Текст книги "Деньги правят миром (СИ)"

Автор книги: Яна Мазай-Красовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 31 страниц)

40. Каникулы с антименталем

В очередной раз слинявший из школы сразу после занятий Северус едва не опрокинул в рот пузырек с оборотным, дабы принять привычную уже златокудрую личину, но вовремя спохватился. Вовсе не стоило светить парня. Никого из школьников не стоило светить в Малфой-маноре, когда туда должен был явиться один из сильнейших Пожирателей.

– Малфой! – позвал он.

Люциус после блокирования метки был благодарен до печенок и трети... ладно, половины запасного кошелька, так что отношения между молодыми людьми становились все теплей и ближе.

– Чего тебе, Северус? Сейчас лорд Нотт прибудет, я должен встречать.

Северус молча налил новую основу для оборотного в чистый стакан, подошел, дернул длинный платиновый волос и кинул его в зелье. Жидкость зашипела, и волос стал медленно исчезать.

– Ты что, с ума сошел? – шикнул было Малфой, но быстро сориентировался. – А, ну да, на всякий случай не стоит тебе светиться и светить кого-то из ваших. Раньше подумать не мог?

Снейп молча развел руками, проглотив зелье, мол, бывает и на старуху проруха. Шпион из него действительно аховый. А вот Малфой из него вышел вполне ничего, разве что немного утрированный – в последнее лето он насмотрелся на манеры своего нового приятеля и мог их неплохо копировать, хоть и получалось слегка пародийно.

– Ты не против, если я немного залезу в его голову? – спросил он Малфоя-оригинала.

– Нотту? Для чего? – поднял брови тот, удивляясь. – А ты ничего, – оценил он завершившееся преображение.

– Павлин, – фыркнул Снейп. – Хочу понять, почему Нотт на тебя вышел. Если он заметил что-то в твоем поведении, то и другие могут.

Люциус вздрогнул, покраснел и напрягся.

Полыхнуло зеленое пламя, и через пару секунд лорд Нотт с ироничной улыбкой рассматривал двух Малфоев, однако просто поздоровался, не ожидая, что ему представят дублера. Правда, копию он отличил не сразу, а только после того, как его пригласили в лабораторию. Двигался тот немного не так – чуть более стремительно и порывисто, чем хозяин дома. Но узнать по этой манере прячущегося под личиной не удалось, хоть он и старался быть как можно внимательнее.

А вот после довольно длительного и немного болезненного процесса «пациент» сумел огорошить своего «лекаря» весьма интересным предложением…

Северус едва сдержался, когда ему предложили стать участником сопротивления… Темному Лорду. Он выразительно посмотрел на Люциуса, который ему ассистировал, а Нотт сделал мысленную заметку, что никогда не видел у Малфоя таких выразительных движений левой брови. На кого бы это было похоже? Увы, на ум не приходил никто. Жаль, хотелось бы знать настоящее имя этого довольно сильного и способного мага. Полезно.

* * *

Через два дня в Выручайке-складе Северус передавал списки «внутрипожирательского сопротивления», а также основного состава Пожирателей смерти своему куратору. В сопротивлении оказалось более половины известных им сторонников Волдеморта и полтора десятка совершенно новых имен…

– Бедняга Лорд, – улыбнулся мистер Грин. – С ним можно и не воевать, свои справятся.

– По мне, так Лорд, мягко говоря, перестарался, – ответил Снейп. – Но под меткой не справятся.

– Так вы же с Малфоем это скоро исправите.

– Блокировки может оказаться недостаточно. Думаю, Риддл, когда поймет, что что-то не так, быстро все исправит. Он сумасшедший, но не идиот... Когда ее окончательно научатся снимать?

– А вам не терпится?

– Конечно. Это важно, а кроме того, мне до жути интересно, а заняться некогда.

На пятом курсе занятия шли довольно плотно, а учитывая то, что Северусу и Питу "по разным важным делам" частенько приходилось покидать стены школы с помощью феникса "мистера Грина", времени действительно не оставалось, иногда даже на сон. Ребята с обороткой их, конечно, подстраховывали, но задания-то никто не отменял, а преподаватели стали давать все больше и больше индивидуальных работ.

