Текст книги "Деньги правят миром (СИ)"

Автор книги: Яна Мазай-Красовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 31 страниц)

Дроздиха хитро присвистнула.

– Ты приятель Сириуса?

– Тю-у-у…

– Не попал? – спросил Орион, чувствуя себя участником театра абсурда. Но почему-то стало весело, словно сбросил десяток… нет, несколько десятков лет.

– Вон! Все вон отсюда, кроме Сириуса и Северуса! – рявкнула его супруга, и все стихло. – И Сивиллы, – добавила она.

Дроздиха присела, дернула хвостом, уронив мерзкую каплю в паре миллиметров от руки Ориона и, издевательски склонив головку, упорхнула. Остальные, прижав уши и поджав хвосты, попрятались кто куда.

– Я что сказала! Отсюда. Вон. Все! А вы двое, нет, трое, сидеть!

Вальбурга смотрела, как весь зоопарк неохотно потопал через порог. Зрелище было бесподобное, особенно учитывая состав зверинца.

– А теперь, дорогой сын и у-ва-жа-е-мый гость… (у Северуса все волосы встали дыбом), рассказывайте. И только рискните соврать. Дорогая невестка пока помолчит.

Она поджала губы, с трудом сдерживая улыбку, и приготовилась слушать.

* * *

Натан Фосетт представлял жене старого школьного приятеля. Мистер Грин был обаятелен, разговорчив и… интересовался ее сыном. Элси насторожилась, но знак, сделанный мужем, немного ее успокоил.

– А Питера сейчас нет, он отправился к приятелю. Сириус Блэк, да… Нет, как я могу ошибаться?

– Да, жаль. А он надолго?

– На неделю. Вы останетесь на обед?

– Благодарю, миссис Фосетт. Думаю, это будет неприлично. Если не возражаете, я зайду, когда ваш сын вернется.

– Вы тоже артефактор?

– Да, можно и так сказать.

* * *

«Сова вернулась обратно. Где они все?» – хмурился Люциус Малфой. Милорд в недавнем письме четко указал ему на необходимость подключить к их компании хорошего зельевара. Снейпа нельзя было упускать из рук. Придется приглашать его вместе с матерью. Подумать только, Блэки пытаются перейти им дорогу, если уже не перешли! Отец гневался…

И что он ввязался в эту политику? Сидел бы сейчас по уши в маггловских биржевых сводках и горя не знал… Больше всего на свете Люциус Малфой ценил комфорт, безопасность и спокойствие. Абраксас Малфой, увы, был с этим выбором категорически не согласен.

* * *

Старшие Блэки не верили собственным глазам и ушам. Эти детки… Такие детки! И ведь в компании кого только не оказалось – от наследников благородных родов до грязнокровки! Полный набор… Но их талант и увлеченность, если не одержимость, магией, внушали странный, совершенно несвойственный Блэкам ранее оптимизм. Определенно, нельзя их упускать из виду. Жаль, что Регулус пока… ну ничего, мальчик подрастает, скоро его примут в компанию. Куда он денется от родного брата?

Вальбурга встретилась глазами с невесткой и покачала головой. Строптивые, как совсем недавно ее старший сын, но умные, очень умные. Им нужна железная рука в самой бархатной перчатке. Справится ли она? И надо ли ей это?

Может, и не справится, но… Что-то зазвенело внутри, когда женщина поняла: ни за что в жизни она не откажется от такого… приключения. А палочки она отдаст сегодня же, вот только попробует рагу.

Наказанные детки в это время неумело, с большим трудом свежевали зайчиков...

31. Каждый о своем: мозаика друзей и врагов

Том Марволо Риддл, самоназванный Лорд Волдеморт, взял с подоконника конверт и удивленно поднял брови. Вальбурга Блэк? Да быть не может… Он аккуратно распечатал письмо и пробежал глазами по строчкам.

