Текст книги "Балбесы (СИ)"
Автор книги: Alexander Blinddog
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)
– Вот как, – милорд потёр подбородок. – Что же, это может пригодиться.
Он вышел и отсутствовал почти полчаса. Хотя, казалось, что гораздо дольше. Когда же он вернулся, кинул друзьям три комплекта формы бьёрнцев. Сам он уже был обряжен в форму вражеского офицера.
– Переодевайтесь, – сказал он. – Форма почти чистая, снята с трупов, не переживайте.
– Зачем? – Хрюша настороженно принюхивался к одежде, будто она могла быть отравлена.
– Мы с вами залезем в эту вашу трубу и пройдем через лагерь бьёрнцев. Мне до смерти уже надоело сидеть в осаде и политическая обстановка такая, что моё присутствие необходимо снаружи стен. А раз вы поцелованы богами в самое темечко и разок уже смогли пройти в эту строну, думаю, ваша удача не оставит и меня, так что мы все вместе пройдём в другую сторону.
– Эм, но...
Взгляд милорда хлестнул, как кнут.
– Я не из тех, кто терпит возражения. Надеюсь, это понятно. Переодевайтесь и поживее, пока не начало светать.
Они торопливо натянули солдатскую одежду, поправили ремни, подтянули штаны.
– Идём.
Снова пересекли ту же площадь, но на этот раз в сопровождении Старшего и Милорда. Когда они проходили мимо телег, Хрюша с грустью проводил их взглядом.
Блонди подал голос.
– Извините.
– Что ещё?
– Когда нас задержали здесь, так получилось, что я обронил матушкин талисман. Я уверен, он где-то под телегами. Не позволите, если я его поищу? Телега была довольно приметная, это не займёт много времени.
Милорд взглянул на небо.
– Время не ждёт, я распоряжусь найти его после нашего ухода.
– Прошу вас, всего минуту, – вступил Генри. – Этот амулет подарила ему его матушка, которая была первой ведьмой на всю деревню. Молоко от её взгляда скисало просто на раз-два. Когда амулет с ним, ему всегда сопутствует удача. Не хотелось бы лишаться столь надёжного оберега, как талисман матери, перед таким опасным делом.
Милорд покривился.
– Даю одну минуту. Быстро.
Блонди поклонился и убежал. Сердце Генри билось, кажется ещё сильнее, чем в тот день, когда он поставил все свои деньги на кон и всё проиграл Змеиному Глазу. Что же, ставки действительно выросли, теперь на кону кроме его собственной ещё целая кучей других жизней. Милорд нервно притоптывал ногой. Хрюшу трясло, как осенний лист на ветру.
– Живее, чёрт подери, – крикнул Милорд и Блонди вынырнул из-под телег.
– Уже всё. Ваша милость, мой талисман снова со мной, – сказал он сияя и подмигнул друзьям.
Казалось, целая гора упала у Генри с плеч. Даже ночь будто расцвела яркими красками, и воздух стал пьянить, как вино.
– Ну так идёмте быстрее.
Перед входом в арку, ведущую в сточную трубу, Милорд остановился и повернулся к Старшему.
– Под твоей ответственностью вся крепость. Никому не говори о моем уходе. Держитесь и я вернусь.
Он хлопнул его по плечу.
– Залезайте, – обернулся Милорд к троице.
Генри вздохнул напоследок чистым воздухом, взял у Старшего зажжённый фонарь и на карачках полез внутрь. За ним Хрюша. Потом Блонди и, наконец, Милорд. Теперь стоящая здесь вонь не казалось уже столь убийственной. То ли нос его притерпелся к смраду, то ли эйфория от находки не отпускала. Плюс к тому, от негативных мыслей отвлекала постоянная нецензурная брань Блонди, которую умело поддерживал Милорд. Ругался он поистине виртуозно и Генри отметил для себя часть оборотов, которые можно было бы взять на заметку, проникнувшись за этот талант невольным уважением к их новому спутнику. Когда, наконец, показался впереди свет и шум прибоя, Генри вынырнул из трубы, как из материнского лона, навстречу морю.
