290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Рапсодия бессмертного (СИ) » Текст книги (страница 7)
Рапсодия бессмертного (СИ)
  • Текст добавлен: 24 ноября 2019, 08:30

Текст книги "Рапсодия бессмертного (СИ)"


Автор книги: Aysubado






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Успокойся, Гарри! Тебе ничего не угрожает! – Серьёзным тоном произнес тот, стараясь привести парня в чувство. – Идем!

С этими словами дементор крепко схватил его за ладонь и осторожно потащил за собой. Он на ватных ногах последовал за ним. Сейчас от Себастьяна, гордо шествующего между дементорами, веяло могуществом и величием, и герой впервые подумал о том, что тот в действительности непревзойденный маг. Вряд ли Дамблдор и Волан-де-Морт обладали хотя бы половиной знаний Экриздиса. « Интересно, а за могущество всегда нужно платить своей душой?» – подумал подросток, окидывая чужую спину задумчивым взглядом. А еще кое-кто, оказывается, может быть весьма заботливым… За своими размышлениями он и не заметил, как они вошли в здание.

Мрак и ужас. Помещение, в котором оказалась их компания, было наполнено криками, стонами и плачем. Внутри тюрьма казалась безразмерной – уходя вверх на неизвестное количество этажей. Бесчисленная череда камер была забита разношерстными заключенными, из которых выборочно тянули эмоции дементоры. Адская какофония звуков набатом отдавала в голове, заставляя стыть кровь в жилах. Теперь парень понимал, почему все так боялись попасть в Азкабан – это место было адом на земле. Проходя мимо одной из камер, он заметил, как темная тварь зависла над хрупкой беззащитной женщиной, которая забилась в угол от страха, собираясь провести свою жуткую экзекуцию.

– Останови их, – Гарри не сразу понял, что это его собственный голос так громко прозвучал в помещении, прорываясь сквозь шум.

– Они всего лишь выполняют свою работу, – невозмутимо ответил Экриздис, продолжая вести его за собой.

– Себастьян… Пожалуйста! – выдавил из себя Поттер, упрямо застывая на месте. Подобное зрелище никого не смогло бы оставить равнодушным, но, видимо, темного мага жестокость своих подчиненных не волновала. Тот раздраженно цыкнул на его просьбу, и взмахнул рукой – в тюрьме воцарилась гробовая тишина, словно всего ужаса, правившего здесь несколько секунд назад, вовсе не существовало.

– Ты слишком сердобольный, Гарри! Когда-то это сыграет с тобой злую шутку! – Сердито процедил мужчина, подымаясь по лестнице. Парень на его слова удрученно покачал головой.

– Ты, в отличие от меня, слишком жесток! Но это качество, как я вижу, уже сыграло с тобой злую шутку! – Парировал подросток, поравнявшись с ним. Ребята боязливо тянулись сзади в компании профессора, нервно оглядываясь по сторонам. Тихий смешок заставил Поттера удивленно вскинуть бровь.

– Ты уже даже пытаешься язвить! – насмешливо протянул тот, неожиданно сворачивая направо в сторону коридора.

– У меня хороший учитель! – улыбнувшись, ответил парень, последовав за ним. Когда Себастьян не вел себя, как последняя сволочь, то он был весьма приятным человеком. К тому же, тот научил его парочке новых заклинаний, которые герой практиковал в свободное время. Наверное, юноша мог бы назвать лорда дементоров другом…или не совсем другом? В своем отношении к мужчине он давно и бесповоротно запутался…

– Мы пришли, – внезапно произнес тот, останавливаясь напротив одиночной камеры, после долгих блужданий по замковым разветвлениям.

Сердце болезненно сжалось, когда за толстой решеткой герой увидел крестного, прикованного тяжелыми кандалами. Повсюду грязь. На полу лежала трухлявая солома, в которой противно пищали крысы. Каменный лежак, вытесанный в стене – вот и все условия для заключенного. Гарри захотелось собственными руками задушить Фаджа и Дамблдора вместе с ним. « Твари! Чтоб вас всех Авадой приложило!» – зло подумал юноша, стискивая зубы. Он не забудет этой картины, стоявшей сейчас перед глазами, и припомнит заточение Блэка каждому из этих мерзавцев с лихвой. На плечо неожиданно легла чья-то рука… Снейп. Зельевар покачал головой, намекая на его состояние, и он выдохнул, стараясь успокоиться. Сейчас есть дела поважнее…

– Сириус, – подойдя к железным прутьям, тихо позвал Поттер. Некоторое время никто не отвечал, но вскоре послышалось какое-то шуршание.

