290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Рапсодия бессмертного (СИ) » Текст книги (страница 6)
Рапсодия бессмертного (СИ)
  • Текст добавлен: 24 ноября 2019, 08:30

Текст книги "Рапсодия бессмертного (СИ)"


Автор книги: Aysubado






сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– Если ты хотел узнать о проклятии, то мог бы спросить меня! – скрипучий голос, кажется, отдавал недовольством. – Снейп вряд ли много знает об этом.

– Я не обязан отчитываться перед тобой. И если ты не заметил, твоих советов не спрашивал! – зло процедил Поттер, поднимаясь на ноги. Перепуганные лица друзей до сих пор маячили перед глазами, как и стояли в ушах чужие безжалостные слова.

– А ты весьма обидчивый, – с насмешкой протянул тот. Гарри почувствовал, как мозг обволакивает кровавой дымкой. Этот мерзавец еще и смеётся?

– Ты бросил их. Просто взял и бросил. Каким мудаком нужно быть, чтобы пережив все это вместе, цинично заявить, что они для тебя «ничто», – яростно выплюнул обвинения парень. Хватит с него этого. – Ты, Себастьян, самовлюбленный эгоист! Не знаю, что именно ты сделал, но в одном я уверен точно – свое проклятие ты действительно заслужил. Настолько бессердечные люди – не достойны ничего другого. Что ты, что Дамблдор, что Том Реддл – все вы одинаковые. Больше всего на свете я сожалею, что заговорил с тобой в тот отвратительный день.

Гневная тирада, словно нож, разрезала лесную тишину. Подросток ощущал, как его начинает знобить. Нервное напряжение, наконец-то, достигло своего предела. Дементор молчал и юноша пожалел, что не может посмотреть тому в лицо.

– Мы выполним заключенную сделку и, надеюсь, больше никогда с тобой не встретимся, – холодно добавил Поттер, собираясь уходить. Парень не успел ступить и шага, как его, развернув, пригвоздили спиной к дереву.

– Ты слишком много о себе возомнил, мальчик-который-уже-задолбал. Я не нанимался нянчиться с твоим детским садом. Да меня интересует снятие проклятия, и никуда ты не денешься, пока я не получу желаемое, – неестественный голос Экриздиса, прозвучал весьма жутко. – Вы все мне не ровня. Я стал Повелителем тьмы в двадцать семь лет. Я убил несколько сотен людей для достижения могущества – и был за это проклят. Мужчины, женщины, дети – мне было без разницы, кого принести на алтарь тьмы. Знаешь, что самое интересное? Я ни на секунду не испытал ни сомнения, ни жалости, ни раскаяния!

Поттер пытался выбраться из цепкой хватки того – слушать все это было выше его сил. Монстр! Перед ним стоял самый настоящий монстр!

– Ну, раз ты такой могущественный маг, что же ты сам с себя проклятие не снимешь? – язвительно процедил юноша. До жути хотелось запустить в лорда Авадой. – Или у Великого Себастьяна Экриздиса силёнок не хватило?

Гарри с удивлением заметил, как в глубине капюшона загорелись синим огнем нечеловеческие глаза. Похоже, он перегнул палку. Вокруг них начало плясать магическое пламя, казалось, что оно подожгло саму землю. Подросток неожиданно отметил для себя, что ему все равно – хочет его убить, пускай убивает.

– Не смей говорить так со мной, щенок, – яростно прошипел тот и резко отпустил его. Магия пришла в норму, а со стороны лорда донесся легкий смешок. – Ха, давно я уже не испытывал таких эмоций…

– Это хорошо или плохо? – осторожно спросил парень. Неожиданная перемена настроения у дементора вызывала гораздо больше опасения, чем его злость.

– Не знаю… Чем ты думал, когда полез в адское пламя, Гарри? – внезапно спросил тот. – Ты хоть знаешь, что такое Адеско Файер? Ты мог погибнуть, а я, извини, не всесилен, и воскрешать не умею. Мне удалось потушить огонь, так как его было немного, но если бы он успел добраться хотя бы до уровня локтей – ты бы попросту сгорел заживо. Твои раны, скорее всего, никогда полностью не заживут.

