Текст книги "Выживала. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Рыбачить батя решил в заброд, больше тут ни на что поймать было невозможно. Выше по течению шумел пляж с множеством купающихся людей, ниже по течению острова и быстрые перекаты, даже отсюда было видно, как вода быстротоком переливается через камешник.

Батя нацепил на себя противогазную сумку, в которой лежала коробка с червями, привязал к поясу садок и, осторожно ступая, зашёл в воду, на глубину примерно по пояс. Женька последовал за ним, но остановился метрах в пяти, дальше пройти уже не мог: глубоко, да и течение чувствовалось. Решил стоять здесь и смотреть, что будет. Хотя, конечно, понимал: время уже было примерно одиннадцать часов утра, и на хорошую рыбалку можно было не рассчитывать. Однако вскоре убедился, что это не так.

Батя стоял в воде, мутил её и отпускал поплавок по течению от себя. Ждал недолго: поплавок резко ушёл в воду, и батя потянул к себе упорно сопротивлявшуюся добычу.

– Есть! – крикнул он и показал крупного окуня весом граммов 200.

Сразу же положил его в садок. Потом поймал окуня поменьше, потом ещё меньше. Потом неожиданно клюнул крупный чебак, тоже весом около 200 граммов. А потом рыбалка попёрла очень шустро. Примерно за час батя наловил где-то полтора-два килограмма. Ловил пескарей, чебаков, окуней, совсем мелких ельчиков.

Когда черви закончились, довольный батя пошёл к берегу. Положил садок с рыбой рядом с берегом, смотал удочку, решив, что хватит рыбачить. Мама в это время отдыхала на покрывале рядом с Анастасией, рядом с мамой притулился Женька. А бате уже места не хватило. Он растянул ещё одно покрывало и улёгся на него. Пожалуй что, стоило отдохнуть…

Глава 23
Первый поход

После отдыха, ощутив чувство голода, Некрасовы решили перекусить. На покрывале батя расстелил газету, мама приготовила еду: положила на газету и поломала на части курицу, выложила яички, огурцы, помидоры, поставила походную солонку с солью. Батя открыл две консервы, нарезал хлеб. Потом взяли ложки и начали есть. Как классно обедать на свежем воздухе! Проходились, проголодались, и ещё когда выкладывали еду и готовились к обеду, захотелось есть так, что скрутило желудок. Даже Анастасия, учуяв аппетитный запах, исходящий откуда-то рядом, проснулась, заворочалась, сделала попытку сесть, ухватившись пальцами за простыню, и начала хныкать.

– Есть хочет! – уверенно сказала мама, взяла дочь на руки и стала кормить её из бутылки. Однако, пососав молока, Анастасия не успокоилась. По-прежнему продолжала кукситься и вырываться из рук, недовольно глядя на маму.

– Наверное, хочет ещё чего-то, – заявила мама, оторвала кусочек от курицы и, держа двумя пальцами, положила Анастасии в рот, которая начала водить языком и губами по незнакомой еде, пытаясь её сосать, как соску.

– Ы-ы-ы-ы! – восторженно заявила Анастасия и попыталась отобрать кусок курицы, чтобы разобраться, что это за вкуснятина. Но мама дала лишь пустышку и начала укачивать дочь.

– Скоро наварное, прикорм надо давать, – заявила мама. – Уже чует запах еды, скоро будет выпрашивать.

Через некоторое время Настя опять уснула и можно было продолжить еду. А после… Там уже недалеко и до дома…

…Слишком долго сидеть не стали, так как и сами утомились. Жара нарастала, и вскоре невозможно было находиться даже в тени кустов тальника, тем более солнце к полудню сместилось, и тень эта стала совсем жидкой. Отец на толстые палки развесил покрывало, и оно давало хоть какую-то тень. Временами по очереди ходили купаться. Потом вытирались полотенцем и сидели обсыхали.

В сущности, к 17 часам уже устали и с удовольствием поехали бы домой, но жара не спадала, и тащиться по ней домой не очень-то хотелось, поэтому пришлось подождать до 19 часов, до тех пор, пока солнце ощутимо не стало клониться к горизонту. Тогда и стали собираться домой. Собирались не спеша, как будто как можно дольше откладывая долгую трудную дорогу назад. Правда, был и плюс: всю еду съели, газировку и чай выпили, и обратно тащиться было чуть полегче.

