Текст книги "Зодчий. Книга VI (СИ)"

Автор книги: Юрий Погуляй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

– Лишь бы работало, – спокойно заметил я. – Уже завтра ей станет легче, вот увидите.

– Это варварство, сёстры. Настоящее варварство! – воскликнула самая молодая с негодованием. – Насмешка над силой Господа и его волей!

– Дайте один день, сёстры, и вы уверуете, – Ирина не сводила с меня обожающего взгляда, от которого стало совсем неловко. Я допятился до двери, кивнул на прощание и выскочил наружу.

Несколько секунд приходил в себя, после чего попросил Черномора показать мне запись произошедшего в церкви. Как это мой ИскИн сумел вывести отца Игнатия из себя, интересно.

– Я сам хотел вам предложить это, Хозяин. Вероятно, мной были допущены некоторые неточности в передаче информации, – сказал виртуальный помощник перед тем, как загрузить видеопоток. – Вы знаете, что я открыт к критике. Которая меня, наверняка, убьёт, но без неё нет развития, вы же понимаете. Хотя что это изменит…

Я шёл по дорожке к яме с Земляным, молча кивая. Но когда увидел, что показал мне Черномор – остановился. В церкви отца Игнатия было многолюдно. Сам священник стоял возле алтаря, читая молитву. Его помощники послушно вторили ему, а паства непрестанно крестилась, повторяя ключевые слова.

Фигура Черномора появилась внезапно. Огромная, заполняющая весь зал и закрывающая иконостас. Перст седобородого колдуна, в глазах которого сверкали молнии, указал на застывшего отца Игнатия.

– Хозяин взвывает к тебе и к твоей иконе из порченого золота! – прогрохотал голос, от которого молящиеся попадали на колени, неистово крестясь. – Поспеши!

С дымом и прочими визуальными и звуковыми эффектами Черномор исчез.

– Хм… – только и сказал я.

– Я опять что-то сделал не так? – обречённо уточнил тот. – Мне казалось, что так будет гораздо значительнее. Людишки любят значительное, разве не так.

– Люди.

– Конечно, люди. Простите за эту оплошность, больше не повторится, – сказал он и нахмурился, словно словил дежавю.

– Постарайся обходиться без спецэффектов при появлении в церкви, хорошо? – попросил я.

– Записано, Хозяин! – бодро отчитался Черномор и исчез, а я дошёл до места короткого боя.

Священник с мрачным видом возвышался над притопленным в земле «канадцем», рядом с ним водитель осторожно заглядывал в яму.

– Простите, отец Игнатий, за это недоразумение в церкви, – искренне попросил я. – Но это был вопрос жизни и смерти.

– У нас больше нет икон с влиянием на Скверну, ваше сиятельство, – вздохнул он. – Ни одной.

– Разберёмся, отец Игнатий. Не волнуйтесь.

Когда полиция забирала Земляного, который так и не пришёл в себя, я уже сделал несколько звонков. Госпиталь под Ямбургом почти опустел, там остался последний барак, где долечивались самые тяжёлые. Однако, по всем прогнозам, уже через два дня их тоже собирались выписывать. Все мои артефакты, охраняемые спецназом откомандированным лично Ланцовым, обещались подготовить к отправке в ближайшее время. Представитель Карантинной Службы разговаривал со мной с таким почтением, словно я лично выслал их начальство пинком под зад в сторону Османских Княжеств.

За иконами я отправил нескольких гвардейцев во главе с более или менее пришедшим в себя Волгиным. Если всё пройдёт хорошо, то уже послезавтра привезут сокровища обратно.

Также я дозвонился до Орлова, уточнить новости по Ярославлю, и убедиться, что на этот раз наши сигналы не завязли в бюрократической каше. По каналам графа информация тоже ушла и была воспринята со всей серьёзностью. Однако я всё равно с некоторым опасением отслеживал новостные ленты, ожидая дурных известий из далёкого города.

Последний звонок я сделал Паулине.

– Миша-Мишенька! Ты совсем про меня забыл, – радостно сказала она в трубку, хотя мне показалась некоторая натянутость в её голосе. – Прошу, скажи, что ты звонишь не по делу? Мы отдалились, но, кажется, я знаю, как всё исправить. Как насчёт бокала морса и хорошего ужина за счёт заведения? У меня сегодня есть кое-что интересное из грузинской кухни. Этот вечер у тебя не занят? Прошу, скажи, что не занят!