Поттер широко распахнул глаза от удивления. За обидой на одного заносчивого ублюдка, он даже не подумал, что могло быть и так…

– Когда-то моего друга убили подобным способом. Одна искра заклинания – и человек горит на твоих глазах, – внезапно продолжил Себастьян. – Можешь считать меня мерзавцем, но мне действительно было все равно на остальных. Твои друзья должны были сразу понять, что это не увеселительная прогулка, и их будут поджидать смертельные опасности. Я уязвим для огненной магии в этом обличье. Вы не должны рассчитывать только на меня, Гарри. Я не могу защищать этих детей от любых неприятностей. Если мне нужно будет выбирать между всеми вами – твоя жизнь всегда будет в приоритете.

– Потому что я часть сделки, – устало пробормотал подросток. Да-да, он – подопытный кролик, для этого змея-экспериментатора. Парню надоело, что все от него чего-то ждут. В глубине души все это время теплилась странная надежда, что этому человеку нужен он сам, как интересный собеседник, например…неудачный пример.

– Потому что я так хочу, – ответил тот. – Ты мне чем-то приглянулся.

Гарри оторопел. Таких откровений он не ожидал, тем более от Экриздиса. После его слов в душе стало немного теплее, словно там загорелся маленький огонек и понемногу согревал озябшее сердце. Внезапно взгляд привлекла одна деталь, на которую он даже не обратил внимание. Глаза парня ошарашенно смотрели на фигуру дементора, и ему очень захотелось протереть очки, чтобы увериться в реальности…

– Себастьян… – растерянно начал подросток, быстрым шагом сократив расстояние между ними.

– Что тебе еще? – раздраженно ответил лорд, демонстративно продолжая пялиться в другую сторону.

– Себастьян…твои руки… – бережно прикасаясь к чужой конечности, прошептал Поттер.

Сейчас он осторожно сжимал…человеческую руку. Гладкая бледная кожа, разрезы линий на ладони и аккуратно остриженные ногти. Экриздис, видимо решивший, поначалу, съязвить наглому мальчишке, непонимающе уставился на свои конечности, а потом резко перевел взгляд на него.

– Похоже, червячок совести таки шевельнулся в твоей душе, – невольно улыбаясь, произнес парень, абсолютно не замечая, как его перебинтованные пальцы осторожно поглаживают руки мужчины.

Никто из них не видел, что, скрывшись в тени деревьев, за ними наблюдали. Снейп может и прожил меньше, чем лорд дементоров, но абсолютно был уверен, что между этими двумя что-то есть. Мужчина относился к Поттеру, как … к сыну. Возможно, сказывалось теплое отношение к подруге детства, а возможно – это были его собственные чувства. Гарри был слишком нелюдим и не подпускал никого к себе близко, а он не умел бурно выражать свои привязанности и мог только молча помогать тому. А еще зельевар прекрасно видел, что парень симпатизировал этому Себастьяну. Когда бы он ни посмотрел на Поттера, тот всегда ошивался рядом с дементором, и лорд, похоже, абсолютно не был против этого.

Единственное, что его действительно волновало, чтобы этот человек не разбил мальчишке сердце, когда наиграется в свои непонятные игры…

***

– Офигеть…

Себастьян молча уставился на героя, в ожидании шквала вопросов. К его счастью, зельевар не обладал особым терпением, и, не изменяя своей манере говорить, поторопил их. О, нужно было видеть, как на слове «намиловаться» щеки мальчишки покрылись густым румянцем, который яркими пятнами выделялся на бледной коже. Весьма неожиданная реакция на простую шутку. Тот торопливо сбежал к своим друзьям, не сказав ни слова. Экриздис лишь улыбнулся на эту попытку бегства и занял свое привычное место за плечом Поттера.