Рыба у бати к этому времени уже успела подохнуть, лёжа в садке на горячем мелководье, но он всё равно решил её взять домой.

– Смотри, Гришка, она, наверное, уже протухла, – предупредила Мария Константиновна. – Сейчас домой ещё ехать. Выкинул бы ты её от греха подальше.

Однако батя пренебрежительно махнул рукой. Как говорится, к рабочему человеку ничего не пристанет.

А потом был долгий, утомительный путь домой, хорошо хоть свободные места в трамвае оставались, и можно было ехать и, глядя в окно, скучать, мечтая о доме, милом доме. А трамвай, как назло, тащится кое-как, подолгу останавливаясь на остановках, впуская и выпуская пассажиров, потом неспеша разгоняясь и гремя колёсами на стыках рельсов. Мучение! А ведь ещё и доехав до Октября, потом чуть не километр идти до дома.

Естественно, приехав, сразу же завалились отдыхать. Женька лежал на своей раскладушке и размышлял – почему всегда так получается: отдых на природе, который, по идее, должен способствовать здоровью и хорошему настроению, в конце концов всегда превращается в какую-то пытку. И обычно под конец уже не хочется ничего… Так вот ведь зараза, проходит пара дней и опять охота в лес, на реку, в дебри. Впрочем, вскоре дело дошло и до дебрей…

… Тем не менее, лето продолжалось и вскоре перевалило за середину, что вызывало некую грусть. Казалось, что оно только началось, а уже наступил конец июля, и… Летний отдых Женьки подошёл к концу. В понедельник, 27 июля 1977 года, Женька впервые за лето отправился в спортивную школу, где начался новый сезон в горнолыжном спорте.

Мама накануне собрала сыну сумку, положив туда спортивную форму, кеды, пару пачек печенья на перекус, и дала 40 с лишним копеек на проезд.

– Со школы поедешь, нигде не задерживайся! – предупредила Мария Константиновна.

Женька проснулся сам, ранним утром, вместе с батей позавтракал и вместе вышли на улицу, стараясь не шуметь.

– Ты до вокзала поедешь, как всегда? Оттуда на электричке? – спросил батя.

– Буду так ездить, – согласился Женька. – На электричке проще добираться.

Таким образом, оказалось, что отцу и сыну ехать вместе, по крайней мере, до вокзала. Григорий Тимофеевич даже проводил Женьку до перрона, и потом сам с чистой совестью отправился на мост, ведущий через путя, на улицу Завокзальную.

Женька, как всегда, сел во второй вагон с головы, куда садилась вся детвора и даже тренеры, едущие в Заводской район, поэтому первая встреча с друзьями по спорту и Светланой Владимировной произошла именно там, в рабочей электричке.

Как всегда, заняли целое купе, поздоровались, внимательно глядя друг на друга, и стали расспрашивать, как прошло лето. Женька смотрел на друзей, на Егора, на Сашку, на Ваньку, и видел, что за пару месяцев пацаны подросли, как минимум, на пару сантиметров, а то и больше. Это же заметила и Светлана Владимировна.

– Молодцы, ребятишки, – похвалила тренер. – Вижу, что время не зря проводили, загорели как головёшки. Да и выросли порядочно. Мои наказы соблюдали? Занимались собой? Физкультуру хотя бы делали?

Кто как, а лично Женька смущённо отвернулся в окно. Естественно, никакой физкультурой не занимался, лишь пропадал на улице, да ездил с родителями на отдых туда-сюда. Это значило, что войти в сезон будет очень трудно, впрочем, это никогда не было легко.

Когда приехали в спортивную школу и Светлана Владимировна после раздевалки загнала группу на первое взвешивание, оказалось, что почти все набрали минимум по 2 килограмма веса.

– Это вроде и хорошо, а может быть и плохо, – заявила тренер. – Ничего, войдёте в рабочий тренировочный режим и сбросите воду с жиром.