– Я только что сдал в полицию некоего Андрея Земляного, Паулина, – не ответил я. – Думаю, ты знаешь его. И нам стоит поговорить.

– Не на территории Конструкта, – через паузу ответила Князева, тон её изменился, став усталым и решительным.

– Договорились. Я отправляюсь в форт Вепря. Там есть место, где нам никто не помешает.

– Ты будешь один? – немного встревоженно спросила она.

– Да.

– Хорошо.

Глава 17

Людей в форте охотников стало побольше. За пределами укреплений появились навесы для машин, да и самой техники прибавилось. В основном простая, которую можно починить ударом кувалды и крепким ругательством, но мне попался и экзотический вариант – семиместный «Владик» на усиленной подвеске. Огромные колёса на внедорожной резине, шноркель и окрас в бело-чёрный камуфляж. Борта замызганы грязью, а значит, машина не для эстетики здесь. Рабочая. Видимо, кто-то из свежего пополнения.

В форте становилось тесно, ничего не скажешь. Когда я входил в ворота, то навстречу мне выехало двое охотников на конях. Этих воинов я не знал, но оба мне кивнули в приветствии. Я обратил внимание на рыжие нарукавные повязки. Что-то новенькое. Внутри мне попался плакальщик Сухой, занимающийся с несколькими подростками на импровизированной арене. Угол сталкеров отгородился от всех стенкой из свежих досок, выкрашенных в голубой цвет с распашной дверью по центру. Над последней красовалась вывеска с аккуратно выведенным названием: «Отдел нетворческих изысканий и ярких впечатлений». Крышу пристройке тоже сделали хорошую, из красной металлочерепицы.

Дверь оказалась открыта, и я вошёл в тёплое помещение, где шумел обогреватель. На стенах красовались фантастические пейзажи, распечатанные откуда-то из сети. Стойка с цветами. Компьютер, шкаф. Дальше в помещения вела ещё одна дверь. За столиком напротив входа расположилась женщина в роговых очках. Увидев меня, она расплылась в широкой улыбке.

– Здравствуйте-здравствуйте! Геннадий Петрович, если не ошибаюсь? – женщина торопливо поднялась, скользнула ко мне навстречу. – Вы рано! Кофе, чаю?

Поправлять её я не стал, заинтересованный. Окинул взглядом пристройку. Сделано добротно, хоть и на скорую руку. Мне не стоило ни копейки, что прекрасно, и здесь проявлена инициатива – а это я вообще всецело уважаю. То, что Глебов организовал небольшое дело – мне известно, и мешать ему я не собирался. Туристы – это прекрасно. Пока они не мрут на вверенных мне территориях, конечно.

– Ваш проводник должен прибыть с минуты на минуту, – с сокрушённым видом сообщила администратор. – Случилась небольшая задержка. Но мы можем оформить все необходимые бумаги сейчас, чтобы потом не тратить ваше драгоценное время. Прошу вас!

Стул возле столика женщины был крепкий и удобный. Я молча сел и сразу же получил несколько документов.

– От вас потребуется семь подписей и задаток.

Бегло просмотрев бумаги, я хмыкнул. Кто бы их ни составлял, а юридическую сторону он оформил как надо. Что бы ни случилось потом с подписавшим – ответственности компания «Кордон» не несла. Сумму обещали приличную.

– Если у вас есть какие-то вопросы, я с радостью на них отвечу! – по-своему оценила мою заминку барышня.

– Где сам Глебов? – командир сталкеров развернулся на полную, конечно.

– К сожалению, Мстислав Викторович сейчас недоступен. Но, уверяю вас, я всецело компетентна во всех вопросах. Ваш маршрут будет незабываемым, особенно сейчас. В это время года краски в Ржавой Чаще изумительные.

– Вы сами там были? – поинтересовался я.

– Нет, – честно призналась женщина. Над её головой горела зелёная плашка по безопасности, да и вся информация по Ольге Валерьевне Голотвиной у меня была. Супруга одного из новых охотников, переехала вместе с мужем. В моих краях меньше месяца, а работу себе нашла. Ржавая Чаща находилась совсем рядом. Место безобидное, но всё же находилось на территории Изнанки.

