Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXXХXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

– Так… кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? – спросил я, переводя взгляд с Дэна на римского посланника. – Желательно до того, как вы оба решите, что я и так всё знаю.

Дэн расплылся в улыбке и ткнул большим пальцем в сторону сухого мужчины.

– Не узнаешь его? – спросил он, явно наслаждаясь ситуацией.

Я еще раз присмотрелся. С виду человек, возраст которого определить трудно. Лицо у него было старое, спина прямая, движения спокойные. Хорошая одежда сидела на нем так, будто служила рабочей формой, а не парадным костюмом. Ни оружия, ни заметных защитных артефактов. Душа закрыта аккуратно.

Я зацепил ее краем восприятия и сразу остановился, силы там было немного.

– Первый раз вижу, – ответил я, покачав головой.

– Возможно, вы не пересекались лично, – Дэн потер подбородок, – хотя слышать ты о нем точно должен был. Это…

– Господа, – вмешался римлянин, положив на стол тонкую папку, – документы и переговоры имеют с хорошим вином мало общего, и от ожидания они не становятся лучше. Обычно за это время меняются условия и прибавляются люди, которые хотят получить свою долю.

Дэн посмотрел на него, потом на меня.

– Слушай, он и раньше так разговаривал? – спросил я у брата, кивнув на гостя.

– Раньше еще хуже, – ответил Дэн и уселся на край стола. – Сейчас он хотя бы не начал с вопроса, кто из нас здесь действительно принимает решения.

Римский посланник слегка повернул голову.

– Вопрос уже получил ответ, – произнес он, оглядев Лизу, меня и самого Дэна. – Решения принимают трое, но отвечать за последствия придется большему числу людей.

Министр иностранных дел тихо положил перо. Наверное, решил, что записи можно сделать и позже, когда пальцы перестанут дрожать.

– Ладно, – Дэн хлопнул ладонями по коленям и поднялся. – Он прав, надо двигаться, я здесь и так задержался. В Крепости переживают, что Многомерная снова захлопнет этот мир и оставит меня вместе с вами.

Вот теперь мне стало не до веселья. Если Землю закроют, пока внутри находится Дэн, плохо станет всем.

У темных существ имелось удобное свойство. Их энергия цеплялась к миру, расползалась по нему и заражала всё вокруг, зато почти не давила весом.

Сила Великого Охотника держалась иначе. Каждый такой брат приносил с собой готовый кусок законов, память тысяч сражений и столько энергии, что молодому миру требовалось время даже на знакомство.

Земля пока осваивала сам контейнер со снаряжением. Дэн ходил по ней, как склад с очень плохо закрепленными полками.

– Согласен, – сказал я, посмотрев на тонкие линии, которые уже проступали под его сапогами. – Если тебя здесь закроют, врагам будет весело, а вот планете такое не понравится.

– Вот и я о том, – Дэн провел ладонью по пространству.

Перед ним раскрылся портал из синей энергии. За овальным проходом виднелся строгий каменный коридор Первой Крепости, знакомые печати на стенах, двое молодых братьев вдалеке.

Один из них увидел Дэна и сразу выпрямился.

– Пойдем, – предложил Дэн, указав на портал. – Там и поговорим, заодно покажем гостю, куда он так просился.

– Мы еще вернемся к вопросу, откуда он тебя знает, – предупредил я, подходя к проходу. – Первым делом спрошу Марка Аврелия, кого он сюда отправил.

Римлянин встретил мой взгляд спокойно.

– Император ответит, – произнес он, придерживая папку двумя пальцами. – Марк Аврелий редко скрывает причину решения от тех, кого это решение касается. Время разговора он оставляет за собой.

Хитрая старая душа, но лезть глубже я не собирался. Человек ясно дал понять, что не хочет превращать знакомство в допрос.

Что ж, имеет право. Я бы на его месте тоже не обрадовался, если бы неизвестный мужик полез в голову сразу после приветствия.

До портала оставалось два шага, когда Лиза оказалась рядом и ухватила меня за рукав.

– Саша, это катастрофа, – прошептала она, наклонившись к моему плечу. – Его нельзя отпускать туда одного. Это Макиавелли. Я слышала много разных историй. Российская Империя обязана участвовать в этих разговорах.

– Ты понимаешь, что тебя здесь слышат минимум двое? – так же тихо спросил я и кивнул на Дэна с Макиавелли.