Вообще, первое полугодие пятого курса было странным. Во-первых, вроде как обострилось противостояние между Слизерином и Гриффиндором, хоть и немного вялое. Другие факультеты пока не спешили принимать чью-либо сторону. Какое-то движение происходило в основном благодаря Лонгботтому и его компании, которых частенько прокатывали в ответ старшекурсники-слизеринцы.

Мальсибер и Эйвери иногда тоже попадали под горячую руку, правда, им приходилось отдуваться вдвоем: Снейпу было не до детских разборок, он варил зелья, и поймать его было можно только во время занятий, или же разбудить, но последнее было чревато. Поесть ему чаще всего приносили друзья, точнее, подруга, или эльфы, подговоренные Сивиллой. Однокашники, конечно, помогали с зельями, но основная нагрузка все же была на нем – отвечать за качество приходилось Малфою, как посреднику. А неприятностей ему Северус не хотел – подставлять покровителя, пусть и бывшего – последнее дело.

Эванс же и Петтигрю приходилось защищать от нападок своих же гриффиндорцев, а именно – лонгботтомской компании… Блэка. Как в конце концов выяснилось, докапывались они до него чисто из-за фамилии, мол, «все Блэки – темные маги, и их потомку на факультете благородных не место». В результате чего они сами едва не попали в немилость на своем факультете, пока Петр не встал в позу и не высказал все, что подумал бы о поведении учеников Годрик Гриффиндор, что такое благородство и как с этим согласуются попытки травли своего же товарища.

Получилось логично и складно – что-что, а выступать перед публикой Петтигрю умел. А учитывая то, что в гостиной предварительно было распылено немного «антименталя» (спасибо за помощь Кори и Сивилле), алознаменные буяны задумались и на некоторое время притихли. Тем более, Дамблдор отправился в какую-то очередную командировку, снова сгрузив все дела на хрупкие плечи МакГонагалл и прервав традиционные чаепития.

Так что экзамены прошли тихо-мирно, даже трансфигурация у замученной делами МакКошки. Детки в большинстве своем отправились по домам на каникулы, и Хогвартс опустел и затих.

* * *

Оттери-Сент-Кэчпоул стала одним из популярнейших направлений аппарации, и камин в доме Фосеттов почти не закрывался: маги самых разных социальных слоев после некоторых весьма показательных «акций возмездия» и выступлений вернувшегося Темного Лорда (в том числе, в прессе) не считали для себя зазорным общаться друг с другом. Лишь бы обезопасить себя, семью, друзей…

Благодаря широчайшему кругу знакомств Фосетты оказались практически в центре изменений, но опытный ученый-артефактор был в состоянии защитить и дом, и семью от нежелательных гостей. Да и друзья у него были соответствующие. Гости же активно перенимали его опыт...

А процессы в магическом обществе шли интересные. Разваливавшиеся было из-за внутренней конкуренции кланы складывались снова. Создавались новые, подчас совершенно неожиданные альянсы. Прощались старые грехи, пусть до поры до времени. И все это происходило тихо, словно мыши шуршали под ковром – привлекать к себе внимание не хотел никто. А лозунг «разделяй и властвуй» был прекрасно известен что в разведке, что в Тайном отделе. И всем известный мистер Грин, которого на самом деле практически никто, кроме Алана Фосетта, не знал по-настоящему, прекрасно себя чувствовал в роли «теневого дирижера»: слава ему была не нужна, да и власть…

Он слишком хорошо знал, насколько это опасная вещь. Не каждый может держать в руках так много. Кто-то попросту не удержит, а кто-то пойдет вразнос, рано или поздно. В любом случае нужны ограничители. Собственно, он и его отдел как раз и были теми самыми ограничителями. И собирались ими оставаться.

Потому весьма остро встал вопрос о новом министре, да и в целом о Министерстве. Визенгамот тоже был не в лучшем состоянии, но, по крайней мере, меченых Пожирателей в нем пока не было, только сочувствующие, а ставленников Дамблдора можно было по пальцам пересчитать. Да и возраст уважаемых магов все чаще говорил о том, что их отставка не за горами. Хотя в отделе часто шутили о том, что уважаемые члены Визенгамота предпочитают покидать свой пост исключительно на чужих руках и вперед ногами.