Деревня была весьма миловидной. Их поместье тоже находилось за городом среди природы. Туда они приезжали, чтобы отдохнуть от шумного Лондона и именно это место он считал своим домом. Роскошное здание в три этажа, выложенное песчаным камнем. Вход украшали четыре колонны, увенчанные фигурами драконов, которые являлись символом их семьи. Красивые полукруглые окна, расписанные причудливыми оживающими витражами. Вся территория была обнесена кованным металлическим забором, с вплетенными в него защитными чарами. Домовые каждое утро заботливо подстригали кусты и деревья в уютном парке. Перед домом находились огромные клумбы с разноцветными розами – эти цветы очень любила мама. Заботу о них она не доверяла никому и часто, надев передник, копошилась среди нераспустившихся бутонов. В такие моменты Элизабет Экриздис, с выбившимися из пучка пепельными прядями, и сама расцветала невероятной красотой. Сад встречал гостей фонтаном и беседкой для отдыха, в которой они часто ужинали. А за пределами поместья царствовала сама магия. Единороги, кельпи, феи, кентавры – существа обитали в прилегающем ольховом лесу и радушно встречали молодого мага. Себастьян предпочитал звенящую лесную тишину, взамен шумным балам и приемам. Он охотно остался бы жить в поместье навсегда, но отец считал, что наследник должен быть вхожим в знатное общество…

Гарри светился от восторга, рассматривая поселение, и Экриздис не мог не разделить с ним этого чувства. Хотелось, как в детстве, сбросить обувь и помчаться по зеленеющему полю, чтобы ощутить это чувство свободы. Парень часто уходил из дома ранним утром и возвращался, когда на землю спускался ночной сумрак. Заботливые домовые любили «молодого хозяина Себастьяна» и всегда оставляли ему немного еды. Он помнил, как когда-то, вернувшись поздно ночью, решил перекусить. На кухне его, жующего печенье, в компании эльфов застала мама. Женщина, на его виноватый вид, тогда только рассмеялась и мягко потрепала по волосам.

Первоначальный план с быстрой аппарацией провалился. Теперь им нужно было переместить еще троих человек. Мужчина с удовольствием оставил бы детишек где-то в безопасном месте, но решения здесь принимал не он. К тому же это заняло бы много времени, которого у них и так было мало. Пространственная телепортация весьма древнее и каверзное заклинание. Его использовали в случае, когда большое количество магов нужно было отправить в одно место разом. Энергетические затраты на себя брал только один человек, что позволяло остальным сохранить полный запас сил. Для их компании это самый оптимальный вариант. К тому же ребятам попросту не хватит магии, чтобы аппарировать в Азкабан – слишком большое расстояние. Кто-то запросто может свалиться где-то на середине пути в Северное море, а если вспомнить о чьем-то хроническом невезении – это будет явно Поттер.

Он настолько привык находиться возле героя, что на мгновение растерялся, когда тот, осторожно притормаживая, остался где-то позади. Снейп, заполучив его в качестве собеседника, принялся расспрашивать о древних заклинаниях, и он, поначалу, неохотно отвечал тому. Вскоре беседа затянула Себастьяна, и мужчина осторожно выпытал у зельевара о родителях Поттера. Тот рассказал о пророчестве, и о том, что их предали, бросив на произвол судьбы. Темный лорд, страшась своей смерти, поспешил избавиться от возможной будущей угрозы, но не вышло…

Материнская любовь – самая сильная магия в мире. Бескорыстная – готовая отдавать, ничего не требуя взамен. В душе шевельнулось что-то теплое и горькое одновременно. Экриздис виделся с матерью всего лишь раз после того, как навсегда сбежал из дому. В тот день он пришел в Косой переулок, чтобы нанять недостающих мастеров по резьбе. В ритуальный зал нужно было создать несколько фигур, а свободных рук из-за объема работы не осталось. День выдался удачным, и мужчина, отдав порт-ключ нанятым рабочим, решил немного прогуляться по магическому кварталу. Он собирался зайти в лавку артефактов, когда его резко окрикнул женский знакомый голос, заставив невольно обернуться. Напротив него стояла мама, растрепанная и запыхавшаяся от бега. Она резко сократила расстояние между ними и крепко сжала в своих объятиях, заливая слезами рубашку. Он неловко приобнял ее в ответ, ощущая родное тепло. Себастьян не знал, сколько они так простояли посреди оживленной улицы. Мама осыпала его вопросами, а мужчина смог лишь коротко выдавить из себя, что «он не вернется домой». Слова дались ему с трудом. В глазах напротив после них появилась невыносимая боль. Она прекрасно понимала, что видится с ним в последний раз и следующей встречи не будет. Женщина вытерла слезы и попыталась искренне улыбнуться, сказав что « хочет, чтобы малыш Себастьян запомнил ее такой». Ему тогда показалось, что внутренности кто-то с силой сдавил, и стало трудно дышать. На прощание мама подарила ему свой перстень и стояла на площади пока вспышка аппарации не растворила ее образ навсегда. Подарок он постоянно носил с собой, нанизав украшение на цепочку. Это единственное, что спасало его после проклятия в темных дебрях его замка, согревая сердце ее любовью…

