Текст книги "И носило меня, как осенний листок (СИ)"

Автор книги: Alex O`Timm

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

16

Выход из положения нашелся сам собой. Сергей, неожиданно предложил на должность моториста знакомого ему мичмана, с канонерки «Стерлядь». Ни о о какой канонерке с таким названием я не слышал, да и о своем знакомом, Рыков никогда раньше не заговаривал, но по большому счету мне было все равно. Раз напарник утверждает, что его знакомый справится со своими обязанностями, почему бы и нет. К тому же этот самый мичман, должен был находиться, где-то здесь во Франции. Я было подумал, что Франция довольно велика, и «где-то здесь» понятие довольно зыбкое. Но Рыков, на полном серьезе, заявил, что найдет Григория Паршина, дней за пять. Мол знает у кого спросить, да и не должен тот находиться дальше Марсельского порта. И причиной тому, был вполне убедительный довод.

– Здесь гораздо проще найти работу. Особенно когда кроме всего, что касается, судовых машин, ты больше ничего не умеешь. Зато в них разбираешься, от и до!

Одним словом, довод оказался вполне убедительным для меня, и я согласился со своим товарищем, внеся встречное предложение. От Генуи, до Марселя, пусть с пересадками, но добраться достаточно легко. Особенно учитывая то, что у Сергея на руках имелся не какой-то там Нансеновский паспорт, который сейчас был на руках у большинства русских эмигрантов, со всеми его ограничениями. Насколько я знал, имея Нансен, даже для того, чтобы переехать из той же Франции в Италию, или наоборот, требовалось согласовать подобные передвижения с местной администрацией. Вдобавок ко всему тебе могли отказать в этом, и ничего изменить было нельзя. У Сергея же был, вполне легитимный паспорт Русско-Американской Республики, выданный на Аляске, со всеми необходимыми визами, проставленными в США и Италии, в то время его выдавали всем беженцам из России, вот только он совсем не гарантировал трудоустройство. Да и сам документ, тоже имел кое-какой вес в мире, то есть ни о каких ограничениях в пересечении границ, можно было не беспокоиться.

Поэтому, чтобы не заморачиваться с этим, скажем для его знакомого, я предложил следующий вариант. Сергей отправляется на поиски своего приятеля, на общественном транспорте, том же поезде, на котором за сутки, вполне можно было добраться до Марселя. Не знаю, сколько времени, понадобится на поиск нужного человека, но чтобы не терять времени, я за это время, перегоню дрифтер, скажем до Кодеса. Небольшого курортного городка, почти рядом с Французской границей, но на территории Испании. Таким образом, мы выиграем, как минимум пару суток. К тому же, близость Французской границы, обеспечивала возможность, при необходимости мне саму, в крайнем случае, пересечь ее чтобы посадить мичмана на судно на другой территории. А когда доберемся до РАР, то сменить документы, будет не так уж и сложно. А я за это время, вполне успею перегнать яхту из Генуи в Испанию.

Серега подумал, и согласился. Средиземное море в это время, достаточно спокойное, да и я. тоже не впервые встаю за штурвал. Вполне справлюсь с переходом. Тем более, что торопиться некуда, вполне можно за световой день дойти до Сардинии, там в каком-нибудь заливе спокойно провести ночь, а на следующее утро, отправиться с сторону Испании, или одного из ее островов. Я снабдил приятеля деньгами, на текущие расходы, по поиску моториста, и посадил на поезд, следующий в Ниццу, где должна было состояться пересадка. Сам же, оформив выход из порта, тут же раскочегарил паровую машину, и дождавшись необходимого давления в котле, вышел в море. Мой путь лежал в залив Анс д’Эльпа Нера, тот самый, где находилась знакомая мне полуразрушенная башня, со спрятанным в ее подвалах кладом золотых монет.

И хотя Корсика считалась Французским владением, этот залив, не пользовался успехом у туристов, из-за того, что добраться до него, можно было только вплавь, а кроме полуразрушенной башни, никаких иных достопримечательностей, там не имелось. А точно такую же башню, для красочных фотографий, на ее фоне, можно было найти и в более цивилизованном месте.