Решать вопрос власти надо было довольно быстро, но в то же время не вызывая дополнительного напряжения в обществе. Постепенно в Министерстве началась смена кадров. Кто-то уходил, рекомендуя на свое место «молодого и многообещающего», кто-то уезжал на континент, у кого-то образовывались неотложные семейные дела. Небольшое, но в целом заметное увеличение выплаты выходного пособия стимулировало этот процесс с одной стороны, а с другой – заинтересованность одного не совсем адекватного, но очень сильного и изобретательного мага не давала покоя чиновникам, занимающим достаточно высокие посты. Записываться в сторонники Темного Лорда они отнюдь не спешили.

Отвечать за то, что накуролесят Темный Лорд с приспешниками, тоже никому из правительства магической Британии не хотелось. Схлестнуться с ними – тем более. В Аврорат был объявлен дополнительный набор, но популярностью данная структура, увы, не пользовалась. Ну а с чего бы – на них с непростительными нападают, а они и ответить не могут ничем, кроме Ступефая или Конфундуса.

* * *

Мальсибер-старший стоял у двери восстановленной домашней лаборатории. Нет, в ней не было идеального порядка, она не блистала свежими рядами зелий, но разве это было важно, он и так замер как вкопанный прямо в дверях. Она просто наличествовала. Целая. И этого было более чем достаточно.

– Как? Когда?

– Последние полтора года, – поднял разлохмаченную голову сын, выпрямляясь и доставая что-то из самого нижнего ящика.

– Откуда взял деньги? Как посмел влезать в долги, не сказав ничего?

– Какие еще долги? – возмутился Джейкоб, выходя из лаборатории.

– Если это подарок, все еще хуже!

– Какой подарок, еще чего, заработал я!

– Мальсиберы не работают!

– Ага, они умеют только тратить, – неожиданно ядовито ответил сын. – И откуда у нас берутся деньги? Распродаем старые вещи, грабим на дорогах, берем заказные убийства? Впрочем, убивать на заказ это тоже работа, не так ли? Или мы научились чеканить гоблинские монеты? Значит, я не Мальсибер, – сверкнул глазами он.

– Я не верю тебе, ты еще школьник, ты не мог…

– Тебе показать выписку с моего счета?

– У тебя появился свой счет? – хотел было рявкнуть лорд Мальсибер, но голос его подвел. Он медленно опустился в кресло, глядя на сына так, словно впервые увидел.

Мальчишка улыбался – довольно, нагло и… с чувством собственного превосходства. Не надо было быть легилиментом, чтобы понять – это все правда. Ужасно странная, невероятная, неудобная правда.

– Но как?..

– Видишь ли, у меня в школе образовалась очень неплохая компания. Прежде всего талантливых зельеваров.

– И вы…

– Варили сперва простые зелья, продавали через посредника. И учились более сложным.

– Что ты можешь сварить сам?

– Веритасерум.

Лорд Мальсибер временно потерял дар речи. А когда снова обрел…

– Это же уровень подмастерья… Даже не старших курсов!

– Тебе что-то не нравится?

– Я горжусь тобой, сын.

– Мяу…

Джейкоб едва успел обернуться обратно, чтобы подхватить отца, чей аристократичный зад уже готов был встретиться с полом.

– Спасибо, сын. Какой же ты у нас… молодой да ранний. Ты даже не представляешь, что ты сделал для семьи. Мы все в долгу перед тобой.

– Как интересно… кстати, а почему ты ничего не делал сам?

– Хочешь знать, почему Мальсиберы перестали котироваться как зельевары? Все очень просто, очередной идиотизм. После гибели твоего предка его супруга взяла со всех клятву, что они ногой не ступят больше на порог в лабораторию. И эту клятву обязаны давать все потомки, достигшие пятнадцати лет. Ты успел вовремя, Джейкоб.

Сын согнулся, хохоча:

– Мы соблюдем клятву! – кажется, его еще больше развеселило недоумение отца, и он добавил, – дракклов порог я тоже сменил! Заходи!