– О, боги, – Милорд едва выполз из трубы, звучно обблевался и залез по уши в воду.
– Этот смрад будет преследовать меня до конца дней моих, – простонал он. – То, что вы пролезли ради спасения крепости весь этот путь, буэээ, ваш подвиг останется в веках, буэээ. Теперь, я понимаю, насколько это был беспримерный героизм.
Над морем загорелась тонкая полоска зари.
– Скорее, – сказал Хрюша, – надо поторапливаться, пока весь лагерь не проснулся.
Блонди встал в полный рост.
– Ты чего, нас заметят, – прошипел Генри, ползущий рядом.
– Нас так и так заметят, скорее всего, – резонно отвели Блонди. – Только вот если мы будем красться, это вызовет подозрения, а если просто встанем и пойдём, ну и что? Мы-то для них теперь свои.
– Справедливо, – Милорд поднялся и отряхнул форму.
Они заспешили вперед, на этот раз формы с покойников давали им приятную маскировку и позволяли не красться, так что они быстро и уверенно шли через лагерь.
– Эй! Стоять! – окликнули их сзади.
Сонный часовой, щурясь и растирая лицо левой рукой тыкал в их сторону правой рукой с копьём.
– Вы кто? Пароль? Почему вы все мокрые и смердите, как стая шакалов?
Обстановка в один миг стала критической. Не растерялся один только Хрюша. Он подошёл к часовому и отвесил ему подзатыльник прямо по шлему.
– С кем разговариваешь, болван? Не узнал своего капитана сослепу? Ну-ка дыхни, ты что пьян?
– Никак нет, – растерялся бьёрнский часовой, – виноват.
– Ещё как виноват, – сказал Хрюша тоном, не терпящим сомнений. – Капитана Строу знаешь?
– Никак нет, – часовой вытянулся в струнку.
– Ну так бегом найди его! И пока не найдешь – не возвращайся. Живо!
– Есть! – часовой отдал салют и торопливо убежал.
– Это займет некоторое время, пока он никого не найдет. Давайте-ка проваливать отсюда, пока не нашелся кто поумнее.
Быстрым шагом они пересекли военный лагерь, который лениво начинал пробуждаться к очередному дню осады. Поминутно оглядываясь, они пересекли нейтральную зону, и дошли до леса, где оставили коня и телегу...
Глава 23 Хороший план
– Ха!
Милорд только что не пустился в танец, глядя на одураченных бьёрнцев вдали.
– Поверить не могу, что получилось! Видимо, боги действительно милостивы к вам.
Он повернулся к троице.
– А вы, смотрю, не простые крестьяне, вчера от сохи, не так ли? Уж больно вы ловко соображаете, когда надо. Ладно, это не важно. Вы мои спасители и за это я вам благодарен. Когда-нибудь я по достоинству отблагодарю вас так, как вы этого действительно заслуживаете. Но сейчас мне надо спешить. Коня я забираю.
– Но позвольте...
– Не позволю, – сказал Милорд и в голосе его звенела сталь меча. – Время не терпит, чтобы я плёлся пешком, равно, как и ждал вас.
Он снял стреноги с коня.
– Возьмите это.
Милорд достал золотую монету и кончиком стилета что-то на ней нацарапал. С щелчком он кинул монету Блонди и тот на лету поймал её.
– Не тратьте её без нужды. Пусть она будет вашим талисманом и напоминанием. Напоминанием, что однажды я отблагодарю вас за вашу службу.
С кислым видом Блонди поклонился и сунул монету в карман.
– Давненько я не ездил без седла, да выбирать не приходится,– сказал Милорд и ловко запрыгнул на спину коня. – Берегите себя и помните, что я ваш должник.
Он махнул рукой и пустив коня в галоп, скрылся за поворотом дороги.
– Чёрт с ним, пешком дойдём, – сказал Генри.
Блонди с тяжким вздохом осмотрел себя.