А потом понял, что сейчас или убьет кого-то… или расхохочется. Впрочем, больше хотелось убить, что он и проделал – в завалящей гостинице для магов на границе сельвы всегда был большой выбор кандидатов…

«Интересно, что на нее нашло?» – думал он. И понимал, что пока возвращаться в Англию не стоит. Да и не особо хотелось, у него оставались здесь два весьма интересных дела. Когда он вернется, тогда и сообщит, интересно же, по какой причине с нее слетели все ментальные закладки – он ставил их на совесть. А Вальбурга вспомнила его, надо же, кто-то сумел обнаружить и снять. Сама Вэл точно не могла, да и не было в Британии такого мага, кроме… Впрочем, к «Великому Светлому» Блэки уж точно бы не обратились. Или?.. Нет, это так же невозможно, как солнечный свет в полночь! Ничего, когда он вернется, то первым делом найдет того мага и либо он будет с ним, либо… его просто больше не будет.

Из-под ветвей дерева напротив показался огромный змеиный хвост, и Лорд Волдеморт поторопился за ним в сельву, стараясь не упускать из виду Нагини, что было не очень просто среди обильной зелени. Все же их связь с фамильяром была еще недостаточно крепка, и это надо было срочно исправлять.

А потом он исполнит свое давнее желание – овладеет чарами полета. Тем более что он уже напал на след, который приведет его туда, куда нужно. Тогда можно будет и вернуться, и пусть содрогнется и склонит голову вся магическая Британия!

Он испепелил письмо от Вальбурги Блэк, которое, оказывается, все еще держал в руке, и ускорил шаг.

А зря. Лучше бы ответил.

Но об этом он так никогда и не узнал.

* * *

Альбус Дамблдор бился над расшифровками собственных записей, перешедших в изрядно мерзкую форму, потому что собранный домовиками помет пришлось еще и размачивать, и выдерживать, потом накладывать чары свежести… Тем не менее получилось практически всё, кроме некоторых весьма важных страниц – с ними совершенно ничего не удалось сделать. Словно его рецепт не подходил к ним совершенно. Может, то была не крыса? Но теперь уже ничего не поделать, компромат на Малфоев пропал совсем… И на Блэков, и записи о Трелони, но он их восстановит по памяти.

Словно в наказание, смесь, из которой он выделял и отправлял на «памятные места» частицы чернил, начала вонять, а потом… запах словно пропитал все его восстановленные записи. Теперь работать получалось только с использованием специальных фильтров в нос.

Приехавшие перед началом учебного года коллеги косились странно и норовили отсесть от него подальше за столом, когда до него наконец дошло, что его мантии тоже пропитались этим запахом. Пришлось срочно менять гардероб…

Восстанавливая записи, он заметил странную закономерность: в течение нескольких десятков лет старинные аристократические фамилии прерывались одна за другой. Да, в некоторых случаях он способствовал тому, но это касалось всего трех родов! Значит, кто-то еще занимался, а может, и сейчас занимается чем-то подобным? У него есть конкурент, причем неизвестный?!

Устроить гоблинам скандал?.. Не выход, они разговаривают с ним только на своей территории. Да и обещанные артефакты… нет, он от них ни за что не откажется! Единственный шанс, единственный выход, возможность все исправить… Ладно, пока он не получит все три артефакта, все будет по-прежнему, но как они могли выпустить из страны Поттера? Или это как раз происки гоблинов, не желающих, чтобы он добрался до Мантии? Никому, решительно никому нельзя верить!..

Все-таки правильно он решил делать ставку на магглорожденных и полукровок. С ними точно ничего странного не происходит. А через некоторое время они возглавят новые рода, среди которых он будет уже старейшим и уважаемым патриархом. Ведь это именно он приведет их к процветанию, к новым удивительным свойствам, которые он открыл, изучая наследственность!

Он мысленно уже видел, как к нему идут советоваться по поводу будущих браков и детей, как новые дети с удивительными свойствами приходят в Хогвартс, к нему… Магическую Британию ждет великая эпоха! Вот только Дары надо обязательно собрать, иначе ему просто не дожить до этого, иначе – ради чего все?

* * *

– Говорите, Принцев больше нет? Замечательно… Осталось еще несколько фамилий. Мальсиберы, Блэки, Эйвери, Яксли, Кэрроу…

– Кэрроу уже загибаются.

– Брат и сестра?

– Они не могут иметь детей, ни один из них.

– Принимается. Вычеркивайте Кэрроу.

– Да, мой учитель.

– Далее, Селвины, Лестрейнджи, Нотты.