* * *

На следующий день мальчишка умотал к своей компании, а Мальсибер-старший делился с супругой своей радостью и одновременно тревогой: Лорд требовал новых рекрутов.

– Такого сына отдавать? Анимага, зельевара, чароплета? Да я лучше сам сдохну.

– Связаться с тем, кто купировал твою метку, сможешь? – с таким раскладом жена была категорически не согласна.

– Скорее всего, нет. Он был под оборотным, копией Малфоя, и его не узнал никто из наших.

– Может быть, Малфой?

– Снова идти на поклон к мальчишке?

– Уж всяко лучше, чем к этому вашему… чудовищу.

– А ведь ты права, – вздохнул он. – Ладно, сделаю, раз другого выхода нет. Лучше наступить на свою гордость самому, чем дать кое-кому наступить на свое горло.

* * *

В доме Фосеттов шло очередное собрание.

– Мы вышли на лорда Нотта сотоварищи. Кажется, Пожиратели теперь больше всего хотят избавиться от собственного предводителя. Те, кто остался, более-менее адекватны.

– Так может, им и не мешать? Или надо помочь?

– Вопрос в другом… Что делать с неадекватными?

– Изолировать, лечить, при неуспехе лечения – антимагические браслеты.

– Думается мне, сначала браслеты, потом все остальное. Они опасны.

– Ну да, ну да. Для начала попробуй заставить их надеть браслеты.

– Сомнус, неснимаемые защелки.

– Северус, антименталь будет нужен в товарных количествах…

– В чем проблема, рецепт у Тайного отдела есть. А у меня вообще-то СОВ во втором полугодии. Не то чтобы я страдал комплексом отличника, но результаты мне нужны приличные. А скакать из школы и обратно на хвосте у феникса, конечно, быстро, но довольно утомительно, – Снейп от души зевнул и слегка потянулся.

– Да тебя и без результатов уже в Тайный отдел приняли, мог бы и расслабиться.

– МакГонагалл это сказать? Задания-то никто не отменял. «Эссе на три фута», и никаких гвоздей, а у меня почерк мелкий.

– Делай больше расстояния между строк.

– Не учи дедушку кашлять. На фут пергамента пара строчек – весьма забавное зрелище, но не для преподавателей. Я на каникулах выспаться мечтал, и то обломался, только приехал – пожалуйста, очередное совещание.

– Тогда с тебя мастер-класс… Леди Блэк готова предоставить свою лабораторию…

– О. Ингредиенты с вас.

– Безусловно.

Увы, одним мастер-классом не обошлось. Антименталь, прозванный его добровольными изготовителями Зельем Свободы, требовал недюжинной сноровки и аккуратности, которыми обладали немногие. Они и составили, собственно, новый костяк зельеварческой лаборатории Отдела тайн. Эйлин Снейп и Вальбурга Блэк взяли под свое крыло по пятерке зельеваров каждая, правда, у леди Блэк вскоре трое отсеялось, но работа все же продвигалась довольно быстро. Лили и Северус были, что называется, на подхвате, скорее консультируя и помогая во время ключевых моментов, вроде закладки в котел очередных ингредиентов.

У артефакторов, к которым примкнул Питер, работа тоже кипела: готовились новые артефакты – распылители антименталя.

Идея привлечь к копированию эльфов пришла к Снейпу и Петтигрю одновременно…

Они встретились, едва не столкнувшись в камине на Гриммо и, едва выйдя в гостиную, дружно выдали, глядя друг другу в глаза:

– Мы кретины!

Криво ухмыляющийся Снейп посмотрел на друга, выдерживая паузу.

– Домовики? – спросил Петр.

– Да, конечно! Ведь насколько все становится проще!

Вскоре в Отделе тайн возникло новое подразделение… И в Министерстве, а потом и в остальных общественных местах началось то, что Пит назвал странным словом «санобработка».

41. Результаты санобработки

– Странные вещи происходят, вам не кажется? – спросила друзей Лили, когда они, как обычно, собрались в Выручайке.

– Да, в школе уже явный раскол на два лагеря, но такой, словно все дружно в какую-то игру играют.