– Светлана Владимировна, а мы в поход поедем? Вы говорили, мы на Тельбес поедем? – неожиданно спросил Егор.

– Я хотела, – словно оправдываясь, сказала Светлана Владимировна. – Но директор с младшей группой поход не разрешил, потому что за день не управишься. В планах было проложить маршрут от станции Мундыбаш до заброшенного рудника на Тельбесе, это примерно 8 километров ходьбы. Дорога не слишком тяжёлая, но и нелёгкая, первой категории сложности. Однако при ближайшем изучении маршрута оказалось: за один световой день никак не управиться. 3 часа езды на электричке, она приезжает туда только в 10:30 утра. Потом примерно 3 часа ходьбы до рудника, то есть придём туда в лучшем случае в 13:30, хотя может и больше, если учитывать остановки на отдых, местность там неровная, с горами, перевалами. Даже если придём по плану, сколько-то времени потратится на отдых, разбивку временного лагеря, изучение рудника, приготовление еды, и даже если в 16:30 тронуться назад, успеешь на станцию не раньше чем в 19:30, а последняя электричка оттуда отправляется в 18:00. Быстрее идти не получится, так как среди вас есть совсем не подготовленные ребята.

– А со старшей группой пойдёте? – неожиданно спросил Женька.

– Со старшей группой пойдём, в двухдневный поход, – согласилась Светлана Владимировна и внимательно посмотрела на Женьку. – Ребята возьмут палатки, мы расположимся в лесу у рудника, спокойно переночуем и отправимся потом с утра на станцию, чтобы успеть уехать на 15 часовой электричке.

– А почему с нами так нельзя? – не отставал Женька. – Я хочу с вами идти!

Эх, закоснел здесь Женька, скоро совсем забросит свой походный дух. Именно поэтому просто так он не мог пропустить такой поход. Любыми силами нужно было добиваться своего участия в нём. И неожиданно… Светлана Владимировна сдалась.

– Ну хорошо, ребята, убедили вы меня! – рассмеялась Светлана Владимировна. – Два дня на подготовку, в конце тренировки скажу, как одеваться и что с собой брать.

Ответом ей, естественно, были громкие крики «ура».

– А сейчас давайте на общефизическую подготовку шагом марш! – строго сказала тренер. – Пожалуй, начнём в лёгком режиме, с обычного бега. Пойдёмте на стадион.

Эх, первая тренировка, тяжёлая и трудная. Особенно после того, как всё лето прошло в развлечениях и обычной беготне. Да ещё и тренер сказала сходу бежать 400 метров. Бежалось, естественно, с трудом, однако душу грело напоминание о том, что уже послезавтра, на целых 2 дня они поедут в дикую местность, в тайгу, на природу…

Потом, в конце занятия, Светлана Владимировна зачитала список вещей, которые нужно взять с собой: рюкзак или сумка, в рюкзаке одеяло, электрический фонарь, спички, походный нож, ложка, чашка, кружка, моток верёвки, бинт, йод, вода во фляжке, Дэта от комаров. Из одежды: осенняя куртка, тёплые штаны, резиновые сапоги, шапка.

– А продовольствие нужно брать? – спросил Егор. – Что с палатками?

– Мы с ребятами решили так: придя на место, будем варить суп в котелке, старшие ребята захватят картошку и суповые пакеты. Вам тогда задание: купить хлеб каждому по булке, можно батон или булочки, конфеты, чай, печенье или пряники. Мы со старшими ребятами захватим четыре палатки. Этого хватит.

Потом, когда список был готов и роздан каждому, Светлана Владимировна сказала, что поедут они послезавтра, на самой первой электричке, которая идёт в 7:27 утра, в среду, 29 июля.

– Приедем 30 июля в четверг, в 18:10. Либо в 21:30. Ничего не забывайте и не опаздывайте! Ждать никого не будем! – строго предупредила тренер. – Завтра занятий не будет. Отдыхайте.

… Родители Женьки известие о том, что ребята из спортивной школы собираются в поход, да ещё с ночёвкой, восприняли весьма неоднозначно.