– Трое, – сообщил Хрулев, подняв руку со своего места.

Лиза покосилась на старого Истребителя.

– Плевать! – прошипела она, продолжая держать мой рукав. – Меня министры сожрут. Рим получит прямой выход на Орден, а мы останемся с красивой грамотой и двадцатью тремя договорами, половину которых этот безумец подписал не читая. Сделай что-нибудь.

– Почему сразу безумец? – возмутился Дэн, не закрывая портал. – Я всё подписал с полным пониманием последствий.

– Вы ни одной страницы не прочли, – напомнил министр иностранных дел, прижав ладонь к верхней папке.

– Именно поэтому понимание осталось полным, – ответил Дэн и улыбнулся министру, а тот открыл рот, подумал и закрыл.

Я посмотрел на Лизу. Она была права. Отпустить Макиавелли в Первую Крепость одного означало подарить Риму преимущество, которое потом придется выкупать золотом и услугами. Марк Аврелий подобрал посланника грамотно. Человек всё ещё стоял в зале, а Российская Империя уже боялась того, что он скажет в Крепости.

Тянуть Дэна тоже нельзя.

– Закрой пока проход, – попросил я брата и протянул руку Лизе. – Дай мне планшет.

Дэн без вопросов сомкнул портал и занял кресло напротив трона.

– Я подожду, – согласился он, вытянув ноги. – Цену для Земли ты знаешь.

– Знаю, – ответил я, поймав брошенный Лизой планшет.

Карта «Колизея» открылась сразу. Зеленых точек стало больше. Желтые постепенно гасли. Две красные цели уже приняли группы зачистки. На южном краю одного материка мигала новая отметка, которой пять минут назад еще не было.

Я увеличил изображение. Шесть темных богов вошли одним переходом. «Колизей» поймал весь узел и стянул их в общую чашу. Теперь гости лупили по стенам с разных сторон, пытались разнести управляющие опоры и ругались друг с другом. Судя по картинке, один уже лишился половины тела, остальные совсем не спешили ему помогать.

Расчетная группа доберется через одиннадцать минут.

У арены было максимум семь.

– Нашел тебе разминку, – сказал я, разворачивая планшет к Дэну.

Он посмотрел на шесть меток и укоризненно поднял бровь.

– Всего шесть? – спросил брат, поднимаясь с кресла. – Раньше ты уважал старших.

– Один для разминки, шесть от скуки, – пояснил я и позвал: – Шнырька!

Мелкий свесился с имперского герба под потолком. Всё это время он сидел там, жевал мороженку и слушал переговоры.

– Ш-ш-шта? – спросил он, небрежно вытирая лапу о морду медоеда на гербе.

– Покажи нашему дипломату, где находится эта чаша, – попросил я и указал на планшет. – Пусть разомнется перед дорогой.

– Я боевой представитель Ордена, – поправил Дэн, подходя к Шнырьке. – Дипломатия у меня идет дополнительным навыком.

– Мы заметили, – сказала Лиза, отпуская мой рукав.

Шнырька коснулся лба Дэна и передал маршрут. Синяя искра прошла по глазам брата. Он увидел координаты, состояние чаши и тех, кто сидел внутри.

– Без проблем, – сказал Дэн, разминая плечи. – Вернусь быстро. Гостя не отдавайте, он мне нужен целым и разговорчивым.

– Постараемся, – пообещал я, наблюдая, как он открывает новый проход.

Дэн шагнул в синеву. На той стороне мелькнула чаша «Колизея», затем портал закрылся.

В зале стало тихо. Макиавелли дождался, пока исчезнет последняя синяя искра, и повернулся к Лизе.

– Ваше Императорское Величество, – произнес он, поправляя край рукава, – раз присутствие Рима в будущем союзе вызывает у вас такую тревогу, мы можем пересмотреть условия нынешнего договора между нашими Империями. Я снова нахожусь на службе и уполномочен вести переговоры.

Лиза замерла.

– Нет, – сразу ответила она и выпрямилась. – Действующий союз нас полностью устраивает.

– Рад это слышать, – сказал Макиавелли и открыл свою папку. – Ваши министры долго спорили по двум пунктам и оставили за собой право вернуться к обсуждению. Я решил, что подходящий случай наступил.

Министр иностранных дел начал бледнеть второй раз за последние пять минут.

– Случай не наступил, – отрезала Лиза, глядя на римлянина. – По обоим пунктам порядок. Российская Империя выполняет договор целиком.