– Ну да, кто больше баллов потеряет, Гриффиндор или Слизерин. Сделать ставку, что ли, на конец года?

Подпольный тотализатор в Хогвартсе был отнюдь не легендой и преимущественно принадлежал «барсукам», хотя устроители, когда выпускались, передавали его как эстафету, иногда кочующую с факультета на факультет.

– Смысл? Гриффиндор лидирует с приличным отрывом, – гордо отметил Сириус, словно потеря баллов родного факультета была его личной победой. И тут же взвыл, получив с двух сторон удары локтями по бокам: один от Эванс, второй от Люпина.

– Слизерин лучше умеет не попадаться, – не менее гордо отметил Эйвери.

– Главное, пакостят и те, и другие довольно умеренно, – заметил Петтигрю.

– Что говорит о том, что идиоты, кажется, закончились, – мечтательно произнесла МакДональд.

– Это не может не радовать, – подхватила Эванс.

– Надейтесь-надейтесь… – покивал Снейп.

– Лонгботтома с компанией в чувство бы привести… Достали…

– Это бесконечный процесс, увы.

– И не только их. На Слизерине тоже есть те, кому мозги изрядно засрали.

– Шеф говорит, эти уже нам не по плечу, даром что без меток, – поделился информацией Пит.

– Зато с закладками. А против закладок у нас есть кое-что довольно действенное. Я запас с каникул еще прихватил… – все-таки решил внести рацпредложение Северус.

– Ну и кто из нас больше хомяк, Снейп? Я тоже отлил немного. На всякий случай.

– Сколько?

– Да так, пару пинт.

– И я пару, – рассмеялся Северус. – Ладно, согласен на летучего хомяка.

В теплой компании один за другим раздались смешки.

– Вы правда хотите испытать антименталь в школе?

– Ага. Если в Министерстве с ним уже вовсю работают, почему бы и нам не применить? Глядишь, поможет. И сами подышим, тоже полезно.

– Только ведь закончит свои путешествия директор, и все вернётся на круги своя, да ещё и риск засыпаться есть.

– А если как с оборотным сделать? Домовики согласятся, – уверенно предложила Сивилла.

– Прорыв дорогого Гилди, великого героя? Готов отдать ему свой орден Мерлина, Северус?

– Положим, это не только мой орден, над составом ещё и вы работали, так что решать не мне.

– Серьёзно, тебе не обидно будет просто взять и выбросить своё открытие, точнее, ещё хуже, взять и подарить его Золотому фазану? Этому куренку? – отчего-то возмутился Сириус.

– Знаете, я как-то посмотрел через Малфоя на развлечения их лорда, – задумчиво произнёс Снейп, и на лице его возникла брезгливо-жалостливая гримаса, постепенно переходящая в довольно серьезную и очень постную мину. – А уж что Нотт едва не вытворил с собственной женой и сыном… Пусть это как можно быстрее закончится, и ничего мне для этого не жалко. И вообще… какая разница, как это людям расскажут, те, кому надо, и так знают, что к чему.

– Все так ужасно? – не поверила Эванс.

Северус нахмурился:

– Как по-твоему, Круциатус на беременную жену – это не ужасно? При том, что Нотт был в полном сознании.

– Убить его мало, – выдохнули девчонки едва ли не в голос.

– Он смог остановиться, потом его корчило от боли в метке, потом он рыдал от чувства вины и от ужаса, а дальше я в его разум не пошёл и повторять этот опыт не собираюсь. Хватило.

– Получается, ты с Риддлом так и не общался? А как тогда его заказы, мы ведь получили оплату за них? – поинтересовался Люпин.

– А Малфой зачем? Сказал Лорду, что все привез, втихаря лучшее оставил себе и приближенным, Риддлу передал стандартные, тот назвал сумму, сколько перечислить, особо не интересуясь личностью зельевара. Хотя вроде как понятно, что это я, договоренность же была еще в кафе Фортескью, но я пока простой школьник, хоть и подающий надежды. Люциус говорит, что Лорд ждет, когда я экзамены сдам. Так что – нет, не общался, да и как-то уже и не тянет.

