Текст книги "«Военная анархия» в Римской империи"
Автор книги: Юлий Циркин
Жанр:
История
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 31 страниц)
Мы не знаем, при помощи каких мер Деций восстановил дисциплину в дунайской армии (Zos. I, 21, 3), но они, видимо, были столь крутыми, что часть воинов даже предпочла обратиться за помощью к готскому королю. По словам Иордана (Get. 90-91), именно обращение этой части римских воинов послужило для Остроготы поводом к вторжению на территорию Империи. Вскоре после того как Деций стал императором, в одной из надписей его среди прочего называют также восстановителем (reparator) военной дисциплины (ILS 8922). Однако практически сразу после этого солдаты провозгласили его императором. Зосим (I, 21,3) пишет, что солдаты, видя, как он наказывает виновников мятежа Пакациана, предпочли его самого объявить
императором. Армия Деция двинулась в Италию. Зонара (XII, 19) сообщает, что Деций пытался успокоить Филиппа, написав ему в письме, что он по прибытии в Рим сам сложит с себя императорскую власть. Если это сообщение достоверно, то можно сказать, что Деций пытался создать впечатление своей невиновности в развязывании гражданской войны и возможного принуждения его к принятию пурпура486 486
Ср.: Drinkwater J. Op. cit. Р. 37-38.
[Закрыть]. Об этом же, по-видимому, свидетельствует и то, что в отличие от Пакациана Деций не стал выпускать свои монеты487 487
241 Wittig. Messius. Sp. 1266.
[Закрыть]. Филипп, однако, понимал, что такой исход военного мятежа совершенно невероятен, и со своей армией двинулся навстречу войскам Деция. В битве при Вероне он потерпел поражение и был убит (Aur. Viet. 28, 10; Epit. 28,2; Eutrop. IX, 3; Sync. P. 683). При известии о поражении Филиппа преторианцы убили его сына, оставленного им в Риме (Аиг. Viet. 28, 11; Epit. 28, 3; Eutrop. IX, 3).
Совершенно иную версию событий предлагает Иоанн Антиохийский (FHGIV. Fr. 148). По его словам, наоборот, Филипп, победоносно воевавший со «скифами», в это время находился на Балканах, а мятеж вспыхнул в Риме. Посланцы императора, прибывшие в столицу с дарами для увещевания сената и народа, сами примкнули к мятежу. Узнав об этом, Филипп бежал в город Берою, где и был убит агентами Деция. Орозий (VII, 20,4), не скрывавший своей симпатии к Филиппу, которого он считал первым христианином на императорском троне, говорит только о военном мятеже (tumultu militare) и убийстве обоих Филиппов в результате коварства (fraude) Деция, не уточняя ни места, ни обстоятельств гибели императора.
Современные исследователи в основном принимают версию большинства античных авторов. Но существует также точка зрения, что только Иоанн дает достоверную информацию488 488
York J. M. Op. cit. P. 332; Dusanic S. Op. cit. P. 427-439.
[Закрыть]. Изолированность в античной историографии версии Иоанна, которая в отличие от остальных (кроме, конечно, версии Орозия) не была антифилипповской, объясняют, с одной стороны, язычеством большинства античных писателей, а с другой – враждебностью Константина и его преемников к Лицинию, претендовавшему на происхождение от Филиппа (SHA Gord. 34,5). Однако эта конструкция слишком сложна, чтобы быть абсолютно верной. Нет никаких сведений о пребывании Филиппа на Балканах во время мятежа. Зато не только упомянутые авторы, но и Иордан тоже говорит о нахождении Деция в этом
регионе. Не утверждая окончательно, можно сказать, что традиционная точка зрения все же представляется более предпочтительной489 489
Wittig. Messius. Sp. 1266; Rives J. R. Op. cit. P. 139.
[Закрыть]. В то же время полностью сбросить со счетов доводы сторонников версии Иоанна тоже нельзя. Приводятся некоторые надписи, монеты и папирусы, говорящие об определенном периоде единоличного правления Филиппа II490 490
Dusanic S. Op. cit. P. 428-431.
[Закрыть]. Эти данные, однако, говорят не о правильности сообщения Иоанна, а о том, что между убийствами отца и сына прошло несколько больше времени, чем можно было бы думать, судя по сообщениям авторов.
Точное время всех этих событий определить трудно. Последний папирус с упоминанием Филиппов относится к 22 сентября 249 г.491 491
241 Rathbone D. W. Dates... P. 112.
[Закрыть] Первая конституция Деция датируется 16 октября 249 г. (С. J. 10, 16, 3). В соответствии с ней налогом облагалось имущество, а не личность, а также регулировалось налогообложение во всей Империи. Можно думать, что к 16 октября Деций был уже признан в Риме. В этом месяце (а может быть, еще и в сентябре) появляются первые монеты с именем нового императора, но некоторые из них задним числом датируются июнем492 492
24K Wittig. Messius. Sp. 1263-1264.