– А мой проводник, он будет один?

– Согласно контракту, Геннадий Петрович. В моих бумагах сказано, что вам нужен один человек сопровождения, – нахмурилась Ольга.

– В Изнанку с одним человеком сопровождения? А если вдруг монстры?

Лицо женщины стало чуть жёстче, но вежливости представительница «Отдела нетворческих изысканий» не растеряла.

– Дополнительная охрана стоит дополнительных денег, Геннадий Петрович, и такие ресурсы необходимо заказывать заранее. Но не волнуйтесь, вы находитесь на землях графа Баженова, и его сиятельство собрал здесь лучших специалистов по борьбе со Скверной. Прославленные Охотники постоянно патрулируют окрестности.

Она ободряюще улыбнулась:

– Всё будет отлично, Геннадий Петрович. С вами идёт первоклассный специалист. Один из лучших наших проводников, знающих приграничье как свои пять пальцев. Просто выполняйте все его рекомендации и получите те впечатления, ради которых приехали.

– Я заинтригован, – заметил я.

Особенно с учётом того, что все сталкеры были отправлены на поиски нового Колодца или же концентрата. Откуда у нас тут свободные проводники для утоления коммерческой жилки Глебова?

В дверь постучали. После чего на пороге появился мужчина лет пятидесяти в охотничьем костюме. Лицо его раскраснелось.

– Здравствуйте. Разрешите представиться, Геннадий Петрович Букин. У меня тут назначено было.

Костюм явно был новый и, скорее всего, с него даже бирку не срезали. Ольга Валерьевна посмотрела на меня с недоумением.

– Граф Баженов к вашим услугам, – отрекомендовался я.

Кровь схлынула с лица женщины.

– Ох… Ваше сиятельство, я… Я не знала.

Я медленно поднялся из-за стола, приглашая Букина.

– Прошу, Геннадий Петрович.

Тот пошёл пятнами, глаза его засверкали.

– Ваше сиятельство, это такая честь. Такая честь! Клянусь, был бы я чуть помоложе, то всё бы бросил и сюда перебрался. Великое дело делаете. Величайшее! А мне бы хоть глазком посмотреть. Всю жизнь прождал. Думаю, вот, пора бы и осмелиться хоть на что-то!

Я ободряюще улыбнулся, попрощался с оторопевшей Голотвиной и вышел на улицу. Передо мной застыл парень с походной тёплой одежде, на голове тяжёлый капюшон с элементами маскировки, за спиной лук с зачарованными стрелами.

– Здравствуй, Игнат, – вспомнил я имя юноши. Один из тех ребятишек, которых мы вытаскивали из Изнанки. Оклемался, значит, и выбрал себе дорогу. Вот только…

– Ваше сиятельство, – торопливо поклонился юноша. – Дядя Мстислав сказал… То есть Мстислав Викторович говорили, что вы против того, чтобы мы ходили туда… Но я только в безопасные места вожу! Проверенные.

– Там, где есть Скверна – нет безопасных мест, – сказал я. – Впрочем, я тебе не нянька. Просто будь осторожен. Если на моих землях начнут гибнуть туристы – я не посмотрю на условия ваших контрактов. Спрошу лично. По всей строгости.

Он торопливо забормотал:

– Ваше сиятельство, там нет ничего. Просто лес чудной. Всё уже излазал, карту ловушек составил, вешки проложил. Там по Изнанке путь метров сто, и охотничий патруль рядом проходит. То, что там Ольга Валерьевна заливает клиенту, так-то их дело. Мы же всё понимаем. Я его вымотаю ещё до подхода. Всё будет отлично, ваше сиятельство, не извольте беспокоиться.

Я промолчал откланявшись. Запрещать не стану. Всё-таки они выросли здесь, в условиях поиска и охоты в запретных землях. Это их жизнь.

Паулина появилась в форте охотников эффектно, однако скорее благодаря сопровождающей её Тени. Последняя, едва прошла ворота, оказалась в окружении женщин Вольных и смущённо улыбалась знакомым. Князева увидела меня, наклонилась к бывшей охотнице, сказав той что-то на ухо, а затем двинулась навстречу.

Походный костюм никоим образом не прятал фигуру Паулины, а напротив, подчёркивал формы. Глаза хозяйки трактира были серьёзны и смотрели прямо, без привычной хитринки.