– Тогда я передам Марку Аврелию, что Петербург считает разногласия исчерпанными, – сказал Макиавелли и закрыл папку.

– Именно так и передайте, – подтвердила Лиза, хотя в ее глазах уже разгорался Огонь.

Римлянин слегка склонил голову. Всё, он получил от Императрицы то, чего прежние дипломаты добивались долгими спорами. Одна спокойная фраза, папка, которую он даже не раскрыл на нужной странице, и вопрос закрыт в пользу Рима.

Я вздохнул, ведь понятия не имею, что это за тип. Чуйка моя сейчас советовала держать рот закрытым и думать над каждым словом. Сила у него оставалась человеческой, но опасность сидела в уме.

С Бездной приходилось так же. Она могла спросить, нравится ли тебе погода, а спустя десять минут оказывалось, что ты согласился участвовать в войне двух планов, которых никогда не существовало, но теперь вот они есть. Макиавелли действовал спокойнее. Он оставлял собеседнику выбор и заранее знал, что получит при каждом ответе.

Я посмотрел на свободное место рядом с собой. В такие разговоры без Анны не полезу.

Макиавелли перевел взгляд с Лизы на меня.

– Великий Охотник, – обратился он, убирая папку под локоть, – пока ваш брат занят, мы можем обсудить порядок визита в Первую Крепость.

– Не можем, – ответил я и вернул планшет Лизе.

– Тогда, может, мы сможем обсудить закупки Римской Империей оружия, которое вы производите? – кажется, нашел он новую жертву.

– Нет! – слегка подумав, ответил ему. – Думаю, это сейчас исключено.

Звучало, кстати, грубо, но я не боялся его. Скорее, я опасался, что моя жена потом спросит с меня за каждый договор. А еще Сару Абрамовну, которая снова меня поцом назовет.

Макиавелли не обиделся.

– Что нам мешает? – спросил он, внимательно глядя на меня.

– Моя жена еще не пришла, – пояснил я и оперся ладонями о стол. – Пока Ани здесь нет, я ничего не обсуждаю, не подписываю и никого никуда не веду.

Хрулев одобрительно хмыкнул.

Лиза облегченно выдохнула. Министр иностранных дел прикрыл глаза, словно ему только что пообещали подкрепление.

Макиавелли задержал на мне взгляд.

– Позовите ее, – предложил он после короткой паузы. – Думаю, мы успеем провести беседу и прийти к решению, которое устроит всех и принесет благо в наши земли.

– Увы, но моя жена сейчас находится в Многомерной и не может прибыть сюда.

– Прискорбно и в то же самое время обнадеживающе, – сказал он так, словно вообще не видел никаких проблем, а затем добавил: – Если волей случая я встречу вашу жену, то смогу стать инициатором этого диалога?

Вот тут я не выдержал и заржал.

– Сможешь, конечно! – без всяких проблем дал ему зеленый свет. – Даже не так, хоть на двести лет вперед можете договора заключать.

Он кивнул. А я понимал, что этот тип попал. Он даже не представляет, на кого лезет. Если там еще Сара Абрамовна будет, тогда боюсь, что Римская Империя будет очень удивлена, увидев те договора.

Ладно, пора в дорогу за Бухичем, ведь именно его я собираюсь отправить, он как-никак тоже императорских кровей. Вот пусть и представляет Империю!

Мир Земля

Каргаш Темный Бог

Каргаш попал не туда. Он понял это еще до того, как закончилось воплощение. Вместо выбранного города вокруг поднялись каменные стены огромной чаши. Над головой горело чужое солнце, под ногами лежал серый песок, а по краю арены вспыхивали знаки именно человеческой работы.

Каргаш осмотрелся всеми глазами сразу. Пять его копий стояли вокруг, и каждая из них сохранила связь с основой, каждая держала свою часть силы. Для наблюдателя здесь находились шесть темных богов. Даже защита мира посчитала их отдельными сущностями и разнесла метки по разным секторам.

Прекрасно, перехват сработал в последний миг. Он уже почти добрался до города. Каргаш успел рассмотреть крыши, широкую реку и дворец на холме. Потом путь дернуло в сторону, будто кто-то ухватился за шкирку и бросил сюда. Обиднее всего оказалось другое, он не смог вырваться.

