Текст книги "По головам – 6. Эпилог (СИ)"

Автор книги: Ярослав Георгиевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

А потом что-то бухнуло, ухнуло, прямо из вентиляционных отверстий наружу вырвались струи огня…

Сразу стало нечем дышать, противно завоняло горелым. Кое-где наваленные прямо в коридоре пожитки беженцев занялись и начали пылать. А кое-где – и сами люди… Какая-то женщина страшно завизжала, катаясь по полу и пытаясь сбить пламя…

Всё наполнилось криками, дымом. Зажглись красные лампы, замигали сирены, в какой-то момент верх и низ поменялись местами – все начали не ходить, а летать…

Мама страшно закричала, подхватила Клементину, попыталась куда-то с нею пробиться… Получилось только хуже – женщину оттолкнули, она перевернулась вокруг своей оси и улетела в противоположную сторону. Сама девочка то ли ползла, то ли летела куда-то, ничего не видя, с трудом пытаясь втянуть в пылающие лёгкие едкий раскалённый воздух и начав страшно-страшно кашлять…

Когда перед глазами всё уже плыло, Клементину подхватили сильные руки, дёрнули вперёд и очень быстро куда-то потащили. Почудилась знакомая аура уверенности, только теперь приправленная искренним сожалением и грустью…

Это было последнее, что девочка запомнила. Ей показалось, что кто-то всё-таки выключил свет. Как делают всегда, когда надо ложиться спать.

Выключил полностью.

Глава 20

Пожар на станции в открытом космосе – крайне неприятная вещь. Те, кто строил Верфи, безусловно это понимали и предусмотрели всё необходимое, чтобы ничего подобного не произошло. И подобное действительно произойти не должно было…

В обычных условиях.

Все расчёты и системы пожарной безопасности были рассчитаны на эксплуатацию аппаратуры станции в штатном режиме, без учёта толп беженцев, набившихся в каждый свободный угол, когда системы жизнеобеспечения работают на пределе, обеспечивая всех живых на станции едой, водой, отводя лишнее тепло и перерабатывая отходы жизнедеятельности. А если вспомнить ещё и то, что отдельные умельцы пытались заниматься в своих ангарах гидропоникой и прочими важными для выживания в случае изоляции станции экспериментами, конечно же наплевав на требования техники безопасности – ведь было банально не до этого, тут лишь бы как-то сделать…

Исходя из всего этого неудивительно, что беда стряслась. Только вот этот абсолютно логичный вывод я сделал только после того, как полыхнуло. До того голова болела о чём угодно – о предстоящем контакте со Слугами Древних, о необходимости договариваться с не очень расположенным ко мне Лякыушем, о возможных конфликтах с местными, о возможных шпионах людоедов среди людей, и так далее. Но проверить техническое состояние станции, на поверхность которой ступил, даже в голову не приходило – ведь этим занимаются местные специалисты, куда более компетентные в таких вопросах. Поэтому я отслеживал местонахождение людей с оружием, одним глазом поглядывал за происходящим на защищающих станцию батарях, контролировал все боевые корабли поблизости… И мне даже в голову не приходило поинтересоваться загруженностью энергетических установок и степенью износа отдельных агрегатов.

Взрыв и последовавший за ним пожар стали полной неожиданностью. Особенно это неприятно было в свете моей ауры – ведь все, кто сгорит или задохнётся здесь и сейчас, погибнут окончательной смертью. А уж я-то лучше всех знаю, насколько это паршивая судьба… Никто не заслужил её – тем более беженцы, которые и так настрадались. И тем более невинные женщины и дети, которых я видел в коридорах.

Чувствовал, как мерзкий чёрный Источник в предвкушении пульсирует. Для того, кто послал меня в этот мир, ситуация складывалась самым лучшим образом.

Не удивлюсь если то, что и так уже дышавшее на мирийский ладан оборудование накрылось именно сейчас тоже не просто так, а благодаря моему присутствию.