Зельевар продолжал что-то рассказывать, а он не удержался и посмотрел на мальчишку. Тот над чем-то смеялся в компании своих друзей. Поттер не делил людей по социальному статусу, равно относясь ко всем. Аристократ или оборванец, умный или глупый, красивый или уродливый – для парня не существовало всех этих условностей. Экриздис вырос в других условиях, которые сформировали в нем ценности, присущие тому времени. Богатство, роскошь, показная вежливость. Под маской всего этого скрывалась жестокость, разврат и лицемерие. Воспитанный в лучших традициях того века, он являлся олицетворением всего этого падшего мира. Мужчина завидовал Гарри. Тому удалось, невзирая на все жизненные неурядицы, сохранить в своей душе доброту и преданность…

Парень вновь рассмеялся, и он ощутил, как уголки собственных губ тронула легкая улыбка. В такие моменты юноша казался ему необычайно прекрасным.

Равнина идеально подходила для магической печати. Оставалось только ее начертить. Окинув скептическим взглядом собравшуюся разношерстную компанию, он понял, что будет ох как не просто. Ребятишки старательно выводили символы, от напряжения Уизли даже прикусил кончик языка. И только Гарри вместо того, чтобы сосредоточиться на задании решил посмотреть на глупую птицу…ну и на все остальное заодно. Себастьян вздохнул, и ловким движением перехватил съехавшую в другую сторону палочку. Иногда ему казалось, что парень вообще не способен на чем-либо сконцентрироваться или попросту балуется. Третий вариант даже обсуждать не хотелось: мысль, что тот попросту пытается привлечь таким способом его внимание, была слишком абсурдной. Прикасаться к юноше было вдвойне приятно – Поттер не отдергивал руку и, кажется, был не против тактильного контакта с дементором. Мужчина никогда не думал, что не просто позволит кому-то трогать его своими конечностями, но и сам будет стремиться дотронуться до кого-то. Похоже, герой Британии мыслит собственными категориями, которые не поддавались законам логики. Ему даже на мгновение показалось, что герой досадливо вздохнул, когда он отпустил его кисть.

Все шло по плану. Подготовка закончилась и все заняли свои места.

Погоня. Одноглазый громила в этот раз пришел не один. Себастьян со злости скрипнул зубами. Как же его достали эти «воины света». Парализующее заклинание поразило сразу троих врагов, и те, как подкошенные, упали на землю. Похоже, мракоборцы старались вывести из строя старших волшебников, чтобы потом взять детишек в плен. Вот она, вся сила Министерства магии, которую используют, чтобы драться с подростками. Поттер отбивался от какой-то девки, и мужчина послал в ее сторону проклятие. Кажется, они неплохо справляются…

– Адеско Файер!

Два слова и он с ужасом осознает, что магия летит в сторону оторопевшего Гарри. Мгновение, чтобы схватить мальчишку и рывком отдернуть его от вспыхнувшей стены пламени. Огонь – его большой страх. Являясь хладным существом, он попросту не переваривал огненную магию. Это являлось расплатой за полученный титул Повелителя тьмы. Элементали, драконы, саламандры неизменно считали его противником и атаковали без предупреждения. Увечья, полученные от них, долго заживали и причиняли существенный дискомфорт. Парень в его руках неожиданно начал вырываться, чем вызвал искреннее недоумение. Никто в здравом уме не полезет в адское пламя, которое испепеляет все на своем пути. Но тот сдаваться не собирался и со злостью ударил его локтем в грудь. В отместку захотелось отвесить ему звонкую пощечину, чтобы глупый герой перестал дергаться и успокоил свою истерику.

