глазах. На территории больницы стояло несколько сосен и елей, которые тоже одевали свои пушистые ветви в тёплые одеяния, становясь от этого ещё красивее, как будто оживая, обретая долгожданную свободу…

За забором сновали люди, каждый из которых, засунув руки в карманы и низко опустив голову, куда-то спешил. Как же жаль, что они, с головой увязнув в своих проблемах, не могли ни на секунду остановиться и поднять голову, чтобы своими глазами увидеть всё очарование наступающей зимы. Может быть, тогда их проблемы не казались бы такими значимыми, а мир бы обрёл новую, более красивую и сказочную сторону в их серой и беспросветной жизни. Может быть, тогда на их лицах появились бы улыбки, а в глазах заискрилось, как эти танцующие снежинки, счастье.

– Ты чего? – спросила Лиана, увидев блестящие слёзы на глазах подруги. Грет вздрогнула и вынырнула из своих грустных мыслей.

– Да ничего, – проговорила Ли, вновь оградив себя от всего мира каменной непробиваемой стеной.

«Было бы хорошо, если бы всю эту красоту видел Ривай», – мысленно, но честно ответила на вопрос девушка.

– Ну, раз ничего, тогда пошли. Чего мёрзнуть? Надо ещё придумать, как тебя тайно от соседей домой ко мне провести. А то у нас живёт парочка сердобольных бабулек. Прям интернет ходячий. В сеть не ходи – бабулек порасспрашивай. Они тебе и ответят, и посоветуют, да ещё и пару вопросов вдогонку зададут. Википедия ходячая.

– В какую сеть? Интер… что? – не понимала Грет.

Лиана только рукой махнула.

– Там, на месте разберёмся, кто куды, и что к чему.

За всё это время Ли поняла, что здесь неизвестного ещё больше, чем в её мире. Много непонятных вещей и новых слов, значения которых она не знала. Приходилось заново узнавать мир, как младенцу только что открывшему глаза. Приходилось вновь принимать мир таким, каким он есть. Единственное, что Грет никак не могла понять, так это их речь. «Они всё так говорят или это только Лиана придуривается?»

====== Слишком ======

– Вот мы и пришли! – весело проговорила Лиана, впуская брюнетку в свой дом.

На пороге Ли застыла, как вкопанная. Её удивление началось ещё по дороге. Вначале они сели на какой-то «автобус» больше напоминавший коляску на четкрёх колёсах. Ли хотела спросить об этом Лиану, но решила не рисковать. Сидений было не четыре, а много. Двигался он спм по себе. Без лошадей. Девушка не могла понять, как он управляется, и кто им управляет. Люди не обращали на это никакого внимания, как будто так и должно было быть. На лица лучше вообще было не смотреть. Все, как одно, – безразличные. Дороги были длинными и ровными. А дома, порой, встречались самой причудливой формы. Ли жадно вглядывалась в окно автобуса, поглощая увиденное. Яркие вывески, много еды, «реклама» и «машины».

Минут через тридцать остановившись на «остановке», девушки покинули автобус. Было невыносимо жарко и душно. Лиану тошнило, но Грет, привыкнув к УПМ, не почувствовала этого. Свежий воздух ворвался в лёгкие и разорвал их на части. Ли закашлялась. Холод пробирал до костей, но выбирать не приходилось. Лиана улыбнулась и начала переходить дорогу. Горящий зелёный человечек уже мигал. Ли снова не понимала значения слова «светофор». Они уже почти пересекли чёрно-белую полосу, как Лиана поскользнулась. Ли, краем уха услышав рёв мотора очередной «машины», резко развернулась и, подхватив девушку, вильнула в сторону. Через секунду автомобиль, скрипя тормозами, проехал мимо них. Лиана упала в сугроб.

«Да с тобой опасно иметь дело, подруга,» – проговорила она. – Спасибо».

Она надеялась, что когда-нибудь сможет понять этот мир. Она догадывалась, что всё будет по-другому, но и представить не могла, что настолько. Сам по себе дом ничем не отличался от домов того её мира. Кирпичных зданий девушка и у себя насмотрелась. Он этот был невысоким, но очень длинным. Многочисленные входы находились по всему периметру. Десятки дверей и сотни окон.

– У вас такие большие дома! Он весь твой?

– Что ты! – замахала руками девушка. – Здесь только одна квартира моя.

«Квартира. Надо записывать новые слова и учить».