– Гарри? – кажется, крестный пребывал в шоке и не верил своим глазам. – О, Мерлин, что ты здесь делаешь?

– Мы пришли вытащить тебя отсюда! – стараясь не разреветься, ответил парень. Такую сцену Экриздис точно долго будет ему припоминать! – Себастьян, как ее открыть?

Тот протянул ему ладонь, и Гарри увидел в ней небольшой ключ. Схватив его, и благодарно кивнув лорду, он поспешил открыть дверь. Блэк сразу же заключил его в объятия, и парень почувствовал невероятное облегчение от этого. «Значит, все было не зря!» – подумал он, утыкаясь носом в чужую шею. Сколько они так простояли, подросток не знал, но вскоре их прервали:

– Наблюдать за вашей душещипательной сценой конечно приятно, но может вы вспомните об остальных? – язвительно произнес Снейп, чем мгновенно развеял атмосферу момента.

Юноша поспешно отодвинулся от Бродяги и принялся снимать с того кандалы. Спустя пять минут тот был свободен и теперь разминал затекшие конечности. Когда все собрались и пришли в себя, они решили обсудить дальнейшие планы. Себастьян повел их в свои апартаменты. Нужно сказать, что та часть замка, где жил Экриздис была роскошной. Арки, витражи и скульптуры различных существ – такое он видел только в Хогвартсе. И то, теперь школа, по сравнению с увиденным, казалась весьма скромной. Гарри и ребята разместились в комнате для гостей. Друзья сразу же завалились на диваны, блаженно вздыхая и делясь впечатлениями. Взрослые же сейчас заседали в кабинете.

Поттера такой расклад не устраивал и он, пробудив в себе неслыханную наглость, заявился к ним без приглашения. Но, похоже, его поступок никого не возмутил и дементор кивком предложил ему сесть в кресло. Парень, стараясь не шуметь, занял предложенное место.

– Объясни мне, Северус, чем вы вообще думали, когда затевали эту авантюру? – возмущенно произнес Блэк, не скрывая своих эмоций. – И как во все это оказался втянут Гарри с детишками?

– А это вы у него спросите, – парень мог поклясться, что лорд улыбался, когда говорил это. Он прожег того злым многообещающим взглядом, который на мужчину явно не подействовал.

– Спрошу! – серьёзно сказал крестный и добавил: – Но сейчас меня больше волнует кто вы такой?

– Себастьян Экриздис, к вашим услугам! – Гарри почему-то вспомнил их первую встречу и мысленно поразился выдержке крестного. Тот не стал швыряться Патронусом и повел себя намного адекватнее, чем они со Снейпом.

– Хм, вы, наверное, и есть тот Лорд дементоров, которому я обязан небольшим отпуском в стенах Хогвартса? – задумчиво протянул Бродяга, окидывая того заинтересованным взглядом.

– Вы обязаны мне намного большим, чем увеселительная прогулка, но в целом вы правы, – как всегда вычурно ответил Экриздис. Вся эта напускная вежливость и высокомерность бесила юношу.

– Заканчивайте обмениваться любезностями, аристократы! – решился подать голос парень. Трое магов тут же обратили на него внимание. Похоже, кроме Себастьяна никто не знал, что он здесь находится. – Расскажите лучше, какие у нас планы?

– Вы с Сириусом отправитесь в Австралию, – неожиданно ответил Снейп. – Детей отправим назад по домам, написав их семьям объяснительные письма. Я на какое-то время залягу на дно и постараюсь разведать обстановку.

– Я не стану бежать, как крыса с корабля! – Выпалил Блэк, вскакивая с места. – Я отправлю Гарри к родственникам во Францию, а сам помогу тебе!

