Текст книги "Беглый в Гаване 2 (СИ)"

Автор книги: АЗК

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 35

Генерал повернулся в ложементе, прошёлся взглядом по отсеку, его взгляд остановился на одном из боксов, в котором лежали модули с медоборудованием, запчастями для «Мух» и плотный запаянный тубус с самыми необходимыми медикаментами от «Помощника».

– Надо действовать поэтапно, – проговорил он вслух, больше себе, чем мне. – Сначала – спасение, одновременно тщательный сбор доказательств. Потом – демонстрация.

Он вернулся к креслу, где я уже настроил нейросоединение с хранилищем, и перебрасывал туда все, что накопилось по 37 случаям.

– Предлагаю вести работу в трех направлениях, – начал я. – Первая – медицинская, с нами. Вторая – аналитическая, ее будут вести «Друг» и «Помошник». Третья – привлеченные юристы, через Вальтера. И каждое направление курировать. А наблюдение – уже идёт: и через «Мух», и через дроны.

– А если нас выследят? – хмуро спросил генерал, но не остановил ход мысли.

– Для внешнего наблюдателя – это просто фонд «Долголетие», занимающийся здоровьем пожилых людей. Они проводят гуманитарный аудит в рамках миссии. Фонд даже может направить запросы в несколько стран, якобы для сравнения международного опыта.

Генерал кивнул. Он уже был в режиме работы – когда отбрасываются лишние эмоции, и в ход идут только инструменты для достижения цели.

– Окей. А если у этих банков и клиник есть крыша? – добавил он. – Кто-то, кто готов прикрывать и зачистить хвосты?

– Обязательно есть, и мы к этому готовы, – сказал я, подключаясь к «Помощнику». – У нас есть копии баз, дубликаты архивов, показания тех, кто уже согласился сотрудничать. Если понадобится – материалы всплывут во всех странах Европы одновременно.

Пауза. Генерал бросил взгляд на пульт, где тихо мигал экран атмосферника.

– До Цюриха полчаса. Там Вальтер уже готовит нам три встечи – из внутреннего круга банка, страховой и клиники. Думаю, мы успеем с ними встретиться.

Я закрыл планшет и, впервые за этот вечер, позволил себе улыбнуться:

– А ещё мы привезли ящик рома и сигары. Думаю, будет уместно встретиться с адвокатом в слегка расслабленной обстановке.

Генерал усмехнулся:

– Нет, это для одного совзагранработника…

* * *

Лёгкое гудение системы жизнеобеспечения заполняло тишину кабины. За панорамным стеклом – чёрное небо, только редкие проблески звёзд и серебристая кромка, где Земля сливалась с космосом. Генерал молча смотрел на экран перед собой, где транслировался маршрут – от Кубы до швейцарской долины.

Я прервал молчание:

– У нас есть находка, о которой стоит поговорить. Ты, возможно, уже видел в сводке от «Друга» и «Помощника» – но сейчас я покажу в деталях.

Сдвинул панель в бок и включил голографический проектор. Между нами повисло изображение морского дна – в высоком разрешении: ржавые пушки, скелеты конструкции, обломки обшивки, сундуки, бочонки, и… длинные прямоугольные блоки с клеймами и узорами.

– Это место крушения одного из испанских галеонов, – объяснил я. – Находится примерно в двухстах километрах к северо-западу от побережья Кубы. Обнаружили его во время сканирования маршрута кабеля от Гуантанамо. Там несколько затонувших судов, но это – самое «живое». Мы провели разведку и уже частично начали подъём груза.

Генерал поднял бровь:

– И сколько?

– Более ста тонн ценностей. Из них шестьдесят тонн – золото в слитках. Оценочно – XVII век. Много изделий – кубки, цепи, подсвечники, шкатулки. Есть и ювелирные камни, но большая часть – это металл.

Он посмотрел на меня внимательно.

– Морская вода?

– Да. Серебро пострадало, но «Помощник» провёл первичную спектроскопию и дал положительный прогноз. После восстановления получится сплав высокой чистоты. Подходит для производства серебряных «марок». Отличный материал – нейтральный по оттенку, легко шлифуется, пластичный.

Я переключил экран – появилось изображение уже очищенного куска слитка с клеймом короны и частично сохранившейся маркировкой.

– А это?

– Проба 935. Почти идеал. Предлагаю, после того как извлечем все ценности в том районе, подкинуть парочку таких армянскому ювелиру. Он уже нюхом чует старину – пусть попробует определить происхождение.

Генерал усмехнулся, покачивая головой:

– Ты не устаёшь удивлять, Костя. Это же не просто находка. Это – легенда. Ты представляешь, если правильно всё подать – сколько можно получить и денег, и репутации? Старый драгметалд – это не просто металл. Это история. А мы – её новые авторы.

– Именно. А если грамотно выстроить легенду: часть – на фонд, часть – на реставрацию, часть – как культурное наследие, то нас никто и не потревожит. И заметь – всё это до того, как кто-то ещё успеет прозондировать район.

Генерал медленно кивнул.

– Окей. Когда приземлимся – дашь мне полный пакет данных. Надо развивать и это направление.