– Понятно, – проговорила Ли, когда было ничего не понятно. – Ты одна живешь?

– Пока что да. Так что будет лучше, если ты здесь будешь инкогнито. А то если узнают, как я им буду объяснять, что ты из другого мира? Это прямой путь в психушку.

«Инкогнито. Что ещё будет новенького?» Лиана скинула куртку и провела Грет в одну из комнат.

– Эта будет твоей. Моя – следующая.

Девушка кивнула и вошла в комнату. Всё для неё здесь было новым и необычным. Из всех предметов, которые окружали девушку, она знала только стол, стул, кровать и шкаф. Компьютер, планшет, телевизор, музыкальный центр, телефон, наушники – всего этого она не знала. О значении таких предметов, как фломастер, карандаш, ручка, люстра, лампа она могла только догадываться. Сама комната размерами не блистала. В штабе Эрвин ей отделял комнату раза в два больше, чем эта. Но чего уж жаловаться? Оформлена её нынешняя спальня была очень уютно и опять же непонятно. На окнах висели шторы прозрачно-персикового оттенка по краям, и только тюль в середине была полностью прозрачной. Окна были сделаны из того же материала, что и в больнице. Лиана косвенное обмолвиласьсь о «пластике» и «батареях».

На подоконнике стояло несколько горшков с цветами. Все были хоть и незнакомыми Грет, но не менее красивыми. Хотя один из них она узнала – фиалки. Это были её любимые цветы в том мире.

Справа от окна стоял длинный письменный стол, посредине которого находилось несколько неизвестных девушке приборов. О ноутбуке ей ещё только предстояло узнать. Верхние этажи этого стола были полностью забиты книгами, газетами, журналами и другими печатными изданиями. В её мире даже маленький томик книги – большая редкость. Здесь же, по словам Лианы, они сыпались на голову, но никто не читал.

Напротив стола, слева от окна стоял небольшой шкафчик, а рядом с ним – просторная кровать, аккуратно укрытая шоколадным покрывалом. В завершение всего была маленькая изящная люстра, которая, не смотря на свои малогабаритные размеры, полностью освещала всю комнату. Солнце заменяли лампами.

– Ну как, нравится? – спросила Лиана девушку.

Брюнетка отстранённо кивнула и прошла вглубь комнаты. Пол был тёмным и тёплым. Необычно тёплым.

– Тогда ты тут располагайся. Одежду я тебе в шкафу оставила. Раз мы одинаковые, значит, и размер одним и тем же должен быть. Ладно, – она махнула рукой, выходя из комнаты, – пойду что-нибудь перекусить сварганю.

Ли присела на краешек кровати. Из потайного кармана брюк она достала дневник Констанции. Девушка принюхалась. Книжечка до сих пор хранила в себе запах подруги: ромашек и мыла. Где это она только цветы достала? Её мир был так близок и одновременно так бесконечно далёк.

От трагичных воспоминаний на глаза брюнетки навернулись слёзы. Она со своей силы вытерла их рукавом порванной рубашки и резко встала, подойдя к столу. Среди прочих книг она засунула тоненький блокнотик Констанции. Точнее, Керстии Бел, но так называть свою подругу у Грет язык не поворачивался. Ей казалось, что Керстия и Констанция – два разных человека, первую из которых девушка никогда не знала.

Смахнув остатки слёз, Ли повернулась к шкафу, надеясь разобраться с выделенной для неё одеждой. Девушка открыла дверцу, и перед ней предстал десяток вешалок с яркой одеждой. Грет не была готова к такому огромному выбору. У неё всегда была только одна форма, и она никогда не задумывалась о том, что надеть. Девушка просмотрела одежду: майки с глубоким вырезом, обтягивающие футболки, узкие брюки, короткие юбки, открытые платья. На деле оказалось, что выбора у неё не было.

Не имея представления, как вообще в таком можно ходить и не краснеть, Ли вернулась к Лиане.

– Я такое не одену.

Лиана перестала промывать рис и обернулась, рассматривая возмущённую девушку.

– Тебе не нравится?

В груди уже закипал гнев, рискуя вырваться наружу. Ли хотела ответить грубостью, но, увидев озадаченное и немного обиженное лицо Лианы, передумала. «Она тоже мучается. Она же ничего не знает о моём мире. Для неё эта одежда вполне нормальная».