– А ты уверен, что они настолько надежны и не выдадут его Волан-де-Морту? – Недовольно парировал профессор. – Если ты забыл, то твой род практикует темную магию и среди них есть и пожиратели!

– Гарри в любом случае здесь не останется! Мы сначала аппарируем его в безопасное место, и тогда будем думать об остальном! – Упрямо ответил анимаг, всем своим видом давая понять, что не потерпит возражений.

– А может вы все, наконец-то, вспомните, что я здесь? – прервал гневную перепалку мужчин юноша деланно спокойным тоном. – С чего вы решили, что кто-то из вас вообще может решать за меня?

– Гарри, это же для твоего блага! – произнес Сириус, старательно жестикулируя руками в такт своим словам. – Дамблдор тебя не пощадит! Он или промоет тебе мозги, или убьет!

– А кого он пощадит? Рона, Малфоя, Гермиону, тебя, Снейпа или может Себастьяна? Вы, кажется, забыли, что мы все в одной упряжке и моя жизнь не самая приоритетная сейчас. – резко ответил парень, бросая на Блэка недовольный взгляд, который тут же перевел на дементора, ища у того поддержки.

– Я бы с этим не согласился, – вполне серьёзно сказал Экриздис, барабаня пальцами по подоконнику. – Твоя жизнь самая приоритетная из всех. Пока ты не будешь в безопасности, мы все уязвимы!

– Он прав, – неожиданно согласился с ним зельевар. Сириус согласно кивнул на это. Поттер растерянно посмотрел на них, силясь осознать происходящее.

– А как же ваш крестник, профессор? Тогда выйдите и скажите всем остальным, что их жизни «неприоритетные», потому что, увы и ах, на мне, в отличие от них, клином свет сошелся! – подымаясь с кресла, зло процедил парень. Они все что сговорились? Или у них пунктик стоит «спасти мальчика-который-выжил»? Этот разговор вызывал в нем стойкое ощущение дежавю.

– Гарри… – неуверенно начал Сириус.

– Да я уже шестнадцать лет, Гарри, – выпалил он, не дав крестному договорить. – Что во мне такого особенного, что вы носитесь со мной, как с писанной торбой? Я самый обыкновенный человек – никакой не герой и не спаситель, ясно! Хотите мне помочь – сделайте так, чтобы никого из нас не взяли в заложники. Потому что, если в руках врага окажется кто-либо из моих друзей, я клянусь вам – я добровольно сдамся Дамблдору! А вы можете и дальше строить свои великие стратегии!

После этих слов юноша раздраженно вылетел за дверь, громко хряпнув ею за собой. Все трое мужчин досадливо переглянулись между собой.

– Ты до сих пор не сказал ему? – иронично подняв бровь, спросил Блэка Снейп.

– Когда я, по-твоему, должен был успеть это сделать? – недовольно пробормотал тот, откидываясь на мягкую спинку.

– Ты просто струсил! – не меняя тона, отметил профессор.

– Ну так пойди и скажи ему, если такой смелый! – зло огрызнулся Бродяга в ответ, зыркнув на того исподлобья. – Из нас двоих не ты пятнадцать лет в Азкабане проторчал!

– Если бы кто-то не был наивным дураком, то не попал бы в тюрьму вовсе! – сжимая руки в кулаки парировал зельевар.

– Если вы закончили выяснять свои отношения, – мужчины одновременно зло посмотрели на дементора: – то скажите мне вот что… Кто пойдет успокаивать Гарри?

Те озадаченно переглянулись между собой и, видимо что-то решив, перевели взгляд на Экриздиса.

– Скорее всего, ты, – пожимая плечами, ответил Северус. – Я никогда не умел вести задушевные разговоры с мальчишкой…

– Я мог бы пойти, но меня он, похоже, слушать теперь не станет… – неуверенно протянул Блэк. – У тебя из всех нас больше шансов достучаться до него…

Тот лишь обреченно помотал головой на их отмазки и пошел к выходу. Когда дверь за лордом закрылась, анимаг, немного помолчав, спросил:

– Слушай, Сев, а что у Гарри… с этим? – и под ироничный взгляд собеседника, продолжил: – Ну, они как бы тебе сказать странно себя ведут? Этот Экриздис не внушает мне доверия, но крестник с него глаз не сводит…

– Насколько я понял, кто-то кому-то из них нравится… – задумчиво протянул Снейп, загадочно улыбаясь собственным мыслям. По правде говоря, подобные привязанности его отнюдь не смущали, учитывая, что сам он недалеко от них ушел…

– Мда, меня не было всего неделю, может чуть больше, а тут такие страсти кипят… – протянул Бродяга, устало пряча лицо в руках.