Разве он солгал? Друзья мальчишки не имели к нему никакого отношения. Экриздис был вообще против того, чтобы они участвовали во всем этом. Ребята были самой большой слабостью Гарри. Гарри же был самой большой его слабостью. Он не мог разорваться между ними, а использование темной магии, в сложившихся обстоятельствах, попросту убьет их всех. Мужчина напомнил о сделке, пытаясь хоть как-то воззвать к голосу разума брыкающегося подростка, но его слова, к сожалению, возымели обратный эффект.

Он пораженно наблюдал, как тот, вырвавшись из хватки, устремляется прямо к пылающему магическому кругу. Заклинание воды создало небольшую брешь, через которую, наполовину исчезая, парень вытаскивал своих товарищей. Сумасшедший! Он со злостью бросает Финитум в одноглазого громилу, и вдруг замечает испуганный взгляд зельевара, направленный куда-то за спину.

У мальчишки горят руки, с прокушенной губы течет кровь и Себастьян ощущает как остатки лимфы в его жилах застывают от ужаса. Древняя магия льда, знания о которой ему передал дед, с лёгкостью срывается из губ и мужчина с облегчением замечает, что источник энергии, питавший пламя исчезает, оставляя после себя красную обгоревшую кожу. Поттер переводит взгляд на руки, и он во время успевает подхватить его заваливающиеся тело.

– Гарри!

Имя неосознанно вылетает изо рта. Кажется, будто он снова испытал на себе прелести лихорадки, которой болел в детстве. Чужой пульс ощущается под кончиками пальцев – ровный. Снейп вымученно заявляет, что нужно перенести всех в безопасное место, чтобы залечить их раны. Выпускать мальчишку из рук совершенно не хочется. Он с лёгкостью перемещает всех в ближайшую низину, чужая голова покоится на плече. Себастьян осторожно укладывает парня на землю, и профессор мигом склоняется над ним, заставляя выпить какое-то зелье.

– С ним все будет хорошо, – коротко выдыхает зельевар. Похоже, тот пытается самого себя убедить в собственных словах.

– Ожоги от адского пламени невозможно вылечить, – невозмутимо отмечает он, осторожно поглаживая обожженную руку.

– Почему ты его отпустил? – зло выплюнул Снейп, резко оборачиваясь к нему. В глазах того светилась нечеловеческая ненависть, словно перед ним сейчас находился инфернал.

– Он сам так решил. Я пытался его остановить! – похоже, переживание отозвалось в нем самом схожими чувствами.

– Ты должен был присматривать за ним! – продолжая гневную тираду, возразил профессор. – Они дети! И наша задача защищать их, даже ценой своей жизни. Ты же сильный маг, почему ты не помог Гарри? Как можно было просто стоять и смотреть?

– Ты не в праве меня отчитывать! – яростно парировал дементор. – Ты не его отец, чтобы вмешиваться в не свои дела!

Мужчина после его слов, долго буравил Экриздиса мрачным взглядом. Кажется, он задел того за живое. Зельевар без сомнения любил мальчишку, но сейчас тот лез туда, куда его никто не просил. Лорду жутко не нравилось, когда его кто-то поучал. В конце концов, он уже давно не маленький мальчик…слишком давно.

– Если с ним что-то случится или ты причинишь ему вред – я не посмотрю на то, что ты бессмертный и лично прикончу тебя! – спокойным и холодным тоном ответил профессор, принимаясь за лечение ребят.

В душе у него царил хаос. Он словно вновь побывал в то время, когда отец отчитывал его в своем кабинете. Ему никогда не давали возможности оправдаться, вынося строгий родительский приговор без суда и следствия. И сейчас было также мерзко, словно мужчину окунули в ледяную воду. Впервые за все время захотелось побыть одному.