– А как же легилименция? Если Риддл прочитает Малфоя…

Снейп усмехнулся:

– Во-первых, у него куча родовых артефактов. Отдел тайн, если что, тоже готов проспонсировать. Ну… либо за частичную оплату, либо у них бартер, что Малфой испытывает новодел. А во-вторых, он антименталь пьёт на завтрак, обед, ужин и вместо аперитива. И щиты у него приличные, родовые, так что его теперь только Секо и берет. Или ещё «кровавый хлыст», который, говорят, Белла Блэк… Лестрейндж изобрела. Те уже совсем того, мозгами поехали, даже разговаривать с ними почти невозможно. Хотя, скорее, опасно и обычно плохо заканчивается. Тайнюки в курсе, так что должны иметь в виду. Но сильны, гады, против них можно хоть всю школу поставить, всех выкосят. Умеют бить по площадям…

– И преподавателей? – ахнул кто-то из девочек.

– Может, кроме директора. Разве что если они будут всем скопом… Хотя нет. У нас же боевиков-то и нет совсем, Дамблдор и Флитвик – дуэлянты, а это, как выяснилось, совсем другое.

– Кстати, с директором уже не факт. С ним тоже что-то странное, словно он сам себе закладок навставлял, как Фрэнку.

– Шутишь?

– Я смотрел, – Питер кивнул другу, и тот понимающе прикрыл глаза, но решил уточнить.

– Тоже через фамильяра?

– Ну да. Решил, что если с одним фениксом контакт наладил, то и с другим, скорей всего, получится. Так и вышло.

– Дамблдор ничего не почувствовал?

Питер вздохнул.

– Внешне виду не подал, но… кто его знает.

– А может, он передумал?

– Мечты, мечты…

– Значит, все ждут нашего «повзросления», то есть когда экзамены сдадим. Завалить все подряд, что ли? – предложил Пит, почесывая затылок.

– Надеюсь, ты пошутил? – спросила Лили.

– Ну… в каждой шутке есть доля сами понимаете чего, – улыбнулся краешком рта Снейп. – Оказывается, все же иногда неплохо быть маленьким.

Все дружно хихикнули: вытянувшийся за последнее время Снейп почти всех, кроме Мальсибера, превосходил минимум на полголовы. А тот неожиданно попытался скроить как можно более невинную физиономию и… часто-часто заморгал глазами.

Народ выпал в осадок. Воистину, картинка была еще та. Просмеявшись, Лили утерла слезы и попросила:

– Север, умоляю, никогда больше так не делай…

– А по-моему, неплохо получилось, – он обвел взглядом все еще корчащихся от смеха однокашников. – Я тут в одном маггловском журнале прочитал, что смех продлевает жизнь.

– Снейп, знаешь, клоун – это определенно не твой типаж, – пришел в себя Люпин.

– Но комик, кстати, может получиться убойный. Такие шуточки, да с его миной… – представил Петр и снова заржал. Компания подхватила – отсутствием воображения не страдал никто.

– Фух. Давайте уже серьезно… Не могу больше! – заявила Сивилла. – У нас тут явная угроза нашему благополучию и даже жизни, а мы ржем как кони ненормальные.

– Да, что с экзаменами? Сдать как можно посредственнее? Так потом с этим жить… Ведь единственное, что котируется после школы – это баллы по СОВ и ЖАБА.

– Может, на СОВ забьем, ЖАБА потом, когда все образуется, нормально сдадим?

– Забыл, что ли, после СОВ идут допуски на продвинутые курсы…

– Снейп, тебе, что ли, нужно продвинутое зельеварение у Слизнорта? По мне, ты и сам его неплохо продвигаешь!

– Ты не понимаешь, Блэк, у каждого хорошего зельевара есть свои приемы, интересные навыки, и чем их больше, тем лучше.

– Тогда тебе надо мастера искать и идти на мастерство. Что, в Отделе тайн нет никого, что ли?

– Их я уже в целом представляю, а что покажет Слизнорт… Младшекурсникам он и половины не дает того, на что способен, я в его личной лаборатории пару раз был. Он тоже мастер.

– Собираешься коллекционировать мастеров?

– Только их полезные привычки.

