Текст книги "Темный Лорд Устал. Книга X (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9

Долгорукий

Столица лежала у его ног.

Долгорукий стоял у панорамного окна, заложив руки за спину, и смотрел на город, который он спас. Двадцать третий этаж Дома Правительства, угловой кабинет с видом на Соборную площадь и главные артерии столичных проспектов. Отсюда, сверху, всё выглядело так, как должно было выглядеть – огни горят, машины ползут по улицам и дымят трубы заводов на горизонте.

Империя дышала. Пусть хрипло и натужно, но дышала.

На столе за его спиной громоздились папки со сводками. Северцев принёс их час назад и удалился, понимая, что Князю нужно время побыть наедине с цифрами. Долгорукий изучил каждую строчку, график и сухую колонку статистики. С каждой страницей он чувствовал, как в груди разрастается чувство удовлетворения.

Это был настоящий, выстраданный триумф.

Логистика восстановлена на семьдесят процентов. Заводы работают в две смены, несмотря на отток персонала. Продовольственные склады заполнены на месяц вперёд. Преступность упала втрое после первых показательных арестов. Рейтинг доверия к регенту – Долгорукий усмехнулся, вспоминая эту цифру – вырос до восьмидесяти двух процентов.

Восемьдесят два. Малинины за всё своё правление не поднимались выше шестидесяти.

Он отвернулся от окна и прошёлся по кабинету, разминая затёкшую спину. Шестьдесят лет давали о себе знать – суставы ныли, колени скрипели, но голова оставалась ясной, а воля твёрдой. Этого было достаточно.

Исход аристократии, который две недели назад казался катастрофой, обернулся благословением. Слабаки, трусы и паразиты сбежали сами, избавив его от необходимости вычищать их руками. Они забрали свои деньги и бесполезные интриги, оставив страну тем, кто действительно хотел её спасти. Спасительное кровопускание – именно так это выглядело теперь, в свете сводок и отчётов.

Долгорукий остановился у стола и взял в руки одну из папок – жилищная программа. За неделю распределено больше двух тысяч квартир среди работников, которые остались на постах. Водители, врачи, инженеры, логисты – люди, которые тянули на себе страну, пока элита бежала. Теперь они жили в пентхаусах и особняках, брошенных беглецами. Справедливость, простая и понятная каждому.

Народ славил его за это. Не Малининых, которые сидели на троне веками и не сделали ничего. А его, Долгорукого, который пришёл и навёл порядок.

Самое смешное было в том, что часть этих беглецов возвращалась. Их просто не приняли в эдеме. В основном пострадали чиновники и теперь эти чиновники переезжали в квартирки тех, кому он своим указом выделил конфискованное жилье. Переезжали и шли на работу. Да, все эти паразиты теперь работали.

Он положил папку на место и снова подошёл к окну.

Малинины. Древняя династия, чья кровь якобы давала право на власть. Его род служил им множество лет – верно, преданно, не задавая вопросов, но что они сделали за это время? Проедали казну, интриговали, позволяли паразитам у власти растаскивать страну по кускам. У них не хватало воли на решения, которые он принял за две недели.

Теперь же последний из них сидел в Эдеме, под крылом у Воронова, и называл себя «кризис-менеджером».

Долгорукий скривился от этого воспоминания. Александр Малинин, мальчишка, который сбежал к врагу и думает, что за это его можно простить. Кровь – не молоко, её не разбавишь. Он остаётся Малининым, а значит, рано или поздно станет знаменем для всех, кто захочет оспорить новый порядок.

Но это потом. Сначала – Воронов. Сначала – надо выжечь гнойник, который разрастается и переманивает к себе половину работоспособного населения.

Долгорукий смотрел на огни Столицы и чувствовал себя архитектором. Он действительно выстроил систему, которая работала. Он удержал падающее «небо» голыми руками. И он доведёт дело до конца, чего бы это ни стоило.

Дверь отворилась, и в кабинет вошёл полковник Громов.

Начальник столичной гвардии был человеком под стать своей должности – широкоплечий, с квадратной челюстью и взглядом похожим на ствол пулемёта. Сорок пять лет, двадцать из них в силовых структурах.

Громов остановился в трёх шагах от стола и вытянулся по стойке смирно. В руке он держал планшет с отчётом.

– Ваша Светлость. Сводка по операции «Чистые улицы».