Юноши и мужчины в лагере украдкой провожали Князеву зачарованными взглядами, а та двигалась плавно и маняще, будто дразня их.

– Ваше сиятельство, – чуть поклонилась Паулина, когда приблизилась. – Я вся ваша. Хоть и немного не в том смысле, в котором мне хотелось бы.

Губы её тронула улыбка, но только на мгновение.

– Пройдёмся, – сказал я ей. Мы вышли из западных ворот форта, пропустили небольшой грузовик и двинулись прямо по дороге. Осень и земля после десятилетий Изнанки превратила окружающий пейзаж в совершенно унылый. Чахлая трава, хлипкие кустарники и скрюченные чёрные деревья. Не знаю, как долго природа будет брать своё.

Впрочем, ждать её я не собирался. Да, сейчас ни Влодавский ни Злобевский район я не развивал, используя Колодцы обоих для питания и прокачки моей «столицы». Но эта ситуация не вечна.

Мне бы, конечно, не помешал бы дополнительный Конструкт, но ведь и на территории матушки России не все Колодцы использованы. Очередь на годы растянута. Ценнейшее оборудование, выбить его на свои нужды без боя не получится. Да и нет особой необходимости. После двадцатого уровня, я планировал начать тотальное расширение у Приборово, а дальше уже использовать излишки через Экспансионные Узлы, минимизируя перехлёсты покрытия. Как-нибудь справлюсь своими силами.

– Я напугана, Миша, – сказала Паулина во время нашей молчаливой прогулки. Она держала меня под руку, и мы неторопливо шагали среди серых пейзажей, словно заблудившиеся влюблённые с нездоровой тягой к пустоте и унынию.

– Бояться глупо, – заметил я. Мы покинули территорию действия Конструкта. Синеватое сияние осталось позади, и Князева это увидела, однако облегчения на её лице не было. Гордая хозяйка «Логова» нервничала и даже не пыталась прятаться за шутками и бравадой.

– И всё же… – бросила она на меня взгляд. – Никогда не видела тебя таким. Серьёзным.

– Ситуация располагает.

– Поэтому и говорю, что напугана. Миша, я не желаю тебе зла, – она встала передо мной, заглядывая в глаза. – Ты достойный человек, и если бы хотя бы десятая часть тех, кто находится у власти, были капельку похожи на тебя – всё было бы совсем не так.

– Но?

– Но… мы с тобой лишь две песчинки на берегу, куда накатывается волна революции. Волна, которую подняли столетия угнетения тех, кому не повезло с семьёй при рождении. Ты не сможешь её остановить, а я не смогу укрыть тебя от неё, если ты не встанешь на нашу сторону. Ведь уйти не получится. Придётся выбирать за кого ты, Миша.

– Давай говорить честно, Паулина, – ровным тоном сказал я, взяв её за плечи. – Всецело начистоту. Чтобы понимать, насколько мы можем друг другу доверять. Хорошо?

Она кивнула.

– От чего ты меня защищаешь, Паулина? Земляной проговорился, и я заинтригован.

Князева приосанилась, скрестила руки на груди и чуть отстранилась. С настороженностью уточнила:

– Что именно он сказал?

– Доверие, Паулина. Мы теряем его, – напомнил я.

Хозяйка трактира закатила глаза, словно пытаясь смахнуть набегающие слёзы. Вряд ли это была попытка сыграть на дешёвой манипуляции. Потому я терпеливо ждал.

– Ты признан Революцией как враг, – выдохнула Паулина, наконец. – Я попросила дать мне время, чтобы попытаться убедить тебя. Что ты ещё можешь быть полезен для нас. Что ты можешь одуматься и присоединиться к нашему общему делу. С твоими талантами, с твоими возможностями – мы обречены на победу, Миша.

Я поморщился:

– Паулина. Если вы сейчас устроите внутреннюю войну – Скверна сокрушит всех. Я ведь…

– Она десятилетиями стоит на месте, Миша. То, что случилось недавно – исключение! Ничего не изменится. Чудовища будут всегда. Они будут нападать. Но прикрываться ими для защиты преступной власти… Нельзя, Миша. Изнанка никуда не уйдёт. Но если власть изменится, если она будет народно избранной, то сможет решить эту проблему лучше, чем нынешняя. Дать больше ресурсов. Дать возможности. Выделить таланты, а не тех, кто является чьим-нибудь сыночком. В мире будущего такие как ты будут возвышены за способности, а не…

Она вдруг нахмурилась, и я понял, что слова Паулина повторяет чужие. В которые и не вдумывалась, до этого момента.