– Чтоб ты подавился! – процедил куда-то вверх – хотя это устаревшее и не имеющее ничего общего с реальностью заблуждение ходящих по земле, якобы боги находятся где-то наверху, на небе… А как быть, когда ты сам в космосе – и небо либо внизу, либо вообще может находиться в любом направлении, смотря о какой планете идёт речь?

Но плевать на Кровавых. Они далеко, и им нет до нас дела.

Раз уж катализатором чужих неприятностей и смертей стал я сам, как и главной опасностью для всех находящихся на станции – мне и разгребать, ведь я же единственный, кто может хотя бы попытаться хоть кого-то спасти.

Действовать начал сразу же. Подал аварийным системам команду задраить все люки, в том числе технологические, обычно использующиеся для передачи воды, для вентиляции и так далее, и изолировал пострадавшие отсеки. При этом тот, где собственно произошёл взрыв, превратился в кромешный ад, системы автоматического тушения очевидно не справлялись, и если продолжать тушить имеющимися средствами – это заняло бы непростительно много времени. Потому я просто перехватил управление пушкой одного из находящихся неподалёку кораблей, выставил на ней минимальную мощность и выстрелил, продырявив обшивку станции как раз таким образом, чтобы не задеть жилые отсеки и свести повреждения к минимуму.

После этого раскалённую плазму буквально вынесло наружу вместе с горящим воздухом и оплавленными обломками. Фонтан сияющего пламени ударил прямо в открытый космос, но быстро сошёл на нет и начал медленно расплываться в стороны багровыми каплями, уже не настолько опасными для станции и находящихся на ней людей.

Внутри пострадавшего отсека всё оставалось раскаленным докрасна, как в печи, но без доступа кислорода горение прекратилось. Теперь предстоит ждать, когда металл остынет, отдав тепло пространству через излучение – ведь вакуум не позволяет иного. Но это уже вопросы очень отдалённого будущего.

Устранив основную опасность для станции и убедившись, что пламя больше не растекается по всей станции через системы вентиляции, запуская огненные струи в забитые людьми отсеки, я переключил внимание на локальные задачи. Такие, например, как спасение тех, кто оказался в пострадавших и задымлённых отсеках. Там я попытался хотя бы изолировать, если было возможно, очаги горения, подсветил расположение огнетушителей, резервных баллонов с кислородом, относительно безопасных выходов… Но всё это были, увы, сущие мелочи.

Также пришлось отключить почти все вспомогательные системы – энергии на всё теперь критически не хватало.

А ведь ещё предстояло объяснение с собравшимися передо мной в переговорной представителями элиты станции, которые уже начали догадываться, что я не просто так замолк. Особенно после того, как потухло основное освещение и выключилась система искусственной гравитации…

Тратить сейчас время на разговоры не хотелось, но и оставлять всё так было нельзя. Потому всё же объяснился парой слов:

– Пожар в техническом отсеке! Изолирован, обесточен, заполнен вакуумом, всё под контролем! Приступаю к спасению людей, иначе погибнут окончательной смертью. ПРОСЬБА НЕ МЕШАТЬ! Ива, дай Центуриона!

Игнорируя поднявшийся гвалт, и даже не договорив толком фразу, оттолкнулся и полетел к выходу из переговорной. У многих были ко мне вопросы, многие, даже рискуя жизнью, рвались сейчас на свои посты, за что честь им и хвала – но мне слишком долго было объяснять, что проще решить все вопросы самому, чем координировать работу такого количества людей, выслушивая каждого. Увы, это смотрелось очень некрасиво со стороны и наверняка в политическом плане играло мне в минус. Также, наверняка многие вещи сам сделаю не так эффективно и качественно, как если бы на моём месте работал профессионал… Но когда счёт идёт на доли секунд, не до политесов и не до поиска оптимальных решений. Успеть бы хоть как-то, хоть что-то, хоть кого-то спасти…

Чтобы хоть частично успокоить оставшихся в переговорной, активировал интерактивные панели, на которые вывел всю информацию о состоянии станции. Правда, без возможности доступа к ней…

На пути к выходу меня догнала внезапно стремительно прыгнувшая следом Лилия Ким.