– Селвины… может, оставить этих? Подпитка идет отлично, а в войне они почти не участвовали.

– Они помогали. Вы забыли про Розье?

– Никогда…

– Тогда вообще всех аристократов придется извести?

– Малфоев можно оставить, они ни при чем.

– Малфои всегда ни при чем, если пахнет неприятностями.

– Полезное свойство.

– И много денег.

– Неужели вы не понимаете, что без магии волшебников мы не сможем получать приток своей?! Энергии становится все меньше!

– Сделайте больше рун, уважаемый Мастер, и кстати… пора расширять работу с людьми.

Голос Старого Мастера оказался гласом вопиющего в пустыне, как он ни старался.

– Волшебники дают хороший приток, а магглов во стократ больше. Подумайте над этим.

– Отдать им наше золото? Людям? Они же глотки за него резать начнут!

– И без нашего золота люди неплохо с этим справляются.

– И продолжают плодиться.

– Зачем отдавать? Присосаться к их единой валюте…

– Ее же нет.

– Начать с доллара?

– Значит, будет. И над этим тоже подумайте. Работать в одном направлении недостаточно.

– Но, Старейший, процессы в обществе так сложно раскачивать, тем более у магглов. Их слишком много.

– А мы никуда не торопимся. Двух десятков лет на объединение наших соседей на континенте вам хватит?

– Благодарю! Мы… уложимся.

– Но за каждый сэкономленный год вы лично получите премию.

– Благодарю, вы так мудры! Скоро мы освободимся от своих клятв.

– Гоблины будут свободны!

– И мы станем наконец диктовать свои условия.

* * *

В не самом приметном доме с видом на Темз-Хаус тоже проходило совещание. Мистер Грин, уже обезвредивший «коричневого крота», уже перевербованного, а для того прошедшего серьезнейшую психологическую переустановку, был принят руководством сразу двух разведслужб и уже заканчивал свое выступление.

– Я думаю, что Дамблдор считает, будто сохранить магию и магическое сообщество можно будет с помощью полукровок и магглорожденных. Но не осознает важность самого главного: семейные связи должны быть прочны. Я давно и во всех подробностях рассматривал этот вопрос, а результаты моих исследований, кстати, стоят на вашей полке.

Шеф контрразведки поднял бровь и взял в руки небольшой синий томик.

– Это вы?

– Естественно псевдоним. Я продолжу?

– Конечно-конечно.

– «Энергетическую сеть» магии островов держат старые семьи, а их осталось уже очень немного… И если гоблины освободятся от своих клятв, то смогут выйти на политическую арену. Кроме того, это критично для всей системы Островов: магия является одним из важных энергетических каналов существования жизни и поддержания устойчивости экосистем.

– Но это… это…

– Это совершенно неприемлемо!

– Что вы можете предложить?

– Мне нужна защита для потомков нескольких родов, тех, что в списке.

– Какой она должна быть?

– Отдел тайн уже тестирует первую разработку. На подходе вторая и третья. Полная ментальная защита и активируемые зеркальные щиты.

– Аналоги есть?

– Нет, чары несовместимы друг с другом.

– Когда все будет готово?

– Сразу после Самайна.

– К началу учебного года было бы предпочтительнее.

– Ритуалы требуют строго определенных условий.

– Вы видите кого-то среди отмеченных вами детей в качестве возможного лидера, который мог бы сбить их в общую группу?

– Да, у меня есть один кандидат.

– Разрешаю начинать с ним работу.

– Но он еще несовершеннолетний. Четвертый курс, старшие не будут их слушать…

– А вы… постарайтесь, мистер Грин.

* * *

Когда Петр вернулся после их множественных эскапад в Охотничьем домике Блэков, то даже дух перевести не успел: его уже ждали. И взяли в оборот так, что мало не показалось. Он почувствовал себя настоящим школьником – собственно, таким он и был по сравнению с матерым консультантом двух разведок, невзирая на весь опыт прошлой жизни. Деваться было некуда…

А потом явились Снейп и Эванс, которые тут же получили по артефакту, да не просто так – его вживили ребятам прямо в мочки ушей. А Снейп, гад, явно снюхался с мистером Грином, который, как Пит подслушал, вовсе никакой не Грин, ну да разницы особой не было. Зато он сумел таки увидеть целостную картину, вот только как теперь сделать так, чтобы в нее поверили остальные?