– Я никогда больше почувствую себя чистым, – сказал он, – вовек от этого не отмоюсь.
– Да ты и так никогда не моешься, – сказал Хрюша.
– Но-но-но, я бы попросил! Не надо грязи, в прошлом месяце я попал под дождь, это тоже считается.
– Угомонитесь вы оба уже, – сказал Генри. – Блонди, достань, наконец, этот алмаз. Меня сейчас трясучка хватит от нетерпения.
Блонди, с лицом рыцаря победившего в турнире, медленно и важно достал из кармана алмаз.
– Боги, как он красив, – сказал Генри.
– Ну что, видите теперь, что я не врал? – сказал Блонди.
– Позволь-ка.
Хрюша бережно взял камень в руки. Поднял его к едва показавшемуся рассветному Солнцу.
– Алмаз самый крепкий камень в мире, им даже можно резать стекло.
Сказал Хрюша, но голос его странно изменился. Он опустил алмаз и легонько бросил в борт телеги. Дзыньк! Камень разлетелся на сотню мелких осколков.
– Хрюша, какого хрена! – заорал Блонди.
– Это была простая стекляшка, – сказал Хрюша голосом восставшего покойника. – Всё. Вот теперь мы в настоящем дерьме.
– Богами клянусь, я не знал, – прошептал бледный Блонди.
На него было тяжко смотреть. Ни разу ещё Генри не видел своего приятеля таким подавленным, казалось, что Блонди вот-вот расплачется.
– Это не твоя вина, – сказал Генри.
Хрюша аккуратно погладил Тома по плечу.
– Да ладно тебе. Откуда ты мог знать, в самом деле? Камень же правда существовал. Это не твоя вина. Ты не кори себя. Мы что-нибудь ещё придумаем.
Генри казалось, что он сейчас задохнётся. Тяжело застонав, он сел на поваленный ствол дерева и обхватил голову руками.
– Но это был наш единственный шанс. Я не знаю, что нам теперь делать. Хрюша сколько у нас осталось времени?
– Если не считать сегодня – ещё четыре дня. Не время отчаиваться. В прямом смысле слова времени на это у нас нет. Нам нужен ещё один план. Нам нужно ещё одно дельце. Последнее. Теперь идём ва-банк. Времени всё переиграть у нас не будет. Да, алмаза размером с кулак у нас нет и взять его негде. Но ведь Билл и не хотел именно алмаз, да? Попробуем откупиться деньгами.
– И сколько ему надо? – спросил Блонди.
– Хороший вопрос.
Генри пожал плечами.
– Понятия не имею. Чем больше – тем лучше.
– Не хотелось бы отдавать этому чокнутому засранцу слишком много, – сказал Блонди.
–А я тебе так скажу, я отдам ему всё, что есть, только потому, что это вопрос жизни и смерти, а покойникам деньги ни к чему. Да только у нас не имеется не то чтобы «слишком много», у нас вообще ничего нет.
Хрюша вздохнул.
– Ты ещё забываешь ещё о самом главном, что нам следовало бы учесть.
– Что именно?
– Что Билл ни разу не собирается отпускать нас даже после того, как мы с ним расплатимся.
Генри поднялся. Хрюша был прав. Сейчас не время отчаиваться, нужно срочно думать, как выползти из этой беды, в которой они так плотно увязли, поплакать над ней всегда успеется.
– Проблемы надо решать по мере поступления, – сказал он. – Проблема же номер один в том, что денег на выкуп у нас нет.
– Тогда с чего начнём? – спросил Блонди.
– С того, что избавимся от бьёрнской формы. Кто бы нам по пути не встретился, от неё будут только проблемы. Либо повесят как дезертиров, либо как врагов.
– Золотые слова.
Они стянули форму и Хрюша хотел выбросить куртку в кусты, но Блонди его остановил.
– Не разбазаривайте такое добро, давайте всё сюда.
– Зачем она тебе?
– Смеёшься? Как зачем? Прекрасное сукно, отличный покрой, да, конечно, теперь воняет немного канализацией, но что с того, вещь отличная.