Я не чувствовал с её стороны опасности, но на всякий случай обернулся и перехватил руку, которой девчонка пыталась дотянуться до меня.

– Я целитель! – выпалила она, когда я ещё даже не успел поднять брови в немом вопросе.

Сразу почувствовал – не врёт…

Перехватил за ладонь и не тратя времени на подробные расспросы потащил за собой, мысленно передавая образы прямо в разум девчонки – тактильный контакт позволял делать это довольно эффективно, куда лучше, чем на расстоянии.

Благодаря камерам я уже примерно знал, что нас ждёт впереди – кто пострадал от огня, кто надышался едкого химического дыма, кто просто паникует, вредя себе и другим. Мой изначальный план был простой – паралич на всех, чтобы не вредили себе и другим ещё больше паникой, эвакуация в безопасное место, и только уже потом – разбираться. Но наличие рядом настоящей целительницы всё в корне меняло: мало того, что она может так же обездвиживать или даже погружать пострадавших в кому или сон, но ведь кроме этого девушка способна также и лечить самых тяжёлых прямо на ходу, не дожидаясь эвакуации и повышая шансы дотянуть до нормальной медицинской помощи!

Мы втроём с Центурионом вырвались наружу, и за нашей спиной тут же захлопнулись створки переговорной – кислорода внутри пусть было не очень много, но впритык должно хватить на всех, а главное – воздух там пока чистый, без едких примесей. Вокруг головы, моей и Лилии, сформировал крупные силовые сферы, примитивные и ограниченные хранилища для такого же чистого воздуха. Ещё парой таких накрыл очаги горения – в невесомости пламя выглядит совсем иначе, в виде слабо светящихся сфер, и сейчас такие надо было как можно скорее тушить.

После этого мы приступили к работе.

И это был совершенно адский, выматывающий труд на износ, кроме того ещё и требующий большой синхронности. Я обнаруживал с помощью своих способностей пострадавших, распределял цели между нами, страховал Лилию, перехватывал её пациентов, если вдруг что-то не получалось – или просил у неё помощи, если мне доставался особо тяжёлый случай, где требовалось срочное вмешательство.

Мы стремительно перелетали от одного пострадавшего к другому, толкали их друг другу и перехватывали прямо на лету, передавали дальше – Центуриону, другим вызванным мной роботам и добровольным помощникам, которые переправляли обездвиженных людей в безопасные места, где другие помощники пытались оказывать им первую помощь.

Во время нашей совместной с Лилией работы мы вели обмен мыслеобразами – так просто получалось быстрее, мы экономили целые секунды такого драгоценного сейчас времени.

Увы, у этого был побочный эффект. Мы открылись друг другу настолько, что стали едва ли не ближе родственников – или лучших друзей. Ведь хоть я и старался, чтобы всё общение было строго по делу, но – хочешь не хочешь, а в поток конкретной и нужной сейчас информации постоянно вплетается лишнее, личное и интимное. То, что каждый из нас обычно не стремится выносить наружу, и чем уж точно не стал бы делиться с первым встречным.

Критическая ситуация и необходимость действовать быстро заставила снять все барьеры, и мы впитали столько информации о самом сокровенном, пусть даже и пока не успели толком осознать и осмыслить её, что всё поменялось просто в корне.

Я внезапно стал гораздо лучше понимать эту девушку, род которой, подобно Снежане, пользовался артефактами для введения всех остальных в заблуждение относительно сути своего дара. Что немудрено, ведь целительство – одна из самых полезных способностей, даже несмотря на развитую медицину и восстанавливающие даже безнадёжно пострадавших капсулы… Но при этом владеющие ими семьи банально не способны защитить себя, в прямом столкновении с противниками почти наверняка проиграют, а значит – либо будут уничтожены, либо займут подчинённое положение…

Вообще это просто удивительно, насколько полным у нас с Лилией вышло слияние разумов. Видимо, сыграло свою роль то, что она – целитель, и наши дары во многом родственны. Девушка многое понимала на интуитивном уровне, и пусть сама мыслеречью не владела, но как будто бы облегчала процесс и открывалась мне навстречу – сначала стыдливо пытаясь прикрывать отдалённые закоулки воспоминаний, а потом с вызовом отбросив всякое стеснение и открывая просто всё, до чего можно дотянуться жадным мысленным взглядом.