– Ты, Себастьян, самовлюбленный эгоист! Не знаю, что именно ты сделал, но в одном я уверен точно – свое проклятие ты действительно заслужил. Настолько бессердечные люди – не достойны ничего другого. Что ты, что Дамблдор, что Том Реддл – все вы одинаковые. Больше всего на свете я сожалею, что заговорил с тобой в тот отвратительный день.

Чужие слова больно бьют по уязвленному самолюбию. За такие речи раньше он, не раздумывая, запустил бы в зарвавшегося мальчишку Непростительным. Но это же Поттер… Горящий взгляд зелёных глаз обжигает похлеще адского пламени. Дементор вдруг ясно понимает, что за юношу сейчас говорит его обида. Кем Себастьян Экриздис является для Гарри Поттера? Другом, партнером сделки…или кем? Сейчас он с ужасом понимает, что подросток доверяет ему, похоже, больше, чем всем остальным. Ему кажется, что в руки неожиданно вручили сосуд с чужой душой, и мужчина не знает, что с ним делать.

– Или у Великого Себастьяна Экриздиса силёнок не хватило?

Знал бы парень, что ему, Повелителю тьмы, действительно не хватило сил. Он искал способ долгие годы в окружении неупокоенных духов, которые мрачными тенями следовали за ним. Лорд даже пару раз спас внезапно заявившихся на остров путников, но этого было слишком мало в сравнении с совершенными им преступлениями. В нем не было искреннего желания помочь кому-то, он все делал с корыстью…

Признавать собственную слабость страшно. До сегодняшнего дня никто не знал, что Экриздис попросту боится огня. Когда-то ему пришлось стать невольным свидетелем гибели его друга Флоренса. Невинная дуэль с мужем любовницы забавному пареньку стоила жизни. Ревнивец, не умевший проигрывать, с досадой запустил в того адским пламенем. Всеобщая атмосфера веселья сменилась ужасом, когда победитель вспыхнул, словно спичка, и за считанные секунды сгорел. С тех пор он ненавидел огонь. Покойный дед, зная о его фобии, научил внука ледяному колдовству, которое не захотел передать сыну. Тот объяснил, что в редких случаях, если колдовское пламя не заденет жизненно важные органы, есть возможность его потушить. Но если оно попадет в голову или грудь – человек умрет. Мужчина не ведал, поймет ли парень, что-то, что он сказал – это попытка хоть как-то оправдать его доверие. О Себастьяне никто ничего не знал лишь потому, что никто никогда ни о чем и не спрашивал дементора.

– Потому что я часть сделки…

Сделка? Ради «сделки», он никогда бы не бросился в сторону адского пламени и не распинался в попытке объясниться. В чужих глазах плещется что-то странное, словно парень хочет услышать от него опровержение собственных слов. Мужчина и так уже готов был простить тому все, что он наговорил раньше, за редкую возможность высказаться.

– Потому что я так хочу. Ты мне чем-то приглянулся…

Признать собственную зависимость от одного зеленоглазого юноши было до жути непривычно. Но Поттер, сам того не осознавая, как-то неожиданно стал частью его темного беспроглядного мира. Он подписался на все это, в тот момент, когда спас героя и Сириуса Блэка от поцелуя дементоров. «Судьба – не иначе!» – иронично подумал лорд, отворачиваясь от растерянного паренька. Экриздис ощущал, что с ним происходит что-то странное. Неожиданная вспышка злости, резко сменилась каким-то отчаянием, а после и вовсе несвойственной для него заботой. Он давно не ощущал чего-то подобного, на мгновение ему даже показалось, что по рукам прошелся холодок…

– Себастьян…твои руки…

Дементор непонимающе перевел взгляд на светившегося от восторга парня. Чем тому его руки не угодили? Склизкие, серые и костлявые. Он только спустя несколько минут понял, что бледные гладкие ладони, которые сейчас аккуратно держал Гарри, принадлежали ему. «Не может быть!» – шокировано билась птицей мысль в голове. Слишком нереально, чтобы быть правдой.