– Ну, так я и при этой власти достаточно возвышен и имею ресурсы, – вкрадчиво сказал я.

– Это другое. Ты не понимаешь, – растерянно сообщила девушка. – Это скорее исключение. Здесь преступная власть… А там…

– А там будут Земляные, которые травят пожилых женщин ради богатства? – уточнил я.

Паулина опустила взгляд:

– Он… Правда, так поступил?

– Да, Паулина. А ещё я уверен, что и Пётр Безусов умер не просто так. У тебя не было на этот счёт сомнений никаких? Скажи сама себе и честно.

Князева шумно вздохнула, отвернулась, глядя куда-то на запад, затем порывисто обернулась на меня:

– Миша, решения принимает не он. Он лишь… Исполнитель. Он клинок революции. Он его щит. Но…

– Мне стоит усилить охрану, Паулина? – мягко прервал её я. Князева шагнула ко мне. Её лицо оказалось совсем рядом с моим, в глазах стояли слёзы.

– Они убили Скоробогатова… – всхлипнула она. – И они убьют тебя. Ты имеешь слишком много власти. Ты ограничиваешь возможности в нашем регионе. Твой Конструкт растёт слишком быстро. По всей стране появляются придуманные тобой постройки и Колодцы распространяют влияние всё больше. Нам становится сложнее прятаться, сложнее вести свою работу. Прошу тебя, Миша, отступись. Дай мне хоть небольшой шанс убедить их в твоей пользе нашему делу.

– Скоробогатова убили твои революционеры? – удивился я.

Она часто-часто закивала, не сдерживая слёз.

– Я узнала, только когда выбралась из больницы. Я никогда бы не поступила так, Миша. Умоляю, дай мне шанс спасти тебя. Пока я ещё могу что-то сделать.

– Мы уже говорили с тобой, Паулина, – я взял её лицо в руки. – Моя война – это война против Скверны. Не против людей. Да, в Империи есть проблемы. Но и на вашей стороне не ангелы. Мне некогда разбираться, в ком греха меньше. Я точно знаю, что зло содержится в Скверне и каждый труп в вашей борьбе друг с другом – это минус клинок на войне против настоящего врага.

– Они убьют тебя…

– Многие пытались, – пожал плечами я. – Ты поможешь им? Или мне?

Она помотала головой в отчаянье.

– Я объясню им. Я передам. Ольгин поймёт… Он послушает меня. Миша-Мишенька, что же ты делаешь со мной! Откуда ты вообще взялся такой.

– С Урала, – без улыбки сказал я. – Кто такой Ольгин?

– Он… Он гений. Он знает, что нужно делать. Сейчас он вынужден прятаться в Перуанском Протекторате, но придёт момент, и Ольгин приедет в Россию, и тогда всё начнётся. Всё начнётся. Миша, ты должен прозреть. Люди постепенно прозревают. Среди нас много тех, кто сам имеет титул или же вышел из знатной семьи. Вот, может быть, ты слышал, даже княгиня Кроницкая присоединилась к нам. Вынужденная бежать из-за гонений за непопулярное мнение, она прикладывает все силы для того, чтобы помочь бороться с этой властью.

Мои зубы скрипнули, и это не укрылось от внимания Паулины.

– Что-то не так? – настороженно спросила она.

Я не стал скрывать и рассказал ей всё о ситуации в лагере под Ямбургом. Про решение их новой звезды угробить больных, чтобы не потерять финансирование. Князева вытаращила глаза и замотала головой.

– Этого не может быть, Миша. Не может быть. Она бежала, не желая иметь ничего общего с Карантинной Службой, после проведённого ей расследования. Ей пытались закрыть рот, ей угрожали! Миша, о чём ты говоришь?

– Хочешь, я достану тебе запись с Конструкта? Полагаю, Зодчий Ямбурга охотно мне её предоставит.

Паулина отступила в ужасе:

– Это неправда.

