290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Рапсодия бессмертного (СИ) » Текст книги (страница 12)
Рапсодия бессмертного (СИ)
  • Текст добавлен: 24 ноября 2019, 08:30

Текст книги "Рапсодия бессмертного (СИ)"


Автор книги: Aysubado






сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– Прежде всего, нам нужно узнать, где находится Поттер. – Веско заметил Малфой, окидывая хмурым взглядом крестного и Блэка, который, наконец-то, поднял на них усталое лицо с заинтересованными искорками в глазах.

– На нем мои следящие чары. – Произнес Экриздис, сопоставляя полученные сведения с возможным планом их дальнейших действий. Все выглядело слишком простым, а от того и подозрительным…

– Почему ты раньше не сказал? – мгновенно взвинтился Бродяга, подрываясь с кресла и хряпая кулаком по столу. Себастьян мрачно посмотрел на того, заставив Сириуса поежиться и немного остудить свой пыл, и объяснил:

– Потому что не был уверен, что старик не перенаправил мою магию на ложное место расположения. Я отправил туда дементоров на разведку. Его держат в Годриковой впадине, в заброшенном особняке на окраине деревни.

– Вот же мерзавец! Он без сомнений притащил Сохатика в дом его родителей.

– Дамблдор попытается сыграть на эмоциях мальчишки… Боюсь у Поттера нет ни единого шанса выстоять против его манипуляций. – Тихим, но твердым голосом произнес Снейп, подымаясь с места и принимаясь методично мерить комнату нервными шагами.

– Из полученных сведений удалось узнать, что возле старика находится с десяток человек. Видимо, он решил не привлекать к себе лишние внимание, что весьма разумно с его стороны. Когда новый Темный лорд начнет крушить все на своем пути, никто и никогда не сможет найти следы «доброго и светлого» в этой суматохе.

– И каков наш план?

– Это место окружено защитным куполом, чтобы магглы его не видели. Я думаю, что смогу незаметно провести Вас через него. – Нерешительно сказал Сириус: – Там есть несколько лазеек: сомневаюсь, что Дамблдор успел заделать их все. Вы со Снейпом обезвредите стражников у входа, а дальше придется действовать по наитию. Они вряд ли причинять вред Гарри: он нужен старику живым, но мы с вами все равно скованы по рукам и ногам…

– Хорошо, обдумаем, как обезвредить старика на месте. Выдвигаемся через час.

– Стоп-стоп-стоп! Мы идем с вами! – в один голос возмутились Грейнджер и Малфой, и даже Уизли несколько раз согласно кивнул. – Не стоит списывать нас со счетов: Гарри наш друг и мы тоже хотим помочь ему!

– Это не увеселительная прогулка и ваши хладные трупы отнюдь не помогут облагоразумить Поттера! – недовольно процедил Себастьян, тяжело опираясь на стол руками. Неужели все подростки такие бесстрашные и упрямые, впрочем, когда-то он тоже был таким же несдержанным…

– Ну, ваши трупы тоже не сделают его более счастливым, – веско заметил Драко: – Я считаю, что нужно отправить письма всем знатным родам, в которых доступно объяснить, что происходит в магическом мире. На случай, если Темный лорд в обличье Поттера успеет что-то натворить, нам нужны будут веские аргументы в его оправдание. Я сообщу отцу – у него неплохие связи и он давно мечтает приструнить старика.

– Ты прав, – неохотно согласился Экриздис, обдумывая предложение. Им нужно было не только спасти Гарри, но и дискредитировать Дамблдора, на случай, если тому удастся избежать его Авады. – Хорошо, пойдете с нами, но впутаетесь в неприятности – никто спасать вас не будет. И да, Малфой, напиши письмо отцу. Как я сказал ранее, встретимся через час.