Каргаш заранее изучал ловушки этого мира. Слабые смертные собирали артефакты, возводили барьеры и надеялись, что камень защитит их от богов. Обычно такие надежды жили до первого удара.

Здешняя чаша держалась.

– Ну ладно, – произнес Каргаш, расправляя четыре крыла. – Поиграем по правилам людишек.

По его воле пять копий двинулись к границе. Одна ударила копьем в купол, вторая выпустила темную волну. Остальные выбрали свои участки и принялись за работу одновременно.

Барьер прогнулся. На поверхности появилась трещина, которая сразу затянулась. В ответ загорелись внешние узлы. Каргаш увидел, как в них собирается энергия будущего удара.

Чаша готовилась защищаться. Хорошая работа. Людишек следовало похвалить перед смертью.

Каргаш Шестиликий родился с редким даром. Другие боги создавали аватары далеко от основной оболочки. Один ходил по миру, пока хозяин сидел в своем храме и принимал жертвы. Две полноценные формы рядом начинали мешать друг другу. Связи путались, сила давила на пространство, а потом мир выбрасывал лишнее тело.

У Каргаша всё работало иначе. Шесть оболочек составляли единое существо. Он смотрел шестью парами глаз, думал сразу в шести головах и мог распределять между телами любой объем силы. Обычно копии уходили в разные миры, собирали последователей и расширяли владения хозяина. Сегодня они пришли вместе. В этом и заключался план.

Земля оставалась слабой. Она не выдержала бы Скульптора. Васбагор продавил бы ее основу одним присутствием, Рексаю хватило бы нескольких часов чтобы сломать мироздание. Даже Каргаш в полном воплощении оказался для планеты слишком тяжелым.

Поэтому он разделился. Каждая его оболочка несла шестую часть силы. Мир увидел шесть приемлемых противников и впустил всех. Каргаш обошел ограничение, которое останавливало сущностей выше него.

Он взломал Землю. Уже за одно это Скульптор наградит его. А если удастся ослабить Сандра, награда станет еще более достойной. Темные боги решили давить количеством. Пусть Охотник убивает оболочки, тратит силу и бегает между континентами. Десять таких схваток его вымотают, а сотня заставит ошибиться.

Каргаш мог встретить его один и тогда все шесть его тел сольются за миг. Мир не успеет вытолкнуть воплощение, а короткого боя хватит, чтобы убить ослабленного Охотника или оставить на нем рану. Уйти тоже получится. Пять внешних якорей уже ждали приказа.

Очередной удар копий прошел по чаше. Купол дрогнул, на внешнем кольце вспыхнул красный знак.

Каргаш поднял ладонь. Аватары остановились.

– Хватит, – приказал он, рассматривая защиту.

Он мог и не говорить этого, но для наблюдателя до конца играл свою роль шести слабеньких божков.

Барьер почти дошел до предела. Еще один общий удар вскроет оболочку. Следом сработают накопители, и вся собранная сила войдет в точку прорыва. Одна копия, правда, погибнет, но эта потеря не смертельная, только глупая.

На создание каждого тела ушли годы жертвоприношений. Разменивать такой запас на человеческую стену Каргаш не собирался. Лучше вызвать Охотника. Земляне наверняка следили за ареной. Трансляция шла через каждый узел, он уже обнаружил наблюдающие артефакты. Значит, его слова точно услышат.

Каргаш вышел в центр чаши. Пять аватаров встали за спиной, расправив крылья. Над каждой головой зажегся темный круг.

Сейчас он выглядел достойно.

– Охотник! – позвал Каргаш, усиливая голос божественной мощью. – Мы пришли за тобой! Подойдешь ли ты сам или снова станешь прятаться за смертными?

Ответа не последовало. Тогда Каргаш прошел вдоль стены. Песок плавился под его сапогами.

– С каких пор Охотники бегают от Тьмы? – продолжил он, подняв голову к наблюдающим кристаллам. – Наверное, с того дня, когда ваш Орден понял, что его время закончилось!

По барьеру пробежала рябь. Кто-то снаружи усилил передачу.

Слушают, понял он и обрадовался. План работает. Отлично!

– Пока ты заперт здесь, наши армии идут к Первой Крепости! – прокричал Каргаш, разводя руки. – Мы вырежем твоих братьев и развесим их души в садах Скульптора! Молодых отдадим низшим богам. Старых пустим на корм тем, кто еще не заслужил собственного имени!