Увы, обстановка к близкому знакомству вовсе не располагала, и обо всём этом думал, переворачивая очередное частично обгоревшее тело, касаясь его шеи автодоком. Никаких лекарств в ёмкостях устройства давно не осталось, истратил ещё в самом начале, и потому использовал его исключительно для диагностики.

Автодок сожалеюще пискнул, констатируя, что мужчина с шикарными седыми бакенбардами и застывшим взглядом безнадёжно мёртв. Не успели.

Оглянулся на Лилию, которая так же отбросила в сторону женщину, которой, очевидно помочь уже не могла, и толкнула себя дальше… К следующему телу, которое также уже не давно не подавало признаков жизни.

Мы добрались до одного из самых пострадавших отсеков, и если в предыдущих ещё был шанс найти кого-то живого, то здесь – уже нет.

– Всё, – сказал вслух, сам выпрямляясь и зависая в воздухе. – Наша работа окончена.

Девушка меня будто не услышала. Перевернув очередную головешку, бывшую когда-то человеком, толкнула её в сторону – а себя вперёд.

– Лилия!

Наконец, она сообразила, что я к ней обращаюсь.

– Всё. Остановись. Здесь никто не выжил…

– А… – уже замедлившись и с сомнениями, целительница всё-таки добралась до ещё одного тела. И, конечно же, ничем не смогла помочь.

– Да, Лилия. Тут всё.

– Мы… – в её глазах блеснули слёзы.

– Мы спасли, кого смогли. Не всех, да… Но большего бы даже Кровавые не сделали.

– Мои родители бы сделали! – она с вызовом посмотрела на меня, и я успокаивающе кивнул.

Да, она права – родители её и правда сильные целители, настоящие монстры. От этого ещё более жалко, что мать с братьями остались в изолированной системе, а отец вообще неизвестно где…

Правда, я теперь знал маленький секрет девушки. И она знала, что я это знаю.

В своём багаже Лилия протащила на борт ни больше, ни меньше – Алтарь своей семьи. Так что, если родители и братья погибнут, то возродятся уже здесь, рядом.

Проблема была только в том, чтобы никто из них не попался людоедам живьём… Что, возможно, как раз и произошло с главой семейства, и чего Лилия очень боялась, да и её мать тоже.

– С твоим отцом всё будет хорошо. Он всё-таки очень крут… Ну, если то, что ты помнишь – правда. А также я верю что и он, и твоя матушка смогли бы на нашем месте больше. Но… Они не на нашем месте. А мы и правда сделали, что смогли.

Лилия склонила голову, признавая мою правоту. Она знала – чувствовала все мои мысли, «слышала» оценки, полученные с помощью управляемых мной искусственных интеллектов.

– Тем, до кого не успели добраться вовремя – уже ничем не поможешь, увы. Дальше в нашем прямом участии смысла нет. Где остались живые, они уже вполне справляются и сами, пусть следуя моим командам. Кстати, подготовься… Местные мастера уже смогли запустить часть систем, и сейчас вернут искусственную гравитацию.

– Лучше бы вентиляцию подкрутили…

Понимающе хмыкнул, но развёл руками. Увы, проветрить нормально ещё долго не получится, вентиляция и система очистка воздуха и так работают на пределе. Но этого не хватает, потому всюду на станции стоит кошмарная вонь палёного мяса, тряпок и химии.

– Ох… Темнозар. Неужели и правда всё? Мне не верится.

– Да. Пусть мы добрались не до всех, но количество жертв всё удалось снизить заметно. Ты видела начальные оценки того, что могло быть? Мы смогли снизить смертность на пятьдесят семь процентов. И основной вклад в это внесла именно ты, моя внезапная помощница.