По поводу Снейпа, кстати, он имел не очень приятную беседу со старшими, но от того, чтобы тот лез в шпионы под крыло Малфоям, вроде бы отмазал. И хотя основной его довод о том, что без живого Северуса и Лили род Принц канет в Лету, был принят весьма серьезно, Петру было неспокойно.

«Знаю я этих… заставят сперму сдать и погонят на передовую… Наследника, мол, потом сами воспитаем. В нужном ключе, ага». Многие методы, известные ему, Петр весьма и весьма не одобрял. Но каким-то чудом все же смог закрыться, после чего его все же начали воспринимать всерьез и прислушиваться почти как к коллеге. На большее рассчитывать он не мог.

После этого ему пришлось пройти краткий курс молодого бойца, да так, что весь его предыдущий опыт обучения мог тихо покурить в сторонке. Эванс со Снейпом тоже усиленно занимались, так что мальчишке, сидящему в нем, обидно не было. А уж когда прибыла обеспокоенная молчанием сына Эйлин Снейп… Подслушивать становилось все интереснее, тем более, что хомяк всегда успевал просочиться в ближайшую щель.

– Леди, вы – ключевая фигура…

– Увы, я именно что больше не леди, и потому не буду принята в большинстве домов чистокровных, как вы не понимаете?

– Достаточно того, что вы приняты у Блэков. Не думаю, что они откажутся сотрудничать, особенно в свете открывшихся обстоятельств. Или вы считаете, что они могут отказаться?

– О Блэках ничего нельзя сказать заранее. У них есть, скажем так, родовые особенности.

Эйлин с благодарностью обернулась на мистера Грина. Чем-то он ей показался знаком, но эту информацию она точно придержит. Ее внимание снова привлек сидящий напротив мужчина.

– Мы только просим вас либо довести до Блэков известную вам информацию, либо договориться о том, чтобы они согласились встретиться с кем-то из нас.

– Хорошо, за это я возьмусь. Но мне нужны гарантии для моего сына. Он должен жить, – Эйлин сверкнула глазами. – Они оба должны жить.

– Поверьте, мы заинтересованы в этом ничуть не меньше…

– Вот когда принесете обет, тогда и поверю.

Петр вздохнул. Все-таки взрослые имеют больше возможностей надавить так, как миссис Снейп. Но гоблины-то, гоблины… Неужели и его поверенный слеплен из того же теста? Проверять не тянуло, но на душе скребли кошки. Все-таки если бы гоблин тогда, в самый первый раз, не пошел ему навстречу, у него мало бы что получилось. Друзьями зеленые быть не могут, увы, это однозначно. Кто же он – нейтрал или враг? И стоит ли всех гоблинов, как и людей, грести под одну гребенку?

Он долго думал, прежде чем высказать эту мысль вслух, но мистер Грин неожиданно за нее уцепился.

– А вы неординарный юноша, Питер! Если в среде гоблинов возможен хоть какой-то раскол, пусть это и маловероятно… но облегчить задачу может значительно. Я обязательно подумаю над вашим предложением.

* * *

И вот снова Хогвартс-экспресс стучит на стыках самых обычных маггловских рельс. Компания Питера заняла уже два купе: после некоторых новостей ребята предпочитали кучковаться «со своими», а то, что «своими» вскоре должны стать многие ученики школы, знали все – задания им были даны совершенно четкие и недвусмысленные.

– Ну что, начнем кампанию с зоопарка? – предложил Пит.

– Что ты имеешь в виду?

Петр усмехнулся.

– Как вы думаете, кто откажется от методики стать анимагом, да еще и по собственному выбору?

– О, точно…

– Да, это замануха!

– И сразу под клятву, точно.

– Значит, с этого мы и начнем. Эванс, сентябрь обещают прохладным, твой фамильяр же отлично будет смотреться в роли воротника?

Лили рассмеялась.

– А ты? Будешь продолжать бегать по спальням старшекурсниц?

– И не только старшекурсниц, обещаю тебе.

– Но-но…

– Кто предупрежден, тот вовремя оденется. Даю слово, что уж вам-то скажу заранее!

– Живи тогда.