– Доверие, Паулина, – напомнил я. – Я честен с тобой.

– Мне нужны доказательства… – резко тряхнула она головой. – Мне просто нужны доказательства. Миша… Я вижу, куда ты клонишь. Но мы не чудовища, мы хотим лучшего!

– Не сомневаюсь, Паулина. Вопрос к тем, кто вас возглавляет. И зачем.

– Я должна идти, – Князева торопливо отошла. Повернулась ко мне, сделала шаг, затем отступила, потёрла переносицу. – Прости. Я должна… Мне очень срочно нужно.

Я проводил взглядом её фигурку, почти бегущую к форту. В кармане зазвонил телефон. Глебов!

– Нашли, Михаил Иванович. Нашли! И Колодец, и Стража! – хрипло сказал глава сталкеров, затягиваясь сигаретой, судя по вздоху. – Вот только с этой тварью ваши штучки, боюсь, не пройдут. Выдвигаемся в форт. Нужно поговорить.

– Я уже здесь. Жду.

Глава 18

– Короче, ваше сиятельство, со стрелами там ловить нечего, – сказал Глебов. Сталкеры, вернувшиеся с рейда, разбрелись по форту. Один из людей Мстислава занимался сортировкой вытащенных из Изнанки артефактов, надо будет попозже заглянуть и посмотреть, есть ли что-нибудь интересное среди находок.

Лицо главы разведки было серым от грязи, но глаза горели удовольствием. Глебов указал на карте точки, где они нашли Колодец и Бессмертного Стража. Я изучил расположение, прикинул, что можно сделать с покрытием и при этом учитывая шахты Константина. Пришлось загрузить всё в сетку искинов, чтобы приблизительно оценить затраты и возможности. Разом забрать всё не смогу, придётся нарезать с двух узлов. Хотя, если потяну прямиком из Приборово…

– Правда, ваше сиятельство, вы ведь можете его просто в бараний рог скрутить и сделать из него статую. Большую такую статую.

Я хмыкнул. Глебов зажёг очередную сигарету и поделился, выпустив клуб дыма:

– Дома хорошо!

То, что описал мне глава сталкеров, действительно не выглядело, как нечто, способное погибнуть от стрелы. Что-то огромное и покрытое бронепластинами с уродливой головы до чудовищных пяток.

– Танковое что-то, точно, – с видом знатока сказал мне Глебов. – Там польская бронетанковая дивизия располагалась, когда всё случилось. Техники очень много мёртвой вокруг. Нестабильное всё.

Я кивнул.

– Мы Колодец нашли быстрее, чем Стража, но возвращаться не стали, пока все данные не соберём, – продолжал сталкер. – Мне кажется, вы смогли бы выбить Колодец, не трогая хозяина. Я лично подходил к Колодцу и шумел там. Эта тварюга дрыхла где-то без задних гусениц. Если бы Маяк не провалился в шахту, то и не узнали бы. Там целый город под землёй. Вот где-то в нём тварина и сидела.

– Теперь выбралась на свободу?

– Да, мы насилу ноги унесли. Маршрут до шахты проложили, там есть сюрпризы, но в целом дорога спокойная. Ловушки пометили, которые нашли. Но, ваше сиятельство, туда нужно что-то очень большое.

Большие шкафы громко падают. Если сильно бронированная тварь, то стрелы не помогут. Надо брать по старинке.

– Спасибо, Мстислав, – сказал я. – Это важное место.

– Тварей мало, ваше сиятельство. Там как-то совсем тихо было. Только вот этот здоровяк и вылез. Может, они все в шахтах, конечно, но будто бы пусто там было по монстрам, – немного обеспокоенно сказал он. – Как бы Стая рядом не объявилась.

Думаю, если бы появилась Стая – аппаратура Тринадцатого Отдела дала бы знать об этом. Глебов докурил, аккуратно затушил окурок и шмыгнул носом. Кажется, мой начальник разведки сказал не всё. Я дал ему шанс самому решиться на продолжение, и Мстислав полез за пазуху:

– Вот что ещё, ваше сиятельство… Думаю, вы должны это увидеть.

Он вытащил свёрток из кожи, бережно развернул его и перед моими глазами предстал переливающийся фиолетово-красными оттенками небольшой камень.