Девчонка вымученно улыбнулась. Выглядела она просто ужасно, что совершенно понятно – мы выложились на полную.

– Давай на корабль. Передохни, после такого-то…

– Нет! – Лилия гордо вздёрнула носик и так сверкнула глазами, что мысленно махнул на всё это рукой, позволив ей остаться со мной.

– Тогда, пошли в переговорную… Нас там заждались.

По пути перехватил у одного из помощников величайшую ценность этих часов – резервный баллон с кислородом, предназначенный как раз для таких вот аварийных ситуаций.

Как только вошли, нас с девушкой встретили задумчивые, зачастую хмурые взгляды.

Люди были недовольны, и я их прекрасно понимал.

Не дожидаясь, когда мне озвучат не высказанные ещё претензии, заговорил сразу:

– Ситуация сложилась критическая. Для минимизации потерь временно был вынужден взять управление станцией на себя, у нас сильный кибермансер, работая с которым напрямую мы постарались…

– Зар.

– Что? – Снежана лучезарно улыбнулась, и у меня её довольный вид вызвал глухое раздражение.

– Мы с Ивой и нашим лохматым другом уже провели разъяснительную беседу среди технической и управляющей элиты местной станции. Донесли, что выхода не было, и что присутствие у нас в команде сильного кибермансера… – Я почти физически ощутил улыбку Лилии – она теперь знала про мой секрет, равно как и я про её.: – … помощь этого сильного кибермансера сделала централизованное управление станцией во время устранения последствий аварии более предпочтительным и эффективным, чем если бы эти люди, безусловно профессионалы и мастера своего дела, пытались бы действовать сами по себе и вразнобой. Так что претензий к действиям нет, хоть собравшиеся тут уважаемые люди и не сказать чтобы довольны сложившейся ситуацией. Но, тем не менее, все признают её правомерность. Так что, можно начинать дальнейшее общение примерно с этого места и обговаривать уже условия эвакуации людей, оборудования, и что там ещё надо. Космическая станция к дальнейшей эксплуатации без капитального ремонта непригодна, а ремонт… В сложившихся обстоятельствах скорее невозможен, чем возможен, и это понимают все.

Снежана закончила. Я благодарно кивнул ей, собрался было говорить…

Но меня опередил старый знакомый Лякыуш – вот не мог он не влезть, мерзкое усатое земноводное. Впрочем, я в нём не сомневался.

– Кыыак всыыыё слыыыожиыыыылось длыыыя выыыас! Мыыыожыыыт выыы сыыыамиыыы иыыыы пыыыодстрыыыоили всыыыё?

Кажется, дочь Перовского несколько поспешила с выводами… Добиться полного единодушия и полной победы над оппозицией пока не удалось.

Правда, Лякыуш очень волновался, об этом можно было судить даже только по мощно прорезавшемуся акценту. А значит, позиция у него не такая уж и прочная.

И вновь я набрал воняющего гарью воздуха, чтобы заговорить…

Но, будто бы насмехаясь над ситуацией, внезапно вновь завыли сирены.

И причина на сей раз была уже не на станции, а вне её. Из аномалии начали один за другим появляться корабли Древних. Огромный флот – в несколько раз больше чем тот, который нам довелось видеть в прошлый раз. Одних кораблей-маток оказалось восемь штук!

В переговорной вновь поднялся гвалт, люди возбудились, если не сказать испугались.

Перекрывая шум, я постарался максимально спокойно и уверенно заверить всех:

– СПОКОЙНО, ВСЁ ПОД КОНТРОЛЕМ! Это теперь наши союзники.

Правда, полной уверенности в этом у самого меня не было.

Глава 21

В преддверии эпохального события – контакта двух цивилизаций, я на всякий случай приказал ретироваться с повреждённой станции.

– Так. Наше собрание временно окончено… Кто со мной – возвращаемся на борт «Резвого».

– Бежите, да? – выкрикнул кто-то из местных. – Оставите нас на полудохлой станции, ещё и на растерзание этим кровожадным монстрам?