Один из аватаров засмеялся. Остальные подхватили, и шесть голосов прошли по чаше. Каргаш вошел в азарт, но Сандр не появлялся. Значит, он ослаблен, возможно, уже ранен после предыдущих боев. Либо он сидит в своей усадьбе и понимает, что против Шестиликого шансов нет.

Эта мысль ему понравилась.

– Сандр! – Каргаш остановился напротив главного кристалла. – Я слышал, ты называешь себя Великим Охотником! Приди и докажи! Или твои жены воспитали из тебя домашнего пса?

Синяя линия разрезала пространство. Каргаш замолчал. В центре арены открылся портал. Из него вышел худощавый мужчина неопределенного возраста. Обычная одежда, мягкие сапоги, никакого доспеха. Он оглядел чашу, заметил шесть фигур и покачал головой.

– Ну, кто тут меня ждал? – спросил пришедший, поправляя рукав.

Каргаш усмехнулся. Сандр все-таки явился. Выглядел Охотник хуже, чем рассказывали. Силу свою почти не показывал, возможно, он скрывал остатки, надеясь на внезапный удар, но не поможет ему это.

– О-о-о, ты пришел, трус! – Каргаш сделал шаг навстречу и развел нижнюю пару рук. – Я уже решил, что Охотникам запретили умирать достойно.

Мужчина посмотрел на него с легким удивлением.

– Трус? – переспросил он, указав пальцем на себя.

– Мы покажем, чего стоит ваш Кодекс! – объявил Каргаш, поднимая все пять аватаров в воздух. – Сегодня Скульптор получит душу Великого Охотника!

Пришедший еще раз огляделся.

– А поговорить? – спросил он, убирая руки в карманы.

Каргаш рассмеялся. Сил ему хватит, он видел это ясно. Защита Охотника плотная, однако предела в ней не ощущалось. Значит, человек истощен и пытается скрыть пустой резерв. Один полный удар решит всё.

Каргаш дал приказ. Пять аватаров тут же сорвались со своих мест. Он мог бы еще потратить время на подготовку, но азарт… Он был слишком силен! Ведь Сандр был тем, кто отделяет всех их от награды. Этот Охотник был слаб, но всегда выкручивался и мешал им, и если он его убьет, война окончена. А если ранит, то сохранит им десятки годов. Тогда он станет знаменит и уважаем! Одна смерть, и всё будет решено!

Первая оболочка вошла в хозяина через спину. Следующая растворилась в правом плече. Остальные превращались в темные потоки и вливались один за другим.

Чаша застонала. Камень под Каргашем провалился. Тело выросло до двенадцати метров, грудь закрыли пластины божественной брони. Вокруг головы появились еще пять лиц. Четыре крыла распахнулись от стены до стены. Над ними вращались черные круги, наполненные силой разрушенных храмов.

Шесть сердец ударили одновременно. По арене прошла волна, а барьер снаружи сменил красный цвет на черный.

Каргаш собрал всю мощь в правой руке. Пальцы срослись, кость вытянулась, и конечность превратилась в копье. На наконечнике вспыхнуло пламя, которым однажды прожгли защиту древнего мира.

– Смотри внимательно, Охотник! – проревел Каргаш, отводя копье назад. – Так погибнет твой Орден!

Человек не сдвинулся, даже руки не вытащил из карманов.

Каргаш ударил. Так, как не бил никогда ранее, вкладывая в этот удар даже частичку своей души, чтобы он вышел посильнее.

Копье прошло через арену быстрее звука. Песок разошелся широкой бороздой, купол выгнуло наружу. Вся сила шести тел собралась на кончике.

Попал! Лицо Охотника начало распадаться. Частицы плоти поднялись с кожи и растворились в синем свете. Следом исчезло плечо, и по груди пошла рябь.

Каргаш победно оскалился. Получилось!

Он пробил защиту Великого Охотника одним ударом. Убил Сандра на его же планете. Скульптор назовет его имя перед всей Ратью. Васбагор с Рексаем склонят свои головы.

Внезапно синяя вспышка ударила ему в глаза. Каргаш ослеп. Радость продержалась несколько мгновений, а потом пришла боль. Та рука, которой он бил, исчезла до плеча.

Каргаш отшатнулся и попытался восстановить конечность. Энергия послушно пошла к ране, уперлась в чужой след и сгорела.

Затем зрение вернулось к нему. Охотник стоял на прежнем месте. Целый. Синяя пыль вокруг него оседала и втягивалась обратно в защиту.