– Они и до этого кипели, просто ты никогда не видел дальше своего носа! – колко отметил Снейп, разглядывая того. Худой, спутанные волосы, бледное лицо – только глаза остались такими, какими были в юности. За эти неземные огоньки в чужих радужках он и любил Сириуса, хотя вряд ли анимаг об этом догадывался. Все думали, что зельевару нравилась Лили, но она была его подругой – единственной, кто знал о его влюбленности в Блэка. И единственной, кто поддерживал его все время.

– Это ты о своей любви? – неожиданно произнес тот, и профессор пораженно уставился на собеседника. – Если я никогда об этом не говорил, то это не значит, что я ничего не знал…

– Тебе Эванс рассказала? – зло процедил он, стискивая зубы.

– Я тебя умоляю, Сев! Ты с третьего курса меня глазами пожирал, похлеще, чем девчонки! – улыбаясь произнес анимаг, чем еще сильнее озадачил Снейпа. – А подойти и признаться смелости не хватило?

– Чтобы ты со своим Джеймсом мне потом проходу не давали? – язвительно выплюнул зельевар, скрещивая руки на груди. – Нет уж, изволь!

– А при чем здесь Джеймс, Северус? – искренне удивился тот: – Я может и редкостный засранец, но никогда не позволил бы себе смеяться над чужими чувствами. К тому же я никогда не говорил, что ты мне не нравишься. Дразнил? Да! Но ведь просто с тобой поговорить не получалось – ты все время сбегал от меня.

Зельевар не сводил с него взгляда и вполне отчётливо понимал, что Блэк говорит вполне серьёзно. Он не был готов к откровениям…

– У нас сейчас есть более важные дела, – нервно сглотнул Снейп, пытаясь перевести тему.

– Как всегда, Сев, как всегда… – сокрушенно помотал головой Сириус и продолжил: – Так, какой у нас план действий?

Гарри не помнил, как оказался на крыше Азкабана. Подойдя к ее краю, он пожалел, что у него нет с собой метлы. Полеты всегда дарили ему ощущение свободы, которой порой так ему не хватало. Можно было сбросить все оковы чужого надзора и мчаться наперегонки с ветром, словно птица, рассекая небесные просторы. Там вверху не было ни проблем, ни обязанностей, ни сомнительной славы – вся раздражающая мишура оставалась далеко внизу. Морской солоноватый воздух щедро наполнял легкие кислородом, принося с собой ощущение свежести. Шум прибоя, сквозь который прорывались крики чаек, разносился по всему острову – больше этот звук не пугал его. Парень никогда не видел море. Семья Дурслей часто уезжала летом на несколько недель отдохнуть на пляж, но его, естественно, никто с собой не брал: подобной чести он не удосужился…

Злость клубилась сейчас внутри него, словно змеи в брачный сезон – шипя и пытаясь укусить кого-нибудь. Поттер был очень рад, что Сириус свободен, вот только… Парень надеялся, что они вместе придумают, как победить Дамблдора и защитить ребят с их семьями. Но его, как и всегда, списали со счетов, решив, что он должен отправиться в другую страну, пока они здесь будут воевать. Разве не ему предназначена главная роль в предстоящей схватке? Или они и с Волан-де-Мортом сами разберутся? Так на кой-черт, им вообще сдался тогда герой? Крестный беспокоился о нем и старался оградить от любой опасности. Вот только удивился бы тот, узнав, что самая большая опасность все время находится рядом с парнем? По сравнению с Лордом дементоров, их враги всего лишь пешки на фигурной доске. Вот только Гарри и сам не понимал, почему за величественной фигурой в черном, он готов был добровольно бежать следом, словно привязанный. Парень никогда бы не признался, что ему не хотелось уезжать только потому, что Себастьяна рядом не будет… Под свои невеселые мысли, юноша уселся на краю замка, свесив ноги над пропастью. Что связывало их с Экриздисом? Простая сделка? Он глубоко в этом сомневался…

– Ты можешь запросто свалиться оттуда, – неожиданно произнес знакомый голос. Поттер устало покачал головой – ему хотелось побыть одному, но видимо не судьба. Стоило парню уединиться, чтобы обдумать накопившееся внутри, как его тут же нагло прерывали.