– Спасибо, Снейп, – отвесил шутливый поклон Питер, – а то я все сомневался.

– Сомненье – двигатель прогресса!

– Это кто такое сказал?

– Какая разница. Что-то в этом есть.

Так, подшучивая, переговариваясь, они разработали первый план захвата – привлечения сторонников своей, именно своей линии. А главное, что успокоило Петра – то, что наконец его друзья перестали рваться в герои. Пусть те, кто хочет воевать, воюют. Их задача – сделать так, чтобы желающих было как можно меньше. Неужели заняться больше нечем? В магии столько всего… и она так и ждет, когда юные пытливые умы примутся за ее загадки всерьез!

32. Зоопарк на выезде

На перроне рыжая Эванс с рыжей же куницей на плечах смотрелась весьма эффектно. Еще бы сундука не было… Хотя парни как раз были заняты тем, что загружали все вещи в вагон.

Длинный, унизанный кольцами наманикюренный пальчик ткнул почти прямо в пушистое ухо, но остановился, не затронув волосков.

– Меховой воротник? В школе? Девочка, что за безвку…

Воротник встрепенулся и громко клацнул зубами, нацеливаясь на палец.

Леди совершенно неаристократично взвизгнула и отшатнулась.

Пит отдал должное выдержке ребят: никто даже не рассмеялся, а улыбки они попрятали очень быстро.

– Миледи, извините моего фамильяра, но вы же знаете – это их естественное поведение. Она просто решила, что вы мне угрожаете.

– Фамильяр? – дама уже взяла себя в руки, а в нарочито равнодушных глазах цвета серого льда мелькнула искорка интереса. – Вы уверены, мисс? Впрочем, ваше счастливое лицо говорит за вас. К кому вы обращались, не посоветуете ли мастера?

Лили улыбнулась еще шире: гордость распирала, что поделать… Аристократка едва сдержалась – ей помогла только вовремя поддержавшая под локоть рука супруга. Что эта соплюшка себе позволяет?!

– Лорд Нотт, – отрекомендовался видный мужчина с благородной сединой на висках.

– О, – присела во вполне приличный книксен Эванс. Склонили головы и остальные ребята, все же первый аристократ магической Британии, не хорек начхал.

Пока шли расшаркивания и представления, Петр понял, что все участники наблюдают друг за другом. Каллистус Нотт, шестикурсник со Слизерина, странно изменился в лице, когда отец отвел его в сторону и начал что-то негромко говорить. А леди Нотт словно продолжала разыгрывать свою партию: удивлялась тому, что четверокурсница смогла достать, а главное, провести правильный ритуал. Недоверие сквозило и в тоне, и в каждом ее жесте, так что Лили не выдержала.

– Да это же совсем не сложно! Вот, смотрите, – она достала блокнот и тут же начала чертить рисунок, сверху вниз, сразу нанося руны.

Леди изменилась в лице.

– Где вы взяли этот ритуал?

– В книгах, конечно. В библиотеке.

– Школьной?

У Лили перехватило дыхание. Признаться про Выручай-комнату – все равно что ее потерять. Вот ведь дура, и кто ее за язык тянул! Она видела, как ее буквально прожигают взглядами друзья, и почувствовала, как язык прилип к нёбу.

– Нет, миледи, в библиотеке Блэков, конечно, – вовремя подоспел из вагона Сириус и получил два полных благодарности взгляда, один от Лили, конечно, а вот второй… Он даже головой потряс, словно отгоняя видение, но выражение лица Снейпа не изменилось ни на йоту.

– Леди Блэк изволила принимать вас?

– Я законспектировал и поделился! – отмазался Блэк.

– И ваша матушка была не против?

– Почему бы вам не спросить ее саму, – начал было грубить тот, но быстро поправился, – прошу прощения, но думаю, что она скажет вам больше. А я пока просто жив, так что, видимо, не так уж и сильно ее прогневал.

– Шутите, юноша?

– В каждой шутке есть доля правды, не так ли, миледи? – помог уклониться Пит.

«Имел я дело с разными напыщенными личностями, но чтобы вот с такими… Стоп, да она же специально! Она же едва не вытащила из Лилс все, что хотела! И это, получается, в обход клятвы? Но как?»