До нужного места было не более ста сорока миль, которые я прошел не торопясь, за каких-то восемь часов, заодно и проверив ход посудины. Где-то на середине пути меня обогнал пассажирский пароход, следующий в Сардинию. Тот хоть и вышел из Генуи на час позже меня, но его скорость была немного выше моей, поэтому он и обогнал меня по дороге. Случайно наведя бинокль на пассажиров этого пароходика, неожиданно для себя в толпе людей заметил, как мне показалось знакомое лицо. Причем оно было похоже на Сергея Рыкова. От неожиданности даже вздрогнул, не понимая, как тот мог оказаться на этом суденышке. Сколько не вглядывался потом в лица пассажиров, пока пароход проходил мимо, так и не нашел его, и решил, что мне просто показалось.

В Анс д’Эльпа Нера, я вошел уже в сумерках, но тем не менее спокойно притер кораблик к пирсу, и смог надежно пришвартоваться, увязав швартовы за основание какого-то дерева, во внутренней бухте. И поставил судно так, чтобы мой кораблик не было видно со стороны входа в залив. Все-таки объявлять о своем присутствии здесь, всем проплывающим мимо совершенно не хотелось. Не желая терять времени, пока еще было достаточно светло, поднялся в башню. Время не щадит никого, и судя по увиденному, мне предстояло довольно много работы. Та часть стены, что была обращена к морю, еще больше разрушилась, и сильно засыпала пол, первого этажа, надежно скрыв люк, открывающий доступ в подвал.

Пока было светло, немного расчистил площадку первого этажа, и вернулся обратно на судно. Здесь разогрел ужин, купленный в портовом кафе и взятый с собою в дорогу, плотно перекусил, завел будильник на шесть утра, и завалился спать. На завтра, предстояло много работы, и терять время не стоило. Поднялся еще до того, как прозвенел будильник. Быстро заварил кружку кофе, соорудил бутерброд, с колбасой, поел, переоделся в рабочую одежду, на руки накинул заранее припасенные рукавички, и взялся за работу. До обеда перебросил с места на место, примерно около двух кубов камня, впору было заявлять об ударном труде, и выставлять на палубу плакат, о том, что здесь трудится Стахановец, и передовик производмтва. Ближе к обеду еле разогнулся. Кое-как добрался почти до самого борта, споткнулся о какой-то кирпич, и со всего маха рухнул в воду. Тут же почти с ревом выскочил из нее, вода мягко говоря обожгла меня холодом. Когда выходил из Генуи, термометр в порту, показывал тринадцать градусов Цельсия. Вряд ли сейчас больше, все-таки начало февраля, не самое лучшее время для водных процедур. Но хотя бы взбодрился. Взобравшись на палубу, разделся до гола, и развесил мокрую одежду для просушки.

Затем добравшись до каюты, напялил кальсоны, и отправился в них на камбуз. Добравшись до камбуза, быстренько пожарил себе на сковороде пяток яиц с колбаской, накатил стаканчик вина, и с удовольствием поел. Немного передохнув на палубе, пока рабочая одежда подсохла, вновь оделся, и оправился продолжать раскопки. Уже к вечеру того же дня, я наконец добрался до края люка, и мне оставалось совсем немного. Но к этому времени, я оказался настолько вымотанным, что плюнув на все, отправился на судно и рухнул на диван, едва найдя в себе силы, чтобы скинуть грязную одежду, и ополоснуть водой лицо и руки, и завести будильник.

Наутро, встал разбитым, но тем не менее приготовил завтрак, плотно перекусил, и вновь поднялся к основанию башни. Вчера сделал большую часть работы, и на сегодняшний день, оставалось совсем немного. Уже через какой-то час, откинул в сторону последний строительный мусор, поддел ломиком люк и открыл крышку. Затем спустился в подвал и огляделся. В общем-то о том, что в подвале имеются какие-то вещи, я знал и с прошлого посещения. Но разбираться с этим тогда, не было ни времени, не желания. Да и скорее отнес все это к тому, что подвалы этих башен предназначались, для хранения припасов для караула башни. И если в этих боках и ларях, что-то и сохранилось, то давно уже сгнило или превратилось в прах. В общем-то я не собирался делать это и сейчас. Главным было забрать свое золото, и уйти отсюда, как можно дальше. Поэтому первым делом принялся за переноску именно его.

Вроде, шесть кожаных мешков массой чуть более тридцати килограммов каждый, не такой уж и большой груз, но чтобы перенести его, требуется вначале взойти на гору, затем спуститься в подвал, подхватить мешок, подняться на шесть ступеней вверх до первого этажа, выйти через сохранившийся в башне проем, а затем спуститься с мешком на спине на пятьдесят ступеней вниз, к подножию башни. Хорошо хоть ступени были вырублены так, что меня не было видно со стороны моря. Пока я возился с мешками, мимо залива прошли как минимум две лодки, а одна из них даже остановилась, что-то выглядывая в его глубине. Я в тот момент, как раз находился у входа в башню, и мне пришлось около четверти часа скрываться за наружными стенами, чтобы не попасть на глаза, любопытным. Но так или иначе, уже через полтора-два часа мешки были спущены вниз, и уложены в трюм в специальный балластный отсек, заполненный свинцовыми чушками, для остойчивости судна. Отсек закрывался специальными листами металла и просто так добраться на его внутренности было невозможно. Да и таможня, если таковая случится во время перехода, тоже туда чаще всего не заглядывала. Тем более, что никаких люков туда не вело. А чтобы добраться, приходилось выкручивать специальные винты, поднимать настил, и только потом, открывался проем.

Когда все золото было перенесено, настил трюма установлен на место и тщательно закреплен, я все-тики решил проверить, что же находится в ларях стоящих в подвале башни. Вооружившись керосиновым фонарем и ломиком, вновь спустился вниз и осмотревшись, попытался вскрыть какой-то ларь. Кроме мусора и изрядно погрызенного зерна, в нем ничего не обнаружилось. Остатки зерна, хранящиеся в нем, и множество помета мышей говорили скорее о том, что тем, что оставалась в ларе, побрезговали даже мыши. Еще одна довольно большая бочка, находящаяся в углу, указывала скорее на то, что когда-то в ней держали воду. За прошедшие годы, если не века, бочка напрочь рассохлась, вода давно из нее вытекла, и сейчас все это держалось на честном слове, только из-за того, что ко всему этому, никто не прикасался. Стоило сделать это мне, как эта самая бочка, тут же рухнула сложивший в кучу непонятного мусора.

А вот под лестницей, ведущей на выход, я неожиданно для себя обнаружил, довольно увесистый сундучок, с размерами от сорока сантиметров в ширину, до полуметра высотой, и чуть большим в длину. перепоясанный позеленевшими от времени бронзовыми полосами, и закрытый страшным на вид амбарным замком. В голову сразу же пришли воспоминания о пиратских кладах, острове сокровищ и одноногом пирате Флинте, или как там его звали в действительности. Вставленные под дужку замка ломик и добавленный к нему собственный вес, а также время, которое не пощадило замок, сделали свое дело, и дужка замки вырвалась со своего места, и замок откинулся вниз. Вынув его из петель, осторожно приоткрыл крышку сундука, и осветив содержимое едва не схватился за сердце. Сундук, до самого верха был заполнен монетами самого разного вида и достоинства и драгоценностями. Это был настоящий клад, находящийся здесь неизвестно сколько веков. На одной довольно крупной монете в свете керосинового фонаря, я вдруг смог различить дату, указывающую на 1681 год и латиницскими буквами. Как раз то время, когда эти самые башни работали в полную силу, обеспечивая защиту от берберийских пиратов.

Кто поднял и поставил под лестницу этот сундук, сейчас уже вряд ли можно определить. Но скорее всего, это произошло вскоре после того, когда башня и находящийся неподалеку городок, были уже разрушены. Возможно один из джентльменов удачи, решил, что подвал в полуразрушенной и заброшенной башне, будет надежным стражем награбленных богатств, и решил спрятать их здесь. В итоге так и не вернувшись сюда, сгинув где-то на просторах средиземноморья. И сейчас, передо мною находились драгоценности, во много раз превышающие стоимость того золота, что я отсюда извлек.

Вы думается я оставил сундук на месте? Как бы не так. Спустившись к своему кораблику, нашел достаточно прочную сумку, и в три приема, переложив содержимое сундука в нее, перенес все это в одну из кают. В ту самую где располагался сейф, принадлежащий моей тетушке, от которого у меня имелись ключи. Освободив сундук от находящихся в внем драгоценостей, после часа два вытаскивал пустой, но тем не менее достаточно тяжелый сундук из подвала башни, а после спускал его по вырубленной в скале лестнице. Вымотался с ним, как бы не больше того, когда расчищал вход в полвал. Мне показалось, так будет правильно. Ведь неважно где будет «найден» этот сундук с драгоценным кладом, зато благодаря ему, вполне можно будет оформить находку именно как найденный клад, и таким образом легализовать найденное. Но оно того точно стоило.

Драгоценности, были пересыпаны большей частью в холщовые мешки, и упрятаны в тетушкин сейф, заполнив его под самый верх, сундук нашел свое место уголке ее каюты, а я еще раз поднявшись до башни, тщательно осмотрел все оставшиеся углы подвала, но так ничего и не обнаружив, наконец выбрался из него, и решил, не маскировать вход вниз. Сейчас там не был уже ничего ценного, и терять время на сокрытие следов, не хотелось. Завершив здесь все запланированные дела, привел себя в порядок, согрев воды, и тщательно вымывшись, прямо на каменном пирсе, возле корабля. Затем заварил себе кружку кофе, перекусил остатками завтрака, и прикинув, решил, что вполне успею добраться сегодня, пусть не до материка, но хотя бы до одного из испанских островов, до той же Менорки, например, и раскочегарив котел, довольно скоро вывел тетушкину яхту в море, и взяв курс на юго-запад, направился в сторону Испании.

Переход проходил достаточно спокойно, лишь однажды мне встретился океанский лайнер, шедший встречным курсом в двух кабельтовых от меня. Но чем ближе я подходил к испанским берегам, тем беспокойнее становилось на душе. Как будто какой-то груз навалился на меня, и усиленно сдавливал мою грудь предвещая какую-то беду. Я перебирал все возможные причины, и никак не мог найти ответа на возникающие в моем сознании вопросы. Потом вдруг подумал о том, что если Франция затребовала моей выдачи, то наверняка сейчас по всей стране расклеены листовки с моей физиономией и объявленным вознаграждением. Далеко не факт, что объявленное вознаграждение там действительно указано, но то, что подобные листовки довольно часто вывешивают во всех людных местах, я видел еще, живя в Париже.

Вовсе не обязательно, что фотография на листовке, будет похожа на меня. Тем более, что на нее скорее всего пошли фотографии, имеющиеся в каком-то архиве, заложенные туда при получении мною французского паспорта, или же взятые из ректората Сорбонны, где я когда-то учился. В любой случае, это снимки, как минимум трехлетней давности. К тому же, за последний месяц, я отпустил небольшую бородку, усы, и выглядел совсем иначе чем тогда. Хотя знающие меня люди, вполне могут сопоставить те фото с моим новым лицом, и опознать меня. Но таких людей, в общем-то не так уж и много.

Таким образом, это, наверное, единственное, что может навредить мне в данной ситуации, но все-таки беспокойство не проходило, и когда я увидел впереди свет маяка, и подойдя ближе, соотнес его вид с описанием, определив, что вижу перед собой маяк Cap de Creus, самый восточный маяк на Пиренейском полуострове. Судя по описанию в лоции, он расположен в пятистах метрах от Пунта-де-л’Эскена. Получется что я слегка промазал с выходом к Менорке.

Взяв чуть восточнее, пройдя мимо мыса, на котором находился маяк, я вскоре увидел небольшую рыбацкую деревеньку, расположенную на берегу, довольно удобной буты, куда и сразу свернул, бросив якорь неподалеку от берега, рядом с каким-то рыбацким баркасом. Заглушив судовой котел, спокойно приготовил себе ужин, поел и завалился спать, отложив все дела на завтра.

Выспался, я просто прекрасно. Утром позевывая вышел на палубу, и тут же заметил, как от причала местной деревеньки расположенной на берегу бухты, отчалила лодочка, явно направляющаяся ко мне. Приблизившись к поему кораблику, мужчина сидящий на ней поздоровался, и по моему приглашению поднялся на палубу. Оказалось, что деревня называется Es Grau, в ней проживает около десятка семей, специализирующихся в основном на рыболовстве, и отчасти на обслуживании туристов. Последних здесь бывает маловато. Никаких особенных достопримечательностей здесь не имеется, разве что соседняя мелководная бухта, которая напоминает большую неглубокую лужу. Бухта будто предназначена, для семейного отдыха с детьми. Там ровное песчаное, а местами каменное дно, в самом глубоком месте, по пояс взрослому человеку. К тому же она прикрыта от моря, длиной косой, и в жаркий день, температура воды в ней, как парное молоко, что еще нужно для заботливых мамаш, с маленькими детьми.

– Но сейчас увы не сезон, и как минимум три следующих месяца, здесь будет полная тишина.

Мужчина явно строил рекламу своей деревушки, надеясь на то, что случайно оказавшийся здесь турист, в моем лице, задержится здесь, как можно дольше, а значит, для жителей деревни, будет возможность заработать. Я тоже подумал, о том, что если в ближайшее время, здесь не появится никто посторонний, это прекрасно может помочь мои планам. На всякий случай поинтересовался тем, есть ли в деревне какая-нибудь гостиница, кафе, где можно будет перекусить, и могу ли я рассчитывать на то, что если мне понадобится съездить куда-то в другое место, мне в этом будет оказана помощь.

Мужчина заверил меня, что деревня сможет обеспечить мне самый наилучший отдых, о котором я мог только мечтать, за вполне разумную цену. Мне тут же было предложено переместить мою яхту к пристани, которая находилась возле местной гостиницы, и пришвартовать ее там, причем мужчина, который и оказался владельцем местного отеля, готов был поклясться, чем угодно, что к моему кораблику никто даже близко не подойдет. Уже через полчаса мой дрифтер отбуксировали к причалу, надежно пришвартовали к вполне приличным стальным кнехтам. Я переселился в местную гостиницу, в уютную комнату, с достаточно широкой кроватью, чистым отутюженным льняным бельем, легким плетеным креслом и крохотным балкончиков, выходящим в сторону местной бухты. В кафе, расположенном при гостинице, меня накормили шикарным завтраком. И в общем-то я остался вполне довольным и обслуживанием, и всем остальным.

По моим прикидкам, Рыков с товарищем, должны были появиться в Кодес, не раньше завтрашнего дня, поэтому сегодняшний день я посвятил отдыху. Прогулялся по окрестностям, посидел в местном кафе, к вечеру, взяв у хозяина удочку и наживку, устроился в тихом месте, подсказанным гостеприимным хозяином, и отхватив вечернюю зорьку, наловил с десяток разного вида рыбешек, от ладони до половины локтя размером. Принеся свой улов в гостиницу, передал его на местную кухню, и мне тут же нажарили сковороду рыбы, большую часть которой я тут же с удовольствием умял.

Еще с вечера, нашел хозяина отеля, и сообщил ему, что мне нужно будет добраться до Кодеса, но учитывая то, что до него не больше нескольких миль, неохота разводить пары на своем судне. Уж слишком много паровая машина кушает мазута, и гонять ее ради того, чтобы проплыть около пяти миль туда и обратно нет никакого желания. А мне нужно встретить старого приятеля, может ли хозяин отеля помочь мне в этом. Разумеется, дорога, и все необходимые издержки будут оплачены.

– Если вас устроит рыбацкий баркас, нет ничего невозможного.

– Меня это устроит, но хотелось бы рассчитать переход так, чтобы попасть туда по раньше.

Узнав, когда именно мне хотелось бы там оказаться. Хозяин сказал, что разбудит меня в половине седьмого утра, я позавтракаю, и смогу отправиться в Кодес. Баркас довезет меня до места, и будет ожидать меня столько, сколько понадобится. Я оплатил завтрашнее путешествие, и спокойно лег спать.

Переход, не был ничем примечательным. Помимо меня в лодке находился хозяин баркаса, и его сын, который не отходил от паровика, постоянно что-то подмазывая и подкручивая на нем. Чуть позже поднялся легкий ветерок, и рыбаки, тут же подняли и закрепили лежащую до этого вдоль борта мачту, и поставили треугольный парус, из-за чего баркас как мне показалось, пошел гораздо быстрее. Некоторое время спустя, паровик так и вообще был заглушен, но сам баркас двигался с вполне приличной скоростью, весело раздвигая волну. И уже через какой-то час, судно входило в гавань Кодеса. Мы причалили на свободное место у пристани, и я получив уверение, что меня будут ждать меня здесь, сколько потребуется, отправился в город.

Здесь, выбрав достаточно приличное кафе расположенное неподалеку от пристани, устроился на террасе в тени раскидистых апельсиновых деревьев, официант принес мне легкий завтрак, и свежую французскую газету, принялся ждать развития событий, почему-то будучи твердо уверенным в том, что все, что касаться меня, будет разрешено именно сегодня, и достаточно скоро.