– Да что мы с ней делать-то будем?
– Старьёвщику сдадим, балбес. Ты, может, настолько богат, чтобы отказываться от пары лишних монет, а я вот очень экономный парень.
– У нас целый золотой есть от Милорда, зачем нам эти медяки, из-за которых нас ещё и повесят на первой осине?
– Вот уж дудки, – сказал Блонди. – Этот золотой наш талисман. Чёрт-та с два я его разменяю.
– Дай-ка посмотреть на него, кстати, – попросил Хрюша.
Блонди щелчком переслал ему монету.
Хорхе поймал её на лету и задумчиво покрутил в пальцах. Поднёс ближе к глазам, рассмотрел под каждым углом. Затем протянул монету друзьями.
– Ну-ка, вы только взгляните.
– Что такое, фальшивка? – спросил Блонди
– Нет, в том-то и дело, что настоящая.
– На что тогда тут смотреть?
– На профиль смотри. Никого не напоминает?
Генри взял монету и внимательно разглядел. С монеты на него смотрел золотой профиль Милорда.
– Матерь божья, это что получается? Мы только что общались с самим королём Георгом?
– Хотел бы я сделать какое-то другое предположение, да только всё, походу, так и обстоит, – сказал Хрюша. – Можно, конечно, уйти в теории, что это был его тайный брат близнец, или по какому-то невероятному совпадению, просто очень похожий на короля лорд, да только нереалистичные версии надо отсекать от дискуссии, как бритвой.
Блонди с уважением покачал головой:
– Философский принцип «Бритва Хрюши». Когда под рукой будет бумага – обязательно запиши эту мысль
– Теперь я считаю, что мы получили маловато, за такой-то подвиг, – Генри вернул монету обратно Блонди и тот спрятал её в карман понадёжнее.
– Нас не убили как лазутчиков, будем благодарны уже за такую великую щедрость. Плюсом к тому, с нами теперь такой мощный талисман, он принесёт нам удачу, помяните моё слово.
Блонди свернул бьёрнские униформы в тугой узел и закинул на плечо.
– Давайте-ка выдвигаться хоть куда-то. Всяко лучше, чем стоять на месте. Вперёд, господа балбесы, я слышал, что ходьба помогает работе мозга. Или это была не ходьба, а регулярное питание? Я опять всё прослушал.
– Не заговаривай даже об этом, мне кушать хочется, – сказал Хрюша.
– Всем хочется.
– Зря мы колбасу милорду отдали, – вздохнул он.
– Ну-ну, нашёл, о чём жалеть. Ты счастливый человек, Хрюша, сколько золотых умов вроде тебя ищут ответы на всякие глупые философские проблемы, типа, зачем я живу, для чего, сколько стоит моя жизнь и вот это вот всё? А ты уже на шаг впереди этих бестолочей. Ты-то прекрасно знаешь ответ. Жизнь твоя стоила мешок колбасы. Ну, одну третью часть, от мешка колбасы. Так что, гордись тем, что ты преисполнен познанием.
– Ответами, однако, сыт не будешь, а вот жрать реально хочется, – сказал Генри. – У нас всё ещё есть телега, а зачем она нам без лошади?
Друзья вытолкали телегу на дорогу. Тракт был заполнен беженцами, солдатами, торговцами, спешащими выгодно продать припасы для армии, и множеством другого люда, кого также в движение привела война. Транспорт никогда не бывает лишним во время таких миграций народа, так что покупатель на телегу быстро нашёлся и медяки перекочевали в их карманы. В придорожном трактире Блонди ссыпал горсть мелочи на стол и крикнул:
– Эй, хозяин, тащи сюда всю жратву что есть, благородные господа изволили проголодаться.
Немолодой трактирщик с черными зубами только презрительно осмотрел груду медяков.
– На это только хлеб и лук получите.
– Да ты должно быть ошалел, старый, за эти деньжищи всю твою дыру, которую ты ради шутки зовешь харчевней, купить можно.
– Не нравится – ищите другое место, – отрезал хозяин. – Война цены взвинтила, жратва нынче в дефиците. Не вижу смысл отдавать золотой товар за зелёный медяк. Да и смердит что-то от вас так, что золотарь бы нос заткнул, только распугиваете мне благородную публику.
Благородная публика в почти пустом трактире была представлена только десятком мрачных типов каторжной наружности, которые поминутно кидали косые хищные взгляды во все стороны.
– Да чёрт с тобой, старый гнилозубый прохиндей, да отвалится у тебя печень, тащи сюда свой хлеб, но плюс к этому сдашь нам комнату тогда.
– Комнату не сдам, после вас её не проветрить будет. Хотите – можете заночевать в сарае. Там всё равно пусто.
– По рукам, бесстыжий ты грабитель. Тащи хлеб.
Трактирщик сгрёб мелочь в ладонь и ушёл.
Блонди покачал головой.
– Да, времена меняются быстро. Мы уже не поспеваем за этим безумным ритмом танца.
– Наша единственная проблема сейчас, что мы не поспеваем расплатиться с долгом Мяснику, – сказал Генри. – Предлагаю уделить этой проблеме хоть пять минут.
Повисла пауза. Генри задумчиво барабанил пальцами, Хрюша яростно растирал виски, словно пытался разогреть мозги. Блонди вскочил и заходил туда-сюда, остановился, опёршись о стол.
– Так слушайте сюда. Открываем гильдию «Орден любителей пощекотать афедрон». Даём рекламу во всех аббатствах: мол, у нас такой инквизиторский инструмент для внедрения в афедрон. Ну, дескать, делает то, что не может ни одно другое устройство, последний прорыв в инквизиторских технологиях, раскаяние грешника гарантированно. Иначе возвращаем деньги, ну и всё такое. Эти приблуды продаются по пять золотых за штуку. Для клиента это херня, за такую кучу удовольствия на допросе. Но чеки они шлют в адрес другой гильдии, с приличным названием, типа, «Инструмент Генриха» или что-то в этом роде. По пять золотых каждый. А мы в банке обналичиваем и получаем деньги. А замутка вот в чем: мы отправляем чек назад, от компании «Орден любителей пощекотать афедрон», со словами «Извините, товар из Фиорентино не поступил, у них слишком много своих грешников». И тогда посмотрите, сколько священников обналичат такие чеки – ни единая душа, кому охота, чтобы мастер их банка знал, что в свободное от службы время они щекочут свой афедрон.
– И сколько времени понадобится на эту операцию? – спросил Генри.
– Пара месяцев, я думаю.
– Ну и чем это должно помочь, если нам расплатиться надо до конца недели?
– Да, справедливо.
Блонди сел обратно за стол, а трактирщик притащил поднос с едой. Хрюша набил рот хлебом и не прожёвывая сказал:
– Может, продадим книги с чертежами замковых укреплений королю Бьёрна?
Генри помотал головой.
– Не то чтобы я считал принципиально патриотическим моментом, кто там возьмёт крепость Харднатс и кто будет править деревней Мухоловово, но! Но я считаю, что идея просто не выгорит. Во-первых, мне действительно претит идея продавать военные секреты. Во-вторых, хотя мы сейчас в настолько отчаянном положении, что я бы уже зад свой на кон поставил, найдись кто сыграет на него, нет ни малейшей уверенности в том, что король Бьёрна по достоинству оценит наш предательские потуги и мы получим за эти чертежи хоть ломанный медяк. Скорее всего, получим за эти бумажку место на осиновом суку, с верёвочным шарфом и табличкой «предатель».
– Какой ты пессимист, всё-таки. Старый зануда и ворчун. Вот забодает тебя кабан на охоте, ты что скажешь богам, представ лицом перед ним? Наслаждался ты жизнью в каждый её великолепный и неповторимый момент? Дышал полной грудью? Радовался божественному дару жизни? А? Нет.