Я нажал на кнопку, и из-под пола выдвинулся герметичный контейнер. Открыв крышку, достал два артефакта: один – потемневшее серебряное распятие с филигранной работой, второй – кубок с чеканкой по ободу.

– Сувениры для ценителей, – сказал я. – Как думаешь, кто больше обрадуется? Ювелир или банкир?

– Тот, у кого хватит ума понять, насколько это серьёзно.

* * *

Заход на снижение был очень плавный. Под корпусом – темнота леса, только с одной стороны вспыхнула короткая световая дорожка от инфракрасных маяков, установленных рядом с площадкой под шале Коралины. Управление полностью перешло на «Помощника» – человек бы так точно не вписался в узкое окно среди сосен, камней и плотного тумана, стелющегося по склону.

Мягкая вибрация в полу. Едва ощутимый толчок – атмосферник сел на три амортизирующие опоры.

Генерал откинулся в кресле, провёл рукой по виску, поправляя наушник внутренней связи. Слова возникли будто сами собой, звуча сначала внутри, а затем – и в моём сознании:

«Пока в Латинской Америке оседает пыль, пора собирать урожай в Альпах.»

Я усмехнулся, открепляя крепления от сиденья:

– Урожай хороший, если знать, где поля. И если зерна успели дозреть.

Генерал встал, накинул тёмное пальто, подошёл к люку. Автоматическая гермодверь мягко открылась, внутрь хлынул свежий ночной воздух – с привкусом хвои, росы и камня.

– Напомни мне, Костя, чтоб мы сделали ещё одну точку для посадки, – бросил он, спускаясь по трапу. – Южнее. В случае если этот склон начнут мониторить.

Я проверил оборудование, закинул кейс с медоборудованием на спину, спустился следом. Вдалеке мерцали огни шале, из трубы вился тонкий дымок. Где-то чуть выше по склону замычала корова – значит, Фридрих дома. А нам туда не нужно.

Генерал уже шёл вперёд, с подобным кейсом, но в нем были ценности со дна Карибского моря. Он шел уверенно, словно возвращался на знакомую дачу. Его силуэт растворялся между елями, и только короткий импульс связи в наушнике подтвердил: курс прежний. Контакт с Мюллерами через Вальтера будет завтра. А пока – тишина, горы и работа.

* * *

Тяжёлый разговор начался практически сразу – на кухне. У окна – Коралина, она стояла спиной к нам, с чашкой чая в руках. Генерал присел к столу, я опёрся на подоконник, Вальтер поставил коробку с документами и урной, прикрытую серым пледом.

– Мы всё подготовили, – начал генерал. – Есть вариант, который позволит сохранить тебе свободу. Но он требует хладнокровия и полного доверия.

Кора медленно повернулась.

– Хоспис? – голос ровный, чуть глухой.

– Частный. В горах. Все бумаги уже у нас на руках. – Я сделал шаг вперёд. – «Друг» создал медицинское досье, сопроводительные справки, отметки в архивах, даже сканы анализов и рентгенов. Всё подогнано под реальный диагноз. Официальная дата смерти – через трое суток.

Вальтер поднял плед. Внутри – урна из матового стекла с гравировкой. Он опустил взгляд.

– Прах… – Кора усмехнулась. – Не совсем мой?

– Кварц. И капсула с твоими биометками. – Я подошёл ближе. – Это нужно, чтобы потом можно было восстановить твой юридический статус. Если захотим.

– А если не захотим? – В её глазах мелькнуло что-то усталое.

– Тогда ты будешь просто женщиной, умершей от болезни. И рожденной заново – там, где нам будет удобно, – спокойно ответил генерал. – В новом теле. В новом статусе.

Молчание. Только стук механизма часов на каминной полке нарушал тишину.

Коралина поставила чашку. Взяла урну. Провела по гравировке пальцем. Вдохнула глубоко.

– Давайте сделаем это красиво. Но без пафоса.

* * *

Позже, в одной из комнат шале, на фоне полутемного окна, я настраивал камеру VHS. Коралина сидела в кресле, в том самом, где она обычно читала в летние вечера. Волосы чуть тронуты серебром, в глазах – спокойствие, примирение. Она говорила медленно, глядя прямо в объектив.

– … если вы смотрите это видео, значит, я уже ушла. Но, пожалуйста, не ищите драму. Это было моё решение. Я ухожу достойно, окружённая заботой, с полным пониманием, что дальше начинается что-то новое – для меня и для всех нас.

Я выключил запись. Память зафиксировала каждый кадр.

* * *

Вечером, когда в доме загорелись лампы, устроили тихий ужин. На столе – простые блюда, немного вина, свечи. Генерал молчал, глядя на пламя. Вальтер держал руку жены. Я поднял бокал.

– За путь, который не кончается. А просто меняет дорогу.

Потом встали. Урну положили в чёрную сумку, документы – в другую. Утром Вальтер увезёт их в город. В газете «Neue Zürcher Zeitung» уже есть слот под некролог. «Coraline M., 1952–1982. Покойся с миром».

От автора:

Продолжение истории вас уже ждет…

. /work/496911