– Женька, ты что выдумываешь? – недовольно сказала мама. – С какой ещё ночёвкой?

– Ну, мы ночевать будем в тайге, – объяснил Женька. – Просто за один раз там невозможно вернуться. А так-то место там хорошо знакомое.

– Как называется? – с интересом спросил батя.

– От посёлка Мундыбаш тропа до рудника на Тельбесе, – объяснил Женька.

– А… Туда-то можно, – махнул рукой отец. – Был я в Мундыбаше, далековато от города, километров 80–90. Возил туда и продукты, и хлеб. Был и в Тельбесе. Места там, конечно, красивые: тайга, скалистые останцы. Иди, Семён, разрешаем. Надо тебе к походной жизни привыкать.

– Гришка, ты что, в самом деле? – вздохнула мама. – Ну ты посмотри на него! От горшка два вершка! Какой с него походник???

– А я тебе скажу так: очень хороший с него походник и рыбак получится! – неожиданно твёрдо сказал Григорий Тимофеевич. – Такого сына я всегда и хотел! Сколько ходил с ним на рыбалку, всё больше и больше удивляюсь, как много Семён знает и понимает. Надо, чтобы привыкал. Не помнишь, как мы с ребятами на пару-тройку дней в тайгу уходили, и ничего, все живые-здоровые! Ну что, в конце концов, случится-то? С ними же и тренер поедет, и старшие ребята.

Мария Константиновна недовольно махнула рукой, показывая, что хоть и разрешает Женьке ехать в поход, но даёт это разрешение с большим трудом. Она хотела ещё что-то сказать, однако в этот момент бесконечные усилия Анастасии в попытках занять сидячее положение наконец-то увенчались успехом, похоже, первый раз в жизни. Сестра, лежавшая в кровати, ухватившись правой ручонкой за обрешётку, на глазах у родителей и Женьки подняла своё тело и села. Сидела, слегка покачивалась, ворочая головой из стороны в сторону в полном недоумении, как же так получилось, удивляясь открывшейся необычной перспективе. Неожиданно выплюнула пустышку и радостно завизжала, махая руками и ознаменовывая этим самую первую победу над собой… Так и начинаются самые главные и важные победы в жизни человека и в спорте! Победой силы духа над слабостью тела!

…Родители собирали Женьку в поход как на зимовку. Приготовили тёплые штаны, резиновые сапоги с тёплыми носками, майку, рубашку, олимпийку, осеннюю непромокаемую куртку с капюшоном, вязаную шапку и перчатки. Впрочем, Женька с такой экипировкой был полностью согласен: в лес, в тайгу нужно было идти именно так, сразу планируя, что может приключиться какая-нибудь неприятность или ЧП. Даже сейчас, в конце июля, уже погода была не та, что в начале июня, ночами ощутимо холодало, и вскоре должна была произойти глобальная перемена погоды на ту, которая в Сибири бывает в конце лета: прохладные ночи, дождливые дни, ветра…

В спортивную сумку положили плоский электрический фонарик, небольшой складной нож, коробок спичек, завёрнутый в фольгу, небольшой моток верёвки, половину булки хлеба, завёрнутого в газету, пару булочек, кулёк конфет и половинку батона. В матерчатый мешок положили маленькую железную кружку, ложку и чашку и тряпочку для мытья посуды.

– Больше кажется, ничего не надо, – заметил Женька.

– Ну, раз больше ничего не надо, – развёл руками батя. – Впрочем, идёте ненадолго, так что хватит этого.

На следующее утро проснулись раньше обычного: Женьке нужно было успеть на первую электричку. Стараясь не шуметь, позавтракали приготовленной мамой яичницей, собрались и вышли из квартиры. Мария Константиновна стояла с недовольным видом, кажется, всё-таки не хотела отпускать сына ни в какой поход.

Вышли на улицу, а там благодать. Тепло, ветра нет, на небе тусклая серая дымка, и непонятно, какой будет погода. Женька вдруг подумал, что неизвестно, какую обещают погоду на сегодня и завтра, сам он забыл спросить, а родители не напомнили. Но солнца с утра не видно, всё занесло какой-то серой хмарью.