– Зачем ты пришел? – равнодушно спросил он, рассматривая морские просторы. Завораживающая красота. Редкие солнечные лучи, выглядывающие из-за темных туч, серебрили волны, заставляя те сверкать, словно бриллианты. Можно было бы спуститься вниз и помочить ноги в воде, но она еще слишком холодная, а с него станется простудиться.

– Ты не должен на них злиться, Гарри. Они беспокоятся о тебе! – спокойно ответил ему дементор. Захотелось закатить глаза – похоже, роль «жилетки», в которую он должен поплакаться, принадлежала Себастьяну.

– А то я этого не знал! – раздраженно выплюнул подросток, стискивая зубы от досады. « Сколько можно меня учить?» – подумал он и, чтобы не сорваться, решил перевести тему: – Ты раньше здесь жил?

– Я и сейчас здесь живу, – невозмутимым тоном сказал мужчина. Тот сделал несколько шагов в его сторону, видимо, собираясь подойти к нему ближе.

– Почему? – недовольно зыркнул на него Гарри, демонстрируя всем своим видом нежелания сократить между ними дистанцию. Дементор нерешительно замер.

– Что почему? – переспросил Экриздис, скорее всего не понимая сути вопроса. Ну, или кто-то просто витал в облаках…

– Почему именно здесь? – решил уточнить парень.

– Я хотел одиночества. К тому же, на острове я изучал темные искусства вдали от посторонних глаз, – неохотно ответил тот.

– И убивал людей? – иронично заметил Гарри. Он всегда пытался обходить эту тему стороной, но, в конце концов, нужно же когда-то об этом поговорить. Как бы юноша не относился к Себастьяну, но это не отменяло тот факт, что у того руки были запятнаны по локти в крови.

– Да, – чужой голос, казалось, прозвучал над всем островом, эхом отбиваясь от скал. Так легко признаться, что погубил жизни стольких людей… Поттер сглотнул, ощущая, как внутри колыхнулось что-то темное…

– И оно того стоило? – Собственный вопрос поставил подростка в тупик. Как он не старался, но в голосе осуждения не добавилось…звучало, как просто праздный интерес.

– В целом да. Это сложно понять. – «Ты не прав… Это невозможно понять…» – подумал парень, наблюдая за чайкой, кружившей над ними. По правде говоря, в глубине души он надеялся, что ему не придётся убивать Волан-де-Морта… Становится убийцей явно не хотелось…хватит с него Квирелла. Тогда Поттер был ребенком и не понимал, что произошло с профессором, но по мере взросления пришло осознание…тот умер из-за него.

– Расскажи о себе Себастьян, – просьба внезапно для самого себя сорвалась из его губ.

– Зачем? – похоже, ему удалось удивить мужчину.

– А почему нет? Я же должен как-то тебе помочь? Если я ничего о тебе не узнаю, то вряд ли смогу понять причины твоих поступков, – пожав плечами, ответил парень.

– Я не люблю вспоминать свою жизнь до того, как попал на остров, – выдавил из себя Экриздис. – Ну…я родился в знатной семье, которая была одной из самых могущественных на то время.

– А то время, это когда? – заинтересованно спросил Поттер, поворачиваясь к мужчине. Тот стоял совсем близко и полы его длинного одеяния нещадно трепал ветер. Даже в таком виде, парень не мог назвать его жутким…скорее таинственным.

– Начало пятнадцатого века, – коротко выдохнул тот, и Гарри отчетливо расслышал в чужом голосе недовольство. Этот человек хотел покопаться в его душе, а в свою пускать явно не собирался… «Так не пойдет!» – иронично подумал юноша.