Хотелось побыть одному. За окном медленно садилось солнце, окрашивая тучи в багрянец, и легкий морской бриз беззаботно колыхал тяжелые сапфировые шторы. Мантия бесполезной тканью повисла на спинке кресла, в которое опустился мужчина, устало откидываясь назад. Мысли терзали его, словно голодная свора собак, не давая ни секунды покоя. Что если они опоздают, и замысел старика все же воплотиться в жизнь? Что если Гарри, его Гарри, умрет? Последнее пугало Экриздиса сильнее, чем Адское пламя, убившее его друга. Осколок чужой души может поглотить личность парня и тогда им не останется ничего другого, кроме, как прекратить мучения Поттера. И скорее всего именно ему придется сделать это. Себастьян сотни раз убивал людей за свой долгий век, но сейчас темному магу впервые было страшно – ему придется убить того, кого он любит. Этот страх растекался по его сосудам раскаленным металлом, заставляя сердце учащенно биться в груди, словно пойманная птица в клетке. Должен же быть другой выход! Ведь у добра всегда есть этот долбанный другой выход, который спасает в самые трудные минуты! Он усиленно думал, пытаясь вспомнить сложные ментальные заклинания, которыми искусно владел в свое время дядя, но на ум упорно ничего не приходило…

Бой курантов оповестил мужчину о том, что ему пора и голову неожиданно посетила догадка…«Точно, это должно помочь!» – лихорадочно отметил Экриздис, набрасывая мантию на плечи, и торопливо отправился в гостиную, где уже собрались остальные. Теперь все будет зависеть только от их удачи… » Дождись нас, Гарри!»

Они дружно аппарировали в лес, который находился в непосредственной близости к дому Поттеров. Тишина. Вокруг царила неестественная тишина, разбавляемая редкими криками ворон и хрустом сухих веток под ногами. Ощущение было зловещим и настойчиво тревожным, словно в сумраке притаилось что-то потустороннее. Интуиция предупреждала об опасности, и они нестройным шагом поспешили следом за Сириусом, который уверенно вел их к тайному проходу в жилище. Странно, но ни возле самого здания, ни на территории того не наблюдалось ни одной живой души, что отнюдь не добавляло никому радости. Либо противники спрятались в помещение, что однозначно давало им фору в битве, либо сменили место дислокации… Либо произошло что-то из ряда вон выходящее, что заставило их сбежать…

– На помощь кто-нибудь! Слышите, нам нужна помощь! – раздался пронзительный крик и они, не сговариваясь, направили палочки в сторону источника звука. В темноте из последних сил передвигались две бледные фигуры, принадлежавшие, скорее всего, подросткам. Себастьян уже собирался применить заклинание ледяных оков, когда…

– Невилл? Джинни? – удивленно вскрикнул Рон, опуская палочку, и торопливо объяснил: – Это моя сестра и наш друг с факультета.Но что они здесь делают?

К ним стремительно приближались парень с рыжеволосой девушкой, которые заметили их маячащие впереди силуэты, и Экриздис вспомнил, что точно видел тех в Хогвартсе за обеденным столом. Когда те поравнялись с ними, то все заметили, что ребята были бледными и явно чем-то встревоженными.

– Там в доме… Там, Гарри… – Запыхавшись, принялась лепетать сестра Уизли, но разобрать, что она пыталась сказать было сложно. Сколько времени они провели в попытке отыскать помощь, оставалось только гадать, но, видимо, все старания были безуспешными.

– Гарри. Ему нужна помощь. Поспешите, пока он окончательно не стал Темным лордом. Мы обещали, что приведем кого-то с собой, но никто не откликнулся на нашу просьбу, а аппарировать в школу у нас попросту не хватит сил, да и палочек у нас нет. – Выслушав более внятную речь Лонгботтома, они со Снейпом и Блэком переглянулись и, не сговариваясь, помчались в сторону дома Поттеров, оставив подростков присматривать за товарищами.