– Мы не бежим. Нам нужно подняться на борт нашего корабля, чтобы иметь возможность связаться с представителями Слуг Древних.

– И что же ваш хвалёный кибермансер?

– Я сам должен говорить. А для этого должен находиться там… Всё, все дискуссии потом.

Мы гордо покинули переговорную, и плевать, как это будет воспринято жителями станции. Есть вещи важнее. Если контакт вдруг и правда не заладится, хотелось бы иметь хоть какие-то шансы унести ноги.

– Зар. Репутационные потери… – попробовала вразумить меня Снежана, но я прервал её взмахом руки.

– Если всё получится – мы так и так победители. Если же нет…

– Ладно. Признаю, ты прав.

– Кстати. Как думаешь, что там у нас сегодня будет? Спокойно поговорим, или придётся спешно улепётывать?

– Я, Зар, ничего не думаю.

– Совсем-совсем ничего?

– Ну да. Не о всём же на свете мне размышлять?.. Вон, пусть наш Громовержец это делает. У него голова большая…

Лилия усмехнулась. Она теперь знала секрет Снежаны, что она тоже не та, кем все её считают.

Ива с Марком подоплёки разговора не поняли, но они и не слушали: оборотень о чём-то выговаривал девушке, а та в ответ только хмурилась. Судя по всему, у этих двоих снова назрела какая-то ссора. Что-то зачастили они с этим в последнее время…

Оказаться снова на «Резвом» оказалось очень приятно – здесь не воняло. Правда, наши с Лилией костюмы настолько пропахли сами по себе, что только в автомат полной очистки засовывать, и мы сейчас распространяли вокруг себя мощнейшую ауру, такую, что все попавшиеся на пути невольно морщились.

Вместе с девушками мы снова прошествовали на капитанский мостик и расселись по свободным креслам – никто не хотел пропускать контакт цивилизаций.

Клипер легко отделился от покалеченной станции и, развернувшись, направился по направлению к двойной звезде.

Флот Слуг Древних завис на приличном расстоянии от Верфей. Напротив – ощетинившиеся орудиями корабли местных сил самообороны.

Не стал нашим вероятным союзникам объяснять, что контролирую все корабли флота людей… На всякий случай. А так получалось, как будто это руководство Верфей не очень доверяет вторгшимся в их пространство бывшим врагам, несмотря на все мои заверения, будто бояться нечего. А сам я как будто бы не при чём.

Но, увы, было видно невооружённым взглядом: если начнётся заварушка, то максимум, что защитники Верфей смогут – это дорого продать свои жизни… Чтобы дать нам возможность свалить.

И даже один-единственный линкор не спасёт положение. Не при таком перевесе.

К счастью, пожаром на станции неприятные сюрпризы исчерпались…

Слуги Древних вышли на связь со мной и лишь подтвердили ранее достигнутые договорённости. Они были готовы вылететь вслед за нашими кораблями к Арконе, и даже необходимость залететь по дороге на Ирий, возможно даже повоевав по пути, наших новых союзников не останавливала. И это были очень хорошие новости.

После такого убедить защитников Верфей сотрудничать оказалось проще простого. Тем более, серьёзно пострадавшая от пожара космическая станция теперь стала малопригодна для жизни – выживших в основном пришлось эвакуировать на корабли или собирать в отдельных изолированных отсеках, системы жизнеобеспечения сбоили и работали через раз, в любой момент всё могло накрыться окончательно. В таких условиях уже вариантов особенно не остаётся.

Меня обвинять больше не пытались – если кто из облечённых властью и думал плохое, озвучивать вслух уже бы не осмелился. Тем более среди обычных людей мой авторитет взлетел до небес.