– Ну что, Семёныч, тяжёлая сумка? – с участием спросил Григорий Тимофеевич, глядя на скособочившегося сына.

– Нет, – качнул головой Женька. – Надо самому справляться. В лесу за меня никто ничего таскать не будет.

– Эх, надо бы рюкзак тебе купить, – заявил батя. – Я в Спортсмене видел детские рюкзаки, как раз тебе должны быть по размеру.

Доехали так же, как вчера и позавчера, до привокзальной площади, потом батя проводил Женьку на остановку, где уже скопилась масса народа. Отцу надо было на работу, но он всё ещё не мог решиться уйти, стоял, давая напоследок последние наставления, хотя Женьке они были ну не нужны. Знал он всё сам, а самое главное, что знал: ни в коем случае нельзя сходить с тропы, особенно в незнакомой местности. Лучше пройти лишний километр и сделать крюк, чем пойти по кажущейся прямой дороге и навеки потеряться в тайге.

Однако, пока батя читал нотации, Женька увидел, что на перроне, в месте, где примерно будет находиться начало поезда, стоит довольно большая компания детей и подростков, и, попрощавшись с батей, пошёл к ним. Григорий Тимофеевич, приложив ладонь ко лбу, внимательно посмотрел как сын подходит к компании, за руку здоровается со всеми, в том числе и с тренером, удивился невиданной коммуникабельности сына и отправился на работу.

Женька же, поздоровавшись, стоял и внимательно разглядывал старшую группу. Были в ней пятеро мальчишек и три девчонки, возрастом примерно от 13 до 17 лет. Все одеты в туристические штормовки, с большими рюкзаками. Бывалые! Они стояли своей компанией и почти не разговаривали с младшими. Однако младших тоже было не очень много, похоже, некоторых не отпустили родителей.

В сухом остатке из младшаков решили ехать только Женька, Егор, Сашка и десятилетняя девчонка по имени Танька Ермолова. Все одеты плотно, по-походному. У Егора, Сашки и Ермоловой детские рюкзаки. Да и вообще, со спортивной сумкой пришёл только Женька. Конечно, он тоже хотел бы рюкзак, так как в лесу, на тропе, при подъёме даже на небольшие горы, сумка, висящая на плече и колотящая по боку, мешает сохранять правильное равновесие, и является большой обузой. Но ничего не поделать, придётся идти так…

С группой стояла Светлана Владимировна, в спортивном костюме, куртке, спортивной шапке и с большим станковым рюкзаком, сейчас стоявшим на асфальте. Тренер поздоровалась с Женькой и позвала к себе. Собралась вся команда…

Глава 24
Трудная дорога до рудника

Ждали электричку недолго: по громкой связи информатор объявил, что на первую платформу прибывает электропоезд до станции «Осман», просьба быть осторожными. К этому времени, как и всегда, на перроне скопилась большая толпа пассажиров. Подавляющее большинство из них были дачники с самым разнообразным скарбом: до отказа набитыми рюкзаками, какими-то тюками белья, двое везли большую тумбочку, ещё двое – телевизор, завёрнутый в покрывало, несколько дачников стояли с детьми и собаками. Женька опять с ужасом подумал, как они будут штурмовать электричку, тем более тренер сказала соблюдать вежливость, вперёд не лезть, никого не толкать.

– И как же мы поедем, Светлана Владимировна? – спросил один из старшаков, Виталя, высокий светловолосый парень лет 15, в штормовке, спортивных штанах, резиновых сапогах и с рюкзаком на плече. На голове матерчатая туристическая шляпа с накомарником, закинутым на лоб.

– Очень просто зайдём, – заявила Светлана Владимировна. – Сейчас рассредоточимся на расстоянии метра два, и каждый пусть занимает места, желательно сразу два купе.

Женька про себя усмехнулся такой наивности: очевидно, что даже если бы дети с подростками заняли места, пожилые пассажиры сразу бы согнали их, поэтому такая тряска ему показалась бессмысленной. Гораздо проще было занять хорошее место в начале вагона, сложить там в кучу все рюкзаки и подождать, пока электричка опустеет…

…Всё получилось так, как Женька и предполагал. Едва электричка подошла к платформе и начала тормозить, громадная толпа людей пришла в движение. Как муравьи, они бросились к дверям, стараясь встать поближе, толкаясь и не щадя ни старого, ни малого.