Помещение встретило их полумраком, и они осторожно продвигались вглубь жилища, оглядываясь по сторонам в поисках противника и осматривая одну за другой комнаты. В доме было слишком тихо и пусто, но внезапно Экриздис ощутил, как из одной из комнат повеяло холодом и мраком. Не тратя время на разговоры и объяснения, он торопливо свернул в коридор, ведущий к ней, услышав, как за ним тут же проследовал и Сириус. На полу помещения валялись остатки веревок, а возле стены лежал чей-то сгоревший труп, заботливо укутанный ростками тьмы. Внезапно в углу комнаты послышался шорох, и он резко поднял палочку, освещая комнату Люмосом. Знакомая мальчишеская фигура застыла возле детской кроваткой и тихо качала ее взад-вперед, словно убаюкивала кого-то.

– Гарри? – тихо позвал Сириус крестника, бросая на Себастьяна обеспокоенный взгляд. Не нужно было обладать даром предвидения, чтобы понять, что с героем явно что-то не так.

Когда парень повернулся к ним, сердце Экриздиса предательски пропустило удар – вместо привычных зеленых, на него смотрели бездонные черные глаза. Это могло значить только одно – они опоздали, и тьма в нем окончательно победила.

========== Часть 11 ==========

Pov Себастьян

– Гарри?

Парень медленно и даже как-то неохотно обернулся на голос своего крестного, и они с Блэком почувствовали, как земля стремительно уходит у них из-под ног, оставляя после себя только зияющую пасть глубокой пропасти. Некогда изумрудные глаза Поттера теперь были бездумными и полностью окрашенными в черный, словно уголь для растопки, цвет, а на тонких бледных губах, при виде их лиц, расцвела приветственная полусумасшедшая улыбка. Никому из них она, к сожалению, не сулила ничего хорошего. Взъерошенные волосы, напоминающие формой воронье гнездо, рука, впервые за все их знакомство расслабленно сжимающая палочку, потемневшая от сильного удара скула – этот человек был до боли похож на их Гарри, но это уже был не он. Наблюдая за немного покачивающимся из стороны в сторону парнем, Себастьян осознал, что его худшие опасения сбылись: тот не дождался их и сдался, уступив свое тело, живущей внутри него тьме. Прискорбно, но они в очередной раз опоздали…

– Сохатик, это же я, Бродяга! Ты…– неуверенно начал Блэк, делая шаг навстречу застывшему напротив него крестнику, но тут же осекся, поймав его предупреждающее движение рукой. На вопросительный и немного недовольный взгляд Экриздис отрицательно покачал головой, давая понять, что дела обстоят намного хуже, чем ожидалось и каждое их неосторожное движение может усугубить ситуацию. Сириус, нервно сглотнув, отступил назад и сильнее сжал в руке палочку, словно та была единственным, что не давало ему окончательно сойти с ума. « Нам для полного счастья только твоего нервного сумасшествия не хватает!» – зло подумал Себастьян, но вслух так ничего и не произнес: с того станется закатить скандал в самый неподходящий момент. Хоть сам крестный подростка и отрицал это, но Блэковская гордость говорила в том намного чаще, чем здравый рассудок.

– Какого Мордера вы здесь застыли столбами? Я не нашел Поттера, – недовольно проворчал Снейп, внезапно возникший в дверном проеме, как дементор в своей неизменной черной мантии. Поттер сверлил их несколько минут нечитаемым взглядом, а потом обернулся в сторону зельевара, одаривая того улыбкой законченного маньяка. Северус на мгновение оторопел и, он точно в этом был уверен, выругался неподобающим для профессора образом. Впрочем, в нарушении преподавательской этики винить его сейчас точно никто бы не стал: – Мерлин, Гарри! Что с ним?

– Боюсь, что наши худшие предположения оправдались. Дамблдору удалось выпустить из клетки зверя, правда, удержать его, как видишь, не удалось. – Себастьян легким движением головы указал на обугленный труп мракоборца у стены комнаты: – Не делайте резких движений, и, упаси вас Мордер, направлять на него палочки пока вы находитесь в поле его зрения.

– А что дальше? Будем обмениваться друг с другом пламенными взглядами, пока кто-то в ком-то дырку не прожжет?! – зло выпалил Сириус, по всей видимости, не привыкший долгое время стоять без дела. Они со Снейпом тяжко вздохнули и наградили бывшего гриффиндорца мрачными взглядами.