[Закрыть]. Самые ранние известные нам папирусы, датированные правлением Деция, появляются в ноябре того же года493 493
244 Dusanic S. Op. cit. P. 431.
[Закрыть]. Можно представить, что приблизительно в июне 249 г. солдаты дунайских легионов провозгласили Деция императором. При известии об этом Филипп двинулся на подавление мятежа, оставив в Римс сына. В сентябре в битве (вероятнее всего, при Вероне в Северной Италии) он был разбит и убит494 494
2'n Paschoud F. Notes. P. 148.
[Закрыть]. Филипп II, которому было всего 12 лет, остался единственным законным августом. И в некоторых провинциях начали датировать миллиарии и монеты правлением этого юного императора. Однако такое положение не устраивало преторианцев, под охраной которых Филипп II находился. Они убили Филиппа Младшего, правление которого, таким образом, продолжалось около месяца или даже меньше. Вероятно, тогда же погибла и императрица Отацилия Севера495 495
24 Stein. Marcius// RE. 1930. Hbd. 28. Sp. 1607.
[Закрыть]. Эти события показали изолированность Филиппа и его семьи. Никакие попытки самого Филиппа обрести опору в Риме не удались. Не удалась и очередная попытка создания новой династии.
Свержение и гибель Филиппов были результатом не заговора или переворота, а открытой гражданской войны. Снова вопрос о троне решался в сражениях полевых армий. Их командующим уже не был нужен никакой предлог для выступления против правящего императора. Разница между законным императором и узурпатором («тираном») отныне сводится исключительно к соотношению военных сил и еще, пожалуй, удачливости. Если узурпатору удавалось захватить Рим, он получал признание сената и становился законным принцепсом. Можно говорить, что началась новая полоса в истории этого «черного пятидесятилетия» – полоса почти бесконечных гражданских войн.
ДЕЦИЙ
Отношение Деция к своему предшественнику было, как кажется, противоречиво. Деций, видимо, продолжал утверждать, что он нс виновен в развязывании гражданской войны. Если верить Евтропию (IX, 3), то оба Филиппа были обожествлены, что, конечно, не могло произойти без прямого приказа нового императора. Оснований подвергать сомнению сообщение Евтропия у нас нет496 496
34 Впрочем, порой сообщение Евтропия все же считается ошибочным: Herzog-Hansen G. Kaiscrkult. Sp. 848.
[Закрыть]. Но, с другой стороны, известно, что имена Филиппа, его сына и жены вычеркивались из надписей (например, ILS 509)497 497
241 Это подтверждается и недавно найденным миллиарисм па Сардинии: Cazzala С. Ор. cil. Р. 1829.
[Закрыть]. Рассматривать подобные акты только как самовольные действия местных властей едва ли возможно. Видимо, сам император не очень знал, как ему относиться к памяти Филиппа и его семьи. С одной стороны, для легитимности собственного положения было необходимо подчеркнуть континуитет императорской власти, непрерывность существования самого института императорства, ибо в условиях захвата трона насильственным путем только такой континуитет обеспечивал законность конкретного императора498 498
24 Carrié J.-M.. Rousselle А. Ор. cil. Р. 110.
[Закрыть]. В условиях отсутствия официального династического принципа наследования власти обожествление предшественника было важным средством легитимации его преемника499 499
Gesche Н. Die Divinisiemng der römischen Kaiser in ihrer Funktion als Herrschaftslc-
gitimalion // Chiron. 1978. Bd. 8. S. 377-390.
[Закрыть]. Но, с другой стороны, свержение Филиппа и убийство членов его семьи (старшею
сына – несомненно, жены и других сыновей – вероятно) делали всякое почтение к убитым открыто лицемерным. Деций, как кажется, так и не сделал в этом отношении окончательный выбор.
Однако в любом случае политика Деция в ряде областей была противоположна политике Филиппа. Это, в частности, относится к налоговой сфере. Недаром первая известная нам конституция Деция касалась именно налогов. Был отменен и ряд аспектов налоговой реформы Филиппа в Египте, где снова вернулись к северовскому законодательству500 500
^Bianchi А. Ор. cil. Р. 196-197.