Долгорукий кивнул, не отходя от окна.

– Докладывай.

– За последние семь суток задержано две тысячи триста сорок два человека. – Громов говорил чётко, рублеными фразами. – Спекулянты, мародёры, чёрные перекупщики. Отдельным списком – сто семнадцать чиновников среднего и высшего звена, уличённых в саботаже и хищении гуманитарных грузов.

– Доказательная база?

– Железная. Документы, свидетельские показания, в ряде случаев – записи камер наблюдения. Трибунал отработает без осечек.

Долгорукий повернулся к полковнику. Громов стоял неподвижно, как статуя, но в глазах читался вопрос.

– Говори.

Полковник на секунду замялся, потом спросил прямо:

– Изоляторы переполнены, Ваша Светлость. Ещё неделя такими темпами и сажать станет некуда. Готовить расстрельные команды?

Долгорукий смотрел на полковника, и тот выдержал взгляд – даже не дрогнул и не отвёл глаза. Хороший солдат, исполнительный. Готов выполнить любой приказ, не задавая лишних вопросов.

Но расстрелы – это признание собственной слабости.

– Нет.

Громов моргнул, но лицо осталось неподвижным.

– Слушаюсь. Какие будут указания?

Долгорукий отошёл от окна и сел за стол, сложив руки перед собой. Пальцы сплелись в замок – жест, который его подчинённые знали слишком хорошо. Князь принимал решение.

– Пуля стоит денег, полковник. Гильза, порох, работа оружейника, содержание расстрельной команды, последующее захоронение. Всё это – расходы. А Империя сейчас не в том положении, чтобы тратить ресурсы на мразь.

Он помолчал.

– Убивать их нерентабельно. Государству нужны рабочие руки, а не трупы. Конфисковать имущество до последней нитки. Квартиры, машины, счета, драгоценности – всё в казну, а самих на исправительные работы: шахты, карьеры и лесоповал. Пусть отрабатывают то, что украли у народа.

Громов кивнул, и в его глазах мелькнуло одобрение.

– Срок?

– Пока империя качается. – Долгорукий откинулся на спинку кресла. – Кто выживет и покажет себя получит шанс вернуться в общество. Кто нет – что ж, значит, не судьба.

Полковник щёлкнул каблуками.

– Будет исполнено, Ваша Светлость. Разрешите идти?

– Погоди.

Громов замер.

Долгорукий смотрел на него несколько секунд, изучая лицо, выправку, руки. Потом спросил:

– Что ты думаешь на счет моего приказа? Говори прямо.

Полковник ответил не сразу. Обдумывал слова, а может просто собирался с духом, чтобы сказать правду.

– Ваша Светлость. Расстрел – это быстро и просто. Любой дурак может подписать расстрельный список. Но заставить врага работать на государство, которое он обворовывал, – это сложнее. И больнее для него.

Долгорукий усмехнулся.

– Свободен, полковник.

Громов развернулся и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Долгорукий остался один. Он посмотрел на свои руки. Он не был мясником. Он строил систему, которая будет работать и после его смерти. Поэтому расстрелы – это хаос, а исправительные работы – это порядок.

Пусть мразь работает, да искупает вину потом и кровью. А он будет строить.

Северцев появился через двадцать минут после ухода Громова.

Секретарь выглядел бледнее обычного, и в руках у него был не планшет, а запечатанный конверт с эмблемой, которую Долгорукий узнал сразу. Стилизованный глобус в паутине меридианов – корпоративная печать Консорциума.

– Срочная депеша от господина Смита, Ваша Светлость. Курьер ждёт ответа.

Долгорукий забрал конверт и жестом отпустил секретаря. Подождал, пока дверь закроется, и только тогда сломал печать.

Внутри лежал один лист с напечатанным текстом и рукописной припиской внизу. Долгорукий поднёс его к свету и начал читать.

С каждой строчкой уголки его губ ползли вверх.

Группа Рейнхарда разгромлена. Пятнадцать лучших боевых магов Консорциума, элита элит, гордость корпоративной машины уничтожена – они обломали зубы о технику Эдема и едва унесли ноги. Имеются потери в живой силе, потери в оборудовании, полный провал первичной фазы операции. Смит писал об этом сухим канцелярским языком, но между строк сквозило то, что Долгорукий хотел увидеть больше всего.