У Снейпа медленно заходили желваки. Петр осторожно взял его за руку и пожал ее – тот чуть кивнул и немного расслабился. С ними не было взрослых – все давно привыкли к тому, что они добираются самостоятельно. К счастью, машинист дал первый гудок, и все поспешили по вагонам.

* * *

– Фу-у-ух, я едва ее не проклял…

– Я умножил двести пятнадцать на триста сорок два.

– И?

– Семьдесят три тысячи пятьсот трид…

– Да ты калькулятор, Люпин! Садись со мной на нумерологии!

– Побрейся, Блэк, это я с ним сижу.

– Да вы вообще-то неплохо держались, – наследник Нотт смотрел на них с высоты своего роста, переводя взгляд с одного на другого.

– А ты что тут делаешь? – прищурился Снейп. – Тебя не приглашали.

– Мне не нужно твое приглашение, Снейп.

– Я бы на твоем месте не был так уверен.

Петр понял, что пора вмешаться.

– Видите ли, глу-бо-ко-уважаемый наследник Нотт, – он одарил того прищуром исподлобья, представляя, что смотрит через прицел. Это частенько помогало, и этот старшекурсник тоже напрягся, но взгляд не отвел. – У нас тут своя компания, свои порядки. Желаете быть гостем? Огласите намерения. Но учтите, среди нас есть кому почувствовать ложь.

– Даже так?

Он смотрел, словно хотел просветить их насквозь. Блефуют или нет?

– Даже так, – спокойно уронила Сивилла, поправляя волосы рукой.

Нотт уставился на ее пальцы… Рунические кольца? У этой сопл… Гм. Он вспомнил последние наставления отца. Если он хочет узнать больше, то не стоит обострять отношения, тем более сейчас. Мать умеет разозлить кого угодно…

– Приношу свои извинения, – он выпрямил спину и произнес совершенно серьезно. – Прошу принять меня как гостя и даю слово не приносить вреда ни действием, ни бездействием.

– Добро пожаловать, наследник Нотт, – ответил Сириус, как самый близкий представитель аристократии.

– Ну и заморочек у вас, – фыркнул Питер. – И так каждый раз?

Нотт кивнул, чуть улыбнувшись. Ему начинала нравиться эта мелкая вольница. Впрочем, не такая уж мелкая, два года разницы.

– И что хотел узнать ваш уважаемый отец? – получил он вопрос прямо в лоб.

– Именно вы, Петтигрю, здесь за старшего?

– Вам узнать это важнее всего остального? Польщен.

А в глазах-то какая ирония… Польщен он, как же.

Нотт про себя признал, что чертов подросток сумел-таки сбить его с толку, но виду не подал.

– Петтигрю… А может, не так сразу?

– О… – парнишка сложил бровки домиком и получилось умильно и почему-то чуть издевательски. – Вы действительно предпочитаете поговорить о погоде часик-другой и только потом перейти к тому, что вас действительно интересует?

Послышались сдержанные смешки, хотя лица, в которые он смотрел, сохраняли серьезность. Отпрыск аристократов ощутил, как его рассматривают со всех сторон, словно диковинного зверя. Да, этим деточкам палец в рот не клади. Но, Мерлин, это как раз и интересно!

– Вы изволили собраться с мыслями? Или мы пошли отсюда? Нам на разговоры ни о чем время тратить жалко, понимаешь? – перешел на «ты» Питер, и Нотту странно полегчало.

– Вы можете рассказать про фамильяров? – наконец спросил он.

– Вот так бы сразу. Конечно, можем.

– Будь проще, Нотт, тебе понравится.

В течение следующего часа он был… очарован. Потрясающим зверинцем фамильяров, к тому же понимающих своих хозяев с полуслова. Открывающиеся перспективы сулили столько интересного, что даже не особо хотелось делиться таким богатством. А эти ребята сыпали им просто так!

– Как вы можете так легко рассказывать о ваших наработках?

– Как ты вообще можешь так жить, Нотт? Ты галстук хоть с кем-то распускаешь или нет, никогда?

– А мне его жалко… Если у него и детство таким было…

– Было, Нотт?

Он чувствовал, что его глаза медленно округляются, но поделать уже ничего не мог, тяжело вздохнул и махнул рукой.