[Закрыть]. Возможно, именно этот шаг Деция и привел к изменению настроения сторонников Иотапиана, которые, как об этом упоминалось выше, сами убили его и преподнесли голову убитого новому императору. Недаром Деция прославляют как восстановителя свободы (restitutor libertatis)501 501
Ibid. Р. 197.
[Закрыть]. Но особенно четко прослеживается разрыв Деция с политикой Филиппа в религиозной сфере, которая при последнем была отмечена несомненной терпимостью. Причиной этого была не ненависть к Филиппу, как об этом писал Евсевий (НЕ VI, 39, 1) и вслед за ним и другие христианские авторы (например, Синкелл, р. 683), а горячее стремление вернуть Империи благополучие и величие не только в материальном, но и в духовно-религиозном плане.
Одной из характерных черт римского религиозного сознания было представление о pax deorum – Божьем мире: римляне чтят своих богов в полном соответствии с традиционными ритуалами, включая, естественно, и жертвоприношения, а боги не только покровительствуют Риму, но и гарантируют ему (по крайней мере, в будущем) власть над всей вселенной. Нарушение людьми этого мира ведет к катастрофическим последствиям – ужасным поражениям, грозящим самому существованию Города, как это было, например, во время войны с Ганнибалом, когда лишь экстренные меры привели к исправлению положения502 502
2**Le Glay M. La religion romaine. Paris. 1997. P. 31-32.
[Закрыть]. Но тяжелое положение сложилось и к моменту прихода к власти Деция. Огромная трудность, с какой римская армия справлялась с нападениями варваров, явно свидетельствовала о приближении катастрофы. Для Деция и его сподвижников причина была ясна: как и во время II Пунической войны, нарушен Божий мир503 503
Pohlsander II. A. The Religion Policy of Decius // ANRW. 1986. Bd. Il, 16, 3. P. 1827-1829; Carné J.-M., Roussette A. Op. cit. P. 122.
[Закрыть]. Все шире распространялись религии, которые были не только чужды традиционным римским представлениям, но и глубоко им враждебны. Сторонники этих религий отрицали в первую очередь необходимость
жертвоприношений, а также императорский культ. Это, в частности, были манихеи. Уже около 240 г. манихеи появились в Александрии, а в 250 г. там уже, по-видимому, существовала их община504 504
м'Хосроев А. Л. История манихейства (Prolegomena). СПб., 2007. С. 217.
[Закрыть]. Манихейство было опасно еще и тем, что оно шло из Ирана, и манихеи могли рассматриваться как «пятая колонна» персидского царя. Появились и язычники, которые пренебрегали принесением жертв505 505
Раиович А. Б. Первоисточники по истории раннего христианства. М., 1990. С. 171.
[Закрыть]. И все же наибольшую опасность представляли христиане. Христианство по самой своей природе резко отличалось от всех культов, распространенных в Римской империи. Как и восточные культы, как, например, культ Исиды, оно не было связано с государством и официальной римской религией. Но если поклонники Исиды вполне могли сочетать свою веру с государственными культами, включая культ императора, то христиане решительно противопоставляли себя этим культам506 506
Scheid J. La religione a Roma. Roma; Bari, 2004. P. 15 7-15 8.
[Закрыть]. Христианские общины распространялись почти по всей Империи, а Церковь начала приобретать общеимперскую организационную структуру, явно не совпадающую с государством. И этот значительный пласт населения решительно отказывался поклоняться традиционным божествам и совершать главный обряд – жертвоприношение. Это, конечно, с точки зрения консервативных кругов римского общества, к каковым принадлежал и сам император, надо было пресечь. Принцепс как глава римского народа нес особую ответственность и перед народом, и перед богами за правильное и тщательное исполнение религиозных обязанностей. Благочестие (pietas), одна из основополагающих категорий в системе римских ценностей, являлось также основой и моральным оправданием императорской власти507 507
261 Turcan R. Op. cil. P. 1000, 1002; AlJÒldy G. Die Krise... S. 356-357.
[Закрыть]. Пренебречь этим Деций, человек сам по себе весьма консервативный, естественно, не мог. Не исключено, что, по мнению Деция, религиозная терпимость Филиппа в большой мере оскорбляла богов и нарушала Божий мир. Торжественному празднованию тысячелетия Рима и утверждению вечности Города Деций противопоставил восстановление pax deorum. И он начал свое наступление в защиту mos maiorum (нравов предков) и восстановление pax deorum508 508
Turcan R. Op. cit. P. 1011; Flach D. Die römischen Christenverfolgen. Gründe und
[Закрыть]. Это не только было выражением личной позиции императора, но и отвечало настроению довольно широких кругов римского общества, особенно сенаторской знати, в среде которой
консервативные тенденции всегда были очень сильными509 509
Hintrcrgründe // Historia. 1999. Bd. 48, 4. S. 464; Le Glay M. Grandeza... P. 357.