– То есть тебе… – Хотелось провалиться сквозь землю, но он не мог посчитать в уме, сколько лет Себастьяну…

– Почти шестьсот лет, да. Бессмертие – часть моего проклятия, – явно насмехаясь над его знанием математики, ответил дементор. Тот неожиданно сел рядом с ним, повторяя его позу и свешивая ноги над обрывом. Почему-то сидеть вот так вместе было странно…и приятно.

– Ты единственный ребенок в семье? – спросил Гарри собеседника, бросая на того быстрый взгляд.

– Нет, у меня были младшие брат и две сестры. Я мало с ними общался, а потому особой роли они для меня не играли, – юноша пораженно вскинул бровь: « Он ведь о родных говорит?!»

– У меня нет ни братьев, ни сестер. Страшно жить в мире, осознавая, что у тебя нет никого близкого. Наверное, именно поэтому я так цепляюсь за Сириуса: он единственный мой родной человек, – честно произнес парень. Нехорошо все время спрашивать, но не говорить ничего в ответ. Никто не знал, что, сидя в чулане, он часто плакал по ночам. Как ему хотелось, чтобы у него был брат или сестра, тогда бы он не был одиноким… Но судьба распорядилась иначе, и юноша оказался один в поле воин…

– Одиночество не такая уж плохая вещь… Кажется, дождь пойдет. – «И это говорит тот, кто сейчас больше всего боится остаться один?» – иронично подумал парень. Действительно хмурое небо начало моросить. Маленькие капли касались своей прохладой открытых участков кожи, вызывая легкую дрожь. Гарри любил дождь… Тот всегда приносил странное умиротворение в душу.

– Почему ты стал таким? Я имею в виду, что послужило причиной всего этого? – ему хотелось, наконец-то, услышать правдивый ответ, а не очередную отмазку. Мужчина в зеркале не был ему знаком, но Поттер знал того, в кого тот превратился. Экриздис, каким бы учтивым и вежливым он не казался, тихо презирал всех, и Поттер не мог понять почему… На простую манию величия это не смахивало.

– Мой отец, – неохотно отозвался Себастьян, словно говорил о чем-то мерзком лично для него. Юноша понял, что свою семью дементор не любил.

– И что он сделал? – осторожно спросил парень.

– Много чего! – так же немногословно ответил тот. Дождь усиливался, и он накинул на голову капюшон – идти в здание не хотелось, особенно сейчас.

– Послушай! Мы можем и дальше играться в молчанку. Но если так, то зачем ты заключил сделку со мной? Развеяться захотелось или посмеяться над кем-то? Я просто стараюсь понять, чего не хватало тому красивому, талантливому и богатому мужчине, которого я видел на Предсказаниях, что он превратился в убийцу? – подымаясь на ноги, резко произнес Гарри. – Скоро начнется война, Себастьян, и я более чем уверен, что вряд ли переживу еще одну встречу с Темным Лордом. А если и переживу, уж Дамблдор то точно меня прикончит! А если и этот не справится, то мое невезение наверняка добьет! Я хочу помочь тебе, пока еще в состоянии это сделать, иначе какой во всем этом смысл? Не доверяешь мне, тогда я тебе кое-что расскажу.

Собравшись с духом, он выпалил:

– Я жил у тетки, которая ненавидела меня за то, что я был магом и напоминал ей о сестре, которую она презирала. Я никогда не получал подарков на День Рождения и первый раз в своей жизни попробовал торт, когда мне его вручил Хагрид. В их семье я был домовым эльфом – без прав, в обносках и регулярно получавший тумаки. Я жил в чулане, из которого мог выходить только тогда, когда мне разрешали. Представляешь, мне даже пожаловаться некому было, иначе я сразу становился «неблагодарным сиротой».

