Текст книги "Пустынный океан (СИ)"

Автор книги: Ad Astra

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Глава 17

Я пела уже очень долго. Не время давало о себе знать, а мои невечные запасы магии, которые медленно таяли, превращаясь в прекрасную мелодию, срывающуюся с уст. Сопрано. Кажется, именно так в Центральной Империи называли высокий красивый голос, шедший не то от сердца, не то от самой души. Русалки никогда не придавали значения строгим классификациям, им, как и демонам, было достаточно лишь услышать голос, чтобы понять, кто поет и какими способностями обладает. Пустынному народу эта возможность не была дана, поэтому он сделал так, как делал всегда – упорядочил все в строгом порядке, грубо разделив голоса русалок на виды. Сопрано, контральто, тенор, баритон – всего и не припомнишь. Однако когда-то учителя хвалили мой голос, называли редким, описывая его как колоратурное сопрано*. Конечно же, это мне и запомнилось, ведь тогда я была падка на похвалу, воспринимая её, впрочем, как само собой разумеющееся. Красавица? Да-да, без вас знаю. Чудесный голос? Как иначе. Завидная невеста? Безусловно, это я. Каким же мелочным все это кажется теперь…

Песня была на древнем русалочьем языке, а потому для всех здесь собравшихся мелодия звучала красиво, но непонятно. Слова будто плавно и незаметно перетекали друг в друга и от того казалось, словно не было ни точек, ни отдельных предложений, ни уж, тем более, отступлений. Великие русалки могли петь днями напролет, но моих сил было недостаточно из-за кровосмешения, а потому меня хватило ровно на три часа. Было бы глупо полагать, что все это время я просто пела. Когда мелодия изливается наружу, она связывает с собой потоки всех, кто находится вокруг, и я могу так или иначе воздействовать на них. Это сложно. Работа до ужаса кропотлива, она выматывает концентрацией и возлагаемой ответственностью за чужие потоки, оказавшиеся в моих руках.

Я не хотела их подвести. Многие, кто находился в этом стареньком зале храма, уже наполовину покрылись чернью, что быстро ползла по всему телу, оставляя позади лишь уродливые волдыри да тощие хладные конечности. Больше всего мне было жалко детей. Маленьких пухляшей, что сидели на руках заплаканных матерей и дергали их за волосы своими черными пальчиками, крохотных малюток, над которыми ворковали изуродованные кормильцы…Все они, что были поражены чернью, сейчас мирно дремали, опершись на многочисленные колонны. Черная полоса, прекратив ползти по телу, замерла вместе с ними. Таким было действие недавно царствующей здесь мелодии.

– Никогда прежде не слышал ничего более прекрасного, – выведя меня на улицу, маар достал бутылек с каким-то дурно пахнущим отваром.

– И это моя награда? – шепотом произнесла я, морща нос. Пахло настолько резко, что было даже трудно определить, из каких трав это намешано. – Я вроде ничего плохого не сделала. Тогда за что?

Ориас тихо рассмеялся, принюхиваясь к пробке.

– Я брагу и похуже нюхал. А это целебная муть какая-то. Валефор сказал тебе её дать, чтобы магический резерв восстановить.

Глубоко выдохнула, зажмурилась, сделала небольшой глоток. Оно даже горло жжет! Я тихо запищала и помотала головой, все тело мурашками покрылось – настолько противным был этот отвар. Маар снова рассмеялся, забирая у меня флягу и закрывая её пробкой.

– Это тебе не вина распивать.

– Я похожа на ту, что постоянно пьет вина?

– Нет-нет, но если ты вдруг решишь спиться, то меня хотя бы позови.

– Куда более важно – как Баал?

– Он был очень злым. Сломал какой-то сарай. Якобы случайно. Хорошо, что это был только сарай.

Могу представить. Все-таки нагу вся эта затея не нравилась изначально по той простой причине, что в этом задании управляют им и поручают то, что аристократу делать не подобает. И мысль о том, что здесь он только из-за меня грела и терзала меня одновременно.

– Однако, судя по времени, он уже должен был уйти под землю. Когда он найдет труп, он вытащит его наружу. Есть только одна проблема…

– Какая?

– Мы предположили, откуда может исходить чернь. Но она рядом с деревушкой, где все уже поражены этой заразой. Она въелась в них настолько, что мы не сможем подойти к ним близко. Но это не является основной головной болью. Эти люди сошли с ума и изредка специально совершают набеги на соседние поселения, чтобы заразить их.

В этот момент мне действительно стало страшно. Как тогда в шахте. Я не видела прямой угрозы, но чувствовала, что она идет по пятам, готовая вот-вот появиться со спины. Перед глазами всплыл обезображенный чернью человек с лихорадочным блеском, хватающий за руки, лицо, плечи…Безумие, двигающее их на ужасные деяния – умерев, они хотят унести с собой остальных.

– Не беспокойся, в случае угрозы, Альфинур отнесет тебя домой.

– А вы? – мой прежде уверенный голос задрожал, и маар, что до этого явно хотел пошутить, прокашлялся, смахивая свой синий хвост на спину.

– Баалу ничего не угрожает, его зараза не берет. Барбатос в своем истинном облике последует за тобой, чтобы прикрыть в случае чего. Я тоже орешек крепкий, посмотри на меня. Я хоть и хочу уже умереть, но обещания держу. А я обещал, что буду тебя еще долго защищать.

Он улыбнулся, но легче от этого не стало. Обряд превращался во что-то более серьезное. Далекая туча вдруг стала огромным почти черным грозовым облаком, нависшим прямо над головой. Надеюсь, что все пройдет хорошо. Однако, что тогда делать с обезумевшими? Они не проживут долго, и все же теперь они являются новым источником черни.

– Не хмурься так, госпожа. Выстоим, что уж нам.

– Думаю, что труп найдут уже к вечеру, поэтому нам нужно подготовиться. Будем решать проблемы по мере их поступления.

– Это правильное решение. Поберегите свой голос до обряда.

***

– Он похож на вас. Жейран, значит?

– Да, – рыжеволосый мальчик с большими зелеными глазами поставил на стол стакан парного молока, – я на маму больше похож, – его мать – бывшая глава деревень – улыбнулась, подвинув в мою сторону корзинку с пирогами. Она была немногословна, так как стоило ей начать говорить, как её речь становилась жеваной и спутанной, словно она не знала, как правильно расставить слова. – А мой брат похож на папу.

Моя улыбка вышла какой-то виноватой. Я знала, что сейчас его брат находится в храме, как один из пораженных. Вся его левая рука была абсолютно черного цвета. Тоненькая, недвижная ручонка…Не стоило мне заводить разговор об этом…

– Жейран, а кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

– Я хочу стать мечником! И кузнецом! Я сначала хотел стать стеклодувом, но папа сказал, что я очень неаккуратный.

– Ты всегда можешь попробовать начать заниматься и стеклом, и железом. Главное, твое желание. Если ты чего-то хочешь, не мечтай об этом, не откладывай в сторонку, оставляя на мнимый десерт. Время пройдет, и ты забудешь о своей маленькой мечте, а сожаление о невыполненном останется.

Мальчик широко распахнул глаза, после чего снова посмотрел на свою маму, словно ища подтверждения моим словам. Но она вновь лишь улыбнулась, погладив сына по голове. Наверное, иметь рядом с собой свою любимую частичку, что останется на земле после твоего исчезновения, замечательно…

– А вы будете Императрицей, да, Госпожа?

– Буду.

– А можно будет к вам прийти во дворец когда-нибудь?

Женщина быстро одернула сына, посмотрев на него суровым взглядом.

– Не…нельзя…грубо…плохо…

– Ну, что вы, что вы, – я быстро замахала руками, увидев, как Жейран понурил голову, принимая свою вину, – конечно же, можно! А когда ты станешь талантливым кузнецом или стеклодувом, я возьму тебя во дворец работать. Хочешь?

– Хочу! Но…Я же глава будущий. Как я деревню оставлю?

– Вот оно как…Ну, тогда хотя бы навещай меня иногда. Договорились?

– Да! И вы мне будете помогать, а я вам, да?

Я не сдержала смех. Ишь как в свою пользу все повернул.

– Тогда это наше с тобой обещание, Жейран.

– Госпожа! – дверь распахнулась, и на пороге появился взъерошенный Барбатос. Судя по его дыханию, сюда она бежал, его лицо было очень встревоженным, красные уши прижаты к голове. – Баал!

Я вскочила со стула и выбежала на улицу, будто готовилась увидеть там нага. Если случилось что-то страшное, то жителям пока знать не стоит, поэтому не должно разговор в избе проводить. Вид Барбатоса действительно пугал, и я вновь начала накручивать себя и выдумывать все, что вообще могло произойти. Обеспокоенный Жейран показался в дверях, и я, помахав ему рукой, отошла еще подальше от дома, давая тем самым оборотню понять, что тот должен говорить тихо.

– От трупа слишком много черни! Тут умер невероятно сильный демон!

– Что с Баалом? Он вытащил этот труп? Говори тише, прошу…

– Нет. Все намного хуже. Чернь подействовала на господина…

– Вы же все говорили, что она не поражает нагов!

– Не поражает, Госпожа, в том то и дело! Мы условились с господином, что, если что-то случится, то он выползет наружу и будет лежать неподвижно. Я наблюдал за ним с вышки. Он выполз, но почти тут же нырнул обратно в землю!

– Может, это по другой причине!

– Нет, Госпожа. Баал начал повсеместно распространять яд и внезапно направился в сторону деревень! Сейчас туда направился Ориас, Альфинур готов в любой момент забрать вас домой.

– Я без Баала не вернусь! Скажи Альфинуру, пусть поможет Ориасу!

– Но ведь…

– Пусть поможет! Это приказ!

– Хорошо, я понял.

Дефектный…Так иногда называли Баала другие наги…Почему я вспомнила об этом сейчас? Только глупости и лезут в голову. Сейчас нужно успокоиться. Наверное, чернь действительно как-то подействовала на нага, но обычно, после заражения, простой человек теряет сознание. Баал же, наоборот, вдруг стал слишком активным. Зачем ему вообще распространять яд и идти к пораженной деревне? Уверена, это план. Он определенно что-то понял. Вот только…Почему ничего не сказал?

* Колоратурное сопрано – Очень высокий женский голос, способный петь всевозможные скачки, арпеджио, гаммообразные пассажи, с употреблением трелей, форшлагов и прочих украшений. По характеру звучания, верхние ноты колоратурного сопрано напоминают флейту или скрипку. Средние и нижние ноты звучат значительно слабее (в сравнении с верхними). (Информация из великой Википедии)

Глава 18

– Дальше идти нельзя.

Остановившись рядом с поваленными бревнами, Барбатос одним взмахом руки приказал сопровождающим нас стражам встать вокруг, сжав в руках рукояти мечей. Мысль о безумных пораженных не щадила и без того расшатанные нервы, по которым в последнее время топтались все, кому это было под силу. По пути сюда я смогла увидеть одного из них, и мне стало настолько страшно, что захотелось плакать. Хромающий, издающий дикий рык, перемежающийся с истерическим смехом, с лихорадочным блеском и костью вместо правой руки…Чернь разъела его нос и медленно пожирала скулы, оставляя после себя зловонный запах гнили, привлекающий насекомых. Был ли это человек? Остались ли в нем те воспоминания, которыми он жил? Кого убили мои стражи, всадив в очерненную плоть десяток стрел? Человек или…монстр, что смеялся перед своей погибелью…

Сейчас передо мной было поле. Их засохшей земли, источающей лишь холод и смерть, к небу тянули ростки черные цветы. Те самые, что окружали мою родную деревню. Те самые, что предвещают проклятье. Вдалеке виднелись вспаханные участки с огромными глыбами камней, разбросанными по сторонам. Видимо, там Баал и попал под воздействие черни, выйдя из-под земли наружу. До сих пор не верится…Кто бы ты ни был, что бы ты ни делал – если в тебе течет кровь змей, чернь не тронет тебя.

– Нам нужно туда, – кивком я указала на вспаханную сторону.

Оборотень отрицательно покачал головой, поворачиваясь к стражам, накладывающим на себя защитные чары. Максимум час. Жалкий час, за который они должны будут найти на этом поле труп демона. Баал упростил поиски, отдав на это собственный разум, однако, оборотни – не змеи. Рядом с демоном находится центр черни, убивающей все и вся. Для этой дряни магический барьер, что бумага для остро заточенного ножа. Минута – и ты сам труп в холодной земле. Туннели, которые прорыл наг, приведут прямо к нужному месту, а что потом? Они будут падать один за другим, пока не вытащат наружу это тело? Я достаточно увидела смертей за это время. Достаточно.

Редкий голос…Красивый голос…Какой от него толк, когда я могу использовать эти силы всего три часа? Хватит ли этого времени, чтобы упокоить душу демона? Как же жалко я, наверное, выгляжу сейчас со стороны…

– Как только почувствуете сухость во рту, тут же направляйтесь сюда, ясно? Не лезьте кучей. Расположитесь так, чтобы не один тащил труп. Передавайте его друг другу. Только так вы сможете его вытащить наружу и не помереть. Один час на поверхности поля. Пара минут под землей. Мы ничего не знаем об этом демоне. Если почувствуете, что что-то не так, не рискуйте и не ищите его, понятно?

Барбатос – хороший командир. Он заботится о своих подчиненных, понимая, насколько опасно все то, что мы решили. Однако, его слова о демоне меня насторожили. Если чернь, исходящая от этого демона, подействовала даже на нага, что же она сделает с…

– Барбатос, – я осторожно потянула оборотня за рубаху, и он тут же обеспокоенно обернулся, озираясь по сторонам, – я понимаю, что другого у нас выбора нет, но…Пусть туда идет не пять, а хотя бы…три стража. Вдруг это очень сильный демон? Баал ведь не мог…

– Госпожа, – командир крепко сжал мою кисть в своей теплой руке, – прошу вас, не поддавайтесь сомнениям и верьте тем, кто рядом с вами. Эти стражи готовы пожертвовать ради вас своими жизнями, я готов отдать за вас свою жизнь, чтобы только вы могли жить дальше.

– Но я не хочу, чтобы вы…

– Мы вытащим этого демона наружу, чего бы нам это ни стоило, а вы вернете телу покой. Вы спасете жизни тысячам! Позвольте нам просто вам помочь в этом.

Должно быть, им попросту невдомек мое волнение и мой страх. Они обучались военному искусству с детства и дали клятву защищать свою Госпожу, для них подобная вылазка сродни чему-то естественному, чему-то, что само собой разумеется. Для меня это смертельный поход, в котором я буду лишь наблюдателем, в котором я толкаю людей на самоубийство…

– Пусть хотя бы не сразу подходят к этому демону…

Барбатос вопросительно изогнул красную бровь, навострив в мою сторону уши. Несколько стражей, что уже было подошли к краю поля, обернулись, ожидая уточнения приказа. Один из них, русоволосый и самый молодой, быстро отскочил в сторону от зоны поражения чернью.

– Я правда думаю, что Баал не мог выйти из себя из-за простого демона. Даже жители, что подверглись длительному влиянию, сами стали источником черни. Это редкость!

– Но как это поможет нам? Даже, если мы решим, что этот демон сильнейший из всех живущих, что мы сможем сделать, пока не приблизимся к нему? Наша основная цель, – командир повернулся к своим подчиненным, повышая голос, – достать этот труп на поверхность любой ценой. Все понятно?

– Так точно! – разом рявкнули стражи, подходя к краю и накладывая на себя щиты.

Я невольно сцепила пальцы в замок перед грудью, прося Небеса помочь этим оборотням в их деле. Барбатос нервно мотнул своим пушистым красным хвостом, отправляя оставшихся стражей охранять территорию. Убить любого пораженного, что появится в километре отсюда…Ужасным было то, что среди очерненных были не только сильные когда-то мужчины, но и старики, беременные, дети…Разве виноваты они в том, что судьба подарила им долгую и мучительную смерть?

– Есть вести от Ориаса и Альфинура?

– Пока нет, Госпожа. Утром из одной из деревень был послан сигнальный огонь, и я тут же отправил туда десяток стражей. Но никаких вестей с тех пор больше нет…

Было видно, что его подобное развитие событий также очень сильно напрягало. Его подчиненные были под угрозой, я находилась в эпицентре черни, а двое моих мужей пытались остановить третьего, что будто бы сошел с ума…Думаю, что мне стоит сегодня же послать письмо Валефору. Нам определенно понадобится помощь. Вот только, согласится ли моя мама? С того самого времени, как я вышла замуж за нага, она отстранилась от меня, ведет себя неестественно и всячески избегает встреч не только со мной, но и даже со своими родными сыновьями.

– Знаешь, Барбатос, – я села на поваленное бревно, чувствуя головокружение, – глупо говорить такое, но у меня предчувствие, будто это все закончится плохо…

– Госпожа, я сделаю все, что в моих силах, чтобы все закончилось с минимальными потерями.

– Даже, если мы поможем им…Даже, если безумные умрут, а очерненные поправятся…Не выльется ли это в скандал? Рубиновый клан не помог своей деревне, а Изумрудный стал героем дня. Их подвергнут критике, и на ком они будут срывать злость, пускай это действительно их вина? А демон…Не захороненный демон…На Совет обрушится гнев простых людей, которым Императрицы обещали безопасность…Почему этот демон вообще начал источать чернь только сейчас? В этих землях уже очень давно нет демонов. Все они в Северной Империи.

– Если верить рассказам жителей, то первые потоки черни они почувствовали на прошлом полнолунии. Видимо, последнее полнолуние несло в себе особую магическую мощь, раз открылся такой сильный источник черни…

Вполне возможно. Ведь именно в ту ночь даже я против воли обратилась в предначертанный мне кровью облик. Однако, это странно. Получается, что труп пролежал в земле больше сотни полнолуний. Так почему именно это?

– Сколько времени они уже там? – я посмотрела в сторону поля.

– Всего пять минут, Госпожа.

– Они быстрые. За этими огромными кусками земли их почти не видно…

– Да, Госпожа.

Я замолчала, скомкав на коленях ткань платья. От всего этого волнения начала сильно болеть голова. Буквально в пяти метрах от меня несло смертью, что будто вытягивала из тела остатки сил. Как вытерпеть этот час? Когда же, наконец, я смогу облегченно выдохнуть, увидев на горизонте пять знакомых фигур?

– У меня очень плохое предчувствие…

– Госпожа, прошу вас, – рука командира коснулась моего плеча, – думайте о лучшем исходе.

– Почему вокруг так тихо…

Барбатос замолчал и убрал свою руку. Он не сможет ответить мне на этот вопрос, потому что это слишком опасная тишина. Где-то недалеко должен бушевать змей, в нескольких километрах отсюда из земли достают демона, повсюду рыщут обезумевшие, но нас окружает тишина…Обманывающее спокойствие.

Лязг…Я определенно точно услышала лязг мечей где-то позади! Обернулась, но за деревьями и домами не было ничего видно. Оборотень прижал к голове уши и распушил хвост, прижимаясь к земле. Я встала с бревна, замечая краем глаза, как сбоку весь вид закрывает быстро разрастающаяся красная шерсть огромного лиса с неизвестным мне черным узором на лбу и шее. Он быстро лег на землю, выжидательно смотря на меня своими яркими голубыми глазами. Лязг мечей – какой-то сигнал к отступлению? Нам нужно уйти отсюда? Барбатос махнул хвостом мне по ногам, подталкивая к своей спине, на которую я неуверенно села. Если стража заметила обезумевшего, то почему попросту не убила его, как тогда? Нам ведь необходимо дождаться остальных…

Вновь лязг…На этот раз с той стороны, куда огромный лис хотел побежать. Вцепившись в огненную шерсть, я переводила взгляд с изб на оборотне под собой, работающие мышцы которого я чувствовала всем телом. Барбатос злобно зарычал, и мое сердце от страха застучало быстрее. Значит, здесь не один безумный? Куда нам тогда бежать в случае отступления? Впереди очерненные люди, позади источник этой самой черни…Что же опаснее в данном случае? От безумных можно ждать всего, чего угодно. Они хаотичны, страшны и опасны. Труп демона хотя бы неподвижен, и в случае чего мы попросту сможем обойти его по краю поля…Я потянула шерсть на себя, и Барбатос, поняв негласную идею, обернулся в сторону поля, замерев на месте. Установив вокруг щит от черни, я вновь посмотрела в сторону домов. Быть может, стража уже справилась с безумными? Да, эта мысль несколько успокаивает. Мы просто соблюдаем меры осторожности, вот и все.

Тело лиса подо мной резко дернулось, и я свалилась командиру на спину, услышав его приглушенный рык. Я чувствовала, что Барбатос побежал, а потому всеми силами вцепилась в его шерсть, не решаясь обернуться. Мы бежали по полю. Чернь плетями окутывала поставленный щит, пугая своей чернотой, а огненная шерсть лезла в глаза, щекотала кожу. И когда я, поддавшись все же волнению и любопытству, повернула голову в сторону, откуда мы бежали, тело пробрала дрожь. Холодящая до ужаса дрожь, пропитывающая кожу страхом и ужасом. Я бы хотела закричать, хотела бы заплакать, хотела бы сказать спасибо за то, что мы с каждой минутой все дальше оттуда…Все дальше от деревьев, домов, от края поля, по периметру которого стояли они…

Десятки…Их были десятки. Обезображенных, сумасшедших, потрепанных и обглоданных. Замерев в одной позе, они смотрели нам вслед, не двигаясь дальше. Словно чернь, которая их же заразила, не позволяла им двигаться дальше, отпугивая безумных тем страхом, который они еще в состоянии понять. Я была готова расцарапать себе лицо от мыслей о собственном спасении. Да, они позади, да, мы успеем за час пересечь поле, обойти демона и остаться в безопасности, да, сейчас нам нужно найти пятерых стражей и вместе с ними уйти отсюда…Я была рада. Но те, кто охранял нас…Они мертвы?..

Вжавшись в шерсть лиса еще больше, я начала глубоко дышать, чтобы избавиться от сковывающего ужаса. Если бы они начали бежать следом? Если бы добрались до нас? Если бы…Нет, не думай. Ты в безопасности…

Когда мы добрались до огромных туннелей в земле, Барбатос приостановился и обернулся: десятки обезображенных теперь были лишь теми же недвижными точками на горизонте. Я быстро начала озираться по сторонам. Никого из стражей здесь не было.

– Где они…

Командир снова зарычал, не приближаясь к огромной дыре. Пласты земли вокруг не давали полностью осмотреть место, и лис начал осторожно обходить вход в ад, принюхиваясь то к траве, то к камням. Щит дрожал под натиском опасной черни, что была готова вот-вот сломать его, сожрав своих новых жертв. Я обеспокоенно дернула оборотня за ухо, и тот послушно начал отходить в сторону, пока из-под одного из пласта не показался русый пушистый хвост. Тут же подскочив к подопечному, Барбатос вырыл небольшую ямку, вытянув стража из земли. Обращенный волк тяжело дышал, весь его бок был в черни.

– Я остановлю распространение, мы должны забрать его отсюда…

Как только я направила на стража заклинание, лис, подхватив волка за шкирку, рванул прочь. Земля дрожала под ногами. Огромные струи черного проклятья вырывались из земли подобно гейзерам, окружая все вокруг непроглядной тьмой. Холодно, сыро и очень страшно…Демон где-то здесь, возможно, всего в двух метрах от нас, но мы не должны рисковать, мы должны спасти себя. Мне поистине страшно подумать о том, где другие четыре стража, но…Разве можем мы сделать что-то еще?

Земля исчезла. Провалилась. Тьма заполонила собой все…Барьер рухнул. Да? Мы падаем…Или нет? Что же это…Так тихо и спокойно…Так хочется…спать.