– В шахте нашли, – буркнул Глебов, ловя мою реакцию. Я был само спокойствие, несмотря на то, что сразу узнал породу. Взял камень в руку, прикидывая вес.

– Никогда такого не видели. Не, светится то многое, но здесь как-то иначе, – Мстислав облизнулся. – Как думаете, ценное?

– Весьма. Будете приносить мне такое – буду хорошо за это платить, – ровным голосом сказал ему я. – И не уверен, что кто-то другой оценит подобные находки дороже меня. Понимаешь, к чему клоню?

Хитрый Глебов улыбнулся и кивнул:

– Мне хотелось бы сохранить наши доверительные отношения, ваше сиятельство.

Возможно, где-то в шахте они нашли уже готовую к отгрузке руду, чей путь наверх остановил приход Богов Скверны когда-то давным-давно. Иных объяснений у меня не было. Потому что сталкер притащил изменённый неодим. Первая ласточка будущего производства. Теперь нужно найти надёжного артефактора. И, по-моему, среди моих жителей такой уже был. Правда, из революционного списка Миклухи.

– Рад, что ты принял такое решение, Мстислав, – посмотрел ему в глаза я. От меня не укрылось, что он сомневался: показывать ли мне находку. – Деньгами не обижу.

– Рад служить, ваше сиятельство, – поклонился сталкер с хитринкой в глазах.

– И всё же, если узнаю, что это тащите на сторону и продаёте кому-то ещё – лишу работы, – добавил я.

Глебов нахмурился, веселье сошло на нет. Сразу понял, что не шучу.

– Настолько ценная штука, ваше сиятельство? А ну как надурить захотите? Вы меня поймите, нам ведь детей…

Он осёкся, почувствовав, что сболтнул лишнее.

– Надурить? – переспросил я.

– Простите, ваше сиятельство. Ляпнул, не подумав. Да и мысли мне черти нашептали, не иначе. Простите, – склонил голову побледневший Мстислав. – Всё сделаем в лучшем виде. Узнаю, что кто-то из моих левачит – не вернутся из Изнанки в следующий раз.

– Мыслишь верно, но давай без таких радикальных вариантов. Всего хорошего, Мстислав. Отдыхай. А потом помоги своим, кто в районе Злобека ползает.

– Новые земли отрисовывать? – с готовностью сменил тему бледный Глебов. – Направления есть?

– Вдоль границы к Богданам было бы неплохо земли посмотреть, – сказал ему я. – Но пока не горит.

Командир сталкеров тут же развернул карту перед собой, провёл по ней пальцем с грязью под ногтями, после чего пошевелил губами, нахмурился и охотно кивнул.

– Сделаем, ваше сиятельство!

После разговора со сталкером я просмотрел добычу, вытащенную из региона вокруг Константина, но ничего в общую казну не взял. В основном ребята принесли не самую полезную мелочь, вроде повышающей температуру вокруг себя потрёпанной книги или же столового ножа, светящегося в темноте розовым цветом и издающего гул, как от лампы дневного света. На этом полезные качества чудо-оружия заканчивались. Было несколько усилителей аспектов, но тоже ничего впечатляющего. Для какой-нибудь коллекции или баловства сойдёт, да и только. Однако лишать ребят заработка я не стал и выкупил весь этот хлам. В будущем, возможно, пойдёт в переработку для новых артефактов и амулетов.

Когда запущу шахты.

* * *

Геоманта вынесли из технического хода. Глаза мужчины были закрыты, лицо посерело.

– Немедленно на восстановление, – приказал князь Поклонский и отёр пот со лба. Сопровождающие бережно потащили чародея наверх откуда, вроде бы, тянуло свежестью. Здесь, под землёй было чертовски душно, воздух казался липким. Князь обернулся на техников, опутанных проводами. Один из них склонился над пультом управления сканером, затем покачал головой.

– Ничего нет.

Закованные в пластикоровую броню бойцы охраны безмолвствовали, но князь чувствовал их внимание. Зал, пробитый магией, позволял им работать, в случае опасности, но ниже от них толка не будет.

– Давайте, братцы, давайте! – похлопал Поклонский. – Время не ждёт!

– Триста метров, ваше сиятельство, – прохрипел его помощник. – Очень плотно. Очень тяжело людям.