Когда мне сказали, что я волшебник – то подумал что: вот оно мое спасение. Но все оказалось совсем не так. Я только сейчас понимаю, что ничего не знаю об этом мире. А тогда… Здесь я герой! Мальчик-который-выжил! Скорее, который пытается выжить вопреки всему. Мне пожимают руки и говорят о каком-то Волан-де-Морте, которого я, вроде бы, убил! Магам удобно – они свалили на меня миссию по спасению своих жизней, и смахивают платочками благодарные слезы, наблюдая за моими «подвигами». На первом курсе я убил Квиррела, нечаянно, но я пытался спасти свою жизнь. Это навсегда отложилось в моей памяти, когда я понял, что стал убийцей, а «добрый дедушка» твердил мне, что я такой молодец. Синяки, ушибы и ожоги – вот моя плата за то, что я всунул свой нос туда, куда не нужно. На втором – я встретился с василиском и знал бы хоть кто-нибудь, какую боль причиняет его яд. Смешно, но я не знал ни одного заклинания, и мне приходилось биться с древним змеем мечом. Увы, но фехтованию меня тоже не учили. Тогда, укушенный тварью, я думал о смерти в заброшенной комнате, где мое тело никто бы не нашел. На третьем – я впервые в своей жизни поцеловался. Нужно сказать, что объектом моих воздыханий стали дементоры. Где бы я ни стыкался с ними – то постоянно терял сознание. Я каждый долбанный раз слышал, как кричит моя мать и думал о том, что из всех людей в этом мире только родители действительно любили меня. Но их нет, и философский камень не выполнит мое желание. Когда я нашёл зеркало Еиналеж, то сутками просиживал перед ним, чтобы видеть улыбающиеся лица отца и матери. Они хотели, чтобы я был счастлив, а другие – чтобы выполнил какое-то предсказание… Я смирился со своей участью, Себастьян. Единственное, чего я хочу – чтобы близкие для меня люди не страдали, и всё …Вот и все желания мальчика-который-выжил. Но где-то в глубине души, я хотел бы поселиться в небольшой деревушке, купить дом и встретить человека, который увидит во мне меня, а не все эти регалии… Который будет пить со мной чай на закате, и говорить обо всем на свете… Но это все мечты и я прекрасно знаю, что этого не будет… Вот и вся моя жизнь, как видишь ничего интересного…

Поттер обрадовался, что дождь скрывал сейчас слезы, беспрерывно бегущие по щекам. Он никогда не рассказывал никому об этом, стараясь не тревожить посторонних людей своей исповедью. Отросшие мокрые волосы прилипали к лицу, а очки сейчас бесполезно висели на носу и он снял их. Себастьян молчал, и Гарри досадливо помотал головой – он надеялся хоть на какой-то ответ. Парень уже собирался уходить, когда тот неожиданно схватил его за руку и потянул на себя. Поттер удивился и осторожно уселся рядом.

– Мой отец ненавидел меня, считая исчадием ада… Все случилось на моих семнадцатых именинах…

Парень нервно сглотнул, абсолютно не представляя, какую историю ему расскажет мужчина. Но одна вещь поражала его сейчас до глубины души… Он ощущал, как дрожит рука Себастьяна…

========== Часть 8 (Воспоминание Себастьяна) ==========

Себастьян проснулся на рассвете. Он лениво окинул свою комнату сонным взглядом, который чуть подольше задержал на окне. Темное небо было покрыто тучами, похожими на гигантских серых овец, которых, словно заботливый пастух, гнал по небу ветер. Парень неохотно поднялся из кровати, отодвигая в сторону полупрозрачный балдахин и ставя ноги на холодный пол – согревать мрамор с помощью заклинания не особо-то и хотелось.

Сегодня было седьмое сентября, и он уже заведомо ненавидел этот еще только начинающийся день. Чувство обреченности всколыхнулось в душе с тройной силой, и подросток откинулся назад, распластавшись поверх одеяла в позе звезды. Магические огоньки, затеяв веселую игру, перелетали с места на место в попытке догнать друг друга, но юноша сейчас не был настроен на забавы, а потому погасил их одним движением руки. Причина его уныния была проста: семнадцать лет назад парня угораздило родиться в этот противный день. Мама говорила, что, когда он появился на свет, то лил сильный дождь, и внезапно наскочившая буря повалила несколько деревьев в саду. Тогда многие не на шутку перепугались, считая подобное предзнаменование дурным знаком, но лично она была уверена, что это свидетельствовало о том, что ее сын будет великим магом. Он не знал, что именно – чужие опасения или ее надежды – были правдой по отношению к нему, но, словно приставучая карма, подобная мокрая погода портила ему каждый праздник, вызывая у него еще большее чувство меланхолии.