– Нет, но ни один из нас не знает, на что способен этот Темный лорд. Для начала нужно лишить его возможности колдовать, но вряд ли ему наша идея придется по вкусу, – задумчиво произнес зельевар. Экриздис согласно кивнул и они, не сговариваясь, рассредоточились по комнате, чтобы не дать Гарри возможности улизнуть из дома.

Парень пристально наблюдал за Себастьяном, видимо, ощущая в его лице гораздо большую угрозу, чем могли нести два остальных мага. Странно, ведь в нем самом обитала не менее поглощающая тьма, пусть и взятая им под строгий контроль за столько лет ожидания в стенах Азкабана. Или дело было совершенно в ином? Размышлять над необъяснимым поведением псевдо-Поттера времени не было: не ровен час, тот опомнится и приступит к активным действиям по вверганию магической Британии в хаос. Сейчас их главным козырем могли стать, присущая опытным волшебникам, выдержка и твердость руки – нужно было заставить подростка потерять бдительность и тогда одним точным заклинанием связать того. Усыпить было бы надежнее, но он понятия не имел, насколько Гарри теперь восприимчив к подобному – легкому – колдовству, а проверять его способности в сложившихся условиях было сродни самоубийству.

Несколько осторожных шагов в сторону, чтобы отвести пронзительный взгляд этих угольных глаз от застывшего позади крестника Сириуса, аккуратно прицеливавшегося тому в спину. Если все получится… На кончике палочки уже появилась голубоватая искорка заклинания, но как назло под ногами Блэка предательски скрипнула половая доска. Реакция мальчишки была молниеносной – он тут же выставил перед собою щит, поглотивший чужую магию. Когда небольшой мерцающий купол рассеялся, в него тут же полетела Сектумсемпра. Завязалась нешуточная схватка, в которой им нужно было не только постараться не ранить разбушевавшегося парня, но и самим не схлопотать что-то покрепче, вроде Круцио.

Поттер ловко уворачивался от магических веревок и мстительно запускал в соперников недавно выученными заклинаниями в ответ. В любой другой ситуации мужчина восхитился бы приобретенными под его наставничеством навыками своего ученика, но не сейчас, когда парень пытался не просто отбиться от них, а хотел убить мешающих ему взрослых. Резкий взмах палочкой и Блэку чудом удалось в последний момент увернуться, прежде чем огненный поток превратил старую колыбельную в тлеющий прах. На одну баррикаду у них стало меньше, а у крестного Поттера с одной стороны прическа значительно укоротилась. Все инстинкты обострились до предела и, натянутые, как канаты, нервы тревожно подрагивали внутри от напряжения. Несложно было догадаться, что тьма, таким образом, испытывает на них свою силу, и как только она осознает свой реальный потенциал в теле малолетнего героя, они уже не смогут ее остановить. Себастьян уклонился от очередной атаки и прицельно выпустил ледяное заклинание, которое задело ногу Гарри, приморозив ту к полу. Бледное лицо исказила злобная гримаса и парень, потеряв на мгновение бдительность, неприятно хлестнул его темной аурой, заставив пошатнуться, Брахиабиндо в исполнении Снейпа, усиленное еще двумя одновременными заклинаниями магических пут надежно связало зазевавшегося мальчишку, пригвоздив сопротивляющуюся фигуру того к земле.

– Что нам теперь делать? – спросил Сириус, голос которого дрожал то ли от напряжения, то ли от тревоги, которая отчетливо проступала мрачной тенью на мертвенно бледном лице. Им повезло, что друзья Поттера остались присматривать за теми двумя детишками – у них шансов, в отличие от двойного шпиона, бывшего заключенного и лорда дементоров, выстоять в подобной схватке не было, только под ногами путались бы.

– Может стоит попробовать применить легилименцию? – неуверенно предложил зельевар, бросая на него вопросительный взгляд. Себастьян отрицательно покачал головой, ощущая, как на него самого накатывает усталость – все же удар темной аурой штука не очень приятная: – Разум Гарри поглотила тьма, поэтому бессмысленно пытаться взывать к нему общедоступной магией.