– Все началось с шести лет… Воспитание, в смысле, – выдавил он неожиданно для самого себя.

– Бедняжка, это просто ужасно, – МакДональд погладила его по руке. – Тебе просто некогда было побыть человеком, все только будущим лордом. Мы тебе очень сочувствуем, правда, ребята?

Согласные реплики посыпались со всех сторон, вынося наследнику Нотту изрядную часть мозгов. «Мне всю жизнь втирали, что моему положению будут завидовать все до одного, а они, оказывается, сочувствуют?! И никому ведь не скажешь…»

– Но в школе у тебя есть еще целых два года, ведь правда? – продолжала Мари. – Мы не дадим тебе пропасть. Если ты хочешь, конечно, – успокоила она поперхнувшегося воздухом парня и легонько постучала его по спине.

Она. Его. Утешает. А ведь хотелось… Сколько раз он думал хоть ненадолго все бросить и уйти куда глаза глядят, хоть на пару часов. Без расшаркиваний, без политики, без «держи спину» и «правильно выбирай вилку». Пропасть они ему не дадут…

Девчонка заглянула ему прямо в лицо – недопустимая вольность! Карие глаза смотрели тепло и участливо. Он улыбнулся и пробежал пальцами по «виндзору».

Когда они приедут, он первым делом отправит отцу сову с благодарностью. Этот год определенно не грозит быть скучным. Он вообще обойдется без галстука, потому что – когда, если не теперь? Два года – это совсем не много.

* * *

Когда Нотт наконец ушел к своим, в купе набились все, кто сразу не влез и ушел в соседнее, и Петр устроил «разбор полетов». Лили покраснела, как помидорка, и схватила за руку Снейпа – поддержка ей была необходима.

– Извините меня, – начала было она, но Пит прервал почти сразу.

– Эванс, на самом деле это все было здорово. Мы можем понять, как работает клятва. Расскажи, пожалуйста, что ты почувствовала?

– Ой, мне стало так страшно, когда я поняла, что вот-вот скажу про Выручайку!

– И что?

– Язык прилип к небу и не шевелился. Совсем.

– Как ты сейчас?

– Нормально. Получается, я все равно бы не смогла рассказать? Фу-у-ух. То есть ты не будешь меня ругать?

Петр вытаращил глаза:

– За что?

– Как, за что? За то, что было на перроне…

– С ума сошла, – проворчал он, – можно подумать, это ты росла под крылышком первого лорда и леди и с пеленок с ними общаешься. Какие вообще к тебе могут быть претензии? Ты и так молодец – за фамильяра извинилась, присела вовремя…

– С пеленок… – Эванс передернуло. Перекосило еще несколько лиц: слишком живое воображение было свойственно не ей одной. – А ведь правда, Нотта жалко…

– Да ну?

– А тебе нет?

Снейп пожал плечами.

– С какого перепугу мне его жалеть? Сильный, богатый, все пути перед ним, как на ладони… – он усмехнулся. – Хотите, открою секрет? Я на первом курсе его пытался копировать.

– То-то ты был такой… застегнутый под самое горло, да?

– Точно. Думал, что если внешне смогу… а, глупости это все были, – явно передумал исповедоваться Северус.

– Так что, предлагаете брать в компанию?

– Обязательно. За ним все аристократики подтянутся – они же ему в рот смотрят, даже Малфой… смотрел. Несмотря на то, что был старостой. И старше на два года.

– Кто возьмется за новичка?

– А давайте я и Мэри, – предложил Мальсибер. – Мне удобно по факультету и статусу, а она ему просто понравилась.

– Да-а-а? – не выдержала МакДональд и даже немного покраснела. – Почему ты так решил? О чем вообще можно судить после одного-единственного разговора?

– Ты его удивила. И заинтересовала. Я не говорю, что он запал на тебя, просто… поверь, так будет лучше. Мы с Ноттами не первый год общаемся.

– Но если Мэри не согласна, не смейте ее заставлять!

– Да ладно… Я… попробую. Мне тоже интересно.

– Мэри, ты умница, прости, что раньше не говорил!

– Кто возьмется за воронов и кто – за барсуков? Надо бы восстановить прошлогодние контакты, – Люпин выразительно посмотрел на Питера, но тот и ухом не повел.