Каргаш понял. Он принял внешний слой ауры за плоть. Его лучший удар снял первую оболочку и растворился. Человек же достал руки из карманов. Теперь Каргаш увидел силу и пришло осознание. Такого быть не может! Его сила не давила на арену, не растекалась по барьеру. Вся она находилась внутри и ждала, пока хозяин разрешит ей двигаться. Так держат заряженное орудие в крепости, где стены построены вокруг ствола, вот только орудий там были тысячи, и каждое успело выстрелить столько раз, что память об убийствах стала частью металла.

Охотник поднял голову.

– Значит, будете резать нас, как собак, и кормить нами низших темных богов? – спросил он, медленно растягивая губы в оскале. – Я правильно услышал?

Каргаш попятился. Сандр не мог обладать такой силой. Его душа описывалась иначе. Океан, спрятанный в человеческом теле. Здесь же стояло существо, которое не прятало ничего. Оно просто удерживало себя, чтобы случайно не разнести арену.

– Ты… – Каргаш выставил уцелевшие руки и начал открывать якоря. – Ты не Сандр!

Синие знаки перекрыли все выходы раньше, чем он закончил.

– Наблюдательный, – сказал Охотник, делая первый шаг.

– Но здесь должен быть один Охотник! – Каргаш собрал силу в груди и отступил к стене. – Этот мир не выдержит второго! Ведь ты…

Договорить он не успел. Охотник исчез, а затем… Ладонь легла Каргашу на лицо. В тот же миг шесть его сердец сбились с ритма. Общая основа, которую он веками делил между аватарами, сжалась в одну точку. Внешние якоря погасли. Связь со Скульптором оборвалась так легко, будто ее перерезали обычным ножом.

Каргаш попытался ударить, но его тело не слушалось. Пальцы Охотника держали кожу. Сила держала всё остальное – память, божественную основу и каждую частицу, из которой можно восстановить аватар. Внутри него впервые поднялся настоящий ужас.

Каргаш соприкасался с Верховными Сущностями, стоял рядом со Скульптором. Он слышал голоса тех, чьи имена разрушали слабые души. Но ничего подобного он раньше не встречал. Возможно, потому что не был так близок к смерти, как сейчас, и не мнимой, а настоящей, где даже душа не найдет своего пути на перерождение.

Охотник мог раздавить его прямо сейчас и даже не заметить потери энергии. Хуже того, он пока этого не делал. На дне чужой силы сидело веселье человека, которому очень понравилась угроза.

– Пойдем, разговорчивый, – произнес Охотник, крепче сжимая пальцы. – Братьям тоже нравятся свежие анекдоты.

Пространство раскрылось синевой. Каргаша протащили через переход лицом вперед. Миры мелькнули за долю мгновения. Чужая рука не отпускала, а его тело уменьшалось, пока снова не приняло человеческий размер. Охотник сжал божественную основу так, чтобы она поместилась в оболочку.

Каменный пол встретил Каргаша жестко. Он прокатился несколько метров, затем ударился плечом о лавку и замер.

Вокруг сидели люди. Длинный зал, простые столы, такие же лавки. Мужчины ели из широких мисок, переговаривались и передавали друг другу хлеб. Одеты многие были как обычные рабочие. У одного рукава закатаны до локтей, второй пришел в комбинезоне, третий держал ложку рукой, покрытой свежей каменной пылью.

Каргаш поднял свой взгляд. Люди перестали есть, правда, не все сразу. Сперва ближайший стол, потом следующий. Кто-то продолжал жевать, рассматривая гостя. Старик с густой бородой придвинул миску подальше, чтобы Каргаш случайно не испачкал обед.

Души… Каргаш попытался сосчитать присутствующих и бросил подсчет уже после первых десяти, ведь каждый из них был Охотником.

Тот, кто притащил его сюда, вытер ладонь о штаны и указал на Каргаша братьям.

– Вот он обещал вырезать наш Орден и скормить нас низшим темным богам, – сообщил Охотник, поправляя воротник.

Каргаш посмотрел на длинные столы с ужасом. Кто-то положил ложку, а кто-то уже улыбался.

Охотник развернулся к порталу.

– Ладно, пожалуй, я пойду, – добавил он, махнув братьям рукой. – У меня там дипломатическая миссия.

А Каргаш подумал о смерти, и впервые она показалась ему вполне достойным выходом…