– И что вариантов больше никаких?

– Есть один, но я в нем не уверен…

– Что за способ? – одновременно спросили Снейп и Блэк, прожигая его двумя парами пытливых глаз, в которых не сложно было увидеть притаившийся призрак надежды. Он чувствовал себя, как та троица заключенных из его прошлого, которым не повезло попасть под вниманием пристальных взглядов судей, присяжных и обыкновенных зевак, пришедших посмотреть на чьи-то мучения. Хотелось прикрыть лицо руками и дать возможность собственным мыслям прийти в состояние относительного покоя, но на подобную минуту слабости времени, увы, не было.

– Это древняя ментальная магия, передававшаяся из поколения в поколение в роду моей матери. Она очень рискованная, так как объединяет разум двух волшебников в один и позволяет им общаться друг с другом в созданной заклинанием иллюзии. На практике ее применяли несколько раз в особо тяжелых случаях, чтобы вывести человека из комы, но я никогда ее не использовал и не уверен, что у меня вообще получится. Шансы на успех слишком незначительные, а в случае провала … фатальный исход гарантирован двоим.

– Но все же они есть, – тихо произнес Блэк, тяжело вздыхая своим собственным невеселым мыслям. Наблюдать за мечущимся парнем было больно и немного жутко, ведь помочь тому никто из них реально ничем не мог, оставаясь в роли невольных свидетелей развернувшейся драмы. Не существовало стопроцентных гарантий, что все пройдет хорошо и герой будет спасен. Он даже не был уверен, что сможет применить это заклинание, а даже если сможет, то не факт, что своими действиями не навредит Гарри еще больше прежнего. Будь подросток для него посторонним человеком, мужчина, не колеблясь, убил бы ходячую угрозу всего магического мира, не мучаясь потом угрызениями совести, но ведь это, Мерлин побери, Поттер…их Поттер, его Поттер. Нелепый, временами смешной, невезучий, надежный, добрый, верный своему слову и главное – любимый им по-настоящему, без притворства, до легкой дрожи на кончиках пальцев. Как не прискорбно, но сейчас им оставалось лишь по-детски надеяться на чудо, иначе…одна короткая Авада навсегда прервет существование мальчика-который-когда-то-выжил.

– Я попытаюсь, но ничего не обещаю. Поклянитесь мне вдвоем, что в случае неутешительного итога засунете свои родственные чувства книззлу под хвост и прервете его мучения, ну и мои заодно! – сейчас он был серьезен как никогда, окидывая собеседников холодным прищуренным взглядом. Две золотые нити, протянувшиеся от них к нему, засвидетельствовали столь непростое обещание, данное перед лицом самой магии. Мужчина мысленно помолился Моргане и попросил ее о помощи в спасении одного невезучего и безумно нужного ему мальчишки. Цинично с его стороны было взывать к разгневанной за прошлые проступки темного волшебника покровительнице, но на кону стояла жизнь Гарри, а за него и гордость потерять было не жалко, впрочем, как и собственную жизнь.

– In bus animarum! – коротко выдохнул Экриздис, приложив к голове парня три пальца левой руки, образуя относительно ровный треугольник, который тут же засветился фиолетовым огнем. Пробудившийся новый Темный лорд дергался в магических путах, как разъяренный тигр в клетке, и выпускал вокруг себя злую ауру, неприятно обжигающую кожу окружавших его волшебников. Собственное сознание меркло и медленно растворялось в чужом, постепенно сливаясь с беспросветной темнотой, царившей в разуме юноши.