* * *

Хогвартс гудел: некоторые четверокурсники притащили с собой просто потрясающих фамильяров и, кажется, готовы были демонстрировать их круглосуточно. Директор хмурился: что-то определенно было не так, но что именно, от него ускользало. Когда он задал вопросы деканам, те лишь пожали плечами – животные пока никому не мешали. Детки даже ухитрились сделать так, что куница ничем не пахла.

Слизнорт очень даже гордился диким лесным котом, который приходил и уходил, когда ему вздумается (и, конечно, когда звал хозяин). А вот МакГонагалл совсем не обрадовалась…

Как-то еще во время второй недели учебы Мальсибера с Эйвери угораздило немного припоздниться из Выручайки и стать свидетелями, скажем так, душещипательной сцены. Или романтической? Мальсибер так вообще встал, как вкопанный, глядя, как его фамильяр ухаживает за изящной кошкой со знакомыми отметинами в форме очков на мордочке.

– Я все не мог понять, что же делать – то ли убираться подобру-поздорову, пока баллы не сняли, то ли, эм-м-м, профессора Кошку спасать, – рассказывал он потом. – Спасибо, Натан утащил в сторону, а то бы засыпались.

– Ну, судя по тому, что весь следующий день декан шипела на всех подряд, твоему красавцу было отказано, – заржал Сириус.

– Блэк… – прищурилась Сивилла. – Мне твои шуточки ниже пояса уже поперек горла!

– Протолкнуть, дорогая?

– Ну… попробуй.

Девчонка встала напротив и посмотрела Сириусу в глаза. Тот вздохнул и отвел взгляд.

– Ну, Сив… Ну так совсем же скучно будет.

– А если бы МакГонагалл услышала, было бы весело, да?

– Хорошо-хорошо, шутить буду только в Выручайке. И в спальне. И в душе, во! И… все-все, больше не буду! Ай, Сивилла, я же сказал, все!

* * *

А народ потянулся к владельцам фамилиаров стройными рядами.

– Может, общую лекцию объявить, да закончить с этим делом? – предложил Снейп. Его чернющий здоровенный мыш, когда его наконец «рассекретили», стал еще более популярен на Слизерине, чем лесной кот и белка. А хозяин его общаться со всеми подряд по-прежнему не рвался, однако пришлось.

Сивилла и Питер дружно зафырчали. К юной провидице началось паломничество ее собственного факультета, Пита постоянно утаскивала в гостиную Пуффендуя лапочка Кэти, так что им двоим было труднее всех. На оставшихся факультетах консультантов было аж по трое, а Сиви и Пит в одиночку отдувались.

– Мысль, конечно, прекрасная, но где и как? Выручайку светить вот совершенно не хочется!

– Ты что, ни в коем случае!

– А помните, Хельга говорила, что на вход много-много комнат завязано? Интересно, а зал там есть?

– Пошли пробовать!

Зал был, да еще какой! Огромная аудитория спускалась амфитеатром, достаточно крутым, чтобы никто никому не загораживал обзор небольшой площадки в центре, где стоял здоровенный стол, пара старинных кресел и какая-то странная конторка.

– Это кафедра, – просветил Петр. – Вот сюда кладут бумаги, записи для лекции.

– И кто будет речь толкать?

– Петтигрю, конечно.

– Я-то расскажу, только и вы готовьтесь каждый своим опытом с фамилиаром поделиться.

– А…

– А что, я должен сам сочинить, что вы чувствовали, когда привязку делали?

– Было бы неплохо, – пробормотал Снейп и тут же получил в бок острым кулачком и поморщился.

– Все зло от женщин, – шепнул ему на ухо Блэк.

Снейп сверкнул глазами, и… вздохнул, вспоминая, как Сириусу буквально полчаса назад досталось точно так же от супруги. Взаимопонимание с Блэком, подумать только, до чего он дошел!

* * *

Питер, конечно, дождался отбытия директора. Сторожевой хомяк, которого периодически сменяла сторожевая дроздиха, принесли новость вместе – Дамблдор ушел как раз во время «пересменки». Нет, говорить они, конечно, не могли, но запечатлеть картинку исчезающего в зеленом пламени камина фиолетового в шальных звездочках халата их вполне хватило.