И вопрос, как эвакуировать ценное оборудование, как оказалось – решался довольно просто. Верфи, конечно, сейчас были хаотичным нагромождением из множества ангаров и жилых отсеков, но изначально-то они представляли собой довольно изящную и не такую уж и большую станцию, способную перемещаться самостоятельно – в том числе и в сверхсвете. Поэтому, если быстро срезать весь новострой, перетащить наиболее ценное оборудование внутрь оставшихся отсеков, или просто надёжно закрепить на наружной поверхности, мы легко могли утащить всю станции за собой. И теряли не так и много. Если в нашем распоряжении будет целая пригодная для жизни планета, необходимость в жилых отсеках отпадёт, а уж нарастить количество доков – не проблема, были бы ресурсы.

А ведь ещё была и база технического обслуживания Древних, которую тоже наверняка можно приспособить к делу…

Так что на будущее нашего флота я теперь смотрел вполне оптимистично.

– Ну что, девушки. Войны не будет, договорённости достигнуты… Всех поздравляю, и можно расходиться. А то по мне так уж точно душ плачет.

Только успел привести себя в порядок, правда, так и не избавившись от преследующей везде вони – окончательно вымыть её из тех же волос никак не получалось, как раз подоспело время вновь выходить на связь с базой. Аррак по расписанию ненадолго включил Маяк в очередной раз, как раз узнать, получилось у нас со Слугами Древних, или нет.

Я осчастливил всех приятными новостями, в том числе, что у нас будут свои полноценные орбитальные верфи.

И этим хорошее не ограничилось. Будто после чёрной полосы началась белая – Аррак, всё это время изучавший трёхмерную проекцию добытого нами в системе Беты Копья объекта древних, радостно сообщил:

– Кажется, я разобрался, вождь! И у меня две новости, как водится хорошая и плохая.

– Давай в любом порядке.

– Тогда начну с хорошей… Я разобрался, как запустить эту штуковину! Вот здесь, здесь и вот здесь повреждения, надо срастить разорвавшиеся контакты. Вот тут желательно усилить. А эту хреновину на фиг убрать, – все места на трёхмерной проекции, которую мы оба видели, подсветило красным.

– Так. Отлично. Тогда какая же плохая?

– Ну, не то чтобы плохая… Просто хотел сказать, что самостоятельно это у вас там не получится сделать. Только на станции техобслуживания, и под моим контролем.

– Ясно. Но ты мне всё-таки перешли подробные инструкции. Вдруг…

– Не стоит. Советую не спешить и доверить дело профессионалу.

– Посмотрим. А что это такое хоть – идеи какие-то имеются?

– Вон там кабина, она раскрывается и внутрь помещается гуманоид, размером заметно больше человека и даже лока. Скорее всего то, что мы меньше Древних по размерам, не страшно – должно сработать, ведь у них же тоже детёныши какие-то должны были быть. Однозначно могу сказать только то, что эта шутка умеет ходить и даже прыгать, имеет нечто похожее на нашу активную маскировку, манипуляторы…

– Правильно понимаю, что краткий ответ на мой вопрос должен был звучать: «нет»?

– Ну… Да, вождь. Отправляю инструкцию, как эту штуку использовать, как ею управлять… Но остальное для меня – тайна. Слишком сложно. Понятно только, что это нечто для индивидуального использования, возможно – не более, чем личный транспорт. Только моё чутьё подсказывает, что не всё так просто.

– Хорошо. Спасибо.

Закончив с Арраком, я справился об основных новостях, получил краткие сводки о жизни колонии, и только после этого позволил себе поговорить с Яромирой.

По жене успел серьёзно соскучиться. Она тоже явно извелась, просила не задерживаться и возвращаться как можно скорее. Завершать сеанс связи очень не хотелось…

Но – пришлось.

И не потому, что вышло время. А потому что поступил входящий сигнал от тамплиеров, которые смогли наладить связь. На небольшой отрезок времени, уже через минуту сигнал пропал, и восстановить его несмотря на все попытки больше не удалось.

За то время, пока связь была, сквозь жуткие помехи – и откуда они только взялись – едва-едва удалось уловить следующее. Луций передавал, что всё плохо, что они ещё держатся – но из последних сил. И что срочно, «уже вчера», нужна помощь. Желательно – дружественный флот у Маяка…

Это была проблема. Вернее – я подозревал, что просто с тамплиерами не получится… Но надеялся, у нас всё же будет чуть больше времени на подготовку.