– Похоже, червячок совести таки шевельнулся в твоей душе…

Мальчишка лучезарно улыбался, не сводя с него глаз. Чужие пальцы, замотанные в бинты, неосознанно гладили его руки. Приятное тепло, разливалось мурашками от чужой незамысловатой ласки. Злость улеглась и, словно пушистый зверек, с жадностью подставляла голову под чужую ладонь. Неужели Моргана сжалилась над ним? Или Гарри все-таки удалось пробудить в его душе частичку чего-то светлого? Нет, он по-прежнему презирал остальных и явно не собирался становиться героем. Но для одного юноши лорд был готов поступиться своими принципами. Поттер обладал одной уникальной способностью – пробуждать в окружающих его людях зачатки добра. Мальчишка не был невероятно сильным магом, но он был невероятно сильным человеком. От осознания этого стало одновременно приятно и страшно…

Себастьян абсолютно не представлял, что теперь делать дальше…

========== Часть 7 ==========

Комментарий к Часть 7

В этой главе не будет части от Себастьяна, так как следующая глава будет написана от его имени! И да у автора фетиш на дождь… Хочу уточнить: автор откинул законы логики и Поттеру шестнадцать!!!

– Ну что? Все готовы? – спросил Снейп, окидывая хмурым взглядом, стоявших в магическом круге, учеников.

Рон, Гермиона и Малфой, на этот раз, решительно кивнули. Ребята довольно быстро пришли в себя после нападения, и хотя выглядели немного потрепанно, но все же сейчас твердо стояли на ногах. О том, что случилось после их отключки ни он, ни зельевар распространяться не стали. Версия была одна «они просто потеряли сознание, а пламя удалось погасить с помощью Экриздиса». Парень был благодарен Северусу за то, что тот не рассказал им правду, благородно предоставив ему возможность выкручиваться из ситуации самому. Единственное, что волновало друзей, и что он не мог внятно объяснить им – его руки. Поттер соврал о том, что их случайно зацепило выпущенным заклинанием, и поспешно заверил, что скоро все придет в норму. Рон восхищенно похлопал его по плечу и сказал, что «ты реальный герой, дружище», а вот Драко и Гермиона такого восторга от объяснений явно не испытывали. Слизеринец снизал его скептическим взглядом, мол «кому ты заливаешь Поттер» и сокрушительно помотал головой, но комментировать ничего не стал. Подруга нервно закусывала губу и ходила мрачнее тучи – ему никогда не удавалось ее обмануть. Гарри старался прятать перемотанные ладони в рукава куртки, чтобы не вызывать у чересчур проницательных ребят чувство вины.

Профессор, заняв свое место, перевел взгляд на лорда дементоров и дал знак, что можно начинать. Новый пространственный портал был рассчитан только на четверых человек, и требовал меньших затрат магии. На заседании их малого совета парень вытребовал у Себастьяна обещание, что в случае очередного нападения темный маг первым делом отправит ребят подальше от угрозы, а только потом уже станет помогать ему. Тот, к нескрываемому удивлению зельевара, согласно кивнул и попросил, чтобы « один герой, страдающий хроническим невезением, не влипал в неприятности с завидной регулярностью». Подросток под чужими пристальными взглядами покраснел до кончиков ушей и пробурчал в ответ, что «его достали чьи-то подколы о собственной неудачливости». На что высокомерный мерзавец с короной на голове невозмутимым тоном заявил, что «на правду не обижаются». Поттер не разговаривал с ним сутки. Перед телепортацией дементор выдал им приглашения – что-то вроде небольшого символа на руке, который светился ровным синим свечением. Он вспомнил, что когда-то видел такой знак у Министра.

Экриздис коротко произнес очередное неизвестное заклинание и зеленое магическое пламя, похожее на то, которое горит в каминах, растворило в себе фигуры магов. Гарри наблюдал за этим действием со стороны, внутри предвкушая скорую встречу с крестным. Обрадуется ли тот? Сможет ли Сириус понять его? Спрашивать лично было немного боязно, ведь Блэк просил его не ввязываться во все это, а он как обычно пропустил чужую просьбу мимо ушей. Ему, в отличие от остальных, предстояло аппарировать вместе с Себастьяном. Парень весьма удивился и возмутился до глубины души, когда тот заявил Снейпу, что «за мальчиком-который-все-еще-жив, нужен глаз да глаз, а потому он пойдет вместе со мной». Но что еще больше поразило подростка, который надеялся найти поддержку у зельевара, так это то, что профессор удовлетворительно кивнул на это. Когда они успели спеться, он не знал, но шанса выстоять против двоих взрослых магов у него не было – пришлось, скрепя зубами, согласиться.