[Закрыть]. Недаром позже Киприан написал специальный трактат для опровержения чрезвычайно распространенного среди язычников взгляда, что христиане, отвергающие поклонение римским богам, виновны во всех бедах Империи510 510
2ь* Pohisander Н. A. The Religion Policy... P. 1838.
2M Alföldy G. Der Heilige Cyprian... S. 487^88.
[Закрыть]. Совсем не исключено, что императором двигали и чисто материальные соображения. Среди христиан уже было довольно много относительно богатых людей511 511
Киприан (de laps. 5) пишет (разумеется, с несомненным преувеличением), что христиан охватила жажда обогащения.
[Закрыть], и конфискация их имущества могла помочь казне. Например, известно, что после изгнания Феликса и его жены Виктории их имениями стал владеть фиск (Сург. Ер. 24, 1). Но все же эти резоны, если они и были, играли далеко не самую важную роль.
Вскоре после своего прихода к власти, не позже января 250 г., а, вероятнее, еще в конце предыдущего года512 512
Wittig. Messius. Sp. 1281; Saumagne Ch. Op. cit. P. 24.
[Закрыть], Деций издал специальный эдикт, предписывавший каждому жителю Империи публично, в присутствии местных властей и специальной комиссии принести жертву и вкусить жертвенного мяса, после чего данный человек получал специальный документ (libellus), подтверждающий этот акт513 513
Болес четырех десятков таких документов дошло из Египта: Millar F. The Roman Empire... P. 193.
[Закрыть]. Виновные в отказе от жертвоприношений подвергались наказанию, в том числе изгнанию и конфискации имущества (possessions et domos, bona), но порой даже и ужасной смертной казни, например сожжению или побиению камнями514 514
21пФедосик В. А. Указ. соч. С. 99; Rives J. B. Op. cit. P. 143-154. Единственное исключение делалось для иудеев: Safray S. Das Zeitalter der Mischna und des Talmuds // Geschichte des jüdischen Volkes. München, 1981. Bd. I. S. 421. Впрочем, возможно, что прямо такое
исключение в тексте декрета нс упоминалось, но оно явно подразумевалось. Это исключение, вероя тнее всего, объясняется тем, что иудеи исповедовали традиционную религию, а Деций всячески подчеркивал необходимость поклонения именно богам, почитаемым
[Закрыть]. Возможно, что было издано даже несколько эдиктов, каждый из которых ужесточал положения предыдущего. Во всяком случае Киприан (Ер. 55, 9) пишет о «диких эдиктах» (feralia edicta) во множественном числе515 515
предками. Христианство же было надэтнической и, с точки зрения руководящих кругов Рима, новой религией, нс унаследованной от отцов и дедов. См. об этом: VittinghoffF. Op. cit. S. 353.
[Закрыть]. Специально христиане, по-видимому, в эдикте (или эдиктах) не упоминались. Деций не ставил своей целью уничтожение христианства как религии и,
пожалуй, даже Церкви как организации516 516
™ Alföldy A. Studien... S. 286.
[Закрыть]. Недаром многие арестованные христиане даже могли принимать единоверцев, в том числе пресвитеров, или вести переписку517 517
212 Herzog-Hansen G. Kaiscrkult. Sp. 848.
213 Pohlsunder H. A. The Religion Policy... P. 1840.
214Свенцицкая И. C. От общины... C. 209; Millar F. The Roman Empire... P. 102; Pohl-sander H. A. The Religion Policy... P. 1831 ; Demandi A. Op. cit. S. 45.0 репрессиях в отношении христиан известно из самых разных провинций Империи —от Палестины до галльских провинций (Федосик В. А. Указ. соч. С. 104).
[Закрыть]. Так, известно большое количество писем Киприана, которые тот направил своим арестованным собратьям. Нс требовалось (и это отличало данный декрет от более поздних) выдать священные книги. Единственное, что безусловно требовалось, так это совершить жертвоприношение и этим доказать свое уважение к традиционным богам. Многие образованные римляне искренне не понимали, почему нельзя в душе верить только в одного Христа, а публично совершить такую формальность, как жертвоприношение. Позже префект Египта недоуменно спрашивал арестованных христиан, кто же мешает им чтить и своего Бога, и других богов, и не понимал, почему христиане отказываются это делать (Euseb. НЕ VII, 11,9). Деций вполне мог относиться к таким людям. И если язычникам, которые ранее уклонялись от жертвоприношений, выполнить требования декрета было довольно просто, то для христиан это означало фактический отказ от основных постулатов их религии.