Вариант забыть про отважных воинов и списать их как использованный ресурс, безусловно, тоже был. Нам ведь и кроме них было чем заняться, решать свои проблемы – готовить эвакуацию Верфей, с Ирия, и так далее…

Возможно, я бы так и поступил. Когда оперируешь категориями «планета», «флот» и так далее, всё человеческое желательно отключать, иначе ничего хорошего не получится. Правитель не имеет права на сантименты и привязанности.

Вот только – лучше солдат, чем тамплиеры, во всём разведанном мире не сыскать. И позволить им сгинуть безвестно в страшной войне было бы величайшим расточительством.

Это если мыслить уже не категориями «планета» и «флот», а «человечество» и «будущее».

С одной стороны. С другой – среди шахтёров же не зря бытует поговорка, за двумя астероидами погонишься, ни один не выработаешь. И распыляясь сейчас, я непозволительно увеличивал риск всего мероприятия.

Что и не говори, а вопрос – быть или не быть – оказался далеко не таким простым, как могло бы показаться на первый взгляд.

И всё бы хорошо, но в довершение меня решила порадовать ещё и необыкновенно серьёзная Снежана – она даже привычных шуточек почти не отпускала, просто вызвала меня по внутренней связи и попросила об аудиенции. Конечно, все вопросы мы могли решить и удалённо… Но в данном случае решил так и быть пойти навстречу, предложив встретиться в кают-компании – посмотрел по камерам, что там никого нет.

– Зар… Темнозар, – только зашёл, с места в карьер начала дочь Перовского, внимательно посмотрев мне в глаза.

– Да?

– Ты же решил? Мы летим спасать тамплиеров?

– Я. Тебе и остальным делать это вовсе не обязательно.

– Но решил. Летим. Да?

– Ну… Да. Пожалуй, да. Я лечу.

– Мы летим.

– Я…

– МЫ.

– Хорошо. Допустим. Это то, ради чего ты меня искала и это то, что ты хотела мне сказать?

– Ты сегодня уже спрашивал, что я думаю по поводу одного вопроса… Ну, что я думаю.

– Было дело.

– Так вот, по тому вопросу я ничего не думала. А вот насчёт твоих тамплиеров… Кое-какие мысли есть.

– И?..

– Там нас ждёт ловушка. И просто не будет.

– Ясно. Что же… Ничего. Не впервой, справимся.

– Ты – справишься. Но своих тамплиеров ты не спасёшь. Это получится, только если сможешь разобраться с артефактом Древних. Поспеши, времени уже почти нет.

– А подробнее?

– Подробнее – не скажу. Ты думаешь, я всё будущее насквозь вижу? Было бы так, уже стала бы властелином вселенной. Но нет, мне открываются только отдельные факты, зачастую разрозненные и совершенно бесполезные. Зато, если развить мой дар хорошенько…

– Спасибо, Снежана. Я подумаю над этим.

– Подумай над этим, Зар…

– Хватит меня так называть!

– Но тебе же нравится?

– Мне не нравится.

– Ну-ну…

Чертовка коварно ухмыльнулась и упорхнула, оставив шлейф из аромата каких-то духов – очевидно, перебивала запах палёного мяса и гари, который прицепился даже к ней на окаянной космической станции, хотя они вроде и просидели почти всё время в изолированном помещении.

Проводил её задницу, нагло дефилирующую в сторону выхода, задумчивым взглядом.

Отличная задница.

И её владелица вроде бы тоже ничего. Не такая вредная, как казалось когда-то. Наверняка ещё и на ощупь весьма приятная…

Пришлось аж трясти головой, отгоняя наваждение.

Пока шёл в каюту, пребывая в задумчивости, в коридоре столкнулся со старыми знакомыми – амазонками Айей и Селеной. Причём, делать им здесь было совершенно нечего: каюты, где обитают все взятые нами с Арконы воительницы – в противоположной стороне.