– Дело не в том, нравится или нет, – мягко начала Грет, – а в том, что я не привыкла так одеваться. У тебя есть что-нибудь закрытое и не такое облегающее?

Лиана ещё немного сомневалась, а потом просияла и выбежала из кухни. Пока её не было, Ли снова огляделась. Странный шкаф в половину меньше обычного стоял около самой двери. «Холодный». Обеденный стол и несколько стульев. Несколько висячих шкафов с посудой. Пока ничего необычного не было. Однако на противоположной стене висел миниатюрный чёрный шкафчик со светящимися цифрами. Ли упала в них время. Окно закрывали пастельно-розовые жалюзи.

– Держи! – воскликнула вернувшаяся сияющая девушка, протягивая одежду. Грет тихо поблагодарила её, что-то буркнула о том, что скоро вернётся и ушла в комнату. В коридорах она никогда не путалась. Разведка научила её замечать и с слёту запоминать даже самые маленькие детали.

Переодевшись, Грет посмотрелась в зеркало, которое и было дверцей шкафа. Не будем фантазировать. Она нисколько не изменилась, только тёмные волосы стали на пять сантиметров длиннее, да и она слегка похудела. На этом всё. Лиана принесла ей песочного цвета брюки, чёрный ремень и болотистую футболку. С брюками всё было в порядке, однако футболка оказалась слегка коротковатой, и если девушка поднимала руки, то живот автоматически оголялся. Ли не стала с этим спорить. Лиана и так слишком много для неё сделала. Она дала ей главное – дом.

Найдя в ящиках стола расческу, Ли причесала шрколадные волосы и завязала в тугой низкий хвост. Она снова взглянула в зеркало. Слишком синие глаза и длинные волосы не давали ей покоя. Будь она в в армии, уже бы давно остригла.

Ли вышла из комнаты и прямо на пороге столкнулась с Лианой.

– О, ты уже всё? – спросила она и замерла. – Ого! Зачем же ты столько прятала свою красоту под своей униформой?

– Брось! Не по мне это всё!

– Что по тебе, а что – нет, в этом мире решать мне. Пошли обедать.

Ли, как-то непонятно себя чувствуя, направилась в кухню. Ей было уж слишком легко передвигаться в этой одежде. Было такое чувство, будто она парила, а не ходила, до такой степени были лёгкими эти ткани. Сняв с себя огромные баллоны с газом, шесть пар лезвий, тяжёлый плащ и униформу, она сбросила около пятнадцати килограмм. За свои девятнадцать лет пребывания в её родном мире Грет столько натренировалась и наносилась тяжёлых одежд и дополнительного груза, что сейчас у неё было такое чувство, будто чего-то не хватало.

– У вас здесь где-нибудь есть какая-нибудь тренировочная площадка? – спросила Ли, проглатывая очередную порцию риса, который сегодня ей показался особенно вкусным. Честно говоря, есть ей совсем не хотелось, но силы были нужны. К тому же, она решила не забрасывать свои тренировки, потому что надеялась, что сможет вернуться домой.

– Есть, недалеко от этого дома. Но зачем тебе? Зима ведь, – поинтересовалась Лиана.

– Понимаешь, я должна вернуться в свой мир. Я – Младший Капрал. Под моим руководством есть люди, солдаты, которых я не имею права бросить на произвол судьбы. В этой разведке итак уже по моей вине умер один дорогой мне человек… – проговорила Ли, медленно ковыряя палочками в тарелке. – Больше мне такого не надо. В общем, мне надо продолжать тренироваться. Если я потеряю свою физическую форму, Капрал меня пришибёт чем-нибудь.

Лиана секунду посмотрела на девушку, а затем рассмеялась.

– Я, конечно, против твоих зимних тренировок, но твой настрой мне нравится. Наконец-то, ты ожила! – обрадовалась девушка.

– Это мой долг.

– Так ты, значит, у нас солдат? Да ещё такого немалого чина?

– Это самый маленький чин, – поправила её Грет, но Лиана не обратила на её слова никакого внимания. Само по себе слово «армия» вызывало у неё бурный восторг. Девушка видела солдат только по телевизору, и когда говорили об из победах или заслугах, всегда восхищалась ими.

Расскажи, как там у вас? – сети пламенем загорелись у неё глаза. Прям точно так же, как и у Констанции.

Вспомнив подругу, девушка не смогла отказать Лиане и начала рассказывать.