Началось первое общеимперское гонение на христиан518 518
Ziolkowski А. Storia di Roma. Milano, 2000. P. 422.
[Закрыть]. Оно оказалось тем более страшным, что было в большой степени неожиданным519 519
27hPohisander H. A. The Religion Policy... 3. 1837.
[Закрыть]: Филипп относился к ним терпимо, и сами они пи против Филиппа, ни против Деция не выступали. Христианские проповедники и писатели всегда подчеркивали абсолютную лояльность христиан к Империи и императорам. Однако понимание лояльности у них и в тех кругах, которые представлял Деций, было разное. Христиане понимали под лояльностью неучастие ни в каких мятежах и полное подчинение властям (и даже молитвы за представителей власти, особенно за правящего императора) при сохранении в неприкосновенности своей веры, запрещающей поклоняться языческим богам и приносить им какие-либо жертвы. Для консервативных кругов римского общества и Деция, выражающего их взгляды и настроения, лояльность к Империи не могла не включать участие в традиционной религиозной жизни, в том числе, естественно, и в жертвоприношениях276. Контраст между положением хрис-
тиан и их общин при Филиппе и при Деции был столь велик, что некоторые христиане восприняли императора как предвестника прихода антихриста (Сург. Ер. 22, 1), а с ним и наступления конца света277.
На христиан обрушились репрессии. Появилось значительное число мучеников, предпочитавших смерть, порой очень мучительную, отказу от своей веры. Многие подверглись изгнанию и потеряли все свое имущество (Euseb. НЕ VI, 39-42; Sync. Р. 684-701). Но многие христиане не выдерживали гонения и выполняли требования. Даже некоторые епископы предпочли запятнать себя принесением жертв и получением соответствующих документов. Так поступили, например, Фортунат из африканского Ассураса (Сург. Ер. 65, 1, 1 ) и испанские епископы Басилид и Марциал (Сург. Ер. 67, 1). Случалось, что главы семей заставляли своих христианских родственников совершать жертвоприношения. Так, например, некую Бону заставлял принести жертву ее муж (Сург. Ер. 24, 1). Раскол происходил в семьях. Например, мучеником стал Маппалик, а его мать и сестра оказались в числе «павших» (Сург. Ер. 27, 1). Некоторые епископы, как, например, Киприан Карфагенский или Дионисий Александрийский, бежали и руководили своей паствой из укрытий278. Другие, такие, как римский епископ Фабиан или иерусалимский епископ Александр, выбрали смерть (Euseb. НЕ VI, 39,1-3). В Египте некоторые христиане, бежав из городов и деревень, нашли убежище в пустыне, и это положило начало существованию движения анахоретов279. Пик репрессий, как кажется, падает на июнь-июль 250 г.280
Издание и неуклонное проведение в жизнь упомянутого декрета было только частью общей религиозно-идеологической политики Деция. Сам Деций, как уже говорилось, происходил из деревни близ Сирмия, где род Мессиев или Мессиев Квинтов осел уже давно. Но будущий император поддерживал активные связи с Италией, особенно с Этрурией, откуда происходила его жена Геренния Куп-
217Alföldy G. Der Heilige Cyprian... S. 484-485; Potter D. Prophets and Emperors. Cambridge; London, 1994. P. 109. Лукиан, чье письмо сохранилось в корреспонденции Киприана, называет Деция нс только предшественником антихриста, но и огромным змеем (anguem maiorem), явно намекая на библейского левиафана, ставшего символом страшного чудовища, враждебного Eoiy и людям. Лактанций (de mort. IV, 1 ) позже называл Деция «проклятой тварью» (execrabile animal).
2,s Киприан оправдывал свое бегство из Карфагена страхом нс за себя, а за io, что своим присутствием он навлечет на христиан еще большие беды (Ер. 20, 2).
• Millar F. The Roman Empire... P. 193.
2™ Alföldy A. Studien... S. 286; Федосик В. А. Указ. соч. С. 95.