***

Первое, что увидел мужчина, когда распахнул глаза – сплошной мрак, окружавший его со всех сторон, в котором вдалеке приглушенно мерцало белое крохотное пятно, словно пресловутый свет в конце тоннеля. Оно свидетельствовало о том, что они все-таки успели найти героя, так сказать в самый последний момент, и крохотная частица добра все еще сопротивлялась воздействию осколка чужеродной души. Лорд осторожно двигался в сторону этого своеобразного маяка, блекло освещающего путь, на всякий случай, сжимая в руке палочку – ему ли не знать, насколько коварной бывает тьма. Чем ближе он подходил к расширяющемуся просвету, тем сильнее колотилось сердце в груди. Экриздис имел смутное представление о механизме действия заклятия, а потому едва ли не впервые за всю свою магическую практику действовал наугад, осторожно прощупывая почву вокруг себя. За прозрачной материей мелькали смутные картинки и он уверенно протянул руку, чтобы сдернуть полог – возникшая воронка втянула его внутрь чужих воспоминаний.

– Несносный мальчишка! Пока не прополешь всю траву, ничего не получишь! – распиналась высокая темноволосая женщина, отвешивая чумазому мальчишке оплеуху. Себастьян открыл глаза и вздрогнул, увидев изумрудно-зеленые радужки ребенка, в которых блестели злые слезы, изредка рассекающие его щеки прозрачными линиями. Тот промолчал в ответ на оскорбления и покорно поплелся выщипывать сорняки под палящим августовским солнцем. Израненные в кровь пальцы, капли пота, стекающие по лбу мальчика, и пересохшие потрескавшиеся губы вызвали в нем чувство такого редкого сострадания. Крохотные домики, улочки с какими-то торговыми лавками, да и сами магглы казались ему чем-то диковинным и абсурдным, но Экриздис напомнил себе, что Гарри жил среди обычных людей до того, как попал в Хогвартс. Он, приблизившись, осторожно погладил ребенка по взъерошенной макушке, чтобы хоть как-то утешить того. Его руку неожиданно поймала детская ладошка, и мужчина замер, не зная, что ему теперь делать – ведь иллюзия не предусматривала того, что воспоминания окажутся настолько живыми! Зеленые глаза недоверчиво смотрели на него, и он не придумал ничего лучшего, чем ободряюще улыбнуться тому. И меньше всего ожидал, что ему несмело улыбнуться в ответ.

Картинка внезапно изменилась, оставляя после себя легкий, словно крылья бабочки, трепет в груди.

– Смотрите! Это тот шрамоголовый идет! Уродец! Подкидыш! – кричала какая-то девчонка, тыча в застывшего неподалеку паренька тоненьким пальчиком, который мужчине жутко захотелось оторвать вместе с рукой, чтобы наказать эту невоспитанную барышню. Поттер стоял посреди улицы в безразмерной футболке и штанах, удерживаемых широким поясом, и старательно отводил глаза в сторону. В них плескалась обида и стыд, словно мальчик винил себя в том, что он родился таким вот «неправильным». Себастьян со злостью стиснул ладони в кулаки, мысленно обещая самому себе и всей магической троице жестоко наказать любого, кто еще хоть раз посмеет причинить боль малолетнему герою.

– Сейчас же оставь его в покое! – угрожающе вырвалось изо рта, и девчонка испуганно попятилась назад, не ожидая того, что кто-то решит заступиться за жертву ее издевательств.

Несколько шагов навстречу растерянному мальчишке, и реальность сменилась на очередной эпизод из жизни Поттера.

– Мама, папа. Зачем вы оставили меня? – тихий шепот и блестящие мокрые дорожки на щеках. В чулане было настолько тесно, что и развернуться взрослому человеку негде. Маленькие тонкие пальцы сжимали старую подушку, словно та была единственным спасением несчастного ребенка в этом несправедливом мире. Внутри неприятно защемило от осознания того, насколько разным было их детство с Гарри. Сломанные оловянные солдатики, пауки на стенах вместо друзей и старательно спрятанные под матрасом рисунки с изображением счастливой семьи – ничего общего с той роскошью, которая окружала его, когда он был маленьким. Никаких балдахинов с горящими звездами на иссиня-черной ткани, никаких оживающих игрушек, которыми были забиты шкафы и комоды, никаких изысканных пирожных, приготовленных для него личными поварами их семьи – имел ли он право жаловаться на свою жизнь после увиденного? В то время, когда Себастьян посещал шумные вычурные балы, изучал бесценные фолианты, которые обычным магам и не снились, и не знал отказа ни в чем, кто-то радовался возможности увидеть самое обыкновенное чудо и учиться, в ничем не примечательным лично для него, Хогвартсе.