За долгим разговором уже начало смеркаться, но обеим девушкам совсем не мешала эта темнота. Им не надо было хорошо видеть друг друга, они и так всё прекрасно понимали.

Всего лишь за один вечер Ли Грет почти всё рассказала о её родном мире. Она рассказала о гигантах, и о политическом строе, обстановке за Стенами, и о самих Стенах. Так же она рассказала о разведывательном отряде, о том, что приходилась сестрой их командиру… В общем, выложила все, что есть. Не без слез девушка вспоминала о своём лучшем друге – Гарде, который умер красивой смертью, спасая её жизнь. Ли держалась, но Лиана, закусив губу, плакала, хоть и не понимала всей трагичности. Но на человека, который ни разу не вдыхал запах смерти, весь этот рассказ оказал слишком большое психологическое влияние. О таинственной гадалке, своем потерянном много лет назад кулоне девушка тоже в подробностях описала. Они долго пытались разгадать её предсказание, но в конце концов только посмеялись.

Потом Ли начала рассказывать о годах, проведённых в армии, и об отряде специального назначения. Не обошлось тут, конечно, без лёгкой улыбки от тёплых воспоминаний этих моментов на адских тренировках. Констанция тоже вошла в список рассказчицы. Девушка только умолчала о её прошлом, ну и, конечно же, о спрятанном в книгах дневнике. Лиане знать было это не так уж и нужно, а тайна Констанции была очень важна.

Грет в деталях описала эту разведку. Их было всего две, но каждую она помнила по минутам. Настолько сильно они врезались в память девушки. Слишком весомо было их значение. По её рассказу можно было книгу писать. Страх перед гигантами она описала в подробностях. Она не знала, что после её рассказов, Лиана несколько ночей будет бояться закрыть глаза. Но об этом невозможно было молчать.

Ли мельком описала ссору с Капитаном отряда специального назначения. Рассказала только то, что решила вернуться, потому что отряд без Капитана – отряд обречённый на смерть. Ли пыталась унять дрожь, вспоминая опасные моменты, но Лиана видела, как напряжены были её скулы, и как крепко она сжимала в кулак пальцы.

Закончился рассказ тем, что она должна была погибнуть, навсегда уйти из того мира. Хотя в каком-то смысле именно это произошло. Только девушка осталась живой. Если, конечно, можно было так выразиться. Ходить, как зомби, пытаясь понять ситуацию и найти выход, не значит быть живым.

Да, сейчас не было гигантов. Можно было уверенно назвать себя свободным человеком. Не было никаких ограничений, войны, смертей… Бери и живи в своё удовольствие! Только вот не получалось как-то. Сейчас девушка была в плену своих мыслей. Теперь в её голове была война. Раньше Ли Грет думала, что всё дело в гигантах и её трагичной жизни, вечной нищете и бегах от неизвестно кого или чего. Но сейчас брюнетка понимала, что дело не только в этом. Даже не так. Дело вообще было не в этом! Она сама себя заключила в кандалы, и этот грёбаный мир здесь совсем не причем. Ривай. Осталась слишком глубокая рана – в миллионах пропал самый дорогой человек. Она не знала, как его найти. Неизвестность сводила с ума. Ли не принимала ничего из того, что сейчас чувствовала. Она ничего не понимала. Единственный выход найти его – узнать этот мир.

– Ты его любишь? – спросила Лиана, шмыгая носом.

Ли на неё косо посмотрела, вспоминая, не обмолвилась ли она каким-нибудь словом о Капрале. Она ничего о нём не рассказывала. Ни о прошлом, ни о настоящем. Она даже не упомянула о том, что когда-то спасла его. Просто был такой человек – сильнейший воин человечества. И всё. Она не знала, можно ли было доверить свои воспоминания и чувства человеку из другого мира, хоть это и была она сама. В последнее время Грет слишком много сомневалась. Сейчас бы она ни за что не попала в мишень.

– Ты о ком?

– О друге, которого так хочешь найти. Это же твой Капитан? Вроде как вы с ним чуть не погибли.

– Да, чуть… – пробуя слово на вкус, проговорила Грет, а затем добавила: – Я чуть не погибла, а он – не знаю.

– Так ты его любишь?

– Понимаешь, тут дело не в любви. Я бы пыталась спасти любого солдата.

– Ты его любишь?

– Он мой Капитан и сильнейший воин человечества.