рессения Этрусцилла281. Карьера Деция была типично сенаторской. Уникальным было, пожалуй, то, что впервые таких высоких постов (а в конечном итоге и трона) достиг выходец из дунайского региона282. Уроженцы провинций или их потомки уже становились императорами, и первым из них был Траян. Однако их родиной были провинции, уже достигшие довольно высокого уровня романизации. Паннония же находилась еще очень далеко от такого уровня. Возможно, что дунайское происхождение Деция способствовало, хотя бы частично, его активной поддержке Максимина283. И все же рассматривать Деция как представителя провинциальной знати едва ли возможно284. Став сенатором и пройдя ряд сенаторских должностей, увенчанных постом префекта Города, он выступал деятелем традиционного римского типа, классическим сенатором со всеми положительными и отрицательными чертами, свойственными сенаторскому сословию, в том числе и с подчеркнутым традиционализмом285. Когда-то Цицерон в своей речи «Об ответах гаруспиков» (IX, 19) сформулировал причины римских побед: римляне превзошли все народы благочестием, почитанием богов и знанием, что всем руководят боги. Идеальный римский сенатор оставался в этой уверенности и в своем высоком предназначении и при Империи286. По словам Зенона (1,21, 1 ), Деций отличался родом и достоинствами (yevei npoéxwv Kai à^uópaxi). В некоторой степени это сообщение перекликается с утверждением в речи Пупиена, как ее передал Геродиан (VIII, 7,4—6), о том, что императоров избирают за благородное происхождение и военные подвиги. Как уже говорилось, эта речь была фактически программой идеального сенатского правительства. И хотя сам Деций раньше занимал позицию, враждебную позиции большинства сената, теперь он выдвинул тот же идеал «хорошего императора».
2X1 Witfig. Messius. Sp. 1248-1250; Syme R. Emperors... P. 197. Имена сыновей Деция также подчеркивали их отдаленное этрусское происхождение: Altheim F. Niedergang... S. 318.
2"2 Alfheim F. Niedergang... S. 162; Syme R. Emperors... P. 196.
2X1 Ценность такого предположения уменьшается с учетом того, что от 20 до 25 наместников провинций, как об этом говорилось в свое время, а не только один Деций отказались признать свержение Максимина, и считать их всех выходцами из дунайского региона невозможно. Правда, не известно ничего о том, чтобы кто-либо из них, кроме Капсллиана и Деция, вооружил свои войска в поддержку свергнутого императора.
2X4Тем более нельзя считать Деция первым из иллирийских солдатских императоров, как это иногда полагают: Allheim F. Niedergagng... S. 298.
2X5 Herzog-Hausen G. Kaiscrkult. Sp. 848; Wittig. Messius. Sp. 1284.
2X6 Ср.: Nicolet C. Il cittadino, il politico // L’uomo romano. Roma; Bari. 2003. P. 36-40.
Очень важным актом было принятие Децием имени Траяна. Как говорилось выше, уже Гордиан претендовал на происхождение по материнской линии от Траяна, и это показывало вектор политической мысли сенаторского большинства. Траян представлялся идеальным императором, лучшим принцепсом, осуществлявшим власть в полном согласии с сенатом и в полной мере уважающим его свободу. Претендовать даже на косвенное происхождение от этого популярного государя Деций, конечно, не мог. И он пошел по другому пути, пример которого показал Септимий Север, когда он принял имя Пертинакса520 520
2X7 Willig. Messus. Sp. 1247.
[Закрыть]. Для Септимия Севера принятие этого имени, как и более позднее посмертное включение себя и своей семьи в дом Антонинов, выражало кроме своеобразной легитимации своей власти еще и ясную претензию на продолжение политики Пертинакса и Марка Аврелия521 521
2™ Potter D. S. The Roman Empire... P. 109-110.
[Закрыть]. По существу то же самое сделал и Деций, только он избрал для этого более отдаленную во времени и более популярную фигуру – Траяна. Он явно демонстрировал свою программу – возвращение к принципам правления «лучшего принцепса», обеспечивая этим себе широкую поддержку в Риме, особенно в сенате522 522
2*9 Altheim F. Niedergang... S. 315; Dietz К. Senatus... S. 244.
[Закрыть]. К тому же Траян был последним великим завоевателем в римской истории. Принимая его имя, Деций ясно намекал на восстановление блеска римского имени, угаснувшего в ходе неудач последнего времени. И сделал он это практически сразу после прибытия в столицу523 523
Wittig. Messius. Sp. 1247. Еще до своего провозглашения императором Деций, как i сворилось выше, воевал на Балканах. И хотя его кампания была не особенно удачной, он вполне мог представить свои действия как великую победу, сравнимую с завоеванием Дакии Траяном, что и послужило поводом к принятию его имени (Drinkwater J. Ор. cit. Р. 38).
[Закрыть].
Деций этим не ограничился. Он выпустил серию монет с изображениями и именами divi, включающую Августа, Веспасиана, Тита, Нерву, Траяна, Адриана, Марка Аврелия, Люция Вера, Коммода, Септимия Севера и Александра Севера524 524
Potier D. S. The Roman Empire... P. 244; CAH. Plates. Vol. V. P. 236-237.