Теперь Экриздис не удивлялся, почему герой бросил все и поспешил в магический мир – ему, если так посмотреть, и бросать то было нечего. Наивность парня была продиктована отнюдь не глупостью, а невозможностью и дальше жить с невыносимыми родственниками в качестве «неблагодарного нахлебника». Он осторожно присел на краешек кровати и прижал к себе уснувшего паренька, который тут же крепко обхватил его руками так же, как и подушку до этого.

– Дождись меня, Гарри, – тихий шепот прозвучал в полумраке каморки, словно клятва. Еще немного и они встретятся, чтобы вместе противостоять всем свалившимся на них бедам. А сейчас…

Картинка вновь сменилась, и в этот раз он оказался на старинном кладбище, где напротив двух могил, разделенных кустом можжевельника, стоял никто иной как Поттер. Этот человек выглядел намного старше того мальчишки, с которым мужчина был знаком в реальности. Задумчивое лицо, темные волосы, впервые уложенные в подобие прически, с призывно блестящей седой прядью, зеленые глаза, на дне которых едва теплилась жизнь, выглядели уставшими и задумчивыми, однако, слава Мерлину, не были черными. Именно так после всех странствий выглядела душа парня.

– Гарри? – собственный хриплый голос почему-то напомнил звучанием карканье ворон, которые кружились над их головами в поисках поживы.

– Себастьян? – удивленно спросил юноша, оборачиваясь к нему: – Почему ты здесь?

– А ты хоть имеешь представление, где мы находимся?

– Не совсем… Но… я видел твое детство, – тихо, словно боясь потревожить мертвых, произнес тот и печально улыбнулся. Неудивительно. Ментальные заклинания всегда действовали в обе стороны, а потому каждый из них проделал нелегкий путь через отражение чужой памяти, чтобы встретиться здесь – на грани между прошлым и настоящим – где сплеталось воедино их сознание. Увидев самые горькие и самые счастливые воспоминания, они разделили на двоих одну тьму и один свет, таково было условие этой магии.

– Я тоже видел твое детство, Гарри. Мне так жаль, что все это приключилось с тобой… Но нам нельзя здесь долго находиться: сейчас Блэк и Снейп удерживают твое тело с помощью магических пут, но долго ни мы, ни они не протянут. Пойдем со мной.

– Зачем, Себастьян? Я сдался. Я ведь никого не могу спасти и никому не могу помочь. Где бы я не появился – всегда приношу с собой беду и горе. Сколько людей пострадало из-за того, что я остался жив? А сколько еще пострадает, если я вернусь? Пока я существую, Дамблдор не оставит попыток свершить свое всеобщее благо, а под его удар попадут все, кем я дорожу. Включая тебя.

– Ты в этом не виноват, Гарри. Все это лишь стечение обстоятельств и не больше! Очнись наконец-то! Люди, окружающие тебя не настолько слабы, если им хватило смелости стать на твою сторону, даже зная, что возможно сегодня они умрут! – на взводе произнес мужчина, приближаясь к парню и стискивая ворот чужой мантии в руках: – Они все пришли за тобой! Неужели ты такой трус, что боишься брать на себя ответственность и жить дальше?!