Удалось занять целое купе, где расположились Светлана Владимировна и пятеро старшаков. Однако не успели они посидеть, как вагон наполнился, и несколько пожилых дачников начали качать права, укоряя в том, что наглая молодёжь должна уступать место старшим. Светлане Владимировне не оставалось ничего другого, как попросить ребят освободить места. Хорошо хоть все рюкзаки, сумки удалось разместить в этом купе, где на полу, где на вешалках или на верхней багажной полке.

Потом электропоезд тронулся, и скандалящие пассажиры прекратили спорить. Люди начали смотреть в окна, указывая друг другу на то, что находится за ними. Дачники переключились на вечные разговоры: у кого какой урожай, у кого что родится или, наоборот, не родится. Женька стоял у лавки, на которой сидела Светлана Владимировна, держался за алюминиевый поручень и тоже смотрел в окно. Конечно, было неудобно: всяк проходящий задевал то рукой, то туловищем, то прижимал к лавке. Однако, невзирая ни на что, ехали. Миновали станцию Восточную с Соколиной горой, потом электричка переехала по мосту через реку и покатила дальше. После того как электричка миновала третью остановку, количество народа в вагоне начало неотвратимо таять, и уже к 398-му километру, от которого прошлый год он ходил с родителями за грибами, осталось примерно половина, и мест уже было навалом, можно было садиться куда хочешь. А потом, когда электричка приехала в небольшой городок Осинники, пассажиров осталось совсем мало, но в этом городе в вагон вошла ещё какая-то часть новых пассажиров. Однако места всё равно оставались.

К этому времени Женька уже сидел и с любопытством смотрел в окно. По обе стороны тянулись горы и река Кондома, где перекатистая, а где протекающая по пойме, разливающаяся плёсами или мелководными разливами, заросшими травой с множеством островов. Потом горы становились всё выше, кое-где проступали скалы, иногда вообще стало видно высокие скальные стены, заросшие кривыми соснами и ельником. Было довольно интересно изучать пейзажи за окном – электричка всё более отдалялась от города.

После полутора часов езды Женька понял, что такое неудобная деревянная лавка, обшитая рейками. Уже начал болеть копчик от непрерывного сидения на твёрдом. Чёрт… Это что за сидения??? Не помогало ничего: ни смена положения ног и тела, ни короткие променады по вагону. Они помогали только на несколько минут, потом садился на место, бёдра и задница снова затекали.

Электричка всё более отдалялась от города. Через 2,5 часа езды Женька уже полулежал на пустой лавке и клевал носом: настолько замучился от поездки. А ещё ехать фиг знает сколько. Связчики-одногруппники тоже замаялись. Трёхчасовая поездка на электричке оказалась трудным этапом пути…

Наконец, через 3 часа после отправления из Новокузнецка электричка приехала на станцию Мундыбаш, находившуюся в одноимённом посёлке. И это была ещё не конечная: электричка шла дальше, до станции Осман, до которой отсюда было несколько остановок. Друг за другом юные туристы вышли на перрон и огляделись. На станции находились несколько путей, на которых стояли составы с вагонами, заполненными железной рудой, вокруг невысокие горы, заросшие смешанным лесом. Видно бараки, частные дома, разбросанные среди деревьев и кустов.

Перейдя через железнодорожные пути по мосту, небольшая экспедиция тронулась в сторону посёлка. Пока ехали сюда, Светлана Владимировна подробно изучала большую карту и сейчас, кажется, вела без ошибок, хотя в петляющих улочках можно было заблудиться.

Женька посмотрел по сторонам: посёлок как посёлок, центральный район из четырёхэтажных благоустроенных домов, вокруг них двухэтажные бараки и частный сектор с разбитой дорогой, посыпанной оранжевым шахтным горельником. Гавкают собаки за заборами, мычат коровы, пасущиеся поблизости от домов. Изредка проезжают грузовые автомобили или мотоциклы.