Вяло шлепая босиком по полу, юноша мечтал о том, чтобы смыться из дому и побродить где-нибудь до вечера, но, увы… Отец сказал, что еще одна такая безалаберная выходка – и тот спустит с него живьем шкуру. Не сказать, что подросток боялся его угроз, но в очередной раз проверять судьбу на прочность он не решался. «Воспитание» старшего Экриздиса за прошлый проступок только недавно начало сходить с кожи, но все еще оставляло мерзкие синие разводы на ее молочной белизне.

Кое-как натянув на себя одежду, он вышел на веранду, чтобы хоть немного побыть в одиночестве до того, как ему придется участвовать во всем этом сумасшествии, именуемым «торжеством». Горячую после сна кожу, обожгло утренней прохладой, и парень поежился, жалея, что не захватил с собой накидку. Ветер задорно игрался с его волосами, которые Себастьян, пребывающий в раздумьях, не потрудился собрать в хвост. Если бы кто-то увидел его утром на крыльце дома, то наверняка подумал бы, что это эльф забрел из лесной чащи в людские чертоги… ну или баньши, которая забыла с утра причесаться. Мысли лениво перетекали в голове, и он облокотился на перила, рассматривая, как тонкая блеклая розовая полоска рассвета подымается с горизонта. Если сегодня не будет дождя, то юноша, так и быть, поверит в существование чуда.

– Не спится, сыночек? – неожиданно ласково прозвучало откуда-то сзади. Парень торопливо обернулся и увидел возле дверей маму, которая куталась в шаль и смотрела на него так по-доброму, что он не смог не улыбнуться ей в ответ. Женщина неспешно подошла к нему и нежно потрепала по голове, попутно пропуская непослушные пряди между пальцами. Незамысловатая ласка вызывала в душе мягкое, словно урчание котёнка, чувство. От нее пахло сладостями, розами и чуточку приправами, видимо, она изначально надеялась найти его на кухне. – С именинами, мой одуванчик!

Парень еще шире расплылся в улыбке, при этом фыркая и заливаясь тихим смехом. Так его могла называть только она и юноша посмотрел бы на того смельчака, который рискнул бы подобные вольности по отношению к нему. Когда-то он, благодаря Адриану, неожиданно искупался в озере – попросту свалился туда – и волосы, высохшие за день на солнце, начали топорщиться во все стороны, как мех у ипопаточника. Мама, первая на чьи глаза неудачный пловец попался по возвращению домой, залилась задорным хохотом, сказав, что «сейчас ты похож на одуванчик». С тех пор, та всегда называла его так, когда никто их не слышал.

– У меня для тебя кое-что есть, – неожиданно произнесла женщина, и протянула ему небольшую бархатную коробочку, перевязанную атласной лентой. Юноша осторожно забрал у неё вещь и, повертев ту в руках, вскинул на нее вопросительный взгляд. Она тепло улыбнулась и добавила: – Открой ее.

Парень приподнял крышку и изумленно замер – на бархатной подушечке лежал золотой медальон. В верхнюю часть украшения был инкрустирован синий камень с невероятными голубыми переливами. Магический сапфир считался огромной редкостью в Британии, и подросток нервно сглотнул, на секунду прикинув, сколько тот должен стоить. Вокруг него были выгравированы знакомые орнаменты, принадлежавшие роду Селвин, представительницей которого, до замужества, была и мама. Когда он открыл медальон, то не смог сдержать улыбки: на портрете была изображена их семья, которая приветливо махала ему руками – ну кроме отца, разумеется.

– Спасибо, мама! – прошептал Себастьян и крепко обнял ее, стараясь вложить в это действие всю свою благодарность и любовь. В доме неожиданно зашевелилась прислуга, а это значило только одно – старший Экриздис уже на ногах.

– Видимо отец проснулся, – задумчиво протянула женщина, поглаживая его по голове: – Нам нужно идти, одуванчик!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю