Текст книги "Невидимые влияния. Исцеление души (Работа с воздействиями бестелесных существ)"

Автор книги: Живорад Славинский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

КОСМИЧЕСКИЕ МАСТЕРА ДОКТОРА ДЖОНА ЛИЛЛИ

Доктор Джон Лилли (1915–2001), исходя из широты его интересов, больше относится к эпохе Возрождения, нежели к современности. Он был универсальным исследователем во многих областях. В том числе – и успешным физиком, психоаналитиком и биофизиком, а также специалистом в области электроники, нейрофизиологии и нейроанатомии. Он изобрел сенсорно-депривационную камеру, которая позволила ему проводить углубленные исследования человеческого ума. Помимо всего прочего, он провел интереснейшее исследование, посвященное общению между людьми и дельфинами. Еще один выдающийся мыслитель, Тимоти Лири (Timothy Leary), говорил о Лилли как об ученом-Колумбе XX столетия, который принес драгоценные знания из своих путешествий в глубочайшие сферы внутреннего мира.

Лилли указывал повсеместно на узкую направленность исследований в области внеземного разума, в то время как такие существа находятся среди нас, и мы не замечаем их или даже проявляем по отношению к ним агрессию. Многие не осознают, что на этой планете есть также разум, который, мягко говоря, находится на эволюционном уровне развития людей. Этим разумом обладают морские млекопитающие – прежде всего это дельфины. В общении с ними Лилли достиг беспрецедентных результатов. Он пишет:

«Они более продвинуты, чем мы, но в совершенно другом направлении».

Если использовать научный подход для определения их разума, то окажется, что многие морские млекопитающие намного более развиты, чем люди. Их мозг развит так же, как и у людей, или даже в чем-то лучше, и они обладают этим мозгом на протяжении миллионов лет, а возможно и более. Уже по этой причине они заслуживают нашего уважения. Исследования Лилли этих высокоразвитых млекопитающих вдохновили деятелей киноискусства снять художественный фильм «День дельфина».

Не менее захватывающей областью его интересов было влияние сенсорной изоляции на человеческий разум в «изолированной барокамере». Лилли начал проводить свое исследование полной изоляции человеческого разума в 1954 году, в Национальном институте психического здоровья. Многие знаменитые люди, среди которых был, в частности, мыслитель и психотерапевт Грегори Бейтсон (Gregory Batson), испытали драматические переживания в изолированной барокамере.

Вот как описывает сам Лилли происходившие с ним в барокамере события:

«…Я попал в совершенно черное, совершенно безмолвное пустое пространство без тела. Чернота протянулась во всех направлениях безгранично. Молчание существовало беспредельно. Я оставался сконцентрированным в единственной точке сознания и ощущения. Не было ничего в мире кроме моего центра, меня самого, черноты и глубокого молчания».

В контексте его книги «Центр циклона» переживания контактов Лилли с космическими сущностями представляют для нас большой интерес. Очевидно, он с ними встретился по счастливой случайности после своего опыта с ЛСД, медитаций и применения других способов, которые приводили к измененным состояниям сознания. Б книге он описывает свои переживания после того, как случайно впрыснул под кожу пену, образованную детергентом (моющим средством), оставшимся в шприце. В результате появилась сильная головная боль, тошнота, а затем последовала кома. В состоянии комы он покинул свое физическое тело:

«Я стал просто фокусированной точкой сознания, отправлялся в другие миры, встречал других существ, сущностей и носителей сознания… Повсюду был разлит золотой свет, который пронизывал все пространство до бесконечности».

В этом пространстве Лилли встретился с двумя сущностями, походившими на ангелов-хранителей. Их чувство заботы и любви переполнило его до предела. Б этом месте книги Лилли упоминает, что он встречал их и ранее под воздействием анестетика, и продолжает:

«Одной из моих главных целей было достижение места, где я находился с двумя гидами во время комы, когда я лежал в больнице в преддверии смерти».

После этого странного переживания Лилли решил продолжить систематическое исследование альтернативных измерений при помощи ЛСД и изолированной барокамеры. В этих экспериментах исследователь находился в темном и беззвучном пространстве, которое он назвал «точкой абсолютного нуля». Он мог вернуться к ней, «…если вещи в других пространствах становились слишком хаотическими или слишком возбуждающими». В своих переживаниях он вновь встретил ангелов-хранителей. Лилли описал встречу следующим образом. В сенсорно-депривационной камере он оставил тело и дух позади. Он стал точкой сознания в безграничном пустом пространстве, наполненном светом. Гиды, два существа, начали постепенно приближаться к нему с огромного расстояния:

«По мере приближения их присутствие чувствовалось все более и более сильно, и я заметил, что они подходили ко мне все ближе и ближе. Их мышление, чувствование и знание струились в меня. Когда они приблизились, я смог разделять их мысли, знание, ощущения на неправдоподобно высокой скорости. В этот раз они смогли подойти ко мне ближе, чем раньше, и я был исполнен переживанием их присутствия. Они замерли на месте как раз в тот момент, когда их дальнейшее приближение становилось почти невыносимым. После чего они передали: „Мы не приближаемся ближе, так как, возможно, эта близость к нам может ограничить тебя. Ты прогрессировал со времени нашей последней встречи. Как мы говорили тебе, ты можешь вернуться сюда в любое время, как только узнаешь дорогу. Нас послали инструктировать тебя”».

Общение происходило на телепатическом уровне, идеи и чувства возникали без слов. Позднее Лилли описывал другие свои переживания таким образом, как будто при общении использовались слова, словно бы эти два существа обращались к нему на английском языке, а он стал третьим существом в этом акте коммуникации. Позднее Лилли назвал организацию, в которой состояли эти две сущности: она носила название «Организация по контролю за земными совпадениями» (Earthly Coincidences Control Organization). Разговор развивался следующим образом:

«Ты обитал в течение х лет в данном тебе теле. Если хочешь, ты можешь сейчас остаться здесь… Если ты вернешься в тело, это будет означать борьбу и усиленную работу над препятствиями, которые ты несешь в себе. <…>

Твое следующее задание, если ты желаешь достичь этого твоими собственными усилиями, помощь другим. Ты глубоко продвинулся в своих экспериментах в уединении и одиночестве и узнал некоторые пути сюда. Твоя следующая задача – контакт с другими, такими же, как ты, имеющими такие же способности, помощь им и их обучение вхождению в этот вид существования. Имеется ряд других людей на твоей планете, способных научить тебя и учиться у тебя. Существуют уровни за пределами вашего настоящего уровня бытия, куда вы сможете прийти только при надлежащей работе».

Спустя некоторое время Лилли начал ощущать присутствие гидов, не входя в их пространство. В каждом новом мире, в который он проникал, он чувствовал их присутствие, защищающее его от громадных существ. В последнем эксперименте из этой серии ему показали весь мир, как мы его знаем. Его описание вызывает острый интерес:

«Я – за пределами нашей галактики, за пределами галактик, которые мы знаем. Время кажется ускоренным в сто миллиардов раз, весь мир сплющился в одну точку. Вот происходит громадный взрыв, и из точки устремляется в одну сторону позитивная материя и позитивная энергия, прочерчивая космос с фантастической скоростью. С противоположной стороны из точки выходит антиматерия, устремившаяся в противоположном направлении. Мир расширяется до максимума, сжимается и снова расширяется трижды. Во время каждого расширения гиды говорят: „Человек появляется здесь и исчезает там". Все, что я могу видеть, – это тонкий слой человека. Я спрашиваю: „Куда идет человек, когда он исчезает, пока он не готов снова появиться?" □ни отвечают: „Это есть мы"».

Часть II
СУЩНОСТИ В РИТУАЛЬНОЙ МАГИИ

В наше время ритуальная магия по пробуждению бестелесных сущностей потеряла свое очарование. Ее цель – заманить земные и космические силы, материализовавшиеся в форму сущностей, в сферу практика и подчинить их желанию практикующего. Практики проводились на высших уровнях в герметическом ордене «Золотая Заря». Материализация сил в видимые формы сущностей была проверкой для дальнейшего продвижения к высшим уровням в данном обществе. Позднее, после распада «Золотой Зари», начали образовываться небольшие группы, в большой степени была утрачена эффективность процессов ритуальной магии, однако данная область еще вызывает интерес как со стороны читателей, так и со стороны практикующих магию. В данной части книги я вкратце опишу три таких процесса.

БЕНВЕНУТО ЧЕЛЛИНИ

Почетное место среди западного оккультного сообщества начал занимать Элифас Леви после того, как он, будучи ритуальном магом, положил начало возрождению и быстрому развитию практики ритуальной магии. Далеко не всем известно, что Бенвенуто Челлини за три столетия до Элифаса Леви смог при помощи магии добиться того, чтобы вызванная сущность обрела видимую форму. Челлини был выдающимся итальянским ювелиром, скульптором, автором биографической книги, ставшей важным источником для исследований культурной истории эпохи Возрождения. В свое время его скульптуры принесли ему славу по всей Италии, и на данный момент они известны всему миру. Самой известной среди них оказалась скульптура «Персей, держащий голову Медузы», над которой он работал на протяжении четырех лет.

Челлини был своенравен, из-за чего ввязывался во многие авантюры, бесконечные конфликты и дуэли, где убил нескольких человек. В своей автобиографии он рассказывал о сверхъестественных видениях и об ангельском покровительстве, которое, как он утверждал, не покидало его в самые драматичные моменты жизни. Он проявлял особый интерес к магии призыва, пробужденным духам мертвых и демонам. Он подробно описал одно из таких переживаний в своей автобиографии:

«Привелось мне однажды, по воле сложившихся странных обстоятельств, завести дружбу с неким сицилианским священником, каковой был возвышеннейшего ума и отлично знал латинскую и греческую словесность. Случилось однажды по поводу одного разговора, что зашла речь об искусстве некромантии, на что я сказал: „Превеликое желание было у меня во все время моей жизни увидеть или услышать что-нибудь об этом искусстве". На каковые слова священник добавил: „Твердый дух и спокойный должен быть у человека, который берется за такое предприятие".

Я ответил, что твердости и спокойствия духа у меня хватит, лишь бы мне найти способ это сделать… И так мы условились приступить к этому предприятию. Раз как-то вечером сказанный священник снарядился и сказал мне, чтобы я приискал товарища, а то и двоих. Я позвал Винченцио Ромоли, большого моего друга, а сам он привел с собой одного пистойца, каковой точно так же занимался некромантией. Мы отправились в Колизей, и там священник, нарядившись по способу некромантов, принялся чертить круги на земле, с самыми чудесными церемониями, какие только можно вообразить… Когда он был готов, он сделал в кругу ворота и, взяв нас за руку, одного за другим поставил в круг; затем распределил обязанности; пентакль он дал в руки этому другому своему товарищу некроманту, остальным велел смотреть за огнем и курениями; затем приступил к заклинаниям. Длилась эта штука полтора с лишним часа; явилось несколько легионов, так что Колизей был весь переполнен. Я следил за драгоценными курениями, когда священник увидел, что их такое множество, то он обернулся ко мне и сказал: „Бенвенуто, попроси их о чем-нибудь".

Я попросил их сделать так, чтобы я был опять со своей Анджеликой, сицилианкой. В эту ночь нам никакого ответа не было, но я получил превеликое удовлетворение в том, чего ожидал от такого дела. Некромант сказал, что нам необходимо сходить туда еще раз и что я буду удовлетворен во всем, чего прошу, но что он хочет, чтобы я привел с собой невинного мальчика.

Я взял одного своего ученика, которому было лет двенадцать, и снова позвал с собой Винченцио Ромоли… Когда мы пришли на назначенное место, некромант, сделав те же свои приготовления тем же и даже еще более удивительным образом, поставил нас в круг, каковой он снова сделал с самым изумительным искусством и с самыми изумительными церемониями… Начал некромант творить эти ужаснейшие заклинания, призывая поименно великое множество этих самых демонов, начальников этих легионов, и приказывал им силой и властью бога несотворенного, живого и вечного… Я, по совету некроманта, снова попросил, чтобы мне можно было быть с Анджеликой. Обернувшись ко мне, некромант сказал: „Слышишь, что они сказали? Что не пройдет и месяца, как ты будешь там, где она"».

Челлини закончил свое описание тем, что он действительно встретился с любимой Анджеликой в следующем месяце. Очевидно, это одно из самых увлекательных описаний событий в ритуальной магии, рассказанное такой яркой личностью.

ЭЛИФАС ЛЕВИ

Во второй половине XIX века в Европе наблюдался оживленный интерес к учениям западных оккультных традиций. В этот период Елена Петровна Блаватская основывает теософское общество, формируется непревзойденный по сегодняшним меркам герметический орден «Золотой Зари», а Альфонс-Луи Констан, взявший псевдоним Элифас Леви, публикует свою книгу, посвященную магии. Даже сегодня, спустя сто пятьдесят лет, продолжают выпускаться новые издания его книг «История магии», «Ключ больших мистерий» и «Учение о трансцендентальной магии».

Во Франции и Англии он заработал репутацию великого ритуального мага, но поздние исследования показывают, что он скорее толковал и популяризировал ритуальную магию, нежели практиковал ее сам.

Со школьной скамьи Леви проявлял неподдельный интерес к оккультизму и мистицизму. Он был послушником в католической церкви, но интересы к оккультизму подорвали его духовную карьеру. Некоторое время он был сторонником левых сил и отсидел год за публикацию статей политического характера.

Он полностью окунулся в оккультизм после того, как познакомился с двумя эксцентричными людьми. Первого из них звали Ганно, он утверждал, что являлся перевоплощением французского короля Людовика XVII. Учения Ганно привели Леви к тому, что он начал новую жизнь в роли профессионального учителя магии.

Тем не менее, «мастер мессианства», польский дворянин Дж. М. Хоен-Вронский, живший во Франции, оказал на него еще большее и более масштабное влияние. В 1810 году он заявил, что совершил грандиозное открытие, связанное с тем, что он достиг Абсолюта, знания высшей Истины. Проще говоря, он утверждал, что благодаря милосердию Господнему и при помощи философии математики Канта открыл основной закон мироздания. Как заключил Вронский, знание закона позволяет человеку использовать сенсорные ощущения в повседневной жизни для создания высшей реальности внутри ума. По его мнению, он в этом преуспел.

В час своей смерти Вронский не был столь популярен, но за год до нее он повстречал Леви. Леви на протяжении долгого времени искал истинного Учителя и нашел его в образе польского мессии, который произвел на него сильное впечатление. Вронский посвятил его в оккультизм, который, со слов Леви, был эффективным союзом магии и науки.

Элифас Леви обрел настоящую славу после публикации своих книг, которые принесли ему репутацию оккультного эксперта. В своих книгах он выдвигал огромное количество идей, которые переняло в наше время движение «Нью Эйдж». Его идеи о взаимосвязи всего существующего и астрального света как проводника между физическим миром и высшей реальностью больше всего поразили последующие поколения. Его книги служили доказательством того, насколько живо работало его исключительное воображение. В то же время он не уделял особого внимания правильности своих высказываний.

Он продемонстрировал свои известнейшие ритуально-магические операции во время первого пребывания в Лондоне. Леви повстречал там незнакомку, которая на тот период зарекомендовала себя как адепт магии. Она попросила его посредством ритуальных операций вызвать знаменитого мага Аполлония Тианского. Данный случай он подробно описал в своей книге «Учение о трансцендентальной магии».

Для совершения операции такого уровня требовалась особая подготовка, которая включала в себя двухнедельную вегетарианскую диету, семь дней быстрых и длительных медитаций на Аполлония, сопровождавшихся воображаемыми беседами с ним на различные темы. Подготовившись таким образом, Леви в белом одеянии вошел в ритуальную комнату. Его таинственная хозяйка повесила зеркала на все стены. В середине комнаты стоял стол, в роли скатерти служила овчина, на нее Леви поставил металлические тарелки, в которых тлел уголь. Затем он начал проводить вызовы Аполлония, которые, по его словам, длились на протяжении двенадцати часов.

Как утверждает Леви, его охватил озноб во время ритуала. После долгих призывов земля под ногами начала дрожать. Затем он увидел образ в одном из зеркал на стене. После того как Леви в третий раз попросил дух Аполлония материализоваться, тот появился перед ним, тощий и печальный, в сером длинном одеянии, закрывавшем голову. Призывающего одолел сильный страх, сопровождавшийся холодом. Он задал Аполлонию несколько вопросов. Впоследствии он так и не рассказал о том, какие же вопросы задал, но ответы на них были «смерть» и «мертвый». В один момент видение Аполлония коснулось магического меча, который Леви держал в руках. Его рука ослабла, и паралич руки продолжался на протяжении нескольких недель после той магической операции. Во время прикосновения он упал в обморок. Несмотря на этот неприятный опыт, Леви вызывал Аполлония еще несколько раз по особым случаям.

Леви заявлял, что он сталкивался не только с положительными сущностями во время ритуально-практической работы, но и с враждебными и злыми, которые оказывались нежеланными гостями во время таких операций. В качестве средства защиты, помимо молитвы и ритуального очищения, он использовал трезубец Парацельса. В своей книге «Учение о трансцендентальной магии» он сделал эскиз данного инструмента (с описанием, как его сделать, – см. текст ниже).

Неважно, действительно ли он выполнял описанные операции, главное то, что он оказал чрезвычайно сильное влияние на современников и оккультистов, которые впоследствии заняли его место. Он во многом повлиял на Булвера-Литтона, автора широко известной книги «Последние дни Помпеи». Герметический орден «Золотая Заря» перенял многие его популярные элементы учения, а Алистер Кроули, родившейся в год смерти Леви (1875), заявлял, что он является воплощением Элифаса Леви.

АЛИСТЕР КРОУЛИ И ХОРОН3ОН

Западная герметическая традиция отчетливо указывает на необходимость осознания негативных элементов в личности практикующего мага и их преодоления. Это достигается путем осознания зла внутри себя, его полного восприятия, что приводит к интеграции практикующего в целостное существо (см. главу, посвященную «Тени»).

В магических системах, использующих Древо жизни в качестве иерархической модели уровней развития, три верхние Сефирот отделены от семи нижних пугающей пропастью, которая носит название Бездны. На определенной стадии развития практикующий магию должен перейти эту пропасть. Это означает, что его личность полностью исчезнет, так же как и ее структура и защитные механизмы.

Среди последователей магии самый известный переход Бездны совершил Алистер Кроули в пустыне Алжира, рядом с городом Бу-Саада. В этом событии участвовал его последователь и «писец» Виктор Нойберг, магическое имя которого звучало как Omnia Vincam, что означает «Я все преодолею». Описывая данное событие в автобиографии, Кроули обозначает Нойберга инициалами О. V.

Целью данной опасной операции была встреча лицом к лицу с демоном Бездны по имени Хоронзон. В автобиографии под названием «Исповедь Алистера Кроули» маг описывает событие, произошедшее с ним в Алжире, рядом с городом Бу-Саада, и ставшее столь популярным в наши дни среди круга его приспешников.

«Мы отдалились от города глубоко в дюны. Я нарисовал на песке круг, предохраняющий писца, и треугольник, в котором смогла бы в достаточной мере проявиться Бездна. Мы принесли в жертву трех голубей – по одному на каждой из вершин, чтобы кровь птиц стала основой для телесной оболочки злых сил.

Обитатель Бездны носит имя Хоронзон, но он не является отдельным существом. В Бездне нет никаких существ: она наполнена всевозможными формами, они все без исключения пусты, но каждая, тем не менее, и есть зло в полном смысле этого слова – бесцельная, но злостная форма, стремящаяся стать реальной. Эти формы неосознанно превращаются в скопления дорожных пылевых дьяволов, и при каждом выпавшем случае они заявляют о своей индивидуальности, выкрикивая: „Я, ЯГ, и в то же время осознают, что их элементы на самом деле ничего не связывает, таким образом, даже малейшее волнение рассеивает эту иллюзию подобно наезднику, после которого они рассыпаются на землю песчаным дождем.

Хоронзон принимал различные формы перед Omnia Vincam, пока я, одетый в магический плащ с глубоким капюшоном, заслонявшим мое лицо, пребывал в стороне. Он перевоплощался в меня, потом в возлюбленную Нейберга, потом принимал облик змеи с человеческой головою и т. д. Он не мог произнести слово Бездны, поскольку там нет слов; его голос – безумное журчание огромного числа бессвязных возгласов, но в то же время каждая форма издавала звуки и действовала так, как будто подражала своей модели. Его главной целью было соблазнить О. V., чтобы тот пересек границы круга или его разорвал, для того чтобы вселиться в него и завладеть его жизнью. О. V. несколько раз оказывался на волосок от гибели, однажды Хоронзон торопливо начал свой долгий разговор, так что О. V. едва успевал за ним записывать и не заметил, как тот кинул горсть песка, чтобы разбить магический круг. Поток непристойной брани был выше его сил, сосредоточиться не представлялось возможным. Это походило на бессвязный набор выкриков, а затем внезапно, словно прочитав мысли О. V., демон начал цитировать Тома О’Бедлама[5]5
  Термин «Том О’Бедлам» использовался еще в период ранней Великобритании, а позже стал обозначать нищих и бродяг, которые имели или притворялись, что имели, психические расстройства.


[Закрыть].

Целостность круга была нарушена, и Хоронзон, приняв форму обнаженного дикаря, бросился на О. V. Он повалил его наземь и, с пеной во рту, пытался разорвать ему глотку своими клыками. О. V. воззвал к Богу и нанес удар демону магическим кинжалом. Устрашенный демон в корчах кинулся обратно в треугольник. О. V. снова пришел в себя. Хоронзон возобновил свою дикую брань, но продолжения не последовало. Он снова перевоплотился в возлюбленную О. V., всячески пытаясь его соблазнить. О. V. схватился за орудие, и разговор принял другой оборот. Он попытался подорвать веру О. V., его уважение по отношению ко мне, его веру в действенность магии и так далее. Но действие голубиной крови заканчивалось и не могло более поддерживать телесное воплощение демона. Треугольник опустел.

…Мы разожгли костер, чтобы очистить место ритуала и уничтожить магический круг и треугольник. Двухчасовое испытание крайне измучило нас как в физическом плане, так и по другим аспектам. Я едва помню, как нам удалось добраться до Бу-Саада».