[Закрыть]. Деций, таким образом, включает себя в общий ряд императоров, представляя свое правление как логичное продолжение истории вечного Рима. Этот список в значительной степени совпадает с перечнем лучших (optimi) императоров в биографии Аврелиана (SHA Аиг. 42, 4); в последнем нет только Коммода (не говоря, естественно, о Клавдии II и Аврелиане). Эта серия, однако, включает в себя не всех обожествленных императоров. Известно, что
обожествлены были Клавдий, Пертинакс, все три Гордиана, а, по словам Евтропия (IX, 3), и оба Филиппа. Но эти императоры не нашли места на монетах Деция. И это очень интересно. Деций помещает на своих монетах всех обожествленных Флавиев и Антонинов, включая ненавистного сенаторам Коммода, по из Юлиев-Клавдиев опускает Клавдия. В свое время отношение большинства сенаторов к Клавдию выразилось в язвительном «Отыквлении Клавдия», приписываемого Сенеке, и, вероятно, такое отношение закрепилось в просенаторской историографии вплоть до времени Деция и даже Диоклетиана. Не совсем понятно опущение Пертинакса, который, кстати, не упомянут и в биографии Аврелиана. Это могло быть связано и с кратковременностью его правления (Деций не хотел допускать даже намека на кратковременность и своего правления), и с тем, что Пертинакс был, вероятно, замешан в заговоре, приведшем к убийству Коммода (SHA Pert. 4, 4)525 525
чго этот i и гул был довольно редким.
[Закрыть]. Что касается Гордианов, то Деций явно не желал прощать им свою опалу526 526
2^AHoldy G. Dic Krise... S. 358.
[Закрыть]. А может быть, новый император вообще хотел вычеркнуть из памяти римлян бурные события, происшедшие после убийства Александра Севера, и свое правление непосредственно присоединить к более, как тогда казалось, спокойным временам. Возможен еще один вариант. Монеты прославляли память одиннадцати divi, и не исключено, что Деций надеялся в будущем стать двенадцатым527 527
Potter D. S. The Roman Empire... P. 243.
[Закрыть]. Во всяком случае эти монеты ясно показывают стремление Деция легализовать свою власть в более широком контексте истории Римской империи, и притом в связи с правлениями лучших принцепсов, укрепить свой имидж достойного преемника великих императоров528 528
™ Rives J. B.Op. cit. P. 153.
[Закрыть].
Однако обращает на себя внимание тот факт, что все эти монеты были выпущены не в Риме, а в Медиолане, и предназначались они для выплаты солдатам296. Это означает, что пропаганда доблестных предшественников была направлена не столько на граждан, сколько на армию. Видимо, после ряда военных неудач Деций стремился поднять дух воинов напоминанием о великих свершениях, достигнутых при божественных предшественниках.
242 Об участии Пертинакса в заговоре против Коммода: Birley А. Op. cit. Р. 84.
29 ' Выше говорилось, что Деций, вероятно, так и нс определил свое отношение к намяли Филиппов, и уже одно это явно мешало ему включать этих императоров в число своих предшественников.
В этом же направлении шло намерение Деция построить новую стену, окружающую Рим, и он даже освятил будущее строительство (Aur. Viet. 29, 1). Рим к этому времени вышел далеко за пределы прежних стен, построенных еще царем Сервием Туллием, и уже одно это обстоятельство требовало создания новых укреплений. Однако, вероятнее всего, не это обстоятельство подвигло Деция на строительство. Самому Городу давно ничего не угрожало, и императоры, хотя и очень заботились о столице, не считали необходимым создание нового кольца укреплений. Непосредственной угрозы не было и при Деции. Строительством стены он явно стремился сравниться с древними царями. Сервий Туллий был одним из почитаемых царей. Ему, как известно, приписывали не только создание городской стены, но и важнейшие реформы, положившие начало римскому политическому и социальному бытию, и активную внешнюю политику. Деций, таким образом, пытался ввести себя в ряд не только «хороших» императоров, но и еще более древних и не менее «хороших» царей. Резкое обострение политического положения заставило императора отправиться на театр военных действий, так что грандиозное строительство даже не было начато, но само освящение явно по древнейшему обряду должно было еще раз продемонстрировать приверженность Деция традиционным ценностям.