Блонди вставил себе в рот две хлебные корки так, что они походили на клыки кабана, утробно заурчал и воткнул «клыки» в стол. Хрюша прыснул смеху так, что у него вода полилась через нос. Блонди засунул хлебные «зубы себе за щеки и начал пережёвывать их с открытым ртом, так что крошки сыпались ему на грудь.
– Бери пример с меня. Я наслаждаюсь даже этими прошлогодними сухарями и счастлив, а не лезу в петлю от тоски. Нам же всего-то и надо, что достать очень много денег и очень быстро. Видишь, какая небольшая, крохотная проблемка? В одно предложение буквально уместилась.
– Точно, – сказал Генри. – Вот бы ещё до первого налёта мы сразу поняли, что нам «всего-то и надо, что очень много денег и очень быстро». Как же это мы тогда ещё не догадались, что всё так просто. Решили бы этот вопрос – и всё, уже бы купались в золоте, а не сидели тут по ноздри в неприятностях, поедая гнилые сухари за несколько дней до нашей кончины.
– О великие боги, – Блонди махнул рукой. – Вот если бы можно было продавать на рынке твоё ворчание вёдрами, тогда бы мы сидели каждый в своём личном замке уже.
– Я бы не отказался от своего замка, – вздохнул Хрюша. – Стоял бы сейчас на крепостной стене и только фиги крутил Биллу Мяснику.
Генри старался как можно медленнее пережёвывать свою корку хлеба, чёрствую, как деревянный башмак.
– Не только ему,– сказал он. – У нас слишком много врагов. Змеиный Глаз, Билл Мясник, барон Бобенброк, армия, городская стража... проще сказать, кто в этом грешном мире на нас ещё не охотится.
Через несколько часов беспокойного сна, во время которого Генри снилось, что он ползёт по сточной трубе и конца и краю ей не видно, его растолкал Хрюша.
– Вставайте, вставайте быстрее. Я всё придумал.
– А? Чего? Отстань, – буркнул Блонди и отвернулся на другой бок. – Со мной так паршиво даже в тюрьме не обращались.
– Да вставайте же, у меня есть план, как нам спастись.
От нервного возбуждения Хрюша был бледен, а красные от недосыпания глаза придавали ему вид пьяного кролика.
Генри зевая сел на соломе.
– И в чём же заключается твой гениальный план?
– Генри, ты сказал умную мысль...
– Что с ним бывает не часто, – вставил Блонди.
– У нас слишком много врагов, – продолжал Хрюша. – Именно это-то там нам и поможет.
– Если речь идёт о помощи отправиться на тот свет раньше, чем я увижу своих внуков – то мне такая помощь не особо была нужна.
– Да нет же! Всё куда проще!
Хрюша начал сбивчиво излагать, перескакивая с одного на другое, с пятого на десятое.
– Давай помедленнее.
– И попонятнее.
Хрюша снова взялся объяснять свой план. Видя непонимание товарищей, он начал изображать в лицах грядущие дела. Бегал туда-сюда и размахивая руками показывал разных персонажей, как заправский актёр. Выругался, схватил палочку и начал чертить прямо на земле. Оторвав взгляд от безумного количества стрелочек, надписей, имён и домиков, Блонди с недоверием посмотрел на Хрюшу.
– Так, признавайся, ты вчера ходил на болото и ел там плохие грибы? Сколько раз тебе говорил, не умеешь – не берись.
– Шутки шутками, – сказал Генри, задумчиво изучая безумный чертёж, – а звучит так, как будто может сработать.
Блонди вытряхнул солому из волос.
– Звучит так, будто это механическая птица, настолько все детали тут должны сойтись вместе идеально, иначе же всё пойдёт насмарку.
– А что, есть идеи получше? Да что уж там получше, хоть одна другая, какая-никакая?
Блонди зевнул во всю челюсть.
– Есть идея поспать. Других нет.
Генри кивнул.
– Значит, действуем по хрюшиному плану. С чего начинаем?
Хрюша ткнул палкой в центр рисунка.
– Мы ограбим казино.