– Любишь?

– Да, – грустно улыбнулась Грет. Она не хотела это признавать, но она, действительно, слепо любила его. – Но лучше бы не любила, было бы не так тяжело.

– Не говори так. Это же, наверное, очень хорошо, когда ты кого-то любишь. Любовь придаёт сил. Это самое светлое и чистое чувство, которое человек может испытывать. Знаешь, всё, что мы чувствуем или испытываем, вызвано в следствии каких-либо причин. Мы гордимся, потому что достигаем успехов, мы огорчаемся или расстраиваемся, если у нас что-то не получается, мы злимся, если нас не понимают, мы ненавидим, если нам причиняют боль, мы ревнуем, если у нас отбирают дорогое, мы дорожим, если сильно к чему-то привязываемся, мы дружим, если находим общий язык, мы страдаем, если что-то теряем, мы отчаиваемся, если устаём добиваться поставленных целей. И только Любим мы не смотря ни на что. Как влюбляются слепые или глухие? Почему мать начинает любить ещё не родившееся дитя? Не почему. И любить по-настоящему ты можешь только один раз. Я читала, если влюблённость не проходит через три месяца, значит, это любовь.

Грет внимательно слушала девушку. Она так была похожа на Констанцию. Будто подруга снова с ней. Тепло и хорошо. Не важно в каком из миров. Ли чувствовала, что она с ней. Она любила её, как лучшую подругу, как сестру. И эта любовь причиняла страдания. Это именно то, что она хотела услышать. Именно эти слова. Она любила Ривая не три месяца, а семь лет. Она пыталась его забыть, но не могла. Да, любовь светлое чувство. Но оно ровно столько же светлое, сколько и тёмное. Она может обернуться по-разному. Мест тоже можно использовать и для зашиты, и для убийства. Сейчас любовь убивала. Расставание убивало. Одиночество убивало. Каждый откусывал свой кусок, не оставляя ничего.

– А ты никогда разве не любила? – спросила Ли.

Она столько бежала от этих чувств, а Лиана, оказывается, вообще их не испытывала ещё.

– Не приходилось. Ты же догадываешься, что в этом мире не так-то просто найти порядочного парня, который не будет использовать тебя, как игрушку на время, – опустила голову блондинка. В ее глазах стояли слезы.

– Не беспокойся, в этом наши миры похожи, – попыталась утешить её Грет. – А что, с тобой такое уже случалось?

– Нет, не со мной. С подругой моей. Она потом жить не хотела – любила сильно, а он с ней только развлекался.

– Почему тогда так уверена, что любовь – светлое чувство?

– Потому что я видела, как любят мои папа и мама.

Грет застыла. Картинка обнимающихся родителей встала перед глазами. Она тоже видела такую любовь. Она тоже видела! И никто не страдал. Она приносила счастье. Ли сама была плодом этой любви.

– Боишься полюбить не того или уже любишь?

– Ой, да чего мне бояться-то? Не то что бы люблю, просто мне вот уже несколько лет нравится один рок-певец. Чего бояться? Я же знаю, что он никогда в этом городе не появится и уж тем более не обратит внимание на замухрышку-меня, – совсем поникла девушка.

Грет молчала не потому, что не знала, что ответить, а потому, что не понимала значения слова «рок-певец». Ли только догадалась, что это был довольно влиятельный человек. «Мда, губа не дура влюбляться в значительную персону», – присвистнула бы девушка.

– Не могу сказать, перестань страдать, – как бы извинилась брюнетка. Она и сама понимала, что каким бы чётким не был здравый смысл, сердцу всё равно не прикажешь. Капрал сама была научена жёстким опытом.

– И не надо, – ответила Лиана, вытирая нос и собирая грязные тарелки. – Ты иди пока в душ, а я тут помою, да будем ложиться спать. Что-то мы засиделись с тобой. Мне завтра рано вставать.

Грет решила не спорить и ни о чём не спрашивать. Сегодня они слишком много узнали друг о друге. Хотелось молчать. Слишком много было сказано. Слишком правильно и слишком жестоко.

Засыпая, каждая думала о своём.

«В каком бы ты мире не находилась, всегда найдётся горе, проблемы и смерть, только в разных проявлениях. Хочешь ты этого или нет, но главная проблема человека – он сам. Только победив себя, можно думать о мире», – утвердилась в мысли Грет, смотря на полную луну, которая именно в этот момент вынырнула из-за тучи и светила прямо в глаза своим отражённым светом. Даже луна была обманом. Казалось, она всегда светила, а на самом деле никакого света и не было вовсе.