– Если упустим, то тяжелее будет вообще всем, – отмахнулся князь. – Каждая минута на счету! Ты слышал, что было в Ивангороде?

– Слышал, но так ведь там Фронтир, там это в порядке вещей. Ваше сиятельство, вымотался народ, – упорствовал Вадим Непейвода.

– Братец, верю тебе. Верю. Но остановиться никак нельзя, – посмотрел на него князь. – Дело государственной важности.

– Так, других-то и не бывает, ваше сиятельство, – вздохнул помощник. – Просто, ну вдруг зря всё это? Перебдел кто-то. Ну что за новости, ваше сиятельство, так глубоко закапываться. Не бывает такого!

– Не болтаем, а работаем.

– О, князь Поклонский, какая удача, – раздался женский голос. По выдолбленным в толще земли ступеням спускалась Мария Никодимова. Вокруг геомантки плавали светящиеся магические сферы, не слепя хозяйку и озаряя подземелья приятным заревом.

– Не ожидал вас здесь увидеть, – поклонился ей князь.

– Да и я собиралась иначе провести этот день, – улыбнулась ему та. – Но вы решили высосать всех геомантов Ярославля, милейший. Я не могла проигнорировать зов родины.

– Дело государственной важности.

– О, не стоит, ваше сиятельство. Все мы понимаем важность таких заявлений. Но если окажется, что мы здесь по ошибке, то, уверяю, я так этого не оставлю.

– Как и никто из нас, клянусь вам. Рад видеть вас, Мария. Вы глоток свежего воздуха в этом царстве тьмы.

– Скажете тоже, милейший. Это моя колыбель. Здесь всё пропитано настоящей гармонией для геоманта. Сами понимаете. Я здесь почти богиня.

– Вы богиня и там, при свете солнца, Мария, – чуть поклонился ей князь.

Никодимова хихикнула, словно девчонка, помахала ему рукой и двинулась дальше под землю. Пока ничего обнаружить не удавалось. Они закопались так глубоко в поисках возможной засады Скверны, что в голове Поклонского всё чаще появлялись мысли, а не зря ли они сидят здесь. Что не поддались ли чьёй-то панике, как и настаивал его помощник.

Однако князь гнал предательские сомнения прочь, отвлекая себя ощущением потока. Силу Колодца Поклонский чувствовал каждой жилой. Он не мог её использовать, но мог наслаждаться природным чудом, как ценитель магии. Да даже не наделённые даром не сумели бы проигнорировать мощь, бьющую из-под земли.

Следом за геоманткой двинулся техник с ручным сканером.

Здесь всё уже было изрыто. Приказ Триумвирата обеспечить неприкосновенность вверенному князю участка был совсем не двусмысленен. И спорить с Инженерами Поклонский не собирался. Они в глупостях замечены не были. Если сказали, что есть опасность потерять Колодец – значит такая вероятность имеется и отнестись нужно со всей серьёзностью.

А Колодцы Ярославля – самые важные объекты Российской Империи. Потому что наверху, в сотнях метрах над головой, раскинулись цеха завода по изготовлению Конструктов. Единственного на всей территории России.

Князь снова смахнул пот, вслушиваясь в подземный мир. Звуки здесь жили не так, как на поверхности. Они очень быстро гасли. Он бросил очередной взгляд на техников, к которым отошёл Вадим. Монотонный писк аппаратуры успокаивал, однако под землёй помех столько, что этот прибор не засечёт монстров, даже если они будут на расстоянии вытянутой руки от него.

Кроме техников в подземной зале находились двое крупных бойцов в пластикоре. Оба не шевелились, лучи фонарей на их доспехах превращали вырытую пещеру в залитую светом софитов театральную сцену, за пределами которой царила натуральная тьма.

Поклонскому послышалось что-то из тоннеля, куда ушла Никодимова. Клинок сам прыгнул в руку, загудело пламя, скользя по зачарованному лезвию. Князь сделал шаг, после чего из чёрного хода послышался далёкий взволнованный голос:

– Назад! Назад! Ваше сиятельство!

Он ринулся навстречу, столкнувшись по пути с перепуганным техником. Протиснулся по узкому проходу, видя десятки чёрных отверстий, уходящих в разные стороны от тоннеля. Ими геоманты пронизали плоть земли в поисках возможного логова Скверны.