Выдвижение на первый план традиционных религиозных ценностей тоже было частью политики Деция. Надписи прославляют его как «восстановителя святынь»297. В некоторых случаях, как это было в этрусской Козе, речь шла действительно о восстановлении храмов. В других же, по-видимому, это прославление выражало общий рели-гиозный подъем, стимулируемый Децием. Так, по приказу императора (iussu imperatoris) жители Аквилеи восстановили статую Нептуна298. При этом император всячески подчеркивал почитание именно отеческих богов, как это видно, например, из его послания жителям Афродисиаса, в котором он призывал их отметить молитвами и жертвоприношениями его правление ради богини, имя которой носит город299. Некоторые исследователи полагают, что религиозная политика Деция была в некотором смысле аналогична гражданской политике Каракаллы: тот установил единое римское гражданство, а этот пытался создать единую имперскую религию300. Думается, что такое
мнение едва ли соответствует действительности, ибо в конце 40-х гг. III в. время для таких попыток еще не пришло. Но то, что Деций сознательно ставил религию на службу своей власти, можно вполне принять.
Как и его предшественники, Деций стремился не только укрепить свою власть, но и создать новую династию. У него было двое сыновей, и старшего Геренния Этруска он в августе или сентябре 250 г. сделал цезарем и даровал ему трибунскую власть. Может быть, тогда же цезарем стал и его второй сын – Гостилиан301. Позже Деций сделал Геренния Этруска и августом, хотя и не разделил с ним верховный понтификат (ILS 515-518)302. Жена Деция Геренния Купрессения Этрусцилла получила все обычные для того времени титулы императрицы, включая титул «матери лагерей» (ILS 521). Все это шло в русле обычных действий императоров III в. Однако Деций, возможно, замыслил значительные преобразования, на которые его могло толкнуть то тяжелое положение, в каком оказалась Империя уже сравнительно скоро после его прихода к власти.
В какое-то время произошло восстание в Галлии. Евтропий (IX, 4) говорит о нем как о гражданской войне, которая чуть было не разгорелась, но была вовремя потушена Децием. Нам ничего более о событиях в Галлии не известно, но слова Евтропия позволяют думать о попытке узурпации, довольно быстро пресеченной Децием. Имеются монеты Деция с легендой VICTORIA GERMANICA303. Связаны ли были эти монеты с победой в Галлии, сказать трудно. Скорее всего, произошли какие-то столкновения на Рейне, окончившиеся, как в то время было часто, римской победой, масштаб которой в пропагандистских целях был явно преувеличен304. Но если эти успехи, размеры которых мы точно не знаем, обеспечили правительству Деция спокойствие в западной части Империи, то на Балканах сложилась совершенно другая ситуация.
В 250 г. снова обострилось положение на Нижнем Дунае. Летом (или, может быть, весной) 250 г. готы, возглавляемые королем Книвой, вместе с присоединившимися к ним какими-то «союзниками» (вероятно, карпами) прорвались через южную часть Дакии, переправились через Дунай и вторглись в Нижнюю Мезию, а затем и во Фракию.
”" В Египте Гсренний Этруск был признан императором не позже 15 сентября, а Гостилиан – в октябре 250 г.: Rathbone D. IV. Dates... P. 113.
102 Wittig. Messius. Sp. 1263-1264; Hanslik R. Decius // Kleine Pauly. 1979. Bd. 1. Sp. 1411-1412.
'"’ Willig. Messius. Sp. 1268.
,,Mlbid. Sp. 1269.
Свидетельством этого являются множество монетных кладов, зарытых жителями в надежде спасти свои деньги от варваров, и разрушение римских укрепленных лагерей305. Местные власти не сумели противостоять варварам, и Децию пришлось лично отправиться на театр военных действий (Aur. Viet. 29, 3). Видимо, в связи с этим он направил какие-то войска и корабли на Боспор (А. é. 1996, 1358)306. Положение Боспора в это время было довольно трудным. Боспорские цари уже не имели сил отражать варварские нападения307. И Деций, вероятно, решил своими силами обеспечить этот фланг римской обороны перед решающей, как ему казалось, схваткой с варварами. Перед этим он, по-видимому, и возвел в ранг цезарей своих сыновей, один из которых сопровождал отца, а другой оставался в Риме. В это время карпы грабили Дакию, а готы разделились на две группы, из которых одна осадила город Новы, а другая двинулась во Фракию к Филиппополю. Готское вторжение грозило и более южным районам, в том числе Греции. По словам биографа Клавдия, Деций направил будущего императора, тогда еще молодого человека (iuvenum), с отрядом к Фермопилам, чтобы в случае необходимости защитить этот важный стратегический пункт (SHA Claud. 16, 1-2)308. Сам же Деций направился с армией в Дакию и сумел выбить оттуда карпов. В честь этого он был провозглашен «восстановителем Дакий» (restitutor Daciarum) и принял титул Dacicus maximus (ILS 514, 517). Но главным противником оставались готы.