Как Женька заметил, после железнодорожных путей явно повернули вправо и пошли в южном направлении, где виднелся конец населённого пункта. Дальше шли невысокие горы, заросшие лесом.

– Нам нужно попасть на улицу Дзержинского! – заявила Светлана Владимировна. – Идём на юг! Вот по этой дороге!

Всей дружной командой направились в направлении, указанном тренером. Вскоре их обогнали женщина и мужчина в спортивных костюмах с станковыми рюкзаками на плечах.

– Физкультпривет! – крикнул мужчина и прибавил ход. Женщина поспешила за ним. Наверное, тоже туристы… Похоже, были они тут не первый раз, знали куда идти, и можно было держать путь за ними.

– Вот улица Дзержинского! – крикнул Виталя и ткнул рукой в ржавый указатель, прибитый к стене двухэтажного деревянного барака.

– Молодец! – похвалила Светлана Владимировна. – Сейчас по ней выйдем из посёлка Мундыбаш и будем держать путь в направлении посёлка Тельбес. Идти примерно 8 километров. Туда идёт просёлочная дорога, с подъёмами, спусками, поворотами, могут попадаться машины. Так что смотрим в оба, идём друг за дружкой, следим за окружающей обстановкой, бережём ноги, не отстаём, ждём отстающих, поодиночке не ходим, только по двое трое. Помним, что мы находимся в тайге и возможны медведи. Время хода примерно 3 часа.

Ребята посмотрели друг на друга и переглянулись. Почему вот это тренер говорит? Тем не менее, когда вышли за пределы посёлка началась лесная дорога, словно воспряли. Всё-таки по посёлку идти как-то неловко: собаки лают, местные косятся.

Сейчас же иди да иди себе в одиночестве. Дорога неплохо укатана, кое-где подсыпана горельником, и идти по ней более-менее комфортно. За обочиной бурьян высотой в рост человека, потом кусты, всякая шарага вроде тальника, черёмухи, боярки, а ещё дальше настоящий лес, за которым видно невысокие горы, заросший ельником. Чувствовался запах хвои, листьев, травы, цветов, лесной сырости и грибов. Конец июля – должны быть! Правда, как всегда, идиллию нарушали вездесущие комары, оводы, слепни и прочий гнус, поэтому пришлось сделать небольшой привал, достать антикомариную мазь и намазать лицо и руки. Тогда уже стало более-менее комфортно.

Временами у дороги были развилки, причём такие коварные, что запросто можно уйти в другую сторону. В этом случае Светлана Владимировна опять доставала карту и внимательно смотрела её, определяя верное направление. Естественно, никаких указателей здесь сроду не было.

Иногда в лес уходили дороги совсем плохие, похоже, ведущие либо на лесозаготовки либо на охотничьи заимки.

Продвигалось сначала неплохо, однако вскоре дорога стала заходить на горы, стали попадаться подъёмы, довольно крутые, глинистые, с камнями. Их уже приходилось преодолевать с трудом, а преодолев, стоять на перевале, отдыхать и ждать других туристов, поэтому продвижение очень сильно тормозилось. Конечно, Женька старался идти в миру своих сил, но он же был самый младший, и получается, что чаще всего ждали именно его. К сожалению, быстрее идти он не мог, начала мешать неудобная спортивная сумка, постоянно свешивающаяся на бок, да и со временем стало жарковато, даже душно, вдобавок совсем распоясался гнус.

Не к добру это! Женька с подозрением посмотрел на небо: погода по-прежнему стояла тёплая, безветренная, душная, и солнце светило через какую-то хмарь, заполонившую серое небо. Выглядело оно как белый круг посреди небосклона, смотреть на который можно без всякой опаски, не боясь, что ослепит. Опыт Женьки говорил ему, что это, безусловно, близкие признаки приближающегося ненастья и перемены погоды, скорее всего, с грозой и градом. Непогода в лесу грозила грозной бедой. Но знают ли это старшие? Самому как-то было неловко затевать разговор на эту тему, но всё-таки во время привала решился.