– То есть ты решил сдавать в полную силу?

– Да.

Петр вздохнул. Он видел, что и другие ребята не горят желанием плестись в конце списка успеваемости. «Все-таки дети, – подумал он. – Значит, этот вариант не подходит. Придется кое-что рассказать».

– У меня есть одна любопытная новость, – начал он.

После чего все узнали, что метка, которую научились копировать Снейп и еще двое «тайнюков» обладает весьма интересным свойством, точнее, двумя. Во-первых, после довольно простого заклинания напрочь скрываться от взгляда магов любой силы. А во-вторых, побеждать в здоровой конкуренции метку Лорда, проставляемую поверх нее. Причем чем «старше», то есть чем раньше поставлена первая метка-змея, тем быстрее она буквально съедает более «молодую».

– Это как? – опешил было Снейп.

– Они что, просто дерутся? – весело поинтересовался Блэк.

– Дерутся, а потом победитель получает обед, – предположил Люпин.

– То есть прямо жрет, это не фигура речи?

– Вместе с черепом, ага, – закончил Питер.

Глаза у Северуса слегка расфокусировались. Видимо, таких спецэффектов он точно не ожидал.

– Короче, Снейп нахимичил так, что теперь сам Риддл не снимет! – хихикнула Кэтрин.

– Я в шоке, – задумчиво произнес Снейп. – То ли нос задрать, то ли уши отрастить.

– И что теперь? Все к Северусу в очередь? Готовься, дружище, всех нас разрисуешь…

– Все это, конечно, интересно, но я не собираюсь этого делать, пока не наберется достаточное количество статистически достоверной информации, а не всего лишь пара опытов на новых риддловских недобровольных последователях.

– Это были добровольцы Тайного отдела и разведки, Сев.

– Это ничего не меняет.

– Ладно, готовимся к экзаменам, сдаем их как следует, а там посмотрим. Может, что-то уже к тому времени станет ясно.

– Старые змеи справляются быстрее, имейте в виду… Процесс же немного болезненный, руку жжет.

Снейп нахмурился.

– Я посоветуюсь с куратором. А вы, кстати, со своими. И еще желательно с семьей, не забывайте, что вы несовершеннолетние. Я если буду что-то делать, то только после официального разрешения.

– А вот это ты молодец… А то еще вякнет кто про нового Темного Лорда.

– Тебя быстро убить или предпочитаешь помучиться? – возмутилась Лили. – Север, не слушай идиота, не обращай внимания.

* * *

Обработка антименталем родной школы все-таки состоялась. Правда, только после пары совещаний с разведкой и Тайным отделом, в который наша развесистая компания уже начала ходить почти как в Выручайку-склад.

Ребята там на удивление быстро пришлись ко двору. Личных кураторов получили почти все, кроме разве что Сивиллы Блэк – прорицателей такого уровня в магической Британии больше не было. Даже Сириус собрался поработать с боевиками, правда, он больше тяготел к разведке, несмотря на то, что мама Вальбурга шипела похлеще всех змей Слизерина. Ее понемногу успокаивала Сивилла, ну, провидица же, куда деваться-то.

Леди Блэк верила, а что ей оставалось? Зато обе дамы заключили соглашение о том, что, как только у Сивиллы появятся хоть какие-то сомнения, Блэка пеленают, затыкают и держат дома столько, сколько понадобится. Его будущие коллеги, кстати, были предупреждены и ничего против не имели: нечего мальчишек подставлять при реальной опасности. А так, хочется парню, пусть работает. Есть кому прикрыть, а мальчик мало что талантливый, еще и фамильными приемчиками готов поделиться.

Распыление, незаметно для всех проходившее прямо над накрытыми столами, почти закончилось, когда в Большой зал неожиданно явился директор. И, видимо, будучи с дороги голодным, очень хорошо, просто, что называется, от души поел. Да, и попил. А на следующий день начал вести себя довольно странно.

Например, очень удивился, когда к нему «на чаепитие» заявилась компания гриффиндорцев с парой девочек из Когтеврана, немного поговорил с ними, захлопнул дверь и долго сидел за чтением каких-то записок. А потом ходил очень задумчивый и чем-то недовольный, тихо бормоча себе в бороду неслабые ругательства, которые некоторые вовремя прислушавшиеся школьники даже записали.