Смотря на тёмное небо, Ли вспомнила долгие рассказы Констанции о небесных светилах и попыталась найти свою звезду. Но у неё ничего не получалось. Девушка уже решила бросить это занятие, как вдруг туча снова закрыла собой мягкий свет луны, и вместо неё дрожащим светом заиграла маленькая звездочка. Это была её звезда. Оказывается, она пряталась за светом более массивного и яркого светила.

На душе стало легче. Не только из-за этой приятной находки, ещё и после разговора с Лианой. Стало легче… жить, что ли… Словно камень с души свалился. Как же долго брюнетка никому о себе не рассказывала. Всё прятала, всё таила в себе.

Внимание Младшего Капрала привлекла к себе ещё одна звезда. Более уверенная в себе, но какая-то всё равно слабенькая. Как будто раньше она была очень большой сильной холодной и уверенной в себе звездой. А теперь её будто потрепал кто-то. Да, свет немного угас, но уверенность в себе осталась непоколебимой. Грет почему-то подумала, что обладателем этой звезды мог быть только один человек.

«Вот к чему меня привели разговоры с Констанцией! – одёрнула себя брюнетка и перевернулась на другой бок. – Теперь уже в звёздах Ривая ищу! Что за глупости?!»

Но потом будто что-то вспыхнуло за окном, и девушка посмотрела в него снова. На секунду ей показалось, что в каком-то причудливом созвездии сложилась улыбающаяся и робкая Констанция, которая смеялась и говорила, что всё будет хорошо, только не надо опускать руки. Констанция махнула рукой, а созвездие, из которого она состояла, неожиданно вспыхнуло ярким светом. Что было дальше, Ли уже не знала, потому что крепко заснула.

А дальше все звёзды сдвинулись со своих мест, образовывая множество дуг, а в целом – одну большую светящуюся радугу. Такой звездопад можно было увидеть раз в миллион лет. Сколько людей сейчас родилось? Сколько стали счастливыми? А сколько сгорели в атмосфере, как эти звёзды?

А недалеко от города Лианы из этой радуги в кромешной тьме, тяжело шагая, вышел человек. Он, хромая и тяжело дыша, сделал несколько шагов, а затем рухнул без чувств на пыльную землю.

====== Переменный ветер ======

Быстро и незаметно, словно ветер, пронёсшийся на жарком пляже, пролетели эти три года. Лиана уже училась на четвёртом курсе на программиста и, не без помощи Ли, стала довольно красивой и интеллигентной девушкой. Но некоторые закидоны и фразочки а-ля «не в бровь, а в глаз» всё равно остались. Её не изменить.

Ли Грет изнуряла себя тренировками. Практически за год брюнетка полностью освоилась. Поначалу было очень трудно воспринимать всё новое. Чего только стоило Лиане объяснить брюнетке, что такое фильм. А про интернет и компьютер вообще лучше не вспоминать. Но, с горем пополам, всё освоилось, всё изучилось, и всё принялось. Даже эти наряды «минус пять сантиметров» уже не так сильно резали глаз Младшему Капралу. Было трудно привыкать. Ли исписала не одну тетрадь, изучая новые слова и сгрызла не один ноготь, стараясь не нервничать, если чего-то не понимала. Порой, девушки сморились, но ругань – привычный ход жизни. Постепенно её мир покрывался туманом на фоне яркого и необычного мира Лианы. Гиганты больше не казались вселенской опасностью, а ходить ногами по земле стало намного привычнее, чем использовать УПМ. Ли часто вытаскивала из шкафа свои вещи и рассматривала так, будто видела впервые. Она хотела понять, изменились ли они так же, как и она, за эти три года. Девушка подолгу гладила пустые баллоны, брала в руки избитые и сломанные лезвия, протирала их, будто смывала грязные воспоминания. В них всё время отражались её синие глаза. Она не могла на себя смотреть. Ей было стыдно, что она вот так подло сбежала из собственного мира, оставив его на погибель. Чистая форма лежала далеко на полке. Но герб Крыльев Свободы был всё таким же ярким и прекрасным. Он заставлял идти вперёд. Странно, но смотря на него, девушка всё время видела удаляющуюся спину Ривая.