Примерно через полтора часа ходьбы на обочине дороги сделали долгий привал для перекуса: сейчас шли по дороге, справа от которой возвышалась высокая гора, заросшая лесом, слева петляла быстрая речушка Тельбес. С непривычки устали абсолютно все, и старшие, и младшие. Только тренер, как всегда, не имела никаких признаков усталости и утомления.

Расположились на обочине дороги, немного примяв траву, положили рюкзаки, достали различный захваченный из дома перекус. Женька достал литровую фляжку с водой и булочку. У остальных было примерно то же самое. Пока ели, разговаривали друг с другом на разные темы, но в основном говорили старшие ребята, иногда обращаясь к тренеру. Разговор шёл на тему ночёвки. Ребята спрашивали, где будут разбивать лагерь, тренер отвечала, что найдут место где-нибудь в лесу.

Перекусив, Женька тоже подошёл к Светлане Владимировне.

– Женя, тебе чего? – с любопытством спросила тренер.

– Мне кажется, погода портится, – неловко сказал Женька и показал рукой на неяркое солнце. – Вечером или ночью гроза может быть.

– Я прогноз погоды смотрела, обещали, что гроз не будет, – Светлана Владимировна пожала плечами. – Но если всё же разразится, мы найдём укрытие. На руднике есть пещеры и штольни, где можно спрятаться от дождя, да и посёлок рядом. Если вдруг поднимется ураган, там тоже можно будет укрыться. Хотя…

Светлана Владимировна встала с травы, на которой она сидела, подошла к Женьке, обняла его за плечи, прижала к себе и похлопала по спине.

– Ты очень здравомыслящий молодой человек! – с улыбкой сказала тренер. – Удивляешь меня с каждым разом. Спасибо за предупреждение. Я надеюсь, всё-таки мы избежим гроз и дождей, всё у нас будет хорошо.

Больше разговаривать на эту тему не было смысла, поэтому Женька вернулся к своей спортивной сумке. Посидев некоторое время, Светлана Владимировна сказала, что нужно идти.

Встав с места, дружная команда отправилась в путь. И опять потянулась долгая трудная дорога. На всём протяжении встретилась только одна грузовая машина ГАЗ-53 с фургоном. Женька даже сначала удивился, не его ли отец здесь едет: как говорил Григорий Тимофеевич, сюда тоже приходилось возить продовольствие. Но нет, машина была бежевого цвета.

Наконец река повернула вправо, пересекая путь, и дорога вывела к посёлку, привольно раскинувшемуся в речной долине. За рекой были видны невысокие горы, заросшие смешанным лесом, сквозь который кое-где проступали скалы.

– А теперь нам сюда! – заявила Светлана Владимировна, показывая на подвесной мост длиной примерно метров 100, проходящий через всю речную пойму. – Ребята! Слушаем внимательно! Мост имеет свойство качаться, поэтому идём уверенно, держимся за перила, стараемся не смотреть вниз, если закружилась голова, остановитесь на минутку и отдохните. Первый пойдёт Виталий. Я замыкаю. Передо мной Татьяна, Настя, Женька, Саша и Егор. Пойдёмте.

Дорога поворачивала вправо, в посёлок, а к мосту вела небольшая тропинка. Подошли по ней к железной опоре и поднялись по ступенькам вверх. Женька посмотрел и оценил мост. Был он шириной примерно с метр, сделан из толстых тросов, под ногами настил из досок. Мост выглядел крайне старым и ненадёжным, для того чтобы ходить по таким конструкциям нужен определенный опыт.

– А может, я первый пойду? – неожиданно спросил Женька.

– А ты сможешь? – усмехнулся Виталя.

– Запросто! – заявил Женька.

Тренер хотела было отказаться, но неожиданно согласилась, похоже, решила проверить его наглость.

Женька получше закинул сумку за плечо и, держась обеими руками за круглые перила из канатов, пошёл по мосту. Река внизу была мелкая, хоть и быстрая, было видно, как вода бежит через камни, вороша множество длинных водорослей. Стайками прыскали в разные стороны серебристые рыбёшки. Высота моста над водой примерно 5 метров, и можно идти спокойно.