Больше всех удивилась и даже обиделась Минерва МакГонагалл, когда директор предложил ей заняться плотнее ее факультетом, сняв часть обязанностей по школе.

– Разве я не справляюсь, Альбус?

– Минерва, дорогая… У детей очень сложный период. И в школе, и в обществе. Они должны чувствовать себя в безопасности хотя бы в Хогвартсе, понимаешь?

– Что ты имеешь в виду?

– Одну неприятную тенденцию, которую проще всего назвать, как есть, хоть и не хочется. Вражду факультетов.

– Альбус, это просто конкуренция и обычные детские шалости. Это закаляет, ты же сам говорил…

– Минерва, присмотрись. Я. Тебя. Прошу. И никаких потаканий тем, кто пытается воевать с другими факультетами.

– Альбус! Ты?.. Ты защищаешь слизеринцев?!

– Я защищаю всех детей. Сейчас у меня будет разговор с Горацием.

Когда недоумевающая МакГонагалл покинула его кабинет, Дамблдор тяжело вздохнул и сжал виски пальцами.

«Вот до чего все дошло, – подумал он. – Мог ли я предположить что-то подобное? Верны ли мои догадки про гоблинов? Нет, я чувствую, что верны. Или максимально близки к этому. И как теперь выпутываться?»

В голову не приходило абсолютно ничего. О том, чтобы сорваться с крючка гоблинов после того, как давным-давно заглотил его полностью, можно было даже не мечтать. Но и идти на поводу… Побеждать Пожирателей не стоило – уж слишком этого хотели гоблины. А значит, он просто будет делать вид.

И нет, он не будет никого тащить в свой лагерь. Он соберет, кого не жалко. Воришку Флетчера, например. Предателей крови, которые, хоть и стремятся снять проклятие, но им все рано ничего хорошего не светит. Нет, он не будет их разочаровывать… Гоблины подкинули еще денег, но, увы, в этот раз весьма ограниченно. Узнать бы, почему. Но им же хуже: кто будет согласен воевать за такие, тот и будет в его… а как это назвать? Войско? Слишком громко. Но название надо привлекательное.

А почему бы не Орден? Сразу и награда, еще ничего не сделали, а вроде как в Ордене. Мда. Орден чего? Может быть, Света? Слишком абстрактно. Добра? Слишком громко, особенно для тех, кого он приметил. Кого не особенно и жаль. Кстати, надо будет рассориться со стариной Элфиасом, совершенно не хочется, чтобы старому другу грозила опасность. Эх.

Вот, точно, Орден Феникса! Ведь феникс в любой момент спасет хозяина: и из неприятностей унесет, и яды обезвредит, а если рана смертельная – вылечит. Решено. Но брать ли Лонгботтомов? Тоже жалко, но нужен же ему хоть кто-то более-менее с головой! Надо будет намекнуть им насчет ребенка, вот родят, тогда можно будет и брать. Все же старый род не прервется. Есть в этом что-то глубоко неправильное, что ощущается буквально на границе сознания, но не дается, не дается. А искать подробности уже некогда.

Никто не видел, как всеми уважаемый профессор чар внимательно наблюдал за своим директором. Никто не знал, что ему приходил вызов за вызовом и в конце концов тот покинул школу почти на оба выходных дня. Никто не заметил, как профессор поздно ночью шел к кабинету директора, как бросал заклинание в горгулью, как устанавливал что-то между ее лап. Но и гоблины никогда не узнали, какие изменения внес в их артефакт бывший послушник.

И тем более никто и никогда не узнал, что по пути на завтрак директор остановился возле горгульи и погладил ту по лапе, бормоча:

– Маразматик… Ну хорошо, лучше живой маразматик, чем мертвый подлец. Впрочем, чем живой подлец – тоже. Особенно если его дергают за веревочки гоблины. Молодчина, Филиус. Я правильно верил в тебя, жаль, что не смогу сказать тебе об этом. И защитить, и подставить, воистину, это мог только ты…