Мужчина протянул ему руку, и Поттер схватился за нее. Рывок аппарации, всегда вызывал у него крайне тошнотворное чувство, и парень прикрыл глаза, сдерживая подступающий к горлу неприятный ком. Ему казалось, что он никогда не сможет привыкнуть к этим перемещениям в пространстве. Ощущение чужой теплой ладони пробуждало в нем смешанные чувства. После того разговора и частичных метаморфоз дементора, они вдвоем сохраняли неловкое молчание. Еще бы, когда подросток осознал, что беззастенчиво гладит мужские руки, то ему захотелось провалиться сквозь землю…ну или заявиться с дружеским визитом к Волан-де-Морту и попросить того великодушно прикончить его. Тогда в край смущенный парень попросту сбежал, и в дальнейшем старался всячески избегать Себастьяна. Но они, как назло, постоянно оказывались рядом друг с другом. Если остальные и заметили какое-то напряжение между ними, то предпочли тактично об этом молчать. Юноша видел, что ребята с опаской относятся к тому, и стараются лишний раз не пересекаться. Поттер и сам понимал, что ему следовало бы держаться от лорда на расстоянии, но он не мог… Его почему-то тянуло к этому…человеку. Наверное, потому что – и Гарри было весьма неприятно себе в этом признаваться – тот был добродушно расположен только к нему. Это не могло не привлекать парня – ведь Экриздис в какой-то степени обращал свое внимание лишь на него. Для мужчины он был единственным, пусть и участником сделки, а не одним из…

Когда он открыл глаза, то застыл в немом ужасе… Азкабан. Жуткое высокое гранитное здание имело треугольную форму, вокруг которого витала, видимая даже в воздухе, темная аура. Сколько же зла нужно было здесь совершить, чтобы отвратительная черная магия насквозь пропитала это место? Парню стало не по себе, когда он подумал о том, что человек, который стал причиной всего этого, сейчас крепко держал его за руку. Поттер поспешно отогнал от себя неприятные мысли и сосредоточил внимание на самом сооружении. Одна длинная дверь, служившая одновременно и входом и выходом для заключенных, и тьма дементоров – воспоминания об их холодном дыхании вызывали неприятную дрожь во всем теле. Остров со всех сторон окружали одни лишь скалы, об которые шумно разбивались темные морские волны, в грохоте которых ему сейчас чудились стенания. Ребята стояли недалеко от них, и выражения их лиц явно говорило о том, что они совсем не рады оказаться здесь. Гарри мысленно помолился Мерлину, чтобы внутри тюрьмы было не так жутко, иначе он не мог представить себе, как Сириус за пятнадцать лет умудрился не сойти с ума.

Себастьян неожиданно отпустил его руку и медленным шагом двинулся в сторону замка. Темные твари, завидев своего хозяина, поспешно слетались к нему, образуя уже знакомую воронку. Тот, не обращая внимания на их приветственный танец, что-то резко произнес и существа застыли на месте в покорном ожидании. Экриздис обернулся в сторону их компании и склонил голову в приглашающем жесте. Было нереально страшно от этой леденящей душу картины. Хотелось лихорадочно запустить Патронусом в каждую черную тень, но вряд ли это была хорошая идея в сложившейся ситуации. Он на мгновение подумал, не ловушка ли это, но отмел сомнения прочь и первым пошел за магом. Они передвигались по специфическому коридору, словно важные гости, прибывшие на прием… ну или главное блюдо на банкет. Холодный липкий страх волной растекался по спине, мешая дышать. Поттер остановился, чтобы хоть немного унять подкатившую панику. Лорд слегка полуобернулся, по всей видимости, чтобы спросить, в чем дело и поторопить его. Гарри с удивлением наблюдал за тем, как мужчина быстро преодолел, разделявшие их расстояние, и обхватил его лицо ладонями.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю