Текст книги "Пепел и Мёд (СИ)"

Автор книги: Архимаг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 4
Ты сам вкладываешь мне в руки заряженный пистолет

Айсштиль и Эгилия

Ненависть, горячая и плотная, как расплавленный свинец, застилала Владычице Мертвых глаза. Эта тварь из черного льда только что отняла у нее все. Отняла Аймоса. Мужа. Повелителя.

Любимого…

Эгилии оставалось лишь чуть сильнее сжать пальцы, влить еще немного жара, чтобы навсегда оборвать тысячелетнюю жизнь Снежной Королевы.

Айсштиль даже не сопротивлялась. Она смотрела на Эгилию прозрачными, полными скорби глазами, принимая свою казнь как заслуженное избавление.

Пальцы Владычицы дрогнули, сжимаясь крепче…

И в этот самый миг мир разорвался от звука.

Это был не взрыв. Не раскат грома. Это был вой.

Протяжный, первобытный, исполненный такой запредельной, космической боли и мощи, что сама ткань Мира Мертвых пошла крупной рябью. Этот звук пронзил небеса, ударил по барабанным перепонкам и отдался вибрацией в костях. В нем было столько отчаяния и столько подавляющей силы, что битва вокруг просто… остановилась.

Золотые зомби-гвардейцы замерли с занесенными мечами. Твари Бездны вжали головы в плечи и заскулили. Призрачные воины на стенах опустили оружие. Словно невидимая рука нажала на паузу в этом адском кинотеатре.

Наступила тишина. Звенящая, оглушающая тишина.

И в этой тишине кровавая пелена перед глазами Эгилии дрогнула и начала рассеиваться. Жар в ее венах немного остыл.

Она посмотрела на задыхающуюся Айсштиль. Затем ее взгляд скользнул дальше, на огромные глыбы льда, в которых медленно умирали те, кто пришел защищать этот мир. Защищать ее мир. Их с Любимым мир.

В памяти всплыли последние, тихие слова Аймоса: «Спаси наш мир. Отомсти за нас».

Осознание накрыло волной. Убить сломленную, раскаявшуюся богиню – это не месть. Это слабость.

Эгилия с глухим рыком отшвырнула Айсштиль в сторону, словно сломанную куклу.

Новая единоличная Владычица Мира Мертвых выпрямилась. Ее глаза полыхнули багровым огнем. Она вскинула обе руки, направляя их на ледяной монолит.

Две стихии – ревущее подземное пламя Аймоса и сокрушительная мощь подземных вод Эгилии – слились в один ревущий поток кипящего гейзера. Струя раскаленного пара и магмы ударила в черный лед.

Зашипело так, словно в океан бросили раскаленный метеорит. Густой белый пар мгновенно заволок площадь. Ледяной панцирь, сковавший двадцатиметровую Вафельку и ее «пассажиров», начал стремительно таять, покрываясь глубокими трещинами.

С громким треском глыба рассыпалась. Герои кучей вывалились на мокрую, теплую землю.

Закашлялся майор Волков, сплевывая натекшую в рот воду. Огромная Вафелька тяжело осела на колени, пытаясь отдышаться, ее хитиновая броня громко щелкала, возвращая подвижность суставам. Ноктус полуживой тенью просто растекся по камням.

– А-а-апчхи! – раздалось звонкое чихание.

Никталия, шлепнувшись на пятую точку, эффектно чихнула, выпустив изо рта небольшое облачко искрящихся снежинок. Богиня ночных желаний затрясла головой, пытаясь сбросить с волос ледяную корку.

– Да чтоб вас всех! – возмутилась она, брезгливо осматривая свои босые ноги. – Мой педикюр! Вы знаете, сколько времени занимает найти хорошего мастера, который не боится работать с божественной кутикулой⁈ Все насмарку! Я требую компенсации за моральный ущерб и обморожение филейных частей!

Но ее возмущение потонуло в хриплом кашле Дарьи.

Виконтесса Кривотолкова с трудом поднялась на четвереньки, отплевываясь от талой воды. Ее латексный костюм окончательно пришел в негодность, но сейчас Дарье было плевать на моду. Оказавшись на свободе, ее хищные инстинкты включились мгновенно.

Она судорожно сунула руку за пазуху и с облегчением нащупала там холодный, пульсирующий металл.

– Твою мать… – прохрипела Дарья, тяжело поднимаясь на ноги и озираясь по сторонам диким взглядом. – Где Костя⁈ Где этот чокнутый кретин⁈

Она вытащила металлический амулет. Сжатый в ее руке, тот пульсировал в судорожном рваном ритме.

– Мне нужно срочно воткнуть эту дрянь ему… куда-нибудь! Хоть в лоб, хоть в задницу! Пока мы все тут не сдохли от переохлаждения!

Пока Дарья ругалась, Айсштиль медленно, пошатываясь, поднялась с колен.

Она была жалкой тенью себя прежней. Никакой гордыни. Никакого ледяного высокомерия.

Она смотрела на идеальную статую Вольдемара. Такой лед не был способен растопить даже огонь Подземного мира.

Ее Чемпион пожертвовал своей душой, чтобы вернуть ей разум. Долг, который она никогда не сможет вернуть.

Айсштиль повернулась к Эгилии. Вдова смотрела на нее взглядом, в котором плескалась раскаленная магма.

– Я никогда не прощу тебя, – сухо, чеканя каждое слово, произнесла Эгилия. Ее голос был лишен интонаций, отчего звучал еще страшнее. – За то, что ты сделала. Никогда.

Айсштиль не отвела взгляд. Она лишь медленно, с обреченной покорностью, кивнула.

– Я знаю, – прошептала ледяная богиня. – И не прошу прощения. Но пока я жива… позволь мне хотя бы малостью… но искупить свой грех.

Воздух снова начал вибрировать. Короткая передышка, подаренная таинственным воем, заканчивалась. Твари Бездны начинали выходить из оцепенения, тряся уродливыми головами.

– Так, народ! Минутка драмы окончена, сворачиваем сопли! – Никталия, с трудом поднявшись на ноги, хлопнула в ладоши, пытаясь привлечь внимание. Несмотря на потрепанный вид, ее глаза горели упрямым огоньком. – Выяснять, кто кому жизнь испортил, будем на афтепати! А сейчас у нас проблема покрупнее невыплаченных алиментов!

Она указала рукой в сторону, где серый туман Мира Мертвых закручивался в зловещие воронки.

Все обернулись.

Там, проступая сквозь дым и пепел, возвышалась исполинская фигура. Громовержец.

Напитавшись энергией Бездны, смертями и хаосом битвы, он разросся до катастрофических размеров. Его золотая броня срослась с гниющей, пульсирующей плотью. Черные молнии, толщиной с вековые дубы, ветвились вокруг его фигуры, выжигая землю. Глаза-провалы горели фиолетовым инфернальным светом.

– Вот же… – Дарья нервно сглотнула, крепче сжимая амулет. – Кто-нибудь, скажите мне, что у нас есть план «Б».

– План «Б» – это бить сильно и не умирать, – пробасила двадцатиметровая Вафелька, сжимая гигантские кулаки. Хитин на ее руках угрожающе заскрежетал.

– Отличный план, – хрипло согласился майор Волков. – Мне нравится. Работаем.

Император Александр V, сияющий как сверхновая, обрушил с небес столбы концентрированного золотого света, заставив Громовержца отступить.

Рядом с Государем, словно его темная тень, действовал Фома Лисовский. Метка Бездны в виде угольно-черной татуировки, пульсировала на его руке. Одно за другим он плел заклинания из сырой тьмы, вплавляя их в золотые атаки Императора.

Против такого дуэта пришлось солоно даже богу…

Темный Эстро, окруженный искаженным пространством, лишь злобно скалился, отбивая этот комбинированный натиск. Рядом с ним недовольно булькала и ворочалась гигантская туша Громовержца. С каждой секундой Зомби-бог все больше терял человеческие очертания. Сейчас он напоминал скорее гору плоти, в которой с трудом угадывалось гигантское расплывшееся лицо.

Впрочем, у этой туши всё ещё было полно сил. Темный Эстро проложил канал к Громовержцу, подпитываясь его силой. Он медленно, но планомерно готовил ответный удар, способный стереть и Императора и Фому в порошок.

И тут реальность разорвалась от дикого первобытного воя.

Абсолютно чужеродный, первобытный звук, пробирающий до самого костного мозга. Он вибрировал в самой структуре мироздания, заставляя пространство идти рябью. В этом вое слились воедино бесконечная боль, вселенский голод и нечто настолько древнее, что перед ним меркли даже боги.

Сражение остановилось мгновенно.

Золотые лучи Императора погасли. Черные плети Фомы замерли в воздухе и осыпались пеплом. Булькающий Зомби-Громовержец опустил свой искрящийся скипетр, его пустые глаза тупо уставились в серую мглу.

Вой оборвался так же резко, как и начался. Наступила звенящая, давящая тишина, в которой был слышен лишь шелест падающего пепла.

Император Александр V медленно опустил руки. Его золотая аура слегка померкла, но спина оставалась безупречно прямой. Государь перевел спокойный, оценивающий взгляд на Темного Осколка, который застыл с поднятыми руками, явно сбитый с толку.

– Княжич, – невозмутимо, с легкой долей аристократической иронии произнес Александр. – Должен поинтересоваться… Это кто-то из ваших питомцев просится с прогулки? Вы забыли его покормить, или у Бездны сегодня проблемы с пищеварением?

Темный Эстро нервно дернул щекой. Его глаза под разбитым стеклом противогаза лихорадочно бегали по серому горизонту. Он не чувствовал этой твари в своей сети контроля. Он вообще не понимал, что это было.

– Не знаю… Просто местная аномалия, – процедил Осколок, стараясь сохранить лицо. – Какой-то неучтенный мусор с нижних слоев. Меня это не касается.

– Не касается? – Император позволил себе легкую, холодную усмешку. – Какая досада. А ведь вы так красноречиво распинались о своем абсолютном контроле над Хаосом. А на деле, стоило кому-то громко гавкнуть на вашем заднем дворе, как «Архитектор» сразу не при делах. Знаете, в Империи управдом, не знающий, кто воет в его подвале, долго на должности не задерживается.

Лицо Осколка исказилось от ярости. Черные вены на его шее вздулись, пульсируя фиолетовым светом.

– Ты… жалкий эксплуататор… – прошипел он, собирая в ладонях концентрированные лезвия пространства. – Я покажу тебе, смертный царек, кто здесь…

Договорить он не успел.

Пространство между ними… просто лопнуло. С мерзким, влажным треском ткань реальности разошлась в стороны, образуя вертикальную рану, из которой хлынула абсолютная, непроглядная темнота.

Из этой темноты шагнуло Существо.

Император Александр V, повидавший на своем веку немало кошмаров, невольно сделал полшага назад.

Фома Лисовский тихо, сквозь зубы, выругался. Его Метка Бездны на руке начала обжигать кожу.

– Опять началось? – удивленно произнес он. – Княжич же вылечил меня…

– Полагаю, тут причина другая, – медленно произнес Император.

Перед ними предстало само воплощение первозданного ужаса. Гуманоидная фигура, закованная в органическую броню из черного, как обсидиан, материала. По всей поверхности этого дьявольского панциря, словно реки лавы, пульсировали ярко-алые, магматические прожилки. Из-за спины выступали толстые, шипастые щупальца, живущие своей жизнью.

За спиной твари раскрылись рваные, демонические крылья, сотканные из уплотненной тьмы. Голову венчали загнутые назад рога. Вместо рта сверкала жуткая щель-оскал, полная бритвенно-острых клыков. Два пылающих инфернальным красным светом глаза, казалось, заглядывали в саму душу.

Александр V замер. Эта аура… эта искаженная… до боли знакомая сигнатура.

«Безумов… – пронеслось в голове Государя. – Господи всемогущий, что же ты с собой сделал, мальчик?»

Память Императора услужливо подкинула воспоминание о встрече, состоявшейся после завершения Синегорского турнира….

Экскурс в прошлое. Император и Константин Безумов. События происходят вскоре после завершение Синегорского Турнира

Тихий, надежно экранированный от прослушки кабинет Синегорской резиденции Императора. Две рюмки коллекционного коньяка на столе, к которым так никто и не притронулся.

Александр тогда стоял у панорамного окна, заложив руки за спину. Он долго молчал, переваривая невероятный, почти бредовый рассказ молодого аристократа. Костя сидел в кресле, выглядел изрядно помятым. Но держался с той самой фирменной безумовской наглостью, которая балансировала на тонкой грани между абсолютной уверенностью и слабоумием.

– Древние боги вернулись, параллельные измерения, обмен душами… – Государь наконец заговорил, не отрывая взгляда от вечернего города. – Знаешь, княжич, если ты прав… это меняет правила игры. От и до. Мы веками строили Империю, а теперь выясняется, что мы играем в песочнице на заднем дворе у спящих божеств.

Император медленно обернулся. Его лицо было непроницаемым, но в глазах мерцала сталь.

– Но признаюсь честно. Прямо сейчас меня куда больше волнует не мифология. А… кхм… астрономия.

Костя вопросительно приподнял бровь, хотя уголок его губ дрогнул, выдавая, что он прекрасно понял, к чему клонит монарх.

– Тот самый монстр, чью ауру ощутили все Одаренные на континенте, – чеканя слова, продолжил Александр V. – Чудовище, которое расправилось элитным Отрядом Одаренных Истребителей, которое умудрилось оставить шрам на поверхности Луны. Шрам, княжич! Имперская обсерватория пьет валерьянку ведрами, пресса вещает про метеоритный дождь. А я смотрю на тебя и понимаю, что метеорит сидит в моем кресле. Это ведь был ты?

Константин не отвел глаз. Он лишь тяжело вздохнул и потер переносицу.

– Ну, технически, это было мое очень, очень плохое настроение, Ваше Величество. Но да, виновен. Бездна на какое-то время вырвала руль и перехватила управление. Если бы Настя не сработала как мой личный стоп-кран и не достучалась до сознания, я бы, наверное, до сих пор… наводил суету.

Император подошел к столу и оперся на него кулаками, нависая над юношей.

– Ты же понимаешь, княжич, – голос Государя стал тихим, опасным, – что как Император, я не имею права просто закрыть глаза на появление подобной угрозы? Я не могу погрозить тебе пальцем и сказать: «Больше не порть лунный ландшафт, мальчик». Существо такой силы – это ходячий апокалипсис. Риск для самого существования государства. Я должен приказать уничтожить тебя прямо сейчас, пока ты слаб.

– Я и не прошу меня игнорировать, Государь, – совершенно спокойно ответил Костя, откидываясь в кресле. – Напротив. Я предлагаю вам страховку.

Александр V прищурился.

– Продолжай.

– Я готов предоставить вам подробную, пошаговую инструкцию по утилизации Безумного Бога, – на губах Кости появилась та самая ироничная ухмылка. – Как именно меня можно убить, если эта тварь снова вырвется наружу. Все уязвимые точки, слепые зоны, тайминги регенерации. Полный пакет. Я сам вручу вам красную кнопку для уничтожение угрозы, которая сидит у меня внутри.

Император долго молчал, оценивая юношу. Предложить собственному палачу идеальное оружие против себя? В этом было столько же сумасшествия, сколько и холодного расчета.

– Ты сам вкладываешь мне в руки заряженный пистолет, – медленно произнес Александр. – Зачем?

– Потому что я не дурак и знаю, что эта кнопка может понадобиться, – жестко ответил Константин. – Но я не работаю бесплатно, Ваше Величество.

– Торгуешься с Императором, сидя под прицелом? В своем репертуаре. И какова цена твоей «инструкции»?

– Взамен я прошу содействовать моему роду. Мне нужно, чтобы Корона развеяла санкционное давление, которое сейчас пытаются устроить Кривотолковы и их прихлебатели.

– Князь Кривотолков уже арестован за измену, – напомнил Император.

– Да, но все его распоряжения пока действуют. А бюрократия, сами знаете, штука неповоротливая. Я бы хотел более быстрого решения. Моя семья должна быть неприкосновенна на политической арене. И, разумеется… – Костя сделал паузу, его глаза сверкнули, – мне нужен полный, безлимитный доступ к Черному Солнцу. Я готов раскрыть вам все его секреты и показать истинный потенциал.

Император выпрямился. Он смотрел на Костю долгим, пронизывающим взглядом, взвешивая на невидимых весах судьбу Империи, наглость этого мальчишки и реальность нависшей над миром угрозы. А затем коротко, сухо усмехнулся.

– Меняешь свою жизнь на политическую крышу и игрушку судного дня… Ты истинный Безумов, Костя. Сделка принята.

И вот теперь, стоя посреди истерзанной пустоши Мира Мертвых и глядя на возродившийся хтонический ужас, Александр V понял простую истину. Тот день, которого они оба так опасались, настал. Время нажать на красную кнопку. Если, конечно, у них хватит на это сил.

Сила, исходящая от Монстра, была физически осязаемой. Воздух вокруг него искажался и плавился. Гравитация сходила с ума, мелкие камни и обломки вокруг монстра просто взлетали в воздух без видимой причины. И эта мощь росла. С каждой секундой, с каждым вдохом существа, давление на реальность увеличивалось, грозя расплющить всех присутствующих.

Темный Осколок, побледнев, отступил на шаг. Его контроль над Бездной рядом с Этим казался детской игрой в песочнице. Зомби-Громовержец издал низкий, неуверенный рык. Он впервые почувствовав нечто, стоящее выше него в пищевой цепи.

Но Монстр не атаковал. Не издал ни звука.

Он вел себя до удивления… спокойно.

Тварь медленно, почти меланхолично повернула рогатую голову. Красные угли глаз скользнули по застывшему Императору, задержались на Фоме, мазнули по ошарашенному Осколку и гигантскому Громовержцу.

Затем Монстр медленно поднял свои руки. Кисти оканчивались чудовищными, изогнутыми когтями, способными рвать танковую броню. Существо покрутило кистями, сжало и разжало когти, внимательно, с почти научным интересом рассматривая светящиеся алые прожилки на своих предплечьях.

Он изучал свое новое тело. Спокойно и вдумчиво, в полной тишине. И это пугало гораздо сильнее любых криков и угроз.

Глава 5
На колени

Анастасия Безумова

– Вон тому втащи, – приказала Настя.

Девушка восседала на широких плечах своего Доппельгангера. Теневой Громовержец, послушный воле девушки, орудовал призрачным скипетром, как гигантской мухобойкой, раскидывая во все стороны золотые колесницы и визжащих тварей Бездны. Настя дирижировала этим хаосом с пугающим хладнокровием, методично вычищая свой сектор.

И тут реальность разорвалась от того самого воя.

Настя резко выдохнула, едва не свалившись с плеча теневого гиганта. Её правую руку, там, где под тактической тканью скрывалась свежая Метка Бездны, пронзила невыносимая, жгучая боль. Кожа горела так, словно к ней приложили раскаленное клеймо. Метка пульсировала, резонируя с источником чудовищной, первобытной силы, который только что появился в этом мире.

Холодный, липкий ужас стальной хваткой сжал ее внутренности. Она узнала эту ауру. Этот давящий, всепоглощающий фон абсолютного безумия.

Костя.

В прошлый раз, когда они спасали похищенных мирмеций, он предупреждал ее. Он дал ей четкие инструкции, буквально поминутный план: что делать, как себя вести и куда бить, если Бездна перехватит контроль и он превратится в ЭТО. У нее была инструкция. Был план.

А сейчас… плана не было. Никаких «красных кнопок» и заготовленных протоколов. Только чистая, пугающая импровизация на фоне апокалипсиса.

«Отставить панику, – жестко приказала себе Настя, до крови закусив губу. – Паника неэффективна».

Она закрыла глаза, заставляя свой разум отгородиться от ужаса, и сфокусировалась на внутренних ощущениях. Если Костя стал монстром, значит, что-то пошло критически не так. И ей срочно нужна помощь. Ей нужна была Эмми.

Сквозь ментальный шум и грохот битвы Настя раскинула свои чувства, выискивая знакомую, обжигающе-теплую искру.

Нашла. Слабую, мерцающую, почти угасшую, но живую.

– Туда! – мысленно скомандовала она Доппелю.

Теневой Громовержец проломился сквозь строй врагов и одним махом отшвырнул огромную каменную плиту рухнувшей башни. Настя спрыгнула на землю и бросилась к завалу.

Эмми лежала под обломками, покрытая копотью и кровью, без сознания. Настя упала на колени, лихорадочно складывая над подругой целительные печати. Золотисто-зеленый свет магии впитался в тело рыжеволосой девушки, сращивая кости и останавливая внутренние кровотечения.

Эмми судорожно вдохнула, закашлялась серой пылью и резко распахнула глаза. В них плескались паника и отчаяние.

– Настя! – она вцепилась в рукав подруги грязными, дрожащими пальцами. – Настя, Костя… Осколок схватил меня! Я замерла… я ничего не смогла сделать! Из-за меня Костя… Он… чтобы спасти меня… а этот ублюдок… ударил его в спину и скинул в Разлом! Костя проиграл из-за меня!

По щекам Эмми покатились слезы, прочерчивая светлые дорожки на грязном лице.

Настя мягко, но твердо перехватила ее трясущиеся руки. Ее лицо оставалось маской абсолютного, пугающего спокойствия.

– Выдыхай, Эмми. Все нормально. Костя уже вернулся.

Эмми замерла, всхлипнув. В ее глазах блеснула отчаянная надежда.

– В смысле? Он жив⁈ Он выбрался из Бездны?

– Жив. И выбрался, – ровным, почти лекторским тоном подтвердила Настя, отряхивая пыль со своих коленей. – Правда, в виде хтонического монстра Бездны. Судя по ауре, он сейчас прикидывает, с кого начать жрать этот мир.

Эмми уставилась на Настю. Ее мозг несколько секунд пытался переварить полученную информацию, сопоставляя понятия «Костя вернулся» и «хтонический монстр». А потом ее прорвало.

– А-А-А-А-А-А-А-А!!! – заорала Эмми так, что пара пролетавших мимо призраков с перепугу врезалась друг в друга. – МЫ ВСЕ УМРЕМ! ОН НАС СОЖРЕТ! ЭТО КОНЕЦ! А-А-А-А!

ХРЯСЬ!

Звонкая пощечина оборвала истерику на самой высокой ноте. Эмми поперхнулась воздухом и ошарашенно схватилась за горящую щеку.

– Собралась, быстро! – жестко, с металлом в голосе отчеканила Настя. Она схватила Эмми за плечи и хорошенько тряхнула. – У нас нет времени на сопли! В прошлый раз я вытащила его из этого состояния одна, но сейчас он сильнее. Только мы вдвоем сможем его вытянуть! Нам нужно прорваться к нему и… и достучаться! Или бить по башке, пока он не вспомнит, кто он такой! Поняла⁈

Эмми часто-часто заморгала. Паника в ее глазах отступила, сменившись знакомым упрямым, огненным блеском. Она сглотнула, вытирая слезы и кровь с лица.

– Поняла, – хрипло выдохнула рыжая. Воздух вокруг нее снова начал нагреваться. – Воззвать к разуму. Если не поможет… будем любить его так сильно, что ему станет тошно быть монстром.

– Отличный план, – Настя коротко кивнула и протянула ей руку, помогая подняться. – А теперь запрыгивай.

Теневой Доппель Громовержца послушно опустился на одно колено, подставляя широкую призрачную спину. Настя и Эмми вскарабкались на плечо гиганта, крепко ухватившись за выступы его брони.

– Полный вперед! – скомандовала Настя. – Едем спасать нашего проблемного главу рода!

Теневой доппель-бог взревел и стремительно двинулся сквозь хаос битвы, прямо к эпицентру бушующей Бездны, сминая всё на своем пути.

Темный Осколок, Император, Фома и Громовержец

Темный Эстро тяжело дышал. Сиплый свист фильтров в его разбитом противогазе казался неестественно громким в наступившей тишине. Он смотрел на возвышающуюся рогатую фигуру, и первобытный, сковывающий внутренности страх боролся в нем с непомерной гордыней.

– У тебя нет ничего кроме силы, – прошипел Осколок. Тьма вокруг его пальцев сгустилась, сплетаясь в искрящийся, гудящий от напряжения фиолетовый хлыст. – А сила без контроля – это ничто! Подчинись!

Он вложил в эту ментальную плеть всё: абсолютный приказ, ломающий волю, доминирование, которое безотказно ставило на колени орды монстров. Осколок с яростным криком выбросил руку вперед.

Невидимый ментальный хлыст со скоростью света ударил прямо в разум рогатого Монстра.

И… ничего не произошло.

Осколок пошатнулся, словно с размаху ударил кувалдой по бетонной стене, а та даже не дрогнула. Заклинание… просто соскользнуло. Ему оказалось не за что зацепиться. Разум Существа был настолько плотным, глубоким и бесконечно чуждым, что ментальная магия Темного Эстро погасла в нем, как жалкая искра. Осколок с ужасом ощутил лишь ледяное давление океана, которому абсолютно плевать на барахтающуюся на его поверхности букашку.

Монстр даже не моргнул. Он вообще не заметил попытки взлома. Дьявольское отродье продолжало с пугающим, меланхоличным спокойствием рассматривать свои собственные руки. Существо медленно сжимало и разжимало пальцы, любуясь, как ярко-алые, магматические вены пульсируют под черным обсидианом когтей. Словно аристократ, примеряющий новые, идеально скроенные перчатки.

Стоявшие в отдалении Император Александр V и Фома Лисовский наблюдали за этой сценой с неподдельным академическим интересом.

– Удивительное самообладание, – невозмутимо произнес Государь, поправляя изодранный рукав. Золотое сияние вокруг него слегка приглушилось, но не исчезло. – Я бы на месте двойника, Фома, уже бы начал писать завещание. Хотя, боюсь, нотариус откажется заверять горстку пепла.

– Он просто еще не осознал масштаб, Ваше Величество, – хмыкнул бывший темный маг, потирая предплечье. Метка Бездны жгла кожу, хотя и не так жестко как в прошлом. – Думает, раз научился командовать бактериями, то сможет дрессировать цунами.

В этот момент тишину нарушил мерзкий, многоголосый визг.

Несколько десятков низших тварей Бездны окончательно потеряли остатки разума. Лишенные инстинкта самосохранения, ведомые лишь голодом, они бросились на самую крупную мишень на поле боя.

С шипением и клацаньем жвал дюжина кислотных сколопендр и шипастых гончих набросилась на Монстра со всех сторон. Они облепили его массивную фигуру, как стая бешеных пираний. Твари рвали клыками обсидиановую броню, остервенело били кислотными хвостами, плевались едким ядом прямо в рогатую голову.

– Какая невоспитанность, – покачал головой Император, наблюдая за копошащейся кучей-малой. – Даже в Диких Землях монстры ведут себя приличнее.

Монстр даже не пошевелился. Он стоял монолитом. Кислота, способная проплавить танковую броню, попадала на его панцирь и мгновенно испарялась, не оставляя даже пятнышка. Бритвенно-острые клыки тварей с сухим, жалким хрустом ломались о черную броню.

Существо медленно, словно нехотя, повернуло голову. Его пылающие красным инфернальным светом глаза уставились на крупную шипастую гончую, которая с остервенением грызла его левое предплечье, пытаясь прокусить магматическую вену.

Монстр просто поднес правую руку к твари. Средний палец уперся в подушечку большого. Легкое, почти ленивое, элегантное движение…

Щелчок.

Острие обсидианового когтя влетело в лоб гончей.

Никакого взрыва. Никакой ударной волны. Тварь просто… перестала существовать. Кинетический импульс запредельной, непостижимой мощности прошил ее насквозь, распылив на атомы. В воздухе повисло лишь быстро тающее облачко серой пыли, которое секунду назад было демоном.

Остальные твари, вдруг резко вспомнив, что такое инстинкт самосохранения, с жалким скулежом отскочили от Монстра. Они в ужасе попятились, а затем бросились врассыпную, поджимая хвосты и стараясь слиться с ландшафтом.

– Знаете, Государь, – задумчиво протянул Фома Лисовский, глядя на оседающую пыль. – Я много раз видел, как Костя включает режим бога. Но это… Это что-то новенькое.

– Вынужден признать, манеры у него сейчас весьма специфические, но эффективность – выше всяких похвал, – Александр V сложил руки на груди, и в его пылающих глазах мелькнула тень уважения, смешанного с тревогой. – Если наш юный княжич в таком виде когда-нибудь решит баллотироваться в Имперскую Думу… боюсь, у нас возникнут серьезные проблемы с оппозицией.

– Они разбегутся?

– Нет, они… просто будут аннигилированы на стадии дебатов.

Темный Эстро скрипнул зубами. Идеальный план трещал по швам. Паника, холодная и липкая, ударила ему в голову. Ментальный контроль не сработал. Мелкие твари не оставили даже царапины. Враг просто игнорировал его, и это ранило гордыню Осколка сильнее любого меча.

– Гром! – взревел Осколок. – Размажь эту тварь!

Он телепортировался прямо на плечо к Громовержцу, под защиту ауры своего сильнейшего орудия.

Глава мертвого пантеона к этому моменту уже мало напоминал бога. Теперь это была просто пульсирующая гора гниющего мяса и помятого золота с гротескным лицом на вершине. Зомби-бог издал рев, от которого задрожала земля, и тяжело шагнул к Монстру.

В его руке-отростке искрил Скипетр, накачанный энергией Бездны под завязку. Громовержец занес его для сокрушительного удара, способного расколоть материк пополам.

Монстр даже не попытался уклониться или поставить блок.

Скипетр обрушился вниз с оглушительным грохотом. Земля взорвалась, выбросив в серое небо густую стену из пыли, пепла и каменного крошева. Ударная волна прокатилась по пустоши, заставив Осколка попятиться.

Когда грязный туман наконец начал рассеиваться, на месте удара зиял лишь дымящийся кратер, залитый расплавленным камнем.

Монстр исчез.

Темный Осколок лихорадочно завертел головой, пытаясь разглядеть в оседающей пыли хоть какие-то ошметки черной брони.

А вот Император Александр V сразу понял куда смотреть. И он первым увидел Монстра.

Тот никуда не испарился. Он с пугающим, меланхоличным спокойствием стоял прямо на массивном, бугристом плече самого Громовержца. Прямо за спиной Осколка. Последний нервно оглядывался по сторонам, даже не подозревая, КТО прямо сейчас разглядывает его

Склонив голову набок, Монстр задумчиво смотрел на Темного Эстро. Словно ученый в лаборатории, изучающий культуру плесени в пробирке.

Зомби-бог, наконец, почувствовал чужеродный вес. Он замер и медленно, с мерзким влажным хрустом шейных позвонков, скосил огромный, налитый черной кровью глаз на свое плечо. Пару секунд в его мертвом, разлагающемся мозгу шел мучительный процесс осознания. Затем гротескная пасть на вершине туши широко распахнулась, обнажая ряды кривых клыков.

Гигантская рука взлетела вверх и понеслась к Монстру. Громовержец собирался просто прихлопнуть его, как обнаглевшую муху.

Только вот под ударом неизбежно оказался и Темный Эстро. А тот до последнего не видел опасности, слишком поглощенный поисками Монстра.

– Эй, что ты… – Осколок запоздало поднял голову, слишком поздно заметив угрозу. Многотонная пятерня рухнула на него сверху, вдавливая в прогнившее плечо гиганта.

– Прихлопнул… – довольно пробулькал зомби-бог, пуская из кривой пасти зловонную слюну. – Гром… молодец. Муха… размазана…

Но радовался этот кусок гниющего величия слишком рано.

Когда брызги черной крови и ошметки раздробленного золота чуть осели, стало видно, что Монстр… ничуть не пострадал. Он с прежним пугающим спокойствием стоял прямо на тыльной стороне гигантской ладони, которой Громовержец только что впечатал Осколка в свое же плечо. Казалось, удар вообще не задел рогатую фигуру. Монстр просто плавно переместился на опускающуюся руку за тысячную долю секунды до столкновения.

Тупой мозг зомби-бога дал сбой. Муха не просто выжила, она нагло топтала его ладонь.

Громовержец издал влажный, обиженный рык. Его гротескная пасть на вершине мясной горы распахнулась так широко, что с треском порвались сухожилия, обнажив ряды кривых клыков. Забыв про всякую магию, зомби-бог просто дернулся вперед, намереваясь просто проглотить наглую муху.

Но было слишком поздно.

Монстр сделал одно неуловимо быстрое движение. Две его когтистые руки рванулись вперед и с хрустом вонзились прямо в золотую броню и плоть Громовержца.

Из вонзенных в тушу когтей мгновенно вырвались два исполинских клина из концентрированной, пульсирующей тьмы. Эти энергетические лезвия прошили гору гниющего мяса насквозь, от самой макушки до основания, разрезая и плоть, и само пространство вокруг неё.