Корпоративные ублюдки испугались.

Они пришли сюда, уверенные в собственном всесилии. Пришли с деньгами, технологиями и наёмниками, которые якобы не знали поражений. Они смотрели на него, как на туземного вождя, которому нужно кинуть горсть бус в обмен на золото. Обещали голову Воронова на блюде, требовали концессии и рынки, торговались за каждый процент.

И вот теперь – вот теперь они приползли просить разрешения.

Долгорукий перечитал последний абзац. Смит запрашивал санкцию на активацию Плана Б. Биохимический гербицид, который должен был ударить по стене Эдема через сеть подземных энергетических каналов. Для этого требовался доступ к Главному Узлу лей-линий – древнему комплексу под Столицей, который охранялся имперской гвардией с незапамятных времён.

Они не могли туда попасть без его милостивого разрешения.

Долгорукий отложил письмо и откинулся в кресле, сцепив пальцы на животе.

Вот тот момент, которого он ждал.

Консорциум казался неодолимой силой, которая двигала правительства и обрушивала экономики. Да только под этой блестящей оболочкой скрывались обычные люди. Они умели покупать и продавать, плести интриги и устранять конкурентов, но воевать по-настоящему, против того, кто не продаётся, – этого они не умели.

Воронов показал им это. Ткнул их носом в собственную беспомощность, и теперь они прибежали к нему, потому что больше бежать некуда.

Он держал самую могущественную корпорацию мира на коротком поводке. От этого понимания по телу разливалось тепло, похожее на первый глоток хорошего вина.

Долгорукий встал и подошёл к карте, которая занимала половину стены напротив окна. Эдем выглядел на ней крошечным зелёным пятном там – временное недоразумение, которое скоро будет исправлено.

Он усмехнулся про себя. Корпоративные крысы даже убивать предпочитали стерильно – своим подобием гербицида. Что ж, пусть льют свою отраву в корни Эдема и сушат то, что питает машины и магию Воронова. А когда Стена рухнет и защитники Эдема останутся без своего волшебного оружия – тогда придёт его черёд.

На них пойдет настоящая армия, а не кучка наёмников в краденных костюмах. Пойдет настоящая пехота, бронетехника и авиация. Он не побоится и войдёт в Эдем победителем, выволочет Воронова за шиворот на всеобщее обозрение.

А потом уже разберётся со Смитом и его хозяевами. Национализирует их активы здесь, конфискует технологии и вышвырнет за границу. Они думают, что используют его? Пусть думают. Грязную работу кому-то нужно делать.

Долгорукий вернулся к столу и взял перо.

Рукописная резолюция на полях письма:

«Разрешаю. Доступ к Главному Узлу открыт. Д.»

Размашистая подпись, которую знала вся Империя.

Он сложил письмо обратно в конверт и позвонил в колокольчик. Северцев появился мгновенно, словно ждал за дверью.

– Передай курьеру.

Секретарь взял конверт и исчез.

Долгорукий стоял у окна, глядя на ночную Столицу, и впервые за много недель позволил себе расслабиться.

Сейчас здесь только он и город. Он и Империя.

В углу кабинета стоял старинный буфет из морёного дуба – единственная личная вещь, которую Долгорукий привёз с собой из родового поместья. Он подошёл к нему, открыл дверцу и достал бутылку без этикетки.

Вино из подвалов Долгоруких. Последняя бутылка урожая, который собирали ещё при его отце.

Он берёг её для особого случая. Такого, как этот.

Штопор вошёл в пробку с мягким хрустом. Долгорукий налил вино в хрустальный бокал, наблюдая, как тёмно-красная жидкость заполняет сосуд.

Первый глоток обжёг горло и разлился теплом по груди.

Он подошёл к окну, встал так, чтобы видеть своё отражение в стекле, наложенное на панораму ночного города.

На него смотрел старик в дорогом костюме, с бокалом вина в руке, с огнями Столицы за спиной. Шестьдесят лет, седые волосы, глубокие морщины – и глаза, в которых горел огонь, не погасший за десятилетия службы. Он выглядел тем, кем себя чувствовал.

Хозяином.

Долгорукий поднял бокал, салютуя собственному отражению.

– За Империю, – сказал он негромко. – За тех, кто остался и кто выстоит несмотря ни на что.

Глава 10

Смит

Смит сидел за терминалом, глядя на дверь. Голографические экраны вокруг него мерцали графиками и сводками, но он не смотрел на них, а лишь на дверь. На часы в углу дисплея и снова на дверь.

Рейнхард опаздывал на четыре минуты. А ведь за двадцать пять лет совместной работы он не опаздывал ни разу.

Это был первый сигнал.

Дверь отъехала в сторону, и в помещение вошёл человек, которого Смит едва узнал.

Рейнхард всегда двигался мягко и экономно, словно хищник. С той особой грацией, которая отличает профессиональных убийц от любителей. Сейчас он шёл чуть приволакивая правую ногу, и каждый шаг давался ему с видимым усилием. Лицо осунулось, под глазами залегли тёмные круги, кожа приобрела нездоровый сероватый оттенок. Он выглядел так, словно постарел на десять лет за одну ночь.

Смит не подал вида. Встал и кивнул на кресло напротив.

– Садись и докладывай.

Рейнхард грохнулся в кресло и несколько секунд молчал, глядя в пустоту перед собой.

– Операция провалена. Группа Альфа вышла на контакт с противником в секторе семь. Противник оказал сопротивление, значительно превышающее прогнозы модели. Техника Эдема продемонстрировала аномальные регенеративные способности, источником которых является сама Стена. Мы нанесли урон, но захватить или устранить цель не удалось.

Смит ждал.

– Рекомендация: переход к альтернативному плану. Прямой штурм нецелесообразен.

Рейнхард замолчал. Его глаза смотрели сквозь Смита, в какую-то точку далеко за стеной. В его взгляде читался страх, которого Смит никогда раньше не видел. Рейнхард боялся, и даже не пытался это скрыть.

Смит сел обратно в кресло и повернулся к терминалу. Пальцы легли на сенсорную панель, вызывая файлы телеметрии. Он изучал данные с брони Рейнхарда.

Графики расхода маны показывали стремительное падение до нуля. Показатели щитов – многократные пробития за первые тридцать секунд. Тепловые сигнатуры противника – пятьдесят четыре единицы тяжёлой пехоты, две единицы сверхтяжёлой техники.

Лучших оперативников Консорциума просто раздавили. При этом Воронов даже не вышел воевать.

Смит закрыл файлы и откинулся на спинку кресла. Он не предусмотрел такого исхода. В худшем случае оперативники должны были нанести серьезный урон противнику и захватить хотя бы одного центуриона для деконструкции. Пятнадцать единиц были достаточным ресурсом для выполнения такой задачи.

Расчёты оказались неверны.

Смит позволил себе одну секунду на то, чтобы почувствовать холод неудачи, горечь ошибки, укол уязвлённой гордости. Потом закрыл эти эмоции.

Эмоции нерентабельны. Провал – это данные. Данные требуют анализа и корректировки стратегии, а не истерики.

– Ты свободен, – сказал он Рейнхарду. – Медицинский блок, полное обследование, отдых. Дальнейшие инструкции поступят позже.

Рейнхард поднялся и направился к двери. На пороге он остановился и обернулся.

– Смит.

– Да?

– Стену нужно уничтожить. Пока она стоит, Эдем неуязвим.

Дверь закрылась за ним.

Смит остался один и вызвал на дисплей папку с пометкой «Фаза 1». Несколько секунд смотрел на неё.

Пальцы коснулись сенсора. Папка переместилась в архив с пометкой «Закрыто».

Биться головой о бетон – это перерасход бюджета. Проект закрыт.

Смит открыл другую папку. «Фаза 2. Некроз».

Похоже, настало время переходить к запасному варианту.

* * *

Тактическая карта Империи занимала всю стену.

Смит стоял перед ней, заложив руки за спину, и смотрел на переплетение линий, маркеров и зон влияния. Голографическая проекция мягко светилась, отбрасывая на его лицо голубоватые отсветы. Столица в центре, промышленные кластеры на севере, сельскохозяйственные зоны на западе, транспортные узлы, энергетические станции, военные базы.

И Эдем. Зелёное пятно на юге, от которого расходились тонкие светящиеся нити.

Лей-линии.

Смит приблизил изображение, увеличивая южный сектор. Нити стали толще, превратились в полноценные каналы, уходящие глубоко под землю. Древняя энергетическая сеть, опутывающая весь континент, – то, что местные называли природной магией, а он воспринимал как инфраструктуру.

Ведь по факту это обычные трубы, по которым течёт энергия. Такие же, как нефтепроводы или оптоволоконные кабели. Суть оставалась прежней.

И любую систему можно взломать и вывести из строя.

Он вызвал дополнительный слой данных, и поверх карты легла схема энергетических потоков. Эдем высасывал ману из окружающих территорий, концентрировал её в себе, использовал для питания своих машин, щитов и проклятой Стены. Вся эта мощь текла по лей-линиям, как кровь по венам.

Рейнхард был прав в одном: пока стоит Стена, Эдем неуязвим. Неуязвимая броня, бесконечные резервы энергии, техника, которая восстанавливается быстрее, чем её успевают повреждать. Всё это питается от корневой системы, которая уходит глубоко под землю и черпает силу из самой планеты.

Смит провёл пальцем по одной из линий на карте, проследив её путь от Эдема к северу. Линия проходила прямо под Столицей, через древний узел, который местная аристократия охраняла веками, даже не понимая толком, что именно они охраняют.

Это был главный Узел – точка схождения семнадцати крупнейших энергоканалов континента. Сердце всей системы.

И Долгорукий любезно открыл к нему доступ. Старый князь думал, что контролирует ситуацию и спользует корпоративных наёмников для собственных целей.

Вот только каждый туземный царёк так думал.

Смит вернулся к терминалу и открыл файл с техническими спецификациями «Некроза». Саморазмножающийся биохимический агент, способный распространяться по энергетическим каналам и разрушать любую органическую структуру, которая питается от них.

Долгорукому он представил его как гербицид. Технически это даже было правдой – «Некроз» действительно убивал растения. Но также он убивал животных, людей и всё остальное, что имело несчастье оказаться в зоне поражения.

Тридцать миллионов потенциальных единиц коллатерального ущерба, если верить моделям распространения. Смит изучил эти цифры и принял их как допустимые потери. Империя слишком велика, богата ресурсами и важна для долгосрочных планов Консорциума. Потеря трёх процентов населения – приемлемая цена за получение контроля над остальными девяноста семью.

Он закрыл файл и снова посмотрел на карту.

План был прост. «Некроз» войдёт в систему через Главный Узел и начнёт распространяться по лей-линиям во всех направлениях. Через сорок восемь часов он достигнет корневой системы Эдема и начнёт разрушать её изнутри. Стена лишится питания и умрет.

Тогда Долгорукий, верный своей природе, двинет армию на беззащитный Эдем. Ввяжется в войну, увязнет в ней и растратит ресурсы, а также людей.

И когда оба противника обескровят друг друга, придёт Консорциум с гуманитарной миссией и заберёт всё.

Смит позволил себе едва заметную улыбку.

Рейнхард провалил Фазу Один, и это было досадно. Дорогостоящая ошибка, которая потребует пересмотра кадровой политики. Но в конечном счёте – всего лишь ошибка. Запасной вариант существовал именно для таких случаев.

Он отошёл от карты и направился к коммуникационному терминалу в дальнем углу помещения.

Время отдавать приказы.

Канал связи активировался с едва слышным щелчком.

Смит сел перед терминалом, дождался, пока индикатор шифрования загорится зелёным, и произнёс кодовую фразу. Экран мигнул, на нём появилось изображение – тесное помещение с низким потолком, бетонные стены, тусклое аварийное освещение.

Трое техников в защитных костюмах смотрели в камеру. За их спинами громоздились бронированные контейнеры, опутанные шлангами и кабелями.

– Статус, – сказал Смит.

– Периметр зачищен, – ответил старший техник. Голос звучал глухо из-под респиратора. – Имперская охрана отведена согласно приказу. Контейнеры подключены к распределительным магистралям. Ожидаем директиву.

Смит кивнул. Всё шло по графику.

Долгорукий проглотил наживку целиком, даже не потрудившись проверить состав того, что его люди пропустили в святая святых имперской инфраструктуры.

Теперь оставалось только нажать на кнопку.

– Снимайте ограничители с капсул, – голос Смита звучал без малейших эмоций. – Начинайте закачку «Некроза» в энергосеть. Мощность на максимум.

Техник замешкался на долю секунды.

– Сэр, при максимальной мощности радиус поражения превысит расчётный на двадцать-тридцать процентов.

– Я знаю.

Пауза. Техник ждал продолжения, объяснений, каких-то дополнительных инструкций. Не дождался.

– Цель операции – полное обрушение защитного периметра Эдема, – продолжил Смит. – Отклонение от таймингов недопустимо. Расчётное время распространения до целевого объекта – сорок восемь часов. Подтверждение достижения цели – визуальное обрушение Стены.

– Понял, сэр. Начинаем процедуру.

На экране техники пришли в движение. Руки в защитных перчатках коснулись панелей управления, загорелись индикаторы, зашипели клапаны. Зеленоватое свечение внутри контейнеров стало ярче.

Смит смотрел на это с тем же выражением, с каким изучал квартальные отчёты, потому что это всего лишь последовательность действий, ведущая к желаемому результату.

– Ограничители сняты, – доложил техник. – Давление в норме. Начинаю закачку.

На одном из мониторов появилась схема – сеть лей-линий под Столицей, похожая на кровеносную систему. Из точки, обозначавшей Главный Узел, начало расползаться чёрное пятно.

«Некроз» вошёл в систему.

– Закачка идёт штатно, – голос техника звучал профессионально-бесстрастно. Хорошо обученный персонал, подумал Смит. Никаких лишних вопросов о том, что именно они закачивают и сколько людей от этого умрёт. – Расчётное время полного заполнения первичного контура – четыре часа.

– Продолжайте. Отчёты каждые тридцать минут.

– Принято, сэр.

Смит отключил канал.

Тишина аналитического центра снова обступила его со всех сторон.

Тридцать миллионов. Цифра мелькнула в сознании и исчезла, вытесненная другими расчётами.

Смит переключил канал на военную частоту.

Экран разделился на три окна. Генералы армий трёх государств, граничащих с Империей, смотрели на него с терпеливым ожиданием людей, которые давно привели войска в полную готовность и ждали только отмашки.

– Господа, – сказал Смит без вступлений. – Вирус в системе. Фаза Два активирована.

Генерал Вестермарк из Северной Федерации – грузный, седоусый, с лицом профессионального бюрократа в погонах – кивнул первым.

– Наши части готовы. Ждём вашей отмашки.

– Восточный корпус в полной боевой, – добавил генерал Чэнь. – Можем начать движение в течение шести часов.

Третий – генерал Коста из Западного Альянса – молча поднял руку, показывая большой палец.

Смит смотрел на них, и где-то в глубине сознания отмечал очевидное: Консорциум вложил в этих людей миллиарды. Теперь пришло время платить проценты.

– Слушайте внимательно. Расчётное время достижения вирусом целевого объекта – сорок восемь часов. Когда Стена Эдема рухнет, Долгорукий двинет армию на юг. Он не удержится, старый медведь ждал этого момента слишком долго.

Генералы слушали, не перебивая.

– Как только имперские войска войдут на территорию Эдема, вы пересекаете границу. Одновременно, с трёх направлений. Официальный статус – гуманитарная и миротворческая миссия по стабилизации региона.

– Какого рода катастрофа? – спросил Вестермарк.

– Массовое отравление водоносных слоёв. Техногенная авария на подземных коммуникациях. К моменту вашего входа население приграничных регионов начнёт испытывать первые симптомы. Через неделю счёт жертв пойдёт на миллионы. Ваши полевые госпитали будут единственным источником помощи.

Чэнь едва заметно поджал губы. Коста остался невозмутим. Вестермарк потёр подбородок.

– Долгорукий не примет нашу помощь добровольно.

– Долгорукого никто не будет спрашивать. К тому моменту его режим потеряет контроль. Армия увязнет в Эдеме, экономика рухнет, население будет умирать тысячами в сутки. Поэтому любое правительство, которое придёт ему на смену, примет вашу помощь с благодарностью.

– А если не придёт? – спросил Чэнь. – Если Долгорукий удержит власть?

– Тогда ваши силы обеспечат смену режима. – Смит сказал это тем же тоном, каким обсуждал бы замену подрядчика. – Старик не переживёт того, что сам же запустил. Он подписал разрешение на закачку вируса собственной рукой. Так что когда правда выйдет наружу, его растерзает собственный народ.

Тишина в канале.

– Готовность – сорок восемь часов, – подвёл итог Смит. – Отчёты каждые шесть часов. Вопросы?

Вопросов не было.

– Исполняйте.