– Я…убил человека, Себастьян…

– Не смей считать себя убийцей! Ты защищал друзей, Гарри. Этот мир жесток и в нем подобные вещи происходят часто… Но ты можешь изменить его, ведь смог же ты заставить даже такого как я раскаяться в совершенном зле… – тихо закончил Экриздис, заметив, как по щекам Поттера побежали слезы. Земля под ногами содрогнулась, но все его внимание было направлено исключительно на плачущего собеседника. Лед тронулся…

– Мне было страшно… Я звал тебя, – прошептал юноша, пряча свое лицо у него на груди. Мужчина аккуратно прижал того к себе и пригладил волосы на чужой макушке. Ему так не хватало вот этого ощущения тепла, появлявшегося только рядом с Гарри. С другими было горячо, страстно, весело, развратно, но парень пробуждал в нем совершенно другое уютное чувство – любовь. Когда хотелось получить не только тело, но и душу. Безраздельно владеть всем, что может предложить тебе партнер и отдать ему самого себя, вверив свою никчемную жизнь в чужие надежные руки. Он искренне надеялся, что подобное желание было обоюдным…

Тьма стремительно сгущалась над готической местностью, разъедая дождливое небо над головою неряшливыми чернильными разводами. Видимо, она пробудилась, почувствовав серьезную угрозу своему существованию. Он столько лет шел у нее на поводу, отрекался от всего лишь для того, чтобы соприкоснуться с ней, чтобы повелевать ею, чтобы забыть терзавшую душу боль…только именно она все это время была причиной всех его терзаний. Поттер отстранился и хмуро посмотрел на открывшуюся нерадостную картину – еще немного и купол иллюзии упадет им на головы и навсегда погребет их под собой. Бежать было некуда. Краем глаза он заметил слева от себя чей-то фамильный склеп, который еле заметно мерцал и, похоже, единственный не вписывался своей вычурностью в простоту этого кладбища. Схватив парня за руку, Экриздис рванул в сторону возможного убежища, надеясь, что интуиция его не подводит и это все-таки конечная точка их ментального путешествия. Стоило им протиснуться в узкий проход, как разрушение внезапно остановилось аккурат по линии дверного проема. Внутри было сухо, и напрочь отсутствовал привычный для подобного места запах сырости и мертвечины, хотя несколько стройных рядов с покойниками все же присутствовали и, судя по дорогому убранству, при жизни они были представителями высшего общества. Чем дольше он рассматривал склеп, тем сильнее в душу закрадывалось странное ощущение горечи и скорби, которые немного сдерживало тепло исходящие от ладони Поттера. Неожиданный шорох заставил их одновременно вскинуть палочки. В углу помещения угадывался силуэт человека, судя по всему призрака. Гарри поспешно наколдовал Люмос и они, переглянувшись, осторожно приблизились к тому, готовые в любой момент отразить атаку. Пожилой мужчина, одетый в старомодную одежду, прищурился от яркого света и неохотно прикрыл глаза рукой, что-то недовольно проворчав себе под нос. Ничего примечательного в нем не было, вот только…

– Здравствуй, Себастьян, – тихо произнес незнакомец, и он ощутил, как земля в очередной раз за сегодня уходит у него из-под ног. Сомнений не было: это место – их фамильный склеп, а человек, сидящий в темном углу, никто иной как Энтони Экриздис собственной персоной. «Как он здесь оказался? Неужели иллюзия сдала сбой? Или это очередное жуткое воспоминание? А может это происки тьмы, старающейся запудрить им мозги?» – ворох вопросов крутился в голове, мешая ему сосредоточиться.

– Здравствуй…отец! – Гарри поочередно переводил недоумевающий взгляд с него на незнакомца, видимо, силясь понять, что здесь вообще происходит или искал хоть какое-то сходство между такими разными внешне людьми. Он ободряюще сжал ладонь того в своей и, вопреки столь нежному жесту ощутил, как внутри просыпается злость на сидящего перед ним человека. В помещении повисла неловкая тишина, раздражающая ушные барабанки своим неприятным звоном.

– Кто этот молодой человек рядом с тобой? – поинтересовался Энтони, обращая внимание на стоявшего позади него Поттера.

– Друг! – недовольно огрызнулся лорд дементоров, прожигая злым взглядом старика. Тот лишь хмыкнул в ответ и притворно покачал головой.

– Ты совсем не меняешься, Себастьян. Прости, но на друзей так не смотрят. Мое имя Энтони Экриздис! – представился отец герою всей магической Британии. Кто бы сомневался: фамильная честь и манеры превыше всего!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю